Судья Тимошенко А.Г. Дело № 22-2969

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

02 октября 2023 года г. Архангельск

Архангельский областной суд в составе председательствующего Осиповой А.С.

при секретаре Гомзяковой М.В.

с участием

прокурора отдела прокуратуры Архангельской области Вехоревой И.А.,

осужденного ФИО1,

потерпевшей Потерпевший №2

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного ФИО1 с дополнениями и его защитника-адвоката Зориной И.А. на приговор Няндомского районного суда Архангельской области от 26 июля 2023 года, которым

ФИО1 Д,И., родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>,

осужден по ч. 2 ст. 292 УК РФ к штрафу в размере 100 000 рублей.

Взысканы с ГБУЗ АО <данные изъяты> в пользу Потерпевший №1 в возмещение имущественного ущерба 29 220 рублей и в счет компенсации морального вреда, причиненного преступлением, 50 000 рублей; в пользу Потерпевший №2 в возмещение имущественного ущерба - 17 900 рублей и в счет компенсации морального вреда, причиненного преступлением, - 200 000 рублей.

Изложив материалы дела, заслушав выступление осужденного ФИО1, поддержавшего доводы жалобы, мнение прокурора Вехоревой И.А. и потерпевшей Потерпевший №2 об оставлении приговора без изменения, суд

установил:

ФИО1 признан виновным в том, что являясь должностным лицом – заведующим патологоанатомического отделения, врачом-патологоанатомом ГБУЗ АО <данные изъяты>, из иной личной заинтересованности, обусловленной желанием облегчить свою работу и не производить патологоанатомическое вскрытие трупа ФИО111, а также скрыть совершенный им должностной проступок – допущенную им ошибочную выдачу ДД.ММ.ГГГГ тела умершей ФИО111 вместо тела умершей ФИО112 из морга ГБУЗ АО <данные изъяты>, внес в официальный документ – медицинское свидетельство о смерти серии №, датированное ДД.ММ.ГГГГ заведомо ложные сведения о том, что им произведено патологоанатомическое вскрытие трупа ФИО111, по результатам которого им установлена причина её смерти. Данный документ заверил своей подписью, на основании чего составлено машинописное медицинское свидетельство о смерти серии №, датированное ДД.ММ.ГГГГ. ФИО1 допустил захоронение трупа ФИО111 без его патологоанатомического вскрытия, в связи с чем труп ФИО111 захоранивался трижды, а именно ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ. Подлинная причина наступления смерти ФИО111 достоверно не установлена, что затруднило право потерпевшей Потерпевший №2 на доступ к правосудию, повлекло существенное нарушение прав и законных интересов Потерпевший №2, а также Потерпевший №1, которому первоначально для захоронения выдано тело не близкого родственника – матери ФИО112, а незнакомого ему лица – ФИО111

Преступление совершено в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> при изложенных в приговоре обстоятельствах.

В апелляционной жалобе с дополнениями осужденный ФИО1 считает приговор незаконным. Приводит доводы об отсутствии доказательств, подтверждающих его виновность в совершении инкриминируемого преступления. Полагает, что статическая учетная форма № 106/у-08 медицинского свидетельства о смерти не может быть признана официальным документом, при этом сам текст шаблона не совпадает с оригиналом статистической учетной формы. Указывает, что приведенные в медицинском свидетельстве сведения отражались и удостоверялись ДД.ММ.ГГГГ не им, а неуполномоченным лицом в период его отсутствия в <адрес>, что подтверждается показаниями свидетелей Свидетель №2, Свидетель №8, Свидетель №3, Свидетель №12. Поэтому полагает необоснованным отказ суда в признании данного медицинского свидетельства о смерти недопустимым доказательством. В описательно-мотивировочной части приговора отсутствуют указания на номер и серию медицинского свидетельства о смерти, что свидетельствует о неустановлении судом данных, подлежащих обязательному доказыванию. Данное обстоятельство влечет двусмысленность предъявленного ему обвинения. Считает необоснованными выводы суда о том, что на основании п. 35 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 24 от 9 июля 2013 года «О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях» он является субъектом служебного подлога. Оспаривает признанные судом доказанными субъективную и объективную стороны преступления. Доводы стороны обвинения о нежелании производить вскрытие трупа ФИО133 считает вымышленными и опровергающимися исследованными в судебном заседании доказательствами. Обращает внимание на то, что порядок ведения и выдачи статистической учетной формы № 106/у-08 медицинского свидетельства о смерти не состоит в какой-либо связи с организационно-распорядительными полномочиями заведующего отделением как должностного лица. Невозможность установления подлинной причины смерти ФИО111 не может быть признана существенным нарушением прав и законных интересов граждан, поскольку подлинная причина смерти ФИО133 установлена заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ. При этом уголовное дело в отношении лечащих ФИО133 врачей по ч. 2 ст. 293, ч. 2 ст. 109 УК РФ прекращено в связи с отсутствием в их действиях составов преступлений.

На момент возбуждения ДД.ММ.ГГГГ в отношении него уголовного дела по ч. 1 ст. 293 УК РФ процессуальный документ, затрудняющий Потерпевший №2 доступ к правосудию, отсутствовал, в связи с чем нарушены положения ст. 146 УПК РФ. Утверждает, что не вносил в медицинское свидетельство каких-либо заведомо ложных сведений, своей подписью не заверял. Ссылаясь на Приказ Министерства здравоохранения РФ от 15 апреля 2021 года «Об утверждении учетных форм медицинской документации, удостоверяющий случаи смерти, и порядок их форм», вступивший в силу 1 сентября 2021 года, которым отменен Приказ МЗ и СР РФ № 782н от 2 декабря 2008 года «Об утверждении и порядке ведения медицинской документации, удостоверяющей случаи рождения и смерти», считает, что действия по внесению в документ исправлений и изменений являются правомерными, выдача дубликата свидетельства о смерти не влечет юридических последствий, предмет служебного подлога отсутствует.

Труп ФИО111 был вскрыт ДД.ММ.ГГГГ экспертом ФИО126, первичное медицинское свидетельство о смерти передано руководителю <данные изъяты> МРСО СУ СК РФ по АО и НАО ФИО144, который должен был его представить в органы ЗАГС, но этого не сделал, а скрыл, к материалам настоящего уголовного дела не приобщил. Выданное ФИО126 медицинское заключение аннулирует ранее выданные свидетельства о смерти, в связи с чем имеются основания для переквалификации его действий с ч. 2 ст. 292 УК РФ на ч.1 ст. 292 УК РФ. Однако в приговоре данным обстоятельствам оценки не дано.

Также обращает внимание на то, что при предъявлении ему обвинения по ч. 2 ст. 292 УК РФ органом предварительного следствия не выносилось решений о признании каких-либо граждан потерпевшими, а он был лишен права на прекращение уголовного дела в связи с примирением сторон, назначением судебного штрафа, а также на признание смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ. Потерпевший №1 и Потерпевший №2, признанные потерпевшими по уголовному делу, возбужденному по ч. 1 ст. 293 УК РФ, которое было прекращено постановлением от ДД.ММ.ГГГГ за отсутствием состава преступления, утратили процессуальный статус потерпевших и гражданских истцов, а им утрачен статус гражданского ответчика. В связи с чем исковые требования удовлетворены судом необоснованно. Считает незаконным вынесение решения о компенсации морального вреда, поскольку моральный вред, связанный с повторным захоронением и эксгумацией, возник в результате правомерных действий, а не в результате инкриминируемого преступного посягательства. Считает, что незаконно осужден за последствия, возникшие через год в результате случайных обстоятельств и случайных действий иных лиц, на которые он не мог оказать влияния. Полагает, что предъявленное ему обвинение не соответствует диспозиции ч. 2 ст. 292 УК РФ. При этом ему незаконно в нарушение ч. 5 ст. 27 УПК РФ вменены последствия, в отношении которых вынесено постановление о прекращении уголовного преследования от ДД.ММ.ГГГГ в связи с отсутствием состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 293 УК РФ. Просит приговор отменить, его оправдать.

Аналогичные доводы изложены в апелляционной жалобе адвоката ФИО122, которая не согласна с приговором суда в связи с несоответствием выводов фактическим обстоятельствам дела, недоказанностью виновности ФИО1 Ссылаясь на порядок официального оформления документов, утверждает о недействительности медицинского свидетельства на имя ФИО133, поскольку в нем нет подписи врача-патологоанатома, что является обязательным. Обращает внимание на то, что документы о смерти ФИО133 были составлены ДД.ММ.ГГГГ, а ошибка в захоронении трупов была выявлена ДД.ММ.ГГГГ. Таким образом, умысел на совершение преступления не мог возникнуть ранее произведенных действий. Ее подзащитный не имеет отношения к событиям по захоронению трупа ФИО133 вместо трупа ФИО132. В этот период он отсутствовал в <адрес>, каких-либо указаний по захоронению никому не давал, лично трупы не выдавал, в помещение морга никого не допускал, ключи никому не передавал. Указывает на отсутствие надлежащего процессуального оформления проведенной эксгумации трупа ФИО133 и передачи его родственникам, а не в морг. Полагает, что выданное ДД.ММ.ГГГГ медицинское свидетельство о смерти ФИО133 недействительно, поскольку ДД.ММ.ГГГГ выдано новое медицинское свидетельство о смерти. Поэтому предмет служебного подлога отсутствует. ФИО1 не имел умысла и иной личной заинтересованности на совершение данного преступления. В связи с чем незаконны и необоснованны исковые требования потерпевших о взыскании имущественного ущерба и компенсации морального вреда. Просит приговор отменить, ФИО1 оправдать за отсутствием события преступления.

В письменных возражениях государственный обвинитель Полежаев О.В. просит приговор как законный и обоснованный оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденного и его защитника – без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в апелляционных жалобах с дополнениями, возражениях, выслушав стороны, судебная коллегия приходит к следующему.

Выводы суда о виновности ФИО1 в служебном подлоге, то есть внесении должностным лицом в официальные документы заведомо ложных сведений, совершенном из иной личной заинтересованности (при отсутствии признаков преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 292.1 УК РФ), повлекшем существенное нарушение прав и законных интересов граждан, основаны на исследованных в судебном заседании доказательствах, анализ и оценка которым даны в приговоре.

Доводы, аналогичные приведенным в апелляционных жалобах, об отсутствии у осужденного умысла на совершение преступления, об отсутствии в его действиях состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 292 УК РФ, проверялись в судебном заседании и обоснованно признаны несостоятельными как противоречащие собранным по делу доказательствам.

Установленные судом фактические обстоятельства подтверждаются:

- показаниями потерпевшей Потерпевший №2 о том, что ДД.ММ.ГГГГ после смерти матери ФИО111 получила подписанную ФИО1 справку о результатах вскрытия и причине смерти, на основании которой ей выдан документ ГБУЗ АО «Няндомская ЦРБ» для предъявления в органах ЗАГС. В помещении морга тело матери отсутствовало, поскольку ошибочно было захоронено вместо ФИО112 После проведения процедуры эксгумации, осмотрев тело ФИО111, обнаружила, что вскрытие трупа не производилось, в выданных ею медицинских документах содержится ложная информация. При повторной эксгумации причина смерти ФИО111 не установлена. Аналогичные показания даны свидетелем ФИО114;

- показаниями потерпевшего Потерпевший №1 о том, что ДД.ММ.ГГГГ в помещении морга вместо тела матери ФИО112 ему выдали труп постороннего человека - ФИО111, который он захоронил. О подмене трупа узнал после проведения процедуры эксгумации. В связи с повторным захоронением тела близкого человека испытал сильные душевные страдания;

- показаниями главного врача и заместителя главного врача ГБУЗ АО <данные изъяты> Свидетель №2 и ФИО115 о порядке выдачи медицинского свидетельства о смерти. Первоначально врач-патологоанатом заполняет утвержденную форму свидетельства о смерти от руки, на основании которого оформляется электронный вариант данного документа для представления в органы ЗАГС. ФИО1 составляет протокол вскрытия и справку по результатам вскрытия, которые передает в организационно-методический кабинет. В ноябре 2020 года только ФИО1 являлся патологоанатомом, в его отсутствие никто не мог производить вскрытие тел, только он оформлял соответствующие документы;

- показаниями свидетеля Свидетель №8 – медицинского статиста организационно-методического кабинета ГБУЗ АО <данные изъяты>, в обязанности которой входит оформление электронного медицинского свидетельства о смерти, пояснившей, что рукописное медицинское свидетельство о смерти серии № идентично его машинописной копии, составленной ДД.ММ.ГГГГ;

- показаниями свидетеля Свидетель №12- руководителя территориального отдела по <адрес> агентства ЗАГС <адрес> о порядке оформления свидетельства о смерти;

- показаниями свидетелей Свидетель №11, ФИО116, которые при подготовке тела ФИО111 к захоронению после эксгумации из чужой могилы выявили, что патологоанатомическое исследование трупа не производилось;

- показаниями свидетелей ФИО117, ФИО118, ФИО119, оказывающих ритуальные услуги населению <адрес>, подтвердивших, что ДД.ММ.ГГГГ в помещении морга ФИО1 лично выдал им труп ФИО112 Впоследствии выяснилось, что тело умершей перепутали с телом другой женщины;

- заключением эксперта от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому при наружном исследовании эксгумированного трупа ФИО111 не обнаружено каких-либо повреждений, причина смерти не установлена из-за выраженных гнилостных изменений.

Также виновность ФИО1 подтверждается показаниями допрошенных по делу лиц об обстоятельствах подмены трупов ФИО112 и ФИО111; показаниями свидетеля ФИО120- врача –патологоанатома ГБУЗ АО <данные изъяты> об особенностях установления причины смерти при диагностированной коронавирусной инфекции и заполнении свидетельства о смерти; должностными инструкциями заведующего патологоанатомическим отделением, врача-патологоанатома патологоанатомического отделения ГБУЗ АО <данные изъяты>; протоколом и постановлением об эксгумации трупа ФИО111; протоколами осмотра свидетельств о смерти ФИО111 и ФИО112; журналом регистрации трупов, а также иными приведенными в приговоре суда доказательствами.

Обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст.73 УПК РФ, судом установлены полно и приведены в приговоре. Требования ст.88 УПК РФ по делу выполнены.

Признание судом медицинского свидетельства о смерти формы № 106у-08, в которое были внесены не соответствующие действительности сведения о произведенном патологоанатомическом исследовании трупа ФИО111, официальным документом основано на положениях нормативно-правовых актов Министерства здравоохранения Российской Федерации о порядке выдачи и заполнения данного медицинского свидетельства.

В соответствии с Письмом Минздравсоцразвития РФ от 19 января 2009 года № 14-6/10/2-178 «О порядке выдачи и заполнения медицинских свидетельств о рождении и смерти» учетная форма № 106у-08 «Медицинское свидетельство о смерти» утверждается для обеспечения государственной регистрации смерти в органах, осуществляющих государственную регистрацию актов гражданского состояния, и для государственного статистического учета.

Что касается доводов осужденного о том, что медицинское свидетельство о смерти ФИО111 составлено не им, а не уполномоченным лицом, то они противоречат материалам уголовного дела, в соответствии с которыми медицинское свидетельство о смерти серия № на имя ФИО111 заполнено собственноручно ФИО1 и им подписано ДД.ММ.ГГГГ. При этом указано, что причины смерти установлены врачом-патологоанатомом ФИО1 на основании записей медицинской документации и вскрытия.

Заполненное ФИО1 рукописное свидетельство о смерти ФИО111 оформлено на компьютере ДД.ММ.ГГГГ и подписано главным врачом Свидетель №2 как руководителем медицинской организации, в которой произошла смерть. В графе «фамилия, имя, отчество врача, заполнившего медицинское свидетельство о смерти» указан ФИО1.

Таким образом, суд пришел к правильному выводу о том, что именно ФИО1 внес заведомо ложные сведения в медицинское свидетельство о смерти ФИО111 о произведенном им патологоанатомическом вскрытии трупа.

Отнесение осужденного к субъекту преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 292 УК РФ, сомнений не вызывает, поскольку он состоял в должности заведующего патологоанатомического отделения, врачом-патологоанатомом ГБУЗ АО <данные изъяты>, был наделен обязанностями по организации документооборота в структурном подразделении медицинской организации, по проведению вскрытия и изучению полостей тела, формулированию описания вскрытия и изучения полостей тела, ведению медицинской документации, в том числе по ведению протоколов и иной документации о патологоанатомическом вскрытии.

Вопреки доводам, изложенным в апелляционной жалобе, приведенные в приговоре выводы суда в данной части соответствуют п. 35 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 24 от 9 июля 2013 года «О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях».

Ссылка осужденного на Приказ Министерства здравоохранения РФ от 15 апреля 2021 года «Об утверждении учетных форм медицинской документации, удостоверяющий случаи смерти, и порядок их форм», вступивший в силу 1 сентября 2021 года, которым отменен Приказ МЗ и СР РФ № 782н от 2 декабря 2008 года «Об утверждении и порядке ведения медицинской документации, удостоверяющей случаи рождения и смерти», не влияет на правильность выводов суда о виновности осужденного в служебном подлоге, поскольку данный документ, которым утверждены новые формы свидетельства смерти, не опровергает факт внесения ФИО1 в официальный документ - медицинское свидетельство о смерти заведомо ложных сведений.

Не исключает уголовной ответственности ФИО1 за содеянное и факт проведения вскрытия тела ФИО111 после эксгумации, а также прекращение уголовного дела в отношении лечащих ФИО133 врачей по ч. 2 ст. 293, ч. 2 ст. 109 УК РФ в связи с отсутствием в их действиях составов преступлений. Доводы осужденного об обратном в жалобе несостоятельны.

Совершение преступления из иной личной заинтересованности нашло полное подтверждение исследованными в судебном заседании доказательствами. ФИО1 имел желание облегчить свою работу и не производить патологоанатомическое вскрытие трупа ФИО111, а также скрыть совершенный им должностной проступок – допущенную им ошибочную выдачу ДД.ММ.ГГГГ тела умершей ФИО111 вместо тела умершей ФИО112 из морга ГБУЗ АО <данные изъяты>.

Доводы, изложенные в апелляционных жалобах, о необоснованном привлечении в качестве потерпевших Потерпевший №2 и Потерпевший №1 несостоятельны, поскольку действиями осужденного существенно нарушены их права и законные интересы.

ФИО1 допустил захоронение трупа ФИО111 без его патологоанатомического вскрытия. Подлинная причина наступления смерти ФИО111 достоверно не установлена, что затруднило право потерпевшей Потерпевший №2 на доступ к правосудию, повлекло существенное нарушение прав и законных интересов Потерпевший №2, а также Потерпевший №1, которому первоначально для захоронения выдано тело не близкого родственника – матери ФИО112, а незнакомого ему лица – ФИО111 В дальнейшем потерпевшие были вынуждены участвовать фактически в повторных захоронениях своих близких родственников, а труп ФИО111 дважды подвергался эксгумации, в связи с чем Потерпевший №2 и Потерпевший №1 причинены тяжелейшие нравственные страдания, обусловленные возникшими вследствие вышеуказанных обстоятельств переживаниями.

Таким образом, наличие квалифицирующего признака служебного подлога – «повлекшего существенное нарушение прав и законных интересов граждан» соответствует обстоятельствам дела, которые установил суд.

Выводы о квалификации действий осужденного по ч. 2 ст. 292 УК РФ мотивированы в приговоре, указано на соответствие признаков установленного судом преступного деяния признакам состава преступления, предусмотренного данной статьей УК РФ.

Приведенные в апелляционных жалобах доводы о нарушении требований УПК РФ при составлении приговора являются несостоятельными. Приговор отвечает требованиям ст. 307 УПК РФ, содержит описание преступного деяния, признанного судом доказанными, с указанием места, времени и способа его совершения, описаны конкретные преступные действия, совершенные ФИО1, приведены доказательства, на которых основаны выводы суда.

Обвинительное заключение соответствует ст. 220 УПК РФ, предъявленное обвинение является конкретным, позволяло осужденному заблаговременно выработать позицию защиты.

Настоящее уголовное дело возбуждено ДД.ММ.ГГГГ по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 293 УК РФ. ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 292 УК РФ, уголовные дела соединены в одно производство.

Постановлением следователя по ОВД <данные изъяты> межрайонного следственного отдела СУ СК РФ по <адрес> и НАО ФИО121 от ДД.ММ.ГГГГ прекращено уголовное преследование ФИО1 по факту совершения преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 293 УК РФ, на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УК РФ в связи с отсутствием в его действиях состава преступления. Одновременно продолжено уголовное преследование по факту совершения служебного подлога, повлекшего существенное нарушение прав и законных интересов граждан.

Органом следствия сделан вывод о том, что действия ФИО1, ранее квалифицированные по ч. 1 ст. 293 УК РФ, фактически образуют состав должностного проступка, поскольку фактически существенное нарушение законных прав и интересов потерпевшего наступило не в результате недобросовестного отношения к своим обязанностям, а в результате умышленных действий по сокрытию допущенных им нарушений, то есть в результате служебного подлога.

В дальнейшем ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 предъявлено окончательное обвинение по ч. 2 ст. 292 УК РФ.

Порядок возбуждения данного уголовного дела, привлечения по уголовному делу в качестве потерпевших Потерпевший №2 и Потерпевший №1 не нарушен.

Вынесение следователем постановления о прекращении уголовного преследования по факту совершения преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 293 УК РФ, не исключает признание указанных лиц потерпевшими.

Гражданские иски Потерпевший №2 и Потерпевший №1 разрешены судом в соответствии с требованиями ст.ст.1068, 151, 1101 ГК РФ.

Определяя сумму, подлежащую взысканию в пользу потерпевших в счет компенсации морального вреда, суд учел характер и степень причиненных потерпевшим нравственных страданий, степень вины причинителя вреда, требования разумности и справедливости.

Из материалов дела следует, что при постановлении приговора суд учел наличие у ФИО1 судимости по приговору Няндомского районного суда Архангельской области от 21 мая 2020 года, по которому он был осужден по п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ к 2 годам лишения свободы, на основании ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком 2 года.

Постановлением Няндомского районного суда Архангельской области от 11 июня 2021 года, вступившим в законную силу 22 июня 2021 года, на основании ч. 1 ст. 74 УК РФ отменено условное осуждение и снята судимость ФИО1 по вышеуказанному приговору Няндомского районного суда Архангельской области от 21 мая 2020 года.

Принимая во внимание наличие в деле неотмененного постановления от 11 июня 2021 года, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о необходимости исключения как из вводной, так из описательно-мотивировочной части приговора сведений о судимости ФИО1 по приговору Няндомского районного суда Архангельской области от 21 мая 2020 года.

Вместе с тем вносимые в приговор изменения не влекут снижения назначенного осужденному наказания, которое соответствует требованиям ст. 6, 43, 60 УК РФ, определено с учетом характера и степени общественной опасности совершенного им преступления, данных о его личности, имущественного положения и других обстоятельств, влияющих на его вид и размер.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание, признано наличие малолетнего ребенка. Отягчающих обстоятельств не имеется.

Учитывая все обстоятельства дела и данные о личности осужденного, суд пришел к выводу о назначении осужденному наказания в виде штрафа, обоснованно не усмотрев оснований для применения положений ч. 6 ст. 15 и ст. 64 УК РФ. Не усматривает таких оснований и суд апелляционной инстанции.

По своему виду и размеру назначенное осужденному наказание является соразмерным содеянному и справедливым.

Судебное разбирательство по делу проведено законным составом суда, с соблюдением принципа состязательности и равноправия сторон, беспристрастно, на основе представленных сторонами доказательств. Все ходатайства, заявленные и поддержанные сторонами при разбирательстве дела по существу, судом первой инстанции рассмотрены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение приговора, по данному делу не допущено. Оснований для удовлетворения апелляционных жалоб с дополнениями не имеется.

Руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.15, 389.20 и 389.28 УПК РФ, суд

постановил:

Приговор Няндомского районного суда Архангельской области от 26 июля 2023 года в отношении ФИО1 изменить.

Исключить сведения о судимости ФИО1 по приговору Няндомского районного суда Архангельской области от 21 мая 2020 года.

В остальном приговор оставить без изменения, доводы апелляционных жалоб с дополнениями осужденного ФИО1 и адвоката Зориной И.А. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном ст.ст. 401.7 и 401.8 УПК РФ, в Третий кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора.

В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление подается непосредственно в Третий кассационный суд общей юрисдикции и рассматривается в порядке, предусмотренном ст.ст. 401.10 - 401.12 УПК РФ.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий А.С. Осипова