Дело 2-24/2025 (2-95/2024; 2-2251/2023;)

25RS0029-01-2023-001161-95

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

24 января 2025 года г. Уссурийск

Уссурийский районный суд Приморского края в составе

председательствующего судьи Денисовой Ю.С.,

при секретаре судебного заседания Бормотко Ю.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о взыскании ущерба, причиненного в результате ДТП, с участием третьего лица СПАО «Ингосстрах»,

выслушав представителей ответчиков ФИО4, ФИО5,

УСТАНОВИЛ:

Истец обратился с настоящим иском в суд к ответчику ФИО2, мотивируя свои требования тем, что ДД.ММ.ГГ произошло дорожно-транспортное происшествие с участием восьми автомобилей, в том числе с участием автомобиля «Lexus RС300H», гос.номер XXXX, под управлением истца, и автомобиля «Nissan Diesel», гос.номер XXXX, под управлением ответчика ФИО2 Указанное ДТП произошло в результате нарушения Правил дорожного движения РФ ответчиком. В результате ДТП автомобилю «Lexus RС300H», гос.номер XXXX были причинены механические повреждения. Гражданская ответственность виновника ДТП была застрахована, СПАО «Ингосстрах» произвело выплату страхового возмещения 400 000 руб., однако данной суммы недостаточно для восстановления транспортного средства. Истцом у ИП ФИО6 было организовано проведение независимой экспертизы. Согласно экспертному заключению №XXXX от ДД.ММ.ГГ, сумма затрат на восстановление повреждённого автомобиля истца составляет 1 577 900 руб., стоимость аналогичного транспортного средства составляет 2 512 750 руб., стоимость утраты товарной стоимости определена 691 000 руб. Согласно акту осмотра ИП ФИО6 №XXXX от ДД.ММ.ГГ, эксперт зафиксировал, что на автомобиль истца была нанесена защитная пленка, которая получила повреждения в результате ДТП. Согласно заказ-наряду техцентра «АвтоЭлектроСервис» от ДД.ММ.ГГ, стоимость нанесения защитной пленки на поврежденные элементы кузова автомобиля истца составляет 127 500 руб. С учетом изложенного, истец просил взыскать с ответчика ФИО2 сумму ущерба 1 177 900 руб., утрату товарной стоимости 69 100 руб., расходы по оплате госпошлины 14 435,01 руб., расходы по оплате услуг эксперта 10 000 руб., расходы по оплате услуг представителя 35 000 руб., расходы на оплату нанесения защитной пленки в размере 127 500 руб.

ДД.ММ.ГГ по ходатайству представителя истца в качестве соответчика привлечен ФИО3

ДД.ММ.ГГ по ходатайству представителя ответчика ФИО3 в качестве третьего лица привлечено СПАО «Ингосстрах».

ДД.ММ.ГГ истец в лице представителя уточнил исковые требования, просил взыскать с ФИО3 сумму ущерба в размере 292 000,00 руб., утрату товарной стоимости в размере 69 100 руб., расходы по оплате госпошлины в размере 14 435,01 руб., расходы по оплате юридических услуг в размере 35 000 руб., расходы по оплате экспертизы в размере 10 000 руб., расходы за нанесение защитной пленки в размере 127 500 руб., расходы по оплате судебной экспертизы в размере 50 000 руб.

Истец и его представитель в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом, от представителя истца поступило ходатайство о рассмотрении дела в свое отсутствие. В судебном заседании до перерыва (ДД.ММ.ГГ) представитель истца ссылался на то, что между ответчиками фактически сложились трудовые отношения, в связи с чем материальная ответственность должна быть возложена на ФИО3 как на работодателя. Полагал, что при проведении судебной экспертизы эксперт не смог высказаться о размере утраты товарной стоимости автомобиля истца потому, что на момент проведения судебной экспертизы отсутствовали объекты аналоги оценки, вместе с тем, на момент проведения исследования как ИП ФИО6, так и ФИО7, такие объекты были, что позволило оценщикам рассчитать утрату товарной стоимости. Просил расходы 484 руб. в пользу экспертного учреждения взыскать с проигравшей стороны, в целях экономии процессуального времени.

Представитель ответчика ФИО3 в судебном заседании возражала против удовлетворения требований, полагала, что материальный ущерб должен быть возложен на ФИО2, который перед движением ТС должен был убедиться в его технически исправном состоянии. Полагала, что материалами дела невозможно достоверно определить размер материального ущерба, все экспертные исследования основываются на акте осмотра ИП ФИО6, который был составлен в отсутствие ответчиков, через полгода после ДТП, в указанный промежуток времени ТС истца могло быть участником иного ДТП, получить иные повреждения. ИП ФИО8 об уголовной ответственности при составлении экспертного заключения не предупреждался. Отрицала наличие между ответчиками трудовых отношений, поскольку ответчики проживают в XXXX, знакомы друг с другом, в связи с чем ФИО3 без договора безвозмездно разрешал ФИО2 использовать ТС «Nissan Diesel», гос.номер XXXX для его личных целей.

Представитель ответчика ФИО2 в судебном заседании с иском был не согласен, полагал, что материальную ответственность необходимо возложить на ответчиков в равных долях, поскольку ДТП произошло в результате технической неполадки автомобиля «Nissan Diesel», гос.номер XXXX, принадлежащего ФИО3 Был не согласен с результатами судебной экспертизы, разделял в данной части позицию ответчика ФИО3, по прошествии длительного периода времени и восстановлении ТС истцом, достоверно установить объем и перечень повреждений невозможно, истец на осмотр поврежденного ТС ответчика не приглашал. Пояснил, что периодически между ответчиками были рабочие отношения, ФИО3 приглашал ФИО2 на работу, предоставлял ему транспортное средство.

Представитель третьего лица в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом о дате и месте судебного заседания. Дело рассмотрено в отсутствие неявившихся участников процесса.

Суд, выслушав представителей ответчиков, изучив материалы дела, материал ДТП, оценив доказательства, полагает, что требования подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с п.п.1, п.2 ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

На основании п.1 ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Как установлено в судебном заседании, ДД.ММ.ГГ в 16:50 в районе 723 км автодороги А-370 «Уссури» водитель ФИО2, управляя автомобилем Nissan Diеsel, г/н XXXX, двигаясь со стороны XXXX в сторону г. Уссурийска в пути не обеспечил исправное техническое состояние транспортного средства, совершил наезд на стоящее транспортное средство Lexus RС300H, г/н XXXX, под управлением ФИО1, после чего совершил наезд на стоящее транспортное средство 3009Z6, г/н XXXX, под управлением ФИО9, после чего совершил наезд на стоящее транспортное средство Toyota Harrier, г/н XXXX, под управлением ФИО10, после чего совершил наезд на стоящее транспортное средство Nissan Nout, г/н XXXX, под управлением ФИО11, после чего совершил наезд на стоящее транспортное средство Nissan Serena, г/н XXXX, под управлением ФИО12, после чего водитель автомобиля Nissan Serena, г/н XXXX, совершил наезд на стоящее транспортное средство Daihatsu Terios Kid, г/н XXXX, под управлением ФИО13, после чего водитель автомобиля Daihatsu Terios Kid, г/н XXXX, совершил наезд на стоящее транспортное средство Nissan AD, г/н XXXX, под управлением ФИО14

Факт дорожно-транспортного происшествия и обстоятельства его совершения, а также вина ответчиком ФИО2 не оспаривались. В действиях истца виновных действий не установлено.

В результате ДТП был причинен вред имуществу истца. Гражданская ответственность ФИО1 на дату ДТП была застрахована в СПАО «Ингосстрах» по страховому полису ХХХ 0249072443.

Гражданская ответственность водителя ФИО2 на дату ДТП была застрахована в СПАО «Ингосстрах» по страховому полису ХХХ 0231125160, страхователь ФИО3

ДД.ММ.ГГ ФИО1 обратился с заявлением в СПАО «Ингосстрах», которое признав случай страховым, выплатило страховое возмещение в размере 400 000 руб., что подтверждается платежным поручением XXXX от ДД.ММ.ГГ (л.д. 201 т.2).

Согласно экспертному заключению №И387/22 от ДД.ММ.ГГ ИП ФИО6, составленному по заказу СПАО «Ингосстрах», размер расходов на восстановительный ремонт ТС истца, определенный на основании Положения о единой методике, с учетом износа составляет 806 962,70 руб., без учета износа составляет 807 000 руб. (л.д. 203-209 т.2).

Согласно экспертному исследованию №Н898/22 от ДД.ММ.ГГ ИП ФИО6, составленному по заказу ФИО1, размер расходов на восстановительный ремонт ТС истца, определенный на основании Методических рекомендаций Минюста, без учета износа составляет 1 577 900 руб., с учетом износа 1 473 600 руб. (л.д. 13-31 т.1)

В соответствии со ст. 79 ГПК РФ по ходатайству представителя ответчика ФИО2 была назначена судебная экспертиза в отношении автомашины истца «Lexus RС300H», г/н XXXX, производство которой было поручено оценщику ФИО7

Согласно заключению эксперта-оценщика ФИО7 XXXX от ДД.ММ.ГГ, стоимость восстановительного ремонта транспортного средства «Lexus RС300H», г/н XXXX без учета износа по состоянию на ДД.ММ.ГГ составляет 382 053,00 руб., с учетом износа составляет 361 088,00 руб., размер утраты товарной стоимости на дату ДТП составляет 44 540 руб., размер расходов на демонтаж и установку антигравийной пленки на крышку багажника, задний бампер, крышу, заднее правое крыло на дату ДТП составляет 28 269,99 руб.

В соответствии со ст. ст. 79, 87 ГПК РФ по ходатайству представителя истца была назначена повторная судебная экспертиза, производство которой поручено эксперту ФБУ Приморская ЛСЭ Минюста России.

Согласно заключению эксперта XXXX, XXXX от ДД.ММ.ГГ, стоимость восстановительного ремонта транспортного средства «Lexus RС300H», г/н XXXX без учета износа по состоянию на ДД.ММ.ГГ составляет 692 500 руб.

Разрешить вопросы по установлению характера и механизма столкновения ТС в результате ДТП от ДД.ММ.ГГ, установлению повреждений ТС истца, определению размера утраты товарной стоимости ТС истца, определению размера расходов на демонтаж и установку антигравийной пленки на ТС истца – не представилось возможным, поскольку предложенные для исследования обстоятельства ДТП, установлены в общем виде и содержат только общие данные – место и время ДТП, общее направление движения ТС до столкновения, при этом в имеющейся в материалах дела схеме места ДТП не имеются данные об образованных при происшествиях следах, что не позволяет определить как место столкновения, так и характер движения автомобилей перед столкновением, фотоснимки с места происшествия малоинформативны, объяснительные водителей также малоинформативны и неконкретны. Поскольку возможности натурного исследования всех автомобилей участников ДТП эксперту представлено не было, эксперт лишен возможности в категорической форме рассуждать и технически обосновывать возможность возникновения и отнесения тех или иных повреждений имеющихся КТС к обстоятельствам ДТП. Имеющийся в распоряжении эксперта комплекс сведений (перечень повреждений, приведенный в акте осмотра ИП ФИО6, в совокупности с представленным фотоматериалом с осмотра) не противоречит друг другу, отмеченные в актах повреждения составных частей автомобиля располагаются преимущественного на его задней части кузова и представляют собой повреждения и деформации составных частей кузова, повреждения и смещения со штатных мест навесных и облицовочных деталей кузова, повреждено остекленение салона (разбито заднее стекло и стекло заднее правое) – визуально все повреждения акта подтверждаются имеющимся в материалах дела фотоматериалом. В целом, механические повреждения а/м Lexus RС300H не противоречат установленным обстоятельствам происшествия и соответственно могут быть его следствием.

Утрата товарной стоимости (далее УТС) обуславливается снижением стоимости КТС из-за ухудшения его потребительских свойств вследствие наличия дефектов (повреждений) или следов их устранения либо наличия достоверной информации, что дефекты устранялись. Ключевым значением в определении УТС автомобиля является величина его рыночной стоимости на дату его повреждения в ДТП ДД.ММ.ГГ. Методическим руководством как наиболее приоритетным методом расчета среднерыночной стоимости объекта рекомендуется метод, основанный на данных справочных источников информации. Однако данный метод в рассматриваемом случае не применим, ввиду отсутствия в распоряжении эксперта соответствующих справочников, отражающих цены на поддержанные (бывшие в употреблении) КТС марки/модели Lexus RС300H в ДВФО и в т.ч. регионе Приморский край. В тоже время и последующий разрешенный методическим руководством метод исследования ограниченного рынка КТС, предусматривающий использование экспертом ограниченной выборки цен идентичных ТС в регионе и при исследовании вторичного рынка автомобилей (т.е. автомобилей бывших в употреблении) также не может быть использован в силу отсутствия в достаточном количестве предложении (не менее 5) по продаже аналогичных КТС на дату, предшествующую дате ДТП ДД.ММ.ГГ. В распоряжении эксперта отсутствует достаточный объем технически пригодных исходных данных для расчета среднерыночной стоимости а/м Lexus RС300H на дату ДТП, следовательно, произвести расчет УТС данного автомобиля не представляется возможным.

Согласно п. 9.4 методического руководства, определение размера ущерба вследствие повреждения незаводского покрытия (аэрографического и пр.) КТС не входит в компетенцию автотехнического эксперта по специальности 18.1. В случае повреждения такого покрытия, размер ущерба определяется фактическими затратами на восстановление данного покрытия в условиях и по данным специализированных предприятий (малярных мастерских и пр.). Вопрос № 5 не разрешался как не входящий в компетенцию эксперта.

Суд соглашается с указанным заключением эксперта ФБУ Приморская ЛСЭ Минюста России в части расчета стоимости восстановительного ремонта ТС истца, поскольку оно соответствует требованиям ст.86 ГПК РФ, оснований не доверять указанному заключению у суда не имеется, эксперт до начала производства экспертизы был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, имеет необходимые для производства подобного рода экспертиз полномочия, образование, квалификацию, специальность, стаж работы. Данный эксперт-техник включен в государственный реестр экспертов-техников Минюста России.

Представитель истца с результатами судебной экспертизы был согласен. Представители ответчиков, несмотря на несогласие с результатами экспертного исследования по второму вопросу, ходатайств о назначении повторной либо дополнительной экспертизы не заявляли, их несогласие с размером ущерба обусловлено занимаемой правовой позицией по делу, направленной на критику представленных истцом доказательств. Каких-либо допустимых и достоверных доказательств, опровергающих выводы судебного исследования, ответчики не представили.

Основания, по которым судом отклоняется экспертное заключение ФИО7, идентичны тем, что послужили основанием для назначения повторной экспертизы.

Определяя надлежащего ответчика по делу, суд учитывает следующее.

В силу статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Применительно к правилам, предусмотренным главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ (пункт 1).

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен (часть 3 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. N 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» при разрешении вопроса, имелись ли между сторонами трудовые отношения, суд в силу статей 55, 59 и 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вправе принимать любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством (пункт 18).

Из содержания приведенных выше норм материального права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что работник, управляющий источником повышенной опасности в силу трудовых или гражданско-правовых отношений с собственником этого источника повышенной опасности, не признается владельцем источника повышенной опасности по смыслу статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность в таком случае возлагается на работодателя, являющегося владельцем источника повышенной опасности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1079 указанного кодекса юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что согласно статьям 1068 и 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности.

Из содержания приведенных выше норм материального права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что лицо, управляющее источником повышенной опасности в силу трудовых или гражданско-правовых отношений с собственником этого источника повышенной опасности, не признается владельцем источника повышенной опасности по смыслу статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность в таком случае возлагается на работодателя, являющегося владельцем источника повышенной опасности.

Законным владельцем источника повышенной опасности, на которого законом возложена обязанность по возмещению вреда, причиненного в результате использования источника повышенной опасности, является юридическое лицо или гражданин, эксплуатирующие источник повышенной опасности в момент причинения вреда в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, права оперативного управления либо в силу иного законного основания.

Следовательно, субъектом ответственности за причинение вреда источником повышенной опасности является лицо, которое обладало гражданско-правовыми полномочиями по использованию соответствующего источника повышенной опасности, имело его в своем реальном владении и использовало на момент причинения вреда.

При этом, по смыслу приведенных правовых норм, ответственность за причиненный источником повышенной опасности вред несет его собственник, если не докажет, что право владения источником повышенной опасности было передано им иному лицу в установленном законом порядке.

Из материалов дела следует, что собственником транспортного средства «Nissan Diеsel, г/н XXXX» на дату ДТП являлся ответчик ФИО3, что подтверждается сведениями УМВД России по Приморскому краю.

Согласно выписке из ЕГРИП, ФИО3, ДД.ММ.ГГ г.р., зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя с ДД.ММ.ГГ, основным видом его деятельности является деятельность автомобильного грузового транспорта, дополнительными видами его деятельности являются: работы строительные специализированные прочие, не включенные в другие группировки, предоставление услуг по перевозкам, аренда и лизинг строительных машин и оборудования, аренда и лизинг прочих видов транспорта, оборудования и материальных средств, не включенных в другие группировки.

Ответчик ФИО2 в качестве индивидуального предпринимателя не зарегистрирован.

Как следует из пояснений ФИО2, данных в судебном заседании от ДД.ММ.ГГ, он управлял спорным транспортным средством, когда неофициально работал у ФИО3, перевозил грузы по заявке, ему осуществлялась фиксированная выплата за работу в размере 2 000 руб. в день от ФИО3, ФИО2 предоставлял спорное транспортное средство для работы, у него в наличии было больше одной машины. После ДТП ответчик ФИО2 ездил на других машинах ФИО3, ущерб ему не возмещал (л.д. 135 т.2).

В объяснениях, данных в ДПС ГИБДД ДД.ММ.ГГ, ФИО2 указал, что официально не работает, водитель по найму.

В судебном заседании от ДД.ММ.ГГ представитель ответчика ФИО3 – ФИО4 поясняла, что ответчики знакомы давно и автомобиль ФИО3 предоставлял ФИО2 для личных целей, никаких трудовых отношений между ними не было, какие-либо договоры стороны не заключали.

Оценивая пояснения сторон, в совокупности с материалами дела, суд приходит к выводу о том, что ответственность за причиненный материальный ущерб следует возложить на ФИО3, поскольку в момент ДТП ДД.ММ.ГГ ответчик ФИО2 управлял грузовым транспортным средством Nissan Diеsel, г/н XXXX по заданию и в интересах ФИО3, который зарегистрирован в качестве ИП, фактически между сторонами сложились трудовые правоотношения, после произошедшего ДТП ответчик ФИО2 выполнял задания ФИО3 на иных транспортных средствах.

В силу части 2 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации никакие доказательства не имеют заранее установленной силы, следовательно, отсутствие письменного договора само по себе не исключает наличия трудовых отношений между гражданином, управляющим источником повышенной опасности, и владельцем этого источника, равно как и наличие письменного договора аренды само по себе не предопределяет того, что имел место действительный переход права владения транспортным средством.

Обязанность доказать обстоятельства, освобождающие собственника автомобиля от ответственности, в частности факт действительного перехода владения к другому лицу, должна быть возложена на собственника этого автомобиля, который считается владельцем, пока не доказано иное (определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГ N 18-КГ23-106-К4).

Доказательства, освобождающие ФИО3 как собственника автомобиля от ответственности, в материалы дела не предоставлены.

Не постоянный и безвозмездный характер использования ТС Nissan Diеsel, г/н XXXX для личных целей ФИО2, опровергается данными полиса ОСАГО ХХХ 0231125160, в который ответчик ФИО2 наряду с другими лицами включен в число лиц, допущенных к управлению ТС.

По мнению суда, включение ФИО2 в полис ОСАГО, напротив, свидетельствует о стабильном, характерном для трудовых отношений характере использования грузового автомобиля, находящегося в собственности лица, профессионально занимающегося деятельностью автомобильного грузового транспорта, в интересах последнего (собственника).

В пояснениях, данных в судебных заседаниях ответчик ФИО2 либо его представитель никогда не ссылались на то, что ФИО2 использовал ТС Nissan Diеsel, г/н XXXX для личных целей.

Ответчик ФИО3 как лицо, заинтересованное в надлежащем оформлении передачи полномочий по владению спорным автомобилем другому лицу, в целях разграничения материальной ответственности, был не лишен возможности заключить с ФИО2 договор аренды, чего не сделал, со слов представителей ответчиков, стороны какие-либо договоры не заключали.

При таких обстоятельствах, поскольку страховая компания выплатила истцу страховое возмещение в размере максимального лимита ответственности (в силу п. «б» ст. 7 ФЗ от 25. 04.2002 г. N 40-ФЗ), требования истца о взыскании ущерба с ответчика ФИО3 в размере 292 000 руб. (692 500 руб. ущерб по судебной экспертизе ФБУ Приморская ЛСЭ Минюста России без учета износа – 400 000 руб. выплаченное страховое возмещение) подлежат удовлетворению. В удовлетворении исковых требований к ФИО2 суд отказывает.

Принимая во внимание, что в соответствии с положениями ст. 15 ГК РФ потерпевшее лицо имеет право на полное возмещение убытков, суд приходит к выводу обоснованности требований истца о взыскании с ответчика ФИО3 утраты товарной стоимости автомобиля Lexus RС300H.

Утрата товарной стоимости представляет собой уменьшение стоимости транспортного средства, вызванное преждевременным ухудшением товарного (внешнего) вида автомобиля и его эксплуатационных качеств в результате снижения прочности и долговечности отдельных деталей, узлов и агрегатов, соединений и защитных покрытий вследствие дорожно-транспортного происшествия и последующего ремонта.

Таким образом, утрата товарной стоимости относится к реальному ущербу наряду со стоимостью ремонта и запасных частей автомобиля, поскольку уменьшение его потребительской стоимости влечет наступление для истца ущерба, данное нарушенное право может быть восстановлено путем выплаты денежной компенсации. Владелец вправе заявлять требования о взыскании такой компенсации, так как его права нарушены самим фактом дорожно-транспортного происшествия.

Определяя размер утраты товарной стоимости, подлежащий взысканию с ответчика ФИО3 в пользу истца, суд полагает возможным руководствоваться выводами экспертного исследования ИП ФИО6, которые в части расчета УТС подробно мотивированы. Обстоятельства, которые воспрепятствовали эксперту ФБУ Приморская ЛСЭ Минюста России произвести расчет УТС, по мнению суда, не должны являться основанием для отказа истцу в удовлетворении требования. По смыслу п. 1 ст. 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. Таким образом, с ответчика ФИО3 в пользу истца подлежит взысканию утрата товарной стоимости 69 100 руб.

Кроме того, поскольку при проведении судебной экспертизы ФБУ Приморская ЛСЭ Минюста России расходы истца по демонтажу / нанесению защитной пленки не были учтены в составе ущерба и не были рассчитаны, при этом наличие защитной пленки на автомобиле истца усматривается из фотоматериала экспертного исследования ИП ФИО6 №Н898/22 от ДД.ММ.ГГ, суд полагает, что расходы истца по демонтажу и установке новой антигравиной пленки также следует включить в состав убытков, подлежащих возмещению. Размер убытков суд полагает возможным определить на основании наряд-заказа ИП ФИО15 Тех.Центра «АвтоЭлектроСервис» от ДД.ММ.ГГ (л.д. 119 т.1), подтверждающего размер фактических затрат истца в сумме 127 500 руб. Указанные расходы подлежат взысканию с ФИО3

Согласно ст.ст. 88, 94, 98 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела, к которым, в том числе, относятся расходы на оплату услуг представителя и другие признанные судом необходимыми расходы.

Согласно ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

В силу ч. 6 ст. 98 ГПК РФ, в случае неисполнения стороной или сторонами обязанности, предусмотренной частью первой статьи 96 настоящего Кодекса, если в дальнейшем они не произвели оплату экспертизы или оплатили ее не полностью, денежные суммы в счет выплаты вознаграждения за проведение экспертизы, а также возмещения фактических расходов эксперта, судебно-экспертного учреждения, понесенных в связи с проведением экспертизы, явкой в суд для участия в судебном заседании, подлежат взысканию с одной стороны или с обеих сторон и распределяются между ними в порядке, установленном частью первой настоящей статьи.

В соответствии со статьей 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

На основании ст.ст. 94, 98, 100 ГПК РФ с ответчика ФИО3 в пользу истца подлежат взысканию подтвержденные документально расходы по оплате юридических услуг в размере 35 000 руб., так как указанные расходы являются разумными, не являются завышенными, расходы по оплате услуг оценщика в размере 10 000 руб., поскольку они являлись необходимыми для предъявления иска в суд, определения цены иска; расходы по оплате судебной экспертизы в размере 50 000 руб., поскольку также подтверждены документально, признаны судом необходимыми.

Расходы по оплате госпошлины подлежат удовлетворению на сумму 8086 руб., исходя из цены иска (размера уточненных исковых требований). В удовлетворении требований о взыскании судебных расходов по оплате госпошлины в большем размере суд отказывает, поскольку сумма госпошлины 14 435,01 руб. была оплачена от цены иска 1 247 000 руб.

Поскольку решение суда состоялось не в пользу ответчика ФИО3, в порядке ч. 6 ст. 98 ГПК РФ, суд взыскивает с указанного ответчика в пользу ФБУ Приморская ЛСЭ Минюста России сумму недоплаты за проведение судебной экспертизы в размере 484 руб.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 – удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3 (паспорт XXXX) в пользу ФИО1 (XXXX) в счет возмещения материального ущерба 292 000 руб., расходы по нанесению защитной пленки 127 500 руб., утрату товарной стоимости 69 100 руб., расходы по оплате юридических услуг 35 000 руб., расходы по оплате услуг оценщика 10 000 руб., расходы по оплате судебной экспертизы 50 000 руб., расходы по оплате госпошлины 8086 руб.

Взыскать с ФИО3 (паспорт XXXX) в пользу ФБУ Приморская ЛСЭ Минюста России (ИНН <***>) расходы за проведение судебной экспертизы 484 руб., с перечислением на банковские реквизиты: Получатель: УФК по Приморскому краю (ФБУ Приморская ЛСЭ Минюста России)

л/с: 20206X25650 (где Х-англ.)

Банковский (казначейский) счет: 03214643000000012000

ИНН: <***>

КПП: 254301001

Банк: Дальневосточное ГУ Банка России// УФК по Приморскому краю г. Владивосток

БИК: 010507002

ОКТМО: 05701000

Кор. счет: 40102810545370000012

В удовлетворении исковых требований к ФИО2, а также во взыскании расходов по оплате госпошлины в большем размере – отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Приморский краевой суд через Уссурийский районный суд в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.

Председательствующий Ю.С. Денисова.

Мотивированное решение изготовлено 7 февраля 2025 года.