Решение по делу № 2-17/2025 от 24.03.2025 - о лишении права на получение федеральных и региональных выплат, пособий, страховых сумм и иных мер социальной поддержки и социальных гарантий, причитающихся семьям военнослужащих, погибших при выполнении задач в ходе специальной военной операции.

УИД:36RS0018-01-2024-000990-59

Дело № 2-17/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

с. Каширское 24 марта 2025 г.

Каширский районный суд Воронежской области в составе:

Председательствующегосудьи Тюльковой Н.В.,

при ведении протокола помощником судьи Галкиной Д.В.,

с участием:

истца ФИО4, ее представителя на основании ордера – адвоката Клюевой А.А., представителя ответчика А.А.ЮА. на основании ордера – адвоката Филатовой Л.С.,,

рассмотрел в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску СисевойНатальи Сергеевны к ФИО7 о лишении права на получение федеральных и региональных выплат, пособий, страховых сумм и иных мер социальной поддержки и социальных гарантий, причитающихся семьям военнослужащих, погибших при выполнении задач в ходе специальной военной операции.

установил:

ФИО4 обратилась в суд с иском к ФИО7 о лишении его права на получение федеральных и региональных выплат, пособий, страховых сумм и иных мер социальной поддержки и социальных гарантий, причитающихся семьям военнослужащих, погибших при выполнении задач в ходе специальной военной операции.

В обоснование иска указано, что истец состояла в браке с ФИО8, брак с которым расторгнут 12.09.1994. От брака был рожден сын–ФИО6ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Их сын ФИО6 ФИО37 принимал участие в специальной военной операции на территориях Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики и Украины, и, находясь при исполнении обязанностей военной службы ДД.ММ.ГГГГ погиб.

Полагает, что ответчик является ненадлежащим лицом для получения вышеуказанных социальных мер и гарантий, так как не имеет законных прав на получение по причине того, что членом семьи погибшего военнослужащего он не являлся. В период их совместного проживания, а именно с сентября 1988 по 1991 годы ответчик словесно унижал сына ФИО5 и применял к нему физическую силу, как и к остальным членам семьи. Ответчик является только биологическим отцом ФИО38., между ними фактические семейные и родственные связи утрачены с 1991 года, так как ответчик полностью самоустранился от какого-либо участия в воспитании ФИО5, не заботился о его состоянии здоровья и судьбе, не оказывал ему моральную, физическую, духовную поддержку, никаких мер для создания сыну условий жизни, необходимых для его развития не предпринимал и не общался с ним. Кроме того, ответчик не выплачивал алименты на содержание своего ребенка, никогда никаких денежных средств на его содержание не перечислял. Требований по поводу уплаты алиментов на содержание ребенка к ответчику истец не предъявляла по просьбе его матери, так как боялась, что ее сына привлекут к уголовной ответственности за их неуплату. Воспитанием ФИО5, формированием его моральных, нравственных, физических и духовных качеств, становлением личности занималась истец (мать). В сборе для отправления в зону проведения специальной военной операции ни финансового, ни морально ответчик не участвовал. Все расходы на похороны сына ФИО6 ФИО39 истец ФИО4 несла самостоятельно.

В судебном заседании истец ФИО4 и ее представительна основании ордера – адвокатКлюева А.А. поддержали заявленные исковые требования и просили об их удовлетворении по основаниям, указанным в исковом заявлении.

Ответчик ФИО7 в судебное заседание не явился, в материалах дела имеется заявление о рассмотрении дела в его отсутствие. Представитель ответчика по ордеру – адвокатФилатова Л.С. в судебном заседании просила отказать в удовлетворении иска, ссылаясь на его незаконность и необоснованность.

Помощник прокурора Каширского района Воронежской области Колесова М.Г., давая заключение по делу, полагала заявленные исковые требования подлежащими удовлетворению, поскольку в процессе рассмотрения дела установленаутрата родственных отношений между ответчиком и погибшим, в том числе при рассмотрении дела из совокупности исследованных доказательств установлено, что ФИО7 не принимал участие в надлежащем воспитании военнослужащего, его содержании и формировании у него патриотического отношения к Родине побудившего на защиту Отечества.

Иные лица, участвующие в деле в судебное заседание не явились, представителей не направили о времени и месте извещены надлежащим образом. Ходатайств об отложении дела слушанием не представлено.

В соответствии с ч.3 ст. 167 ГПК РФ суд вправе рассмотреть дело в случае неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле и извещенных о времени и месте судебного заседания, если ими не представлены сведения о причинах неявки или суд признает причины их неявки неуважительными.

Выслушав объяснения, явившихся в судебное заседание лиц, допросив свидетелей, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Российская Федерация – этосоциальное государство, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека. В Российской Федерации охраняется труд и здоровье людей, устанавливается гарантированный минимальный размер оплаты труда, обеспечивается государственная поддержка семьи, материнства, отцовства и детства, инвалидов и пожилых граждан, развивается система социальных служб, устанавливаются государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты (статья 7 Конституции Российской Федерации). Каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (часть 1 статьи 39 Конституции Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 969 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что в целях обеспечения социальных интересов граждан и интересов государства законом может быть установлено обязательное государственное страхование жизни, здоровья и имущества государственных служащих определенных категорий. Обязательное государственное страхование осуществляется за счет средств, выделяемых на эти цели из соответствующего бюджета министерствам и иным федеральным органам исполнительной власти (страхователям).

Обязательное государственное страхование осуществляется непосредственно на основании законов и иных правовых актов о таком страховании указанными в этих актах государственными страховыми или иными государственными организациями (страховщиками) либо на основании договоров страхования, заключаемых в соответствии с этими актами страховщиками и страхователями (п. 2 ст. 969 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 2 статьи 1 Федерального закона от 27 мая 1998 г. N 76-ФЗ "О статусе военнослужащих" военнослужащие обладают правами и свободами человека и гражданина с некоторыми ограничениями, установленными названным федеральным законом, федеральными конституционными законами и федеральными законами. На военнослужащих возлагаются обязанности по подготовке к вооруженной защите и вооруженная защита Российской Федерации, которые связаны с необходимостью беспрекословного выполнения поставленных задач в любых условиях, в том числе с риском для жизни. В связи с особым характером обязанностей, возложенных на военнослужащих, им предоставляются социальные гарантии и компенсации.

Военнослужащие и граждане, призванные на военные сборы, подлежат обязательному государственному личному страхованию за счет средств федерального бюджета. Основания, условия и порядок обязательного государственного личного страхования указанных военнослужащих и граждан устанавливаются федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (пункт 1 статьи 18 Федерального закона от 27 мая 1998 г. N 76-ФЗ "О статусе военнослужащих").

Условия и порядок осуществления обязательного государственного страхования жизни и здоровья военнослужащих и иных приравненных к ним лиц определены в Федеральном законе от 28 марта 1998 г. N 52-ФЗ "Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации" (далее - Федеральный закон от 28 марта 1998 г. N 52-ФЗ).

Исходя из положений статьи 1 Федерального закона от 28 марта 1998 г. N 52-ФЗ к застрахованным лицам по обязательному государственному страхованию относятся и военнослужащие, за исключением военнослужащих, военная служба по контракту которым в соответствии с законодательством Российской Федерации приостановлена.

В случае смерти (гибели) застрахованного лица выгодоприобретателями по обязательному государственному страхованию являются в том числе родители (усыновители) застрахованного лица (абзац третий пункта 3 статьи 2 Федерального закона от 28 марта 1998 г. N 52-ФЗ).

В соответствии с положениями части 9 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 г. N 306-ФЗ в случае гибели (смерти) военнослужащего или гражданина, призванного на военные сборы, наступившей при исполнении им обязанностей военной службы, либо смерти, наступившей вследствие военной травмы, каждому члену его семьи выплачивается ежемесячная денежная компенсация.

Согласно пункту 2 части 11 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 г. N 306-ФЗ членами семьи военнослужащего, гражданина, призванного на военные сборы, или инвалида вследствие военной травмы, имеющими право на получение единовременного пособия, предусмотренного частью 8 данной статьи, и ежемесячной денежной компенсации, установленной частями 9 и 10 этой же статьи, независимо от нахождения на иждивении погибшего (умершего, пропавшего без вести) кормильца или трудоспособности считаются в том числе родители военнослужащего, гражданина, призванного на военные сборы, или инвалида вследствие военной травмы.

В случае гибели военнослужащего при исполнении воинского долга или смерти вследствие ранения, травмы, контузии, полученных при исполнении обязанностей военной службы, Российская Федерация как социальное государство принимает на себя обязательства по оказанию социальной поддержки членам его семьи, исходя из того, что их правовой статус произволен от правового статуса самого военнослужащего и обусловлен спецификой его служебной деятельности.

Публично-правовой механизм возмещения вреда, причиненного гибелью (смертью) военнослужащего, наступившей при исполнении им обязанностей военной службы, в том числе по призыву, членам его семьи в настоящее время включает в себя, в частности, пенсионное обеспечение в виде пенсии по случаю потери кормильца, назначаемой и выплачиваемой в соответствии с пенсионным законодательством Российской Федерации (пункт 1 статьи 25 Федерального закона от 27 мая 1998г. N 76-ФЗ "О статусе военнослужащих"), и страховое обеспечение по государственному страхованию жизни и здоровья военнослужащих (пункт 3 статьи 2, статья 4 и пункт 2 статьи 5 Федерального закона от 28 марта 1998 г. N 52-ФЗ "Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации").

К элементам публично-правового механизма возмещения вреда, причиненного членам семьи военнослужащего в связи с его гибелью (смертью) при исполнении обязанностей военной службы, относятся и такие меры социальной поддержки, как единовременное денежное пособие и ежемесячная денежная компенсация, предусмотренные частями 8 - 10 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 г. N 306-ФЗ "О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат".

При определении круга членов семьи погибшего (умершего) военнослужащего, имеющих право на названные выплаты, федеральный законодатель, действуя в рамках своих дискреционных полномочий, исходил, в частности, из целевого назначения данных выплат, заключающегося в восполнении материальных потерь, связанных с утратой возможности для этих лиц как членов семьи военнослужащего получать от него, в том числе в будущем, соответствующее содержание.

Таким образом, установленная федеральным законодателем система социальной защиты членов семей военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы, направлена на максимально полную компенсацию связанных с их гибелью материальных потерь.

Такое правовое регулирование, гарантирующее родителям военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы (сотрудников органов внутренних дел, погибших при исполнении служебных обязанностей), названные выплаты, имеет целью не только восполнить связанные с этим материальные потери, но и выразить от имени государства признательность гражданам, вырастившим и воспитавшим достойных членов общества – защитников Отечества (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 17 июля 2014 г. N22-П, от 19 июля 2016 г. N 16-П).

Из приведенных нормативных положений и правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации следует, что законодатель, гарантируя военнослужащим, выполняющим конституционно значимые функции, связанные с обеспечением обороны страны и безопасности государства, общественного порядка, законности, прав и свобод граждан, материальное обеспечение и компенсации в случае причинения вреда их жизни или здоровью, установил и систему мер социальной поддержки членов семьи военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы. К числу таких мер относятся страховое обеспечение по государственному страхованию жизни и здоровья военнослужащих, единовременное денежное пособие, ежемесячная денежная компенсация, которые подлежат выплате в том числе родителям военнослужащего в случае его гибели (смерти) при исполнении обязанностей военной службы. Цель названных выплат - компенсировать лицам, в данном случае родителям, которые длительное время надлежащим образом воспитывали военнослужащего, содержали его до совершеннолетия и вырастили достойного защитника Отечества, нравственные и материальные потери, связанные с его гибелью при выполнении обязанностей военной службы, осуществляемой в публичных интересах.

Исходя из целей названных выплат, а также принципов равенства, справедливости и соразмерности, принципа недопустимости злоупотребления правом как общеправового принципа, выступающих в том числе критериями прав, приобретаемых на основании закона, указанный в нормативных правовых актах, в данном случае в статье 5 Федерального закона от 28 марта 1998 г. N 52-ФЗ и в статье 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 г. N 306-ФЗ, круг лиц, имеющих право на получение мер социальной поддержки в случае гибели военнослужащего при исполнении обязанностей военной службы, среди которых родители такого военнослужащего, не исключает различий в их фактическом положении и учета при определении наличия у родителей погибшего военнослужащего права на меры социальной поддержки в связи с его гибелью их действий по воспитанию, физическому, умственному, духовному, нравственному, социальному развитию и материальному содержанию такого лица и имеющихся между ними фактических родственных и семейных связей.

права родителя, в том числе на получение различных государственных пособий и выплат, основанных на факте родства с ребенком, не относятся к числу неотчуждаемых прав гражданина, поскольку законом предусмотрена возможность лишения гражданина такого права в случае уклонения от выполнения им обязанностей родителя.

Судом установлено и следует из материалов дела, что ФИО4 состояла в зарегистрированном браке с ФИО7 с 22.07.1988, который былрасторгнут ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д.24).

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р.является сыномФИО4 и ФИО7 (л.д.25).

31.07.2023 ФИО6 ФИО40 заключил контракт о прохождении военной службы. Согласно извещению войсковой части 29760 ФИО6 ФИО41., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, старший стрелок мотострелкового взвода мотострелковой роты войсковой части 69357, пропал без вести ДД.ММ.ГГГГ при выполнении задач в ходе проведения специальной военной операции на территории ДНР, ЛНР и Украины (л.д.19).

01.10.2024 выдано свидетельство о смерти ФИО6ФИО2, умершего ДД.ММ.ГГГГ при исполнении обязанностей военной службы (л.д.26).

Инициируя обращение в суд с настоящим иском, ФИО4 полагала, что ФИО7(отец) должен быть лишен права на получение мер социальной поддержки, поскольку не участвовал в жизни сына.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Забота о детях, их воспитание - равное право и обязанность родителей (часть 2 статьи 38 Конституции Российской Федерации).

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (абзац второй пункта 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

Родители имеют равные права и несут равные обязанности в отношении своих детей (родительские права) (пункт 1 статьи 61 Семейного кодекса Российской Федерации).

Родители имеют право и обязаны воспитывать своих детей. Родители несут ответственность за воспитание и развитие своих детей. Они обязаны заботиться о здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии своих детей (абзацы первый и второй пункта 1 статьи 63 Семейного кодекса Российской Федерации).

Родитель, проживающий отдельно от ребенка, имеет права на общение с ребенком, участие в его воспитании и решении вопросов получения ребенком образования (пункт 1 статьи 66 Семейного кодекса Российской Федерации).

Родитель, проживающий отдельно от ребенка, имеет право на получение информации о своем ребенке из образовательных организаций, медицинских организаций, организаций социального обслуживания и аналогичных организаций. В предоставлении информации может быть отказано только в случае наличия угрозы для жизни и здоровья ребенка со стороны родителя. Отказ в предоставлении информации может быть оспорен в судебном порядке (пункт 4 статьи 66 Семейного кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 80 Семейного кодекса Российской Федерации установлено, что родители обязаны содержать своих несовершеннолетних детей. Порядок и форма предоставления содержания несовершеннолетним детям определяются родителями самостоятельно. Родители вправе заключить соглашение о содержании своих несовершеннолетних детей (соглашение об уплате алиментов) в соответствии с главой 16 названного кодекса.

В случае, если родители не предоставляют содержание своим несовершеннолетним детям, средства на содержание несовершеннолетних детей (алименты) взыскиваются с родителей в судебном порядке (пункт 2 статьи 80 Семейного кодекса Российской Федерации).

Согласно абзацу второму статьи 69 Семейного кодекса Российской Федерации родители (один из них) могут быть лишены родительских прав, если они уклоняются от выполнения обязанностей родителей, в том числе при злостном уклонении от уплаты алиментов.

Пунктом 1 статьи 71 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что родители, лишенные родительских прав, теряют все права, основанные на факте родства с ребенком, в отношении которого они были лишены родительских прав, в том числе право на получение от него содержания (статья 87), а также право на льготы и государственные пособия, установленные для граждан, имеющих детей.

В пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 ноября 2017 г. N 44 "О практике применения судами законодательства при разрешении споров, связанных с защитой прав и законных интересов ребенка при непосредственной угрозе его жизни или здоровью, а также при ограничении или лишении родительских прав" разъяснено, что уклонение родителей от выполнения своих обязанностей по воспитанию детей может выражаться в отсутствии заботы об их здоровье, о физическом, психическом, духовном и нравственном развитии, обучении. Разрешая вопрос о том, имеет ли место злостное уклонение родителя от уплаты алиментов, необходимо, в частности, учитывать продолжительность и причины неуплаты родителем средств на содержание ребенка.

Из положений семейного законодательства следует, что семейная жизнь предполагает наличие тесной эмоциональной связи между ее членами, в том числе между родителями и детьми, взаимную поддержку и помощь членов семьи, ответственность перед семьей всех ее членов. При этом основной обязанностью родителей в семье является воспитание, содержание детей, защита их прав и интересов. Поскольку родители несут одинаковую ответственность за воспитание и развитие ребенка, данная обязанность должна выполняться независимо от наличия или отсутствия брака родителей, а также их совместного проживания. Уклонение родителей от выполнения своих обязанностей по воспитанию детей может выражаться в отсутствии заботы об их здоровье, о физическом, психическом, духовном и нравственном развитии, обучении. Невыполнение по вине родителей родительских обязанностей, в том числе по содержанию детей, может повлечь для родителей установленные законом меры ответственности, среди которых - лишение родительских прав. В числе правовых последствий лишения родительских прав - утрата родителем (родителями) права на льготы и государственные пособия, установленные для граждан, имеющих детей.

Таким образом, права родителя, в том числе на получение различных государственных пособий и выплат, основанные на факте родства с ребенком, не относятся к числу неотчуждаемых прав гражданина, поскольку законом предусмотрена возможность лишения гражданина такого права в случае уклонения от выполнения им обязанностей родителя.

Ввиду изложенного, а также с учетом целей правового регулирования мер социальной поддержки, предоставляемых родителям военнослужащего в случае его гибели (смерти) в период прохождения военной службы при исполнении обязанностей военной службы, направленных на возмещение родителям, которые длительное время надлежащим образом воспитывали военнослужащего, содержали его до совершеннолетия и вырастили защитником Отечества, нравственных и материальных потерь, связанных с его гибелью (смертью) при исполнении обязанностей военной службы, лишение права на получение таких мер социальной поддержки возможно при наличии обстоятельств, которые могли бы служить основаниями к лишению родителей родительских прав в случае уклонения от выполнения обязанностей родителей, в том числе при злостном уклонении от уплаты алиментов.

В соответствии со ст. ст. 12, 56, 57 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, каждая сторона в судебном разбирательстве должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. Доказательства представляются сторонами.

Судом установлено и стороной истца не оспаривалось, что ответчик ФИО7 родительских прав в отношении ФИО6 ФИО42 не был лишен и в них не ограничивался.

В настоящее время ответчик ФИО7 является инвалидом третьей группы по общему заболеванию, установленной 28.08.2008 (т.1 л.д.59).

На момент расторжения брака сентябрь 1994 года семья, в которой родился ФИО1 (погибший военнослужащий), проживала в Липецкой области, что подтверждается как представленными в материалы дела доказательствами, а также показаниями допрошенных в судебном заседании свидетелей. Фактическое прекращение брачных отношений бывших супругов А-вых произошло ранее даты расторжения брака в 1991 году (показания ФИО7 в судебном заседании т. 1 л.д.100) и признание этих обстоятельств истцом. Ребенок, совместный сын сторон –ФИО5, остался проживать с матерью.

Согласно справке №349 от 22.11.2024, выданной администрацией сельского поселения Дрязгинского сельского совета Усманского муниципального района Липецкой области ФИО9 была зарегистрирована и проживала с детьми с 1996 по 2002 гг в квартире расположенной по адресу: <адрес>, <адрес>.<адрес> имела следующий состав семьи: дочь ФИО10 ДД.ММ.ГГГГ г.р., сын ФИО6 ФИО43., ДД.ММ.ГГГГ.р., дочь ФИО6 ФИО44., ДД.ММ.ГГГГ.р., дочь ФИО11, ДД.ММ.ГГГГ г.р. и внучка ФИО12, ДД.ММ.ГГГГ г.р. (т.1 л.д. 183).

С момента фактического прекращения между сторонами (истцом и ответчиком) брачных отношений, т.е. когда ФИО5 (погибший военнослужащий) находился в малолетнем возрасте, его отец (ответчик ФИО7) полностью самоустранилась от участия в жизни сына, воспитанием ребенка не занимался, моральную, материальную, физическую и духовную поддержку не оказывал, мер для создания несовершеннолетнему условий жизни, необходимых для его развития, а также для восстановления родственных связей, не принимал, что подтвердили допрошенные в судебном заседании свидетели: старшая сестра погибшего ФИО13, бывший супруг ФИО3 (истца) Свидетель №1, зять истца ФИО33 ФИО46., знакомые семьи: ФИО33 ФИО45., ФИО14

Из показаний допрошенных в судебном заседании свидетелей со стороны ответчика ФИО7 – ФИО17, приходящейся погибшему теткой по линии отца, ФИО15 и П. – двоюродных брата и сестру ФИО5 по линии отца, следует, что погибший и указанные лица общались: ФИО5 приходил к своей тетке, которая ему также была крестной матерью когда достиг совершеннолетия, а ранее как следует из пояснений свидетелей, ответчик ФИО7 проживал в доме состоящем из двух квартир одну из квартир занимал он, а вторую его мать, т.е бабушка ФИО5. ФИО5 бывал у своей бабушки, где также находились другие внуки, в том числе ФИО15 и ФИО16 Свидетели утверждали о том, что ФИО5 часто проводил время с ним, а также с ответчиком, вместе с тем пояснить о том, как они проводили совместное время, в какие игры играли, какие подарки дарил ФИО7 своему сыну пояснить не смогли. Свидетель ФИО17 в своих показаниях также ссылалась на то, что между истцом и ответчиком имелся конфликт по поводу уплаты алиментов на содержание их совместного сына, о наличии такого конфликта указывал и племянник ФИО8 – свидетельФИО15 При этом свидетель ФИО17 пояснила, что данный между сторонами конфликт улаживала их мать, т.е бывшая свекровь истца – даваладенежные средства ФИО18, чтобы она не обращалась в правоохранительные органы для принятия мер к ФИО7

Из пояснений самого ответчика ФИО7 в судебном заседании следует, что ему известны число месяц и год рождения сына, чем он увлекался, ответить затруднился, указав, что последний часто прогуливал уроки, о семейном положении сына пояснить ничего не смог. Указал, что сын отбывал наказание в местах лишения свободы дважды. Каких-либо сведений о том, когда конкретно ФИО2 подписал контракт на прохождение военной службы, когда приступил к ее выполнению, имел ли награды, ранения, ничего не пояснил ни в судебном заседании, ни в своих письменных пояснениях адресованных суду (т.1 л.д. 44-47). Представить совместные фотографии отца с сыном или фотографии ФИО5 с родственниками по линии отца, сторона ответчика не смогла, пояснив это обстоятельство тем, что семейный альбом утрачен. По поводу уплаты алиментов ФИО7 пояснил, что денежные средства отдавал ФИО18 под расписку, в настоящее время они у него не сохранились. Кроме того, об отсутствие долга по уплате алиментов на содержание ребенка он подтверждал судебным приставам.

Вместе с тем по сведениям, поступившим из ОСП по г. Нововоронежу и Каширскому району УФССП России от 31.01.2025 №, с ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ алименты на содержание детей в пользу ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ г.р. на исполнение не поступали (т.1 л.д.130).

Данные доказательства в совокупности дают суду основания прийти к выводу, что свои родительские обязанности по содержанию ребенка ФИО7 выполнял не надлежащим образом, каких-либо фактов свидетельствующих об обратном, ответчик во время рассмотрения дела не представил.

Свидетели ФИО19,ФИО20, соседи истца в период ее проживания с детьми в п.Колодезный Каширского района с 2002 года, пояснили, что отцом ФИО5 считали другого человека – Свидетель №1, о том, что ответчик является его отцом им стало известно только в настоящем судебном заседании. ФИО7 никогда в их дворе они не видели и не встречали его с ФИО5.

Из показаний свидетелей ФИО21 и ФИО22, состоявших в дружеских отношениях с погибшим, также следует, что ФИО5 со своим отцом не общался и эту тему не желал обсуждать.

Из протокола осмотра доказательств составленного нотариусом нотариального округа городского округа город Воронеж ФИО23 следует, что был проведен осмотр содержания письменных сообщений, полученных с помощью сервиса мгновенного обмена текстовыми сообщениями «WhatsApp», содержащихся в мобильном телефоне ФИО4 с контактом «Лена Сноха», с номером телефона: №. Из указанной переписки от 11.10.2023 следует, что ФИО1 называл Свидетель №1 своим отцом, ФИО6 Ю.В. ему никогда не звонил и он с ним не общался (т.1 л.д. 150-179).

Сестры ФИО5 – ФИО47 и ФИО13 в своих показаниях указывали на то, что тема отца являлась для брата болезненной. ФИО7 не признавал в нем сына и всячески ему это демонстрировал, отталкивал его. С теми, кто находился с ФИО5 в дружеских отношениях, он тянулся, всегда им помогал. После того, как брат стал военнослужащим, в периоды своих отпусков, он проводил время только со своим близким кругом, который его поддерживал. Он вел социальную сеть «Одноклассники», куда выкладывал свои фотографии.

Оснований не доверять показаниям свидетелей суд не усматривает, свидетели предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, их пояснения согласуются между собой и с материалами дела.

Отсутствие участия ФИО6 Ю.В. в воспитании сынаподтверждается характеристикой из МКОУ «Колодезянская СОШ имени ФИО24» из которой следует, что ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ с 2001 по 2003 обучался в данной школе. В связи с неудовлетворительным поведением в школу вызывались родители, но учебное заведение посещала только мама (т.1 л.д. 187).

Об отсутствии общения между отцом и сыном также свидетельствуют и такие обстоятельства как отсутствие у ФИО8 такой информации как вступление ФИО5 в брак и последующее его расторжение (т.1 л.д. 180), получение им ранения 12.08.2023 и его нахождение на лечении, и предоставлении ему в связи с этим отпуска по болезни (т.1 л.д.192-195), о направлении его на лечение в Калининград (т.1 л.д.196, 197); награждение его медалью «За воинскую доблесть» II степени 20.09.2024, знаком отличия ордена Святого Георгия – Георгиевским Крестом IV степени 15.02.2024 (т.1 л.д. 199).

Суд полагает необходимым обратить внимание и на то обстоятельство, что из обозренных в судебном заседании 24.03.2025 подлинников документов об образовании погибшего ФИО1 следует, что он имел средне-специальное образование, и при его получении обучался на положительные оценки, был представлен подлинник удостоверения «Ветерана боевых действий».

В период нахождения ФИО48 в зоне СВО ответчик не оказывал ему моральную, физическую, духовную поддержку, не отправлял ни одной посылки, доказательств обратного, суду не представлено.

Данные обстоятельства в полной мере свидетельствуют об отсутствии информации у ФИО49 о своем сыне, которая в случае нормальных отношений между ними и при поддержании семейный отношений отца с сыном была бы ему известна.

По запросу суда из банковских учреждений истребованы сведения о наличии счетов у ФИО50. и движение по ним денежных средств. Проанализировав выписки о движении денежных средств судом установлено, что за весь период использования счета ни одного перевода денежных средств ФИО6 ФИО51. своему отцу ФИО7 не осуществил (т.2 л.д. 1-100).

Захоронение ФИО6 ФИО52. осуществлялось его матерью, что нашло подтверждение в ходе рассмотрения настоящего дела и не оспаривалось стороной ответчика, в подтверждении данного обстоятельства стороной истца представлены письменные доказательства: акт №17 ИП ФИО25 согласно которому заказчиком ритуальных услуг, захоронения является ФИО4, ею уплачено 40 000 руб. (т.1 л.д.184-185).

Вышеприведенные и установленные в ходе рассмотрения дела обстоятельства дают основания суду прийти к выводу, что родственные связи между отцом ФИО7 и сыном ФИО8 были утрачены и отсутствие таких отношений было в первую очередь обусловлено поведением ответчика, который внимания к судьбе сына ни когда он находился в детском возрасте, ни в период его взросления не проявлял, игнорировалматериальные потребности ребенка, а потому заявленные истцом требования о лишении ФИО7 прав на получение федеральных и региональных выплат, пособий, страховых сумм и иных мер социальной поддержки и социальных гарантий, причитающихся семьям военнослужащих, погибших при выполнении задач в ходе специальной военной операции являются обоснованными и подлежат удовлетворению.

Требование о лишении ответчика права на получение названных денежных выплат может быть заявлено только гражданином, входящим в круг лиц, имеющих право на получение данных выплат. Истец ФИО4 обладает таким правом.

Представленные в совокупности доказательства по делу, в том числе обозренная в судебном заседании 17.02.2025 видеозапись, где командир войсковой части приносит соболезнования по поводу смерти ФИО6 ФИО53 только матери погибшего ФИО4 (т. 1 л.д.214), показания допрошенных в судебном заседании свидетелей, письменные доказательства по делу свидетельствуют о том, что истец, как родитель, воспитывала сына одна.

При таких обстоятельствах получение ответчиком ФИО7 компенсационных выплат в связи с гибелью участника СВО не отвечает принципам равенства, справедливости и недопустимости злоупотребления правом как общеправового принципа, а также целям компенсационных выплат, направленных на возмещение нравственных и моральных потерь, связанных с гибелью ФИО8 при выполнении обязанностей военной службы.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требованияФИО4 к ФИО7 о лишении права на получение федеральных и региональных выплат, пособий, страховых сумм и иных мер социальной поддержки и социальных гарантий, причитающихся семьям военнослужащих, погибших при выполнении задач в ходе специальной военной операции удовлетворить.

Лишить ФИО7 права на получение федеральных и региональных выплат, пособий, страховых сумм и иных мер социальной поддержки и социальных гарантий, причитающихся семьям военнослужащих, погибших при выполнении задач в ходе специальной военной операции.

Решение может быть обжаловано в Воронежский областной суд в течение месяца с момента изготовления решения в мотивированном виде через Каширский районный суд Воронежской области.

Судья Н.В. Тюлькова

Мотивированное решение изготовлено 01.04.2025.