Судья Филиппова О.В. Дело № 33-6790/2023 (№ 2-29/2023)

УИД 22RS0066-01-2022-002641-58

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

9 августа 2023 г. г. Барнаул

Судебная коллегия по гражданским делам Алтайского краевого суда в составе

председательствующего Кузнецовой С.В.,

судей Юрьевой М.А., Меньшиковой И.В.,

при секретаре Коваль М.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу В.О.В. на решение Железнодорожного районного суда г. Барнаула Алтайского края от 26 апреля 2023 г. по делу

по иску В.О.В. к В.И.В., В.Т.А. об определении границ и порядка пользования земельным участком, устранении препятствий в пользовании, сносе самовольно возведенного строения,

встречному иску В.И.В. к В.О.В. об определении границ земельных участков, сносе самовольного строения.

Заслушав доклад судьи Юрьевой М.А., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

В.О.В. обратилась в суд с иском к В.И.В., В.Т.А., с учетом уточнений требований просила:

- определить плановую границу между земельными участками, расположенными по адресу: <адрес> с кадастровым номером ***, общей площадью 616 кв.м, и по адресу: <адрес> с кадастровым номером ***, общей площадью 663 кв.м, в следующих координатных точках:

от точки 10 в системе координат ***

до точки 11 в системе координат ***,

от точки 12 в системе координат ***

до точки 1 в системе координат ***;

- обязать ответчиков устранить препятствия в пользовании земельным участком, восстановить межевую границу между земельными участками по указанным адресам путем обустройства разделительного забора между земельными участками высотой не более 1,5 м, из которых 0,75 см от земли - глухим ограждением, по точкам согласно кадастровому плану земельного участка и градостроительному плану земельного участка от 18 мая 2021 г., выполненному МУ «Землеустройство и геодезия»;

- обязать В.И.В. и В.Т.А. убрать зеленые насаждения, а именно малый и большой кусты смородины и яблоню на нормативное расстояние: не менее 1 м - смородины и не менее 2 м - яблони от смежной кадастровой границы земельного участка по <адрес>;

- обязать В.И.В. и В.Т.А. произвести своими силами снос бани лит. Г2, расположенной на земельном участке по адресу: <адрес>;

- обязать В.И.В. и В.Т.А. реконструировать стену пристроя лит. А3 вдоль смежной границы земельных участков, выполнив ее в виде противопожарной преграды без проема, произвести реконструкцию лит. А3, сменив деревянные конструкции перекрытия стен второго этажа и совмещенной крыши на конструкции класса пожарной опасности КО, сменить вентилируемый фасад из металлического сайдинга на штукатурный или кирпичный, а также произвести реконструкцию лит. А3 с учетом разрешения на строительство *** от ДД.ММ.ГГ, выданного администрацией Железнодорожного района г. Барнаула на строительство одноэтажного жилого дома, общей площадью 48 кв.м, объемом реконструкции 144 кв.м;

- обязать В.И.В. и В.Т.А. произвести демонтаж канализационного выгреба, расположенного за пределами земельного участка по <адрес>;

- исключить из данных Единого государственного реестра недвижимости сведения о жилом доме с кадастровым номером ***, расположенном по адресу: <адрес>, внесенные ДД.ММ.ГГ

В обоснование заявленных требований В.О.В. указывала, что является собственником дома и земельного участка, расположенных по адресу: <адрес>. С ее земельным участком граничит земельный участок ответчиков, расположенный по адресу: <адрес>.

В непосредственной близости к границе земельных участков (на расстоянии 1 м) и к дому истца (на расстоянии примерно 4 м) в нарушение требований пожарной безопасности ответчики реконструировали дом, снесли часть лит. А и пристроев лит. А1, А2, возвели двухэтажный пристрой лит. А3, чем нарушены права и законные интересы В.О.В., создается угроза ее жизни и здоровью, а также риск утраты ее имущества, поскольку в случае возгорания дома огонь может перекинуться на дом истца. Эксплуатация дома ответчиками сопровождается использованием газового оборудования, дом обшит легковоспламеняющимся строительным материалом - сайдингом, что создает дополнительную опасность. На возведение пристроя к жилому дому ответчиками получено разрешение, однако пристрой фактически выше и больше по площади, чем это предусмотрено разрешением на строительство. Нарушены градостроительные нормы и правила, домостроением нарушена инсоляция принадлежащего истцу земельного участка, по этой причине на участке не растут и не вызревают посадки. На земельном участке ответчиков также находится баня размером 3х6 м, которая находится на смежной границе земельных участков истца и ответчиков, при этом крыша бани устроена так, что во время выпадения атмосферных осадков или во время таяния снега с крыши вода стекает на земельный участок истца, что приводит к сырости и замачиванию, излишней влажности и сказывается на росте посадок, приводит к порче имущества истца. Зимой затруднена очистка участка от упавшего с крыши бани снега.

В.О.В. не могла решить вопрос с ответчиками о границе между земельными участками и о переносе бани в другое место, в связи с чем она заказала проведение работ по межеванию. Кадастровым инженером были обозначены углы границ, установлены колышки. Однако ответчики в отсутствие истца убрали один из колышков, передвинули забор на принадлежащий ей земельный участок. Передвинуть забор назад ответчики отказываются.

Кроме того, на границе земельного участка растут 2 куста смородины, яблоня, которые также затеняют земельный участок истца, проросшими корнями разрушают плодородный слой почвы, фактически находятся на земельном участке истца.

Перед воротами своего дома за границами земельных участков ответчики сделали канализационный выгреб, который выполнен с нарушением санитарных норм, из которого постоянно идут зловонные запахи, что создает угрозу жизни и здоровью, а также причиняется вред имуществу истца.

В.И.В., зная о наличии судебного спора, ДД.ММ.ГГ поставил на кадастровый учет жилой дом площадью 202,5 кв.м и зарегистрировал право собственности на него. Решение регистрирующего органа противоречит закону и нарушает права истца как смежного собственника земельного участка, поскольку В.И.В. предоставил недостоверные сведения о жилом доме.

Также В.О.В. заявила о возмещении судебных расходов: 35 000 руб. - по оплате услуг представителя, 40 000 руб. - за проведение судебной строительно-технической экспертизы.

В.И.В. предъявил встречные требования к В.О.В., с учетом уточнения просил:

- определить смежную границу земельных участков с кадастровыми номерами *** и ***, расположенных по <адрес> и <адрес> в соответствии со схемой расположения земельных участков на кадастровом плане территории в кадастровом квартале ***, а именно:

- земельный участок кадастровый *** в следующих точках:

точка н1 в координатах ***,

точка 8 в координатах ***

точка 9 в координатах ***,

точка 10 в координатах ***,

точка 11 в координатах ***

точка 12 в координатах ***

точка 13 в координатах ***,

точка 14 в координатах ***,

точка 15 в координатах ***,

точка 16 в координатах ***,

точка 17 в координатах ***,

точка н3 в координатах ***,

точка 3 в координатах ***

точка н2 в координатах ***,

точка н1 в координатах ***;

- земельный участок кадастровый *** в следующих точках:

точка 1 в координатах ***,

точка 2 в координатах ***,

точка н1 в координатах ***,

точка н2 в координатах ***,

точка 3 в координатах ***,

точка н3 в координатах ***

точка 4 в координатах ***,

точка 5 в координатах ***,

точка 6 в координатах ***,

точка 7 в координатах ***,

точка 1 в координатах ***

- обязать В.О.В. произвести своими силами снос самовольного строения (гаража), расположенного на земельном участке с кадастровым номером *** по <адрес> вдоль смежной границы с земельным участком с кадастровым номером <адрес> по <адрес>.

В обоснование встречных требований В.И.В. указывал, что с 2017 года он является собственником жилого дома с мансардным этажом, общей площадью 202,5 кв.м, с надворными постройками (баня лит. Г2, сарай лит. Г3 и навес лит. Г4), расположенных на земельном участке по <адрес>. Реконструкция жилого дома согласована с сособственниками и третьими лицами, в том числе со смежным землепользователем и бывшим собственником домовладения, расположенного по <адрес>, о чем имеются записи в заявлении на реконструкцию от 2006 года. Земельные участки истца и ответчика поставлены на кадастровый учет, их границы определены межевыми точками. Земельный участок по <адрес> в <адрес> поставлен на кадастровый учет в 2005 году, а земельный участок по <адрес> - в 2020 году как ранее учтенный.

По мнению В.И.В., в такой ситуации юридически значимым является определение плановых границ земельных участок и расположение относительно кадастровых границ нежилых помещений, исходя из закрепленных в системе координат МСК-22 характерных поворотных точек границ смежных земельных участков, с учетом расположения фактически имеющихся заборов (ограждений) и определения давности их установления.

Согласно акту выноса границ в натуре от ДД.ММ.ГГ, на основании которого В.О.В. предъявила свои требования, как у истца, так и у ответчика зафиксировано отклонение фактической границы забора от плановых границ смежных земельных участков на расстояние от 40 до 47 см.

В досудебном порядке В.И.В. получил в независимой геодезической организации акт выноса границ в натуре от ДД.ММ.ГГ, из которого следует, что фактическая граница земельных участков по <адрес> и по <адрес> не совпадает с плановой в двух точках с обоюдным заступом на территорию смежных участков.

Таким образом, имеется наличие реестровой ошибки при формировании и уточнении границ двух смежных земельных участков, в результате которой усматривается обоюдное нарушение прав и законных интересов истца и ответчика. Ошибка выразилась в том, что смежная граница была установлена с отклонением от фактических границ. В.И.В. полагал, что суд должен установить границу между двумя земельными участками в соответствии со схемой расположения земельных участков, выполненной ООО «Геоцентр» по состоянию на ДД.ММ.ГГ, с учетом возможности сохранения существующего на протяжении более 15 лет забора.

Поскольку гараж В.О.В., расположенный по <адрес>, заступает на земельный участок по <адрес> на расстояние 0,43 м, при возведении гаража нарушены строительные, градостроительные и пожарные нормы и правила, гараж подлежит сносу. При этом баня лит. Г2, принадлежащая В.И.В., расположена в пределах принадлежащего ему земельного участка.

Также В.И.В. просил взыскать с В.О.В. расходы за производство дополнительной судебной экспертизы в размере 45 000 руб., расходы за вынос границ в размере 4 000 руб., за схему границ по перераспределение земельных участков в размере 2 500 руб.

Решением Железнодорожного районного суда г. Барнаула Алтайского края от 26 апреля 2023 г. исковые требования В.О.В., встречные исковые требования В.И.В. удовлетворены частично.

Определена плановая граница между земельными участками, расположенными по адресу: <адрес> с кадастровым номером ***, общей площадью 616 кв.м, и по адресу: <адрес> с кадастровым номером ***, общей площадью 663 кв.м, в соответствии с описанием местоположения границ земельного участка, содержащимся в Едином государственном реестре недвижимости об объектах недвижимости.

На В.И.В., В.Т.А. возложена обязанность перенести малый и большой кусты смородины и яблоню на нормативное расстояние не менее 1 м смородины и не менее 2 м яблони от установленной межевой границы между земельными участками; на скате кровли бани устроить снегозадержание в соответствии с требованиями СП 17.13330.2017.

На В.О.В. возложена обязанность убрать часть гаража, находящуюся на земельном участке по адресу: <адрес>.

В удовлетворении остальных требований исковых требований отказано.

С В.И.В., В.Т.А. в пользу В.О.В. взысканы расходы по оплате услуг представителя в размере 35 000 руб., расходы по производству экспертизы в размере 40 000 руб. в равных долях с каждого.

С В.О.В. в пользу В.И.В. взысканы расходы по производству судебной экспертизы в размере 45 000 руб.

Не согласившись с решением суда, В.О.В. в апелляционной жалобе просит отменить решение суда, принять по делу новое решение об удовлетворении иска В.О.В. в полном объеме.

Апелляционная жалоба мотивирована несогласием В.О.В. с выводами суда первой инстанции относительно требования об обязании ответчиков устранить препятствия в пользовании земельным участком путем обустройства разделительного забора по указанным ею точкам, так как результатами судебных строительно-технических экспертиз установлено, что местоположение фактических границ земельных участков не соответствуют сведениям из Единого государственного реестра недвижимости. Фактическое ограждение земельного участка по <адрес> заступает за границу соседнего земельного участка, принадлежащего В.О.В., на расстояние от 0,4 м до 1,18 м. Кроме того, истец поясняла суду, что установленные приглашенным ей кадастровым инженером гвозди для разграничения участка В.И.В. выдернул и поставил забор не в соответствии с разметками кадастрового инженера. Ответчики самовольно передвинули забор в сторону земельного участка истца, изменив смежную границу, уменьшив площадь земельного участка истца. В установлении забора между земельными участками по указанным истцом параметрам и точкам ответчик отказал.

Также В.О.В. не согласна с решением суда в части отказа в удовлетворении требования об обязании В.И.В. и В.Т.А. реконструировать пристрой лит. А3. Ответчиками возведен пристрой с нарушением разрешения на строительство, то есть строительство выполнено самовольно. На момент согласования реконструкции жилого дома по <адрес> с Б.А.Ф., смежных землепользователей по <адрес> было трое. В настоящее время невозможно сопоставить подпись Б.А.Ф., отсутствуют его паспортные данные. Даже если предположить, что подпись принадлежит Б.А.Ф., то последний мог дать согласие на реконструкцию 48 кв.м и не больше. В.И.В. возвел жилой пристрой с площадью застройки 72 кв.м.

Истец полагает неверными выводы суда о том, что пристрой лит. А3 узаконен при внесении записи о жилом доме в Единого государственного реестра недвижимости. Строение не сдано в эксплуатацию до настоящего времени. В.И.В. не получено заключение противопожарной службы и представителей водоканала. В.И.В. не представил документа об узаконении лит. А3, в связи с этим данная постройка не может считаться законной.

Указание суда о том, что на момент приобретения истцом жилого <адрес> пристрой А3 уже существовал и истец предполагала, что дом ответчиков построен с отклонениями, является лишь предположением суда.

В жалобе истец приводит доводы о нарушении градостроительных и противопожарных норм пристроя лит. А3, влекущем угрозу жизни и здоровью истца, аналогичные доводам искового заявления.

Также истец указывает, что судом при наличии двух экспертных заключений, полагавших о том, что пристроем лит. А3 создается угроза жизни и здоровью граждан, делается самостоятельный вывод о том, что опасности для жизни и здоровья граждан не имеется, поскольку сохранены эвакуационные пути. При этом суд не исследовал, соответствует ли эвакуационный путь в спорном жилом доме требованиям пожарной безопасности. Суд отметил отсутствие опасности жизни и здоровья семьи ответчиков при наличии эвакуационных путей, но не учел наличие угрозы жизни и здоровью истца в случае возникновения пожара.

Не соглашается истец и с выводами суда относительно требования о сносе бани ответчиков лит. Г2.

Суд в решении указал на несоответствие постройки строительным нормам и правилам, однако необоснованно пришел к выводу об отсутствии угрозы жизни и здоровью истца. Выводы суда противоречат заключениям экспертов, полагавших, что устранение недостатка без сноса или частичного демонтажа бани не представляется возможным.

Решение суда противоречиво, поскольку принято решение убрать часть гаража истца, у которого имеются практически такие же недостатки, как и у бани лит. Г2, но в одном случае гараж решено частично убрать, а баню лит. Г2 - не сносить, устроить снегозадержание.

По мнению истца, судом необоснованно отказано в требовании об обязании ответчиков произвести демонтаж канализационного выгреба, расположенного за пределами их земельного участка. То обстоятельство, что канализационный выгреб расположен за пределами земельного участка ответчиков, является нарушением, основанием для его демонтажа или переноса на другое место. Поэтому указание суда на то, что истец не доказала попадание зловонных запахов из выгреба на принадлежащий ей земельный участок и в строения, не имеет правого значения.

В судебном заседании апелляционной инстанции представитель истца (ответчика по встречному иску) В.О.В. - Б.Е.Н. поддержала апелляционную жалобу по изложенным в ней основаниям.

Ответчик (истец по встречному иску) В.И.В. и его представитель Г.В.Г. в судебном заседании возражали относительно удовлетворения апелляционной жалобы В.О.В., ссылаясь на законность и обоснованность решения суда.

Иные лица, участвующие в деле, в суд апелляционной инстанции не явились, о времени и месте рассмотрения гражданского дела извещены надлежаще, соответствующая информация размещена на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», об уважительности причин неявки судебную коллегию не уведомили, что в силу ч. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) является основанием рассмотрения гражданского дела в отсутствие этих лиц.

Проверив законность и обоснованность судебного акта в пределах доводов жалобы в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ, выслушав стороны, обсудив доводы жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с п. 1 ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Согласно ст. 42 Земельного кодекса Российской Федерации (далее - ЗК РФ) собственники земельных участков и лица, не являющиеся собственниками земельных участков, обязаны использовать земельные участки в соответствии с их целевым назначением и соблюдать при использовании земельных участков требования градостроительных регламентов, строительных, экологических, санитарно-гигиенических, противопожарных и иных правил, нормативов.

В силу ст. 304 ГК РФ собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29 апреля 2010 г. «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», в силу статей 304, 305 ГК РФ иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению в случае, если истец докажет, что он является собственником или лицом, владеющим имуществом по основанию, предусмотренному законом или договором, и что действиями ответчика, не связанными с лишением владения, нарушается его право собственности или законное владение. Такой иск подлежит удовлетворению и в том случае, когда истец докажет, что имеется реальная угроза нарушения его права собственности или законного владения со стороны ответчика. Иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению независимо от того, на своем или чужом земельном участке либо ином объекте недвижимости ответчик совершает действия (бездействие), нарушающие право истца.

Несоблюдение, в том числе незначительное, градостроительных и строительных норм и правил при строительстве может являться основанием для удовлетворения заявленного иска, если при этом нарушается право собственности или законное владение истца (п. 46).

Удовлетворяя иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, суд вправе как запретить ответчику совершать определенные действия, так и обязать ответчика устранить последствия нарушения права истца (п. 47).

Как установлено судом и следует из материалов дела, В.О.В. является собственником дома и земельного участка площадью 663 кв.м, расположенных по адресу: <адрес>, на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГ

С земельным участком В.О.В. граничит земельный участок, расположенный по адресу: <адрес>, площадью 616 кв.м, принадлежащий на праве общей долевой собственности В.И.В., В.Т.А., Ф.Л.М., Б.А.А., Ф.Л.М.

В.И.В. и В.Т.А. приобрели земельный участок вместе с долей домовладения, расположенной на нем, на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГ

По сложившемуся порядку пользования частью земельного участка, расположенного вдоль всей спорной границы с земельным участком, принадлежащим В.О.В., пользуются только В.Т.А. и В.И.В.

Оформление земельных участков в собственность производили их предыдущие владельцы.

Постановлением администрации г. Барнаула от 4 августа 2005 г. *** земельный участок, площадью 616 кв.м, по адресу: <адрес> предоставлен Ч.П.И. (1/19 доля) и Р.ЭГ. (13/19 долей), утвержден план границ земельного участка, с ними заключены договоры о передаче земельного участка в собственность.

Постановлением администрации г. Барнаула от 25 декабря 2007 г. № 4144 утвержден проект границ земельного участка площадью 663 кв.м по адресу: <адрес>, который прошел необходимые согласования, в том числе с собственником земельного участка Б.Е.З.

ДД.ММ.ГГ распоряжением администрации г. Барнаула № 86 земельный участок, площадью 663 кв.м, по <адрес> предоставлен в собственность Б.А.Ф.

Согласно описаниям местоположения земельных участков, содержащихся в Едином государственном реестре недвижимости в настоящее время, смежная граница между спорными земельными участками представляет собой ломаную линию. Как усматривается из землеустроительных материалов, планового положения земельного участка от 7 июля 2005 г., плана границ земельного участка от 4 августа 2005 г. № 2359, плановые границы земельных участков утверждены согласно материалам контрольной съемки с согласия собственников земельных участков, с отступлением от существующего забора с целью сохранения существующих нежилых строений КН (где сейчас располагается гараж, принадлежащий В.О.В.) и Н (где сейчас находится баня, принадлежащая В.Т.А. и В.И.В.). Данные строения являлись сблокированными и именно в этом месте граница земельных участков располагается таким образом, чтобы каждое строение оставалось на своем земельном участке. При этом сначала в собственность оформлен земельный участка по адресу: <адрес>, после чего вплотную к существующим границам выделен земельный участок по адресу: <адрес>.

Наличие каких-либо технических ошибок (описок, опечаток, грамматических или арифметических ошибок, либо подобных ошибок) судом не установлено. Сторона ответчика также не ссылалась на них, полагая, что реестровая ошибка состоит в том, что земельные участки предоставлены не по существующему в настоящее время ограждению.

Как установлено судом, указанное было сделано предыдущими собственниками земельных участков намеренно, оснований для признания сделок недействительными (договоров о передаче земельных участков в собственность) не имеется. Согласно пояснениям допрошенного судом первой инстанции Алтай Строй Эксперт М.А.Ю., на момент предоставления земельных участков в 2005-2007 годах ограждение выполнено из другого материала, следовательно, на его местоположение в настоящее время ориентироваться невозможно.

Согласно заключению судебной строительно-технической экспертизы с дополнительным заключением при определении и описании плановых границ земельных участков по <адрес> выявлено несоответствие плановых границ и границ согласно сведениям Единого государственного реестра недвижимости об объекте недвижимости. Фактическое ограждение земельного участка по <адрес> заступает за границу земельного участка по <адрес> на расстояние от 0,4 м до 1,18 м. Этот вывод подтвердили в суде первой инстанции Алтай Строй Эксперт М.А.Ю., К.Е.А., Ш.А.А.

Разрешая требования сторон об определении межевой границы по предложенным ими вариантам, суд первой инстанции руководствовался статьей 35 ЗК РФ, статьями 22, 61 Федерального закона от ДД.ММ.ГГ № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости», оценив представленные сторонами и истребованные судом доказательства, проанализировав экспертные заключения, пришел к выводу об отсутствии реестровой ошибки, в связи с чем определил плановую границу между земельными участками, расположенными по адресу: <адрес> с кадастровым номером ***, общей площадью 616 кв.м, и по адресу: <адрес> с кадастровым номером ***, общей площадью 663 кв.м, в соответствии с описанием местоположения границ земельного участка, содержащимся в Едином государственном реестре недвижимости об объектах недвижимости.

Предложенный В.И.В. вариант установления спорной границы между земельными участками, согласно выполненной ООО «Геоцентр» схеме по состоянию на ДД.ММ.ГГ, с учетом возможности сохранения существующего забора, судом не принят, поскольку при таком варианте у В.О.В. без законных оснований изымается часть земельного участка площадью 3 кв.м, а земельный участок, принадлежащий В.И.В. и В.Т.А., также без каких-либо законных оснований увеличивается на 3 кв.м.

В то же время суд не усмотрел оснований для определения плановой границы между земельными участками сторон в координатных точках, предложенных В.О.В. в соответствии с планом от ДД.ММ.ГГ, выполненного МУ «Землеустройство и геодезия», поскольку указанный план не соответствует описанию местоположения границ земельного участка, содержащимся в Едином государственном реестре недвижимости об объектах недвижимости, при этом стороны не смогли прийти к соглашению о перемежевании земельных участков.

По результатам судебной строительно-технической экспертизы судом удовлетворены требования В.О.В. в части возложения на ответчиков обязанности перенести малый и большой кусты смородины и яблоню на нормативное расстояние не менее 1 м смородины, не менее 2 м - яблони от установленной межевой границы между земельными участками в соответствии с п. 6.7 СП 53.13330.2019 «Планировка и застройка территории ведения гражданами садоводства. Здания и сооружения», так как кустарниковые растения и яблоня имеют свойства разрастаться, что, в свою очередь, может ухудшить техническое состояние ограждения и грунтов на соседнем земельном участке в виде разрастания корневой системы. Иных вариантов устранения недостатка экспертами не предложено.

Также суд посчитал необходимым возложить на В.Т.А. и В.И.В. обязанность устроить снегозадержание на скате кровли бани в соответствии с требованиями СП 17.13330.2017, как это установлено заключением судебной строительно-технической экспертизы с дополнением.

Рассматривая встречные исковые требования В.И.В., суд первой инстанции в соответствии с дополнительным заключением судебной строительно-технической экспертизы установил, что надворная постройка - гараж, расположенная по адресу: <адрес>, соответствует санитарным нормам и правилам, но в части не соответствует требованиям строительных, градостроительных, противопожарных норм и правил. Учитывая, что угроза жизни и здоровью В.И.В., В.Т.А. отсутствует, отсутствие снегозадержания не нарушает права и законные интересы их, как владельцев смежного земельного участка, ранее на этом же месте стояли нежилые строения, принадлежащие предыдущим собственникам, суд отказал в удовлетворении требования о сносе гаража полностью, однако, поскольку строение частично находится на земельном участке, принадлежащем В.И.В., В.Т.А., суд удовлетворил требование В.И.В. частично и обязал В.О.В. убрать часть гаража, находящуюся на земельном участке по адресу: <адрес>.

В части удовлетворенных судом требований иска В.О.В. и встречного иска В.И.В. решение суда сторонами не обжалуется, апелляционная жалоба поступила от В.О.В. на решение суда в той части, в которой ее требования оставлены без удовлетворения, в связи с чем решение суда в остальной части в силу ч. 2 ст. 327.1 ГПК РФ предметом проверки суда апелляционной инстанции не является.

Судебная коллегия с выводами суда первой инстанции в обжалуемой части решения соглашается, поскольку они мотивированы исчерпывающим образом, основаны на правильном толковании и применении норм материального права, регулирующих спорные правоотношения, установленных по делу обстоятельствах и представленных доказательствах, которым дана надлежащая оценка.

Отказывая в удовлетворении требования В.О.В. о возложении на ответчиков обязанности восстановить межевую границу между земельными участками путем обустройства разделительного забора высотой не более 1,5 м, из которых 0,75 см от земли - глухим ограждением, по точкам согласно кадастровому плану земельного участка и градостроительному плану земельного участка от ДД.ММ.ГГ, выполненному МУ «Землеустройство и геодезия», суд первой инстанции исходил из того, что несмотря на установление судом факта несоответствия плановых границ земельных участков по <адрес> и границ согласно сведениям Единого государственного реестра недвижимости, стороной истца не представлено доказательств того, что ответчики переносили забор, убирали установленные межевые знаки, или ими чинятся препятствия в пользовании земельным участком путем установления существующего ограждения.

Доводы апелляционной жалобы В.О.В. о несоответствии существующей фактической границы плановой границе или границе по сведениям Единого государственного реестра недвижимости выводов суда не опровергают, поскольку истцом не мотивировано, в силу каких причин именно ответчики обязаны установить разделительный забор по заявленным истцом параметрам (в частности, относительно высоты и конструкции забора), и, кроме того, по указанным истцом точкам. Судебная коллегия учитывает, что предложенный В.О.В. вариант определения межевой границы земельных участков сторон (по кадастровому плану земельного участка и градостроительному плану земельного участка от ДД.ММ.ГГ, выполненному МУ «Землеустройство и геодезия») судом принят не был. Доказательств того, что истцом возведен забор с указанными параметрами, а ответчики его демонтировали, перенесли либо каким-то иным способом чинят препятствия в пользовании В.О.В. принадлежащим ей земельным участком путем установления существующего ограждения, стороной истца не представлено, на что обоснованно указал суд первой инстанции.

Также судом оставлены без удовлетворения требования В.О.В. о возложении на В.И.В. и В.Т.А. обязанности реконструировать стену пристроя лит. А3 вдоль смежной границы земельных участков, выполнив ее в виде противопожарной преграды без проема, произвести реконструкцию лит. А3, сменив деревянные конструкции перекрытия стен второго этажа и совмещенной крыши на конструкции класса пожарной опасности КО, сменить вентилируемый фасад из металлического сайдинга на штукатурный или кирпичный, а также произвести реконструкцию лит. А3 с учетом разрешения на строительство от ДД.ММ.ГГ, выданное администрацией Железнодорожного района г. Барнаула, на строительство одноэтажного жилого дома общей площадью 48 кв.м, объемом реконструкции 144 кв.м; об исключении из данных ЕГРН сведений о жилом доме с кадастровым номером *** расположенном по адресу: <адрес>, внесенные ДД.ММ.ГГ

При этом судом установлены следующие фактические обстоятельства.

На земельном участке, расположенном по адресу: <адрес>, В.Т.А. и В.И.В. возвели лит. А3 на месте ветхой части дома. Согласно заключению судебной строительно-технической экспертизы, выполненной ООО «АлтайСтройЭксперт», домовладение по <адрес>, принадлежащее ответчикам, состоит из двухэтажного пристроя лит. А3, бани лит. Г2, сарая лит. Г3 и навеса лит. Г4.

Постановлением администрации <адрес> от ДД.ММ.ГГ *** В.Т.А., В.И.В. разрешен снос 1/3 доли жилого дома по наружному обмеру 3,90 м х 9,90 м, с сенями по наружному обмеру 3,10 м х 4.10 м, выдано разрешение на реконструкцию жилого дома. Согласно разрешению на строительство от ДД.ММ.ГГ разрешена реконструкция дома согласно проекту, высота - 6 м, 2 этажа, общая площадь реконструкции - 48 кв.м, объем реконструкции - 144 куб.м.

Реконструкция жилого дома согласована с сособственниками и третьими лицами, в том числе со смежным землепользователем по <адрес> И.Н.В. и бывшим собственником домовладения, расположенного по <адрес> <адрес>, Б.А.Ф., о чем имеются записи в заявлении на реконструкцию от 2006 года.

К моменту приобретения В.О.В. дома по <адрес> реконструкция дома ответчиками полностью произведена, что не оспаривала истец в суде первой инстанции.

Согласно пояснениям ответчиков реконструкция дома завершена в 2007 году, экспертами на основании снимков в приложении «Гугл Планета Земля» также определена дата завершения строительства - до 2009 года.

В ходе судебного разбирательства пристрой лит. А3 узаконен, о чем ДД.ММ.ГГ в Единый государственный реестр недвижимости внесены сведения о жилом доме с кадастровым номером 22:63:040318:99, расположенном по адресу: <адрес>.

Согласно заключениям судебных строительно-технических экспертиз ООО «АлтайСтройЭксперт», ООО «ПрофЭксперТ» лит. А3 выполнен с отступлением от разрешения на строительство, поскольку ответчиками возведен двухэтажный жилой пристрой с площадью застройки 72 кв.м, объемом 333 кв.м.

Расстояние от жилого дома до границы участка по сведениям Единого государственного реестра недвижимости составляет 0,91 м - 1,15 м.

Жилой дом, расположенный по <адрес>, соответствует санитарным нормам и правилам, но в части не соответствует требованиям строительных, градостроительных, противопожарных норм и правил и имеет следующие нарушения:

- на скате кровли жилого дома отсутствует снегозадержание, что не соответствует требованиям п. 9.11 СП 17.13330.2017 «Кровли. Актуализированная редакция СНиП П-26- 76». Данный недостаток не нарушает права и интересы третьих лиц, так как скат кровли, на котором необходимо установить снегозадержание, не направлен в сторону соседнего участка, значит, попадание снега с крыши жилого дома на соседний земельный участок отсутствует;

- от жилого дома не выдержано нормативное расстояние (3 м) до границы смежного землепользователя по <адрес>, что не соответствует требованиям п. 7.1 СП 42.13330.2016 «Градостроительство. Планировка и застройка городских и сельских поселений. Актуализированная редакция СНиП 2.07.01-89». Данный недостаток не нарушает права и интересы третьих лиц, так как эксплуатация соседнего земельного участка по <адрес> вблизи жилого дома по <адрес> возможна и безопасна, затенение смежного участка отсутствует;

- противопожарный разрыв между обследуемым жилым домом по <адрес> и строениями, расположенными на соседнем земельном участке по <адрес>, не соответствует противопожарным требованиям. Данный недостаток нарушает права и интересы третьих лиц, так как в случае возгорания дома пожар может распространиться на соседние строения, что, в свою очередь, нанесет материальный ущерб при повреждении соседних строений. Однако, согласно пояснениям, данным экспертами в суде первой инстанции, эвакуационные пути сохранены, опасности для жизни и здоровья граждан не имеется, в связи с чем снос строения лит. А3 невозможен. Также экспертами ООО «АлтайСтройЭксперт» предложены варианты устранения допущенных нарушений: реконструировать стену пристроя лит. А3 вдоль смежной границы земельных участков, выполнив ее в виде противопожарной преграды без проема, произвести реконструкцию лит. А3, сменив деревянные конструкции перекрытия стен второго этажа и совмещенной крыши на конструкции класса пожарной опасности КО, сменить вентилируемый фасад из металлического сайдинга на штукатурный или кирпичный, а также произвести реконструкцию лит. А3 с учетом разрешения на строительство *** от 18 мая 2017 г. Однако, согласно пояснениям Алтай Строй Эксперт М.А.Ю. в судебном заседании, каждый из этих вариантов практически невыполним.

Согласно п. 1 ст. 222 ГК РФ самовольной постройкой является здание, сооружение или другое строение, возведенные или созданные на земельном участке, не предоставленном в установленном порядке, или на земельном участке, разрешенное использование которого не допускает строительства на нем данного объекта, либо возведенные или созданные без получения на это необходимых в силу закона согласований, разрешений или с нарушением градостроительных и строительных норм и правил, если разрешенное использование земельного участка, требование о получении соответствующих согласований, разрешений и (или) указанные градостроительные и строительные нормы и правила установлены на дату начала возведения или создания самовольной постройки и являются действующими на дату выявления самовольной постройки.

В силу п. 2 ст. 222 ГК РФ самовольная постройка подлежит сносу или приведению в соответствие с параметрами, установленными правилами землепользования и застройки, документацией по планировке территории, или обязательными требованиями к параметрам постройки, предусмотренными законом, осуществившим ее лицом либо за его счет, а при отсутствии сведений о нем лицом, в собственности, пожизненном наследуемом владении, постоянном (бессрочном) пользовании которого находится земельный участок, на котором возведена или создана самовольная постройка, или лицом, которому такой земельный участок, находящийся в государственной или муниципальной собственности, предоставлен во временное владение и пользование, либо за счет соответствующего лица, за исключением случаев, предусмотренных п. 3 настоящей статьи, и случаев, если снос самовольной постройки или ее приведение в соответствие с установленными требованиями осуществляется в соответствии с законом органом местного самоуправления.

Из содержания приведенной правовой нормы следует, что самовольная постройка, по общему правилу, подлежит сносу. Вместе с тем из этого правила имеются исключения, позволяющие при определенных обстоятельствах признать право собственности на самовольную постройку.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29 апреля 2010 г. «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», при разрешении вопроса о сносе самовольной постройки или ее сохранении необходимо установить, допущены ли при ее возведении существенные нарушения градостроительных и строительных норм и правил, создает ли такая постройка угрозу жизни и здоровью граждан.

Таким образом, наличие допущенных при возведении самовольной постройки нарушений градостроительных, строительных и иных норм и правил, создание такой постройкой угрозы жизни и здоровью граждан является основанием для удовлетворения требования о сносе самовольной постройки при установлении существенности и неустранимости указанных нарушений.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции, что заявленные истцом требования о реконструкции лит. А3 с учетом разрешения на строительство от 18 мая 2017 г. фактически является требованием о сносе существующего строения с возведением нового, поскольку при этом варианте должна быть снесена половина площади застройки, из других материалов должны быть выполнены перекрытие, крыша, фасад.

Верным является и суждение о том, что при отсутствии угрозы жизни и здоровью В.О.В., такое устранение допущенного нарушения будет избыточным и нарушит права и законные интересы ответчиков, которые эксплуатировали возведенное ими строение при отсутствии возражений соседей более 15 лет, узаконили его в установленном законом порядке.

Требование о реконструкции стены пристроя лит. А3 вдоль смежной границы земельных участков, выполнении ее в виде противопожарной преграды без проема, согласно пояснениям Алтай Строй Эксперт М.А.Ю., исполнить невозможно, так как часть помещений дома, принадлежащего ответчикам, останется без окон, что сделает невозможным использование их по назначению, кроме того, противопожарная стена будет находиться на земельном участке, принадлежащем В.О.В., что также нарушит ее права и законные интересы.

Согласно дополнительному заключению строительно-технической экспертизы, выполненному ООО «ПрофЭксперТ», устранение недостатка в части несоблюдения противопожарных разрывов без сноса или частичного демонтажа не представляется возможным.

При этом в заключение ООО «ПрофЭксперТ» указано на то, что объемно-планировочное исполнение эвакуационных путей и выходов удовлетворяет проживопожарным требованиям, обеспечивает безопасную эвакуацию людей в случае возникновения пожара и не создает угрозу для их жизни и здоровья. Вопреки доводам жалобы, из данного суждения Алтай Строй Эксперт не усматривается, что вывод сделан лишь в отношении жилого дома ответчиков, кроме того, экспертами проводилось исследование спорной постройки по отношению к строениям, расположенном на соседнем земельном участке, принадлежащем истцу.

Учитывая, что В.О.В. приобрела дом на земельном участке после того, как спорное строение с недостатком было возведено ответчиками, угроза ее жизни и здоровью отсутствует, сведения о жилом доме площадью 202,5 кв.м. внесены в Единый государственный реестр недвижимости в установленном порядке, суд отказал в удовлетворении требований В.О.В. в части возложения на В.И.В. и В.Т.А. обязанностей по реконструкции пристроя лит. А3 и исключения из данных Единого государственного реестра недвижимости сведений о жилом доме с кадастровым номером ***, внесенные 19 августа 2022 г.

В апелляционной жалобе В.О.В. повторяет позицию, изложенную в суде первой инстанции, которой судом была дана надлежащая оценка, оснований для переоценки имеющихся в деле доказательств судебная коллегия не усматривает.

Выводы суда в данной части основаны на положениях ст. 222 ГК РФ и результатах судебной строительно-технической экспертизы с дополнением, пояснениях Алтай Строй Эксперт в судебном заседании.

Оценивая экспертное заключение по правилам статей 59, 60 и 67 ГПК РФ, судебная коллегия приходит к выводу, что оно отвечает требованиям достоверности, поскольку соответствует требованиям Федерального закона Российской Федерации от 31 мая 2001 г. № 79-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации». Так, экспертное исследование проведено квалифицированными экспертами, обладающими специальными познаниями, выводы экспертов, содержащиеся в заключении и дополнениях к нему, полны, мотивированы и научно обоснованы, а сами эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний.

Исходя из требований соразмерности, справедливости и разумности при защите нарушенных прав и законных интересов, судебная коллегия полагает, что истцом не представлено достаточных доказательств необходимости и соразмерности защиты своего нарушенного права исключительно путем сноса ответчиками спорной постройки, в то время как бремя доказывания указанных обстоятельств лежит именно на стороне, инициировавшей судебный спор.

Несогласие истца с постановкой на учет в Единый государственный реестр недвижимости 19 августа 2022 г. жилого дома ответчиков в реконструированном виде площадью 202,5 кв.м, выводов суда не опровергает, учитывая, что действия регистрирующего органа предметом данного судебного разбирательства не являлось.

Относительно требования В.О.В. о возложении на В.И.В. и В.Т.А. произвести своими силами снос бани лит. Г2, расположенной на земельном участке по <адрес>, суд первой инстанции исходил из того, что заключениями судебных строительно-технических экспертиз с дополнением, выполненных экспертами ООО «АлтайСтройЭксперт», ООО «ПрофЭксперТ» подтверждено, что при строительстве бани были допущены нарушения, такие как:

- на скате кровли бани отсутствует снегозадержание, что не соответствует требованиям п. 9.11 СП 17.13330.2017 «Кровли. Актуализированная редакция СНиП П-26-76»;

- от бани не выдержано нормативное расстояние (1 м) до границы смежного землепользователя по адресу: <адрес>, что не соответствует требованиям п. 7.1 СП 42.13330.2016 «Градостроительство. Планировка и застройка городских и сельских поселений. Актуализированная редакция СНиП 2.07.01-89»;

- противопожарный разрыв между обследуемой баней по адресу: <адрес> и строениями, расположенными на соседнем земельном участке по адресу: <адрес>, не удовлетворяет противопожарным требованиям, и данные недостатки нарушают права и интересы третьих лиц, поскольку существует вероятность попадания снега с крыши бани на соседний земельный участок и строение гаража; отсутствует возможность надлежащим образом эксплуатировать гараж, расположенный на соседнем земельном участке, в случае возгорания бани пожар может распространиться на соседние строения, что, в свою очередь, нанесет материальный износ при повреждении соседних строений.

Между тем суд пришел к выводу, что, поскольку эвакуационные выходы сохранены, угроза жизни и здоровью В.О.В. отсутствует, на месте бани и гаража ранее на этом же месте находились строения блокированной застройки, претензий к которым у собственников соседних земельных участков не было, нарушение в части отсутствия снегозадержания возможно устранить без сноса строения, суд посчитал необходимым в этой части требования В.О.В. удовлетворить частично и возложил на ответчиков обязанность устроить снегозадержание на скате кровли бани.

Следовательно, нарушенные права истца защищены путем возложения обязанности на ответчиков устроить снегозадержание на крыше бани, что позволит истцу беспрепятственно обслуживать свой земельный участок и строения на нем. Кроме того, наличие эвакуационных выходов нивелирует угрозу жизни и здоровью истца при потенциальном возгорании спорной постройки.

Требования В.О.В. о возложении обязанности на В.И.В. и В.Т.А. произвести демонтаж канализационного выгреба, расположенного за пределами земельного участка по <адрес>, также обоснованно оставлено судом без удовлетворения, поскольку согласно заключению судебной строительно-технической экспертизы с дополнением канализационный выгреб расположен за пределами земельного участка по <адрес>. Расстояние от канализационного выгреба до границы участка по сведениям Единого государственного реестра недвижимости составляет от 0 до 0,55 м. Данный недостаток не нарушает права и интересы третьих лиц.

Как правильно указал суд первой инстанции в обжалуемом решении, истцом не представлено доказательств того, что зловонные запахи из выгреба попадают на принадлежащий ей земельный участок и в строения. Выгреб находится на территории общего пользования, права и законные интересы В.О.В. не нарушены.

Между тем в соответствии с ч. 3 ст. 3 ГПК РФ и ст. 11 ГК РФ судебной защите подлежат нарушенные или оспариваемые права, свободы или законные интересы, в связи с чем судебная коллегия отклоняет доводы жалобы истца в данной части.

Указание В.О.В. в апелляционной жалобе на нарушение баланса прав и интересов сторон, поскольку ей также потребуется снести весь гараж для исполнения решения суда о демонтаже части гаража, является несостоятельным, учитывая, что такое решение относительно гаража истца принято судом, так как гараж В.О.В. частично располагается на земельном участке В.И.В. и В.Т.А., следовательно, варианта устранения данного недостатка какими-либо иными способами не имеется.

Таким образом, доводы, изложенные в апелляционной жалобе истца, сводятся к несогласию с оценкой установленных судом обстоятельств по делу и представленных сторонами доказательств.

Процессуальных нарушений, которые в силу ч. 4 ст. 330 ГПК РФ являлись бы безусловным основанием для отмены обжалуемого судебного постановления, судебной коллегией по делу не установлено.

На основании изложенного, решение суда подлежит оставлению без изменения, апелляционная жалоба В.О.В. - оставлению без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Железнодорожного районного суда г. Барнаула Алтайского края от 26 апреля 2023 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу В.О.В. - без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение составлено 10 августа 2023 г.