Решение по делу № 2-7641/2024 от 16.05.2025

Дело № 2-963/2025

УИД 24RS0041-01-2024-005686-87

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

03 апреля 2025 года г. Красноярск

Октябрьский районный суд г. Красноярска в составе

председательствующего судьи Полынкиной Е.А.

при секретаре Шаховой В.С.

с участием помощника прокурора Октябрьского района г. Красноярска Стонт Н.В.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда, расходов, связанных с лечением, судебных расходов

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда, расходов, связанных с лечением, судебных расходов. Требования мотивированы тем, что приговором мирового судьи судебного участка № 70 в Октябрьском районе г. Красноярска от 15.05.2024 года ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 115 УК РФ, ему назначено наказание в виде штрафа в размере 20 000 руб. ФИО2 признан виновным в том, что 26.05.2023 года в период времени с 20-20 часов до 20-50 часов на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений умышленно нанес ФИО1 Z, и которая согласно заключению эксперта № 7969/5566-2023 от 26.10.2023 года вызвала временную нетрудоспособность до 21 дня и квалифицируется как легкий вред здоровью. В результате удара истец упал и потерял сознание, действия ФИО2 помогли прекратить посторонние лица. На место была вызвана скорая помощь, истец был доставлен в БСМП, где ему была оказана неотложная медицинская помощь, выставлен диагноз: Z Позднее в связи с обострением истец находился на стационарном лечении в Красноярском краевом госпитале с 07.06. по 20.06 2023 года в неврологическом отделении. Согласно медицинских документов у истца имелись: Z. В результате действий ФИО2 истец испытывал боль и страдание, неоднократно проходил лечение в различных медицинских учреждениях. В ходе лечения были потрачены денежные средства на сумму 13 151,58 руб. Просит взыскать с ответчика ФИО2 в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 200 000 руб., денежные средства, потраченные на приобретение медицинских препаратов в размере 13 151,58 руб., расходы на оплату юридических услуг за составление искового заявления в размере 7 000 руб.

В судебном заседании представитель истца ФИО1 Воробович Е.В. исковые требования поддержала в полном объеме, пояснила, что просит определить сумму компенсации морального вреда на усмотрение суда. ФИО1 является пенсионером, и полученная травма мешала ему на протяжении более 6 месяцев, и Z, в связи с этим истец понес моральный вред и нравственные страдания. Относительно расходов на лечение просила удовлетворить данные требования в полном объеме. Представленное ФИО2 заключение специалиста Некоммерческое партнерство «Саморегулируемая организация судебных экспертиз» было предметом при рассмотрении уголовного дела, этим заключением ФИО2 оспаривает экспертное заключение, которое было положено в основу приговора суда, не может быть принято в рамках настоящего дела.

Представитель ответчика ФИО2 ФИО3 в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований, пояснила, что экспертиза, проведенная 26.10.2023 года является необъективной, истцом не доказаны моральные страдания, отсутствуют доказательства получения самой травмы от действий ФИО2 Также не доказаны истцом основания для возмещения расходов за лечение.

Выслушав представителя истца, представителя ответчика, исследовав материалы дела, заслушав заключение помощника прокурора, согласно которому требования ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда подлежат частичному удовлетворению в размере 50 000 руб., требования о возмещении расходов на лечение также подлежат частичному удовлетворению за исключением расходов на КТ в размере 2 400 руб., суд приходит к следующим выводам.

В силу положений ч. 4 ст. 61 ГПК РФ, вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

На основании ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно пункту 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В силу статьи 151 названного кодекса, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу положений статьи 1101 этого же кодекса компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В пункте 25 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда") разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

Из материалов дела следует, что приговором мирового судьи судебного участка № 70 в Октябрьском районе г. Красноярска от 15.05.2024 года, вступившим в законную силу 31.05.2024 года ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 115 УК РФ и ему назначено наказание в виде штрафа в размере 20 000 руб.

Приговором установлено, что 26.05.2023 года в период времени с 20 час. 20 мин. до 20 час. 50 мин. ФИО2 находясь около садового участка № 232 по улице Сады, д. 1Ж в Октябрьском районе г. Красноярске в ходе конфликта с ФИО1 на почве сложившихся личных неприязненных отношений умышленно нанес ФИО1 Z, отчего ФИО1 упал, причинив тем самым ФИО1 телесные повреждения в виде Z, и которая согласно заключению эксперта У от 26.10.2023 года вызвала временную нетрудоспособность до 21 дня, что согласно п. 8.1 раздела II приказа МЗ и СР РФ № 194н от 24.04.2008 года квалифицируется как легкий вред здоровью.

Также из приговора суда следует, что виновность ФИО2 во вменяемом ему преступлении подтверждается заключением эксперта У от 26.10.2023 года, из которого следует, что согласно данным акта судебно-медицинского освидетельствования № 3721 от 29.05.2023 года и данным представленных медицинских документов у ФИО1 установлены повреждения в виде Z. Указанное повреждение образовалось от воздействия тупого твёрдого предмета, и, согласно пункту 8.1 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека», утверждённых приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ № 194н от 24 апреля 2008 года, по признаку кратковременного расстройства здоровья вызвала временную нетрудоспособность продолжительностью до 21 дня и квалифицируется как лёгкий вред здоровью. Z» не подтверждены объективной неврологической симптоматикой, в связи с чем экспертной оценке не подлежит.

Заключение эксперта № 7969/5566-2023 от 26.10.2023 года мировой судья при постановлении приговора признал достоверным доказательством, указав, что выводы эксперта не содержат противоречий между собой, являются научно обоснованными и убедительными, аргументированными, экспертиза проведена надлежащим образом, эксперт был предупрежден об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ. Тогда как напротив, представленное ФИО2 заключение У от 16.04.2024 года, которое также представлено ответчиком при рассмотрении настоящего гражданского дела мировой судья признал недопустимым доказательством, указав, что эксперт дал оценку на предмет достоверности, допустимости выводов акта медицинского обследования живого лица № 3721 от 29.05.2023 года и заключения эксперта № 7969/5566-2023 от 26.10.2023 года, оспаривая их, то есть вышел за пределы предоставленных им уголовно-процессуальным законом полномочий.

Суд, также отклоняет представленное ФИО2 заключение специалиста Некоммерческое партнерство «Саморегулируемая организация судебных экспертиз» № 9929 от 16.04.2024 года, поскольку квалифицирующий признак совершения умышленного причинения легкого вреда здоровью нашел свое подтверждение при рассмотрении уголовного дела, рецензия на заключение судебного эксперта является субъективным мнением частного лица, вследствие чего не может быть признана допустимым доказательством, опровергающим достоверность выводов судебного эксперта и приговора.

Согласно выписки их медицинской карты амбулаторного больного КГБУЗ «КМКБСМП им ФИО4, ФИО1 поступил в стационар БСМП 26.05.2023 года, ему выставлен клинический диагноз: Z. Рекомендовано: Z. Заключение: Z

Согласно выписке из медицинской карты амбулаторного больного КГАУЗ «Красноярская городская стоматологическая поликлиника № 8», ФИО1 находился на амбулаторном лечении с 30.05.2024 года по 06.06.2024 года. 30.05.2024 года обратился с жалобами на Z. Со слов пациента 26.05.2024 года криминальная травма. В клинике БСМП проведено Z. Направлен на амублаторное лечение. Осмотрен: Z. Z

Также ФИО1 03.06.2024 года, заключив договор на оказание медицинских услуг № 362312535 с ООО «Клиника здоровья», обратился на прием к неврологу, диагнозы: Z, даны рекомендации: Z

Разрешая исковые требования ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда, суд исходит из того, что поскольку приговором суда установлено, что ответчиком умышленно истцу причинены повреждения здоровью, что не могло не повлечь в момент причинения ощущений физической боли и чувства унижения, связанного с применением в отношении него физического насилия, суд приходит к выводу, что исковые требования в этой части являются обоснованными и подлежат удовлетворению.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает нравственные страдания истца, которые он, безусловно, испытывал в связи с унижением его человеческого достоинства, поскольку был избит ответчиком в общественном месте, от удара истец упал, ответчик умышленно нанес ФИО1 телесные повреждения, повлекшие легкий вред здоровью, и принимая во внимание, что истцу причинен легкий вред здоровью, учитывая период нахождения истца на лечении, обстоятельства, при которых причинен этот вред, степень причиненных ему физических и нравственных страданий, умышленную форму вины причинителя вреда, который не раскаялся, свою вину при рассмотрении уголовного дела не признавал, пояснял, что никаких ударов ФИО1 не наносил, из дома не отлучался, извинений истцу не принес, суд определяет компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб. и находит, что размер такой компенсации является разумным и справедливым, соразмерным неблагоприятным последствиям нарушения неимущественных прав истца.

В силу п. 1 ст. 1085 Гражданского кодекса РФ при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

ФИО1 в обоснование своих требований о взыскании расходов на лечение представлены:

- чек от 27.05.2023 года о приобретении таб. Z

- чек от 31.05.2023 года о приобретении раствора Z

- чек от 03.06.2023 года о приобретении: Z

- чек от 28.06.2023 года о приобретении: Z

- чек от 01.07.2023 года о приобретении Z

Также представлен чек от 03.06.2023 года за прием невролога в ООО «Клиника здоровья» на сумму 2 200 руб., акт У от 05.07.2023 года о приёмке выполненных работ (оказанных услуг) в КГАУЗ «Красноярская городская стоматологическая поликлиника № 8» - Z на сумму 2 400 руб., чек от 05.07.2023 года на сумму 2 400 руб.

Разрешая требования ФИО1 о взыскании денежных средств, связанных с лечением в результате полученной травмы, суд не находит правовых оснований для возмещения ФИО1 расходов за приобретение таких лекарственных препаратов как:

Иные расходы ФИО1, суд признает относимыми к лечению по выставленным ему в связи с событием 26.05.2023 года диагнозам: Z и приходит к выводу о взыскании с ФИО2 в пользу ФИО1 расходов, связанных с приобретением лекарственных препаратов, и медицинских предметов в сумме 6 701,49 руб. (629,93 руб. (таб. Z) + 240,07 руб. (таб. Z) + 96,14 руб. (раствор Z) + 727,53 руб. (Z) + 198 руб. (шпирц Z) + 152 руб. (Z таб.) + 853,68 руб. (Z р-р) + 325,80 руб. (Z МП) + 644,40 руб. (Z 1.1 капс.) + 159,63 руб. (Z табл.) + 85,46 руб. (Z форте) + 464,19 руб. (Z р-р) + 733,50 руб. (Z р-р) + 177,40 руб. (шпирц Z) + 81,33 руб. (Z таб.) + 53 руб. (Z) + 299 руб. (Z стоматологическая) + 460,81 руб. (Z гель) + 148,45 руб. (Z таб.) + 102,77 руб. (Z таб.) + 68,40 руб. (Z экстр.).

Разрешая требования ФИО1 о возмещении ему ответчиком расходов за платный приём невролога в ООО «Клиника здоровья» в размере 2 200 руб., и за проведение на платной основе компьютерной томографии челюстно-лицевой области в КГАУЗ «Красноярская городская стоматологическая поликлиника № 8» в размере 2 400 руб., суд приходит к выводу о взыскании данных расходов с ответчика.

Так, согласно позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 31 января 2025 г. N 4-П "По делу о проверке конституционности статьи 1085 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина ФИО5", в целях реализации государством его конституционных обязанностей, обозначенных в пункте 2 настоящего Постановления, принят Федеральный закон от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", который закрепляет правовые, организационные и экономические основы охраны здоровья и, конкретизируя положение статьи 41 Конституции Российской Федерации, устанавливает, что каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (пункт 1 статьи 1, часть 2 статьи 19).

Сложившееся в правоприменительной практике толкование (имевшее место и в деле заявителя) пункта 1 статьи 1085 Гражданского кодекса Российской Федерации, исключающее возмещение потерпевшему расходов на лечение, в котором он нуждался вследствие причинения вреда его здоровью и которое ему показано на основании клинических рекомендаций - притом что у него формально имелась возможность получения медицинской помощи в рамках программы ОМС, - фактически ограничивает самостоятельный выбор потерпевшим способа лечения.

Верховный Суд Российской Федерации обращал внимание судов на то, что, если потерпевший, нуждающийся в соответствующих видах помощи и имеющий право на их бесплатное получение, фактически был лишен возможности получить такую помощь качественно и своевременно, суд вправе удовлетворить исковые требования потерпевшего о взыскании с ответчика фактически понесенных им расходов (подпункт "б" пункта 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина").

С учетом этого в ряде случаев допускается взыскание в пользу потерпевшего понесенных им расходов на лечение, когда медицинское учреждение, в которое гражданин имел возможность обратиться в рамках программы ОМС, не может оказать соответствующую медицинскую помощь в связи с неприменением в нем необходимых способов (методов) лечения или обследования либо в связи с невозможностью сделать это в необходимые (исходя из состояния пациента) сроки ввиду отсутствия материалов, исчерпания квот или по иным причинам организационно-технического характера, притом что ожидание лечения могло бы в значительной степени осложнить процесс выздоровления пациента (определения Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 10 сентября 2009 г. N 5-В09-106 и от 27 ноября 2018 г. N 5-КГПР18-232, Пятого кассационного суда общей юрисдикции от 17 февраля 2021 г. по делу N 88-1560/2021, Четвертого кассационного суда общей юрисдикции от 14 марта 2024 г.по делу N 88-8594/2024 и др.).

С учетом этого в каждом конкретном случае пациенту в целях оказания наиболее эффективной медицинской помощи лечебным учреждением с учетом действующих клинических рекомендаций наряду с бесплатными (финансируемыми, в частности, за счет средств ОМС), как правило, могут быть предложены иные методы и способы лечения (восстановления здоровья), что отражает надлежащий баланс между свободой действий оказывающего медицинскую помощь врача и реальными возможностями органов публичной власти по бесплатному оказанию медицинской помощи (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 4 февраля 2014 г. N 373-О).

При этом истец, требующий компенсации понесенных им затрат, опираясь на положения Конституции Российской Федерации и действующего законодательства, имеет разумные ожидания того, что причиненный ему вред - включая расходы на лечение, необходимое в соответствии с клиническими рекомендациями, - будет возмещен в полном объеме лицом, его причинившим. Разрешение же вопроса о возможности (необходимости) возмещения расходов, понесенных потерпевшим на получение медицинской помощи, осуществляется судом общей юрисдикции применительно к каждому случаю индивидуально (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 17 ноября 2011 г. N 1613-О-О и от 28 марта 2017 г. N 614-О).

Вместе с тем пункт 1 статьи 1085 Гражданского кодекса Российской Федерации предполагает, что общие критерии разумности и обоснованности расходов, понесенных потерпевшим, применяются к случаям причинения вреда здоровью в весьма специфическом значении, не исчерпывающемся лишь доказыванием их необходимости для восстановления положения, существовавшего до нарушения права. К расходам на лечение, которые не подлежат возмещению, относятся в том числе расходы на те формы медицинской помощи, которые могли быть получены лицом в рамках программы ОМС, т.е. по смыслу статьи 41 (часть 1) Конституции Российской Федерации бесплатно.

Оспариваемое законоположение о праве на возмещение расходов на лечение в тех случаях, когда потерпевший не имеет права на бесплатное получение медицинской помощи, может рассматриваться как преследующее цель исключить возможность злоупотребления со стороны потерпевшего своим правом и получения неосновательного обогащения путем предъявления к причинителю вреда требований о возмещении расходов на лечение, которые он не понес (или понес необоснованно), поскольку уже получил, мог или может получить необходимое лечение в рамках программы ОМС. Кроме того, эта норма направлена на защиту прав ответчика в тех случаях, когда потерпевший умышленно завышает объем подлежащего возмещению вреда, обращаясь к избыточным средствам лечения, а также стремится к экономическому воздействию на причинителя вреда, интересы которого при этом могут не учитываться даже при невиновном причинении вреда здоровью при оказании медицинской услуги (абзац первый статьи 1095 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В то же время оспариваемое законоположение не может рассматриваться как направленное на необоснованные ограничения законных интересов потерпевшего в применении выходящих за пределы программы ОМС методов лечения. Получение медицинской помощи в рамках программы ОМС является типичным, наиболее востребованным, но не обязательным для пациента, а в отдельных случаях и вовсе невозможным. Это характерно для случаев, когда конкретный эффективный метод лечения не входит в программу ОМС, а также когда обращение за бесплатной медицинской помощью сопряжено с длительным ожиданием консультации врача, проведения обследования и прочими объективными сложностями. Стремление потерпевшего восстановить свое здоровье любыми доступными способами, в том числе не покрываемыми за счет средств ОМС, не может само по себе рассматриваться в качестве предосудительного.

Из материалов дела следует, что в КГБУЗ «КМКБСМП им ФИО4 ФИО1 было рекомендовано Z, и как пояснял истец ФИО1 участвуя в судебном заседании, ждать очереди в поликлиники было очень долго, в связи полученной травмой он решил в срочном порядке обратиться к врачу, а компьютерная томография Z была назначена в поликлиники № 8, но на платной основе, необходимо было исключить перелом Z.

Согласно справке врача стоматолога КГАУЗ «Красноярская городская стоматологическая поликлиника № 8» от 06.07.2023 года, представленной истцом в материалы дела, после проведённого КТ, врачом указано, что на КТ объективных данных указывающих на Z.

Таким образом, суд признает, что понесённые расходы истца на прием Z и за компьютерную томографию Z были для истца вынужденными, для исключения неблагоприятных последствий, вследствие действий ответчиков, в связи с чем подлежат взысканию с ответчика в пользу истца.

В соответствии с частью 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 96 настоящего Кодекса.

Согласно квитанции № 656991 от 04.07.2024 года, ФИО1 за составление искового заявления адвокатом Воробович Е.В. оплачено 7 000 руб.

С учетом того, что истец не обладает необходимыми юридическими познаниями, его обращение за юридической помощью для составления искового заявления является обоснованным, в связи с чем с ответчика ФИО2 в пользу истца подлежат взысканию расходы за составление искового заявления в размере 7 000 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194 – 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда, расходов связанных с лечением, судебных расходов удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб., расходы, связанные с лечением в размере 11 301,49 руб., расходы по оплате юридических услуг за составление искового заявления в размере 7 000 руб.

Решение может быть обжаловано в Красноярский краевой суд через Октябрьский районный суд г. Красноярска в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий (подпись) Е.А. Полынкина

Мотивированное решение изготовлено 16 мая 2025 года.

Копия верна Е.А. Полынкина