Уникальный идентификатор дела 77RS0012-02-2025-015149-06
Дело № 2-9888/25
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
22 декабря 2025 года город Москва
Кузьминский районный суд города Москвы в составе председательствующего судьи Филимоновой Е.В.,
при секретаре Харук М.К.,
с участием представителя истца ФИО1,
ответчика ФИО2,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-9888/25 по иску ОСФР по г. Москве и Московской области к ФИО2 о взыскании незаконно полученных денежных средств,
УСТАНОВИЛ:
Истец Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по г. Москве и Московской области (далее - ОСФР по г. Москве и Московской области) обратилось в суд с иском к ФИО2 о взыскании излишне выплаченного ежемесячного пособия по уходу за ребенком в размере 278 096 руб. 91 коп.
В обоснование иска истец указывает, что ОСФР по г. Москве и Московской области осуществляет выплаты ежемесячного пособия по уходу за ребенком в соответствии с Федеральным законом от 19 мая 1995 г. № 81-ФЗ «О государственных пособиях гражданам, имеющим детей» и Федеральным законом от 29 декабря 2006 г. № 255-ФЗ «Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством».
В июне 2024 года ответчик ФИО2 обратилась за назначением пособия по уходу за ребенком ФИО3, *** года рождения, по месту своей работы в ГБУ «МСП». На основании поступившего 21.06.2024 от работодателя реестра сведений и документов, ОСФР по г. Москве и Московской области назначило ФИО2 пособие за период с 18.06.2024 по 03.02.2025. Общая сумма фактически выплаченных денежных средств составила 278 096 руб. 91 коп.
Позиция истца мотивирована тем, что при подаче заявления ФИО2 не указала сведения, имеющие существенное значение для реализации права на выплату. В ходе последующей проверки фондом было установлено, что ранее, а именно 06.09.2023, решение о назначении ежемесячного пособия по уходу за тем же ребенком ФИО3, *** года рождения за период с 03.08.2023 по 03.02.2025 уже было вынесено в отношении другого лица - матери ребенка, ФИО4, *** года рождения.
Истец полагает, что в результате сокрытия данных, влияющих на право назначения государственного пособия, ответчику ФИО2 была произведена излишняя выплата. Истец в своих доводах ссылается на ст. 15.1 Федерального закона № 255-ФЗ, в соответствии с которой застрахованные лица несут ответственность за достоверность сведений, содержащихся в документах, представляемых ими для назначения и выплаты пособий. В случае если представление недостоверных сведений повлекло за собой выплату излишних сумм, виновные лица возмещают страховщику причиненный ущерб, а также на основании ст. 1102 ГК РФ неосновательное обогащение. Дополнительно истец указывает на нарушение требований ст. 10 ГК РФ, запрещающей заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).
В июне 2025 года в адрес ФИО2 была направлена досудебная претензия с требованием о добровольном возврате денежных средств в двадцатидневный срок, однако денежная сумма в бюджет фонда не поступила, в связи с чем истец обратился в суд и просит взыскать с ответчика сумму ущерба в размере 278 096 руб. 91 коп.
В судебное заседание представитель истца ОСФР по г. Москве и Московской области ФИО1, действующий по доверенности № 17/223 от 01 января 2025 года, явился, заявленные исковые требования поддержал в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении, настаивал на их удовлетворении.
Ответчик ФИО2 в судебное заседание явилась, против удовлетворения исковых требований возражала, указала, что она является законным опекуном малолетнего ФИО3 *** г.р. на основании распоряжения УСЗН ЮВАО г. Москвы и фактически осуществляет уход за ребенком, находясь в отпуске по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет по месту своей работы в ГБУ «МСП». Ответчик указала на отсутствие в своих действиях признаков недобросовестности, так как мать ребенка, ФИО4, решением суда от 02.04.2024 была лишена родительских прав и взята под стражу, в связи с чем не могла ни осуществлять фактический уход, ни законно получать средства к существованию на ребенка.
Суд, заслушав стороны, исследовав и оценив представленные письменные доказательства в их совокупности, приходит к следующему.
Согласно статье 7 Конституции Российской Федерации, Российская Федерация является социальным государством, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека. В Российской Федерации обеспечивается государственная поддержка семьи, материнства, отцовства и детства, устанавливаются государственные пособия и иные гарантии социальной защиты.
На основании положений статьи 38 Конституции Российской Федерации материнство и детство, семья находятся под защитой государства.
В силу положений статьи 39 Конституции Российской Федерации, каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом. Государственные пенсии и социальные пособия устанавливаются законом.
В соответствии с Федеральным законом от 19 мая 1995 года № 81-ФЗ «О государственных пособиях гражданам, имеющим детей» в Российской Федерации установлена единая система государственных пособий гражданам, имеющим детей, в связи с их рождением и воспитанием, которая обеспечивает гарантированную государством материальную поддержку материнства, отцовства и детства.
Согласно статье 3 Федерального закона от 19 мая 1995 года № 81-ФЗ «О государственных пособиях гражданам, имеющим детей», настоящим Федеральным законом устанавливаются следующие виды государственных пособий, в числе которых: ежемесячное пособие по уходу за ребенком.
В силу положений статьи 13 Федерального закона № 81-ФЗ «О государственных пособиях гражданам, имеющим детей», право на ежемесячное пособие по уходу за ребенком имеют матери либо отцы, опекуны, фактически осуществляющие уход за ребенком и подлежащие обязательному социальному страхованию на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством.
Согласно статье 15 Федерального закона от 29 декабря 2006 года № 255-ФЗ «Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством», назначение и выплата пособий по временной нетрудоспособности, по беременности и родам, ежемесячного пособия по уходу за ребенком осуществляются страховщиком.
В соответствии со статьей 15.1 Федерального закона от 29 декабря 2006 года № 255-ФЗ «Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством» физические и юридические лица несут ответственность за достоверность сведений, содержащихся в документах, выдаваемых ими застрахованному лицу и необходимых для назначения, исчисления и выплаты пособий по временной нетрудоспособности, по беременности и родам, ежемесячного пособия по уходу за ребенком. В случае, если представление недостоверных сведений повлекло за собой выплату излишних сумм пособий по временной нетрудоспособности, по беременности и родам, ежемесячного пособия по уходу за ребенком, виновные лица возмещают страховщику причиненный ущерб в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.
Согласно пункту 1 статьи 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.
В силу пункта 3 статьи 1109 ГК РФ не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки.
Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 26 февраля 2018 года № 10-П «По делу о проверке конституционности статьи 7 Федерального закона «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации», пунктов 1 и 2 статьи 25 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации", статей 1102 и 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданки ФИО5», правовое регулирование обязательств вследствие неосновательного обогащения представляет собой, по существу, конкретизированное нормативное выражение лежащих в основе российского конституционного правопорядка общеправовых принципов равенства и справедливости в их взаимосвязи с получившим закрепление в Конституции Российской Федерации требованием о недопустимости осуществления прав и свобод человека и гражданина с нарушением прав и свобод других лиц (статья 17, часть 3); соответственно, данное правовое регулирование не исключает использование института неосновательного обогащения за пределами гражданско-правовой сферы и обеспечение с его помощью баланса публичных и частных интересов, отвечающего конституционным требованиям.
Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в вышеуказанном постановлении от 26 февраля 2018 года № 10-П, судебные органы, рассматривая в каждом конкретном деле вопрос о наличии оснований для взыскания выплаченных гражданину денежных сумм, обязаны, не ограничиваясь установлением одних лишь формальных условий применения взыскания, исследовать по существу фактические обстоятельства данного дела, свидетельствующие о наличии либо отсутствии признаков недобросовестности (противоправности) в действиях лица, которому была оказана финансовая помощь. Иной подход приводил бы к нарушению вытекающих из Конституции Российской Федерации принципов справедливости, правовой определенности и поддержания доверия граждан к действиям государства, препятствуя достижению баланса частных и публичных интересов, и в конечном итоге - к несоразмерному ограничению конституционного права на социальное обеспечение.
По смыслу положений статьи 10 ГК РФ, не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.
Как разъяснено в пункте 15 «Обзора практики рассмотрения судами дел по пенсионным спорам», утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 26 июня 2024 года, добросовестность гражданина (получателя спорных денежных средств) презюмируется, следовательно, бремя доказывания недобросовестности гражданина, получившего названные в статье 1109 ГК РФ виды выплат, лежит на стороне, требующей возврата излишне выплаченных денежных сумм.
Согласно пункту 25 Правил назначения и выплаты ежемесячного пособия, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 16 декабря 2022 года № 2330 «О порядке назначения и выплаты ежемесячного пособия в связи с рождением и воспитанием ребенка», орган, осуществляющий назначение и выплату ежемесячного пособия, вправе проверять достоверность представленных заявителем документов, а также указанных в заявлении о назначении ежемесячного пособия сведений. В этих целях орган, осуществляющий назначение и выплату ежемесячного пособия, вправе запрашивать и безвозмездно получать необходимые документы (сведения) от иных государственных органов.
На основании пункта 23 Правил назначения и выплаты ежемесячного пособия, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 16 декабря 2022 года № 2330 «О порядке назначения и выплаты ежемесячного пособия в связи с рождением и воспитанием ребенка» документы (копии документов, сведения), необходимые для назначения и выплаты ежемесячного пособия, запрашиваются органом, осуществляющим назначение и выплату ежемесячного пособия, в рамках межведомственного электронного взаимодействия в органах и (или) организациях, в распоряжении которых они находятся.
Как установлено судом и подтверждается материалами дела, ФИО3 родился **** года, что подтверждается свидетельством о рождении серии ***, выданным отделом **** года. Матерью ребенка является ФИО4 *** г.р., сведения об отце в свидетельстве о рождении отсутствуют.
Решением Отделения Фонда пенсионного и социального страхования РФ по г. Москве и Московской области № 0001.001557/2023-0574861 от 06.09.2023 года матери ребенка, ФИО4, было назначено ежемесячное пособие по уходу за ребенком за период с 03.08.2023 по 03.02.2025 в размере 8 591 руб. 47 коп.
Как следует из материалов гражданского дела № 2-1753/24, рассмотренного Кузьминским районным судом города Москвы, решением суда от 02 апреля 2024 года, вступившим в законную силу 14.05.2024 ФИО4 была лишена родительских прав в отношении малолетнего ФИО3 *** г.р. Согласно приговору Кузьминского районного суда г. Москвы от 10.04.2024 года ФИО4 была взята под стражу в зале суда и ей назначено наказание в виде лишения свободы, что подтверждается распоряжением УСЗН ЮВАО г. Москвы. Таким образом, с апреля 2024 года мать ребенка фактически не могла осуществлять уход за ним и получать средства на его содержание.
В связи с тем, что ребенок остался без попечения родителей, распоряжением Территориального отдела по вопросам опеки и попечительства № 4 УСЗН ЮВАО г. Москвы № Р-369/24 от 17.05.2024 года в отношении малолетнего ФИО3 была установлена предварительная опека, опекуном назначена ФИО2 В дальнейшем, распоряжением того же органа № Р-7030/24 от 14.11.2024 года, ответчик ФИО2 назначена постоянным опекуном ребенка.
Судом установлено, что ответчик ФИО2 состоит в трудовых отношениях с ГБУ «Мой социальный помощник» (ГБУ «МСП») в должности социального работника с 01.01.2024 года по настоящее время. Приказом работодателя № 2826-о от 18.06.2024 года ответчику был предоставлен отпуск по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет с 18.06.2024 года.
21 июня 2024 года работодателем ответчика в ОСФР по г. Москве и Московской области был направлен реестр сведений и документов для назначения и выплаты ФИО2 ежемесячного пособия по уходу за ребенком. На основании представленных документов истцом было принято решение о назначении пособия ФИО2 за период с 18.06.2024 по 03.02.2025.
Согласно представленной истцом справке о назначенных и выплаченных пособиях № 23/63968 от 23.04.2025 года, ответчику за период с 01.06.2024 по 31.03.2025 были фактически выплачены денежные средства в общем размере 278 096 руб. 91 коп.
Расчет суммы, заявленной истцом к взысканию, подтверждается данными указанной справки и реестрами выплат: за период с 18.06.2024 по 30.06.2024 - 15 981,57 руб., за июль 2024 г. - 36 880,55 руб., за август 2024 г. - 36 880,55 руб., за сентябрь 2024 г. - 36 880,55 руб., за октябрь 2024 г. - 36 880,55 руб., за ноябрь 2024 г. - 36 880,55 руб., за декабрь 2024 г. - 36 880,55 руб., за январь 2025 г. – 36 880,55 руб., за февраль 2025 г. (по 03.02.2025) - 3 951,49 руб. , итого: 278 096,91 руб.
В ходе последующих контрольных мероприятий ОСФР по г. Москве и Московской области выявило, что пособие по уходу за тем же ребенком ФИО3 ранее уже было назначено его матери - ФИО4 решением от 06.09.2023 года, в связи с чем ОСФР посчитало, что выплата пособия опекуну ФИО2 произведена неправомерно и у ФИО2 возникло неосновательное обогащение ввиду того, что ребенку была назначена выплата повторно. Данные обстоятельства стали причиной направления ответчику претензии 30 мая 2025 года № 27-06-33/181551 о возврате излишне полученных средств в добровольном порядке, а также основанием для направления в суд иска.
Таким образом, суд установил, что ответчику выплачено социальное пособие в заявленном истцом размере, а также то, что ответчик имеет правовой статус законного опекуна ребенка, при этом ФИО2 фактически осуществляет уход за ребенком в спорный период получения выплат. В то же время судом установлено наличие первичного решения о назначении пособия другому лицу, то есть матери ребенка – ФИО4, которая к моменту социальных выплат ответчику уже была лишена родительских прав и была помещена под стражу по уголовному делу.
В соответствии с частью 1 статьи 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом
Оценив представленные сторонами доказательства в их совокупности по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения исковых требований ОСФР по г. Москве и Московской области по следующим основаниям.
Оценивая доводы истца о том, что ФИО2 действовала недобросовестно, скрыв данные о том, что изначально детское пособие было назначено для выплаты матери ребенка, суд находит их несостоятельными. Истец основывает свои требования на том, что ответчику ФИО2 произведена, по сути, двойная выплата пособия на одного и того же ребенка и указанное обстоятельство свидетельствует о неосновательном обогащении ответчика. Однако, как следует из правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в постановлении от 26.02.2018 № 10-П, судебные органы не должны ограничиваться установлением формальных условий применения взыскания факта переплаты, а обязаны исследовать наличие или отсутствие признаков именно недобросовестного поведения в действиях гражданина.
В ходе судебного разбирательства установлено, что на момент обращения ответчика за пособием 21 июня 2024 года мать ребенка, ФИО4, уже была лишена родительских прав и находилась в местах лишения свободы, что подтверждается письменными материалами дела. Таким образом, получатель пособия ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ г.р. фактически и юридически перестала осуществлять уход за ребенком и использовать выделяемые государством средства по целевому назначению. При этом по заявлению ответчика ФИО2 бюджетные средства, выплаченные ей как законному опекуну на содержание малолетнего ребенка, были реализованы по назначению, что полностью соответствует целям государственного социального обеспечения.
Оценивая позицию ответчика, суд находит её обоснованной и подтвержденной материалами дела, так как именно ФИО2 является законным опекуном ребенка - Ильяса и на основании распоряжений УСЗН ЮВАО г. Москвы, действуя в его интересах осуществляет ухода за малолетним внуком, что также подтверждается приказом о предоставлении отпуска по уходу за ребенком по месту работы в ГБУ «МСП». Суд учитывает, что ответчик не обладает специальными юридическими познаниями и, подавая заявление через портал Госуслуг, исходила из своего законного статуса единственного лица, фактически обеспечивающего нужды ребенка в отсутствие матери, лишенной родительских прав.
Нормы, регулирующие обязательства вследствие неосновательного обогащения, установлены главой 60 Гражданского кодекса Российской Федерации.
В соответствии с пунктом 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 кодекса.
Согласно пункту 3 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки.
Из изложенного следует, что неосновательное обогащение имеет место в случае приобретения или сбережения имущества в отсутствие на то правовых оснований, то есть неосновательным обогащением является чужое имущество, включая денежные средства, которые лицо приобрело (сберегло) за счет другого лица (потерпевшего) без оснований, предусмотренных законом, иным правовым актом или сделкой. Неосновательное обогащение возникает при наличии одновременно следующих условий: имело место приобретение или сбережение имущества; приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого лица произведено в отсутствие правовых оснований, то есть не основано ни на законе, ни на иных правовых актах, ни на сделке.
При этом добросовестность гражданина (получателя спорных денежных средств) презюмируется, следовательно, бремя доказывания недобросовестности гражданина, получившего названные в данной норме виды выплат, лежит на стороне, требующей возврата излишне выплаченных денежных сумм.
По общему правилу, лицо, получившее имущество в качестве неосновательного обогащения, обязано вернуть это имущество потерпевшему. Вместе с тем законом (статьей 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации) определен перечень имущества, которое не подлежит возврату в качестве неосновательного обогащения. К такому имуществу помимо прочего относится заработная плата и приравненные к ней платежи, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки.
Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 26 февраля 2018 № 10-П, содержащееся в главе 60 Гражданского кодекса Российской Федерации правовое регулирование обязательств вследствие неосновательного обогащения представляет собой, по существу, конкретизированное нормативное выражение лежащих в основе конституционного правопорядка общеправовых принципов равенства и справедливости в их взаимосвязи с получившим закрепление в Конституции Российской Федерации требованием о недопустимости осуществления прав и свобод человека и гражданина с нарушением прав и свобод других лиц (статья 17, часть 3); соответственно, данное правовое регулирование, как оно осуществлено федеральным законодателем, не исключает использование института неосновательного обогащения за пределами гражданско-правовой сферы и обеспечение с его помощью баланса публичных и частных интересов, отвечающего конституционным требованиям.
Таким образом, нормы Гражданского кодекса Российской Федерации о неосновательном обогащении и недопустимости возврата определенных денежных сумм могут применяться и за пределами гражданско-правовой сферы, в частности в рамках правоотношений, связанных с получением отдельными категориями граждан мер социальной поддержки в форме денежных выплат.
По смыслу положений пункта 3 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации, не считаются неосновательным обогащением и не подлежат возврату в качестве такового денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средств к существованию, в частности заработная плата, приравненные к ней платежи, пенсии, пособия и т.п, то есть суммы, которые предназначены для удовлетворения его необходимых потребностей, и возвращение этих сумм поставило бы гражданина в трудное материальное положение.
Вместе с тем закон устанавливает и исключения из этого правила, а именно: излишне выплаченные суммы должны быть получателем возвращены, если их выплата явилась результатом недобросовестности с его стороны или счетной ошибки. При этом добросовестность гражданина (получателя спорных денежных средств) презюмируется, следовательно, бремя доказывания недобросовестности гражданина, получившего названные в данной норме виды выплат, лежит на стороне, требующей возврата излишне выплаченных сумм.
По смыслу положений ст. ст. 1102, 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации не считаются неосновательным обогащением и не подлежат возврату в качестве такового денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средств к существованию, в частности заработная плата, приравненные к ней платежи, пенсии, пособия и т.п, то есть суммы, которые предназначены для удовлетворения его необходимых потребностей, и возвращение этих сумм поставило бы гражданина в трудное материальное положение. Вместе с тем закон устанавливает и исключения из этого правила, а именно: излишне выплаченные суммы должны быть получателем возвращены, если их выплата явилась результатом недобросовестности с его стороны или счетной ошибки. При этом добросовестность гражданина (получателя спорных денежных средств) презюмируется, следовательно, бремя доказывания недобросовестности гражданина, получившего названные в данной норме виды выплат, лежит на стороне, требующей возврата излишне выплаченных сумм. Поскольку взыскиваемые денежные суммы являются социальной выплатой, то при решении вопроса об их взыскании с гражданина следует исходить из положений п. 3 ст. 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому возможность их удержания допускается лишь при наличии недобросовестности гражданина или счетной ошибки.
Кроме того, суд также обращает внимание на то, что по данному делу юридически значимым относительно иска и регулирующих спорные отношения норм материального права является установление факта того, имела ли место со стороны ответчика недобросовестность в получении ежемесячного пособия. Поскольку добросовестность гражданина по данным требованиям презюмируется, бремя доказывания обратного лежит на истце, вместе с тем каких-либо доказательств недобросовестности ответчика ОСФР по г. Москве и Московской области в нарушение ст. 56 ГПК РФ суду не представлено.
В силу ч. 1 ст. 56 ГПК РФ и сложившейся судебной практики, бремя доказывания недобросовестности гражданина лежит на государственном органе, требующем возврата выплат. Истцом не представлено доказательств того, что ФИО2 совершила умышленные действия с целью обмана фонда или осознавала неправомерность получения средств при наличии ранее вынесенного решения в отношении матери, лишенной прав.
Кроме того, суд исходит из того, что обстоятельства изъятия ребенка у матери и его фактическая передача бабушке были достоверно известны системе органов государственного контроля, поскольку семья состояла на соответствующем учете в органах опеки и попечительства, а ненадлежащее осуществление межведомственного информационного взаимодействия между истцом и иными уполномоченными органами не может влечь для добросовестного получателя пособия негативных правовых последствий в виде гражданско-правовой ответственности.
Суд полагает, что переплата произошла вследствие ненадлежащего исполнения истцом своих контрольных функций. В соответствии с п. 23 и 25 Правил № 2330, ОСФР обязано проверять достоверность сведений и запрашивать необходимые данные через систему межведомственного электронного взаимодействия (СМЭВ) и ЕГИССО до принятия решения о назначении выплаты. Имея доступ к базам данных о назначенных пособиях и статусе родителей (лишение прав), фонд не проявил должной осмотрительности при обработке заявления ФИО2 Риск возникновения ошибки при автоматизированной обработке данных и проверке сведений лежит на уполномоченном органе и не может быть переложен на гражданина.
Спорные денежные средства являются ежемесячным пособием по уходу за ребенком и направлены на обеспечение достойных условий жизни малолетнего. Взыскание столь значительной суммы в размере 278 096,91 руб. с опекуна, находящегося в отпуске по уходу за ребенком, поставит семью в тяжелое материальное положение, что недопустимо в социальном государстве.
На основании вышеизложенного суд приходит к выводу, что ФИО2 получала пособие на законных основаниях как лицо, фактически осуществляющее уход за ребенком-сиротой, а истец не доказал наличие в её действиях признаков недобросовестности. При таких обстоятельствах основания для признания полученных средств неосновательным обогащением отсутствуют.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
В удовлетворении исковых требований ОСФР по г. Москве и Московской области к ФИО2 о взыскании незаконно полученных денежных средств – отказать.
Решение может быть обжаловано в Московский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Кузьминский районный суд города Москвы.
Решение в окончательной форме изготовлено 10 июня 2026 года.
Судья: Е.В. Филимонова