Апелляционное определение по делу № 2-2794/2022 от 14.09.2023

Судья Варгас О.В. по делу № 33-2790/2023

Судья-докладчик Егорова О.В. (УИД38RS0035-01-2022-003151-62)

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

14 сентября 2023 года г. Иркутск

Судебная коллегия по гражданским делам Иркутского областного суда в составе:

председательствующего Давыдовой О.Ф.,

судей Егоровой О.В. и Солодковой У.С.,

при секретаре Богомоевой В.П.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-2794/2022 по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании суммы неосновательного обогащения

по апелляционной жалобе истца ФИО1 на решение Октябрьского районного суда г. Иркутска от 13 декабря 2022 года,

установила:

в обоснование заявленных требований истец указала, что 23.04.2020 между ООО «ТРАНССИБСЕРВИС» и ФИО2 был заключен договор займа №3, согласно которому сумма займа составила 800 000 руб. на срок до 24.04.2021.

Согласно п. 3.1 договора уступки прав требования (цессии) от 26.10.2021, в день подписания настоящего договора Цедент передает Цессионарию по акту приема-передачи документы, удостоверяющие право требования, а именно оригиналы следующих документов: договор займа №3 от 23.04.2020, подлинные бухгалтерские документы о перечислении денежных средств ФИО2, расчет штрафных санкций. В указанный срок денежные средства не возвращены.

26.10.2022 между ООО «ТРАНССИБСЕРВИС» и ФИО1 был заключен договор уступки прав требования (цессии), согласно которому правом требования суммы займа с указанной даты владеет ФИО1

06.05.2022 ООО «ТРАНССИБСЕРВИС» в адрес ФИО2 было направлено уведомление об уступке права требования.

11.05.2022 ФИО1 направила в адрес ФИО2 претензию с просьбой в добровольном порядке возвратить сумму займа в размере 800 000 руб., неустойку за период с 26.04.2021 по 26.04.2022 в размере 292 800 руб., проценты за период с 24.04.2020 по 24.04.2022 в размере 112 000 руб.

Дополнительным соглашением от 01.11.2022, цедент и цессионарий изложили п. 1.1 договора займа в следующей редакции: «Цедент уступает, а Цессионарий принимает право требования к ФИО2 задолженности в размере 800 000 руб., а также процентов в сумме 84 584,35 руб. и штрафных санкций на день подписания настоящего договора в размере 147 200 руб., подтвержденное договором займа №3 от 23.04.2020 и подлинными бухгалтерскими документами о перечислении денежных средств ФИО2».

Таким образом, требования цессионария вытекают не только из договора займа, а также из фактического перечисления денежных средств ФИО2 в сумме 800 000 руб., что подтверждается платежным поручением № 58 от 23.04.2020.

Истец с учетом изменений исковых требований просила суд взыскать с ответчика денежные средства в размере 800 000 руб.; неустойку за период с 26.04.2021 по 14.08.2022 в размере 380 800 руб., проценты за период с 26.04.2020 по 14.08.2022 в размере 129 231,35 руб., расходы по оплате услуг представителя в размере 100 000 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 14 751 руб.

Решением Октябрьского районного суда г. Иркутска от 13 декабря 2022 года в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о взыскании денежных средств в размере 800 000 руб., неустойки за период с 26.04.2021 по 14.08.2022 в размере 380 800 руб., процентов за период с 26.04.2020 по 14.08.2022 в размере 129 231,35 руб., расходов по оплате услуг представителя в размере 100 000 руб., расходов по оплате государственной пошлины в размере 14 751 руб. - отказано.

В апелляционной жалобе истец ФИО1 просит решение суда отменить и назначить проведение химико-технической экспертизы договора уступки права требования от 31 марта 2021 года.

В обоснование доводов указывает, что в последнем судебном заседании ответчиком и его представителем (данные изъяты) был представлен договор цессии № 3 от 31 марта 2021 года о передаче права требования от ООО «ТРАНССИБСЕРВИС» и ООО ЧОО «ЩИТ». Так как договор датирован более ранней датой, суд отказал истцу во взыскании долга с ответчика.

Указывает, что в удовлетворении заявленного ею ходатайства о проведении химико-технической экспертизы договора уступки права от 31 марта 2021 года, поскольку данный договор не заключался, фальсифицирован стороной ответчика, судом первой инстанции было отказано.

Полагает, что представленный договор затрагивает ее законные права и интересы по взысканию долга с ФИО2

В письменных возражениях представитель ответчика ФИО2 – ФИО3 просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В заседании суда апелляционной инстанции представитель истца ФИО4 доводы апелляционной жалобы об отмене решения суда поддержала, по мотивам и основаниям, указанным в жалобе.

В заседании суда апелляционной инстанции представители ответчика ФИО5, ФИО3 возражали против удовлетворения жалобы, просит об оставлении решения суда без изменения.

В заседание суда апелляционной инстанции представители третьих лиц ООО «ТРАНССИБСЕРВИС», ООО Частная охранная организация «Щит», заблаговременно извещенные о месте и времени рассмотрения дела, не явились. В соответствии с положениями ст. 167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле.

Заслушав доклад судьи Иркутского областного суда Егоровой О.В., объяснения представителя истца ФИО4, представителей ответчика ФИО5, ФИО3, изучив дело, проверив законность и обоснованность решения суда по правилам ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия оснований для отмены решения суда не находит, по следующим основаниям.

Согласно п. 1 ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных ст. 1109 этого кодекса.

Из приведенных правовых норм следует, что по делам о взыскании неосновательного обогащения на истца возлагается обязанность доказать факт приобретения или сбережения имущества ответчиком, а на ответчика - обязанность доказать наличие законных оснований для приобретения или сбережения такого имущества либо наличие обстоятельств, при которых неосновательное обогащение в силу закона не подлежит возврату.

В соответствии со статьей 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона. Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором (пункты 1 и 2).

В силу статьи 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на неуплаченные проценты.

Согласно ч. 1 ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 23.04.2020 между ООО «ТРАНССИБСЕРВИС» и ФИО2 был заключен договор займа №3, согласно которому сумма займа составила 800 000 руб. на срок до 24.04.2021.

Согласно п. 3.1 договора уступки прав требования (цессии) от 26.10.2021 между ООО «ТРАНССИБСЕРВИС» и ФИО1, в день подписания настоящего договора Цедент передает Цессионарию по акту приема-передачи документы, удостоверяющие право требования, а, именно, оригиналы следующих документов: договор займа №3 от 23.04.2020, подлинные бухгалтерские документы о перечислении денежных средств ФИО2, расчет штрафных санкций.

Определением Октябрьского районного суда г. Иркутска от 13.09.2022 по ходатайству представителя ответчика назначено проведение судебной почерковедческой экспертизы.

Согласно заключению эксперта № 25/3/2022 от 23.09.2022 АНО «(данные изъяты)» подпись от имени ФИО2, имеющаяся на первой и второй страницах в договоре №3 от 23.04.2020, была выполнена не самой ФИО2, а иным лицом.

В последующем представитель истца основание иска в порядке ст. 39 ГПК РФ изменил и просил суд взыскать с ответчика денежные средства в размере 800 000 руб. на основании ст. 1102 ГК РФ.

Разрешая требования истца о взыскании с ответчика суммы неосновательного обогащения, суд установил следующего.

Из материалов дела следует, что 26.10.2021 между ООО «ТРАНССИБСЕРВИС» и ФИО1 был заключен договор уступки прав требования (цессии), согласно которому правом требования суммы займа с указанной даты владеет ФИО1

06.05.2022 ООО «ТРАНССИБСЕРВИС» в адрес ФИО2 было направлено уведомление об уступке права требования.

Как следует из платежного поручения № 58 от 23.04.2020, ООО «ТРАНССИБСЕРВИС» перечислило ФИО2 денежные средства в размере 800 000 руб.

01.11.2022 между ООО «ТРАНССИБСЕРВИС» и ФИО1 заключено дополнительное соглашение, согласно которому Цедент уступает, а Цессионарий принимает право требования к ФИО2 задолженности в размере 800 000 руб., а также процентов в сумме 84 584,35 руб. и штрафных санкций на день подписания настоящего договора в размере 147 200 руб., подтвержденное договором займа №3 от 23.04.2020 и подлинными бухгалтерскими документами о перечислении денежных средств ФИО2.

Однако, по делу установлено, что 31.03.2021 между ООО «ТРАНССИБСЕРВИС» и ООО ЧОО «ЩИТ» был заключен договор уступки права требования (цессии) №3, согласно которому Цедент уступает, а Цессионарий принимает право требования задолженности с ФИО2, возникшее на основании платежного поручения №58 от 23.04.2020 на сумму 800 000 руб. с назначением платежа «Оплата по договору процентного займа 3 от 23.04.2020 сумма 800000-00 Без налога (НДС)», а также права требования взыскания с ФИО2 задолженности по договору займа №3 от 23.04.2020, включая установленные договором проценты и все вытекающие из договора права требования.

Как следует из справки №03 от 21.11.2022 ООО ЧОО «ЩИТ», ФИО2 погасила задолженность перед ООО ЧОО «ЩИТ», возникшую на основании платежного поручения № 58 от 23.04.2020 на сумму 800 000 руб., с назначением платежа «Оплата по договору процентного займа 3 от 23.04.2020 сумма 800000-00 Без налога (НДС)». Стороны не имеют взаимных претензий.

Разрешая спор и руководствуясь вышеприведенными нормами законодательства, оценивая представленные в материалы дела доказательства, заключению эксперта № 25/3/2022 от 23.09.2022 в качестве относимого и допустимого доказательства по делу, а также установив, что на момент заключения договора уступки прав требования от 26.10.2022 между ООО «ТРАНССИБСЕРВИС» и ФИО1, ООО «ТРАНССИБСЕРВИС» уступило ранее права требования задолженности с ФИО2, возникшей на основании платежного поручения №58 от 23.04.2020 на сумму 800 000 руб., а также факт погашения данной задолженности ответчиком, суд первой инстанции пришёл к выводу об отказе в удовлетворении требований ФИО1 о взыскании денежных средств в размере 800 000 руб., неустойки, процентов, расходов по оплате услуг представителя, расходов по оплате государственной пошлины.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, поскольку суд, руководствуясь нормами действующего гражданского законодательства, правильно определил юридически значимые обстоятельства; данные обстоятельства подтверждены материалами дела и исследованными доказательствами; выводы суда соответствуют установленным обстоятельствам; нормы материального права при разрешении данного спора судом применены верно.

Доводы апелляционной жалобы истца ФИО1 о необходимости отмены решения суда, так как суд необоснованно отказал ей в удовлетворении заявленного ходатайства о проведении химико-технической экспертизы договора уступки права от 31 марта 2021 года, хотя она точно и достоверно знает о том, что данный договор не заключался и фальсифицирован стороной ответчика; представленный договор затрагивает её законные права и интересы по взысканию долга с ФИО2, по мнению судебной коллегии, основанием к отмене обжалуемого решения не являются, как не влияющие на законность и обоснованность выводов суда на момент принятия судебного акта.

Как установлено из материалов дела, 23.04.2020 между ООО «ТРАНССИБСЕРВИС» и ФИО2 был заключен договор займа №3, согласно которому сумма займа составила 800 000 руб. на срок до 24.04.2021, из чего следует, что в силу закона настоящий договор на условиях возвратности, платности, срочности в силу правил статьи 807 ГК РФ.

На основании платёжного поручения №58 от 23.04.2020 ООО «ТРАНССИБСЕРВИС» перечислило ФИО2 денежные средства в размере 800 000 руб.

Между тем, из заключения эксперта № 25/3/2022 от 23.09.2022 АНО «(данные изъяты)» усматривается, что подпись от имени ФИО2, имеющаяся на первой и второй страницах в договоре №3 от 23.04.2020, была выполнена не самой ФИО2, а иным лицом.

Вышеуказанное заключение экспертизы обосновано отнесено судом к числу относимого и допустимого доказательства, так как сведений о том, что экспертиза проведена с нарушением требований закона, не выявлено, оснований не доверять выводам, содержащимся в экспертном заключении, сомневаться в объективности и обоснованности экспертного заключения, не имеется, поскольку экспертиза назначалась судом и проводилась в соответствии со ст. ст. 79-86 ГПК РФ, экспертиза выполнена квалифицированным экспертом, предупрежденным об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ, о чем экспертом была дана соответствующая подписка.

Заключение эксперта № 25/3/2022 от 23.09.2022 не опровергнуто иными доказательствами и не оспорено сторонами.

Также из дела следует, что 26.10.2021 между ООО «ТРАНССИБСЕРВИС» и ФИО1 был заключён договор уступки прав требования (цессии), согласно которому правом требования суммы займа с указанной даты владеет ФИО1

Однако, из обстоятельств дела также установлено, что 31.03.2021 между ООО «ТРАНССИБСЕРВИС» и ООО ЧОО «ЩИТ» был заключен договор уступки права требования (цессии) №3, согласно которому Цедент уступает, а Цессионарий принимает право требования задолженности с ФИО2, возникшее на основании платежного поручения №58 от 23.04.2020 на сумму 800 000 руб. с назначением платежа «Оплата по договору процентного займа 3 от 23.04.2020 сумма 800000-00 Без налога (НДС)», а также права требования взыскания с ФИО2 задолженности по договору займа №3 от 23.04.2020, включая установленные договором проценты и все вытекающие из договора права требования.

Проанализировав установленные по делу обстоятельства, и учитывая то, что сам договор займа №3 от 23.04.2020 между ООО «ТРАНССИБСЕРВИС» и ФИО2 последней не подписывался, что подтверждено согласно заключения эксперта № 25/3/2022 от 23.09.2022, и, как следствие, указывает на недоказанность существенных условий договора относительно его платности и возвратности, и что согласно дополнительному соглашению от 01.11.2022 к договору уступки прав требования от 26.10.2021 между ООО «ТРАНССИБСЕРВИС» и ФИО1, к последней перешло право требования из факта перечисления денежных средств ФИО2, подтвержденного платёжным поручением от 23.04.2020 г. № 58, из чего не усматривается передача по уступке права требования займа на условиях платности и возвратности в силу ничтожности договора займа № 3 от 23.04.2020, который ФИО2 не подписывался, судебная коллегия находит, что в деле отсутствуют доказательства переуступки права требования истцу ФИО1 к ФИО2 на условиях платности и возвратности по договору уступки прав требования от 26.10.2021, с учётом дополнительного соглашения к нему от 01.11.2022, а, именно, в размере процентов и штрафных санкций, так как платёжное поручение от 23.04.2020 г. № 58 не является договором, по своей сути, и не содержит указания на существенные условия займа, а лишь фиксирует только факт перевода денежной суммы от ООО «ТРАНССИБСЕРВИС» ФИО2 из не подтверждённого договора займа.

Таким образом, из указанного следует, что уступка права требования по договору займа № 3 от 23.04.2020 в размере процентов, штрафных санкций материалами дела не доказана, а договором уступки прав требования от 26.10.2021, с учётом дополнительного соглашения к нему от 01.11.2022, подтверждена уступка права требования основной суммы займа, квалифицируемой как неосновательное обогащение вследствие ничтожности самого договора займа из-за его неподписания ответчиком.

Как следует из разъяснений в пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки", если одно и то же требование уступлено разным лицам одним первоначальным кредитором (цедентом), надлежащим новым кредитором (цессионарием) считается то лицо, в отношении которого момент перехода требования наступил ранее (пункт 2 статьи 388.1, пункт 2 статьи 389.1, абзац первый пункта 4 статьи 390 ГК РФ).

Иное лицо (другой цессионарий), в отношении которого момент перехода спорного требования должен был наступить позднее, вправе требовать возмещения убытков, вызванных неисполнением цедентом договора, на основании которого должна была производиться эта уступка. В случае исполнения должником такому иному лицу риск последствий исполнения несет цедент или цессионарий, которые знали или должны были знать об уступке требования, состоявшейся ранее (абзац второй пункта 4 статьи 390 ГК РФ).

Кроме того, учитывая то, что на момент заключения договора уступки прав требования от 26.10.2021 между ООО «ТРАНССИБСЕРВИС» и ФИО1, ООО «ТРАНССИБСЕРВИС» уже уступило ранее ООО ЧОО «ЩИТ» по договору уступки права требования (цессии) №3 от 31.03.2021 права требования задолженности с ФИО2, возникшей на основании платежного поручения №58 от 23.04.2020 на сумму 800 000 рублей, и что согласно справки №03 от 21.11.2022 ООО ЧОО «ЩИТ», ФИО2 погасила задолженность перед ООО ЧОО «ЩИТ», возникшую на основании платежного поручения №58 от 23.04.2020 на сумму 800 000 руб., и при этом, договор уступки права требования (цессии) №3 от 31.03.2021 является исполненным, не признан недействительным в установленном законом порядке на момент принятия решения суда по данному гражданскому делу, суд первой инстанции, по мнению судебной коллегии, правомерно, исходя из требований материального закона и обстоятельств дела, не установил оснований для удовлетворения требований ФИО1 о взыскании с ответчика ФИО2 денежных средств в размере 800 000 руб., и, как следствие, неустойки за период с 26.04.2021 по 14.08.2022 в размере 380 800 руб., процентов за период с 26.04.2020 по 14.08.2022 в размере 129 231 руб. 35 коп., расходов по оплате услуг представителя в размере 100 000 руб., расходов по оплате государственной пошлины в размере 14 751 руб.

Данные выводы суда являются верными и не противоречат выводам суда апелляционной инстанции, изложенным выше при оценке обстоятельств рассматриваемого спора.

Ссылки истца ФИО1 в апелляционной жалобе на то, что договор уступки права требования от 31 марта 2021 года не заключался и фальсифицирован стороной ответчика, на обоснованность выводов суда не влияет.

Как следует из обстоятельств дела, при рассмотрении апелляционной жалобы истец ФИО1 также ходатайствует о назначении по делу судебной химико-технической экспертизы договора уступки права от 31 марта 2021 года, полагая, что у суда первой инстанции не было оснований для отказа ей в удовлетворении ходатайства о назначении экспертизы, учитывая то, что договор уступки права от 31 марта 2021 года не заключался, фальсифицирован стороной ответчика и затрагивает её законные права и интересы по взысканию долга с ФИО2

Между тем, из определения Октябрьского районного суда г. Иркутска от 13 декабря 2022 года усматривается, что представитель истца ФИО4 заявила ходатайство о проведении по делу судебной химико-технической экспертизы, просила поставить на разрешение эксперта вопрос: «Соответствует ли время рукописных записей, оттисков печати, чернил принтера датам, указанным в документе, а, именно, в договоре уступки права требования №3 от 31.03.2021; если не соответствует, то в какой именно период времени исполнены печать, подписи и шрифт данного документа ?». Просила поручить проведение экспертизы ФБУ «(данные изъяты)» Минюста России.

Разрешая данное ходатайство и учитывая предмет исковых требований, пояснения сторон, представленные доказательства, суд пришёл к выводу об отсутствии оснований для назначения по делу судебной химико-технической экспертизы, поскольку обстоятельства дела на необходимость проведения такой экспертизы не указывают, проведение данной экспертизы является нецелесообразным и приведёт к затягиванию рассмотрения дела по существу и необоснованному возложению на стороны судебных расходов по ее проведению.

Также судом апелляционной инстанции установлено, что к производству Арбитражного суда Иркутской области принято исковое заявление ООО «ТРАНССИБСЕРВИС» к ООО ЧОО «ЩИТ» о признании договора уступки права требования (цессии) от 31.03.2021 года о передаче права требования к ФИО2 по договору займа № 3 от 23 апреля 2020 года – недействительным.

На момент рассмотрения настоящего гражданского дела по доводам апелляционной жалобы истца ФИО1 результат рассмотрения иска отсутствует, правовое решение по данному спору не принято.

Исследовав установленные обстоятельства по делу в совокупности с содержанием обжалуемого решения суда, доводами ходатайства представителя истца о назначении химико-технической экспертизы, суд апелляционной инстанции не усматривает правовых оснований для назначения в рамках апелляционного производства при проверке законности судебного решения судебной химико-технической экспертизы по договору уступки права требования (цессии) от 31.03.2021 года из договора займа № 3 от 23 апреля 2020 года, исходя из того, что законность и обоснованность заключения договора уступки права требования (цессии) от 31.03.2021 года является предметом самостоятельного иска между ООО «ТРАНССИБСЕРВИС» к ООО ЧОО «ЩИТ», рассматриваемого в Арбитражном суде Иркутской области в рамках дела № А19-1739.

Таким образом, учитывая специфику оспаривания настоящего договора и подведомственность указанного спора между двумя юридическими лицами арбитражному суду, судебная коллегия не усматривает также правовых оснований для назначения судебной химико-технической экспертизы по договору уступки права требования (цессии) от 31.03.2021 года по ходатайству представителя истца в рамках рассмотрения настоящего гражданского дела по иску ФИО1 о взыскании неосновательного обогащения, исходя из того, что специфика оспаривания указанного договора и его юридическая оценка является предметом самостоятельных исковых требований, подлежащих рассмотрению арбитражным судом. Между тем, в зависимости от результата рассмотрения исковых требований ООО «ТРАНССИБСЕРВИС» к ООО ЧОО «ЩИТ» об оспаривании договора уступки права требования (цессии) от 31.03.2021 года истец ФИО1 вправе в случае удовлетворения иска в Арбитражном суде Иркутской области и признания договора уступки недействительным восстановить судебную защиту своих прав по настоящему гражданскому делу путём пересмотра решения суда по вновь открывшимся обстоятельствам.

Таким образом, отказ суда первой инстанции в назначении по данному делу судебной химико-технической экспертизы по договору уступки права требования (цессии) от 31.03.2021 года не нарушает прав истца на судебную защиту.

С выводами суда первой инстанции судебная коллегия соглашается полностью, так как они сделаны в соответствии с применёнными нормами материального и процессуального права, регулирующими спорное правоотношение между сторонами, в связи с чем, исходя из установленных по делу обстоятельств, судом принято верное правовое решение.

Доводы апелляционной жалобы не свидетельствуют о наличии правовых оснований для отмены обжалуемого решения суда, по существу сводятся к изложению обстоятельств, являвшихся предметом исследования и оценки суда, не опровергают правильности выводов суда первой инстанции, с которыми согласилась судебная коллегия, а лишь выражают несогласие с оценкой судом исследованных по делу доказательств, которым судом дан надлежащий анализ и правильная оценка по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, основаны на неправильном толковании норм действующего законодательства, регулирующего спорные правоотношения, а потому не могут быть приняты во внимание судебной коллегией.

Нарушений судом первой инстанции норм процессуального права, которые, по смыслу ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, могли бы служить основанием для отмены обжалуемого решения, не установлено.

Таким образом, апелляционная жалоба не содержит доводов, влекущих отмену судебного постановления, в связи с чем, решение суда, проверенное в силу ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ в пределах доводов апелляционной жалобы, является законным, обоснованным и отмене не подлежит.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации

определила:

решение Октябрьского районного суда г. Иркутска от 13 декабря 2022 года оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Судья-председательствующий О.Ф. Давыдова

Судьи О.В. Егорова

У.С. Солодкова

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 22.09.2023.