Судья Шустова Д.Н. Дело № 22- 721/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Йошкар-Ола 14 августа 2023 года

Верховный Суд Республики Марий Эл в составе:

председательствующего Ведерникова С.Г.,

судей: Кузнецова С.Н. и Лашмановой О.Ю.,

при секретаре Поповой С.Г.,

с участием прокурора отдела прокуратуры Республики Марий Эл Бобкина Р.С.,

осужденного ФИО1, участие которого обеспечено путем использования системы видеоконференц-связи,

защитника – адвоката Лихошва Г.Б., предъявившей удостоверение <№> и ордер <№> от 5 июля 2023 года,

рассмотрел в открытом судебном заседании 14 августа 2023 года уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного ФИО1 и защитника – адвоката Лихошва Г.Б. на приговор Йошкар-Олинского городского суда Республики Марий Эл от 8 июня 2023 года, которым

ФИО1, <...>, не судимый,

осужден по ч. 4 ст.111 УК РФ к лишению свободы на срок 9 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Зачтено в соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ в срок отбытия наказания время содержания ФИО1 под стражей с момента его фактического задержания 19 ноября 2022 года до вступления приговора в законную силу - из расчета 1 день за 1 день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Взысканы с осужденного ФИО1 в доход федерального бюджета Российской Федерации процессуальные издержки в размере 24 700 (двадцать четыре тысячи семьсот) рублей.

Исковое заявление потерпевшей и гражданского истца А. удовлетворено.

Взыскана с ФИО1 в пользу А. денежная компенсация морального вреда в размере 1 000 000 (одного миллиона) рублей.

Приговором суда также разрешены вопросы о мере пресечения и о судьбе вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Ведерникова С.Г., объяснения осужденного ФИО1, выступление защитника адвоката Лихошва Г.Б., мнение прокурора Бобкина Р.С., суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 признан виновным и осужден за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшей З.

Преступление ФИО1 совершено 2 ноября 2022 года с 3 часов 31 минуты до 13 часов 42 минут в квартире, расположенной по адресу: <адрес>, при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 вину в совершении преступления не признал.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 указывает, что приговор суда является незаконным и необоснованным, выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Данное преступление он не совершал.

В апелляционной жалобе защитник – адвокат Лихошва Г.Б. просит приговор Йошкар-Олинского городского суда Республики Марий Эл от 8 июня 2023 года отменить, дело направить на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе суда.

Адвокат считает, что приговор является незаконным и необоснованным, выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, вынесен не в соответствии с разъяснением Постановления Пленума Верховного Суда РФ «О судебном приговоре», не в соответствии со ст. 14 УПК РФ.

Полагает, что выводы суда противоречат предъявленному обвинению. Суд установил, что ФИО1 нанес два удара по голове (повреждения №3,4), давностью образования 6-24 часа до наступления смерти; повреждение 1,2, давностью образования ориентировочно до трех суток до наступления смерти, не вменены ФИО1, однако, далее суд указывает в приговоре, что данная закрытая черепно-мозговая травма образовала от не менее четырех травматических воздействий твердых тупых предметов и стоят в прямой причинной связи с наступлением смерти. Следовательно, смерть наступила от совокупности нанесенных телесных повреждений, которые являются опасными по признаку вреда здоровью и жизни человека.

Адвокат выражает несогласие с выводами суда о том, что ФИО1 пришел в половине четвертого утра в сильной степени опьянения и нанес два удара по голове З., отчего наступила смерть.

Это предположение суда. Не установлено, кто перед этим за трое суток нанес З. 31 телесное повреждение на теле и два тяжких телесных повреждения на голове. Анализируя видеозапись и показания осужденного, адвокат делает вывод, что никаких телесных повреждений давностью трех суток потерпевшей причинить ФИО2 не мог, как и давностью 6-24 часа причинить выборочно кровоподтек подборочной области слева (выборочное повреждение №2). Кто причинил повреждение №2 в подбородочную область слева, тот и нанес повреждение №3 в подбородочную область слева.

Согласно заключению специалиста Ш. именно 2 ноября 2022 года в 10ч +/-1 час были нанесены телесные повреждения З. , которые стоят в прямой причинной связи с ее смертью. Данному обстоятельству суд не дал никакой оценки и не опроверг доводы специалиста.

Считает, что показания свидетеля С. подтверждают, что именно Б. видел гематомы на потерпевшей. Никто не говорил о гематомах, кто даже осматривал труп З. это еще раз подтверждает, по мнению защитника, что Б. наносил телесные повреждения З. и знал, что после нанесенных им телесных повреждений у нее даже образовались гематомы.

<...>

Мотива у ФИО1 избивать потерпевшую не было. Адвокат также выражает сомнения в достоверности показаний свидетеля Б. относительно того, <...>, они не соответствуют действительности и противоречат видеозаписи, протоколу осмотра предметов от 23 декабря 2022 года.

Адвокат считает, что у Б. был мотив в совершении преступления, <...>.

По мнению защитника, суд не указал, в чем последовательны и логичны показания свидетеля, с какими доказательствами они согласуются, не имея противоречий, либо взаимоисключающих выводов. В показаниях свидетеля имеются противоречия.

ФИО1 пояснял, что крови на кухне он не видел. Из этого можно сделать вывод, что от ссадины на подбородочной области слева (повреждение №3) ссадины левой скуловой на уровне левого слухового прохода (повреждение №4) не могло образоваться наличие такого количества крови. Такие сильные удары можно было нанести только в тяжелой обуви. Б. показал, что он был в берцах, следствие не изъяло у него эту обувь, в которой он был в день <...> с З. в квартире ФИО1

На изъятой обуви у ФИО1 на домашних тапочках и кроссовках крови не обнаружено.

Ранее по предъявленному обвинению следствие указывало, что все 36 телесных повреждений З. были причинены, когда она стояла, руками и ногами, а потом потеряла сознание и упала. Площадь кухни была очень маленькая, там невозможно стоя нанести такое количество ударов стоящей З.

Суд не принял как доказательство заключение и рецензию специалиста судебно-медицинского эксперта Ш., который установил примерно время нанесения смертельных ударов З., а именно: 2 ноября 2022 года в 10 часов утра, плюс минус 1 час, хотя обе проведенных экспертизы, назначенные судом, это установить не могли, несмотря на то, что время причинения смертельных ударов установить возможно.

Обращает внимание на то, что специалист сделал заключение и рецензию именно на проведенной судебной медицинской экспертизе, назначенной судом, и проведенной следствием. Фактически опроверг их выводы. Специалист Ш. не проводил исследования, а высказал суждения и опроверг выводы судебно-медицинских экспертиз, проведенных по делу ранее. Это было сделано с той целью, чтобы поддержать выводы следствия. При проведении экспертизы эксперт должен делать выводы на основании всех материалов уголовного дела, однако, при проведении комиссионной экспертизы эксперт, допрошенный в судебном заседании, пояснил, что время причинения телесных тяжких повреждений им не было установлено, так как не был первоначально осмотрен труп З. судебным экспертом, однако, и он при производстве экспертизы не принял во внимание показания врача скорой медицинской помощи, которая осматривала труп З. и допрашивалась в суде и акт осмотра трупа, где она датировала биологическую смерть и в котором она указала, что было обнаружено при осмотре трупа. При осмотре трупа не было обнаружено трупных пятен, окостенение трупа. В судебном заседании свидетель Г. - врач пояснила, что при осмотре трупа никаких трупных пятен и признаков окоченения не было обнаружено. Если что-то обнаруживается на трупе, то она обязана в любом случае всегда отметить это в акте осмотра. Раз это ею отмечено не было, следовательно, труп был осмотрен тщательно, трупных пятен и признаков окоченения обнаружено на трупе не было. В связи с чем, она установила время смерти: биологическая смерть наступила 1 час - 20 минут назад от момента осмотра трупа. Данные доказательства - акт осмотра и показания свидетеля Г. являются достоверными и допустимыми и согласуются с выводами специалиста Ш. при производстве комиссионной экспертизы данные доказательства не были взяты во внимание, что подтвердил эксперт, проводивший данную экспертизу, что, по мнению защитника, является грубейшим нарушением при производстве судебной экспертизы. Если бы эксперт взял данные доказательства при производстве экспертизы, то и выводы были бы другие, и подтверждали бы заключение и рецензию специалиста Ш.

В судебном заседании эксперт Ш. был допрошен в качестве специалиста, представлена рецензия эксперта Ш. на судебную медицинскую экспертизу.

Адвокатом, было заявлено ходатайство о проведении комиссионной судебной медицинской экспертизы и поручении ее проведения в другом регионе, так как комиссионная экспертиза проводилась в регионе Республики Марий Эл, однако, суд назначил комиссионную экспертизу, поручив ее проведение Бюро судебно-медицинской экспертизы Республики Марий Эл. Данная экспертиза сделала другие выводы. Вновь в судебном заседании допрашивался эксперт Ш., который также не согласился с выводами данной экспертизы и дал научное грамотное обоснование, которое согласуется с доказательствами полученными в судебном заседании.

В жалобе приводятся показания специалиста, содержание его заключения.

Кроме того, в жалобе приводятся показания эксперта, из содержания которых адвокат делает вывод, что комиссионная экспертиза не является достоверным, допустимым доказательством, поскольку эксперт не принимал во внимание при даче заключения материалы дела, которые существенно могли повлиять на выводы экспертизы. В связи с этим, защитой снова было заявлено ходатайство о проведении дополнительной комиссионной экспертизы для установления времени причинения тяжких повреждений, повлекших смерть и учесть материалы дела, которые не были учтены при производстве комиссионной экспертизы.

Суд необоснованно не взял заключение специалиста, как доказательство по делу, также необоснованно назначил комиссионную экспертизу снова в данном экспертном учреждении. Комиссионную экспертизу совместно проводили <...>, в связи с чем, защитником заявлялось ходатайство об отводе данных экспертов и недопустимости заключения как доказательства, поскольку <...>. Ни одна проведенная экспертиза не смогла установить время причинения телесных повреждений, находящихся в прямой причинной связи, а специалист прямо установил. В судебном заседании эксперт допрашивался, он является судебно-медицинским экспертом, работал в данном экспертном учреждении, перед допросом предупреждался об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ. Комиссионная экспертиза согласилась с выводами заключения специалиста, что было причинено 4 телесных повреждения, повлекшие смерть, время выставляют 6-24 часа, уже не 24 часа. Выводы суда о том, что обе экспертизы, проведенные экспертом М. и <...>, согласуются, по мнению защитника, не соответствует действительности, они противоречат друг другу. В основу приговора суд положил показания ФИО1, данные на следствии, что он ударил по лицу потерпевшей 2 раза. Его показания следствие обязано было проверить, каким образом он наносил удары. На следствии этот вопрос никто и не выяснял и на достоверность, допустимость, относимость показаний ФИО1 никто не проверял. В судебном заседании не был установлен мотив, имел ли ФИО1 умысел на причинение тяжкого вреда здоровью З. Не установлено, кто до этого нанес потерпевшей 34 телесных повреждения и каков был мотив. Адвокат полагает, что эти телесные повреждения ей нанес Б., который <...>.

Защитник утверждает, что показания Б. опровергаются показаниями ФИО1 и постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении Б., который незадолго до случившегося <...>. На основании изложенного адвокат делает вывод, что поэтому он мог избить потерпевшую, когда с ней находился один, а также - когда ФИО1 спал, в связи с тем, что <...>. Телесные повреждения, обнаруженные у потерпевшей на шее, на предплечье, на руках, на ногах могли быть получены при подавлении сопротивления, когда она лежала на диване на кухне от пальцев рук человека. В ванной комнате было обнаружено постельное белье со следами крови (сырое), данное постельное белье находилось на кухне на диване, <...>. Кровь на постельном белье могла образоваться при нанесении потерпевшей телесных повреждений, а была сырой так как свидетель пояснил, что пытался ее разбудить и поливал водой. Но она находилась не на полу, как он указывает, а могла находиться на диване, на постели. То обстоятельство, что З. была избита Б., подтверждается показаниями свидетеля Р., которым суд надлежащей оценки не дал.

Адвокат считает, что те телесные повреждения (2 удара) которые были вменены ФИО1, он не мог нанести потерпевшей, находясь к ней лицом к лицу. Данные удары, которые повлекли ее смерть, могли быть нанесены только ногами в обуви с большой силой. Эти удары мог нанести Б., когда пытался ее разбудить и мог ее пнуть, как умышленно так и не умышленно. Берцы, которые были у него на ногах, следствием у него не изымались и не осматривались, Обувь же ФИО1 была изъята и осмотрена, крови на ней не обнаружено.

Признательные показания ФИО1 о том, что он нанес два удара по лицу З., не могут являться доказательствами, поскольку его показания не были проверены на допустимость, относимость и достоверность. Ситуационная экспертиза проведена не была, проверка показаний на месте ФИО1 по механизму нанесения удара З. также не проводилась.

В постановлении о привлечении в качестве обвиняемого ранее ФИО1 вменялось, что он нанес пять телесных повреждений, повлекшие тяжкий вред здоровью и находящиеся в прямой причинной связи со смертью, а также - нанес 31 телесное повреждение в область шеи, верхних и нижних конечностей З. В судебном заседании государственный обвинитель на стадии прений сторон отказался от обвинения в нанесении ФИО1 потерпевшей З. телесных повреждений 1,2, которые являются по признаку тяжкими телесными повреждениями, состоящими в прямой причинной связи с наступлением смерти и от нанесения 31 удара потерпевшей, по тяжести относящиеся к повреждениям, не причинившим вреда здоровью, это в приговоре не отражено, что является процессуальным нарушением.

ФИО1 не предъявлялось обвинение по обстоятельствам причинения повторной травматизации, давностью образования телесных повреждений 6-24 часа до наступления смерти.

После рассмотрения дела по существу прокурор поддержал обвинение по нанесению ФИО1 З. пяти телесных повреждений по тяжести относящихся к тяжким и состоящим в прямой причинной связи с наступившей смертью, отказавшись от обвинения в части нанесения ФИО1 31 го телесного повреждения З., относящихся по тяжести к повреждениям, не повлекшим вреда здоровью. Суд удалился после прения сторон для вынесения приговора. Через несколько дней суд возобновил судебное следствие и начал рассмотрение дела по существу, назначив судебную комиссионную экспертизу.

Из обвинения непонятно, стояла потерпевшая, лежала потерпевшая в момент нанесения ей ударов, от четырех травмирующих воздействий, от которых наступила смерть. Все доказательства указывают на то, что именно Б. имел умысел на совершение преступления и избил потерпевшую.

Суд необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства ФИО1 о рассмотрении дела судом присяжных заседателей. Если бы дело было рассмотрено судом присяжных, он был бы оправдан при таких доказательствах и противоречиях. ФИО1 не знакомился с адвокатом с материалами дела, а знакомились они отдельно. Дело состоит из нескольких томов, следователь выборочно оглашала ФИО1 материалы дела, и, как пояснил ФИО1 в суде, что ему ни адвокат ни следователь на следствии не разъясняли, что его дело может быть рассмотрено судом с участием присяжных заседателей, говорили только, где расписаться, что он и делал. В судебном заседании он пояснил, что, когда адвокат Лихошва Г.Б. разъяснила ему, что дело может быть рассмотрено с участием присяжных заседателей, он заявил об этом ходатайство, но суд в удовлетворении данного ходатайства отказал.

Никто из перечисленных в приговоре свидетелей не подтвердил факт нанесения ФИО1 телесных повреждений в ночь 2 ноября 2022 года З., никто из них не слышал, чтобы ФИО1 угрожал в этот день ей. Суд необоснованно не принял во внимание доводы защиты, подтверждающие невиновность ФИО1 Весь приговор построен на одном доказательстве - показаниях Б., который причастен к совершению данного преступления, он задерживался органами следствия по данному делу.

Также приговор постановлен лишь на показаниях ФИО1, данных им на предварительном следствии в качестве подозреваемого и обвиняемого, в дальнейшем от данных показаний он отказался. Показания Б. и ФИО1 опровергаются заключением судебно-медицинских экспертиз, по количеству нанесенных телесных повреждений, по их механизму образования. В судебном заседании подсудимый ФИО1 пояснил, что показания, что он ударил 2 раза З. по лицу он дал под психологическим воздействием оперативных сотрудников, следователя и адвоката <...>, а также - <...>.

Показания подсудимого <...>.

Кроме того, полагает, что с ФИО1 судом необоснованно взыскана сумма морального вреда 1 000 000 рублей, так как не доказана сумма (размер компенсации) морального вреда, не представлены никакие документы, подтверждающие о болезни, перенесенных страданиях З., поскольку ФИО1 с З. не общались, <...>. При определении размера компенсации морального вреда судом не учтена степень разумности и справедливости.

В возражениях на апелляционные жалобы осужденного ФИО1 и адвоката Лихошвы Г.Б. государственный обвинитель Перевозчикова М.В. просит приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденного и адвоката без удовлетворения.

В суде апелляционной инстанции осужденный ФИО1 и защитник адвокат Лихошва Г.Б. поддержали доводы жалоб, прокурор Бобкин Р.С. просил оставить приговор без изменения.

Изучив материалы уголовного дела, выслушав мнение сторон, проверив доводы жалоб и возражений, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Выводы суда о доказанности вины осужденного ФИО1 в совершении преступления при обстоятельствах, указанных в приговоре, являются правильными и основаны на совокупности доказательств, исследованных в судебном заседании и получивших оценку в приговоре.

Все приведенные в приговоре суда доказательства о виновности ФИО1 проверены судом в соответствии с требованиями ст.87 УПК РФ в совокупности с другими доказательствами по делу, нашли свое полное подтверждение и оценены с учетом правил, предусмотренных ст.88 УПК РФ, с точки зрения их достаточности, полноты, допустимости и относимости к рассматриваемому событию. Суд указал мотивы и основания, почему он принимает одни доказательства и отвергает другие, с чем суд апелляционной инстанции не может не согласиться.

Так, суд первой инстанции в соответствии с требованиями закона исследовал и оценил с точки зрения допустимости и достоверности показания, данные ФИО1 в ходе предварительного следствия в качестве подозреваемого и обвиняемого 19 ноября 2022 года, из которых следует, что виновным себя в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ он признает, 2 ноября 2022 года после 3 часов 30 минут, находясь в квартире <адрес> нанес два удара кулаком по лицу З., так как она его оскорбила нецензурными выражениями, вела себя агрессивно. После чего она упала на пол и возможно ударилась головой. Показания в качестве подозреваемого подтверждает, в содеянном раскаивается.

Из исследованного в судебном заседании протокола очной ставки между обвиняемым ФИО1 и свидетелем Б, от 19 ноября 2022 года следует, что ФИО1 подтверждает показания свидетеля Б. в той части, что он действительно, ночью 2 ноября 2022 года пришел домой. На кухне между ним и З. произошла ссора, так как она стала его оскорблять нецензурными выражениями, хваталась за его одежду. Разозлившись на З. за ее агрессивное поведение, ФИО1 дважды ударил ее кулаком в область головы, после чего З. упала на пол. Больше он физическую силу к З. не применял и лег спать.

Показания ФИО1 правомерно положены в основу приговора, поскольку даны неоднократно и добровольно, в соответствии с требованиями УПК РФ, с участием защитника, после надлежащего разъяснения процессуальных прав, в условиях, исключающих принуждение и при отсутствии оснований для самооговора; при этом совокупность данных, содержащихся в достоверных показаниях ФИО1, объективно соотносится с другими исследованными доказательствами его виновности.

Суд всесторонне оценил доводы ФИО1 о его непричастности к совершению преступления, признал из несостоятельными, обусловленными позицией защиты, направленными на снижение степени общественной опасности его действий, уклонения от уголовной ответственности, стремлением осужденного исказить действительные фактические обстоятельства.

Судом первой инстанции проанализированы показания родственников потерпевшей А., В.., Н., которые в целом охарактеризовали потерпевшую положительно, указали, что у нее был неконфликтный характер, последовательно утверждали, в жизни З. они принимали участие: общались с ней, оказывали ей помощь, в том числе, путем передачи продуктов, лично знали людей из круга ее общения. Свидетели утверждали, что ФИО1 часто бил З.

Показаниям Б., данным им в судебном заседании, в ходе очной ставки между обвиняемым ФИО1 и свидетелем Б. от 19 ноября 2022 года, а также в ходе допроса в качестве свидетеля от 19 декабря 2022 года, была дана надлежащая оценка в приговоре. Свидетель последовательно утверждал, что 2 ноября 2022 года он ночевал в квартире ФИО1 З. легла спать на диван на кухне, а он лег спать на диван в зале. Ночью он услышал, как пришел ФИО1, он услышал, что З. и ФИО1 о чем-то ругаются на кухне. Потом он услышал звук, похожий на удар человека об пол, как будто на пол упал человек. Он в их <...> отношения вмешиваться не стал. Также он слышал звуки, похожие на удары. На кухне никто не кричал. После звука падения на кухне стало тихо. Утром 2 ноября 2022 года он проснулся и обнаружил З., лежащую на полу на кухне. Также свидетель уточнил, что конфликтов с ФИО1, в том числе относительно З., у него не имелось, равно как и не имеется повода для оговора подсудимого.

Стороной защиты не представлено данных, позволяющих сомневаться в достоверности сведений, изложенных Б., всем исследованным показаниям дана надлежащая оценка и они положены в основу приговору.

Показания ФИО1 и свидетеля Б. в части нанесенных потерпевшей телесных повреждений согласуются с заключением медицинских исследований.

В рамках уголовного дела судом назначена и проведена 29 мая 2023 года комиссионная судебно-медицинская экспертиза <№>. Данная экспертиза признана допустимым доказательством, назначена и проведена в соответствии с требованиями закона, оснований сомневаться в обоснованности и объективности ее выводов у суда не имеется, равно как и не имеется оснований утверждать, что выводы данной экспертизы противоречат выводам исследования от 9 декабря 2022 года, проведенного в ходе предварительного следствия. Комиссионная экспертиза в своем заключении содержит уточняющие данные по смертельным повреждениям, появившиеся, в том числе, путем повторного гистологического исследования.

Суд признал достоверными все заключения судебно-медицинских экспертиз, и они положены в основу приговора.

В части оценки смертельных повреждений на трупе З., характеристики закрытой ЧМТ, с учетом исследованных доказательств в совокупности наиболее достоверными суд признал заключение комиссионной экспертизы от 29 мая 2023 года <№>.

Согласно экспертным заключениям смерть З. наступила от <...>, возникшей вследствие закрытой черепно-мозговой травмы.

Давность наступления смерти 1-2 суток до судебно-медицинского исследования трупа.

У З. на основании акта судебно-медицинского исследования <№> от 30 ноября 2022 года обнаружен ряд повреждений, в том числе закрытая черепно-мозговая травма, которая образовалась от не менее четырех травматических воздействий твердых тупых предметов, по признаку вреда здоровью, опасного для жизни человека, создающий непосредственно угрозу для жизни, относится к повреждениям, причинившим тяжкий вред здоровью человека (п.6.1.3. Приказа Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 24 апреля 2008 года № 194н «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека»), стоит в прямой причинной связи с наступлением смерти.

Закрытая черепно-мозговая травма не могла образоваться при падении с высоты собственного роста.

Определить точное время наступления смерти не представляется возможным, ввиду отсутствия осмотра трупа с участием специалиста в области судебной медицины (не зафиксирована степень выраженности трупных явлений и суправитальных реакций).

При экспертизе обнаружены другие телесные повреждения, не причинившие вреда здоровью человека и в прямой причинной связи с наступлением смерти не стоят.

Как видно из экспертных заключений, положенных в основу приговора, экспертизы проведены экспертами, имеющими специальные познания и многолетний стаж экспертной работы. Экспертам были разъяснены права и обязанности, предусмотренные ст.57 УПК РФ, они предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Для производства экспертиз были предоставлены все необходимые данные. Нарушений уголовно-процессуального закона при назначении и проведении экспертиз допущено не было. Каких-либо противоречий между исследовательскими частями заключений и выводами не имеется. Выводы экспертов логичны, последовательны и не допускают их двусмысленного толкования.

Доводы стороны защиты о недостоверности выводов комиссионной экспертизы ввиду ее назначения и проведения в ГБУ Республики Марий Эл «Бюро СМЭ», а также ввиду того, что <...> обоснованно признаны несостоятельными. Отводы экспертам <...>, заявленные стороной защиты, мотивированно оставлены судом без удовлетворения.

Суд первой инстанции также надлежащим образом оценил представленные стороной защиты заключение специалиста врача, судебно-медицинского эксперта Ш. от 11 марта 2023 года <№> и рецензию. Указав, что заключение и рецензия специалиста Ш. представляют собой исследования, проведенные на основе представленных им стороной защиты копий материалов дела, суд установил несоответствие требованиям ст.58 УПК РФ, поскольку они не соответствуют критерию допустимости доказательств.

Кроме перечисленного, вина ФИО1 установлена совокупностью иных доказательств - показаниями свидетелей С., А1., С1., Т.., Г., Х.., Б1., Б2., К., М., Х1., Ф., Р., С1., В1., И., Б3., Б4, протоколами следственных действий, вещественными доказательствами, заключениями экспертов, которые согласуются между собой, являются достоверными, допустимыми и достаточными.

Указанные и другие доказательства, в том числе показания свидетелей, судом исследованы надлежащим образом, всем доказательствам дана надлежащая оценка.

Мотивированный вывод суда о том, что телесные повреждения, состоящие в прямой причинной связи со смертью потерпевшей, причинены ФИО1, основан на материалах уголовного дела.

Судебное разбирательство проведено на основе принципа состязательности сторон, установленного ст.15 УПК РФ.

При вынесении приговора суд пришел к выводу об обоснованности предъявленного обвинения, подтверждении его собранными по делу доказательствами и правильно квалифицировал действия ФИО1 по ч. 4 ст. 111 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшей.

Судом достоверно установлено, что тяжкий вред здоровью потерпевшей причинен умышленными действиями ФИО1, о чем свидетельствует совокупность исследованных доказательств, характер, количество и локализация телесных повреждений.

Судом на основании приведенных в приговоре доказательств, в том числе данных, изложенных в показаниях самого ФИО1, установлено, что обнаруженные у З. повреждения причинены именно им, то есть ФИО1 Доводы осужденного относительно того, что телесные повреждения могли быть причинены потерпевшей иным лицом, тщательно проверялись в судебном заседании, однако подтверждения не нашли.

Обвинительный приговор постановлен с соблюдением требований ст.ст. 296, 297 УПК РФ, предъявляемым к его форме и содержанию, соответствует разъяснениям, данным в постановлении Пленума Верховного Суда РФ № 55 от 29 ноября 2016 года «О судебном приговоре». Решения по всем вопросам, подлежащим разрешению в порядке ст. 299 УПК РФ, мотивированы и основаны на правильном применении закона.

Все представленные стороной обвинения доказательства суд первой инстанции оценил отличным от осужденного и адвоката образом, но в полном соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, по своему внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся в уголовном деле доказательств, руководствуясь при этом законом и совестью. Оценка данных доказательств иным образом не основана на законе, а ее обоснование носит не вытекающий из материалов уголовного дела и требований действующего закона субъективный характер.

Все доводы жалоб осужденного и адвоката, приведенные в ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции, аналогичные изложенным в апелляционных жалобах, проверены, получили надлежащую оценку в приговоре и обоснованно отвергнуты, о чем приведены убедительные мотивы.

Фактов, свидетельствующих об использовании в процессе доказывания вины осужденного ФИО1 недопустимых доказательств, сведений об искусственном создании доказательств по делу либо их фальсификации судом первой инстанции не установлено. Не усматривает таких фактов и суд апелляционной инстанции.

Как следует из протокола судебного заседания, судебное разбирательство проведено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, с соблюдением всех принципов судопроизводства, в том числе состязательности и равноправия сторон, права на защиту, презумпции невиновности.

Наказание осужденному назначено в пределах санкции статьи закона, по которой он признан виновным, с учетом характера и степени общественной опасности подобного рода преступлений, данных о его личности, наличия смягчающих и отягчающего обстоятельства, с учетом всех обстоятельств дела. Оно соответствует требованиям ст. ст. 6, 43 УК РФ, является справедливым и соразмерным содеянному, оснований для его смягчения не имеется.

Выводы об этом суд убедительно мотивировал в приговоре.

Обстоятельствами, смягчающими наказание, суд признал: явку с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, выразившееся в даче подробных признательных показаний в ходе предварительного расследования, <...>, отсутствие судимости и положительные характеристики.

Сведений о наличии каких-либо данных, подлежащих обязательному учету при назначении наказания, но не учтенных судом в приговоре, не усматривается.

Убедительные мотивы решения всех вопросов, связанных с назначением наказания, в том числе об отсутствии оснований для назначения наказания с применением ч. 6 ст. 15, ст. 53.1, ст. 64, ст. 73 УК РФ, в приговоре приведены.

Отбывание наказания осужденному в соответствии с требованиями п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ судом правильно назначено в исправительной колонии строгого режима.

При постановлении приговора суд первой инстанции, в соответствии с требованиями п. 5 ст.307 УПК РФ, п.1 ч. 1 ст.309 УПК РФ, правомерно разрешил вопрос по гражданскому иску, заявленному потерпевшей о возмещении вреда, причиненного преступлением, с чем соглашается суд апелляционной инстанции.

Нарушений требований уголовного и уголовно-процессуального закона при рассмотрении дела, влекущих безусловную отмену или изменение приговора, суд апелляционной инстанции не усматривает.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ОПРЕДЕЛИЛ:

приговор Йошкар-Олинского городского суда Республики Марий Эл от 8 июня 2023 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденного ФИО1 и защитника адвоката Лихошвы Г.Б. – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном ч. 2 ст. 401.3 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции (г. Самара) в течении 6 месяцев со дня его вынесения, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии такого судебного решения, через суд первой инстанции, вынесший итоговое судебное решение.

Пропущенный по уважительной причине срок кассационного обжалования может быть восстановлен судьей суда первой инстанции, вынесшего итоговое судебное решение, по ходатайству лица, подавшего кассационную жалобу (представление).

В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба (представление) может быть подана в порядке, предусмотренном ч. 3 ст. 401.3 УПК РФ непосредственно в суд кассационной инстанции – в судебную коллегию по уголовным делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий С.Г. Ведерников

Судьи: С.Н. Кузнецов

О.Ю. Лашманова