УИД № 29RS0018-01-2025-001041-97

Дело № 2-1279/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

26 мая 2025 года город Архангельск

Октябрьский районный суд города Архангельска

в составе председательствующего судьи Машутинской И.В.

при секретаре судебного заседания Кравец Т.О.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Архангельске в помещении суда посредством видеоконференцсвязи гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по городу Архангельску, Управлению Министерства внутренних дел по Архангельской области, Министерству внутренних дел Российской Федерации, Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к Управлению Министерства внутренних дел по Архангельской области, Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда, ссылаясь на то, что постановлением мирового судьи судебного участка № 4 Октябрьского судебного района г. Архангельска от 22.09.2016 производство по делу было прекращено за отсутствием в его действиях состава преступления (совершенное им деяние относится к мелкому хищению чужого имущества и относится к административному правонарушению, а не к уголовному преступлению). В обоснование иска указал, что являлся обвиняемым по уголовному делу. В результате незаконных действий сотрудников ОУР УМВД России по г. Архангельску, выразившихся в возбуждении уголовного дела, он был переведен из ФКУ ИК-29 УФСИН России по Архангельской области в ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по Архангельской области, а затем в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Архангельской области для проведения с ним следственных действий. В период с июля 2016 года по 04.10.2016 находился под стражей в следственных изоляторах. Полагает, что в результате незаконных действий он был ограничен в своих правах на предоставление прогулок, длительных свиданий, в результате чего испытывал физические и нравственные страдания, которые оценивает в размере 100 000 рублей

Определением суда к участию в деле в качестве ответчиков были привлечены Управление Министерства внутренних дел Российской Федерации по городу Архангельску, Министерство внутренних дел Российской Федерации, в качестве третьих лиц ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Архангельской области, УФСИН России по Архангельской области, ФСИН России.

В судебном заседании истец ФИО1 доводы иска поддержал. Дополнительно пояснил, что факт кражи мобильных телефонов 26.07.2015 не оспаривал.

Представитель ответчиков УМВД России по городу Архангельску, Управления Министерства внутренних дел по Архангельской области, Министерства внутренних дел Российской Федерации ФИО2 в судебном заседании возражала против удовлетворения требований. Указала, что оснований, влекущих компенсацию морального вреда за счет казны Российской Федерации, не имеется, поскольку в отношении истца не допущено незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, являющихся основанием для наступления ответственности в соответствии со ст. 1070 ГК РФ. Обращала внимание суда, что уголовное дело в отношении ФИО1 прекращено в связи с принятием закона, устраняющего преступность деяния, а не по реабилитирующим основаниям. Право на реабилитацию за ФИО1 не признавалось. Оснований для удовлетворения иска и взыскания в пользу истца компенсации морального вреда не имеется.

Представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации ФИО3 с исковыми требованиями не согласилась, по основаниям изложенным в письменных возражениях. Указала, что оснований для взыскания компенсации морального вреда не имеется. Министерство ответчиком по данному делу являться не может, поскольку надлежащим ответчиком выступает Министерство внутренних дел Росси за счет средств казны РФ.

Представители третьих лиц ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Архангельской области, УФСИН России по Архангельской области, ФСИН России в судебное заседание не явились, извещены о дне и времени судебного заседания.

По определению суда дело рассмотрено при данной явке.

Суд, выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав и оценив представленные доказательства, приходит к следующему.

Согласно статье 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В соответствии со статьей 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно разъяснений, изложенных в пункте 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).

В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на компенсацию морального вреда, причиненного действиями (бездействием), нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага.

Таким образом, по смыслу положений статей 15, 16, 1064 и 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации требование о возмещении ущерба от незаконных действий может быть удовлетворено только в случае, когда доказаны одновременно факт причинения вреда, его размер, незаконность действий государственного органа (в данном случае органа следствия), причинная связь между незаконными действиями (бездействием) и наступившим вредом.

При этом на истце лежит обязанность доказать факт причинения ему ущерба действиями должностных лиц государственного органа, а на ответчике - законность таких действий, отсутствие вины, наличие иных обстоятельств, освобождающих от ответственности либо уменьшающих ее размер.

Как следует из материалов дела и установлено судом, 17.12.2016 дознавателем отделения по обслуживанию Октябрьского округа ОД УМВД России по г. Архангельску ФИО4 возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 159 УК РФ. Так, из постановления следует, что 26.07.2015 неустановленное лицо, находясь у <адрес> путем обмана и злоупотребления доверием, похитило мобильный телефон, стоимостью 1 500 рублей, принадлежащий ФИО5, и мобильный телефон, стоимостью 500 руб., принадлежащий ФИО6, причинив тем самым ФИО5 и ФИО6 материальный ущерб на указанные суммы.

31.03.2016 в ОУР УМВД России по г. Архангельску поступила явка с повинной от гр. ФИО1, содержащегося в ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по Архангельской области, который сообщил, что в июле 2015 года находясь у дома № 23 по ул. Карла Маркса путем обмана похитил два мобильных телефона у ранее незнакомых мужчин.

Старшим оперуполномоченным ОУР УМВД России по г. Архангельску А.М. Почечуй явка с повинной была приобщена к материалам проверки КУСП-№.

Данные обстоятельства Истцом не оспаривались, в связи с чем суд считает их установленными.

03.04.2016 ФИО1, осуждённый приговором мирового судьи судебного участка № 8 Ломоносовского судебного района г. Архангельска от 02.11.2015 к лишению свободы на срок 10 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии строго режима, был этапирован для отбытия наказания в ФКУ ИК-29 УФСИН России по Архангельской области.

Постановлением дознавателя отделения дознания по обслуживанию Октябрьского округа ОД УМВД России по г. Архангельску от 20.05.2016 осужденный ФИО1 в порядке ст. 77.1 УИК РФ был переведен из ФКУ ИК-29 УФСИН России по Архангельской области в ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по Архангельской области для проведения с ним следственных действий, направленных на окончание уголовного дела.

В период с 09.06.2016 по 03.07.2016, с 20.08.2016 по 03.10.2016 ФИО1 содержался в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Архангельской области.

17.06.2016 в соответствии со ст. 194 УПК РФ с участием подозреваемого ФИО1 была проведена проверка показаний на месте.

27.06.2016 ФИО1 уведомлен об окончании следственных действий.

30.06.2016 заместителем прокурора города Архангельска С.А. Луневым был утвержден обвинительный акт по уголовному делу № по обвинению ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 159 УК РФ.

01.07.2016 уголовное дело поступило мировому судье судебного участка № 4 Октябрьского судебного района г. Архангельска для рассмотрения по существу.

Постановлением мирового судьи судебного участка № 4 Октябрьского судебного района г. Архангельска от 01.07.2016 ФИО1 в соответствии с требованиями ч. 2 ст. 77.1 УИК РФ оставлен в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Архангельской области для участия в судебном разбирательстве в качестве подсудимого в заседании суда первой инстанции.

Постановлением мирового судьи судебного участка № 4 Октябрьского судебного района г. Архангельска от 22.09.2016 уголовное дело в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного частью 1 ст. 159 УК РФ было прекращено по п. 2 ст. 24 УПК РФ за отсутствием состава преступления, в связи с принятием Федерального закона от 03.07.2016 № 326-ФЗ от 03.07.2016, устраняющего преступность деяния, поскольку с 15.07.2016 хищение чужого имущества признается мелким, если стоимость похищенного имущества более одной тысячи рублей, но не более двух тысяч пятисот рублей.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В отношении лиц, незаконно или необоснованно подвергнутых уголовному преследованию, такой порядок определен Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации, в силу пункта 3 части 2 статьи 133 которого, право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеет подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части 1 статьи 24 и пунктов 1 и 4 - 6 части 1 статьи 27 данного Кодекса.

Согласно разъяснений, приведенных в пункте 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 г. № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», правила части 4 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации не распространяются на лиц, в отношении которых меры процессуального принуждения или обвинительный приговор отменены или изменены ввиду принятия закона, устраняющего преступность или наказуемость деяния, поскольку прекращение уголовного дела (освобождение от наказания) в указанных случаях само по себе не является свидетельством незаконности или необоснованности уголовного преследования.

Оценив собранные по делу доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, применительно к положениям вышеназванных норм закона, принимая во внимание, что отсутствует факт признания за ФИО1 права на реабилитацию, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении требований истца о компенсации морального вреда.

В данном случае прекращение уголовного дела в отношении истца имело место в силу принятия закона, улучшающего положение подсудимого, а не по причине его незаконного привлечения к уголовной ответственности или незаконных действий должностных лиц.

Согласно разъяснений, изложенных в п. 37 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, подлежит компенсации за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования при установлении виновности этих органов власти, их должностных лиц в совершении незаконных действий (бездействии) за исключением случаев, установленных законом.

На основании части первой статьи 151 ГК РФ суд вправе удовлетворить требование о компенсации морального вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) государственных органов, органов местного самоуправления, должностных лиц этих органов, нарушающими личные неимущественные права гражданина либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага.

Моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления и их должностных лиц, нарушающих имущественные права гражданина, исходя из норм статьи 1069 и пункта 2 статьи 1099 ГК РФ, рассматриваемых во взаимосвязи, компенсации не подлежит. Вместе с тем моральный вред подлежит компенсации, если оспоренные действия (бездействие) повлекли последствия в виде нарушения личных неимущественных прав граждан. Например, несоблюдение государственными органами нормативных предписаний при реализации гражданами права на получение мер социальной защиты (поддержки), социальных услуг, предоставляемых в рамках социального обслуживания и государственной социальной помощи, иных социальных гарантий, осуществляемое в том числе в виде денежных выплат (пособий, субсидий, компенсаций и т.д.), может порождать право таких граждан на компенсацию морального вреда, если указанные нарушения лишают гражданина возможности сохранять жизненный уровень, необходимый для поддержания его жизнедеятельности и здоровья, обеспечения достоинства личности.

Моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста или исправительных работ, в силу пункта 1 статьи 1070 и абзаца третьего статьи 1100 ГК РФ подлежит компенсации независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда.

Кроме того, также независимо от вины указанных должностных лиц судом может быть взыскана компенсация морального вреда, причиненного гражданину незаконным применением любых иных мер государственного принуждения, в том числе не обусловленных привлечением к уголовной или административной ответственности (статья 2, часть 1 статьи 17 и часть 1 статьи 21 Конституции Российской Федерации, пункт 1 статьи 1070, абзацы третий и пятый статьи 1100 ГК РФ). Так, суд вправе взыскать компенсацию морального вреда, причиненного, например, в результате незаконного задержания в качестве подозреваемого в совершении преступления (статья 91 УПК РФ), или в результате незаконного административного задержания на срок не более 48 часов как меры обеспечения производства по делу об административном правонарушении (часть 3 статьи 27.5 КоАП РФ), или в результате признания незаконным помещения несовершеннолетнего в центр временного содержания для несовершеннолетних правонарушителей органов внутренних дел (статья 22 Федерального закона от 24 июня 1999 года « 120-ФЗ «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних»), или в результате производства в жилище обыска или выемки, признанных незаконными (статья 12 УПК РФ), и др.

Разрешая заявленные требования, оценив представленные сторонами доказательства в их совокупности и взаимосвязи, исходя из конкретных обстоятельств дела, суд исходит из отсутствия доказательств, подтверждающих причинение ФИО1 физических и нравственных страданий, противоправности действий должностных лиц в отношении ФИО1, принимает во внимание, что основанием для его перевода из исправительной колонии в следственный изолятор явились противоправные действия (хищение чужого имущества путем обмана). Нарушений его прав в связи с переводом в порядке ст. 77.1 УИК РФ, проведением необходимых следственных действий, разрешение ходатайств как следователем, так и судом в зависимости от стадии уголовного судопроизводства, не установлено.

Доказательств ухудшения состояния своего здоровья в связи с переводом из исправительной колонии в следственный изолятор, рассмотрением уголовного дела ФИО1 не представил.

Приведённые истцом доводы в рамках данного спора основанием для компенсации морального вреда в силу ст. 1070 ГК РФ не являются. Каких либо неблагоприятных последствий в связи с возбуждением, расследованием и прекращением уголовного дела по не реабилитирующим основаниям не наступило. Доказательств причинения морального вреда незаконными действиями органов уголовного преследования в нарушение требований ст. ст. 12, 56 ГПК РФ истцом не представлено.

Доказательства нарушения личных неимущественных прав истца виновными действиями должностных лиц органов следствия и дознания в материалы дела также не представлено.

Вопреки указанным доводам истца (предоставление прогулок в течение одного часа, отсутствие длительных свиданий в следственном изоляторе), безусловным основанием для компенсации морального вреда не являются, так как не свидетельствуют о нарушении личных неимущественных прав истца либо о посягании на принадлежащие истцу нематериальные блага.

Кроме того, суд принимает во внимание, что неудобства, которые истец мог претерпевать в период расследования уголовного дела, находясь в следственном изоляторе, связаны с привлечением его к уголовной ответственности за совершение уголовных преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 159 УК РФ.

Нарушений прав истца действиями (бездействиями) со стороны Управления Министерства внутренних дел по Архангельской области, а также Министерства Финансов РФ, который не является тем органом, который представляют казну Российской Федерации по данным правоотношениям, судом не установлено, и стороны на них не ссылались, в связи с чем, к указанным ответчикам также надлежит отказать в полном объеме.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к Управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по городу Архангельску, Управлению Министерства внутренних дел по Архангельской области, Министерству внутренних дел Российской Федерации, Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда – оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Архангельский областной суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд г. Архангельска.

Мотивированное решение изготовлено 09 июня 2025 года.

Судья И.В. Машутинская