РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
11 июля 2022 года гор. Владивосток
Советский районный суд гор. Владивостока Приморского края
в составе: председательствующего судьи Бурдейной О.В.
при секретаре Гейдаровой С.А.
с участием старшего помощника прокурора Колий Т.П.
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № <номер> по иску ФИО1, ФИО2 к ФИО3, ФИО4, ФИО5 о взыскании компенсации морального вреда, расходов на погребение,
установил:
истцы обратились в суд с вышеназванным иском, указав, что <дата> несовершеннолетний ФИО5 нанес удар в область лица несовершеннолетнему ФИО6, который от удара упал и ударился затылочной частью об асфальт, в результате чего получил ушиб головного мозга тяжелой степени. С этой травмой был доставлен в больницу и от полученных травм умер <дата>. По факту причинения телесных повреждений ФИО6 возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного ч.1 ст.111 УК РФ. Вина несовершеннолетнего ФИО5 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 109 УК РФ нашла свое подтверждение, однако на момент совершения преступления ФИО5 не достиг возраста привлечения к уголовной ответственности, то <дата> уголовное дело в отношении последнего прекращено. В результате преступных действий ФИО5 истцам причинен моральный вред, вследствие утраты сына. По этим основаниям просит суд взыскать солидарно с ответчиков в пользу истцов расходы на погребение в размере 374 311 рублей, компенсацию морального вреда в размере по 1 000 000 рублей каждому истцу.
В судебном заседании истцы и их представитель заявленные требования поддержали по основаниям и доводам, изложенным в иске и просили их удовлетворить в полном объеме.
Ответчики, уведомленные судом в соответствии с требованиями ст. 113 ГПК РФ, что следует из почтовых уведомлений, не явились, их интересы в судебном заседании представлял представитель по ордеру, который пояснил, что умысел как и причинно-следственная связь между ударом, нанесенным ФИО5 потерпевшему, в силу алкогольного опьянения последнего, и полученными травмами не доказан, а потому считает не подлежащими требования о взыскании компенсации морального вреда. Требования в части расходов на погребение признал частично, просил исключить алкоголь, памятник, который не установлен до настоящего времени, также счел чрезмерными расходы на благоустройство места захоронения, учитывая его размер.
В силу ст. 167 ГПК РФ, ст. 165.1 ГК РФ суд счел возможным рассмотреть настоящее гражданское дело в отсутствие не явившихся лиц.
Выслушав участников процесса, заключение помощника прокурора, полагавшего иск подлежащим удовлетворению в размере 700 000 рублей компенсации морального вреда каждому истцу, а также расходов на погребение, которые соответствуют достойным похоронам и обычаям, исследовав материалы дела, оценив в совокупности все представленные доказательства, учитывая конкретные обстоятельства дела, суд приходит к выводу, что требования истцов подлежат частичному удовлетворению по следующим основаниям.
В соответствии с ч. 1 ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Из разъяснений, данных в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", следует, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная <данные изъяты> и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной <данные изъяты>, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и другие.
При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание положения ст. 1101 ГК РФ, устанавливающей, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 ГК РФ, устанавливающей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
В соответствии со ст. 1074 ГК РФ, несовершеннолетние в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет самостоятельно несут ответственность за причиненный вред на общих основаниях (ч. 1). В случае, когда у несовершеннолетнего в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет нет доходов или иного имущества, достаточных для возмещения вреда, вред должен быть возмещен полностью или в недостающей части его родителями (усыновителями) или попечителем, если они не докажут, что вред возник не по их вине (ч. 2). Обязанность родителей (усыновителей), попечителя и соответствующей организации по возмещению вреда, причиненного несовершеннолетним в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет, прекращается по достижении причинившим вред совершеннолетия либо в случаях, когда у него до достижения совершеннолетия появились доходы или иное имущество, достаточные для возмещения вреда, либо когда он до достижения совершеннолетия приобрел дееспособность (ч. 3).
Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации в п. 15 Постановления от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", при разрешении споров, связанных с возмещением вреда, причиненного несовершеннолетним в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет, судам надлежит исходить из того, что в соответствии с пунктом 1 статьи 1074 ГК РФ вред подлежит возмещению в полном объеме на общих основаниях самим несовершеннолетним (статья 1064 ГК РФ).
Если несовершеннолетний, на которого возложена обязанность по возмещению вреда, не имеет заработка или имущества, достаточного для возмещения вреда, обязанность по возмещению вреда полностью или частично возлагается субсидиарно на его родителей (усыновителей) или попечителей, а также на организацию для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, в которой находился причинитель вреда под надзором (статья 155.1 СК РФ), если они не докажут отсутствие своей вины. Причем эти лица должны быть привлечены к участию в деле в качестве соответчиков. Их обязанность по возмещению вреда, согласно пункту 3 статьи 1074 ГК РФ, прекращается по достижении несовершеннолетним причинителем вреда восемнадцати лет либо по приобретении им до этого полной дееспособности. В случае появления у несовершеннолетнего достаточных для возмещения вреда средств ранее достижения им восемнадцати лет исполнение обязанности субсидиарными ответчиками приостанавливается и может быть возобновлено, если соответствующие доходы прекратятся.
В пункте 16 вышеуказанного Постановления, разъяснено, что при рассмотрении дел по искам о возмещении вреда, причиненного малолетними и несовершеннолетними, необходимо учитывать следующее: а) родители (усыновители), опекуны, попечители, а также организация для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, в которую несовершеннолетний был помещен под надзор (статья 155.1 СК РФ), отвечают в соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 1073, пунктом 2 статьи 1074 ГК РФ за вред, причиненный несовершеннолетним, если с их стороны имело место безответственное отношение к его воспитанию и неосуществление должного надзора за ним (попустительство или поощрение озорства, хулиганских и иных противоправных действий, отсутствие к нему внимания и т.п.). Обязанность по воспитанию на указанных лиц возложена статьями 63, 148.1 и 155.2 СК РФ.
При рассмотрении дела установлено, что на основании постановления от <дата> в отношении неустановленного лица возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 111 УК РФ, которым установлено, что <дата> в период с 04 часов 00 минут до 05 часов 00 минут, неустановленное лицо, находясь на участке придомовой территории, расположенной по адресу гор. <адрес> из личных неприязненных отношений, умышленно, нанесло удар по голове несовершеннолетнему ФИО6, <дата> года рождения, в результате чего причинило телесные повреждения в виде ушиба головного мозга тяжелой степени, пластичной полушарной субдуральной гематомы справа, эпидуральной гематомы левой височной, теменной долей, ушиб мягких тканей теменной области.
Ответчик ФИО5, будучи допрошенным в качестве свидетеля <дата> помимо прочего пояснил, что он с друзьями распивали спиртные напитки, около 4 часов ночи он отошел от своей компании, встретил знакомого по имени Влад, который пытался вразумить друга Диму ехать домой, поскольку он был пьян, после чего ушел, а он (ФИО7) продолжил уговаривать и разговаривать с Димой, который шатался из-за сильного опьянения. Спустя полчаса диалога, Дима начал его толкать и попытался ударить кулаком левой руки, впоследствии нанес удар правой рукой ему в грудь. После чего он (ФИО7) замахнулся рукой пытаясь попасть в плечо Диме, чтоб прекратить его агрессию, но попал по голове, а именно в челюсть слева, после чего Дима сделал несколько шагов, упал на асфальт и потерял сознание.
В качестве свидетелей также были допрошены ФИО3 (<дата> и ФИО4 (<дата>
Согласно судебно-медицинскому заключению №<номер> у ФИО6 имелась закрытая черепно-мозговая травма с переломом черепа в височно - затылочной области слева и переходом перелома на основание и лицевую (по клиническим данным - перелом решетчатой кости) часть черепа, с размозжением, тяжелым ушибом головного мозга, кровоизлияниями под твердую и мягкую мозговые оболочки - в лобно - височной области справа, кровоизлиянием в мягких покровах головы в лобно-височной области слева. Эти повреждения могли образоваться в срок до нескольких часов ко времени поступления пострадавшего в стационар <дата> в 5 часов 30 минут и возникли от действия тупого твердого предмета, возможно - от удара о таковой при падении с высоты с предварительным ускорением (удар в челюсть с последующим падением и ударом об асфальт). Смерть ФИО6 наступила от черепно-мозговой травмы с переломом свода, основания и лицевой части черепа, размозжением, тяжелым ушибом головного мозга и кровоизлияниями под мозговые оболочки; смерть ФИО6 стоит с этим повреждением в прямой причинной связи. Черепно-мозговая травма у ФИО6 расценивается как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни в момент причинения.
Анализ на этанол <дата> установил в крови потерпевшего 2,18 промилле, в моче – 2,64 промилле.
Постановлением от <дата> прекращено уголовное дело № <номер> по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 109 УК РФ, по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, то есть в связи с отсутствием в действиях ФИО5 состава преступления.
Исходя из текста вышеуказанного постановления, что при производстве предварительного следствия по уголовному делу установлено, что ФИО5, <дата> года рождения, не имея умысла на причинение потерпевшему ФИО6, <дата> года рождения, тяжкого вреда здоровью опасного для жизни человека, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего умышленно нанес один удар в область лица несовершеннолетнему ФИО6, в результате которого последний с приданным ускорением потеряв равновесие, упал и ударился затылочной частью головы об асфальт, в результате чего получил телесные повреждения в виде ЗЧМТ, повлекшей тяжкий вред его здоровью. С полученными травмами ФИО6 доставлен в больницу, где <дата> в 08 часов 05 минут наступила его смерть. В действиях ФИО5 усматриваются признаки преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 109 УК РФ, однако на момент совершения преступления ФИО5, <дата> (15 лет) не достиг возраста привлечения к уголовной ответственности, по указанной статье, которая согласно ч. 1 ст. 20 УК РФ наступает с 16 летнего возраста.
Принимая во внимание изложенное и при отсутствии доказательств иного, суд находит подтвержденной причинно-следственную связь между причиненным ответчиком ФИО5 ударом, падением потерпевшего ФИО6, полученным им травмам, приведших к его смерти.
Согласно ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать обстоятельства на которые ссылается в обоснование своих требований и возражений.
В силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности, эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности; наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности, стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений, и принять на себя все последствия совершения или несовершения процессуальных действий.
Установив указанные выше обстоятельства и оценив в соответствии со ст. 67 ГПК РФ все представленные в материалы дела доказательства, суд пришел к выводу о том, что истцы имеют право на компенсацию морального вреда, причиненного в связи с невосполнимой утратой близкого человека - сына, которая не могла не вызвать у них нравственные страдания, в связи с чем, с учетом конкретных обстоятельств дела, характера и степени нравственных страданий истцов, связанных с гибелью ребенка, степени родства, личностью ответчика, с учетом полученных судом документов об имущественном положении ответчиков, требований разумности и справедливости, фактических обстоятельств смертельного травмирования, полагает необходимым взыскать компенсацию морального вреда в размере 700 000 рублей в пользу каждого родителя (истца).
Согласно ст. 1094 ГК РФ предусмотрено, что лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы.
Перечень необходимых расходов, связанных с погребением, содержится в Федеральном законе от 12.01.1996 N 8-ФЗ "О погребении и похоронном деле".
В соответствии со статьей 3 этого закона, погребение понимается как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям. Погребение может осуществляться путем предания тела (останков) умершего земле (захоронение в могилу, склеп), огню (кремация с последующим захоронением урны с прахом), воде (захоронение в воду в порядке, определенном нормативными правовыми актами Российской Федерации).
В отношении расходов на погребение законом установлен принцип возмещения лишь таких расходов, которые признаны необходимыми судом.
В силу статьи 5 приведенного закона, вопрос о размере необходимых расходов на погребение должен решаться с учетом необходимости обеспечения достойного отношения к телу умершего и его памяти.
Затраты на погребение могут возмещаться на основании документов, подтверждающих произведенные расходы на погребение, то есть размер возмещения, не поставлен в зависимость от стоимости гарантированного перечня услуг по погребению, установленного в субъекте Российской Федерации или в муниципальном образовании, предусмотренного статьей 9 Федерального закона от 12.01.1996 N 8-ФЗ супругу, близким родственникам, иным родственникам, законному представителю или иному лицу, взявшему на себя обязанность осуществить погребение умершего, гарантируется оказание на безвозмездной основе следующего перечня услуг по погребению: оформление документов, необходимых для погребения; предоставление и доставка гроба и других предметов, необходимых для погребения; перевозка тела (останков) умершего на кладбище (в крематорий); погребение (кремация с последующей выдачей урны с прахом).
Поминальный обед, а также установка на могиле умершего надгробия и ограды могут быть отнесены к традициям и обычаям, связанным с погребением человека и подлежат возмещению в разумных пределах.
Как указано выше, статья 3 этого же Закона определяет погребение как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям.
Из анализа правовых норм следует, что взысканию подлежат лишь те расходы на погребение, которые являются необходимыми и входят в пределы обрядовых действий по непосредственному погребению тела.
При определении необходимых расходов на достойные похороны суд руководствуется нормами Федерального закона от 12.01.1996 N 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле», Закона Приморского края от 23.12.2005 N 332-КЗ «О погребении и похоронном деле в Приморском крае", Решением Думы гор. Владивостока от 31.01.2006 N 177 "О принятии муниципального правового акта города Владивостока «Положение об организации и содержании мест захоронения в городе Владивостоке», приведенными выше нормами гражданского права и актом их толкования.
Истцами в подтверждение понесенных расходов представлены: договор на благоустройство места захоронения от <дата> и кассовый чек на сумму 180 000 рублей, договор купли-продажи памятника и кассовый чек на сумму 44 180 рублей, договор №<номер> на оказание ГБУЗ «ПК БЮРО СМЭ» платных услуг (подготовка тела к погребению) <дата> и два кассовых чека на общую сумму 3 150 рублей, договор-поручение на оказание ритуальных услуг от <дата> и два кассовых чека на общую сумму 72 873 рубля, заказ-наряд на оказание услуг по копке могилы и доставке песка и копия чека от <дата> на сумму 12 804,15 рубля, чек и копия чека на сумму 1 500 рублей за перевозку тела в морг СМЭ, чек от <дата> на сумму 4 000 рублей за приобретение цветов, квитанция к приходному кассовому ордеру от <дата> за поминальный обед на сумму 40 500 рублей и кассовый чек об оплате услуг при поминальном обеде на сумму 4 050 рублей, заказ от <дата> на приобретение безалкогольных напитков (сок, вода), чек на сумму 932,36 рубля от <дата> на приобретение разовой посуды.
Необходимость употребления спиртных напитков как создающих потенциальную опасность здоровью человека противоречит закрепленному ч. 1 ст. 41 Конституции Российской Федерации праву каждого на охрану здоровья. Поэтому даже при существовании в определенной общности, местности обычая употребления спиртных напитков по тому или иному поводу, такой обычай как противоречащий закону не может быть обеспечен силой государственного принуждения вследствие применения его судами (п. 2 ст. 5 ГК РФ).
Расходы на покупку спиртных напитков, подтвержденные чеками на сумму 2 655 рублей, 4 189,50 рублей и 1814 рублей не являются необходимыми и не входят в пределы обрядовых действий по непосредственному погребению тела, а потому взысканию с ответчиков не подлежат.
Кроме того, общепризнано, что в день похорон на могиле устанавливается временное надгробное сооружение, установка памятника производится позднее после усадки грунта.
В судебном заседании истцы пояснили, что в настоящее время на месте захоронения установлен временный памятник, стоимостью 2 500 рублей, который после усадки почвы будет заменен на приобретенный постоянный памятник. Таким образом, суд считает необходимым исключить данные расходы, поскольку установка двух памятников не относится к необходимым обрядовым действиям.
Таким образом, суд исходит из того, что в состав расходов на достойные похороны (погребение) подлежат включению как расходы по предоставлению гроба и других ритуальных предметов (в том числе приобретение одежды для погребения), туалет трупа, перевозка тела умершего, организация подготовки места захоронения, непосредственное погребение, установление мемориального надмогильного сооружения, так и расходы, связанные с организацией поминального обеда в день захоронения, поскольку данные действия общеприняты и соответствуют традициям населения России, являются одной из форм сохранения памяти об умершем.
Заявленные истцами ко взысканию расходы являются необходимыми как форма сохранения памяти об умершем, отвечают обычаям, общеприняты.
Каких-либо доказательств, свидетельствующих о завышенном размере стоимости расходов на изготовление и установку памятника, благоустройства захоронения стороной ответчика не представлено, их довод о том, что истцами осуществлено благоустройство семейного захоронения не подтверждается имеющимися в деле доказательствами и пояснениями сторон, как истцы, так и представитель ответчиков указали, что иных захоронений на отведенном участке кладбища не имеется. Размер места захоронения соответствует нормам и стандартам, не свидетельствует о выделении его на несколько могил.
Действия истцов по приобретению памятника и благоустройству могилы - это проявление достойной заботы о могиле сына и поддержании ее в надлежащем состоянии.
Довод о том, что памятник до настоящего времени не установлен, не противоречит условиям договора, поскольку из пункта 1.1. и 2.1 договора следует, что цена договора 44 180 рублей включает в себя расходы, связанные с экспортной упаковкой, доставкой из КНР (провинция Сямень) в гор. Владивосток, таможенные пошлины и не включает в себя работы производимые на памятнике (гравировка, текст). Срок поставки согласован до <дата>.
В судебном заседании истцы пояснили, что задержка связана с действующими на территории Российской Федерации длительное время ограничительными мерами, связанными с противодействием распространению коронавирусной инфекции, а также мерами в связи с введенными международными ограничениями (санкциями) в отношении Российской Федерации.
Суд находит данные пояснения обоснованными, поскольку данный факт является общеизвестным, более того, взысканная стоимость за приобретенный памятник не является завышенной, при этом истцам необходимо будет нести дополнительные расходы по нанесению гравировки изображения и текста, а также его установке, при том, что за установку временного памятника судом исключены расходы.
Принимая во внимание изложенное, суд находит расходы на туалет и перевозку тела умершего в сумме 1 500 рублей и 3 150 рублей, ритуальные услуги (гроб, венки, зал прощания, транспорт и прочее) в сумме 70 373 рубля (72873-2500 памятник), организацию подготовки места захоронения в сумме 180 000 рублей и 12 084,15 рублей, расходы при непосредственном погребении в сумме 4 000 рублей (цветы), 932,36 рублей (разовая посуда), 2 383,20 рублей (безалкогольные напитки (соки, вода), установление мемориального надмогильного сооружения в сумме 44 180 рублей, на поминальный обед в сумме 40 500 рублей и 4 050 рублей, подтвержденными допустимыми, достаточными и относимыми доказательствами, являлись необходимыми и разумными, соответствующими обычно совершаемым обрядовым действиям, а потому подлежат взысканию в общем размере 365 652,71 рубля.
В силу п. 1 ст. 103 ГПК РФ с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в доход муниципального бюджета в размере 7 457 рублей.
Руководствуясь ст. ст. 13. 194 – 199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
исковые требования ФИО1, ФИО2– удовлетворить частично.
Взыскать с ФИО3, <дата> года рождения (<данные изъяты>), ФИО4, <дата> года рождения (<данные изъяты>), ФИО5, <дата> года рождения (<данные изъяты>) солидарно в пользу ФИО1 (<данные изъяты>), ФИО2 (<данные изъяты>) расходы на погребение в размере 365 652,71 рубля.
Взыскать с ФИО3, ФИО4, ФИО5 солидарно в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 700 000 рублей.
Взыскать с ФИО3, ФИО4, ФИО5 солидарно в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 700 000 рублей
В удовлетворении остальной части требований – отказать.
Взыскать с ФИО3, ФИО4, ФИО5 государственную пошлину в доход муниципального бюджета Владивостокского городского округа в размере 7 457 рублей.
Решение может быть обжаловано в Приморский краевой суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме через Советский районный суд гор. Владивостока.
Мотивированное решение изготовлено <дата>
Председательствующий: