31RS0003-01-2025-000119-19 Дело № 2-161/2025
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
п. Борисовка 03 декабря 2025 года
Борисовский районный суд Белгородской области в составе:
председательствующего: судьи Стародубова В.Ю.,
при секретаре Несвитайло О.А.,
с участием представителя истцов – адвоката Бондарева Е.С.,
представителей ответчика ОГБУЗ «Борисовская ЦРБ» ФИО1 и ФИО2,
представителя ответчика ОГБУЗ «Городская больница № 2 г. Белгорода» ФИО3,
помощника прокурора Борисовского района Жуковой А.А.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7 к ОГБУЗ Борисовская ЦРБ», ОГБУЗ «Городская больница № 2 г. Белгорода», Министерству здравоохранения Белгородской области о компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7 обратились в суд с иском к ОГБУЗ «Борисовская ЦРБ», ОГБУЗ «Городская больница № 2 г. Белгород», Министерству здравоохранения Белгородской области о взыскании компенсации морального вреда по 1 000 000 рублей в пользу каждого истца, а всего 8 000 000 руб.
В обоснование заявленных требований указали, что ФИО4, ФИО5 являются родителями ФИО10, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. ФИО6 приходится родным братом ФИО10, а ФИО7 приходится ему дочерью.
В период с 18.01.2023 по 24.01.2023 ФИО10 находился на лечении в ОГБУЗ «Борисовская ЦРБ», а в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находился на лечении в ОГБУЗ Городская больница № 2 г. Белгорода».
ДД.ММ.ГГГГ ФИО10 умер. Причиной смерти явилась <данные изъяты>.
По факту смерти ФИО8 следственным органом проводилась доследственная проверка, в ходе которой получено заключение комплексной судебно-медицинской экспертизы, согласно выводам которой, некачественное оказание медицинской помощи со стороны сотрудников «ОГБУЗ «Борисовская ЦРБ» способствовало прогрессированию заболевания, что дает основание установить косвенную (непрямую) причинную связь с наступлением смерти. Действиями сотрудников ОГБУЗ «Городская больница № 2 г. Белгорода» при проведении ЭКМО ФИО10 причинен тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.
Поэтому считают, что медицинскими работниками допущены грубейшие нарушения качества оказания медицинской помощи ФИО10, которые привели к летальному исходу и причинению тяжкого вреда его здоровью.
Истцы ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, извещенные о времени и месте судебного разбирательства посредством ГЭПС и почтовым уведомлением, в суд не явились, просили рассмотреть дело в их отсутствие, исковые требования удовлетворить.
Представитель истцов, адвокат Бондарев Е.С., в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме, просил удовлетворить.
Представители ответчика ОГБУЗ «Борисовская ЦРБ» ФИО1 и ФИО2 в судебном заседании иск признали в части некачественного оказания медицинской помощи, которое является формальным. Просили уменьшит сумму компенсацию морального вреда.
Представитель ответчика ОГБУЗ «Городская больница № 2 г. Белгорода» ФИО3 в судебном заседании иск не признала.
Представитель ответчика Министерства здравоохранения Белгородской области, извещенный в порядке ч. 2.1 ст. 113 ГПК РФ, в суд не явился, просил рассмотреть дело в его отсутствие, в удовлетворении исковых требований отказать.
Третьи лица, ФИО9, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, извещенные о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом, в суд не явились. ФИО16 просила рассмотреть дело в ее отсутствие, в удовлетворении исковых требований отказать.
На основании ч. 3 ст. 167 ГПК РФ, суд рассматривает дело в отсутствие неявившихся истцов и третьих лиц.
Исследовав обстоятельства по представленным доказательствам, выслушав доводы помощника прокурора Борисовского района, полагавшего требования обоснованными и подлежащими удовлетворению в разумных пределах, суд приходит к следующим выводам.
Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулирует Федеральный закон от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее по тексту - Федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
Согласно п. 1 ст. 2 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.
Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (п. 2 ст. 2 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
В соответствии со ст. 4 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.
Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - это физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 ст. 2 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 ст. 19 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
В пункте 21 ст. 2 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.
Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; на основе клинических рекомендаций; с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (ч. 1 ст. 37 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
Критерии оценки качества медицинской помощи согласно ч. 2 ст. 64 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 указанного федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.
Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 ст. 98 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
В п. 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (ст. 19 и ч. 2, 3 ст. 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации»).
Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.
При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.
На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.
Из положений ст. 151 ГК Российской Федерации следует, что, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 ГК Российской Федерации).
Как следует из материалов дела, 18.01.2023 ФИО10 обратился в ОГБУЗ «Борисовская ЦРБ» с жалобами на состояние здоровья, где ему установлен диагноз: <данные изъяты> Показаний для экстренной госпитализации не имелось.
В период с 18.01.2023 по 20.01.2023 ФИО10 находился на амбулаторном лечении в ОГУБЗ «Борисовская ЦРБ».
20.01.2023 заболевание ФИО10 осложнилось развитием <данные изъяты> в связи с чем он находился на стационарном лечении в ОГБУЗ «Борисовская ЦРБ» до 24.01.2023.
Поскольку состояние здоровья ФИО10 ухудшилось, ДД.ММ.ГГГГ он переведен в инфекционное отделение № 2 ОГБУЗ «Городская больница № 2 г. Белгорода», где ему установлен заключительный диагноз: «<данные изъяты>
ДД.ММ.ГГГГ ФИО10 скончался <данные изъяты>
Истцы ФИО4, ФИО5 являются родителями умершего ФИО10, ФИО6 приходится родным братом умершему, а ФИО7 приходится дочерью умершему, что подтверждается свидетельствами о рождении.
По заявлению истца ФИО4 о ненадлежащем оказании медицинской помощи ФИО10, повлекшем его смерть, проводилась проверка в порядке ст.ст. 144, 145 УПК РФ, в рамках которой проведена комплексная судебно-медицинская экспертиза в отношении ФИО10 Экспертная комиссия ОГБУЗ «Бюро СМЭ» пришла к следующим выводам.
На основании данных амбулаторной карты ОГБУЗ «Борисовская ЦРБ» 18.01.2023 показаний для экстренной госпитализации ФИО10 не имелось. Исходя из жалоб, анамнеза заболевания, данных объективного статуса диагноз ФИО8 в ОГБУЗ «Борисовская ЦРБ» 18.01.2023 установлен верно. Госпитализация в стационар данного медицинского учреждения осуществлена своевременно, правильно, в соответствии с утвержденной маршрутизацией, профилем медицинской помощи и показаниями.
Медицинская помощь, оказанная ФИО10 врачами ОГБУЗ «Борисовская ЦРБ» в период амбулаторного лечения с 18.01.2023 по 20.01.2023 не соответствует клиническим рекомендациям, утвержденным Министерством здравоохранения РФ «Острые респираторные вирусные инфекции у взрослых» от 2021, стандарту оказания медицинской помощи (Приказ Минздрава России от 29.12.2012 № 1658н «Об утверждении стандарта специализированной медицинской помощи при пневмонии средней степени тяжести»), в частности: выявлены недостатки в описании анамнеза заболевания и анамнеза жизни – собраны неполно; не назначено молекулярно-биологическое исследование мазков со слизистой оболочки носоглотки на вирус гриппа и парагриппа; в дневниковой записи от ДД.ММ.ГГГГ отсутствуют шкалы тяжести пневмонии и выбора места лечения.
Медицинские мероприятия для диагностики заболевания, состояния и лечения ФИО10 в период стационарного лечения в ОГБУЗ «Борисовская ЦРБ» с 20.01.2023 по 24.01.2023 проведены с дефектами, не в полном объеме, в нарушение приказа Минздрава России от 29.12.2012 № 1658н «Об утверждении стандарта специализированной медицинской помощи при пневмонии средней степени тяжести»:
- диагностические мероприятия проведены с дефектами: <данные изъяты>
- клинический диагноз: <данные изъяты>
- лечебные мероприятия проведены с дефектами: <данные изъяты>
- ведение первичной медицинской документации с дефектами: <данные изъяты>
Медицинские мероприятия, проведенные ФИО10 в ОГБУЗ «Городская больница N?2 г. Белгорода», соответствуют установленному стандарту оказания медицинской помощи (Приказ Минздрава России от 09.11.2012 N 741н «Об утверждении стандарта специализированной медицинской помощи при пневмонии тяжелой степени тяжести с осложнениями» (Зарегистрировано в Минюсте России 17.01.2013 N 26568).
Выявлены следующие замечания: в анамнезе не указано <данные изъяты> <данные изъяты>
18.01.2023 ФИО10 на приеме врача общей практики ОГБУЗ «Борисовская ЦРБ» диагностирована <данные изъяты>. Данное заболевание <данные изъяты>, которая была диагностирована 20.01.2023г. на приеме врача общей практики, что явилось показанием для госпитализации в ОГБУЗ «Борисовская ЦРБ». Прогрессирующее течение заболевания явилось основанием для перевода пациента в инфекционный центр ОГБУЗ «Городская больница N?2 г. Белгорода».
Причиной смерти ФИО10 явилась <данные изъяты>.
Выявленные дефекты оказания медицинской помощи ФИО10 на этапе амбулаторного лечения в ОГБУЗ «Борисовская ЦРБ» в причинной связи с наступлением смерти не состоят.
Выявленные дефекты оказания медицинской помощи ФИО10 на этапе стационарного лечения в ОГБУЗ «Борисовская ЦРБ», в частности, <данные изъяты>
Таким образом, дефекты оказания медицинской помощи ФИО10 на этапе стационарного лечения в ОГБУЗ «Борисовская ЦРБ» в прямой причинной связи с натсуплением смерти не состоят, так как основной причиной смерти явилось внебольничное инфекционное заболевание. Некачественное оказание медицинской помощи способствовало прогрессированию заболевания, что дает основание установить косвенную (непрямую) причинную связь с наступлением смерти.
В ходе судебно-медицинской экспертизы выявлен <данные изъяты>
Для проведения ЭКМО имелись показания – тяжелая форма дыхательной недостаточности.
В ходе судебно-медицинской экспертизы не подтвердилось наличие осложнений <данные изъяты>
На основании изложенного следует, что <данные изъяты> допущенное в ходе оказания медицинской помощи в ОГБУЗ «Городская больница N?2 г. Белгорода», представляет осложнение <данные изъяты> которое своевременно обнаружено и предприняты все необходимые меры для устранения последствий, в прямой причинной связи с наступлением смерти не состоит, однако, расценивается как причинение тяжкого вреда здоровью по признаку опасности для жизни - в соответствии с п. 6.1.26. Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных приказом МЗ СР РФ N?194н от 24.04.2008.
Судом, по ходатайству представителей ответчиков, назначена комплексная судебно-медицинская экспертиза в отношении ФИО8, которая поручена АО «Национальный Институт независимой Медицинской Экспертизы НИМЭ».
Согласно заключения комплексной судебно-медицинской экспертизы АО «Национальный Институт независимой Медицинской Экспертизы НИМЭ» № 429/25 от 26.09.2025, ввиду отсутствия при патологоанатомическом вскрытии исследования черепа с указанием состояния вещества головного мозга и его оболочек, всех костных структур, а также не проведения вирусологического и микробиологического исследования, пробы на воздушную эмболию, необходимую при таких обстоятельствах смерти (пункции сосудов непосредственного перед смертью), достоверно и однозначно установить причину смерти ФИО10, не представляется возможным.
В период лечения ФИО10 в амбулаторных условиях с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в ОГБУЗ «Борисовская ЦРБ» каких-либо дефектов (недостатков или комплекса недостатков) не имеется.
Медицинская помощь в инфекционном отделении ОГБУЗ «Борисовская ЦРБ» в стационарных условиях в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ оказана своевременно, но не в полном объеме и с недостатками:
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
- <данные изъяты>
Медицинская помощь в ОГБУЗ «Городская больница №2 г. Белгорода» в период с 24.01.2023 по 31.01.2023 ФИО10 оказана в полном объеме, своевременно, но с <данные изъяты>
<данные изъяты>
Таким образом, в ходе проведения экспертизы установлен ряд недостатков оказания медицинской помощи на госпитальном этапе в инфекционном отделении ОГБУЗ «Борисовская ЦРБ» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и в ОГБУЗ «Городская больница № 2 г. Белгорода».
Оснований не доверять выводам вышеизложенных комиссий экспертов у суда не имеется, поскольку заключения составлены экспертами, имеющими высшее медицинское образование, продолжительный стаж работы по специальности. Сведений о какой-либо заинтересованности экспертов в исходе дела не имеется. Ввиду изложенного, выводы экспертов, в приведенных в решении заключениях сомнений в их правильности у суда не вызывают. Заключения экспертов отвечают принципам относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательства. При проведении экспертизы соблюдены требования процессуального законодательства, эксперты предупреждены об уголовной ответственности по статье 307 УК РФ за дачу заведомо ложных заключений.
Анализируя и оценивая заключения комиссий экспертов в совокупности с иными представленными в материалы дела доказательствами, по правилам статьи 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу, что допущенные дефекты (недостатки) оказания медицинской помощи ФИО10, в период стационарного лечения в ОГБУЗ «Борисовская ЦРБ», где изначально неверно установлен диагноз и доза лекарственных препаратов превышала допустимую, так и при проведении ЭКМО в инфекционном отделении ОГБУЗ «Городская больница № 2 г. Белгорода», где сама процедура не проведена в связи с <данные изъяты>, могли способствовать ухудшению состояния его здоровья и ограничить его право на получение своевременного и отвечающего установленным стандартам лечения.
Ухудшение состояния здоровья человека вследствие ненадлежащего (несвоевременного) оказания ему медицинской помощи, в том числе по причине таких дефектов ее оказания как неверная диагностика заболевания и не проведение пациенту всех необходимых лечебных мероприятий, направленных на устранение патологического состояния здоровья, причиняет страдания, то есть причиняет вред, как самому пациенту, так и его родственникам, что является достаточным основанием для компенсации такого вреда.
При этом, исходя из имеющихся в деле доказательств, основные дефекты лечения ФИО10 были допущены медицинским персоналом ОГБУЗ «Борисовская ЦРБ».
В ОГБУЗ «Городская больница № 2 г. Белгорода» ФИО10 поступил в тяжелом состоянии, <данные изъяты> будет менее вины ОГБУЗ «Борисовская ЦРБ», что должно быть учтено при определении размера компенсации морального вреда.
Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами ст. 1 СК РФ предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.
Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (п. 1 ст. 1 СК РФ).
Пунктом 1 ст. 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 ГК РФ).
В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими, в том числе на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, право на охрану здоровья и медицинскую помощь и др.).
Согласно разъяснениям, данным в пунктах 48, 49 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (ст. 19 и части 2, 3 ст. 98 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации»).
В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 ГК РФ.
Согласно пунктам 1, 2 ст. 1064 ГК РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
В соответствии с п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.
В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» разъяснено, что по общему правилу, установленному ст. 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины.
Установленная ст. 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (абзацы третий и четвертый пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина»).
По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.
При этом законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
Следовательно, для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик.
Определяя размер компенсации морального вреда, причиненного истцам ненадлежащим оказанием медицинских услуг их близкому человеку (родителям, родному брату и дочери соответственно), суд учитывает фактические обстоятельства дела, учитывает и то, что что в данном случае юридическое значение имеет и косвенная (опосредованная) причинная связь, так как дефекты (недостатки) оказания ответчиком медицинской помощи ФИО10 способствовали ухудшению состояния ее здоровья, степень вины ответчиков, степень причиненных истцам нравственных страданий, раздельное проживание с ФИО8, требования разумности и справедливости и считает необходимым взыскать с в пользу истцов в счет компенсации морального вреда с ОГБУЗ «Городская больница № 2 г. Белгорода» по 50 000 руб. каждому, с ОГБУЗ «Борисовская ЦРБ» - по 150 000 руб. каждому.
Такие суммы, по смыслу статей 151, 1101 ГК РФ не будут носить формальный характер, так как в рассматриваемом случае целью является реальная компенсация причиненных истцам страданий, при этом исключается присуждение чрезвычайно малых, незначительных денежных сумм.
В удовлетворении исковых требований к Министерству здравоохранения Белгородской области о взыскании компенсации морального вреда истцам следует отказать, поскольку в соответствии с частью 5 статьи 123.22 ГК РФ бюджетное учреждение отвечает по своим обязательствам всем, находящимся у него на праве оперативного управления имуществом, в том числе приобретенным за счет доходов, полученных от приносящей доход деятельности, за исключением особо ценного движимого имущества, закрепленного за бюджетным учреждением собственником этого имущества или приобретенного бюджетным учреждением за счет средств, выделенных собственником его имущества, а также недвижимого имущества независимо от того, по каким основаниям оно поступило в оперативное управление бюджетного учреждения и за счет каких средств оно приобретено.
ОГБУЗ «Городская больница № 2 г. Белгорода» и ОГБУЗ «Борисовская ЦРБ» в соответствии с постановлением Правительства Белгородской области «О территориальной программе государственных гарантий бесплатного оказания жителям Белгородской области медицинской помощи на 2022 год и на плановый период 2023 и 2024 годов» осуществляет медицинскую деятельность в сфере обязательного медицинского страхования, что предусматривает возможность направления полученных доходов на прочие расходы согласно статье 35 Федерального закона «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации».
Таким образом Министерство здравоохранения Белгородской области является ненадлежащим ответчиком по делу.
На основании ч.1 ст. 103 ГПК РФ с ответчиков в доход бюджета муниципального образования «Борисовский район» подлежит взысканию государственная пошлина, от уплаты которой истцы были освобождены, в размере 3 000 руб. с каждого.
Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО4, (СНИЛС №) ФИО5 (СНИЛС №), ФИО6 (СНИЛС №), ФИО7 (СНИЛС №) к ОГБУЗ «Борисовская ЦРБ» (1023100644863), ОГБУЗ «Городская больница № 2 г. Белгорода» (1023101657050), Министерству здравоохранения Белгородской области (1073123021190) о компенсации морального вреда, удовлетворить в части.
Взыскать с ОГБУЗ «Борисовская ЦРБ» (1023100644863) в пользу ФИО4, (СНИЛС №) ФИО5 (СНИЛС №), ФИО6 (СНИЛС <***>), ФИО7 (СНИЛС №) компенсацию морального вреда в размере 150 000 руб. каждому.
Взыскать с ОГБУЗ «Городская больница № 2 г. Белгорода» (1023101657050) в пользу ФИО4, (СНИЛС №) ФИО5 (СНИЛС № ФИО6 (СНИЛС №), ФИО7 (СНИЛС №) компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб. каждому.
В удовлетворении остальной части иска отказать.
Взыскать с ОГБУЗ «Борисовская ЦРБ» (1023100644863), ОГБУЗ «Городская больница № 2 г. Белгорода» (1023101657050) в доход бюджета муниципального образования «Борисовский район» Белгородской области государственную пошлину по 3 000 руб. с каждого.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Белгородский областной суд в течение одного месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Борисовский районный суд.
Судья Стародубов В.Ю.
Решение изготовлено в окончательной форме 17.12.2025 г.