РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

15 января 2026 года рп. Магистральный

Казачинско-Ленский районный суд Иркутской области в составе:

председательствующего Смирнова С.П.,

при секретаре Стригун С.Е.,

с участием прокурора Михайлова И.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-39/2026 по иску прокурора Казачинско-Ленского района Иркутской области в интересах ФИО1 к отделению Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Иркутской области о признании решения незаконными, возложении обязанности произвести выплату, компенсации морального вреда,

установил:

прокурор Казачинско-Ленского района Иркутской области обратился в суд с иском в интересах ФИО1 о признании незаконным решения отделения Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Иркутской области (далее – ОСФР по Иркутской области) № об отказе в перерасчете ФИО1 размера страховой пенсии по старости, возложении обязанности выплатить пенсию по старости с 01.05.2024 с зачетом сумм, равных размеру уменьшенной пенсии в связи с обнаружением ошибки 01.05.2024, взыскании компенсации морального вреда в размере <данные изъяты> руб.

Требования прокурор мотивировал следующим.

С 01.01.2015 ФИО1 является получателем страховой пенсии по старости.

В ходе контрольных мероприятий, осуществленных ОСФР по Иркутской области в апреле 2024 года, установлено, что при назначении пенсии ФИО1 пенсионным органом допущена ошибка, выразившаяся в учете в страховом стаже периода работы с 20.06.1966 по 06.11.1970, с связи с чем указанный период исключен из страхового стажа заявителя, что повлекло снижение размера выплачиваемой ему пенсии.

ФИО1 родился в ДД.ММ.ГГГГ году, длительное время с 30 марта 2007 года (более 17 лет) получал пенсию в ошибочном размере, его право на пенсионное обеспечение должно было быть реализовано в соответствии с приципами поддержания доверия граждан к закону и действиям государства, в связи с чем одностороннее изменение ОСФР по Иркутской области размера его страховой пенсии по старости в сторону уменьшения существенно нарушило его пенсионные права и повлияло на его материальное положение.

Размер пенсии ФИО1 уменьшен ОСФР по Иркутской области 01.05.2024, однако формуляры «Запрос» в Республику Армения направлены лишь 18.03.2025 спустя продолжительное время (более 10 месяцев) после выявления ошибки.

ФИО1 в результате ошибки, допущенной ОСФР по Иркутской области, испытал нравственные страдания, находился в психотравмирующей обстановке, поскольку был ограничен в получении денежных средств.

В судебном заседании прокурор Михайлов И.В. требования поддержал.

Представитель ответчика в судебное заседание не явился, будучи надлежащим образом извещенным о времени и месте его проведения. В возражениях на исковое заявление просил в удовлетворении иска отказать.

Выслушав пояснения участвующих лиц, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Конституцией Российской Федерации каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (часть 1 статьи 39 Конституции Российской Федерации).

Основания возникновения и порядок реализации права граждан Российской Федерации на страховые пенсии определены Федеральным законом от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ "О страховых пенсиях" (часть 1 статьи 1 указанного федерального закона, далее - Федеральный закон "О страховых пенсиях").

Согласно части 2 статьи 1 Федерального закона "О страховых пенсиях" целью данного федерального закона является защита прав граждан Российской Федерации на страховую пенсию, предоставляемую на основе обязательного пенсионного страхования с учетом социальной значимости трудовой и (или) иной общественно-полезной деятельности граждан в правовом государстве с социально ориентированной рыночной экономикой, в результате которой создается материальная основа для пенсионного обеспечения, особого значения страховой пенсии для поддержания материальной обеспеченности и удовлетворения основных жизненных потребностей пенсионеров, субсидиарной ответственности государства за пенсионное обеспечение, а также иных конституционно значимых принципов пенсионного обеспечения.

В пункте 5 статьи 3 Федерального закона "О страховых пенсиях" для целей этого федерального закона дано понятие установления страховой пенсии, как назначения страховой пенсии, перерасчета и корректировки ее размера, перевода с одного вида пенсии на другой.

Статьей 6 Федерального закона "О страховых пенсиях" предусмотрено, что в соответствии с этим федеральным законом устанавливаются следующие виды страховых пенсий: страховая пенсия по старости, страховая пенсия по инвалидности и страховая пенсия по случаю потери кормильца.

Размер страховой пенсии по старости определяется по формуле, приведенной в части 1 статьи 15 Федерального закона "О страховых пенсиях".

В случае обнаружения органом, осуществляющим пенсионное обеспечение, ошибки, допущенной при установлении и (или) выплате страховой пенсии, установлении, перерасчете размера, индексации и (или) выплате фиксированной выплаты к страховой пенсии (с учетом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии), производится устранение данной ошибки в соответствии с законодательством Российской Федерации. Установление указанной пенсии или выплаты в размере, предусмотренном законодательством Российской Федерации, или прекращение выплаты указанной пенсии или выплаты в связи с отсутствием права на них производится с 1-го числа месяца, следующего за месяцем, в котором была обнаружена соответствующая ошибка (часть 4 статьи 28 Федерального закона "О страховых пенсиях").

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации, совершение органами, осуществляющими пенсионное обеспечение, при установлении пенсий тех или иных ошибок, в том числе носящих технический характер, - учитывая необходимость оценки значительного числа обстоятельств, с наличием которых закон связывает возникновение права на пенсию, включая проверку представленных документов и проведение математических подсчетов, - полностью исключить невозможно. Определение правовых способов исправления таких ошибок независимо от срока, прошедшего после их совершения, - право и обязанность государства (абзац первый пункта 5 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 14 января 2016 г. N 1-П "По делу о проверке конституционности части первой статьи 13 Закона Российской Федерации "О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, и их семей" в связи с жалобой гражданина ФИО2", далее - постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 14 января 2016 г. N 1-П).

Предусмотренная законом возможность исправления ошибки, допущенной пенсионным органом при назначении пенсии, в том числе пенсии за выслугу лет, призвана, таким образом, обеспечить соблюдение требований социальной справедливости и формального равенства, способствовать предотвращению необоснованного расходования бюджетных средств и злоупотребления правом как со стороны пенсионных органов, так и со стороны граждан, а потому не может подвергаться сомнению. Вместе с тем соответствующий правовой механизм - исходя из конституционных принципов правового государства и верховенства права, а также принципов справедливости и юридического равенства - должен обеспечивать баланс конституционно защищаемых ценностей, публичных и частных интересов на основе вытекающих из указанных принципов критериев разумности и соразмерности (пропорциональности), что, в свою очередь, предполагает наряду с учетом публичных интересов, выражающихся в назначении пенсии исключительно при наличии предусмотренных законом оснований и в целевом расходовании финансовых ресурсов, предназначенных на выплату пенсий, учет интересов пенсионера, которому пенсия по вине уполномоченного государством органа была назначена ошибочно, с тем чтобы пенсионер не подвергался чрезмерному обременению, притом, однако, что с его стороны отсутствуют какие-либо нарушения (абзац третий пункта 5 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 14 января 2016 г. N 1-П).

Такое правовое регулирование отвечало бы сути социального правового государства и, будучи основано в том числе на конституционных принципах правовой определенности и поддержания доверия граждан к закону и действиям государства, обеспечивало бы как соблюдение законодательно установленных условий назначения и выплаты пенсий за выслугу лет, так и защиту интересов граждан, которые, полагаясь на правильность принятого уполномоченными государством органами решения, рассчитывают на стабильность своего официально признанного статуса получателя данной пенсии и неизменность вытекающего из него материального положения. В рамках этих правоотношений в случае выявления ошибки, допущенной пенсионным органом при назначении пенсии гражданину, - при отсутствии с его стороны каких-либо виновных действий, приведших к неправомерному назначению пенсии, - бремя неблагоприятных последствий, связанных с устранением выявленной ошибки, должно распределяться на основе общеправового принципа справедливости, исключающего формальный подход, и с учетом особенностей жизненной ситуации, в которой находится гражданин, продолжительности периода, в течение которого он получал назначенную по ошибке пенсию, и других значимых обстоятельств (абзац четвертый пункта 5 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 14 января 2016 г. N 1-П).

Приведенная правовая позиция Конституционного Суда Российской Федерации в отношении правовых последствий ошибочного назначения пенсии за выслугу лет гражданину, уволенному со службы в органах внутренних дел, вследствие неправильного подсчета кадровым подразделением уполномоченного органа стажа службы (выслуги лет) может быть применена к сходным отношениям по пенсионному обеспечению граждан в соответствии с Федеральным законом "О страховых пенсиях".

Конституционный Суд Российской Федерации также указывал, что принципы правовой справедливости и равенства, на которых основано осуществление прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации как правовом и социальном государстве, в том числе права на социальное обеспечение (в частности, пенсионное обеспечение), по смыслу статей 1, 2, 6 (часть 2), 15 (часть 4), 17 (часть 1), 18, 19 и 55 (часть 1) Конституции Российской Федерации, предполагают правовую определенность и связанную с ней предсказуемость законодательной политики в сфере пенсионного обеспечения. Это необходимо для того, чтобы участники соответствующих правоотношений могли в разумных пределах предвидеть последствия своего поведения и быть уверенными в неизменности своего официально признанного статуса, приобретенных прав, действенности их государственной защиты (абзац второй пункта 2 постановления от 29 января 2004 г. N 2-П "По делу о проверке конституционности отдельных положений статьи 30 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" в связи с запросами групп депутатов Государственной Думы, а также Государственного Собрания (Ил Тумэн) Республики Саха (Якутия), Думы Чукотского автономного округа и жалобами ряда граждан").

Судом установлено, что с 30.03.2007 ФИО1 была назначена трудовая пенсии по старости. С 01.01.2015 ФИО1 является получателем страховой пенсии по старости.

При назначении ФИО1 трудовой пенсии по старости в страховой стаж был включен период его работы с 20.06.1966 по 06.11.1970, что подтверждалось представленными в пенсионный орган документами, которые были приняты уполномоченным органом без возражений и признаны достаточными для подтверждения соответствующего периода работы.

С 01.05.2024 ОСФР по Иркутской области было принято решение об исключении указанного периода работы ФИО1 из подсчета трудового (страхового) стажа по мотиву того, что справка, подтверждающая данный период, представлена ненадлежащим работодателем. Вследствие этого с указанной даты размер страховой пенсии ФИО1 был определен без учета периода работы с 20.06.1966 по 06.11.1970, что повлекло уменьшение размера пенсионного обеспечения.

Решением ОСФР по Иркутской области № ФИО1 отказано в перерасчете размера страховой пенсии по причине отсутствия документов для перерасчета, при этом размер страховой пенсии оставлен в прежнем размере.

Оценив и исследовав все доказательства в совокупности, изучив доводы сторон, суд приходит к выводу, что требования прокурора о признании указанного решения незаконным являются обоснованными и подлежат удовлетворению, поскольку выводы пенсионного фонда не соответствуют нормам Конституции Российской Федерации и нормам пенсионного законодательства.

Суд учитывает, что ФИО1 является получателем трудовой пенсии по старости с 30.03.2007 (с 01.01.2015 – страховой пенсии по старости). При ее назначении пенсионным органом был принят и учтен период работы ФИО1 с 20.06.1966 по 06.11.1970, что свидетельствует о признании представленных документов надлежащими и допустимыми доказательствами наличия стажа на момент назначения пенсии. В течение более 17 лет пенсионное обеспечение ФИО1 осуществлялось с учетом указанного периода работы, что сформировало у него законное ожидание стабильности пенсионных прав и правовой определенности в отношении объема его пенсионного обеспечения.

Одностороннее последующее исключение данного периода работы спустя значительный промежуток времени без установления факта представления ФИО1 недостоверных сведений, подложных документов либо совершения им виновных действий, направленных на неправомерное приобретение пенсионных прав, противоречит принципам правовой определенности, доверия граждан к действиям государства и стабильности приобретенных социальных прав.

Со стороны ФИО1 каких-либо виновных действий, приведших к неправомерному назначению либо перерасчету пенсии, не установлено. Представление документов осуществлялось в установленном порядке, их оценка и проверка входили в компетенцию пенсионного органа, который при назначении пенсии признал их достаточными и допустимыми.

ФИО1 в настоящее время достиг 73-летнего возраста, является пенсионером, не осуществляет трудовую деятельность, а пенсионное обеспечение является его единственным источником дохода.

Доводы представителя ответчика об отсутствии обоснованного расчета пенсии в подтверждение заявленных требований основанием для отказа в удовлетворении требований прокурора не является, поскольку обязанность предоставления таких сведений законом не предусмотрена.

При установленных судом обстоятельствах требования прокурора о признании незаконным решения о перерасчете размера страховой пенсии и возложении обязанности произвести перерасчет размера страховой пенсии с учетом данного периода с момента его исключения являются обоснованными и подлежат удовлетворению.

Утверждение представителя ответчика об отсутствии оснований для перерасчета размера пенсии в связи с не подтверждением вышеуказанного периода работы ФИО1 представленными документами, не может быть принято во внимание, поскольку при назначении пенсии и определении ее размера пенсионный орган проверял представленные пенсионером сведения о стаже его работе и исходил из их достоверности.

В силу ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Поскольку заявленные требования затрагивают имущественные права ФИО1, то оснований для взыскания компенсации морального вреда не имеется.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

требования прокурора Казачинско-Ленского района Иркутской области в интересах ФИО1 к отделению Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Иркутской области удовлетворить частично.

Признать незаконным решение отделения Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Иркутской области № об отказе ФИО1 в перерасчете размера страховой пенсии по старости.

Возложить на отделение Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Иркутской области обязанность произвести ФИО1 перерасчет размера страховой пенсии с учетом периода работы с 20.06.1966 по 06.11.1970 с момента его исключения с 01.05.2024.

Требования прокурора Казачинско-Ленского района Иркутской области в интересах ФИО1 о взыскании с отделения Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Иркутской области компенсации морального вреда оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Иркутский областной суд через Казачинско-Ленский районный суд Иркутской области в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий

Мотивированное решение изготовлено 29 января 2026 года.