Судья Прохорова И.Г. 61RS0053-01-2021-001467-77 дело № 33-15469/2023

№ 2-12/2022

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

13 сентября 2023 года г. Ростов-на-Дону

Судебная коллегия по гражданским делам Ростовского областного суда в составе председательствующего Кушнаренко Н.В.,

судей Головнева И.В., Иноземцевой О.В.,

при секретаре Сукаче И.И.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 действующей в интересах несовершеннолетнего ФИО3, третье лицо нотариус ФИО4 о признании заявления об отказе от принятия наследства недействительным, по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Семикаракорского районного суда Ростовской области от 5 сентября 2022 г.

Заслушав доклад судьи Головнева И.В., судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратился в суд с указанным иском, уточнив в ходе судебного разбирательства его основания, к ФИО2, действующей в интересах несовершеннолетней К.Е.А., ссылаясь на то, что он является отцом К.А.А., умершего ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА.

После смерти К.А.А. нотариусом ФИО4 на основании заявления ФИО2, действующей в интересах несовершеннолетней К.Е.А., было открыто наследственное дело НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН. 11 августа 2021 года ФИО1, являющийся инвалидом 2 группы, подал нотариусу ФИО4 об отказе от принятия наследства после смерти К.А.А.

Однако в связи со стоянием здоровья и в силу стечения тяжелых жизненных обстоятельств (потеря двух близких человек) при отказе от наследства он не понимал значение своих действий и не мог ими руководить.

На основании изложенного, истец просил суд признать заявление об отказе от принятия наследства после смерти К.А.А., поданного нотариусу Семикаракорского нотариального округа Ростовской области ФИО4 11 августа 2021 года, зарегистрированного в реестре НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН, недействительным.

Решением Семикаракорского районного суда Ростовской области от 5 сентября 2022 года в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказано.

С указанным решением не согласился ФИО1, подал апелляционную жалобу, в которой просит решение суда отменить и принять новое, которым удовлетворить исковые требования. Апеллянт указывает, что суд не учел, что согласно судебному экспертному заключению он в момент отказа от наследства был лишен способности понимать значение своих действий и руководить ими, что ответчик организовал его обращение к нотариусу.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от 07 декабря 2022 года решение Семикаракорского районного суда Ростовской области от 5 сентября 2022 года оставлено без изменения, апелляционная жалоба ФИО1 - без удовлетворения.

Определением Четвертого кассационного суда общей юрисдикции от 19 апреля 2023 года апелляционное определение от 07 декабря 2022 года отменено, дело направлено на новое апелляционное рассмотрение.

При новом рассмотрении дела в судебное заседание стороны не явились, извещены заблаговременно и надлежащим образом, с заявлением об отложении дела слушанием не обращались, дело рассмотрено в их отсутствие в порядке ст. 167 ГПК РФ.

Проверив законность и обоснованность обжалуемого решения суда в пределах доводов апелляционной жалобы, изучив материалы дела, выслушав представителя ФИО2 – ФИО5, просившего решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА умер К.А.А., ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА года рождения, что подтверждается копией свидетельства о смерти V-AH НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН, выданного Отделом записи актов гражданского состояния администрации Семикаракорского района Ростовской области (л.д.24).

На дату смерти ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА К.А.А. принадлежало следующее имущество: квартира, площадью 39,8 кв.м, расположенная по адресу: АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН (право собственности зарегистрировано 29 октября 2019 года); земельный участок, площадью 1000 кв.м, с КН НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН, расположенный по адресу: АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН; автомобиль SKODA RAPID, 2018 года выпуска.

Наследниками первой очереди после смерти К.А.А. являются его отец ФИО1, а также несовершеннолетняя дочь К.Е.В., ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА.

11 августа 2021 года ФИО2, действуя в интересах несовершеннолетней К.Е.А., обратилась к нотариусу Семикаракорского нотариального округа Ростовской области ФИО4 с заявлением о принятии наследства после смерти К.А.А., указав в качестве наследников отца К.А.А.- ФИО1, мать-К.С.Д. (л.д.25).

11 августа 2021 года ФИО1 обратился к нотариусу Семикаракорского нотариального округа Ростовской области ФИО4 с заявлением об отказе от принятия наследства после смерти К.А.А., по всем основаниям, в пользу его дочери К.Е.А.; в заявлении ФИО1 указано, что нотариусом последнему разъяснено, что согласно пункту 3 статьи 1158 Гражданского кодекса Российской Федерации при призвании наследника к наследованию одновременно по нескольким основаниям (по завещанию и по закону или в порядке наследственной трансмиссии и в результате открытия наследства и тому подобное), он вправе отказаться от наследства, причитающегося ему по одному из этих оснований, по нескольким из них или по всем основаниям. Содержание статьей 1157 и 1158 Гражданского кодекса Российской Федерации нотариусом ФИО1 было разъяснено и понятно. Положения статей 1157,1158 Гражданского кодекса Российской Федерации о том, что отказ от наследства не может быть отменен или взят обратно, не допускается также отказ от наследства с оговорками или под условием, не опускается от части причитающегося наследнику наследства не допускается- разъяснены и понятны(л.д.26).

Определением Семикаракорского районного суда от 21 января 2022 года по ходатайству стороны истца была назначена комплексная судебная психолого-психиатрическая экспертиза, проведение которой было поручено экспертам Ростовского областного психоневрологического диспансера, с привлечением экспертов Федерального бюджетного учреждения Южный региональный центр судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации (л.д.132-133).

Согласно выводов экспертного заключения от 6 июля 2022 года ФИО1 в период подписания отказа от наследства 11 августа 2021 года обнаруживал признаки "органического эмоционально-лабильного расстройства" (F06.6 по МКБ-10) и "легкого когнитивного расстройства " (F06.7 по МКБ-10). ФИО1 в период, относящийся к совершению отказа от наследства 11 августа 2021 года, в эмоциональном состоянии, способном существенно повлиять на его способность понимать значение своих действий и руководить ими, не находился. Психические отклонения ФИО1 в сочетании со стрессовой ситуацией (потерей двух близких людей и их похороны за несколько дней до подписания отказа от наследства) существенно ограничивали его возможность понимать значение своих действий и руководить им; составлять представление о существе сделки: в полной мере осознанно принимать решение и руководить своими действиями по его реализации в период подписания отказа от наследства.

Принимая решение, суд, руководствуясь положениями ст.ст. 1, 8, 9, 10, 166, 167, 177, 1111, 1112, 1113, 1114, 1117, 1141-1145, 1148, 1152, 1153, 1157, 1158, 1161, ГК РФ, положив в основу выводов заключение судебной экспертизы, исходил из недоказанности истцом того, что в момент отказа от наследства он не был способен понимать значение своих действий и руководить ими, в связи с чем пришел к выводу об отсутствии оснований для признания заявления об отказе от принятия наследства после смерти К.А.А. недействительным.

Судебная коллегия не может согласиться с указанными выводами суда первой инстанции по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 1 ст. 79 ГПК РФ при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу.

В соответствии с абз. 3 п. 13 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 24 июня 2008 года N 11 "О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству" во всех случаях, когда по обстоятельствам дела необходимо выяснить психическое состояние лица в момент совершения им определенного действия, должна быть назначена судебно-психиатрическая экспертиза.

Согласно ст. 60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

В соответствии со ст. ст. 56, 57 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле. Суд вправе предложить им представить дополнительные доказательства.

В силу ч. 3 ст. 86 ГПК РФ заключение эксперта для суда не обязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 названного Кодекса. Несогласие суда с заключением должно быть мотивировано в решении или определении суда.

В соответствии с ч. 3 ст. 67 ГПК РФ суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года N 23 "О судебном решении" разъяснено, что заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (статья 67, часть 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Оценка судом заключения должна быть полно отражена в решении. При этом суду следует указывать, на чем основаны выводы эксперта, приняты ли им во внимание все материалы, представленные на экспертизу, и сделан ли им соответствующий анализ.

С учетом приведенных норм процессуального права заключение экспертизы не является для суда обязательным, но не может оцениваться им произвольно.

Юридически значимым обстоятельством дела о признании недействительным отказа от наследства по мотиву совершения его гражданином, не способным понимать значение своих действий или руководить ими (ст. 177 ГК РФ), является наличие или отсутствие у гражданина психического расстройства и степень расстройства.

Для правильного разрешения такого спора необходимо обладать специальными знаниями в области психиатрии, для чего судом в силу ч. 1 ст. 79 ГПК РФ назначается судебно-психиатрическая экспертиза. Специальными знаниями для оценки психического и физического здоровья подэкспертного лица суд не обладает.

Принимая решение с учетом результатов экспертизы ФБУ Южный региональный центр судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации суд обоснованно не усмотрел оснований сомневаться в их объективности и обоснованности и согласился с заключением экспертизы.

Вместе с тем, суд не учел, что экспертами сделан категоричный вывод о том, что психические отклонения ФИО1 в сочетании со стрессовой ситуацией (потерей двух близких людей и их похороны за несколько дней до подписания отказа от наследства) существенно ограничивали его возможность понимать значение своих действий и руководить им; составлять представление о существе сделки: в полной мере осознанно принимать решение и руководить своими действиями по его реализации в период подписания отказа от наследства (т. 1 л.д.160-167).

В апелляционной жалобе истец категорично ссылается на то, что указанный вывод экспертов является обоснованным, в связи с чем судебная коллегия считает его доводы заслуживающими внимания, поскольку сведения о состоянии его здоровья, в том числе о наличии у него заболеваний, а также все медицинские документы, показания допрошенных в ходе рассмотрения дела свидетелей, являлись предметом исследования комиссии судебных экспертов.

Экспертное заключение отвечает требованиям положений статей 55, 59 - 60, 86 ГПК РФ, а потому правомерно принято судом в качестве относимого и допустимого доказательства по делу. Выполнено квалифицированными экспертами, профессиональная подготовка и квалификация которых не вызывают сомнений, ответы экспертов на поставленные вопросы понятны, непротиворечивы, следуют из проведенного исследования, подтверждены фактическими данными, не содержат внутренних противоречий, экспертами учтены все доказательства, представленные сторонами, материалы гражданского дела, медицинская документация, в связи с чем не доверять данному заключению оснований не имеется.

Каких-либо заслуживающих внимания доводов о недостатках проведенного исследования, свидетельствующих о его неправильности либо необоснованности, сторонами по делу не приведено, как не было их изложено и в заседании суда апелляционной инстанции.

В отсутствие доказательств, достоверно и объективно подтверждающих, что в момент отказа от наследства ФИО1 не мог понимать значение своих действий или руководить ими, у суда не имелось оснований для отказа в удовлетворения иска, с учетом того, что бремя доказывания обстоятельств недействительности сделки по ст. 177 ГК РФ возлагается именно на истца. В данном случае такое доказательство истцом в порядке ст. 56 ГПК РФ представлено.

Ходатайства о назначении по делу повторной судебной экспертизы и (или) дополнительной в ходе рассмотрения дела судом апелляционной инстанции не заявлено.

При таком положении, судебная коллегия исходит из того, что никаких объективных доказательств, которые вступали бы в противоречие с заключением экспертов и давали бы основания для сомнения в изложенных в нем выводах, суду в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ не представлено.

При наличии выводов судебной экспертизы, по результатам которой установлено наличие у ФИО1 в момент отказа от наследства способности понимать значение своих действий и руководить ими, сами по себе объяснения участвующих в деле лиц и показания свидетелей, не обладающих специальными познаниями, с учетом всех установленных по делу обстоятельств объективно не могут свидетельствовать о том, что ФИО1 не мог понимать значение своих действий и руководить ими в юридически значимый период.

Кроме того, судебная коллегия обращает внимание на то, что документально подтверждается тот факт, что истец в течение недели потерял двух близких людей ( сына К.А.А., умер ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА и мать К.А.М., умерла ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА), имеет вторую группу инвалидности, установленную бессрочно, оспариваемый отказ от наследства подписан им также через непродолжительный период времени с момента смерти родных – 11.08.2021, при этом, ответчик ФИО2 оплачивала за истца отказ от наследства, перед посещением нотариуса. Указанные факторы могли объективно свидетельствовать о недостаточном внимании истца к совершаемым им действиям по отказу от наследства в скоротечный период времени, так как они касались отдаленных перспектив, исключающих в дальнейшем возможность получения им части наследственной массы и прогнозирования действий и поведений К.М.В., в связи с чем истец, воспользовавшимся своим законным правом уже 27.09.2021 обратился с иском в суд о признании заявления об отказе от принятия наследства недействительным.

Кроме того, согласно показаниям свидетеля К.В.Д., которая пояснила, что инициатором обращения к нотариусу была ФИО2 (Т.1 л.д.127-129)

При таких обстоятельствах, судебная коллегия полагает, что решение Семикаракорского районного суда Ростовской области от 5 сентября 2022 г. подлежит отмене с принятие нового о признании заявления ФИО1 об отказе от принятия наследства после смерти К.А.А. – недействительным.

Руководствуясь ст.ст. 328-330 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Семикаракорского районного суда Ростовской области от 5 сентября 2022 г. отменить.

Принять по делу новое решение, которым признать заявление ФИО1 об отказе от принятия наследства после смерти К.А.А., поданного нотариусу Семикаракорского нотариального округа Ростовской области ФИО4 11 августа 2021 года, зарегистрированного в реестре НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН недействительным.

Председательствующий

Судьи

Мотивированный текст апелляционного определения изготовлен 20.09.2023г.