Судья Геффель О.Ф. УИД № 16RS0025-01-2022-001771-44
дело № 2-55/2023 (1 инст.)
№ 33-9754/2023
учет № 129г
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
21 августа 2023 года г. Казань
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан в составе
председательствующего судьи Нурмиева М.М.,
судей Абдуллиной Г.А., Габидуллиной А.Г.,
при ведении протокола помощником судьи Ильиной А.П.,
рассмотрела в открытом судебном заседании по докладу судьиГабидуллиной А.Г. гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Пестречинского районного суда Республики Татарстан от 17 марта 2023 года, которым постановлено:
исковое заявление ФИО2 <данные изъяты> к ФИО1 (<данные изъяты> действующей также в интересах несовершеннолетнего ФИО3 (<данные изъяты>), о признании договора купли-продажи недействительным (ничтожным) и применить последствия недействительности ничтожной сделки, удовлетворить.
Признать недействительным (ничтожным) договор купли-продажи квартиры от 12 августа 2020 года, расположенной по адресу: <адрес>, заключенный между ФИО2, ФИО4 и ФИО5.
Исключить запись о государственной регистрации перехода права собственности по договору купли-продажи квартиры от 12 августа 2020 года, расположенной по адресу: <адрес>, заключенный между ФИО2, от дата 1 сентября 2020 года.
Прекратить право собственности ФИО1, ФИО3 на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>.
Возвратить ФИО2, ФИО4 в собственность квартиру, расположенную по адресу: <адрес>.
Погасить запись о государственной регистрации перехода права собственности по договору дарения квартиры от 17 февраля 2022 года, расположенной по адресу: <адрес>., от 28 февраля 2022 года.
Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав объяснения ФИО1 в поддержку апелляционной жалобы, представителя ФИО2 – адвоката Денисова А.В., возражавшего относительно доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия
УСТАНОВИЛА :
ФИО2 обратилась к ФИО6 с иском о признании недействительным договора купли-продажи от 12 августа 2020 года, заключенного между ФИО2, ФИО4 и ФИО5
В обоснование иска указано, что 12 августа 2020 года, поддавшись на уговоры ФИО4 и его будущей жены ФИО7, ФИО2 подписала договор купли-продажи квартиры, согласно которому истец и ФИО4 продали ФИО5 принадлежащую им на праве собственности квартиру, расположенную по адресу: <адрес>.
ФИО7 и ФИО4 пояснили ФИО2, что сделка будет формальной, целью ее заключения является необходимость определения места жительства дочери ФИО4 – ФИО8 с ее матерью и снятии ее с регистрационного учета, поскольку мать ФИО8 в добровольном порядке от регистрации дочери по своему месту жительства отказывалась.
После снятия ФИО8 с регистрационного учета, квартира должны была быть переоформлена обратно на истца.
Денежных средств от продажи квартиры ФИО2 не получала. Каких-либо действий по реальной передаче квартиры не осуществлялось, квартира ФИО7 не передавалась, все расходы по ее содержанию и оплате коммунальных услуг по настоящее время несет истец.
На неоднократные обращения ФИО2 к ФИО4 и ФИО6 о переоформлении квартиры в ее собственность, последние каких-либо действий не предпринимали.
10 января 2022 года ФИО4 умер. После его смерти ФИО1 сообщила ФИО9, что переоформит квартиру обратно по истечении трех лет с момента заключения оспариваемого договора купли-продажи.
Поскольку стороны оспариваемого договора не намеревались создать правовые последствия, характерные для договоров данного вида, истец, ссылаясь на изложенные обстоятельства, просила признать недействительным (ничтожным) договор купли продажи от 12 августа 2020 года, заключенный между ФИО2, ФИО4 и ФИО7
В ходе судебного разбирательства истец уточнила свои требования и просила признать недействительным (ничтожным) договор купли продажи от 12 августа 2020 года, заключенный между ФИО2, ФИО4 и ФИО7 и применить последствия недействительности ничтожной сделки, прекратить право собственности ФИО1, ФИО3 на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>.
В возражениях на исковое заявление ответчик ФИО1 просила исковые требования оставить без удовлетворения. Отмечает, что оспариваемая сделка не может быть признана недействительной, поскольку она не нарушает права ни одного из продавцов. В настоящее время собственником квартиры является ФИО1 и несовершеннолетний ФИО3, у которого не имеется иного имущества. Таким образом признание спорной сделки недействительной приведет к существенному нарушению его прав. Также отсутствуют законные основания для признания сделки недействительной в части продажи доли умершего ФИО4
В отзыве на исковое заявление ФИО10 просила о применении к спорным правоотношениям срока исковой давности, который составляет 1 год.
Протокольными определениями к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования, привлечены ФИО3, Отдел опеки и попечительства МКУ «Администрация Кировского и Московского районов ИКМО г. Казани», Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Татарстан.
ФИО2 и ее представитель ФИО11 в судебном заседании исковые требования поддержали, просили удовлетворить.
Представитель ответчика ФИО12 исковые требования не признала, пояснив, что квартира была приобретена ее доверительницей с целью инвестирования денежных средств.
Представители третьих лиц ФИО3, Отдела опеки и попечительства МКУ «Администрация Кировского и Московского районов ИКМО г. Казани», Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Татарстан в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом.
Представители Отдела опеки и попечительства МКУ «Администрация Кировского и Московского районов ИКМО г. Казани», Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Татарстан в представленных заявлениях просили о рассмотрении дела без их участия, представитель Отдела опеки и попечительства МКУ «Администрация Кировского и Московского районов ИКМО г. Казани» также просил об оставлении исковых требований без удовлетворения.
Суд иск удовлетворил и постановил решение в приведенной выше формулировке.
В апелляционной жалобе ФИО1 просит решение суда отменить, как вынесенное с нарушением норм материального и процессуального права. В жалобе отмечается, что она приобрела у ФИО13 спорную квартиру за 1 000 000 руб., сделка зарегистрирована в установленном законом порядке, денежные средства в полном объеме переданы продавцам до подписания договора купли – продажи и акта приема – передачи, о чем свидетельствует подпись продавцов в указанных документах. Указывается, что ФИО1 несет расходы по содержанию имущества, оплачивает налоговые платежи на имущество, более того, она за счет собственных средств произвела ремонт кухни и одной комнаты в квартире. Продавцы на момент совершения сделки были способны понимать значение своих действий и руководить ими.
Судебная коллегия считает, что решение суда подлежит отмене с принятием нового решения об отказе в удовлетворении иска.
В соответствии с п.3 и п.4 ч. 1 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.
Согласно ч.1 и ч.2 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданское законодательство основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений, неприкосновенности собственности, свободы договора, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты.
Граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.
Согласно ст.35 Конституции Российской Федерации право частной собственности охраняется законом.
В соответствии со ст.209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.
Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.
В соответствии с п. 2 ст. 218 Гражданского кодекса РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.
В соответствии со статьей 223 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором (пункт 1).
В случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом (пункт 2).
В соответствии с п.1 ст.454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).
В силу п.1 ст.549 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (статья 130).
В силу абз. 1 ст. 550 Гражданского кодекса Российской Федерации договор продажи недвижимости заключается в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами (пункт 2 статьи 434).
В соответствии с ч. 1 ст. 551 Гражданского кодекса Российской Федерации переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации.
В силу статьи 166 Гражданского кодекса РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.
Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.
Суд вправе применить последствия недействительности ничтожной сделки по своей инициативе, если это необходимо для защиты публичных интересов, и в иных предусмотренных законом случаях.
Согласно ст.167 Гражданского кодекса РФ, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.
Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.
При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.
Если из существа оспоримой сделки вытекает, что она может быть лишь прекращена на будущее время, суд, признавая сделку недействительной, прекращает ее действие на будущее время.
Суд вправе не применять последствия недействительности сделки (пункт 2 настоящей статьи), если их применение будет противоречить основам правопорядка или нравственности.
В силу пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.
Мнимая сделка характеризуется несоответствием волеизъявления подлинной воле сторон, в связи с чем, сделка является мнимой в том случае, если уже в момент ее совершения воля обеих сторон не была направлена на возникновение, изменение, прекращение соответствующих гражданских прав и обязанностей.
Согласно ст. 181 Гражданского кодекса РФ, срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.
Как видно из материалов дела, 12 августа 2020 года между ФИО2, ФИО4 и ФИО5 заключен договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, общей площадью 57,1 кв.м., с кадастровым номером ....
Приобретаемая квартира согласно представленному договору принадлежала продавцам на праве общей долевой собственности (ФИО2 – доля в праве 2/3; ФИО4 – 1/3 доли).
В соответствии с пунктом 3 указанного договора квартира продается по цене 1 000 000 руб.
В этот же день сторонами подписан передаточный акт, в соответствии с которым ФИО2, ФИО4, передали, а ФИО5 приняла и оплатила квартиру, расположенную по адресу: <адрес>.
Переход права собственности на квартиру зарегистрирован Управлением Росреестра по Республике Татарстан.
На момент заключения оспариваемого договора купли – продажи ответчик ФИО6 в браке не состояла.
24 октября 2020 года был зарегистрирован брак между ФИО4 и ФИО5, после чего ФИО14 присвоена фамилия Измайлова (л.д. 205).
23 апреля 2021 года от брака ФИО4 и ФИО1 родился ФИО3 Данное обстоятельство подтверждается копией свидетельства о рождении серии ...., выданного Управлением ЗАГС Исполнительного комитета муниципального образования г. Казани Республики Татарстан 27 апреля 2021 года.
10 января 2022 года ФИО4, <дата> года рождения, умер, что подтверждается копией свидетельства о смерти серии <данные изъяты>
17 февраля 2022 года ФИО1 на основании договора дарения передала ? доли в квартире, расположенной по адресу: <адрес>, сыну ФИО3, <дата> года рождения, а последний в лице законного представителя ФИО1, подписавшей указанный договор, принял в дар от дарителя ? долю в праве на указанную квартиру.
Принимая оспариваемое решение, суд первой инстанции исходил из того, что подписанный сторонами передаточный акт с отраженными в нем сведениями о полном денежном расчете между сторонами, достаточным подтверждением факта передачи денег на момент его подписания не является. Иных допустимых доказательств, подтверждающих передачу денежных средств в оплату стоимости передаваемого по договору имущества-квартиры, ответчиком не представлено. Суду также не представлено доказательств наличия у ФИО1 денежных средств в указанном размере на момент подписания договора.
Кроме того, после заключения договора и государственной регистрации оспариваемой сделки в 2020 году, участники договора купли-продажи квартиры остались проживать на прошлом месте жительства, оплачивали жилищно-коммунальные услуги каждый за ту квартиру, в которой зарегистрирован и фактически проживает, попыток вселения в приобретенное жилое помещение не делали, в суд с соответствующими исками не обращались, с прошлого места регистрации с учета не снялись, как было установлено договором. Каких-либо действий, подтверждающих принятие ФИО1 спорного имущества и его использование, не производилось. ФИО1 не предпринимала мер по переводу лицевого счета приобретенного жилого помещения на себя, чтобы нести бремя содержания принадлежащего имущества, не несла она обязанности и по оплате налогов на данное имущество до обращения ФИО2 в суд.
Суд, в том числе, руководствовался объяснениями ФИО2 о том, что оспариваемая сделка совершалась для вида, с целью снятия с регистрационного учета дочери ФИО4, поскольку мать ФИО8 в добровольном порядке от регистрации дочери по своему месту жительства отказывалась.
Суд установил, что в производстве Пестречинского районного суда Республики Татарстан находилось гражданское дело № 2-373/20 по исковому заявлению ФИО16 к ФИО4 о взыскании алиментов в твердой денежной сумме, представителем ФИО4 в рамках рассматриваемого дела являлась ФИО7
7 июля 2020 года ФИО4 и его дочь ФИО8, <дата>, были сняты с регистрационного учета по прежнему месту жительства по адресу: <адрес>, на основании заявления ФИО4
14 августа 2020 года ФИО16, не согласившись с действиями ФИО17, обратилась в Пестречинский районный суд Республики Татарстан с иском о признании снятия ФИО8 с регистрационного учета незаконным. Представителем ФИО4 в рамках рассматриваемого дела являлась ФИО7 Решение по данному делу постановлено 23 ноября 2020 года.
Учитывая, что оспариваемый договор купли – продажи заключен в период спора между ФИО4 и ФИО16 относительно снятия ребенка с регистрационного учета по адресу: <адрес>, суд пришел к выводу, что доводы ФИО2 о том, что оспариваемая сделка совершалась для вида, с целью снятия с регистрационного учета дочери ФИО4, нашли свое подтверждение в ходе судебного разбирательства.
Судом применены последствия признания сделки недействительной в виде прекращения права собственности покупателя на квартиру и возврата квартиры в собственность ФИО2 и ФИО4 (умершего до предъявления данного иска). При этом суд пришел к выводу, что истец как наследник ФИО4, обладает правом на оспаривание сделки в данной части.
Судебная коллегия не может согласиться с такими выводами суда первой инстанции, поскольку они не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и противоречат нормам материального права, подлежащим применению к спорным правоотношениям.
Как следует из материалов дела оспариваемый договор подписан лично ФИО2 и ФИО4 12 августа 2020 года.
Согласно указанному договору покупатель покупает в собственность у продавца, а продавец продает на праве собственности квартиру (назначение жилое) общей площадью 57,1 кв.м., находящуюся по адресу: <адрес>.
Приходя к выводу о том, что ответчиком не представлено доказательств фактической передачи денежных средств в счет оплаты стоимости жилого помещения, определенной договором купли – продажи, суд не принял во внимание, что данное обстоятельство может служить основанием для расторжения договора купли – продажи на основании п.2 ч.2 ст. 450 ГК РФ, но не является основанием для признания договора недействительным (ничтожным).
Учитывая в совокупности данное обстоятельство как доказательство мнимости сделки, суд не принял во внимание положения п.3 договора, согласно которому расчет произведен между сторонами полностью до подписания настоящего договора.
В соответствии с передаточным актом от 12 августа 2020 года продавец передал, а покупатель (ФИО5) приняла и оплатила квартиру на условиях, предусмотренных настоящим договором. Претензий у сторон не имеется.
Буквальное значение этого условия означает, что в момент подписания договора расчет уже произведен, и подтверждено последующей государственной регистрацией права собственности ответчика на объект недвижимости, произведенной по заявлению сторон.
Договор купли-продажи квартиры соответствует правовой природе такого договора, после заключения договора купли-продажи квартиры была произведена регистрация перехода к ФИО5 права собственности на спорное недвижимое имущество, последняя как собственник квартиры проживала в ней с супругом ФИО4 и несла бремя ее содержания, что подтверждается представленными ответчиком документами об уплате налога на имущество, на приобретение кухонной мебели (л.д.96-98, 163-170). При этом производство ремонта на кухне истцом не оспаривалось.
Согласно разъяснениям, данным в п. 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» при разрешении спора о мнимости сделки следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.
Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании п. 1 ст. 170 ГК РФ.
По смыслу приведенных норм Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что для признания сделки мнимой необходимо установить, что стороны сделки не намеревались создать ее соответствующие правовые последствия; заключенную сделку стороны не исполняли и исполнять не намеревались; стороны только совершают действия, создающие видимость ее исполнения (составление необходимых документов и т.п.). Мнимость сделки исключает намерение собственника прекратить свое право собственности на предмет сделки, а приобретатель по сделке со своей стороны не намерен приобрести право собственности на предмет сделки.
Таким образом, обязательным условием признания сделки мнимой является отсутствие у ее сторон намерения создать соответствующие правовые последствия этой сделки.
Поскольку при рассмотрении спора обстоятельств того, что оспариваемая сделка была совершена лишь для вида и стороны не имели намерения создать соответствующие правовые последствия, установлено не было, суд пришел к ошибочному выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения иска.
Стороны, заключив 12 августа 2020 года оспариваемый договор, фактически исполнили его, при этом при жизни ФИО4 ни сам ФИО4, ни ФИО2 требований о признании сделки недействительной, в том числе по мотиву ее мнимости, не предъявляли.
Согласно справке нотариуса нотариального округа города Казани Республики Татарстан ФИО18 от 3 февраля 2023 года, наследниками после смерти ФИО4, обратившимися к нотариусу, являются супруга ФИО1, сын ФИО3, мать ФИО2
То обстоятельство, что произведя отчуждение спорной квартиры ФИО2 продолжила проживать в ней, с учетом наличия родственных отношений с покупателем, обстоятельств мнимости оспариваемой сделки не подтверждают. В настоящее время собственниками квартиры по 1/2 доли являются ответчик ФИО1 и внук истца – ФИО3, <дата> года рождения.
Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать. Согласно объяснениям ответчика, между ней и ФИО2 была достигнута устная договоренность, в соответствии с которой ФИО2 до приобретения нового жилья будет проживать в спорной квартире и нести обязанность по оплате за жилищно-коммунальные услуги.
Оценивая доводы жалобы о том, что оспариваемый договор был заключён только с целью снятия с регистрационного учета по месту жительства дочери ФИО4 – ФИО8, <дата> года рождения, судебная коллегия отмечает следующее.
Согласно положениям пункта 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.
В соответствии с положениями пунктов 1-3 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). в случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 указанной статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учётом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом. В случае, если злоупотребление правом выражается в совершении действий в обход закона с противоправной целью, последствия, предусмотренные пунктом 2 названной статьи, применяются, поскольку иные последствия таких действий не установлены указанным Кодексом.
В силу приведённых положений закона ссылка стороны сделки на её совершение исключительно с целью обойти установленные законом ограничения сама по себе влечёт за собой отказ в удовлетворении заявленного такой стороной иска о признании этой сделки недействительной. При этом судебная коллегия отмечает, что удовлетворение иска повлечёт за собой лишение несовершеннолетнего права собственности на долю в жилом помещении.
Кроме того, несовершеннолетняя ФИО8 была снята с регистрационного учета по адресу: <адрес>, в соответствии с установленным порядком – по заявлению ее законного представителя – отца, в связи с переменой места жительства, что установлено вступившим в законную силу решением Пестречинского районного суда Республики Татарстан от 23 ноября 2020 года (л.д.105-109). Именно данное обстоятельство послужило основанием для отказа в иске ФИО16 о признании заявления о снятии ФИО8 с регистрационного учета по месту жительства незаконным. Указанным решением суда установлено, что несовершеннолетняя ФИО8 ни постоянно, ни преимущественно по адресу регистрации не проживает. При этом снятие с регистрационного учета произошло до заключения оспариваемого договора купли – продажи – 7 июля 2020 года, в связи с чем доводы истца о заключении договора купли – продажи с целью снятия ФИО8 с регистрационного учета не могут быть приняты в качестве доказательства мнимости сделки.
Таким образом, выводы суда первой инстанции не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, а потому решение суда подлежит отмене.
На основании ч.2 ст.328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации по результатам рассмотрения апелляционной жалобы, представления суд апелляционной инстанции вправе отменить или изменить решение суда первой инстанции полностью или в части и принять по делу новое решение.
Судебная коллегия с учетом того, что все обстоятельства дела, имеющие значение для дела установлены на основании имеющихся в деле доказательств, считает возможным по делу вынести новое решение об отказе в удовлетворении иска в полном объеме.
Руководствуясь статьями 199, пунктом 2 статьи 328, статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛ
А:
решение Пестречинского районного суда Республики Татарстан от 17 марта 2023 года по данному делу отменить и принять новое решение.
В удовлетворении исковых требований ФИО2 к ФИО1, действующей также в интересах несовершеннолетнего Измайлова Марка Сергеевича, о признании недействительным договора купли-продажи жилого помещения по адресу: <адрес>, и применения последствий недействительности ничтожной сделки отказать.
Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение трех месяцев в Шестой кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции.
Мотивированное апелляционное определение изготовлено в окончательной форме 28 августа 2023 года.
Председательствующий
Судьи