КОПИЯ
№2-18/2025 (2-208/2024; 2-3756/2023)
УИД: 23RS0003-01-2023-006194-04
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
09 декабря 2025 года город - курорт Анапа
Анапский городской суд Краснодарского края в составе:
председательствующего Топорцовой Е.Н.
при секретаре судебного заседания Лиходий Д.В.
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к ООО «Альфа Престиж», ГБУЗ «Городская больница города Анапы» о взыскании компенсации морального вреда, штрафа за оказание некачественной медицинской помощи,
УСТАНОВИЛ:
ФИО2 обратилась в Анапский городской суд с исковыми требованиями к ООО «Альфа Престиж», ГБУЗ «Городская больница <адрес>» Министерства здравоохранения <адрес> о взыскании компенсации морального вреда вследствие оказания некачественной медицинской помощи, штрафа.
В обоснование заявленных исковых требований указано, что ФИО2 является дочерью ФИО1, (ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ годы жизни). Причиной обращения ФИО1 за помощью в ООО «Альфа Престиж» явилась боль внизу живота. В ходе обследования в клинике ООО «Альфа Престиж» врачом-гинекологом была обнаружена <данные изъяты>, пациентку направили на МРТ-обследование, которое выявило помимо <данные изъяты>, <данные изъяты>. Таким образом, основным заболеванием пациента ФИО1 была <данные изъяты>. Фоновыми и сопутствующими заболеваниями являлись: <данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ в клинике «Альфа» состоялась операция: <данные изъяты>). В послеоперационном периоде ФИО1 находилась в клинике «Альфа», с 24.11.2022 по 02.12.2022, состояние здоровья ФИО1 ухудшалось. По сообщениям врачей у пациентки ФИО1 развилась <данные изъяты>. 02.12.2022 пациентка ФИО1 была доставлена в реанимацию ГБУЗ «Городская больница города Анапа» Краснодарского края, где № скончалась. Краснодарским Филиалом АО «Страховая компания «СОГАЗ-МЕД» была проведена мультидисциплинарная внеплановая целевая экспертиза качества медицинской помощи, оказанной ГБУЗ «Городская больница г. Анапа» за период с 02.12.2022 по 04.12.2022. Согласно выводам экспертов выявлено: невыполнение необходимых пациенту диагностических мероприятий, в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, на основе клинических рекомендаций и с учетом стандартов медицинской помощи, рекомендаций по применению методов диагностики, лечения, не повлиявшее на состояние здоровья застрахованного лица. Консервативная тактика лечения пациентки в ГБУЗ «Городская больница г. Анапа» <данные изъяты>
Операция ФИО1 проводилась в клинике Альфа. 24.11.2022 в клинике «Альфа» состоялась операция: <данные изъяты>).
Как указывает истец, требование ФИО2 о выдаче копий медицинской документации клиника «Альфа» не исполняет. Медицинская помощь в клинике «Альфа» была оказана с существенными нарушениями. Помимо наличия нарушений прав и законных интересов на качественную, доступную, своевременную медицинскую помощь, указанные дефекты привели к прогрессированию имеющейся патологии, ухудшению прогноза заболевания, появлению и развитию новых патологических состояний. Учитывая фактические обстоятельства дела, при которых был причинен моральный вред, то обстоятельство, что сам по себе факт ухудшения здоровья в период лечения, некачественное лечение и смерть близкого человека являются существенными дефектами оказания медицинской помощи, за которые возмещение морального вреда прямо предусмотрено действующим законодательством. Нравственные страдания истец оценивает в 6 000 000 руб. На основании вышеизложенного истец ФИО2 просит взыскать моральный вред, причиненный оказанием некачественной медицинской помощи ООО «АльфаПрестиж» в размере 3 000 000 руб., штраф в размере 50% от суммы компенсации, указанной в досудебной претензии – 1 500 000 руб., компенсировать моральный вред причиненный оказанием некачественной медицинской помощи ГБУЗ «Городская больница г. Анапа» МЗКК в размере 3 000 000 руб., взыскать с ГБУЗ «Городская больница г. Анапа» МЗ КК штраф в размере 50% от суммы компенсации, указанной в досудебной претензии – 1 500 000 руб.
До рассмотрения гражданского дела по существу от истца ФИО2 и ее представителя ФИО10 поступило ходатайство о назначении по делу судебно-медицинской экспертизы.
Аналогичные ходатайства о назначении комиссионной судебно-медицинской экспертизы поступили от представителя ответчика ГБУЗ «Городская больница города Анапа» министерства Краснодарского края по доверенности ФИО11, представителя ответчика ООО «АльфаПрестиж» по доверенности ФИО7
В соответствии со ст.ст. 12, 56, 79 ГПК РФ судом заявленные ходатайства истца и ответчиков удовлетворены, назначена комиссионная судебно-медицинская экспертиза для правильного разрешения спора, проведение которой поручено ФГБУ «Российский центр судебно-медицинской экспертизы» Министерства здравоохранения Российской Федерации (ФГБУ «РЦСМЭ» Минздрава России), на разрешение комиссии экспертов поставлены вопросы, предложенные истцом и ответчиками, а именно: 1<данные изъяты>
Согласно заключению комплексной судебно-медицинской экспертизы от 29.09.2025 №, исходя из вопросов, поставленных на разрешение экспертной комиссии, касающихся оценки правильности оказанной ФИО1 медицинской помощи в ООО «АльфаПрестиж» с 24.11.2022 по 02.12.2022 и ГБУЗ «Городская больница с 02.12.2022 по 04.12.2022, и принимая во внимание, что имелась еще одна госпитализация по поводу жалоб на боли в животе в ГБУЗ «Городская больница Анапы» с 13.11.2022 по 21.11.2022, комиссия экспертов оценивала оказанную медицинскую помощь в период ее нахождения на лечении в ГБУЗ «Городская больница Анапы» и ООО «АльфаПрестиж» в указанные периоды.
Комиссия экспертов в заключении №144/25 от 29.09.2025 указала, что:
1) Оказание медицинской помощи в ГБУЗ «Городская больница Анапы» с 13.11.2022 по 21.11.2022:
А) ФИО1 поступила 13.11.2022 по экстренным показаниям в ГБУЗ «Городская больница Анапы». Больна в течение 10 дней, предъявляла жалобы на <данные изъяты> (со слов, вышеуказанные жалобы появились 03.11.2022). Необходимо отметить, что с 06.11.2022 по 11.11.2022 ФИО1 находилась на стационарном лечении в кардиологическом отделении ГБУЗ «Городская больница Анапы» по поводу <данные изъяты>. В медицинской карте № (период оказания медицинской помощи с 06.11.2022 по 11.11.2022) каких-либо данных <данные изъяты> не обнаружено. Установить причину возникновения данных противоречий, а также устранить их экспертным путем, не представляется возможным.
Б) При первичном осмотре с заведующим отделением на основании жалоб и результатов осмотра установлен предварительный диагноз «<данные изъяты> Назначено обследование, консервативное лечение. Следует отметить, что воспалительные изменения в <данные изъяты> как при поступлении, так и в процессе лечение отсутствовали. Отмечалось только повышение <данные изъяты>
В) 13.11.2022 проведено <данные изъяты>, по данным которого установлены признаки <данные изъяты> т.е. образование <данные изъяты>
Г) В представленных материалах дела имеются сведения о проведенной ФИО1 13.11.2022 МРТ (заключение МРТ малого таза от 13.11.2022, выполненной в ООО «Медицинский центр «Сфера», вложено в медицинскую карту ООО «АльфаПрестиж»), по данным которой обнаружено:
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
Протокол МРТ от 13.11.2022 отсутствует в медицинской карте №, но на данные этого исследования ссылается врач <данные изъяты> 13.11.2022. В записях других специалистов ГБУЗ «Городская больница Анапы» данные МРТ отсутствуют.
Д) При осмотре врачом акушером-гинекологом 13.11.2022 показанный гинекологический осмотр не проведен (причина — «<данные изъяты> На основании осмотра, данных УЗИ и МРТ, обоснованно установлен диагноз «<данные изъяты>
Е) Выполненное в тот же день, 13.11.2022, КТ брюшной полости (без внутривенного контрастирования, что дает менее точные результаты) также выявило признаки <данные изъяты>.
Ж) С 14 по 16 ноября какие-либо диагностические мероприятия для подтверждения установленного предположительного (под вопросом) диагноза «<данные изъяты>» не проводились.
З) 17.11.2022 проведено УЗИ малого таза: на основании данных о неоднородности эндометрия в заключение выносится «<данные изъяты>», кроме того, указано на объемное образование малого таза.
17.11.2022 при повторном осмотре акушером-гинекологом гинекологический осмотр проведен на кушетке. По итогам осмотра «<данные изъяты>
Патология <данные изъяты> не является диагнозом. Это совокупность патологических состояний оболочки, выстилающей <данные изъяты>. Болезни <данные изъяты> входят в группы патологий, обозначаемых кодами №, №, № и <адрес> именно патология № предполагалась специалистами ГБУЗ «Городская больница Анапы» у ФИО1 — не известно. Дополнительное обследование для уточнения диагноза (исследование на онкомаркеры, гистероскопия, раздельное диагностическое выскабливание и пр.) не назначено.
При осмотре 17.11.2022 не выявлены показания для стационарного лечения в гинекологическом отделении, даны рекомендации о консультации в <данные изъяты>) в плановом порядке.
И) 17.11.2022 проведена <данные изъяты>, по данным которой выявлен <данные изъяты> (по локализации совпадающий <данные изъяты>, диагностированной по УЗИ, МРТ и КТ).
При проведении <данные изъяты> взяты биоптаты на исследование, результаты биопсии отсутствуют в медицинской карте и материалах дела,
К) 21.11.2022 при совместном осмотре с заведующим отделением отмечено уменьшение <данные изъяты>. Далее во врачебной записи отмечено: «направлена в КОД№1 сан. транспортом» На обороте титульного листа медицинской карты № в графе «исход заболевания» также указано «переведен в другое учреждение». В выписном эпикризе указано: «<данные изъяты>».
Однако, на исследование не представлено медицинской документации из КОД №1, в материалах дела отсутствует информация об оказании медицинской помощи ФИО1 в ноябре 2022 года в КОД №1.
При поступлении в ООО «Альфа Престиж» 24.11.2022 (через 3 дня после выписки/перевода из ГБУЗ «Городская больница Анапы») указано, что 21.11.2022 ФИО1 была выписана с рекомендацией о проведении консультации в КОД №1, от которой она отказалась и обратилась в медицинский центр ООО «Альфа Престиж».
Установить причину возникновения данных противоречий, а также устранить их экспертным путем, не представляется возможным.
Таким образом, по представленным медицинским документам не подставляется возможным высказаться достоверно о том, каким образом была выписана ФИО1 из ГБУЗ «Городская больница Анапы» 21.11.2022 - была ли она доставлена санитарным транспортом в КОД №1, осматривалась ли она там <данные изъяты>, была ли госпитализирована или отказалась от госпитализации.
На основании анамнеза (<данные изъяты>), данных УЗИ, МРТ и КТ от 13.11.2022, данных <данные изъяты> от 17.11.2022 с большой вероятностью можно предположить, что у ФИО8 имелся <данные изъяты>
При <данные изъяты> рекомендуется начинать лечение с использованием <данные изъяты> у ФИО1 по данным разных исследований <данные изъяты>. Таким образом, наличие <данные изъяты> у ФИО1 было показанием для проведения <данные изъяты> и под контролем УЗИ или КТ, <данные изъяты>) и дальнейшего проведения консервативного лечения вплоть до максимально возможной <данные изъяты>. Такая тактика, по данным Клинических рекомендаций, позволяет избежать хирургического вмешательства у 30-40% пациентов (при отсутствии выраженного лечебного эффекта от малоинвазивного лечения показано хирургическое вмешательство).
Проведение малоинвазивного лечения <данные изъяты> с дополнительным обследованием <данные изъяты> плановом порядке было предпочтительной тактикой ведения ФИО1 с учетом возраста (<данные изъяты>) и недавней госпитализации по поводу <данные изъяты>3 месяцев назад повышает вероятность ТЭЛА более чем в 10 раз).
Однако, хирургическая патология, по поводу которой ФИО1 была госпитализирована в отделение <данные изъяты> 13.11.2022, не была вылечена — объем медицинской помощи в виде медикаментозной терапии не был достаточным при лечении абсцесса <данные изъяты>). Дополнительное обследование <данные изъяты> патологии не проведено.
2) Оказание медицинской помощи в ООО «Альфа Престиж» с 24.11.2022 по 02.12.2022:
А) ФИО1 поступила 24.11.2022. Больна в течение 3-х недель, предъявляла жалобы на <данные изъяты>
В 09:10 осмотрена совместно заведующим <данные изъяты> При осмотре - <данные изъяты>». При <данные изъяты> осмотре — описан нормальный <данные изъяты> <данные изъяты>т.е. никаких признаков <данные изъяты> не указано).
В осмотре отсутствует расчет индекса массы тела, что важно для анализа факторов риска оперативного вмешательства, т.к. при указанной массе пациентки <данные изъяты> см индекс массы тела (ИМТ) составляет <данные изъяты>., что соответствует диагнозу «ФИО14 <данные изъяты> и это должно быть отражено в диагнозе. Также в анамнезе не отражен последний <данные изъяты> (важно для анализа факторов риска оперативного вмешательства), который согласно имеющейся в карте выписки произошел 06.11.2022 и был купирован тогда же медикаментозно.
На основании осмотра, данных УЗИ, КТ и МРТ, установлен диагноз <данные изъяты>. <данные изъяты> принято решение о проведении оперативного лечения «<данные изъяты>
Можно утверждать, что решение о проведении оперативного лечения в объеме «<данные изъяты> необходимо было проводить малоинвазивными методами, без проведения лапаротомии (Клинические рекомендации. Дивертикулярная болезнь, 2020).
Показаний для проведения экстренной и даже срочной операции по поводу <данные изъяты> (<данные изъяты>) у ФИО1 не было. Каких-либо данных, указывающих на возможный «<данные изъяты>» - что являлось бы показанием для проведение экстренного оперативного вмешательства, в медицинской документации не обнаружено.
Б) В рамках предоперационного обследования проведены ЭКГ, ЭхоКГ, УЗДГ, по данным которых противопоказаний для операции не выявлено.
При этом в медицинской карте имеется описательная часть <данные изъяты> от 24.11.2022, но отсутствует нативная <данные изъяты>, которая необходима для объективной оценки состояния ритма и проводимости <данные изъяты> в динамике.
В) Также 24.11.2022 (время не указано) имеется в медкарте («<данные изъяты> », что не является корректным — избыточная <данные изъяты>, таким образом у ФИО15 имелось <данные изъяты>
По итогам осмотра и с учетом результатов инструментальных исследований выносит решение об отсутствии противопоказаний к проведению оперативного лечения и дает рекомендации о продолжении приема лекарственных препаратов. Однако, необходимо отметить, что назначенное специалистом ООО «АльфаПрестиж» медикаментозное лечение значительно отличается от терапии, рекомендованной при выписке из стационара ГБУЗ «Городская больница Анапы» 11.11.2022, где был купирован медикаментозно (<данные изъяты> от 06.11.2022.
В представленной медицинской карте отсутствует обоснование изменения ранее назначенной лекарственной терапии.
Также врачом-терапевтом назначен инъекционный <данные изъяты> - за сутки до оперативного лечения и в послеоперационном периоде до стабилизации системы гемостаза и выписки из стационара.
По таблице профилактики <данные изъяты> (Российские клинические рекомендации по диагностике, лечению и профилактике тромбоэмболических осложнений (ВТЭО), 2015) <данные изъяты> рекомендован за 12 ч до операции.
Но ФИО1 поступила в стационар 24.11.2022 в 08:03, а операция начата в 11:55 этого же дня, что исключает возможность показанного профилактического введения клексана.
По листу назначения клексан вводился с 24.11.2022 ежедневно в 22:00 — т.е. первое введение клексана было через 10 часов после начала операции.
Д) 24.11.2022 в 10:00 оформлен предоперационный эпикриз. В диагнозе отсутствует «<данные изъяты>
Е) В карте имеется протокол профилактики <данные изъяты>, в соответствии с Российскими клиническими рекомендациями по диагностике, лечению и профилактике венозных тромбоэмболических осложнений», утвержденными 27.11.2009.
Однако данные клинические рекомендации не были актуальны, так как имелась более новая редакция, утвержденная в 2015 году, согласно которой, что «вероятность <данные изъяты>» при «госпитализации с <данные изъяты> предсердий в предшествующие 3 мес.», в случае пациентки ФИО1 госпитализация с <данные изъяты> состоялась в том же месяце (06.11.2022 – 11.11.2022), что и планирующееся хирургическое лечение (24.11.2022).
В клинических рекомендациях по диагностике, лечению и профилактике венозных тромбоэмболических осложнений (ВТЭО), 2015, также указано, что «вероятность ВТЭО повышена в 2-9 раз» при имеющейся у пациентки «<данные изъяты>», и «вероятность ВТЭО повышена более чем в 2 раза» при «<данные изъяты>», которая у пациентки ФИО1 была <данные изъяты>. Из предрасполагающих факторов также имелось <данные изъяты>
Ж) Оперативное вмешательство проведено через 4 часа после поступления в стационар, через 2 часа после первичного осмотра и выявления показаний, без проведения показанной тромбопрофилактики (за 12 часов до начала операции).
З) В дневнике послеоперационного осмотра 24.11.2022 в 15:30 отсутствует информация о температуре тела, артериальном давлении, пульсе и сатурации.
В дневнике от 25.11.2022 в 09:00 указано, что для профилактики ВТЭО назначена <данные изъяты>», однако не указано в пределах постели, палаты или отделения.
И) Согласно листу назначений <данные изъяты>) ФИО1 получала только с 28.11.2022, т.е. в течение четырех дней после хирургического вмешательства она не получала препаратов, профилактирующих <данные изъяты>.
В «Российских клинических рекомендациях по диагностике, лечению и профилактике венозных тромбоэмболических осложнений (ВТЭО)», 2015, обычная профилактическая доза низкомолекулярного гепарина (<данные изъяты> раз в сутки. Согласно листу назначений с 24.11.2022 по 02.12.2022 ФИО1 был назначен <данные изъяты> При этом, в клинических рекомендациях указано, что при очень низкой, <данные изъяты>, а у больных с избыточной массой тела — ее увеличение на 25%», данных о степени <данные изъяты> в клинических рекомендациях нет. Высказаться достоверно о том, какое увеличение дозы <данные изъяты> необходимо было ФИО1 с ожирением <данные изъяты> не представляется возможным. Отсутствие геморрагических осложнений у ФИО8 косвенно указывает на то, что передозировки препарата клексан не было.
К) В медицинской карте от 29.11.2022 (без времени) имеется описательная часть электрокардиограммы с указанием на <данные изъяты> от 29.11.2022 в 18:00, при этом отсутствует нативная электрокардиографическая пленка, которая необходима для объективной оценки состояния ритма и проводимости миокарда в динамике состояния ФИО1
Согласно дневниковым записям от 29.11.2022 в 18:00 и в 20:00 <данные изъяты> был купирован медикаментозно внутривенным введением <данные изъяты>, при этом отсутствует описание и нативная пленка электрокардиографического исследования, подтверждающего восстановление <данные изъяты> у ФИО1
После возникновения <данные изъяты> с учетом недавно проведенного оперативного вмешательства большого объема было целесообразно провести повторное ЭхоКГ и УЗДГ в связи с повышенным риском возникновения <данные изъяты>. Дополнительное обследование ФИО1 не проведено.
Л) В дневниковых записях дежурного врача и осмотрах лечащего врача с ДД.ММ.ГГГГ (после хирургического вмешательства) по ДД.ММ.ГГГГ отсутствует какая-либо оценка состояния <данные изъяты> на предмет наличия <данные изъяты>. При этом ДД.ММ.ГГГГ в осмотре врача-кардиолога указано «<данные изъяты>». В записи врача-кардиолога от ДД.ММ.ГГГГ указано <данные изъяты>
Оценить достоверно состояние вен нижних конечностей после оперативного лечения ДД.ММ.ГГГГ по записям в истории болезни не представляется возможным.
Согласно клиническим рекомендациям по профилактике ВТЭО, 2015, причиной 90% случаев тромбоэмболии легочной артерии является тромбоз вен нижних конечностей. В случае ФИО1 с момента проведения оперативного лечения ДД.ММ.ГГГГ до перевода ее в ГБУЗ «Городская больница Анапы» ДД.ММ.ГГГГ в 16:50 контроль за состоянием <данные изъяты> не проводился.
М) В карте имеется запись о вызове в палату врача<данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ (без указания времени), в которой отмечены данные клинического осмотра (<данные изъяты> на основе которых был правильно поставлен предварительный диагноз «<данные изъяты>?) <данные изъяты>» с учетом проведенного электрокардиографического исследования (без наличия нативной пленки в истории болезни) с его текстовым описанием (<данные изъяты>
Н) При появлении клинической картины <данные изъяты> для диагностики заболевания необходимо проведение: <данные изъяты>
В медицинской карте имеются данные о проведении ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты>%), а также описательная часть по проведенному электрокардиографическому исследованию без нативной пленки. Результаты лабораторных исследований, данные о дуплексном сканировании сосудов (артерий и вен) нижних конечностей и рентгенографии легких от ДД.ММ.ГГГГ - отсутствуют. Непроведение данных мероприятий может быть связано с кратковременностыо пребывания ФИО1 в стационаре ООО «АльфаПрестиж» после развития клиники <данные изъяты> - т.к. перевод в другой стационар был осуществлен в течение часа после ухудшения состояния.
Таким образом, при поступлении ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ в стационар ООО «АльфаПрестиж» у нее сохранялась хирургическая патология - <данные изъяты> проводилось консервативное лечение с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, а также <данные изъяты>.
<данные изъяты> являлся показанием для проведения эвакуации содержимого гнойника одним из возможных методов (пункция, пункция и дренирование абсцесса, в том числе и под контролем УЗИ или КТ, внебрюшинное вскрытие и дренирование абсцесса) и дальнейшего проведения консервативного лечения вплоть до максимально возможной ликвидации воспалительного процесса (Клинические рекомендации. Дивертикулярная болезнь, 2020).
Наличие <данные изъяты> патологии требовало проведения дополнительного обследования для уточнения диагноза и проведения планового оперативного вмешательства с учетом сопутствующих заболеваний (фибрилляция предсердий) и высокого риска ВТЭО.
Факт госпитализации по поводу <данные изъяты> в течение 3 месяцев и наличие воспалительного заболевания <данные изъяты>) повышали вероятность <данные изъяты> более чем в l0 раз и в 2-9 раз соответственно.
Данные предрасполагающие факторы были управляемыми:
применение антиаритмической терапии в течение 3 месяцев с момента <данные изъяты> <данные изъяты> 06.11.2022;
применение малоинвазивных методов лечения <данные изъяты> последующим применением консервативной терапии до полного излечения, значимо снижало риск <данные изъяты>.
3) Оказание медицинской помощи в ГБУЗ «Городская больница Анапы» с 02.12.2022 по 04.12.2022:
А) ФИО1 поступила 02.12.2022 в 17:30 переводом из ООО «АльфаПрестиж», доставлена бригадой СМП-Альфа, сразу в реанимационный зал.
Б) На данном этапе оказания медицинской помощи проводилась оксиметрия в динамике, проведена ЭКГ (в карте имеется описательная часть по проведенному исследованию без нативной пленки), проведена компьютерная томография органов грудной клетки. Лабораторное обследование в динамике проведено в полном объеме.
В представленной медицинской карте отсутствуют данные о проведении ФИО1 дуплексного сканирования сосудов (артерий и вен) нижних конечностей в период госпитализации в ГБУЗ «Городская больница Анапы» 02-04.12.2022. Данное исследование обычно проводится для выявления <данные изъяты> что свидетельствует в пользу наличия <данные изъяты>. Однако проведенное ФИО1 КТ-исследование выявило однозначные признаки двусторонней <данные изъяты>, в связи с чем дополнительная диагностика и дифференциальная диагностика данной патологии не являлись необходимыми.
В) ФИО1 проводилось консервативное (введение антикоагулянтов) и симптоматическое (адекватное обезболивание, инотропная поддержка) лечение <данные изъяты>. У ФИО1 имелось абсолютное противопоказание к <данные изъяты> - операция в предшествующие 10-14 дней, следовательно, лечение антикоагулянтами ФИО1 было оправдано.
При развитии клинической картины <данные изъяты> состояние ФИО1 по PESI, объединяющей клинические факторы риска неблагоприятного прогноза, соответствовала высокому риску смерти.
Прогноз в раннем периоде <данные изъяты> определяется исходными нарушениями гемодинамики и наличием других маркеров высокого риска: сочетание тяжелой <данные изъяты> (у ФИО1 — сатурация <данные изъяты>) и нарушения <данные изъяты> у ФИО1, потребовавшая инотропной поддержки) характерно для <данные изъяты> высокого риска.
Несмотря на правильно проведенные специалистами ГБУЗ «Городская больница Анапа» 02-04.12.2022 обследование и лечение, 04.12.2022 в 06:14 наступила смерть ФИО1
На вопрос 3 «Имеется ли прямая, косвенная, любая другая форма причинно-следственной связи дефектами оказания медицинской помощи и причинением вреда здоровью, ухудшением состояния, осложнением течения заболевания, возникновением риска прогрессирования имеющегося заболевания ФИО1?
Согласно «Российским клиническим рекомендациям по диагностике, лечению и профилактике венозных тромбоэмболических осложнений (ВТЭО)», 2015, «У хирургических больных риск венозного тромбоза зависит от травматичности (обширности) и продолжительности оперативного вмешательства. Немаловажное значение имеют соматический статус пациента на момент операции, наличие сопутствующей патологии, вид анестезии, дегидратация, а также длительность иммобилизации», при этом большие операции у пациентов старше 60 лет — сами по себе (даже без учета дополнительных факторов риска) создают высокий риск ВТЭО.
Наличие <данные изъяты> при таких сопутствующих факторах, как <данные изъяты> (как это было у ФИО1) является дополнительным маркером и фактором риска развития <данные изъяты>
Проведение без предварительной подготовки, без учета имевшихся факторов высокого риска <данные изъяты> оперативного вмешательства 24.11.2022 в объеме «<данные изъяты> создало высокий риск <данные изъяты>.
Таким образом, к развитию <данные изъяты> у ФИО1 могли привести как факторы риска, имевшиеся до оперативного лечение 24.11.2022 (в т.ч. эпизоды <данные изъяты> от 06.11.2022 и 30.11.2022), так и риски, возникшие при проведении оперативного вмешательства ДД.ММ.ГГГГ.
Оценить долю, «вклад» недостатков оказания медицинской помощи ФИО1 (проведение оперативного вмешательства в экстренном порядке 24.11.2022) в развитие <данные изъяты> 02.12.2022 и наступление смерти ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ не представляется возможным. В связи с чем не представляется возможным объективно высказаться о наличии прямой причинно-следственной связи только между допущенными недостатками в оказании медицинской помощи и наступлением смерти ФИО1
На вопрос 4. В случае установления причинно-следственной связи, какая степень тяжести вреда здоровью была причинена ФИО1 ФИО4, бездействием медицинских работников каждой из организаций ответчиков?
К развитию <данные изъяты> у ФИО1 могли привести как факторы риска, имевшиеся до оперативного лечение 24.11.2022 (в т.ч. эпизоды фибрилляции предсердий от 06.11.2022 и 30.11.2022), так и риски, возникшие при проведении оперативного вмешательства 24.11.2022.
Оценить долю, «вклад» недостатков оказания медицинской помощи ФИО1 (проведение оперативного вмешательства в экстренном порядке 24.11.2022) в развитие <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ и наступление смерти ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ — не представляется возможным. В связи с чем не представляется возможным объективно высказаться о наличии прямой причинно-следственной связи только между допущенными недостатками в оказании медицинской помощи и наступлением смерти, и, соответственно, не представляется возможным расценить как причинение вреда здоровью ФИО1 ухудшение ее состояния и наступление ее смерти [основания - п. 15 Порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утверждённого Приказом Минздрава России от ДД.ММ.ГГГГ №172н, с изменениями, внесёнными Приказом Минздрава России от 19.08.2025 «О внесении изменений в Порядок определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденный приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 8 апреля 2025 г. 172н», пп. 24, 25 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека (Приложение к Приказу Министерства здравоохранения и Социального развития Российской Федерации от 24.04.2008 №194н)].
На вопрос 5. «Своевременно ли был выставлен диагноз ФИО1, в случае нарушения сроков диагностики, выявления патологии, как указанные действия повлияли на состояние, течение, прогноз заболевания?» эксперты сообщают, что диагноз ТЭЛА был своевременно и верно предположен по клиническим данным специалистами ООО «АльфаПрестиж» при ухудшении состояния ФИО1 02.12.2022.
Специалистами МБУЗ «Городская больница Анапа» 02.12.2022 проведено КТ-исследование с контрастным усилением, по результатам которого диагноз <данные изъяты> подтвержден.
На вопрос 6 «При должном оказании медицинской помощи с соблюдением клинических рекомендаций и критериев качества оказания медпомощи была ли предотвратима смерть ФИО1?» эксперты указали, что к развитию <данные изъяты> у ФИО1 могли привести как факторы риска, имевшиеся до оперативного лечение 24.11.2022 (в т.ч. эпизоды <данные изъяты> от 06.11.2022 и 30.11.2022), так и риски, возникшие при проведении оперативного вмешательства 24.11.2022, в связи с чем не представляется возможным объективно высказаться о возможности ненаступления <данные изъяты> при отсутствии недостатков оказания медицинской помощи.
При развитии клинической картины <данные изъяты> (по данным врачебной записи в 16:35 02.12.2022) состояние ФИО1 по шкале PESI, объединяющей клинические факторы риска неблагоприятного прогноза, соответствовала высокому риску смерти.
Прогноз в раннем периоде <данные изъяты> определяется исходными нарушениями гемодинамики и наличием других маркеров высокого риска: сочетание <данные изъяты> (у ФИО1 — <данные изъяты>%) и нарушения <данные изъяты> у ФИО1, потребовавшая инотропной поддержки) характерно для <данные изъяты> высокого риска.
Таким образом, у ФИО1 имелась <данные изъяты> высокого риска. Объективно высказаться о возможности ненаступления смерти в такой ситуации — не представляется возможным.
При ответе на вопрос 7 «Соответствовала ли тактика лечения и объем исследований, проводимых ФИО1 в условиях ООО «Альфа Престиж», стандартам оказания медицинской помощи?» эксперты сообщили, что оценка соответствия действий медицинских работников требованиям действующих стандартов медицинской помощи, не входит в компетенцию комиссии экспертов, так как установление соответствия оказанной медицинской помощи стандартам медицинской помощи является задачей медико-экономического контроля качества оказания медицинской помощи, который осуществляется в рамках экспертизы качества оказания медицинской помощи (основания: ст.ст.37, 58, 62, 64 Федерального закона от 21.l l.2011 №323-ФЗ (ред. от 23.07.2025) «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», ст.40 Федерального закона от 29.11.2010 №326-ФЗ «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации», Письмо Министерства здравоохранения Российской Федерации от 30.04.2013 №13-2/10/2-3113 «О применении стандартов и порядков оказания медицинской помощи»).
В связи с указанным, при ответе на вопрос о правильности ведения и лечения ФИО1 комиссия экспертов исходит из положений клинических рекомендаций, общепринятых научных и практических данных об оказании медицинской помощи по поводу выявленных у ФИО1 патологических состояний.
При оказании медицинской помощи ФИО1 в ООО «АльфаПрестиж» были допущены следующие недостатки: 1) Недостатки диагностики:
при первичном осмотре отсутствует <данные изъяты>, что важно для анализа факторов риска оперативного вмешательства; в анамнезе не отражен последний <данные изъяты> (важно для анализа факторов риска оперативного вмешательства), который согласно имеющейся в карте выписки произошел 06.11.2022 и был купирован тогда же медикаментозно; необоснованно установлен диагноз «<данные изъяты>?»; предоперационное обследование проведено не в полном объеме (отсутствуют данные «госпитального комплекса» («госпитальный чек-ап») — скринингового набора исследований на социально значимые <данные изъяты> после возникновения <данные изъяты> не проведено повторное ЭхоКГ и для исключения <данные изъяты> в связи с повышенным риском их возникновения; с момента проведения оперативного лечения 24.11.2022 до перевода ее в ГБУЗ «Городская больница Анапы» 02.12.2022 в 16:50 контроль за состоянием <данные изъяты>; при появлении клинической картины <данные изъяты> для диагностики заболевания не проведены: <данные изъяты> легких. Не проведение данных мероприятий может быть связано с кратковременностью пребывания ФИО1 в стационаре ООО «АльфаПрестиж» после развития клиники ТЭЛА, т.к. перевод в другой стационар был осуществлен в течение часа после ухудшения состояния.
2) Недостатки лечения: неверное решение о проведении оперативного лечения в объеме «<данные изъяты>» — лечение абсцесса необходимо было проводить малоинвазивными методами, без проведения лапаротомии (основание — Клинические рекомендации. Дивертикулярная болезнь, 2020); назначенное врачом-терапевтом медикаментозное лечение значительно отличается от терапии, рекомендованной при выписке из стационара ГБУЗ «Городская больница Анапы» ДД.ММ.ГГГГ, обоснование изменения ранее назначенной лекарственной терапии – отсутствует; не введен показанный препарат <данные изъяты> до операции;
в течение четырех дней после хирургического вмешательства ФИО1 не получала препаратов, профилактирующих пароксизмы фибрилляции предсердий.
3) Недостатки ведения медицинской документации: в медицинской отсутствуют нативные электрокардиографические пленки (ЭКГ от 24.11.2022, 29.11.2022, 02.12.2022) необходимые для объективной оценки состояния ритма ипроводимости миокарда в динамике; в записях врачей-консультантов отсутствует время осмотра; в предоперационном эпикризе отсутствует диагноз «ФИО14 <данные изъяты> протокол профилактики венозных тромбоэмболических осложнений (в соответствии с Российскими клиническими рекомендациями по диагностике, лечению и профилактике венозных тромбоэмболических осложнений, утвержденными 27.11.2009) был не актуален на момент госпитализации ФИО1 (актуальными являлись клинические рекомендации в новой редакции, утвержденной в 2015 году); в дневниковой записи послеоперационного осмотра 24.11.2022 в 15:30 отсутствует информация о <данные изъяты> в дневниковой записи от 25.11.2022 в 09:00 указано, что «<данные изъяты>», однако не указано в пределах постели, палаты или отделения; в дневниковых записях дежурного врача и осмотрах лечащего врача с 24.11.2022 (после <данные изъяты> по ДД.ММ.ГГГГ отсутствует какая-либо оценка состояния <данные изъяты>
При ответе на вопрос 8. «Соответствовала ли тактика лечения и объем исследований, проводимых ФИО1 в условиях ГБУЗ «Городская больница Анапы» с 02.12.2022 по 04.12.2022 стандартам оказания медицинской помощи?» ввиду того, что оценка соответствия действий медицинских работников требованиям действующих стандартов медицинской помощи, не входит в компетенцию комиссии экспертов, так как установление соответствия оказанной медицинской помощи стандартам медицинской помощи является задачей медико-экономического контроля качества оказания медицинской помощи, который осуществляется в рамках экспертизы качества оказания медицинской помощи (основания: ст.ст.37, 58, 62, 64 Федерального закона от 21.1 1.2011 №323-ФЗ (ред. от 23.07.2025) «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», ст.40 Федерального закона от 29.11.2010 №326-ФЗ «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации», Письмо Министерства здравоохранения Российской Федерации (от 30.04.2013 №13-2/10/2-3113 «О применении стандартов и порядков оказания медицинской помощи»), при ответе на вопрос о правильности ведения и лечения ФИО1 комиссия экспертов исходила из положений клинических рекомендаций, общепринятых научных и практических данных об оказании медицинской помощи по поводу выявленных у ФИО1 патологических состояний. Медицинская помощь специалистами ГБУЗ «Городская больница Анапы» 02-04.12.2022 оказана правильно.
Каких-либо нарушений при транспортировке ФИО1 санитарным транспортом ООО «АльфаПрестиж» не выявлено (ответ на вопрос 9).
Отвечая на вопрос 10. «Правильно ли был установлен диагноз ФИО1 при поступлении с ООО «Альфа Престиж» 24.11.2022?» экспертиза показала, что при совместном осмотре ФИО1 гинекологом и заведующим хирургическим отделением в 09:10 (через 40 минут после поступления) 24.11.2022 на основании осмотра и результатов инструментальных исследований был установлен диагноз: «<данные изъяты>? Патология <данные изъяты>
Осложнения: Сопутствующая патология: <данные изъяты>
В представленной медицинской документации отсутствуют достоверные данные, на основании которых можно было подтвердить и даже предположить диагноз «<данные изъяты>». В остальном — установленный специалистами ООО «Альфа Престиж» диагноз соответствовал данным осмотра и результатам дополнительного обследования.
На вопрос 11 «Имелись ли основания (показания) для проведения экстренного оперативного лечения в виде <данные изъяты>.11.2022 (в день поступления) в условиях хирургического стационарного отделения ООО «АльфаПрестиж»?», эксперты заключили, что в представленной медицинской документации отсутствуют достоверные данные, на основании которых можно было подтвердить и даже предположить диагноз «<данные изъяты>» - состояния, которое является показанием для проведения экстренного оперативного вмешательства.
Иных показаний для проведения экстренного оперативного вмешательства по поводу <данные изъяты> у ФИО1 в представленных материалах дела и медицинской документации - не обнаружено.
На вопрос 12. «Соответствует ли диагноз, указанный в выписном эпикризе, представленный истцом, диагнозу в выписном эпикризе, находящемся в медицинской карте №230000 ООО «АльфаПрестиж»?» эксперты сообщили, что:
в материалах дела (том 1, л.д. 21) имеется выписной эпикриз из медицинской карты стационарного больного 230, в котором указан следующий заключительный диагноз:
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
В медицинской карте № из ООО «АльфаПрестиж» имеется выписной эпикриз, отличающийся от предыдущего документа своим объемом и содержанием. В нем указан клинический диагноз:
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
Таким образом, можно утверждать, что диагнозы в двух вариантах выписного эпикриза не соответствуют друг другу.
Ответ на вопрос 13. «В должном ли объеме проведены были инструментальные и лабораторные исследования ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ? в заключении указано, что в медицинской карте № отсутствуют данные «госпитального комплекса» («госпитальный чек-ап») — скринингового набора исследований на социально значимые <данные изъяты> Таким образом, предоперационное обследование проведено не в полном объеме.
Отвечая на вопрос 15 «Имелись ли признаки высокого риска <данные изъяты> в условиях ООО «АльфаПрестиж»? Можно ли утверждать, что 30.11.2022 являются первыми сутками развития <данные изъяты>?», эксперты указали, что В «Российских клинических рекомендациях по диагностике, лечению и профилактике венозных тромбоэмболических осложнений (ВТЭО)» от 20.05.2015 указано: «Одним из наиболее удобных инструментов определения риска ВТЭО в хирургии служит шкала Caprini (табл. 13). В зависимости от суммы баллов, полученной при сборе анамнеза и обследовании пациента, его относят к той или иной группе риска». У ФИО1 по шкале Caprini складывается следующая сумма: <данные изъяты>
Кроме того, в клинических рекомендациях отмечено, что «вероятность ВТЭО повышена более чем в l0 раз» при «госпитализации с сердечной недостаточностью или фибрилляцией/трепетанием предсердий в предшествующие 3 мес.», в случае пациентки ФИО1 госпитализация с <данные изъяты> состоялась в том же месяце (06.11.-11.11.2022), что и хирургическое лечение (24.11.2022). «Вероятность <данные изъяты>» при имеющейся у пациентки «<данные изъяты>», и «<данные изъяты>» при «<данные изъяты>», которая у пациентки ФИО1 была <данные изъяты>. Из предрасполагающих факторов также имелось «<данные изъяты>
В представленных материалах дела и медицинской документации отсутствуют какие-либо данные, позволяющие утверждать, что ДД.ММ.ГГГГ являются первыми сутками развития <данные изъяты>. Клиническая картина <данные изъяты> зафиксирована во врачебных записях ДД.ММ.ГГГГ, а именно <данные изъяты>
В записи врача-кардиолога от ДД.ММ.ГГГГ отсутствуют какие-либо данные, указывающие на начало развития <данные изъяты>
На вопрос 16 «Выполнен ли объем обследований, назначенный врачом-кардиологом, если нет, то могло ли это усугубить состояние пациента? эксперты заключили, что в представленной медицинской карте из ООО «АльфаПрестиж» отсутствуют данные о проведении исследований <данные изъяты> до ухудшения состояния ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ инструментальных исследований ЭКГ, ЭХОКГ, СМАД, ХМЭКГ.
Не проведение исследования на <данные изъяты> не повлияли на состояние ФИО1
Не проведение инструментальных исследований состояния сердечно-сосудистой системы (ЭКГ, ЭХОКГ, СМАД, ХМЭКГ) само по себе не могло усугубить состояние ФИО9 Отсутствие в представленной медицинской карте из ООО «АльфаПрестиж» нативных электрокардиографических пленок, которые необходимы для объективной опенки состояния ритма и проводимости миокарда в динамике, не позволяют объективно высказаться о возможности более ранней диагностики отрицательной <данные изъяты> ФИО1 при проведении рекомендованных исследований (ЭКГ, ЭХОКГ, СМАД, ХМЭКГ).
Ответ на вопрос 18. «Позволяло ли состояние пациентки проведению ДД.ММ.ГГГГ КТ исследования с контрастом в условиях ООО «АльфаПрестиж»? эксперты заключили, что осуществленный перевод ФИО1 из ООО «АльфаПрестиж» в ГБУЗ «Городская больница <адрес>» ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 16:57 до 17:13 и проведение КТ-исследования с контрастным усилением в этот же день - ДД.ММ.ГГГГ (время не указано) в ГБУЗ «Городская больница Анапа», косвенно указывают на то, что состояние ФИО1 позволяло провести показанное ей КТ-исследование с контрастным усилением в условиях ООО «АльфаПрестиж».
Ответ на вопрос 19. «Имелась ли возможность отказаться от тактики оперативного лечения в виде <данные изъяты> рекомендовать оперативное лечение в условиях ГБУЗ «Клинический онкологический диспансер №1» МЗ КК г. Краснодар? Эксперты дали следующий:
В представленной медицинской документации отсутствуют достоверные данные, на основании которых можно было подтвердить и даже предположить диагноз «<данные изъяты>» - состояния, которое является показанием для проведения экстренного оперативного вмешательства.
Иных показаний для проведения экстренного оперативного вмешательства по поводу <данные изъяты> у ФИО1 в представленных материалах дела и медицинской документации — не обнаружено.
Таким образом, оперативное вмешательство по поводу <данные изъяты> могло быть проведено в плановом порядке, в т.ч. в условиях ГБУЗ «Клинический онкологический диспансер №1» МЗ КК г. Краснодар, после лечения абсцесса <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ, постоянной терапии антиаритмическими препаратами, и проведения в полном объеме диагностических мероприятий по поводу <данные изъяты>
Истец ФИО2, представитель истца ФИО10, уведомленные надлежащим образом о дне, времени, месте рассмотрения дела, не явились, ходатайствовали о рассмотрении дела в их отсутствие.
Представитель истца ФИО10 направил в суд письменную позицию, в которой исковые требования поддержал и просил удовлетворить в полном объеме, указав, что заключением комплексной судебно-медицинской экспертизы установлены недостатки, указывающие на некачественное лечение.
Представитель ответчика ГБУЗ «Городская больница г. Анапа» ФИО11 в судебное заседание не явилась, о дате, месте и времени судебного заседания уведомлена надлежащим образом, представила в суд ходатайство о рассмотрении дела в ее отсутствие, а также возражение на исковое заявление с учетом результатов комиссионной судебно-медицинской экспертизы. В возражении на исковое заявление представитель ответчика выразила несогласие с исковыми требованиями истца в отношении ГБУЗ «Городская больница Анапы», просила отказать в данной части иска, указала, что в результате проведенной комплексной судебно-медицинской экспертизы факт причинения какого-либо вреда здоровью ФИО1 по вине Ответчика - ГБУЗ «Городская больница Анапы» в связи с событиями, произошедшими с ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ, следует считать не установленным, вину - недоказанной.
Представитель ответчика ООО «Альфа Престиж» по доверенности ФИО12 в судебное заседание не явился, представил заявление о рассмотрении дела в его отсутствие. Представлено возражение на исковое заявление с учетом проведенной по делу комиссионной судебно-медицинской экспертизы, в котором ответчик просил отказать в удовлетворении исковых требований ФИО2, поскольку представленные выводы не подтверждают наличие грубых нарушений или виновных действий со стороны медицинского персонала клиники, а также не устанавливают прямой причинно-следственной связи между оказанной медицинской помощью и наступлением летального исхода пациентки ФИО1.
Согласно возражениям ООО «АльфаПрестиж» ответчик категорически не согласно с исковыми требованиями, считая их необоснованными. Медицинская помощь ФИО1 была оказана в полном объеме, своевременно и в соответствии с клиническими протоколами, что, по мнению ответчика, основывается на выводах комиссионной судебно-медицинской экспертизы РЦСМЭ. В ФИО4 ответчика отсутствует вина в наступлении смерти, не установлена прямая причинно-следственная связь между хирургическим вмешательством и смертью пациентки от массивной <данные изъяты>. Смерть наступила вследствие <данные изъяты> при любом оперативном лечении. Указывает, что диагностика и лечение были адекватными: диагноз поставлен верно и в короткие сроки. Операция была проведена по абсолютным показаниям - <данные изъяты>. При развитии признаков <данные изъяты> угрожающее состояние было оперативно распознано, и пациентка в кратчайшие сроки переведена в многопрофильный стационар для получения специализированной помощи, что спасло ей драгоценное время. Указанные в заключении отдельные недостатки (в основном, документарные), по доводам ответчика, не являются существенными и никоим образом не повлияли на течение заболевания и не привели к ухудшению состояния пациентки. Они не могут служить основанием для взыскания компенсации морального вреда.
Помощник Анапского межрайонного прокурора ФИО13 в судебное заседание не явилась, представила ходатайство о рассмотрении дела в ее отсутствие, просила частично удовлетворить исковые требования истца ФИО2
Представитель третьего лица Министерство Здравоохранения Краснодарского края, уведомленный надлежащим образом о дне, времени, месте рассмотрения дела не явился, причин неявки суду не сообщил.
Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора АО «Согаз-Мед», уведомленный надлежащим образом о дне, времени, месте рассмотрения дела в судебное заседание не явился, причин неявки суду не сообщил.
На основании ч. 5 ст. 167 ГПК РФ суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся сторон и участников дела.
Исследовав доводы искового заявления, дополнительную позицию истца, доводы ответчиков, изложенные в возражениях на исковое заявление, исследовав заключение эксперта от ДД.ММ.ГГГГ №, материалы дела, суд находит исковые требования ФИО2 подлежащим удовлетворению в части по следующим основаниям.
Согласно ст. 41 Конституции РФ, к числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья.
Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).
В силу статьи 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» от 21.11.2011 №323-ФЗ к основным принципам охраны здоровья граждан относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.
Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (ч. 1, 2 ст. 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
В пункте 21 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.
Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (ч. 1 ст. 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (ч. ч. 2 и 3 ст. 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов), так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.
Согласно статьям 151, 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
В соответствии с разъяснениями, изложенными в абзаце 3 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в п. 32 Постановления Пленума от 26.01.2010 №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда.
Согласно статье 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.
Семейная жизнь в понимании статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками.
Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.
Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).
Из норм Конвенции о защите прав человека и основных свобод в их взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положениями статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относятся жизнь и здоровье, охрана которых гарантируется государством в том числе путем оказания медицинской помощи. В случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу.
В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Согласно пункту 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.
В пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» даны разъяснения о том, что по общему правилу, установленному статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (абзацы третий и четвертый пункта 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина»).
По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинная связь между наступившим вредом и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. Гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если не докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации. Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда влечет наступление негативных последствий в виде физических и нравственных страданий потерпевшего. При этом закон не содержит указания на характер причинной связи (прямая или косвенная (опосредованная) причинная связь) между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим моральным вредом и не предусматривает в качестве юридически значимой для возложения на причинителя вреда обязанности возместить моральный вред только прямую причинную связь.
Следовательно, для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага (в настоящем случае - право на родственные и семейные связи), при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
Как следует из материалов дела, ФИО2 является дочерью ФИО1, (ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ годы жизни). ФИО1 была госпитализирована по поводу жалоб на боли в животе в ГБУЗ «Городская больница Анапы» с 13.11.2022 по 21.11.2022. С 06.11.2022 по 11.11.2022 ФИО1 находилась на стационарном лечении в кардиологическом отделении ГБУЗ «Городская больница Анапы» по поводу <данные изъяты> В медицинской карте <данные изъяты> (период оказания медицинской помощи с 06.11.2022 по 11.11.2022) каких-либо данных о <данные изъяты>
ДД.ММ.ГГГГ при совместном осмотре с заведующим отделением отмечено уменьшение боли в нижней части живота на фоне проводимого консервативное лечения. Далее во врачебной записи отмечено: «направлена в КОД№ сан. транспортом» На обороте титульного листа медицинской карты № в графе «исход заболевания» также указано «переведен в другое учреждение». В выписном эпикризе указано: «направлена в КОД № на консультацию <данные изъяты>».
Однако, медицинская документации из КОД № в материалах дела отсутствует, не представлена информация об оказании медицинской помощи ФИО1 в ноябре 2022 года в КОД №.
При поступлении в ООО «Альфа Престиж» ДД.ММ.ГГГГ указано, что ФИО1 больна в течение 3-х недель, предъявляла жалобы <данные изъяты>
В 09:10 осмотрена совместно заведующим хирургическим отделением и <данные изъяты>. При осмотре - <данные изъяты> но при этом отмечено, что «<данные изъяты>». При <данные изъяты> осмотре — описан нормальный <данные изъяты> статус и наличие <данные изъяты> в <данные изъяты>
На основании осмотра, данных УЗИ, КТ и МРТ, установлен диагноз «<данные изъяты> (полный объем оперативного вмешательства будет решен интраоперационно).
24.11.2022 в клинике «Альфа» состоялась операция: лапаротомия, висцеролизис, экстирпация матки с левыми придатками, резекция сальника вскрытие и дренирование параколярного абсцесса (операция по удалению кисты и матки, операция по удалению абсцесса).
В послеоперационном периоде ФИО1 находилась в клинике «Альфа», с 24.11.2022 по 02.12.2022, состояние здоровья ФИО1 ухудшалось.
02.12.2022 пациентка ФИО1 была доставлена в реанимацию ГБУЗ «Городская больница города Анапа» Краснодарского края, где 04.12.2022 скончалась.
Краснодарским Филиалом АО «Страховая компания «СОГАЗ-МЕД» была проведена мультидисциплинарная внеплановая целевая экспертиза качества медицинской помощи, оказанной ГБУЗ «Городская больница г. Анапа» за период с 02.12.2022 по 04.12.2022.
Согласно медицинской документации основной диагноз: <данные изъяты>
Применительно к спорным отношениям в соответствии с действующим правовым регулированием ответчики по настоящему делу – ООО «АльфаПрестиж» и ГБУЗ «Городская больница г. Анапа» - должны доказать отсутствие своей вины в причинении морального вреда ФИО2 в связи со смертью ее матери ФИО1, медицинская помощь которой была оказана, как утверждает истец, ненадлежащим образом.
Для проверки доводов сторон, установления прямой причинно-следственной связи между оказанием медицинской помощи ФИО1 и ее смертью, а также проверки надлежащего оказания медицинской помощи пациенту по делу назначена комиссионная судебно-медицинская экспертиза, производство которой поручено ФГБУ «Российский центр судебно-медицинской экспертизы» Министерства здравоохранения Российской Федерации (ФГБУ «РЦСМЭ» Минздрава России).
Заключением комиссии экспертов № от 29.09.2025 установлено, что к развитию <данные изъяты> у ФИО1 могли привести как факторы риска, имевшиеся до оперативного лечение ДД.ММ.ГГГГ (в т.ч. <данные изъяты> от 06.11.2022 и 30.11.2022), так и риски, возникшие при проведении оперативного вмешательства 24.11.2022.
Оценить долю, «вклад» недостатков оказания медицинской помощи ФИО1 (проведение оперативного вмешательства в экстренном порядке 24.11.2022) в развитие <данные изъяты> 02.12.2022 и наступление смерти ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ - не представляется возможным. В связи с чем не представляется возможным объективно высказаться о наличии прямой причинно-следственной связи только между допущенными недостатками в оказании медицинской помощи и наступлением смерти, и, соответственно, не представляется возможным расценить как причинение вреда здоровью ФИО1 ухудшение ее состояния и наступление ее смерти.
Большое значение в настоящем случае имеют совокупность факторов: согласно «Российским клиническим рекомендациям по диагностике, лечению и профилактике венозных тромбоэмболических осложнений (ВТЭО)», 2015, «У хирургических больных риск венозного тромбоза зависит от травматичности (обширности) и продолжительности оперативного вмешательства. Немаловажное значение имеют соматический статус пациента на момент операции, наличие сопутствующей патологии, вид анестезии, дегидратация, а также длительность иммобилизации», при этом большие операции у пациентов старше 60 лет — сами по себе (даже без учета дополнительных факторов риска) создают высокий риск ВТЭО.
Наличие <данные изъяты> при таких сопутствующих факторах, как <данные изъяты> ФИО1) является дополнительным маркером и фактором риска развития <данные изъяты>.
Проведение без предварительной подготовки, без учета имевшихся факторов высокого риска <данные изъяты> оперативного вмешательства 24.11.2022 в объеме «<данные изъяты>
В представленной медицинской документации отсутствуют достоверные данные, на основании которых можно было подтвердить и даже предположить диагноз «перекрут опухоли яичника» - состояния, которое является показанием для проведения экстренного оперативного вмешательства, определенный ООО «АльфаПрестиж».
Иных показаний для проведения экстренного оперативного вмешательства по поводу <данные изъяты> у ФИО1 в представленных материалах дела и медицинской документации — не обнаружено.
Таким образом, оперативное вмешательство по поводу <данные изъяты>
Проведение малоинвазивного <данные изъяты>
Однако, хирургическая патология, по поводу которой ФИО1 была госпитализирована в отделение <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ, не была вылечена — объем медицинской помощи в виде медикаментозной терапии не был достаточным при лечении <данные изъяты> Дополнительное обследование <данные изъяты> не проведено ввиду отказа ФИО1 от госпитализации в КОД№1, что отражено в медицинских документах ООО «АльфаПрестиж» при поступлении ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 в клинику.
В заключении эксперты утверждают, что решение о проведении оперативного лечения в объеме «<данные изъяты>
Показаний для проведения экстренной и даже срочной операции по поводу гинекологического анамнеза (<данные изъяты>) у ФИО1 не было. Каких-либо данных, указывающих на <данные изъяты> в медицинской документации не обнаружено.
Оперативное вмешательство проведено через 4 часа после поступления в стационар, через 2 часа после первичного осмотра и выявления показаний, без проведения показанной <данные изъяты>
Согласно клиническим рекомендациям по профилактике ВТЭО, 2015, причиной <данные изъяты>. В случае ФИО1 с момента проведения оперативного лечения 24.11.2022 до перевода ее в ГБУЗ «Городская больница Анапы» 02.12.2022 в 16:50 контроль <данные изъяты> не проводился.
При ответе на вопрос о правильности ведения и лечения ФИО1 комиссия экспертов, исходя из положений клинических рекомендаций, общепринятых научных и практических данных об оказании медицинской помощи по поводу выявленных у ФИО1 патологических состояний, пришла к выводу, что при оказании медицинской помощи ФИО1 в ООО «АльфаПрестиж» были допущены 1) недостатки диагностики:
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
2) недостатки лечения:
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
Нарушений, недостатков диагностики, недостатков лечения, в действиях персонала ГБУЗ «Городская больница г. Анапа», оказывавшего помощь ФИО1 в период с 02.12.2022 по 04.12.2022 экспертами не установлено.
Обосновывая причинение морального вреда, истец указала, что мать для нее самое дорогой человек, она ждала ее после операции, готовилась ухаживать за ней после операции. Но в один момент все планы рухнули, она испытывает страдания от того, что не смогла поговорить с матерью, быть с ней в последние минуты жизни, попрощаться с ней, поскольку готовилась к ее выздоровлению, а не к смерти.
Суд, принимает заключение комиссии экспертов ФГБУ «РЦСМЭ» Минздрава России от ДД.ММ.ГГГГ № в качестве допустимого доказательства, поскольку оно дано специалистами, имеющими соответствующую квалификацию, основано на медицинской документации, содержит подробное описание медицинского исследования, выводы экспертов категоричны и вероятностного толкования не допускают, нарушение требований закона при проведении и назначении экспертизы не допущено.
Разрешая спор и частично удовлетворяя исковые требования ФИО2, суд, руководствуясь вышеприведенными положениями Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», нормами Гражданского кодекса РФ, оценив в соответствии с требованиями ст. 67 ГПК РФ обстоятельства дела и представленные доказательства, в том числе заключение экспертизы, приходит к выводу о том, что ООО «Альфа Престиж» ненадлежащим образом оказывалась медицинская помощь ФИО1, имелись указанные выше в заключении эксперта нарушения диагностики, нарушения лечения, которые косвенно оказали существенное влияние на течение болезни – <данные изъяты> и привели к осложнениям, повлекшим смерть ФИО1
В данном случае юридическое значение может иметь и косвенная (опосредованная) причинная связь, если имело место ухудшение состояния здоровья человека вследствие ненадлежащего оказания ему медицинской помощи, в том числе по причине дефектов ее оказания (постановка неправильного диагноза и, как следствие, неправильное лечение пациента, непроведение пациенту всех необходимых диагностических и лечебных мероприятий, ненадлежащий уход за пациентом и т.п.), что причиняет страдания, то есть причиняет вред, как самому пациенту, так и его родственникам, что является достаточным основанием для компенсации морального вреда.
Такие дефекты отражены в заключении экспертов от ДД.ММ.ГГГГ № и допущены ООО «АльфаПрестиж».
Принимая во внимание обстоятельства дела, установленные на основании материалов дела и восстановленные поэтапно и детально в заключении экспертов от ДД.ММ.ГГГГ №, принимая во внимание выявленные экспертами недостатки диагностики и лечения, а именно: отсутствие достоверных данных, на основании которых можно было подтвердить и даже предположить диагноз «<данные изъяты> неверное решение о проведении экстренного оперативного вмешательства, отсутствие иных показаний для проведения экстренного оперативного вмешательства по поводу <данные изъяты> у ФИО1, при первичном осмотре отсутствие <данные изъяты>; не отражение в анамнезе пароксизма <данные изъяты> (важно для анализа факторов риска оперативного вмешательства), который согласно имеющейся в карте выписки произошел ДД.ММ.ГГГГ и был купирован тогда же медикаментозно; не <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ до перевода ее в ГБУЗ «Городская больница Анапы» ДД.ММ.ГГГГ в 16:50 отсутствие контроля за состоянием вен нижних <данные изъяты> в плановом порядке, в т.ч. в условиях ГБУЗ «Клинический онкологический диспансер №1» МЗ КК г.Краснодар, после <данные изъяты> 06.11.2022, постоянной терапии антиаритмическими препаратами, и проведения в полном объеме диагностических мероприятий по поводу <данные изъяты> с адекватной оценкой полученных результатов обследования, необоснованное изменение назначенного ранее в ГБУЗ «Городская больница г. Анапа» лечения, принимая во внимание, что ухудшение состояния здоровья человека вследствие ненадлежащего оказания ему медицинской помощи причиняет вред как самому пациенту, так и его родственникам, что является достаточным основанием для компенсации морального вреда, принимая во внимание требования разумности и справедливости, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении требований ФИО2 и взыскании с ООО «АльфаПрестиж» компенсации морального вреда, причиненного в связи со смертью ее матери ФИО1 в размере 500 тысяч рублей.
Довод истца о том, что при ее обращении с претензией к ООО «АльфаПрестиж» в связи с некачественно оказанной медицинской помощью, с требованием о компенсации морального вреда в размере 3 млн. рублей, факт оказания ФИО1 некачественной медицинской помощи был установлен и ответчику известен, что является основанием для удовлетворения требований о выплате штрафа, предусмотренного пунктом 6 статьи 13 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 года №2300-I «О защите прав потребителей», противоречит нормам материального закона и установленным по делу обстоятельствам.
При обращении с претензией о компенсации морального вреда в размере 3 млн. руб. какие-либо доказательства, подтверждающие оказание ООО «АльфаПрестиж» ФИО1 некачественной медицинской помощи, отсутствовали.
Моральный вред подлежит взысканию в пользу потребителя при наличии вины исполнителя в нарушении прав потребителя. Размер же компенсации морального вреда определяется судом после установления в судебном порядке нарушения прав потребителя и вины исполнителя в нарушении этих прав, после исследования и установления юридически значимых обстоятельств.
В удовлетворении остальной части исковых требований к ГБУЗ «Городская больница г. Анапа» ввиду отсутствия нарушений при оказании медицинской помощи ФИО9 в период с 13.11.2022 – 21.11.2022, 02.12.2022 – 04.12.2022 отказать.
Руководствуясь ст. ст. 194 - 199 ГПК РФ, суд
решил:
Исковые требования ФИО2 к ООО «АльфаПрестиж», ГБУЗ «Городская больница города Анапы» о взыскании компенсации морального вреда, взыскании штрафа за оказание некачественной медицинской помощи - удовлетворить частично.
Взыскать с ООО «АльфаПрестиж» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу ФИО2 (03.05.№ №) компенсацию морального вреда за оказание некачественно медицинской помощи в размере 500 000 (пятьсот тысяч) рублей.
В остальной части исковые требования ФИО2 - оставить без удовлетворения.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Краснодарского краевого суда в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы в Анапский городской суд.
Председательствующий
Мотивированное решение изготовлено 22.12.2025 г.