Решение по делу № 2-368/2023 от 12.09.2023

КОПИЯ

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

12 сентября 2023 года г. Трехгорный

Трехгорный городской суд Челябинской области в составе: председательствующего судьи Мастяниной Д.А.,

при секретаре Хасановой О.Р.,

с участием

представителя истца ФИО1,

ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Трехгорного городского суда Челябинской области гражданское дела №2-368/2023 по иску ФИО3 к ФИО2 о взыскании неосновательного обогащения,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратилась в суд с иском к ФИО2, в котором с учетом уточнений (л.д.60-63) просила взыскать с ФИО2 в свою пользу задолженность в размере 333 600 руб. 00 коп.

В обоснование указала, что в начале 2020 года по предложению ответчика стала вкладывать свои денежные средства в покупку «монет» с получением выгодного процентов заграничных банках через онлайн-формат, деньги, для последующего вложения в программу она переводила на банковскую карту сына ФИО2 – ФИО4, а также лицам, с данными – ФИО14 г., ФИО15 ФИО9, всего было переведено:

- ДД.ММ.ГГГГ на карту ФИО4 50 000 руб.;

- ДД.ММ.ГГГГ на карту ФИО16 ФИО9 138 600 руб.;

- ДД.ММ.ГГГГ на карту ФИО19

- ДД.ММ.ГГГГ на карту ФИО20. На сумму 50 000 руб.,

На общую сумму 333 600 руб.

Переводы осуществлялись на другие банковские карты, а не на карту ответчика, поскольку банковская карта последней со слов была заблокирована.

В дальнейшем в переписке с ответчиком узнала, что денежные средства прибыль не приносят. Она попросила вернуть ее денежные средства, на что ответчик ответила отказом, сославшись на тяжелые времена, санкции, блокировку банками работы с Россией, доказать, что имел место обман, она не сможет. На направленную в ее адрес претензию ответчик ничего не ответила.

Ответчиком ФИО2 представлен документ, озаглавленный как «Пояснения к исковому заявлению», в котором указывается, что участвовала в проекте «Призм» - приобретение криптовалюты с использованием ее для оплаты товаров, получения дополнительной прибыли, обналичивания личных средств и полученной прибыли. Указанный проект был интересен получением высокого процента прибыли. Проект работал стабильно и приносил доход до ноября 2020 года; с весны 2020 года она являлась посредником в данном проекте по сделкам покупки и продажи монет, через ее карты проходило большое количество денежных средств, в том числе незнакомых людей при заключении сделок по купле-продаже данного платежного средства. В июне 2020 года истец заинтересовалась данной системой, попросила рассказать о ней, после рассказа истец самостоятельно без какого-либо давления и обмана со стороны ответчика, осознавая все риски и особенности проекта, решила принять в нем участие, попросила ее (ответчика) взять ее денежные средства для работы в этой системе с переводом на ее (истца) счет прибыли по первому требованию. Покупку истец делала 4 раза, при этом с сентября 2020 года в связи с началом пандемии физически с истцом рядом она не находилась, то есть переводы истец осуществляла самостоятельно, добровольно и осознанно. При этом в двух сделках она (ответчик) была лишь посредником, эти средства в последующем ей никто не переводил, суммы этих сделок ей были неизвестны, монеты, полученные в результате этих сделок, скорее всего, были переведены продавцами на ее электронный кошелек в системе. По просьбе истца она выводила ей средства за счет продаж этих монет по действующему курсу. С февраля 2021 года проценты за хранение монет начисляться перестали, они стали просто монетами для получения наличных, курс монет значительно упал – с 12,5 руб. до 0,19 руб. Данный проект официально не закрыт, в связи с чем каким-то образом вернуть суммы денежных средств, потраченных на приобретение монет не представляется возможным, о чем ей и было сказано истцу.

С ее стороны незаконного обогащения не было, поскольку лично ей было переведено только 100 000 руб., она же истцу перевела в 2020-2021 годах порядка 180 000 руб., что подтверждается выписками с карт и перепиской (л.д.92-94).

Истцом в последующем были представлены письменные пояснения, в которых указано о том, что денежные средства в биржу «Призм» она вложила по предложению ответчика, которая обещала маленький риск и высокий процент и доход, что при необходимости деньги с биржи можно выводить, она доверилась ответчику, перевела в проект денежные средства на общую сумму 333 600 руб. несколькими частями, при этом ответчик говорила, какую сумму каждый раз нужно переводить. Первое время она получала проценты с биржи, потом ответчик стала говорить, что вывод денег невозможен, потому что курс на бирже упал, что при выводе денег произойдет потеря процентов и части баланса, потом она стала говорить, что денежные средства из проекта «Призм» выведены и работают в других проектах. Все переводы по своим запросам она считала процентами, это обговаривалось с ответчиком, подтверждается перепиской, в связи с этим ею заявляются только требования о возврате основной суммы денежных средств, без учета каких-либо штрафных процентов (л.д.118, 133,149).

Представитель истца ФИО1 в судебном заседании настаивала на удовлетворении исковых требований, с учетом представленных истцом письменных пояснений, указывала, что истец не могла знать о рисках, сведения о счетах третьих лиц, куда истец перечисляла денежные средства. Ей передавались ответчиком. Указывает, что пени и проценты были ранее получены истцом от ответчика в рамках договорных отношений.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании возражала против удовлетворения иска по доводам, изложенным в пояснениях к исковому заявлению. Обратила внимание, что истец также участвовала еще в одном аналогичном инвестиционном проекте, то есть она полностью осознавала риски инвестиций. Форму работы проекта. Она бала гарантом сделок – то есть способствовала поиску продавцов покупателями и наоборот, лично этих людей не знала, так как система «Призм» очень большая. Документально указанная инвестиционная деятельность никак закреплена не была.

Истец ФИО3 в судебное заседание при надлежащем извещении не явилась, каких-либо ходатайств, пояснений в адрес суда не представила.

Суд, заслушав выступления представителя истца, ответчика, исследовав письменные доказательства, приходит к следующим выводам.

На основании подпунктов 1, 7 п.1 ст.8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГК РФ) гражданские права и обязанности возникают, в том числе, из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему; вследствие неосновательного обогащения.

Обязательства вследствие неосновательного обогащения урегулированы положениями гл. 60 ГК РФ.

В соответствии со ст.1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество за счет другого лица, обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество. Данное положение применяется независимо от того, явилось ли это неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

При предъявлении иска о взыскании неосновательного обогащения в предмет доказывания входит установление факта неосновательного обогащения, то есть приобретения или сбережения имущества без установленных законом или сделкой оснований; приобретение или сбережение имущества за счет другого лица (потерпевшего) тем лицом, к которому предъявлен иск.

Применение норм о неосновательном обогащении возможно только в случае установления судом указанной совокупности обстоятельств.

Таким образом, истец по требованию о взыскании неосновательного обогащения должен доказать факт приобретения или сбережения ответчиком имущества (денежных средств) за счет истца; отсутствие установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований для приобретения; размер неосновательного обогащения.

В соответствии с требованиями ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте положений ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности и равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается, как на основания своих требований и возражений.

Для подтверждения факта возникновения обязательства из неосновательного обогащения истец должен доказать наличие в совокупности следующих обстоятельств: сбережение имущества (неосновательное обогащение) на стороне приобретателя; возникновение убытков на стороне потерпевшего, являющихся источником обогащения приобретателя (обогащение за счет потерпевшего); отсутствие надлежащего правового основания для наступления указанных имущественных последствий. Недоказанность хотя бы одного из перечисленных обстоятельств влечет отказ в удовлетворении иска о взыскании неосновательного обогащения.

Как установлено судом и следует из материалов дела, истец осуществила следующие банковские операции в указанный в исковом заявлении период:

- ДД.ММ.ГГГГ перевод денежных средств ФИО21 на сумму 50 000 руб. (л.д.10, 22,27,99);

- ДД.ММ.ГГГГ перевод денежных средств ФИО22 на сумму 138 600 руб. (л.д.11,23,26);

- ДД.ММ.ГГГГ перевод денежных средств ФИО23 на сумму 95 000 руб. (л.д.12,24,31);

- ДД.ММ.ГГГГ перевод денежных средств ФИО24 на сумму 50 000 руб. (л.д.13,25,26,101).

Вместе с тем, со счета ФИО25 на счет истца было перечислено:

- ДД.ММ.ГГГГ – 5 000 руб. (л.д.27,100)

- ДД.ММ.ГГГГ – 10 000 руб. (л.д.28,103);

- ДД.ММ.ГГГГ – 50 000 руб. (л.д.29,104 об.)

- ДД.ММ.ГГГГ – 2 000 руб. (л.д.28);

- ДД.ММ.ГГГГ – 2 000 руб. (л.д.29,105 об.);

- ДД.ММ.ГГГГ – 1 000 руб. (л.д.30, 105 об.);

- ДД.ММ.ГГГГ – 36 500 руб. (л.д.30, 106 об.);

- ДД.ММ.ГГГГ – 10 000 руб. (л.д.31, 106 об.).

В материалы дела представлена переписка сторон, достоверность и принадлежность которой стороны не отрицают, из содержания которой следует, что истцом вложены денежные средства в проект «Призм», контроль за состоянием этих средств осуществляла ответчик (л.д.32-48,96-98,150-157), также из указанной переписки следует, что ответчик предоставляла истцу информацию о продавце (л.д.35), данные для перевода денежных средств своему сыну (л.д.40). Также из переписки следует, что истец активно интересуется процентами по вложенным денежным средствам, самостоятельно осуществляет операции, путем дачи ответчику поручений о совершении тех либо иных действий, информирует ответчика о наличии желания вложить денежные средства, самостоятельно указывая срок работы денежных средств, необходимость вывода процентов.

В последующем истец направила в адрес ответчика претензию, что ФИО2 не отрицалось, обратилась с заявлением в полицию (л.д.54).

В ходе проверки сообщения о преступлении от ФИО3 было отобрано объяснение, из которого следует, что на момент обсуждения с ответчиком возможности вложения денежных средств в крипто-валюту она (ФИО3) уже знала о крипто-монете «Призм» и сообщила ФИО2, что в эту крипто-монету вкладываться не будет, то есть истец владела информацией об особенностях работы с крипто-монетами. Одновременно истец указывает, и это же подтверждалось ответчиком в ходе судебного разбирательства, что какого-либо договора стороны не заключали. Также указала, что в последующем по ее указаниям ответчик перечисляла на ее счет денежные средства, всего было перечислено 116 500 руб. При этом ФИО2 сообщала ей, что это только проценты от ее вложений. В последующем от ФИО2 она узнала, что ее денежные средства были все-таки вложены в проект «Призм», после чего стала просить деньги из проекта вывести. Всего ей было переведено в рамках данной псевдо-инвестиционной деятельности 333 600 руб. также в материалах проверки имеется расписка от ФИО2, в которой указано, что ФИО2 не отказывается от своей задолженности в размере 333 600 – 134 000, обязуется заключить досудебное соглашение и вернуть остаток долга.

ДД.ММ.ГГГГ старшим следователем СО МО МВД РФ по ЗАТО <адрес> ФИО5 вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, в котором указано, что не установлено прямого умысла ФИО2 на хищение путем обмана денежных средств у ФИО3, о чем в том числе говорит возврат ФИО2 по просьбе ФИО3 части денежных средств, заработок самой ФИО2 путем покупки и продажи крипто-валюты, ее непосредственное участие на торговой платформе «Списбот» и получению прибыли, а также прекращение деятельности торговой площадки по независящим от ФИО2 обстоятельствам, в действиях ФИО2 отсутствуют признаки преступления, предусмотренного ч.3 ст.159 УК РФ, так как объективных данных, свидетельствующих о наличии у ФИО2 прямого умысла на хищение путем обмана денежных средств у ФИО3 не имеется.

В силу подп. 4 ст. 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

Указанная норма устанавливает презумпцию добросовестности лица, требующего неосновательного обогащения, сводящуюся к тому, что оно не было заранее осведомлено об отсутствии правовых оснований для получения платежа.

Данные положения согласуются с общей нормой п. 5 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающей принцип добросовестности участников гражданских правоотношений.

Вопреки доводам жалобы из указанных норм в их взаимосвязи следует, что обязанность подтвердить основание получения денежных средств либо обстоятельства, при которых неосновательное обогащение не подлежит возврату, лежит на получателе этих средств.

Материалами дела, в том числе, признательной позицией самого ответчика, подтверждается факт получения ФИО2 от ФИО3 только 100 000 руб. Не могут свидетельствовать о получении иных денежных средств сведения о сообщении ответчиком истцу данных лиц, в адрес которых в последующем ФИО3 были переведены денежные средства, в том числе – по причине отсутствия обязательного признака сбережение имущества (неосновательное обогащение) на стороне приобретателя.

Далее, в соответствии с ч.3 ст.196 ГПК РФ суд принимает решение по заявленным истцом требованиям. В исковом заявлении, в том числе с учетом уточнений, истцом заявлены требования о взыскании суммы перечисленных ответчику денежных средств в качестве неосновательного обогащения, требований о взыскании неустойки, иных санкционных платежей, стороной истца не заявлялось. Таким образом, в рассматриваемой ситуации судом дается оценка обоснованности требований истца о взыскании в качестве неосновательного обогащения только суммы в размерах 100 000 руб.

Из положений ст.1109 ГК РФ следует, что не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

Из смысла приведенных норм права следует, что не всякое обогащение одного лица за счет другого порождает у потерпевшего лица право требовать его возврата, такое право может возникнуть лишь при наличии особых условий, квалифицирующих обогащение как неправомерное.

Вместе с тем в постановлении старшего следователя СО МО МВД РФ по ЗАТО <адрес> ФИО5 от ДД.ММ.ГГГГ, которое в порядке ст.125 УПК РФ оспорено не было, сделан вывод об отсутствии у ФИО2 прямого умысла на хищение путем обмана денежных средств у ФИО3, при этом указано на доказанность возврата ФИО2 по просьбе ФИО3 части денежных средств, заработок самой ФИО2 путем покупки и продажи крипто-валюты, ее непосредственное участие на торговой платформе «Списбот» и получению прибыли, а также прекращение деятельности торговой площадки по независящим от ФИО2 обстоятельствам.

Помимо этого, не смотря на то, что стороны не отрицают факта возникновения взаимоотношений в связи с осуществлением деятельности, связанной с торговлей крипто-валютой, сторона истца, тем не менее, указывает на перечисление в период с 2020 ответчиком в пользу истца денежных средств в качестве процентов и пени в отношении денежных средств, отнесенных к неосновательному обогащению, а не процентов в связи с участием в проекте «Призм».

Однако, с учетом вышеприведенных доказательств, в том числе – постановления следователя, вынесенного по итогам рассмотрения материала КУСП по заявлению истца о совершенном в отношении нее преступлении, следует отсутствие законодательно предусмотренной обязанности ответчика по выплате истцу процентов в столь значительном объеме.

При этом, с учетом позиции истца, высказанной в судебном заседании в данной части, следует, что истец знала об отсутствии обязательства, однако, тем не менее, предоставила денежные средства ответчику.

В противном же случае, из платежных документов, а также представленной переписки следует, что

Истец перевела в пользу ответчика ДД.ММ.ГГГГ –50 000 руб., ДД.ММ.ГГГГ – 50 000 руб., итого – 100 000 руб.

Ответчиком в пользу истца было переведено:

- ДД.ММ.ГГГГ – 5 000 руб.;

- ДД.ММ.ГГГГ – 10 000 руб.;

- ДД.ММ.ГГГГ – 50 000 руб.;

- ДД.ММ.ГГГГ – 2 000 руб.;

- ДД.ММ.ГГГГ – 1 000 руб.;

- ДД.ММ.ГГГГ – 36 500 руб.;

- ДД.ММ.ГГГГ – 10 000 руб.,

итого – 116 500 руб.

В соответствии с ч.2 ст.1107 ГК РФ на сумму неосновательного денежного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими средствами (ст.395 ГК РФ) с того времени, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств.

Претензия в адрес ответчика истцом была направлена, как это следует из платежного документа, ДД.ММ.ГГГГ (л.д.64).

Таким образом, на дату направления претензии денежные средства в размере 100 000 руб. уже были возвращены ответчиком истцу.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199, 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

в удовлетворении исковых требований ФИО3 к ФИО2 о взыскании неосновательного обогащения – отказать.

Решение может быть обжаловано в Судебную коллегию по гражданским делам Челябинского областного суда в месячный срок со дня составления судом решения в окончательной форме.

Председательствующий <данные изъяты>

<данные изъяты>