РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

14 июня 2022 года город Кузнецк

Кузнецкий районный суд Пензенской области в составе:

председательствующего судьи Зинченко Н.К.,

при секретаре Зубовой А.З.,

с участием ответчика ФИО2, представителя ответчика ФИО3,

Рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Кузнецке Пензенской области гражданское дело УИД № 58RS0017-01-2022-001895-16 по иску Министерства здравоохранения Пензенской области к ФИО2 о взыскании затрат на обучение,

УСТАНОВИЛ:

Министерство здравоохранения Пензенской области обратилось с иском к ФИО2 о взыскании затрат на обучение.

В обоснование исковых требований истец указал, что 27 марта 2015 года между Министерством здравоохранения Пензенской области и ФИО2 был заключен договор о целевом обучении за счет средств бюджета Пензенской области № 179.

В соответствии с пунктом 1 раздела I ответчик принимал на себя обязательства по освоению образовательной программы по специальности «Лечебное дело» реализуемую в ФГБОУ ВПО «Пензенский государственный университет», успешно пройти государственную итоговую аттестацию по указанной образовательной программе и заключить трудовой договор с организацией, указанной в подпункте 3.6.1 пункта 3 договора (предварительно ГБУЗ «ГКБСПМ им. Г.А. Захарьина, на сегодняшний день – ГБУЗ «Клиническая больница № 6 им. Г.А. Захарьина»). Министерство принимало на себя обязательства предоставить ответчику меры социальной поддержки и организовать прохождение практики в соответствии с учебным планом.

В соответствии с п. 5.5 раздела II ответчик принял на себя обязательства заключить с организацией указанной в подпункте 3.6.1 пункта 3 договора, трудовой договор (контракт) не позднее, чем через 1 месяц со дня получения соответствующего документа об образовании и о квалификации.

В соответствии с письмом ректора ПГУ от 18 августа 2021 года № 113-424 ответчик приказом № от 6 июля 2021 года был отчислен из ПГУ в связи с окончанием обучения. Диплом ответчиком получен 8 июля 2021 года, однако обязательство по трудоустройству ответчиком исполнено не было.

В соответствии с пунктом 5.6 раздела II договора ответчик обязан возместить истцу в течение 1 месяца расходы, связанные с предоставлением ему мер социальной поддержки, а также выплатить штраф в двукратном размере расходов, связанных с предоставлением ему мер социальной поддержки, и средств, затраченных на обучение, в случае неисполнения обязательств по трудоустройству, предусмотренных договором.

В адрес ответчика была направлена претензия от 21 октября 2021 года № 431 с требованием возместить Министерству в течение 10 дней с момента получения претензии указанные расходы на обучение. Однако ответчик ФИО2 не возместила денежные средства и не оплатила штраф до настоящего времени.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, истец просил взыскать с ФИО2 денежные средства в общей сумме 661860 руб., из которых средства затраченные на обучение в размере 514500 руб., штраф в двукратном размере расходов, связанных с предоставлением мер социальной поддержки в размере 98240 руб.

Представитель истца – Министерства здравоохранения Пензенской области ФИО4, действующий на основании доверенности, в судебное заседание не явился, извещен, представлено ходатайство о рассмотрении гражданского дела в отсутствие представителя Министерства, в котором исковые требования просил удовлетворить в полном объеме.

Кроме того, стороной истца представлены дополнительные пояснения в ответ на запросы суда, из которых следует, что Министерство здравоохранения Пензенской области с ФИО2 заключало два договора: договор о целевом обучении и договор о целевом обучении за счет средств бюджета Пензенской области.

В соответствии с договором о целевом обучении ответчик поступала на целевое обучение в ФГБОУ ВПО «Пензенский государственный университет» за счет бюджетных ассигнований федерального бюджета Российской Федерации, на целевое обучение за счет бюджетных ассигнований бюджета Пензенской области – в соответствии с договором о целевом обучении за счет средств бюджета Пензенской области.

На обучение за счет средств федерального бюджета ответчик зачислена не была, так как ФИО2 не прошла конкурс, но была зачислена на бюджетное место обучения за счет бюджетных ассигнований бюджета Пензенской области, обучение на котором оплачивало Министерство, что подтверждается справкой ФГБОУ ВПО «Пензенский государственный университет».

Договор о целевом обучении в рамках квот федерального бюджета, заключенный между Министерством и ФИО2 не вступил в законную силу, так как ФИО2 не была зачислена в ВУЗ на выделенные места по квоте. Договор от 27 марта 2015 года № 179 досрочно прекращен в соответствии с п. 9.1 раздела 4 договора.

Согласие на заключение договора о целевом обучении законного представителя ФИО2 было представлено при заключении договора с Министерством и является действующим (отозвано не было).

Ответчик ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признала, суду пояснила, что 27 марта 2015 года она заключила договор с Министерством здравоохранения Пензенской области о целевом обучении, с согласия законного представителя ФИО5 На момент заключения договора ей было <данные изъяты> лет. В договоре было указано, что в случае если она не исполняет условие о трудоустройстве по окончанию обучения, то выплачивает истцу получаемые во время обучения меры социальной поддержки – 500 руб. ежемесячно, но в 2-3 кратном размере со штрафом. О выплате средств, которые были потрачены на ее обучение, в договоре речи не шло.

Ей выдали два бланка, которые она заполнила и оставила в Министерстве. В октябре 2015 года она забрала один экземпляр договора, о чем написала расписку. При прохождении обучения ей выплачивалась стипендия один раз в три месяца в сумме 1500 рублей.

Обучение она закончила в 2021 году, условия договора по трудоустройству не исполнила ввиду стечения личных обстоятельств и состояния здоровья. С августа 2021 года трудоустроилась в г. Москве по специальности.

Представитель ответчика ФИО2 – ФИО3, допущенная к участию в деле на основании ч. 6 ст. 53 ГПК РФ, исковые требования не признала, суду пояснила, что в представленных сторонами договорах о целевом обучении условиях отличаются, в связи с чем невозможно определить действительную волю сторон. Полагает, что в таком случае подлежит применению ст. 431 ГК РФ и п. 45 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 49 от 25.12.2018г. «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса РФ о заключении и толковании договора» и дать толкование представленным договорам в пользу ответчика.

Истец ссылается на подписание сторонами двух договоров, тогда как согласие законного представителя (матери ответчика) на заключение договора имеется только одно. В согласии не указано, что ФИО5 согласна на заключение договора о целевом обучении за счет средств бюджета Пензенской области, другое согласие истцом суду не представлено. На 27 марта 2015 года ответчик являлась несовершеннолетней, поэтому согласие законного представителя при заключении договора обязательно. В связи с тем, что согласия законного представителя несовершеннолетней на заключение договора на целевое обучение за счет средств федерального бюджета Пензенской области не имеется, договор, представленный истцом, является незаконным.

С доводами истца о том, что договор о целевом обучении от 27 марта 2015 года № 179 досрочно прекращен в соответствии с п. 9.1 раздел 4 договора, не согласна. Согласно п. 9.1 основанием для досрочного прекращения договора по указанному пункту является отказ организации, осуществляющей образовательную деятельность в приеме гражданина на целевое место, в том числе в случае, если гражданин не прошел по конкурсу, проводимому в рамках квоты приема организацией, осуществляющей образовательную деятельность. Ответчик была принята образовательным учреждением на целевое место, доказательств, что она не прошла по конкурсу, истцом не представлено.

В соответствии с постановлением Правительства РФ от 27 ноября 2013 года № 1076 (действовавшего на момент заключения договора) были утверждены правила заключения и расторжения договоров о целевом обучении.

Согласно п. 12 указанных правил, несовершеннолетние граждане заключают договор о целевом обучении с письменного согласия родителей (законных представителей).

Обязанность оплаты общей стоимости обучения возникает, когда эти правила были установлены согласно новому законодательству, с 2019 года. В связи с этим считает, что условие о возмещении средств затраченных на обучение включено в договор о целевом обучении за счет средств бюджета Пензенской области от 27 марта 2015 года незаконно.

Кроме того истцом неверно произведен расчет суммы иска, исходя из размера мер социальной поддержки – 500 руб. ежемесячно, полагает, что сумма требования должна составлять 36000 руб.

Считает, что условие договора, предусматривающее выплату штрафа в двукратном размере расходов, связанных с предоставлением мер социальной поддержки противоречит Трудовому Кодексу РФ. Штраф является одним из способов обеспечения исполнения гражданско-правовых обязанностей и правила его взыскания регулируются главой 23 ГК РФ, что недопустимо в силу ст. ст. 2 и 5 ТК РФ. Просила исковые требования оставить без удовлетворения.

Свидетель ФИО1, опрошенная в судебном заседании, суду пояснила, что ответчик ФИО2 является ее дочерью. Весной 2015 года они поехали на день открытых дверей в медицинский институт г. Пензы, где им сказали, что имеется возможность заключения договора о целевом обучении за счет средств федерального бюджета, с последующим трудоустройством. В марте 2015 года с ее письменного согласия, как законного представителя, дочь заключила с Министерством здравоохранения Пензенской области договор о целевом обучении за счет федерального бюджета. В 2015 году дочь окончила общеобразовательную школу и поступила в ПГУ на факультет «Лечебное дело». О том, что ее дочь учится за счет средств бюджета Пензенской области она не знала, согласие на заключение договора о целевом обучении давала только за счет средств федерального бюджета.

Суд, выслушав ответчика и ее представителя, свидетеля, исследовав материалы гражданского дела, приходит к следующему.

В соответствии со статьей309 ГК РФобязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

В силу ст.198 ТК РФ, работодатель - юридическое лицо (организация) имеет право заключать с лицом, ищущим работу, или с работником данной организацииученическийдоговор на получение образования без отрыва или с отрывом от работы.

Ученический договор с работником данной организации является дополнительным к трудовому договору.

Обязательные требования к содержанию ученического договора закреплены в статье 199 Трудового кодекса Российской Федерации.

Ученический договор заключается на срок, необходимый для получения данной квалификации. Ученический договор заключается в письменной форме в двух экземплярах (статья 200 Трудового кодекса Российской Федерации).

Последствия невыполнения обучающимся обязательства после окончания ученичества приступить к работе по вновь полученной профессии, специальности или квалификации и отработать у данного работодателя в течение срока, установленного ученическим договором, определены в статье 207 Трудового кодекса Российской Федерации.

Таким образом, Трудовым кодексом Российской Федерации предусмотрена возможность заключения ученического договора, являющегося одним из видов договоров об обучении работника за счет средств работодателя (глава 32 Трудового кодекса Российской Федерации).

Судом установлено, что между Министерством здравоохранения Пензенской области и ФИО2 был заключен договор о целевом обучении за счет средств бюджета Пензенской области № 179 от 27 марта 2015 года.

По условиям заключенного договора о целевом обучении за счет средств бюджета Пензенской области ФИО2 обязуется освоить основную образовательную программу по специальности 31.05.03 «Лечебное дело» в Медицинском институте ФГБОУ ВПО «Пензенский государственный университет», успешно пройти государственную итоговую аттестацию по указанной образовательной программе и заключить трудовой договор с организацией, указанной в подпункте 3.6.1 пункта 3 договора (предварительно ГБУЗ «ГКБСПМ им. Г.А. Захарьина).

В соответствии с пунктом 3 указанного договора Министерство здравоохранения Пензенской области в свою очередь обязалось обеспечить в соответствии с полученной квалификацией трудоустройство ФИО2 в ГБУЗ «ГКБСПМ им. Г.А. Захарьина» (предварительно).

Положениями п. 3.4 договора закреплена обязанность предоставить обучающемуся в период его обучения в качестве меры социальной поддержки: дополнительную стипендию с 1 по 6 курс в размере 500 руб. ежемесячно.

Положениями пункта 5.6 договора закреплено, что гражданин обязан возместить Министерству в течение одного месяца расходы, связанные с предоставлением ему мер социальной поддержки, а также выплатить штраф в двукратном размере расходов, связанных с предоставлением ему мер социальной поддержки, и средств, затраченных на обучение, в случае неисполнения обязательств по трудоустройству, предусмотренных договором.

Законный представитель ФИО2 – ФИО5 27 марта 2015 года написала расписку о согласии на заключение договора о целевом обучении между ее дочерью ФИО2 и Министерством здравоохранения Пензенской области, копия указанной расписки имеется в материалах дела.

При этом доводы стороны ответчика о том, что согласие на заключение договора о целевом обучении за счет бюджета Пензенской области ФИО5, как законный представитель ФИО2, не давала, судом отклоняются.

Из буквального толкования расписки ФИО5 от 27 марта 2015 года она дала согласие на заключение ее несовершеннолетней дочерью договора о целевом обучении с Министерством здравоохранения Пензенской области без указания какого либо уровня бюджета бюджетной системы Российской Федерации, за счет которого будет осуществлено обучение ФИО2

В материалах дела имеется заявление ФИО2 от 27 марта 2015 года на имя министра здравоохранения Пензенской области с просьбой заключить с ней договор о целевом обучении, с указанием об обязательстве после окончания учебного заведения прибыть на работу в учреждение здравоохранения Пензенской области и заключить трудовой договор на срок не менее 5 лет.

Согласно письму от 18 августа 2021 года № 113-424 ректора ФГБОУ ВПО «Пензенский государственный университет», ответчик ФИО2 окончилаобучениепо договору целевой подготовке сМинистерством здравоохраненияПензенскойобласти и приказом № от 6 июля 2021 года была отчислен из ПГУ.

Судом установлено, что ответчик ФИО2 не выполнила обязательства, указанные в договоре о целевом обучении от 27 марта 2015 года, по окончании обучения не трудоустроилась в учреждение здравоохранения Пензенской области в соответствии с полученной квалификацией и соответственно не обработала предусмотренный договором срок (не менее пяти лет), в Министерство здравоохранения Пензенской области с указанным вопросом не обращалась.

Доказательств неисполнения ответчиком обязательств по договору ввиду виновных действий истца, отказа лечебного учреждения в приеме ответчика на работу по полученной специальности, стороной ответчика не представлено.

Заключенный между сторонами договор о целевом обучении содержит основания для освобождения гражданина от исполнения обязательств по трудоустройству, перечень таких оснований, содержащийся в п. 7 договора, не предполагает их расширенного толкования. Однако доказательств наличия у ФИО2 на момент окончания обучения какого-либо основания, предусмотренного договором, для ее освобождения от исполнения обязательств по трудоустройству, оговоренных договором в соответствии с п. 7, суду не представлено.

Данные обстоятельства подтверждены, в том числе, пояснениями ФИО2, данными ею в ходе судебного разбирательства.

В силу ст. 205 ТК РФ нормы трудового законодательства распространяются и на учеников.

В статье 381 ТК РФ дано понятие индивидуального трудового спора как неурегулированных разногласий между работодателем и работником по вопросам применения трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, коллективного договора, соглашения, локального нормативного акта, трудового договора.

Истец Министерство здравоохранения Пензенской области направил в адрес ответчика ФИО2 требование № 431 от 21 октября 2021 года об оплате расходов, связанных с ее обучением, а также предоставлением ей мер социальной поддержки. Факт направления указанного требования подтверждается списком почтовых отправлений № 67 от 25 октября 2021 года. Указанное требование осталось неисполненным ответчиком.

Поскольку после окончания обучения ответчик ФИО2 в соответствии с обязательствами по договору о целевом обучении не трудоустроилась, истец обратился с настоящим иском в суд за компенсацией затраченных бюджетных средств на ее обучение.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации взыскание с работника затрат, понесенных работодателем на его обучение, основывающееся на добровольном и согласованном волеизъявлении работника и работодателя, допускается только в соответствии с общими правилами возмещения ущерба и при условии отсутствия противоречий заключенного договора требованиям действующего трудового законодательства в сфере гарантии трудовых прав работников на повышение квалификации за счет средств работодателя (Определения от 15 июля 2010 года № 1005-О-О, от 24 марта 2015 года № 498-О).

Такое правовое регулирование направлено на обеспечение баланса прав и интересов работника и работодателя, способствует повышению профессионального уровня данного работника и приобретению им дополнительных преимуществ на рынке труда, а также имеет целью компенсировать работодателю затраты по обучению работника, досрочно прекратившего трудовые отношения с данным работодателем без уважительных причин.

Системное толкование норм трудового права позволяет сделать вывод о том, что потраченные на обучение работника, равно как и лица, ищущего работу, денежные средства, представляют собой прямой действительный ущерб, причиненный работником работодателю, поскольку в этом случае имеет место уменьшение денежных средств работодателя, потраченных на обучение работника.

В силу ст.207 ТК РФв случае, еслиученикпо окончанииученичествабез уважительных причин не выполняет свои обязательства по договору, в том числе не приступает к работе, он потребованиюработодателя возвращает ему полученную за времяученичествастипендию, а также возмещает другие понесенные работодателем расходы в связи сученичеством.

Из материалов дела следует, что истец Министерство здравоохранения Пензенской области свои обязательства по договору исполнило, выплачивая ответчику ежемесячно меры социальной поддержки с сентября 2015 года по 1 июня 2021 года в соответствии с п. 3.4 договора о целевом обучении за счет средств бюджета Пензенской области № 179 от 27 марта 2015 года, выплатив за указанный период денежные средства в общей сумме 35000 руб.

Согласно справке ФГБОУ ВПО «Пензенский государственный университет» от 7 декабря 2021 года № 03-160, Министерством здравоохранения Пензенской области была произведена оплата за весь период обучения ФИО2 в сумме 514500 руб.

Данные обстоятельства подтверждаются платежными поручениями о перечислении денежных средств в ФГБОУ ВПО «Пензенский государственный университет».

Указанное свидетельствует об исполнении истцом в полном объеме обязательств в рамках договора о целевом обучении за счет бюджета Пензенской области № 179 от 27 марта 2015 года.

Ответчик ФИО2 в одностороннем порядке отказалась от исполнения обязательств по трудоустройству, следовательно, должна возместить затраченные на ее обучение денежные средства бюджета Пензенской области в сумме 514500 руб., а также денежные средства, предоставленные ей в качестве меры социальной поддержки в сумме 35000 руб.

Доводы стороны ответчика ФИО2 о том, что представленный Министерством здравоохранения Пензенской области экземпляр договора о целевом обучении за счет средств бюджета Пензенской области № 179 от 27 марта 2015 года содержит в себе незаконное условие о возмещении средств затраченных на ее обучение и противоречит положениям законодательства, действующего на момент заключения, основаны на неверном толковании норм материального права, подлежат отклонению.

Согласно ст. 200 ТК РФ ученическийдоговор заключается в письменной форме.

Согласно ст.421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422).

В соответствии со ст.422 ГК РФ договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

Если после заключения договора принят закон, устанавливающий обязательные для сторон правила иные, чем те, которые действовали при заключении договора, условия заключенного договора сохраняют силу, кроме случаев, когда в законе установлено, что его действие распространяется на отношения, возникшие из ранее заключенных договоров.

Вместе с тем, отсутствие в положениях Федерального закона «Об образовании в РФ» от 29 декабря 2012 года №273-Ф3 и постановления Правительства от 27 ноября 2013 года № 1076 «О порядке заключения о расторжения договора о целевом приеме и целевом обучении», действующих на момент подписания договора между сторонами, условий об обязанности возмещения затрат на обучение, не является основанием для освобождения ФИО2 от ответственности, предусмотренной пунктом 5.6 договора о целевом обучении за счет средств бюджета Пензенской области № 179 от 27 марта 2015 года.

Положения ст. 207 ТК РФ, предусматривающие обязательства по возврату денежных средств, затраченных на обучение, являются действующими с 30 декабря 2001 года.

Частью 5 ст. 5 ТК РФ установлено, что при противоречии норм вновь принятого федерального закона нормам ТК РФ такой федеральный закон может применяться лишь при условии внесения в Трудовой кодекс РФ соответствующих изменений.

Суд не усматривает оснований для иного толкования условий договора, о котором заявлено стороной ответчика.

Ответчиком ФИО2 представлен имеющийся у нее договор о целевом обучении № 179 от 27 марта 2015 года, из положений п. 8 которого следует, что настоящий договор вступает в силу с момента издания приказа о зачислении гражданина в образовательную организацию на 1 курс и действует до заключения трудового договора (контракта). Основаниями для досрочного прекращения настоящего договора являются отказ организации, осуществляющей образовательную деятельность, в приеме гражданина на целевое место, в том числе, в случае, если гражданин не прошел по конкурсу, проводимому в рамках квоты целевого приема организацией, осуществляющей образовательную деятельность (подп. 9.1 договора).

Из представленных суду приказов ФГБОУ ВПО «ПГУ» №, № от 30 июля 2015 года следует, что ответчик ФИО2 была зачислена с 1 сентября 2015 года на место в камках цифр приема граждан на обучение за счет бюджетных ассигнований бюджета Пензенской области на Лечебный факультет Медицинского института для освоения специализации «31.05.01 Лечебное дело». В списках студентов, зачисленных на обучение в рамках контрольных цифр приема граждан на обучение за счет бюджетных ассигнований федерального бюджета Российской Федерации ответчик не значится.

Таким образом, по результатам ЕГЭ ответчик ФИО2 была зачислена в число студентов на обучение за счет регионального бюджета и обучалась на основании договора о целевом обучении за счет бюджета Пензенской области № 179 от 27 марта 2015 года, которым предусмотрена ее обязанность по возмещению денежных средств, затраченных на ее обучение и расходов, связанных с предоставлением мер социальной поддержки.

Соответственно, договор о целевом обучении прекратил свое действие в соответствии с положениями п. 9.1 договора ввиду отказа образовательной организации в зачислении ответчика по конкурсу в рамках федеральной квоты на обучение.

Доводы стороны ответчика об отсутствии намерения заключать договор о целевом обучении за счет средств бюджета Пензенской области, правового значения для разрешения настоящего спора не имеют, поскольку ответчик окончила обучение, получила диплом об образовании, за время учебы договор не оспаривала. При этом доводы стороны ответчика о том, что она не знала о том, что обучается за счет средств бюджета Пензенской области и в случае неисполнения обязательств по договору на нее будет возложена обязанность по возмещению затрат на обучение, суд считает направленными на избежание гражданско-правовой ответственности за односторонний отказ от исполнения обязательств по договору. На экземпляре договора о целевом обучении за счет средств бюджета Пензенской области имеется подпись ФИО2, а также указание, что она получила экземпляр этого договора 5 октября 2015 года. Доказательств того, что договор подписан не ею, а иным лицом либо доказательств обращения к истцу или в суд требованием о признании договора недействительным, расторжении договора, суду не представлено.

Таким образом, суд приходит к выводу, что представленный стороной ответчика договор о целевом обучении не свидетельствует о необходимости толковать договор, представленный стороной истца в соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 45 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 49 от 25.12.2018г. «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса РФ о заключении и толковании договора», поскольку указанный договор прекратил свое действие ввиду незачисления ответчика на обучение за счет средств федерального бюджета.

Истцом заявлены требования о взыскании с ответчика мер социальной поддержки в сумме 49120 руб., которая складывается из дополнительной стипендии за весь период обучения в сумме 35000 руб. и академической стипендии в сумме 14120 руб.

Согласно п. 3.1. договора о целевом обучении за счет средств бюджета Пензенской области Министерство обязалось после прохождения промежуточных аттестаций ежемесячно осуществлять выплату ответчику стипендии в размере государственной академической стипендии при отсутствии у нее по итогам промежуточных аттестаций оценки «удовлетворительно» и/или отсутствия академической задолженности.

Согласно п. 3.4 Министерство обязалось предоставлять ответчику в период ее обучения в качестве меры социальной поддержки дополнительную стипендию с 1 по 6 курс в размере 500 руб. ежемесячно.

Пунктом 5.6 договора на ответчика возложена обязанность по возмещению Министерству в течение 1 месяца расходов, связанных с предоставлением мер социальной поддержки, выплатить штраф в двукратном размере и возместить средства, затраченные на обучение в случае неисполнения обязательства по трудоустройству.

При этом указанный пункт требований о возврате академической стипендии не содержит.

Отказывая в части взыскания с ответчика выплаченной академической стипендии в сумме 14 120 руб., суд исходит из того, что согласно положениям статьи 36 Федерального закона от 29 декабря 2012 года № 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации» студентам, обучающимся по очной форме обучения за счет бюджетных ассигнований федерального бюджета, назначается государственная академическая стипендия и (или) государственная социальная стипендия в порядке, установленном федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере высшего образования.

Таким образом, учитывая правовой характер самой стипендии как выплаты, связанной исключительно с результатами успеваемости самого студента, а также то обстоятельство, что указная стипендия не отнесена к мерам социальной по договору № 179 от 27 марта 2015 года, суд приходит к выводу об отказе в требовании Министерства здравоохранения Пензенской области о взыскании выплаченной ответчику академической стипендии в размере 14120 руб.

Также, учитывая, что возникшие между сторонами возникли правоотношения, возникающие из ученического договора, которые законодательством отнесены к трудовым правоотношениям и то обстоятельство, что трудовым законодательством не предусмотрено взыскание с лица, ищущего работу у данного работодателя, штрафа в каком-либо размере в случае не поступления на работу после окончания обучения за счет такого работодателя, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении требований истца о взыскании с ответчика штрафа в соответствии с п. 5.6. договора.

Нормы главы 32 «Ученический договор», главы 39 «Материальная ответственность работника» Трудового кодекса РФ не содержат положений о взыскании с лица, ищущего работу, указанного штрафа.

В связи с чем, по мнению суда, включение в договор о целевом обучении за счет средств бюджета Пензенской области № 179 от 27 марта 2015 года условия об уплате штрафа в двукратном размере расходов, связанных с предоставлением мер социальной поддержки, противоречит требованиям Трудового кодекса Российской Федерации, направлено на неосновательное обогащение истца.

Таким образом, требования истца Министерства здравоохранения Пензенской области о взыскании с ответчика ФИО2 штрафа в двукратном размере расходов, связанных с предоставлением мер социальной поддержки, в размере 98240 руб., не подлежат удовлетворению.

При таких обстоятельствах, требования Министерства здравоохранения Пензенской области о взыскании с ответчика мер социальной поддержки подлежат удовлетворению частично, с взысканием в пользу истца с ответчика ФИО2 денежных средств, затраченных на обучение в размере 514500 руб., а также выплаченных в качестве меры социальной поддержки в размере 35000 руб.

На основании ст. ст. 98, 103 ГПК РФ, учитывая, что в силу подп. 19 п. 1 ст. 333.36 НК РФ истец освобожден от уплаты государственной пошлины при подаче иска, суд считает необходимым, исходя из суммы удовлетворенных требований, взыскать с ответчика государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 8695 руб.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования Министерства здравоохранения Пензенской области удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу Министерства здравоохранения Пензенской области средства, затраченные на обучение в размере 514500 (пятьсот четырнадцать тысяч пятьсот) руб., денежные средства, выплаченные в качестве меры социальной поддержки в размере 35000 (тридцать пять тысяч) руб.

В остальной части в удовлетворении исковых требований Министерства здравоохранения Пензенской области – отказать.

Взыскать с ФИО2 в доход местного бюджета 8695 (восемь тысяч шестьсот девяносто пять) руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пензенский областной суд через Кузнецкий районный суд Пензенской области в течение одного месяца со дня его изготовления в окончательной форме.

Судья: