Дело №

УИД 61RS0003-01-2024-005345-65

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

5 июня 2025 года г. Ростов-на-Дону

Кировский районный суд г. Ростова-на-Дону в составе:

председательствующего судьи Строителевой О.Ю.,

при помощнике судьи Акопян А.В.,

с участием помощника прокурора Панчишкиной А.О.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 ФИО13 и ФИО3 ФИО15 к ООО «Стоматология ФИО4», ФИО4 ФИО14, возврате уплаченных денежных средств, неустойки, штрафа, взыскании компенсации морального вреда, причиненного некачественной медицинской помощью,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 ФИО17 и ФИО3 ФИО16 (далее также истцы) обратились в суд с исковым заявлением к ООО «Стоматология ФИО4» (далее также юридическое лицо, клиника) и ФИО4 ФИО18 (далее также ответчики) о защите прав потребителя, возврате уплаченных денежных средств, неустойки, штрафа, взыскании компенсации морального вреда, причиненного некачественной медицинской помощью

В обоснование своих требований истцы указали, истцы являются супругами, проживают совестно, сообща принимая решения об использовании семейного бюджета. Между ФИО3 ФИО19. и ООО «Клиника ФИО4» 30.08.2023, заключен договор на оказание платных стоматологических услуг, которые подлежали оказанию ФИО3 ФИО20 - супруге ФИО3 ФИО21

30.08.2023 в клинику, расположенную на <адрес> в <адрес> для подписания договора явились оба истца, однако, генеральный директор клиники предложил подписать договор именно ФИО3 ФИО22 что позволяет стороне истца провести правовою квалификацию сложившихся правоотношений с учетом предполагаемых мотивов ответчиков.

Так, в указанную дату ФИО3 ФИО23. подписал договор об оказании медицинских услуг стоматологического профиля и внес 30.08.2023 – 30 000 руб., в последующем, перевел в пользу юридического лица 12.09.2023 – 210 000 руб., и впоследствии – 420 000 руб.

Таким образом, 660 000 руб. в пользу юридического лица и в счет исполнения обязанности по оплате оказанных медицинских услуг по заключенному договору ФИО3 ФИО24. оплатил по выставленным ему счетам.

При этом, заключению указанного договора предшествовали осмотр, консультирование ФИО4 ФИО26. истца ФИО3 ФИО25. с устным описанием достигаемого результата как последствий медицинского вмешательства и само медицинское вмешательство в виде удаления всех зубов и установки имплантатов. Из сведений, предоставляемых ответчиком при двух консультациях и до подписания договора следовало, что именно им, как наиболее опытным специалистом, будут проведены действия по удалению всех оставшихся у ФИО3 ФИО27 12 зубов, на место которых, после периода заживления и «подсадки» костной ткани, подлежали установке имплантаты импортного производства (Израиль), и далее, после сращивания штифтов (искусственных корней) имплантатов с костной массой обоих челюстей, в ротовой полости истца подлежали установке мостовые конструкции, креплениями которых и должны были являться прижившиеся имплантаты.

С учетом ожидаемого истцами результата, после проведения стоматологического вмешательства и длительной реабилитации, ФИО3 ФИО28. ожидала установку на нижнюю и верхнюю челюсти мостов с опорой на имплантаты, понимая, что это несъемный зубной протез, который заменит ей утраченные (в том числе, удаленные для этого) зубы, тем самым надежно и надолго восстановив функциональность отсутствующих у ФИО3 ФИО29. зубных единиц и эстетику улыбки.

Консультируя ФИО2 ответчик ФИО1 убеждал ее, что в ее случае, когда у нее имеется сильный и непрекращающийся рвотный рефлекс, когда ей противопоказаны любые стоматологические конструкции, захватывающие для своего крепления часть неба, только мостовидный протез на имплантатах корректнее распределит давление и замедлит убыль челюстной кости под навесной коронкой.

Ответчик ФИО1 сообщал истцу ФИО2, что такая конструкция требует удаления нездоровых родных опорных зубов, т.е. в случае истца, всех зубов, оставшихся к дате начала лечения в клинике, на что истец дал согласие, что и образовало последовательность медицинского вмешательства в виде: консультация (28.07.2023), в рамках консультаций была осмотрена полость рта, проведены рентгенологическое обследование и опенка состояния костной ткани в области нижней и верхней челюсти, в устном режиме составлен общий план лечения и определена стоимость работ в примерном размере, до ответчиков были доведены ожидания истца ФИО2; санации ротовой полости - удалены все зубы (05.08.2023), как не подлежащие лечению и использованию в качестве опорных; в части необходимости костной пластики, ответчик (2) указал на возможность проведения костной пластики и синус-лифтинга при дефиците кости, последнее следовало к определению по результатам дальнейшего обследования. По итогу костная пластика не проводилась; установлены имплантаты (05.08.2023) и заглушки для защиты внутренней резьбы имплантата на период остеоинтеграции. Все приведенные стороной истца этапы условны и объединены в группы по признаку объема, характера хирургического вмешательства и одномоментности такого вмешательства.

ДД.ММ.ГГГГ период остеоинтеграции был завершен, заглушки были сняты, но вместо соблюдения выбранного метода протезирования, когда подлежали установке на верхней и нижней челюсти мосты с опорой на имплантаты, истцу были установлены протезы, с опорой на деснах, представленным искусственными зубами, прикрепленными к базису, имитирующему десну, и фиксирующимся цементом. Установка такого протеза сопровождалась позицией ответчика ФИО1 о невозможности установить мосты с опорой на импланты без внятной мотивации.

На возражение истца ФИО3 ФИО30 о наличии у нее рвотного рефлекса и нарушение условий о результате, ФИО4 ФИО31. сообщил ей о необходимости выработать привычку в использовании таких протезов и ухода за ними, и что в ее случае, выбранный при заключении договора метод протезирования не реализуем в виду отсутствия в клинике специалиста с соответствующим опытом и навыками; вопросы истца ФИО3 ФИО32 о необходимости удаления 12 имевшихся зубов и установки 12 имплантов, если для установки условно-съемного протеза на обоих челюстях указанные манипуляции не были показаны, остались без ответа со стороны как клиники, так и непосредственного ответчика ФИО4 ФИО33

В связи со сложившейся неопределенностью и отсутствии выбора, истец ФИО3 ФИО34 пыталась привыкнуть к установленным протезам: ей было неудобно разговаривать, появились речевые дефекты, каждый прием пищи вызывал существенные трудности, поскольку принятие твердой пищи усиливал непроходящий рвотный рефлекс, что привело к тому, что за несколько дней, с момента установки протезов и их снятия, истец фактически могла пить только воду или употреблять жидкую пищу. Попытки минимизировать болевые ощущения в виде деления еды на маленькие порции оказались безрезультатны.

Все перечисленное, а также хроническое несмыкание челюстей в виду наличия сантиметровой разницы в размере нижней и верхней челюсти при их сжимании, а самое главное, бесконечные позывы к рвоте, послужили поводом для итоговой явки ФИО3 ФИО35 к ответчикам с требованиями о снятии неподходящей стоматологической конструкции и возврате уплаченных денежных средств в полном объеме.

Заявляя в клинике свое требование, истцы исходили из того, что за период с августа 2023 года до марта 2024 года согласованный с ответчиками результат болезненных и длительных стоматологических вмешательств достигнут не был, и по мнению стороны истца, из-за дефектов стоматологической помощи как на стадии проведения предварительных действий в виде планирования характера и содержания медицинского вмешательства, так и на стадии оказания ФИО3 ФИО38 фактических стоматологических услуг.

Также ФИО3 ФИО36 отмечает, что не достигнут не только физиологический результат в виде восстановления жевательной функции, но после установления имплантов у ФИО3 ФИО37. на протяжении полугода сохраняется отек в верхней части лица в районе верхней челюсти с обеих сторон лица и онемение нижней части лица, лишена чувствительности в области подбородка и нижней губы. Учитывая, что с момента установки имплантов прошло более восьми месяцев потеря чувствительности и сохранение отечности не могут оцениваться нормальными последствиями хирургического вмешательства.

Подтверждение доводов ФИО3 ФИО39 о допущенных медицинских ошибках в отношении нее при планировании протезирования и фактических действий по достижению пели заключенного договора на оказание платных стоматологических услуг является заключение с ней юридическим лицом соглашения о возврате денежных средств в размере 420 000 руб., датированного 24.04.2024.

Так, по условиям соглашения, ФИО3 ФИО40 отказывается от претензии материально-репутационного характера и добровольно купирует правовую возможность по обращению в судебный орган с требованиями о взыскании морального и имущественного вреда, а также с требованиями о применении к юридическому лицу мер гражданско - правовой ответственности в виде неустойки и штрафа, предусмотренных законодательством в сфере защиты прав потребителя. Подписывая соглашение и получая денежные средства только в сумме 420 000 руб., ФИО3 ФИО44 была убеждена ФИО4 ФИО41 что установленные им имплантаты в последствии могут быть использованы для установки подходящей истцу по медицинским показаниями стоматологической конструкции, однако, на консультации в других стоматологических клиниках ФИО3 ФИО42 было неоднократно и в разной степени доходчивости указано, что установленные импланты имеют дефекты установки, несовместимые с их сохранением в полости рта, и что для установки мостов опорами установленные ФИО4 ФИО45. импланты быть не могут, что свидетельствует о невозможности считать заключенное соглашение правовым событием как препятствующее стороне истца заявить о возмещении причиненного вреда здоровью в полном объеме с учетом наличествующих последствий для здоровья ФИО3 ФИО43 в виде разрушения костной ткани искусственными корнями, необходимости их удаления и длительного периода заживления костной ткани до состояния благоприятного для вживления имплантов заново.

Из материалов дела однозначно следует заключение одного договора в письменной форме, подписанного истцом ФИО3 ФИО46. с ответчиком - клиникой, при этом буквальное толкование условий договора свидетельствует о договорных отношениях, возникших между гражданином и медицинской организацией для целей оказания стоматологических услуг непосредственно гражданину, указанному в договоре в статусе «заказчик».

Заказчиком по тексту договора и лицом, исполнившим обязанности по оплате предполагаемых к оказанию стоматологических услуг, является истец ФИО3 ФИО47.

В то же время, из фактических правоотношений сторон, которые даже в части не могут быть подтверждены письменными условиями договора, следует признание фактическим заказчиком и фактическим потребителем стоматологических услуг непосредственно ФИО3 ФИО52 что обязывает установить как характер правоотношений, возникших между истцом ФИО3 ФИО48 и юридическим лицом, между ФИО3 ФИО51 и ФИО4 ФИО50 между ФИО3 ФИО49. и юридическим лицом, так и меру гражданско - правовой ответственности субъектов оказания медицинской услуги.

Как указывалось выше, мировое соглашение ФИО3 ФИО53 не подписывалось, что устанавливает начало течение срока для возврата денежных средств в полном объеме, начиная с 10 дня после получения такого требования.

Из прилагаемых к тексту искового заявления претензии и сведений о получении 06.05.2024 претензии и заявления о предоставлении медицинской документации, следует, что с 16.05.2024 клиника является лицом, обязанным уплатить неустойку в пользу ФИО3 ФИО54 в размере, устанавливаемом по формуле: 240 000 руб. х 1% ? 90 дней, что образует к 16.08.2024 размер неустойки, подлежащей взысканию по основанию, предусмотренным ст.ст. 22, 23, 28, 29, 32 Закона о защите прав потребителей в сумме 216 000 руб.

Также ФИО3 ФИО55 претендует на взыскание в свою пользу компенсации в счет возмещения морального вреда, основывая свои требования на позиции, что в случае причинения вреда здоровью гражданина требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им нравственных и физических страданий (морального вреда) в связи с причинением вреда здоровья их близкому родственнику.

Учитывая, что вред супруге был причинен в период действия договора об оказании платных стоматологических услуг при одновременном совпадении субъекта - непосредственного причинителя вреда, с субъектом, являющимся и учредителем общества и его генеральным директором, взыскание заявленной компенсации должно быть произведено или с клиники, как последствие ненадлежащего исполнения договора об оказании платных стоматологических услуг, в случае признания договора от 30.08.2023 заключенным в пользу третьего лица, или непосредственного ФИО4 ФИО56., в случае признания ответчика причинителем вреда, действовавшим, хоть и на территории размещения имущественного комплекса клиники, но без надлежащего (как работника) уполномочивания обществом на проведение медицинских вмешательств стоматологического профиля.

Учитывая, что договора на оказание платных услуг между клиникой и непосредственно ФИО3 ФИО57. не заключалось в письменной форме, ФИО3 ФИО58 оценивает сложившиеся правоотношения как возникшие вне трудовых правоотношений между ООО «Стоматология ФИО4» и ФИО4 ФИО60 что оправдывает требование о взыскании морального вреда за вред, причиненный супруге истца в размере 100 000 руб. непосредственно с ФИО4 ФИО59

Имеются основания для взыскания морального вреда и с ООО «Стоматология ФИО4» в размере 50 000 руб. в связи с нарушением юридическим лицом положений Закона о защите прав потребителя при задержке в выплате остатка денежных средств.

Кроме того, учитывая, что до настоящего времени полученная от истца претензия ответчиками не удовлетворена, в данном случае с ответчика - клиники подлежит взысканию в пользу ФИО3 ФИО61. и штраф в размере половины от взысканных в пользу ФИО3 ФИО62 как потребителя денежных средств по основаниям, указанным выше.

Оценивая правовые обстоятельства, при которых был причинен вред здоровью ФИО3 ФИО63 сторона истца исходит из необходимости на стадии обращения в суд расценивать действия врача - стоматолога как действия, совершенными стоматологом без надлежащего уполномочивания работодателем на оказание медицинских услуг непосредственно ФИО3 ФИО64.

Вред, причиненный здоровью ФИО3 ФИО65., подлежит компенсации в том объеме, который предполагает устранение дефектов стоматологической помощи в полном размере, что ведет к восстановлению здоровья истца в степени, сравнимой или тождественной состоянию, существовавшему до начала оказания ФИО3 ФИО66 стоматологических услуг.

До установки имплантатов необходимо было провести КТ исследование, для определения достаточности костной ткани для установки такого количеств имплантов, после принятия решения о наращивании костной ткани необходимо было убедиться насколько прочно сформирована костная ткань для вкручивания имплантатов, чего ответчиком сделано не было: манипуляции по подсадке костного материала не проводилось, что привело к установлению имплантов в неподготовленную для такого вмешательства кость и невозможность использования в дальнейшем искусственных корней под мостовидные протезы.

ФИО3 ФИО67. считает, что лечащим врачом не был собран полный анамнез: установка имплантов всегда сопряжена с определенными рисками, установка же имплантов без расчета качества и количества костной ткани в случае истца свидетельствует об умышленном причинении вреда, когда ФИО4 ФИО68 не мог не осознавать последствия стоматологического вмешательства без учета толщины и высоты костной ткани. Такое халатное отношение к здоровью пациента не может не влечь наступление определенных правовых последствий и в случае ФИО3 ФИО69. таким последствием является установление для ФИО4 ФИО70. обязанности компенсировать моральный вред и имущественных расходов ФИО3 ФИО71 вызванных необходимостью восстановить костную ткань для последующих стоматологических манипуляции с целью восполнения зубного ряда.При определении размера компенсации морального вреда истец учитывала фактические обстоятельства, при которых ей был причинен моральный вред, степень тяжести вреда здоровью, характер нравственных и физических страданий, свой возраст, а также необходимость повторного прохождения стоматологического лечения, начиная с удаления некачественного установленных имплантов, подсадки костного материала, длительного реабилитационного периода так далее, что в полной мере оправдывает обоснованность требования ФИО3 ФИО72 о взыскании в свою пользу справедливой компенсации пережитых и, переживаемых страданий в размере 500 000 руб.

Размер денежных средств, подлежащих взысканию с ФИО4 ФИО74 для целей восстановления состояния костной ткани на нижней и верхней челюстях определен ФИО3 ФИО73 на основании счета, выставленного сторонней стоматологической клиникой и равен 300 200 руб.

Ссылаясь на данные обстоятельства, истцы просят суд взыскать с ООО «Стоматология ФИО4» в пользу ФИО3 ФИО75. 240 000 руб. в качестве возврата внесенной предварительной оплаты по договору об оказании платных стоматологических услуг, взыскать неустойку по указанному договору в размере 216 000 руб. за нарушение сроков возврата денежных средств, взыскать компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб. и штраф, равный половине взысканных сумм, а всего 516 000 руб. (без учета размера присужденного штрафа). Взыскать в пользу ФИО3 ФИО77. с ФИО4 ФИО76 500 000 руб. в счет компенсации морального вреда, причиненного истцу в результате некачественной оказанной медицинской помощи, взыскать с ответчика в счет устранения дефектов стоматологической помощи 300 200 руб. Взыскать в пользу ФИО3 ФИО79 с ФИО4 ФИО78. 100 000 руб. в счет компенсации морального вреда, причиненного результатами некачественной оказанной медицинской помощи. Взыскать с ответчиков судебные расходы в соответствии с размером удовлетворенных требований.

Истцы в судебное заседание не явились, извещались судом надлежащим образом.

Представитель истцов Куделькин ФИО80., действующий на основании доверенности, в судебное заседание явился, заявленные требования подержал в полном объеме.

Ответчик ФИО4 ФИО81 в судебное заседание явился, заявленные требования не признал, просил отказать в полном объеме.

Представитель ответчика ООО «Стоматология ФИО4» ФИО5 ФИО82 действующая на основании доверенности, в судебное заседание явилась, заявленные требования не признала, просила отказать в полном объеме на основании приобщенного отзыва.

Помощник прокурора Кировского района г. Ростова-на-Дону Панчишкина А.О. явилась, полагала, что с учетом судебной экспертизы заявленные требования не подлежат удовлетворению.

Дело рассмотрено в отсутствие истцов в порядке ст. 167 ГПК РФ.

Выслушав представителя истцов, представителя ответчика и ответчика ФИО4 ФИО83., заключение помощника прокурора, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Статьей 41 Конституции РФ закреплено, что каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

Статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее также ГК РФ) установлены общие основания ответственности за причинение вреда.

Согласно данной норме закона вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В силу части 2 статьи 98 Федерального закона от 21.11.2011 №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (часть 3 статьи 98 Федерального закона от 21.11.2011 №323-ФЗ).

Из изложенного следует, что в случае причинения гражданину морального вреда (нравственных и физических страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, в числе которых право гражданина на охрану здоровья, право на семейную жизнь, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064-1101 ГК РФ) и статьей 151 ГК РФ.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 ГК РФ).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона от 21.11.2011 №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона от 21.11.2011 №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона от 21.11.2011 №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого Федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Пунктом 9 части 5 статьи 19 Федерального закона от 21.11.2011 №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» предусмотрено право пациента и на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи. Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона от 21.11.2011 №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Согласно части 1 статьи 37 Федерального закона от 21.11.2011 №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинская помощь организуется и оказывается в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, а также на основе стандартов медицинской помощи, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации.

Из части 2 статьи 98 вышеуказанного закона следует, что медицинские организации, медицинские работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации не только за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи, но и за нарушение прав в сфере охраны здоровья.

Согласно пункту 6 статьи 4 Федерального закона от 21.11.2011 №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» к основным принципам охраны здоровья относится доступность и качество медицинской помощи.

В пункте 21 статьи 2 данного Закона определено, что качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

В соответствии с частью 8 статьи 84 Федерального закона от 21.11.2011 №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» к отношениям, связанным с оказанием платных медицинских услуг, применяются положения Закона Российской Федерации от 07.02.1992 №2300-1 «О защите прав потребителей» (далее - Закон о защите прав потребителей).

Согласно абзацу седьмому пункта 1 статьи 29 Закона о защите прав потребителей потребитель вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работы (оказании услуги), если им обнаружены существенные недостатки выполненной работы (оказанной услуги) или иные существенные отступления от условий договора.

В соответствии с пунктом 2 статьи 401 Гражданского кодекса РФ и пунктом 4 статьи 13 Закона о защите прав потребителей изготовитель (исполнитель, продавец, уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер) освобождается от ответственности за неисполнение обязательств или за ненадлежащее исполнение обязательств, если докажет, что неисполнение обязательств или их ненадлежащее исполнение произошло вследствие непреодолимой силы, а также по иным основаниям, предусмотренным законом.

Как разъяснено в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 №17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», при разрешении требований потребителей необходимо учитывать, что бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, в том числе и за причинение вреда, лежит на продавце (изготовителе, исполнителе, уполномоченной организации или уполномоченном индивидуальном предпринимателе, импортере) (пункт 28).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих, в том числе, как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

В силу статьи 56 Гражданского процессуального кодекса РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Применительно к спорным отношениям в соответствии с действующим правовым регулированием медицинская организация должна доказать отсутствие своей вины в причинении убытков и вреда здоровью истца, а также в причинении ей морального вреда при оказании медицинской помощи.

Из материалов дела следует и установлено в ходе рассмотрения дела, что между ФИО3 ФИО84 и ООО «Клиника ФИО4» 30.08.2023, заключен договор на оказание платных стоматологических услуг, которые подлежали оказанию ФИО6 - супруге ФИО7

ФИО3 ФИО85 подписал договор об оказании медицинских услуг стоматологического профиля и внес 30.08.2023 – 30 000 руб., в последующем, перевел в пользу юридического лица 12.09.2023 – 210 000 руб., и впоследствии – 420 000 руб.

ФИО3 ФИО86 в рамках договора были оказаны медицинские услуги: консультация (28.07.2023), в рамках консультаций была осмотрена полость рта, проведены рентгенологическое обследование и опенка состояния костной ткани в области нижней и верхней челюсти, в устном режиме составлен общий план лечения и определена стоимость работ в примерном размере, до ответчиков были доведены ожидания истца ФИО3 ФИО87 санации ротовой полости - удалены все зубы (05.08.2023), как не подлежащие лечению и использованию в качестве опорных; в части необходимости костной пластики, ответчик (2) указал на возможность проведения костной пластики и синус-лифтинга при дефиците кости, последнее следовало к определению по результатам дальнейшего обследования. По итогу костная пластика не проводилась; установлены имплантаты (05.08.2023) и заглушки для защиты внутренней резьбы имплантата на период остеоинтеграции. Все приведенные стороной истца этапы условны и объединены в группы по признаку объема, характера хирургического вмешательства и одномоментности такого вмешательства.

11.12.2023 период остеоинтеграции был завершен, заглушки были сняты, истцу были установлены протезы, с опорой на деснах, представленным искусственными зубами, прикрепленными к базису, имитирующему десну, и фиксирующимся цементом.

Как следует из пояснений истца ФИО3 ФИО88. поскольку она не смогла привыкнуть к установленным протезам, однако ей было неудобно разговаривать, появились речевые дефекты, каждый прием пищи вызывал существенные трудности, поскольку принятие твердой пищи усиливал непроходящий рвотный рефлекс, что привело к тому, что за несколько дней, с момента установки протезов и их снятия, истец фактически могла пить только воду или употреблять жидкую пищу, послужило поводом для итоговой явки ФИО2 к ответчикам с требованиями о снятии неподходящей стоматологической конструкции и возврате уплаченных денежных средств в полном объеме.

Между ФИО3 ФИО89. и ответчиком ООО «Стоматология ФИО4» было заключено мировое соглашение от 24.04.2024 о возврате денежных средств в размере 420 000 руб.

По условиям соглашения, ФИО3 ФИО90 отказывается от претензии материально-репутационного характера и добровольно купирует правовую возможность по обращению в судебный орган с требованиями о взыскании морального и имущественного вреда, а также с требованиями о применении к юридическому лицу мер гражданско - правовой ответственности в виде неустойки и штрафа, предусмотренных законодательством в сфере защиты прав потребителя.

Обращаясь в суд, истцы сослались на оказание ФИО3 ФИО91 некачественных медицинских услуг, повлекших причинение ей материального ущерба и морального вреда, причиненного повреждением здоровья и некачественной оказанной медицинской помощи.

Для проверки доводов сторон судом был поставлен вопрос на обсуждении о назначении судебно-медицинской экспертизы, производство, которой поручено Государственному бюджетному учреждению Ростовской области «Бюро судебно-медицинской экспертизы».

Согласно выводам, изложенным в заключении ГБУ РО «БСМЭ» №-пк от 08.04.2025, медицинская карта стоматологического пациента ФИО3 ФИО92. заполнена согласно приказу Министерства Здравоохранения РФ от 07.09.2020 №947н об утверждении порядка организации системы документооборота в сфере охраны здоровья в части ведения медицинской документации в форме электронных документов по установленной форме №043/у Утвержденным Минздравом СССР от 04.10.1980 №1030 (дополненная) об утверждении форм первичной медицинской документации. Так же среди документов имеется - договор об оказании платных стоматологических услуг, информированное добровольное согласие на зубную имплантацию, информированное добровольное согласие на медицинское вмешательство, акты выполненных работ от 05.08.2023 и 15.01.2024. Представленная медицинская документация соответствует установленным формам и стандартам Министерства Здравоохранения, ошибок ее оформления экспертной комиссией не установлено. В медицинской карте пациента ФИО3 ФИО93 имеются сведения о жалобах, перенесенных и сопутствующих заболеваниях, развитии настоящего заболевания, данные объективного исследования, внешний осмотр, осмотр полости рта, состояния зубов, зубная формула заполнена, описано состояние прикуса, состояния слизистой оболочки полости рта, десен, альвеолярных отростков и неба, указаны данные рентгеновских исследований. Установлен диагноз согласно современным общепринятым клиническим классификациям. В медицинской карте пациента имеются дневниковые записи, где отображены повторные явки, показывающие динамику лечения пациентки, с указанием даты обращений, жалоб, анамнестических данных, объективного обследования, диагноза и проводимого лечения. В медицинской карте пациентки имеются результаты обследования и проведенные манипуляции, указаны рекомендации всех необходимых дообследований, в том числе учитывая индивидуальные особенности состояния здоровья пациента.

Согласно медицинской документации установлено, что в качестве сопутствующих осложняющих факторов у пациентки отмечается рвотный рефлекс. В связи с чем, с пациенткой до начала хирургического лечения, согласован план ведения, выбор тактики лечения и ее объем, методы необходимого дообследования. В плане лечения присутствует обоснование применяемых методов лечения и обозначены разные альтернативные тактики лечения, а так же отказ от хирургического лечения, как одна из альтернатив. По данным медицинской документации, выбрана конструкция с учетом индивидуальных особенностей пациента наличие у него сопутствующих осложняющих факторов и пожеланий пациентки ФИО3 ФИО94 План обследования, план лечения, алгоритм подготовки к имплантации, возможный риск побочных явлений, с пациентом согласован, согласно данным медицинской карты стоматологического больного № ФИО3 ФИО95 Данные в медицинскую документацию внесены своевременно и достаточно (согласно форме №/у). При этом необходимо отметить, что в медицинской карте стоматологического больного некорректно указана формула постановки имплантов нижней челюсти вместо №, в карте обозначены № импланты.

Согласно представленной медицинской документаций, перед началом лечения пациентке был проведен сбор сведений о жалобах, имеющихся перенесенных и сопутствующих заболеваниях, развитии настоящего заболевания, сбор данных объективного исследования, внешний осмотр, пальпация лица и суставов, осмотр полости рта с помощью дополнительных инструментов, исследование периодонта полостей с использованием стоматологического зонда, исследование зубо-десневых карманов с помощью периодонтального зонда, проведено определение прикуса, перкуссия зубов состояния зубов, определена степень патологической подвижности зубов, зубная формула заполнена, состояния слизистой оболочки полости рта, десен, альвеолярных отростков и неба, данные рентгеновских лабораторных исследований, сделаны прицельные рентгенограммы. Пациентке было рекомендовано проведение диагностической компьютерной томографии челюстей, пазух, обследование крови (биохимический анализ крови на глюкозу, общий анализ крови, свертываемости крови на гемостаз, анализ на ВИЧ 4 и гепатит) консультация отоларинголога. Данный список манипуляций, рекомендованных обследований соответствует действующим приказом Министерства Здравоохранения РФ №786н от 31.07.2020 (ред. от 18.02.2021) «Об утверждение порядка оказания медицинской помощи взрослому населению при стоматологических заболеваниях», №60188 от 02.10.2020 «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи взрослому населению при стоматологических заболеваниях». Сведения медицинской документации соответствуют, представленным данным рентген и КТ обследований, а так же представленным моделям цирконевых мостовидных протезов с фиксацией на импланты.

При диагностике пациента проведены необходимые исследования, при внешнем осмотре пациента, осмотре полости рта, проведено прицельное рентген обследование (что допустимо в данном случае, но было бы эффективнее проведение компьютерной томографии, запись о рекомендации прохождения такого обследования сделана в медицинской карте стоматологического больного, но в итоге компьютерная томография выполнена пациенткой не была). Лечение, установка имплантов и формирователей десны проведено согласно стандартам лечения стоматологических больных. Согласно обследованию данных прицельной рентгенографии от 24.04.2024 в области зубной имплантации 14 12 11 22 23 24 35 34 32 41 43 44 костная ткань вокруг имплантатов не изменена, отсутствует ее резорбция вокруг шеек имплантатов. (В медицинской карте стоматологического больного некорректно указана формула постановки имплантов нижней челюсти вместо 35 34 32 41 43 44, в карте обозначены 34 33 32 42 43 44 импланты). Кость челюсти интегрирована в импланты, анатомические области дна полости носа, дна гайморовой пазухи и области канала нижней челюсти тройничного нерва не затронуты.

Формирователи десен 14 12 11 22 23 24 35 34 32 41 43 44 имплантов на месте, плотно закручены в импланты зазоров на рентгеновских снимках не наблюдается. Схема лечения, предложенная врача-стоматолога-хирургом соответствует выявленным заболеванием полости рта. Протезирование на имплантах выполнено полностью согласно предложенному плану лечения, внешний осмотр цирконевых коронок и их титанового основания нареканий не вызывает, конструкции выполнены из качественного мелкодисперсного циркония, литьё титанового основания без дефектов на металле, конструкции пригодны для использования пациентом.

ФИО3 ФИО96. была проведена диагностика и необходимые исследования: внешний осмотре пациента, осмотр полости рта, проведено прицельное рентген обследование. Схема лечения, предложенная врачом-стоматологом-хирургом соответствует выявленным заболеванием полости рта и диагнозу: К08.1 - <данные изъяты>

На ортопантомографии от 24.03.2025 ФИО3 ФИО97 по сравнению с прицельными рентгеновскими исследованиями от 24.04.2024 все импланты соответствуют заявленной фирме имплатов NSTI а так же полностью соответствуют размеры и форма имплантов с теми что указаны в медицинской карте стоматологического больного № от 02.08.2023. (В медицинской карте стоматологического больного некорректно указана формула постановки имплантов нижней челюсти вместо №, в карте обозначены № импланты, ниже идет описание согласно фактическому расположению имплантов). Имеются следующие изменения: в области имланта 14 зуба наблюдается атрофия кости медиально на 2 мм; в области имланта 12 зуба наблюдается атрофия кости медиально и дистально на 2 мм; в области имланта 11 зуба наблюдается атрофия кости дистально на 1 мм; в области имланта 22 зуба без изменений; в области имланта 23 зуба наблюдается атрофия кости медиально на 1 мм и дистально на 2 мм; в области имланта 24 зуба наблюдается атрофия кости медиально на 2 мм; в области имланта 35 зуба смещен на 2 мм вниз; в области имланта 34 зуба смещен на 3 мм вниз; в области имланта 32 зуба наблюдается атрофия кости медиально и дистально на 1 мм; в а области имланта 41 зуба без изменений; в области имланта 43 зуба без изменений; в области имланта 44 зуба смещен на 2 мм вниз, отсутствует формирователь десны.

Сравнивая исследования 24.04.2024 и 24.03.2025 можно сделать выводы, что вследствие прекращения дальнейшего лечения пациенткой, отсутствия протезирования на данных имплантах, установленных 02.08.2023, так как рекомендованное время протезирования на имплантах с 4 по 6 месяцев после их установки в данном случае с декабря 2023 года по февраль 2024 года, в полости рта неизбежно начинают происходить атрофические изменения кости челюсти (альвеолярного отростка), атрофии подверглась кость в области 14 12 11 23 24 32 импланта. 35 34 44 импланты были смещены ниже, и в отличии от исследований 24.04.2024, на ортопантомографии от 24.03.2025 стали находиться в контакте с каналом нижней челюсти тройничного нерва. 22 41 43 импланты без изменений. На снимке от 24.03.2025 все имланты кроме 44, используются как опора для формирователей десны, формирователи закручены плотно, зазоров не наблюдается

Медицинская помощь ФИО3 ФИО98 и заполнение медицинской документации реализованы согласно стандартам и приказам Министерства Здравоохранения РФ от 07.09.2020 №947н по установленной форме №043/у Утвержденным Минздравом СССР от 04.10.1980 № (дополненная), а так же стандартам приказа №786н от 31.07.2020 Регистрационный №60188 от 02.10.2020 Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи взрослому населению при стоматологических заболеваниях. В результате оказания медицинской помощи ФИО3 ФИО99 стоматологической клинике ООО «Стоматология ФИО4» вред здоровью причинен не был.

На рентгенологическом снимке от 24.03.2025 все имлантаты кроме 44, используются как опора для формирователей десны, формирователи закручены плотно, зазоров не наблюдается. Коронки или другие ортопедические конструкции отсутствуют.

На ортопантомографии от 24.03.2025 в отличий от рентген исследования от 24.04.2024 импланты в области 35 34 44 зубов были смещены ниже: в области имланта 35 зуба смещен на 2 мм вниз стал находиться в контакте с каналом нижней челюсти тройничного нерва, в области имланта 34 зуба смещен на 3 мм вниз стал находиться в контакте с каналом нижней челюсти тройничного нерва, в области имланта 44 зуба смещен на 2 мм вниз, стал находиться в контакте с каналом нижней челюсти тройничного нерва. Данные изменения положения имплантов не могут произойти естественным образом, в отличии от атрофии кости, поэтому в данном случае можно утверждать что положение имплантов 35 34 44 зубов, было изменено целенаправленно в следствии хирургического вмешательства.

Проверяя доводы стороны истцов о необоснованности выводов экспертов, судом был допрошен эксперт ФИО8 ФИО100., который выводы судебной экспертизы полностью подтвердил. Пояснил, что после изучения всех представленных документов он пришел к выводу о том, что медицинская помощь оказана в соответствии со стандартами и приказами Минздрава, каких-либо дефектов и недостатков оказания медицинской помощи, не установлено. Некорректно указанная формула постановки имплантов нижней челюсти, отраженная в медицинской документации, не свидетельствует о нарушении при ее заполнении, может быть технической опиской.

Оценив указанное выше заключение, а также пояснение эксперта, допрошенного в судебном заседании, суд полагает, что представленное экспертное заключение в полном объеме отвечает требованиям статьи 86 Гражданского процессуального кодекса РФ. Оснований сомневаться в достоверности и правильности выводов судебной экспертизы у суда не имеется, поскольку данная экспертиза проведена с соблюдением требований процессуального законодательства, специальным экспертным учреждением, квалификация экспертов, имеющих достаточный стаж экспертной работы, сомнений не вызывает. Они предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 Уголовного кодекса РФ. Названное заключение экспертов содержит подробное описание проведенного исследования, критериев оценки и имеющихся у истца заболеваний, характера их влияние на его жизнедеятельность, сделанные в результате выводы и ответы на поставленные вопросы являются полными и обоснованными. Достоверных доказательств, опровергающих выводы данного заключения экспертов, стороной истцов представлено не было.

В соответствии с требованиями статьи 56, 67 Гражданского процессуального кодекса РФ, содержание которых следует рассматривать в контексте с положениями части 3 статьи 123 Конституции РФ и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса РФ, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности.

Таким образом, в заключении судебно-медицинской экспертизы не установлено каких-либо недостатков (дефектов) оказания медицинской помощи, а также прямой, либо косвенной причинно-следственной связи между действием (бездействием) ответчиков с наступившим неблагоприятным исходом, что свидетельствуют об отсутствии нарушений прав истца ФИО3 ФИО101 как потребителя, со стороны ответчиков при оказании ей медицинских услуг.

При этом, допущенные недостатки при оказании ФИО3 ФИО103 медицинской помощи, которые состоят в оформлении медицинских документов (в медицинской карте некорректно указана формула постановки имплантов нижней челюсти вместо 35 34 32 41 43 44, в карте обозначены 34 33 32 42 43 44 импланты), носят формальный характер, и не свидетельствуют о прямой, либо косвенной причинно-следственной связи между недостатками (дефектами) медицинской помощи, оказанной истцу ФИО3 ФИО102

Исходя из совокупности установленных обстоятельств, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований истцов о взыскании денежных средств и компенсации морального вреда.

Принимая во внимание, что иные требования (взыскание штрафа, неустойки) являются производными от требования о возврате уплаченных денежных средств, взыскании компенсации морального вреда, причиненного некачественной медицинской помощью, в удовлетворении которого истцам отказано, они также не подлежат удовлетворению.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО3 ФИО104 и ФИО3 ФИО105 к ООО «Стоматология ФИО4», ФИО4 ФИО106, возврате уплаченных денежных средств, неустойки, штрафа, взыскании компенсации морального вреда, причиненного некачественной медицинской помощью, - оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ростовский областной суд через Кировский районный суд г. Ростова-на-Дону в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья

Мотивированное решение суда изготовлено 20.06.2025