Решение по делу № 2-4359/2022 от 07.07.2023 - о возмещении ущерба, причиненного пожаром.

Мотивированное решение составлено 07.07.2023

66RS0002-02-2022-001941-35

2-91/2023 (2-4359/2022;)

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Екатеринбург 30 июня 2023 года

Орджоникидзевский районный суд города Екатеринбурга в составе председательствующего судьи Павловой Н.С.

при секретаре Федотовой А.В.,

с участием представителя истцов ФИО1, представителя ответчика и третьего лица ФИО2 – ФИО3, представителя третьего лица ФИО4 – ФИО5, представителя третьего лица ОАО «Российские железные дороги» ФИО6,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО7, ФИО8 к ФИО9 о возмещении ущерба, причиненного пожаром,

УСТАНОВИЛ:

Истцы обратились в суд с указанным иском к ФИО9 о возмещении ущерба, причиненного пожаром, просили взыскать с ответчика в пользу истца ФИО7 убытки в размере 1832387,04 рублей, с ответчика в пользу ФИО8 убытки в размере 1832387,04 рублей.

В обоснование исковых требований указали, что 04.01.2022 в металлическом ангаре, расположенном по адресу: Свердловская Екатеринбург, пер. Выездной, д. ЗВ, кадастровый < № >, условный < № > (далее также - Ангар), произошел пожар, в результате пострадала приблизительно 1/4 часть указанного Ангара. Данная часть Ангара фактически уничтожена, так как в стенах имелись прогары, обрушились перекрытия. На данный момент непригодные к дальнейшему использованию стены Ангара и межэтажные перекрытия демонтированы. Ангар принадлежит на праве общей долевой собственности: по 3/8 – каждому из соистцов, 2/8 - ФИО10.

С 13.04.2020 пользование сгоревшей частью Ангара по устному договору с соистцами осуществлял ФИО11 на безвозмездной основе. Вещью, которая была передана в пользование, являлась часть Ангара. Данная вещь не была зарегистрирована в качестве самостоятельного объекта, однако, часть ангара была отделена от остального пространства металлическими сплошными перегородками, была оборудована самостоятельным электрическим щитком (в который подавалась энергия через другие помещения ангара).

Согласно техническому заключению от 04.02.2022, составленному в рамках дела < № >, КРСП < № > (по проверке сообщения о преступлении - в связи с пожаром в Ангаре, произошедшим 04.01.2022) причиной пожара явилось тепловое проявление электрического тока в процессе аварийной работы электрической сети в районе электрического щитка, расположенного в сгоревшей части Ангара. Установление точной причины аварийного режима работы электросети не представляется возможным, однако, из технического заключения видно, что возгорание возникло в результате высокого напряжения, которое и привело к выбросу тепловой энергии. При этом из материалов проверки сообщения о преступлении и, в частности, вышеуказанного технического заключения следует, что проводка в районе электрического щитка на момент возгорания была неисправна: наличествовало большое количество скруток (соединений различных электрических проводов), контакты расшатаны. Из приведенных в техническом заключении результатов исследования следует, что возгорание возникло в результате того, что проводка в электрическом щите находилась в состоянии, непригодном для ее использования.

Полагали, что с ответчика в пользу соистцов подлежат взысканию убытки, причиненные им ответчиком по грубой неосторожности, выразившейся в ненадлежащем исполнении обязанностей по содержанию имущества, переданного ему в безвозмездное пользование, что привело к возникновению пожара и гибели указанного имущества. Так согласно расписке от 14.04.2022, данной ответчиком Соистцам, он в течение двух лет осуществлял пользование сгоревшей частью ангара в рамках деятельности по сдаче в аренду и обслуживанию транспортных средств. Обслуживание транспортных средств в рамках указанной деятельности осуществлял ФИО12. Пользование неисправными электрическими сетями является небезопасным и может привести в том числе к возгоранию. Вместе с тем, ответчик в рамках осуществления деятельности по сдаче в аренду и обслуживанию транспортных средств очевидно, использовал электрические приборы, а значит и электрическую сеть Ангара. Щиток, в котором возникло возгорание, находился в части ангара, которой пользовался ответчик. Следовательно, он был вынужден пользоваться и самим щитком (как минимум в случае, когда при скачке напряжения в электрической сети отключается автомат). Более того, стандарт разумной осмотрительности предполагает регулярные проверки подобных систем, в целях поддержания их в работоспособном состоянии, недопущения аварий.

Истицами произведен расчет суммы ущерба следующим образом:

20 301 219,67 * 150/623,2 = 4 886 365,45 руб. - приблизительная стоимость сгоревшей части ангара, исчисленная из кадастровой стоимости всего ангара;

4 886 365,45 * 3/8 = 1832387 руб. 04 коп. - размер убытков каждого из соистцов (исходя из их доли в праве собственности на ангар). Таким образом, в пользу каждого из соистцов с ответчика подлежат взысканию причиненные им убытки в размере 1 832 387 руб. 04 коп.

Представитель ответчика ФИО9 – ФИО3 исковые требования не признал, в возражениях на иск указал, что договор безвозмездного пользования является незаключенным, ответчик является индивидуальным предпринимателем, истцы являются учредителями юридического лица ООО «Ресурспромед», юридическим адресом которого является адрес расположения ангара Свердловская область пер.Выездной, д.3 В. Сторонами не было достигнуто соглашение по всем существенным условиям ссуды, тогда как одним из существенных условий является условие о предмете ссуды. Между истцами и ответчиком изначально была достигнута договоренность о возмездном пользовании частью помещения ангара, которое находится на втором этаже за определенную плату. Истцы же определяют предмет пользования как отдельную часть ангара, которая отделена от остального пространства металлическими сплошными перегородками. Между тем, ответчик использовал только помещение, находящееся на 2 этаже Ангара, и использовал его, как офис, для оформления документов по сдаче транспортных средств в аренду. Первый этаж Ангара находился в свободном доступе и был доступен любым третьим лицам, в том числе им пользовались сами истцы, а также их работники. Истцы не оформляли с кем-либо договорных отношений на пользование 1 этажом Ангара. Между сторонами существовали арендные отношения, что подтверждается выписками с банковской карты ответчика. В данном случае арендодатель должен нести ответственность за причиненный ущерб, поскольку в его обязанности входило проведение капитального ремонта помещения, а также он должен отвечать за недостатки помещения, даже если не знал о их наличии. Кроме того, согласно ст. 210 ГК РФ бремя содержания своего имущества возложено на собственника. Основания для взыскания убытков с ответчика отсутствуют, поскольку не подтверждено наличие и размер убытков истцов, не определена площадь ангара, которой был причинен ущерб, отсутствует причинно следственная связь, выводы экспертного заключения о причине пожара носят вероятностный характер.

В дополнительных возражениях на иск представитель ФИО3 указал, что расписка, на которую ссылаются истцы не свидетельствует о пользовании первым этажом помещения Ангара. Данная расписка датирована 14.04.2022, то есть спустя 4 месяца после возникновения пожара, исходя из буквального толкования содержания расписки не следует, что ответчик осуществлял пользование первым этажом ангара. Как минимум, для доступа ко второму этажу Ангара, ответчику необходимо было пройти через первый этаж Ангара, что и имелось в виду в тексте расписки. Таким образом, содержание указанной расписки не может являться надлежащим доказательством пользования ответчиком первым этажом Ангара. В настоящем споре ни законом, ни договором обязанность ответчика проводить капитальный ремонт в помещении предусмотрена не была. Электрический щиток, в котором якобы произошло возгорание, является вводным распределительным устройством. Истцы помимо осуществления деятельности на первом этаже Ангара, осуществляли деятельность по выплавке олова и свинца, что сопряжено с высокой нагрузкой на электрические сети. Согласно отчета об оценке № 182оц-22 от 03.11.2022, подготовленного ЗАО «Региональный центр оценки и управления стоимостью предприятия», об определении рыночной стоимости нежилого помещения, расположенного по адресу Россия, <...> рыночная стоимость указанного помещения составляет 10 764000 рублей. Общая площадь помещения Ангара составляет 623,2 кв.м., а площадь сгоревшей части Ангара составляет 150 кв.м. Следовательно, расчет причиненного ущерба должен быть следующим: 10 764 000 * 150/623,2 = 2 590 821,57 - приблизительная стоимость сгоревшей части Ангара, исчисленная исходя из рыночной стоимости всего Ангара. 2 590 821,57 * 3/8 = 971 558, 087 - размер убытков каждого из Истцов, исходя из их доли в праве собственности на Ангар. Также в обоснование отсутствия вины ответчика представлено заключение эксперта ИП Ц.А.С. от 02.12.2022 согласно выводам которого причиной возникновения пожара нежилого помещения расположенного по адресу: <...> ЗВ, является аварийный режим работы электросети - большое переходное сопротивление, произошедшее на контактном элементе шины фазы «А» в вводном распределительном щите (ВРУ), с последующим тепловым проявлением.

Третье лицо ФИО2 представил суду письменные пояснения, согласно которым он совместно с ФИО11, осуществлял предпринимательскую деятельность по сдаче легковых транспортных средств в аренду гражданам, офис располагался на втором этаже ангара по адресу <...> д. ЗВ. Данное место было выбрано в связи с наличием просторной парковки напротив данного ангара, для хранения машин, а также в связи с установленными на первом этаже ангара подъемниками для обслуживания их транспортных средств. Всё находящееся на первом этаже ангара имущество, а именно: 2 подъемника для автомобилей, сварочный аппарат, сверлильный и наждачный станок и инструменты, принадлежало собственникам помещения, с разрешения собственников использовали подъемники для обслуживания своих транспортных средств. Обслуживание производили своими силами, либо с привлечением механиков, которые работали на первом этаже. Иным оборудованием, находящемся на первом этаже никогда не пользовались, его использовали либо сами собственники, либо их работники. Хранение собственных автомобилей в ангаре не осуществляли, для этих целей арендовались парковочные места напротив сгоревшего ангара у соседних арендодателей. Всё имущество, которое приобреталось ими, находилось на втором этаже (компьютеры, письменные столы, летняя резина для автотранспортных средств). Возможность входа на второй этаж была только у него и ФИО9, двери закрывались на ключ. Вход в само помещение ангара (1 этаж) ими не контролировался, поскольку доступ к нему имели не только они, а также сами собственники, их работники и механики, работающие на первом этаже. Электрические щиты, находящиеся в сгоревшей части ангара никогда не открывали, поскольку с собственниками не было договоренностей о том, что именно мы должны их проверять (обслуживать). На протяжении всего периода аренды несколько раз видел как собственники проводят осмотр данных щитов, какие именно работы производили собственники пояснить не может. Помещение офиса находилось в аренде с 2018 года, за перечисление денежных средств собственникам отвечал ФИО11 В письменной форме договор аренды не оформлялся по инициативе истцов, причины они умалчивали. Первые примерно 1,5 года ФИО11, производил оплату путем безналичного перечисления денежных средств на счет ФИО8 Сумма аренды в начале была 15 000 руб., в дальнейшем истцы повысили размер аренды до 27 000 руб. В середине 2019г., истцы выдвинули требование об оплате аренды помещения только в форме наличных денежных средств в размере 36 000 руб. Неоднократно как он, так и ФИО11, пытались изменить условия сотрудничества, а именно просили истцов оформить договор аренды в письменной форме, поскольку данное требование было необходимым для ведения коммерческой деятельности (требовался юридический адрес места нахождения для заключения договоров лизинга транспортных средств и открытия расчетного счета), а также просили о возврате перечисления денежных средств в безналичной форме для нашего удобства. В дальнейшем, что подтверждается выписками по его банковской карте, он ежемесячно осуществлял снятие наличных денежных средств для дальнейшей передачи их истцам в размере 36000 руб. Со всеми иными контрагентами, кроме истцов, у них велась официальная бухгалтерская и юридическая документация. Данный факт подтверждается договором аренды части земельного участка по адресу <...>, расположенный напротив сгоревшей части ангара. Согласно п. 1.1 договора Аренды < № > от 01.11.2019, заключенного между Ч.С.И., и ФИО2, арендодатель передает во временное пользование арендатору часть земельного участка площадью 60 кв.м. Арендная плата согласно п. 4.1 составляла 4 320 руб. Данная часть земельного участка была арендована с целью стоянки (хранения) их транспортных средств, что подтверждает отсутствие необходимости для хранения автопарка на первом этаже сгоревшего ангара. Также согласно приобщенным актам оказанных услуг, аренда данных парковочных мест осуществлялась в период с 01.11.2019г., до 31.12.2021 (крайний месяц перед произошедшим пожаром). Данный факт подтверждает осуществления деятельности по данному адресу в указанный период, а также осуществление деятельности с иными контрагентами исключительно в коммерческих целях. Ни ФИО11, ни им не осуществлялось постоянного хранения собственных транспортных средств в данном ангаре. Согласно описи сгоревшего имущества ни одно из 4 сгоревших транспортных средств им не принадлежит. Также между ними и собственниками (владельцами) данных сгоревших транспортных средств никогда не заключалось договоров на осуществление ремонта или обслуживания таких транспортных средств. Ни он, ни ФИО11, не получали какой-либо выгоды (прибыли) от деятельности связанной с ремонтом иных транспортных средств. Помещение первого этажа использовалось ими для ремонта собственных транспортных средств. О том, на каких условиях работали механики на первом этаже ангара, а также как производилась оплата за ремонт транспортных средств не находящихся в их с ФИО11, собственности ему не известно. Знает, что собственники также осуществляли обслуживание своих транспортных средств в данной части ангара. Также пояснил, что сгоревшая часть ангара, не является какой-либо обособленной (отдельной) частью здания, весь ангар был разделен на секции, разделенные металлическими стенами, в соседней секции (за стеной) осуществляли деятельность истцы, их компания называлась «Ресурспроммет». Главный электрический щит, был расположен в секции, где осуществляли деятельность, в том числе и они с ФИО11 Однако, поскольку данный щит обеспечивал подачу электроэнергии по всему ангару, ответственность за его ненадлежащее обслуживание должны нести собственники данного ангара. Нахождение данного главного щита на более близком расстоянии от его с ФИО11, офиса, чем офиса ФИО8, и ФИО7, не может говорить о том, что за его обслуживание должны отвечать арендаторы более близкого к эпицентру пожара помещения.

Третье лицо ФИО12 представил суду письменные пояснения, согласно которым он осуществлял деятельность в ангаре, который находился по адресу <...> д. ЗВ. В данном гараже он помогал своим знакомым ремонтировать их автомобили. Автомобили ремонтировал на безвозмездной основе, никаких договоров не составлялось. Деятельность в данном ангаре осуществлял с разрешения собственников ФИО8, и ФИО7, они знали о его деятельности, так как тоже осуществляли свою деятельность в данном ангаре, а именно за перегородкой. На ангаре имелась вывеска «Ресурспроммет» собственникам этой компании являлись истцы, которые также сами постоянно осуществляли деятельность в сгоревшей части ангара самостоятельно, либо деятельность осуществляли их работники. Поскольку в данном помещении находился сверлильный, наждачный станки, а также сварочный аппарат, которые принадлежали истцам и которыми они и их работники регулярно пользовались. Также истцы использовали подъемники для обслуживания своих автомобилей, в чем он им часто помогал. Полагал, что сгоревшая часть ангара находилась в общем доступе для многих лиц. Отопление ангара центральное водяное. Ангар электрофицирован. В ангаре находился электрический вводный щиток, щиток большой. Между щитком и стеной расстояние примерно 10 см, от щитка к стене и вверх по стене проходили электропровода, электропровода проходили возле трубы теплоснабжения, которая была заизолирована серым утеплителем. Поскольку считок был большой и вводный электричество от него распространялось на весь ангар. В сгоревшей части ангара находилось оборудование для ремонта автомобилей, а в комнате отдыха телевизор и электрочайник. Также ему известно, что в оставшейся части ангара истцами и их работниками осуществлялась деятельность по выплавке олова и свинца. По личному опыту полагал, что данная деятельность сопряжена с высокой нагрузкой на электросети. Поскольку имеет место использование помещения в промышленно-производственных целях. Также ФИО8, его сын А.А.С., а также отец истца, имя не помню, на протяжении осуществления мною деятельности в ангаре неоднакратно открывали крышку вводного щитка, осуществляли какие-то действия по его ремонту, в связи с многомочисленными перебоями электричества. Также из их разговоров следовало, что оборудованию, находящемуся в незгоревшей части ангара не хватало мощности и в связи с этим их станки постоянно отключало от электричества. Такие действия происходили с периодичностью в одну или две недели.

04.01.2022 в 07:30 он и ФИО13, находились в комнате отдыха (пили чай, смотрели телевизор). В электросеть был включен только телевизор и электрочайник, а также свет в комнате отдыха. Иных включенных электроприборов не было. Находясь в комнате отдыха в 07 часов 30 минут, услышали хлопок со стороны основного помещения ангара, выбежали туда и увидели, как справа от входа происходит горение. Горел утеплитель, пламя распространялось вверх, попытались сбить пламя огнетушителями, но не получилось. В гараже не курили, пожар по причине неосторожного обращения с огнем исключает.

Представитель истцов ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержал, просил иск удовлетворить в полном объеме.

Представитель ответчика и третьего лица ФИО2 – ФИО3, исковые требования не признал, на ранее данных пояснениях настаивал.

Представитель третьего лица ФИО4 – ФИО5 полагал исковые требования необоснованными, заявленными исключительно с намерением избежать ответственности самих собственников от возмещения ущерба пострадавшим от пожара.

Третьи лица ФИО14, ФИО2, ФИО15, ФИО4, ФИО16, ФИО12, ФИО13, ИП ФИО17, ФИО18 А.ч, ООО ГАИЗИНВЕСТ, ФИО10 в судебное заседание не явились, извещены судом надлежащим образом причины неявки суду неизвестны.

Представитель третьего лица Свердловская железная дорога - Филиал ОАО "РЖД" ФИО6 в судебном заседании пояснила, что вины общества не имеется, что подтверждается отсутствием каких-либо заявок в день происшествия от иных пользователей, на сетях третьего лица перебоев выявлено не было.

Заслушав участников процесса, изучив материалы дела, оценив представленные сторонами в материалы дела доказательства в совокупности и взаимосвязи, суд приходит к следующему.

В силу ч. 1 ст. 56, ч. 1 ст. 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. Доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле.

Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

На основании статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 Гражданского Кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.07.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части 1 ГК РФ» по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Судом установлено, что 04.01.2022 в металлическом ангаре, расположенном по адресу: Свердловская Екатеринбург, пер. Выездной, д. ЗВ, кадастровый < № >, условный < № >, произошел пожар.

Согласно выписке из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество Ангар кадастровый < № > принадлежит на праве общей долевой собственности ФИО8 – 3/8, ФИО7 - 3/8, ФИО10 - 2/8 (л.д. 79-82 т. 3).

Постановлением дознавателя отделения административной практики и дознания ОНР И ПР МО <...> по Свердловской области лейтенанта внутренней службы Ш.П.А. от 21.03.2022 отказано в возбуждении уголовного дела по сообщению о совершении преступления, предусмотренного ст. 168 КГ РФ, ч. 1 ст. 219 УК РФ, поступившего 04.01.2022 от диспетчера ЦППС СПТ 60 ПСО ФПС ГПС ГУ МЧС России по Свердловской области за отсутствием события преступления (копия л.д. 26-34 т. 1).

Согласно техническому заключению < № > от 04.02.2022, составленному в рамках дела < № >, КРСП < № >5, выполненному экспертом О.Д.С., очаг пожара в ангаре находился в юго-восточной части основного помещения, в месте расположения электрического щита, наиболее вероятной причиной пожара явилось тепловое проявление электрического тока в процессе аварийной работы электрической сети (электрощит) в месте расположения очага пожара (копия л.д. 35-37 т. 1).

При этом эксперт руководствовался, в том числе, протоколом осмотра места происшествия от 04.01.2022 согласно которому «В юго-восточной части основного помещения расположен электрический щиток, в котором контактная группа (левая) имеет следу высокотемпературного отжига, в то время когда другие группы высокотемпературного перегрева не имеют и закопчены продуктами горения. Левая контактная группа имеет плохие соединения, расшатывается при механическом воздействии. При разборе предохранителя дознавателем во внутренне полости отмечается один медный проводник, при этом на контактных пластинах и поверхности цилиндра внутренней полости наблюдаются многочисленные следы наплавлений и разбрызгивание металла (красного цвета (меди). За щитом многочисленные как одножильные, так и многожильные проводники со следами скруток, взаимодействия между собой, характерные для искрения, оплавления, спекания жил (с южной стороны, в пространстве между стеной) проводники различного сечения … Электропровода с каплевидными оплавлениями, расположены в юго-восточном углу основного помещения обладают повышенной хрупкостью и ломаются при 2-3 изгибах…».

На основании проведенной проверки по пожару, учитывая характер термических повреждении, сведений очевидцев, динамики развития горения, заключения эксперта ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по Свердловской области < № > от 04.02.2022 следователь пришел к выводу о том, что причиной возникновения пожара явилось тепловое проявление электрического тока в процессе аварийного режима работы электрической сети (электрощит) в юго-восточной части основного помещения, в месте расположения электрического щита в ангаре, расположенном по адресу – <...>.

При этом следователь также пришел к выводу о том, что уничтожения или повреждения чужого имущества в крупном размере, совершенного путем неосторожного обращения с огнем или иными источниками повышенной опасности не наступило, нарушений требований пожарной безопасности, совершенных лицом, на котором лежала обязанность по их соблюдению, повлекших причинение тяжкого вреда здоровью человека, также не наступило.

По ходатайству представителей истцов, судом была назначена судебная комплексная оценочная и электротехническая экспертиза ООО «Судэкс» экспертам К.О.В. (по вопросу оценки ущерба) и экспертам С.А.А. и Н.Ю.В. (по вопросу электротехниники). Перед экспертами поставлены следующие вопросы: Какова рыночная стоимость поврежденной в результате пожара, произошедшего 04.01.2022, части здания, расположенной по адресу <...>, кадастровый < № >? Если причиной пожара является тепловое проявление электрического тока в процессе аварийного режима работы электрической сети (электрощит) в месте расположения очага пожара, то какова его причина? Где фактически в ангаре (здании, расположенном по адресу: <...>, кадастровый < № >) находился вводной распределительный щиток, было ли их несколько?

Согласно выводам судебной экспертизы рыночная стоимость поврежденной в результате пожара, произошедшего 04.01.2022, части здания, расположенной по адресу: <...> 7.3, кадастровый < № > с учётом округления составляет 5 105000 рублей.

При ответе на второй вопрос эксперты указали, что при невозможности физически исследовать сгоревший электрощит (ВРУ №3), возможно только предположить с большой степенью вероятности, что причиной аварийного режима работы электрической сети являлись нарушения правил эксплуатации электрооборудования. Ссылки на эти нарушения указаны в Техническом заключении < № > от 04.02.2022 г. (наличие скруток различных проводов, наличие расшатанных контактов).

Отвечая на третий вопрос эксперты пришли к выводу о том, что всего в Ангаре было три вводно-распределительных устройства. Главный распределительный щит (в дальнейшем ГРЩ) или ВРУ №1 находится справой стороны ангара, куда подведена питающая кабельная линия. В помещении №4 (где произошел пожар) находилось ВРУ №3, куда подводился питающий кабель из помещения №2 от ВРУ № 2.

Заключение эксперта отвечает требованиям относимости, допустимости доказательств, поскольку при проведении экспертизы соблюдены требования процессуального законодательства, эксперт предупрежден об уголовной ответственности по ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации за дачу заведомо ложного заключения, заключение соответствует требованиям ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Федерального закона "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации, оснований не согласиться с ним у суда не имеется, сторонами данное заключение какими-либо допустимыми доказательствами не опровергнуто.

Оценив представленные доказательства, принимая во внимание заключение судебной экспертизы, выводы которой, в том числе, основаны на анализе представленных материалов дела, осмотре сгоревшего помещения, материалов проверке по пожару, суд приходит к выводу, что причиной пожара явился аварийный режим работы электрической сети ввиду нарушения правил эксплуатации электрооборудования, а именно наличие скруток различных проводов, наличие расшатанных контактов, допущенных при эксплуатации электрооборудования.

Оценивая доводы истцов о пользовании ответчиком ФИО9 с 13.04.2020 сгоревшей частью Ангара по устному договору с соистцами на безвозмездной основе и наличие в связи с этим, по мнению истцов, оснований для возложения ответственности по возмещению ущерба собственникам, суд исходит из следующего.

В соответствии с ч. 1 ст. 689 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) по договору безвозмездного пользования (договору ссуды) одна сторона (ссудодатель) обязуется передать или передает вещь в безвозмездное временное пользование другой стороне (ссудополучателю), а последняя обязуется вернуть ту же вещь в том состоянии, в каком она ее получила, с учетом нормального износа или в состоянии, обусловленном договором.

В силу ст. 695 ГК РФ ссудополучатель обязан поддерживать вещь, полученную в безвозмездное пользование, в исправном состоянии, включая осуществление текущего и капитального ремонта, и нести все расходы на ее содержание, если иное не предусмотрено договором безвозмездного пользования. Данная норма является диспозитивной, она может быть применена при условии, что правило другого содержания не предусмотрено конкретным договором.

Статьей 696 Гражданского кодекса Российской Федерации определяются условия, при которых ссудополучатель несет риск случайной гибели или случайного повреждения вещи, а именно: в случае, если вещь погибла или была испорчена в связи с тем, что использовалась не в соответствии с договором или назначением вещи либо была передана третьему лицу без согласия ссудодателя; в случае если с учетом фактических обстоятельств ссудополучатель мог предотвратить ее гибель или порчу, пожертвовав своей вещью, но предпочел сохранить свою вещь.

Исходя из положений пунктов 1 и 3 статьи 401 ГК РФ ссудополучатель отвечает за утрату либо повреждение вещи либо при наличии вины, либо при наличии оснований, при которых риск случайной гибели закон возлагает на него.

При этом следует учитывать, что положения ст. 696 ГК РФ носят императивный характер.

В обоснование передачи объекта в безвозмездное пользование истцы представили расписку от 14.04.2022 следующего содержания «Я, ФИО9 подтверждаю, что осуществлял деятельность на первом и втором этажах в металлическом ангаре по адресу <...>. Деятельность по сдаче автомобилей в аренду и обслуживанию собственных автомобилей. Эту деятельность осуществлял в течение двух лет. Обслуживание моих автомобилей производил ФИО12».

В отсутствие письменного договора передачи объекта в безвозмездное пользование, а также отсутствие возражений по факту получения денежных средств от ответчика, суд руководствуется пояснениями стороны ответчика о наличии арендных отношений по пользованию частью ангара.

Так в подтверждение возмездности предоставления части ангара ответчиком представлены документы о внесении с февраля 2018 года по декабрь 2018 года платы в размере 15000 рублей путем перевода ФИО19 на банковскую карту денежных средств (л.д. 107-108 т. 1); с января 2019 года по май 2019 года внесение платы в размере 27000 рублей путем перевода на банковскую карту денежных средств ФИО19 (л.д. 111-113 т. 1); с июня 2019 года по декабрь 2021 года внесение платы в размере 36000 рублей путем личной передачи денежных средств в наличной форме ФИО19

Доводы истцов о том, что получаемые от ответчика денежные средства уплачивались в счет коммунальных услуг, пропорционально площади используемых помещений документально не подтверждены. Представленные суду договор энергоснабжения от 01.06.2014 заключенный между ОАО «Свердловэнергосбыт» и ООО «Роспроммет», а также акты сверки взаимных расчетов между ООО «Ресурспроммет» и АО «Энергосбыт Плюс» за период с 01.01.2018 по 26.10.2022 (л.д. 168-183 т. 1), договор оказания услуг по выработке тепла и поставке теплоносителя от собственных сетей < № > от 01.10.2019 заключенный между ООО «Ресурспроммет» и ИП ФИО17, а также акты сверки взаимных расчетов между ООО «Ресурспроммет» и ИП ФИО17 (л.д 184-197 т.1); налоговые уведомления по оплате транспортного и имущественного налога за 2019-2020 год (л.д 198-205 т. 1) свидетельствуют о том, что размер коммунальных услуг и налога не является фиксированным и каждый месяц может варьироваться, между тем ответчик вносил фиксированный размер платы, именно как за пользование помещением, а не в счет оплаты коммунальных услуг. Также из представленных истцами документов следует, что размер платы ответчика превышает стоимость коммунальных услуг, уплачиваемых истцами.

Учитывая изложенное суд приходит к выводу об отсутствии доказательств передачи части ангара в безвозмездное пользование ответчику, поскольку между сторонами сложились арендные отношения.

В соответствии со статьей 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом (пункт 1). Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом (пункт 2).

Согласно статье 210 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором. Из приведенных положений закона следует, что собственник по своему усмотрению владеет и пользуется принадлежим ему имуществом и определяет расходы, необходимые для его содержания или ремонта.

Согласно ч. 1 ст. 611 Гражданского кодекса Российской Федерации арендодатель обязан предоставить арендатору имущество в состоянии, соответствующем условиям договора аренды и назначению имущества. Арендодатель обязан производить за свой счет капитальный ремонт переданного в аренду имущества, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или договором аренды. Арендатор обязан поддерживать имущество в исправном состоянии, производить за свой счет текущий ремонт и нести расходы на содержание имущества, если иное не установлено законом или договором аренды (ст. 616 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Основываясь на положениях СП 368.1325800.2017. Свод правил. Здания жилые. Правила проектирования капитального ремонта», утв. Приказом Минстроя России от 25.11.2017 < № >., замена электропроводки относится к капитальному ремонту.

Принимая во внимание, что какой-либо договор в письменной форме между сторонами отсутствовал, третьи лица ФИО2, ФИО8, а также сам ответчик пояснили наличие доступа к первому этажу Ангара, где был расположен щиток и произошло возгорание, неограниченного круга лиц, в том числе работников ООО «Ресурспроммет», учредителями которого выступали истцы, учитывая, что положениями закона о договоре аренды, обязанность проводить капитальный ремонт возложена на арендодателя, то есть истцов, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 12, 56, 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

в удовлетворении исковых требований ФИО7, ФИО8 к ФИО9 о возмещении ущерба, причиненного пожаром, отказать.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд с подачей апелляционной жалобы через Орджоникидзевский районный суд г. Екатеринбурга в течение месяца с момента изготовления решения в окончательной форме.

Судья Н.С. Павлова