Решение по делу № 02-3244/2023~М-1932/2023 от 15.03.2023 - о взыскании денежных средств, штрафа, компенсации морального вреда, судебных расходов.

УИД 77RS0016-02-2023-002803-37

Дело № 2-3244/2023

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

15 марта 2023 года адрес

Мещанский районный суд адрес в составе председательствующего судьи Подопригора К.А.,

при помощнике судьи фио,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-3244/23 по иску ФИО1 к Акционерному обществу «Акционерный коммерческий банк «Алеф-Банк» о взыскании денежных средств, штрафа, компенсации морального вреда, судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

Истец обратилась в суд с иском к ответчику о взыскании убытков, компенсации морального вреда, штрафа и судебных расходов, мотивируя свои требования тем, что 04.09.2019 между ФИО1 и Акционерным обществом «Акционерный коммерческий банк «Алеф-Банк» заключен договор №154754/12-1-19 о предоставлении в пользование индивидуального банковского сейфа (ячейки), по условиям которого ответчик предоставляет во временное возмездное пользование пользователю для хранения ценностей и документов индивидуальный банковский сейф № 12, расположенный в металлическом шкафу №1, находящийся в специально оборудованном охраняемом помещении ответчика, расположенном по адресу: адрес.

Предметом договора являлась аренда индивидуальной сейфовой ячейки для хранения ценностей. В данную ячейку истец поместил: сумма; сумма; золотые ювелирные украшения весом около 800 грамм; золотые монеты Банка России (оценочная стоимость на ноябрь 2020 года в размере сумма; Золотые часы марки «Лонжи», стоимостью сумма. Общая стоимость хранившихся в индивидуальном банковском сейфе ценностей составляла на 30.11.2020 года сумма

По утверждению истца в период времени, предшествующий 19 февраля 2021 года, из арендованной банковской ячейки №12, расположенной в металлическом шкафу №1, были похищены все принадлежащие истцу денежные средства и драгоценности. Истец утверждает, что на момент хищения в ячейке находилось сумма; сумма; золотые ювелирные украшения весом около 800 грамм; золотые монеты Банка России (оценочная стоимость на ноябрь 2020 года в размере сумма; Золотые часы марки «Лонжи», стоимостью сумма. Общая стоимость хранившихся в банковской ячейке №12 ценностей на момент обнаружения кражи составляла по состоянию на 30.11.2020 года сумма

В настоящее время Главным следственным управлением ГУ МВД России по адрес расследуется объединенное уголовное дело № 12101450098000051, в ходе расследования которого было установлено, что неустановленное лицо, в период времени предшествующий 19 февраля 2021 года (более точное время следствием не установлено), находясь в помещении адрес, расположенном по адресу: адрес, незаконно проникло в индивидуальную банковскую депозитную ячейку, арендуемую истцом у Банка и тайно похитило из нее принадлежащие истцу денежные средства и ценности. В настоящее время производство по уголовному делу приостановлено. Истец признан потерпевшим по данному уголовному делу и гражданским истцом.

Ссылаясь на данные обстоятельства, истец просит взыскать с ответчика убытки в размере сумма; штраф в сумме сумма; моральный вред в сумме сумма; судебные расходы в сумме сумма

Истец в судебное заседание не явился, обеспечил явку своих представителей фио, фио, которые исковые требования поддержали, настаивали на удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Представители ответчика Акционерного общества «Акционерный коммерческий банк «Алеф-Банк» - фио, ФИО2 в судебное заседание явились, возражали против удовлетворения исковых требований, по основаниям, изложенным в письменных возражениях и пояснениях.

Суд, выслушав стороны, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

В силу ст.309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

В силу ч.1 ст.921 Банк может принимать на хранение ценные бумаги, драгоценные металлы и камни, иные драгоценные вещи и другие ценности, в том числе документы.

Согласно со ст.922 ГК РФ, договором хранения ценностей в банке может быть предусмотрено их хранение с использованием поклажедателем (клиентом) или с предоставлением ему охраняемого банком индивидуального банковского сейфа (ячейки сейфа, изолированного помещения в банке). По условиям договора хранения согласно ст.891 ГК РФ, хранитель, имея достаточные сведения о составе принимаемого на хранение имущества для оценки его стоимости, обязан принять все предусмотренные договором хранения меры для того, чтобы обеспечить сохранность переданной на хранение вещи. Хранитель обязан возвратить поклажедателю или лицу, указанному им в качестве получателя, ту самую вещь, которая была передана на хранение (ст.900 ГК РФ).

В силу пункта 3 статьи 922 Гражданского кодекса РФ по договору хранения ценностей в банке с предоставлением клиенту индивидуального банковского сейфа банк обеспечивает клиенту возможность помещения ценностей в сейф и изъятия их из сейфа вне чьего-либо контроля, в том числе и со стороны банка. Банк обязан осуществлять контроль за доступом в помещение, где находится предоставленный клиенту сейф.

В соответствии с ч.4 ст.922 ГК РФ к договору о предоставлении банковского сейфа в пользование другому лицу без ответственности банка за содержимое сейфа применяются правила Гражданского кодекса о договоре аренды.

В соответствии со ст.606 ГК РФ по договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование.

В силу ч.2 ст.612 ГК РФ арендодатель не отвечает за недостатки сданного в аренду имущества, которые были им оговорены при заключении договора аренды или были заранее известны арендатору либо должны были быть обнаружены арендатором во время осмотра имущества или проверки его исправности при заключении договора или передаче имущества в аренду.

В соответствии с п.1.1 Договора аренды Банк предоставил ФИО1 во временное пользование (аренду) индивидуальный банковский сейф (ячейку) с неотъемлемыми принадлежностями, а Клиент принял и использовал индивидуальный банковский сейф для хранения в нем предметов, именуемых в дальнейшем «содержимое индивидуального банковского сейфа», и оплачивал предоставляемые Банком услуги в соответствии с Договором аренды.

Согласно п.п. 5.1-5.3 Договора аренды Банк несет перед Истцом следующие обязательства: предоставить индивидуальный банковский сейф в аренду клиенту, осуществлять контроль за доступом в помещение, где находится арендуемый индивидуальный банковский сейф, обеспечить Клиенту и его уполномоченному представителю (по доверенности) беспрепятственный доступ к арендованному индивидуальному банковскому сейфу; содержать индивидуальный банковский сейф в исправном состоянии и устранять за свой счет любые повреждения индивидуального банковского сейфа, возникшие не по вине Клиента.

Таким образом, применительно к рассматриваемым арендным правоотношениям Договором аренды, локальными нормативными актами Банка, действующим законодательством не установлена обязанность Банка в рамках оказания услуги аренды индивидуального банковского сейфа принимать на хранение, получать и фиксировать информацию о содержимом индивидуального банковского сейфа, равно как и производить осмотр помещаемого для хранения в индивидуальный банковский сейф и изымаемого после хранения из индивидуального банковского сейфа Клиентом имущества.

Истец утверждает, что, помещая ценности в индивидуальный банковский сейф №12, он рассчитывал на обеспечение Банком их сохранности. При этом, если бы намерения Истца на момент посещения Банка были тождественны основаниям иска, то ФИО1, действуя разумно и добросовестно, с учетом имеющегося у него опыта работы в период с 02.09.2003 по 27.12.2016 председателем Правления ООО Инвестиционный коммерческий банк «Энтузиастбанк», что подтверждается копией трудовой книжки ФИО1, мог по другим правовым основаниям оформить с ответчиком или иными банковскими организациями договор хранения денежных средств с использованием индивидуального банковского сейфа и поместить ценное имущество под опись на крупную сумму в сейф под контролем Банка.

При этом, в соответствии с п.5.3. Договора аренды установлено, что Банк обязуется обеспечить возможность помещения и изъятия Клиентом из арендованного индивидуального банковского сейфа ценностей без чьего-либо контроля, в т.ч. и со стороны Банка.

Условие о конфиденциальности информации о хранящихся в индивидуальном банковском сейфе ценностях клиента (п.5.3 Договора аренды), обеспечивается в соответствии с п.3.2 Порядка по организации видеонаблюдения в адрес, утвержденного Председателем Правления 30.12.2020 отсутствием камеры видеонаблюдения в самом помещении депозитария.

Согласно абз.3 п.3 ст.922 ГК РФ, если договором хранения ценностей в банке с предоставлением клиенту индивидуального банковского сейфа не предусмотрено иное, банк освобождается от ответственности за не сохранность содержимого сейфа если докажет, что по условиям хранения доступ кого-либо к сейфу без ведома клиента был невозможен либо стал возможным вследствие не преодолимой силы.

Как следует из содержания вышеприведенных положений, ответчик отвечает перед клиентом за сохранность содержимого предоставленного сейфа, кроме случая, когда ответственность была прямо исключена из договора.

Пунктом 5.2.1 Договора аренды установлено, что Банк не имеет доступа к содержимому индивидуального банковского сейфа и не несет ответственности за сохранность и целостность ценностей, помещенных Клиентом в индивидуальный банковский сейф.

Таким образом, указанный Договор аренды содержит самостоятельное условие, ограничивающие ответственность Банка за не сохранность содержимого ячейки.

Иначе говоря, истец неосновательно возлагает на ответчика ответственность за сохранность имущества, помещенного им в индивидуальный банковский сейф №12 по договору аренды, переквалифицировав рассматриваемые правоотношения в отношения, вытекающие из договора хранения, и приводит правовое обосновании и судебную практику именно в отношении обязательств хранителя.

Приведенная истцом правовая позиция Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации, отраженная в Определении от 15.11.2022 № 5-КГ22-105-К2, не может быть всецело принята судом во внимание при разрешении данного спора в связи с тем, что вывод Судебной коллегии о применении к договорным правоотношениям правил о договоре хранения ценностей базируется на отсутствии в договоре самостоятельных условий, ограничивающих ответственность банка за несохранность содержимого ячейки. Вместе с тем, п.5.2.1 договора аренды содержит такое самостоятельное условие, исключающее ответственность банка за несохранность содержимого ячейки.

Учитывая вышеизложенные правовые доводы, суд приходит к выводу о несогласии с утверждениями ФИО1 о квалификации рассматриваемых договорных правоотношений в качестве отношений, вытекающих их договора хранения, т.к. договор 154754/12-1-19 о предоставлении в пользование индивидуального банковского сейфа (ячейки) не имеет однозначно тождественных признаков (а лишь условно смежные) с вменяемым Истцом договором хранения, а стороны Договора аренды при его заключении стремились создать именно арендные правоотношения.

Следовательно, к данным правоотношениям, возникшим из Договора аренды, применяются предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации правила о договоре аренды, в соответствии с которыми Банк несет ответственность за убытки, причиненные клиенту в результате утраты содержимого сейфа в связи с ненадлежащим исполнением своих обязательств по Договору аренды.

Пунктом 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений I раздела Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

В силу части 2 статьи 56 ГК РФ суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Статьей 401 ГК РФ предусмотрено, что лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности.

Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства (пункт 1).

Если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств. К таким обстоятельствам не относятся, в частности, нарушение обязанностей со стороны контрагентов должника, отсутствие на рынке нужных для исполнения товаров, отсутствие у должника необходимых денежных средств (пункт 3).

Как разъяснено в подп. "д" п. 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" под финансовой услугой следует понимать услугу, оказываемую физическому лицу в связи с предоставлением, привлечением и (или) размещением денежных средств и их эквивалентов, выступающих в качестве самостоятельных объектов гражданских прав (предоставление кредитов (займов), открытие и ведение текущих и иных банковских счетов, привлечение банковских вкладов (депозитов), обслуживание банковских карт, ломбардные операции и т.п.).

Таким образом, гражданин, являющийся клиентом банка по договору аренды индивидуального банковского сейфа, является потребителем финансовой услугой, и к возникшим спорным правоотношениям применяется законодательство о защите прав потребителей.

Согласно пункту 4 статьи 13 Закона о защите прав потребителей изготовитель (исполнитель, продавец, уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер) освобождается от ответственности за неисполнение обязательств или за ненадлежащее исполнение обязательств, если докажет, что неисполнение обязательств или их ненадлежащее исполнение произошло вследствие непреодолимой силы, а также по иным основаниям, предусмотренным законом.

При разрешении требований потребителей необходимо учитывать, что бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, в том числе и за причинение вреда, лежит на продавце (изготовителе, исполнителе, уполномоченной организации или уполномоченном индивидуальном предпринимателе, импортере) (пункт 28 указанного постановления Пленума). Исходя из этого бремя доказывания надлежащего оказания услуг по Договору аренды возлагается на ответчика.

В свою очередь, в качестве основания для взыскания убытков ФИО1 ссылается в иске на нарушения Ответчиком условий Договора аренды, что, оп его мнению, выразилось в необеспечении Банком невозможности доступа посторонних лиц к арендуемой Истцом ячейке. Данное утверждение не подтверждено имеющимися в материалах дела документами и опровергается нижеизложенными пояснениями Ответчика и прилагаемыми к ним документами, имеющимися в материалах дела.

Как следует из Правил и Договора аренды ответчик принял на себя обязательства по предоставлению в аренду индивидуального банковского сейфа - запирающийся металлический шкаф, расположенный в металлическом шкафу-сейфе в помещении Депозитария, имеющий повышенные защитные свойства.

Пунктом 1.2 Договора аренды предусмотрено, что при заключении договора аренды арендатору предоставляется находящийся в исправном состоянии ключ и сейф. При этом банк гарантирует соблюдение требований арендатора, предъявляемых к устройству и технической укрепленности хранилища ценностей, установленных нормативными документами Банка России. Согласно пункту 5.2 Договора аренды ответчик обязан осуществлять контроль за доступом в помещение, где находится арендуемый индивидуальный банковский сейф №12.

Таким образом, суд приходит к выводу, что помещение депозитария ответчика, как и размещенные в нём сейфовые шкафы и индивидуальный банковский сейф в полной мере соответствовали установленным Банком России требованиям к технической укрепленности помещений для хранения ценностей и используемого оборудования, оценивая следующие документы, пояснения Ответчика и обстоятельства дела. При этом, помещение депозитария ответчика имело Сертификат соответствия №РОСС RU С316.СО3012 требованиям нормативных документов по ГОСТ Р 50862-2005 г. адрес класс устойчивости ко взлому. Согласно Заключению о соответствии требованиям, установленным нормативными актами Банка России, помещений для совершения операций с ценностями, выданному Московским главным территориальным управлением Банка России 06.05.2009 №03-18-4-04/37392, Банком соблюдены требования Положения Банка России № 318-П от 24.04.2008 к Кассовому узлу, в состав которого входит Депозитарий. Внутри Депозитария были размещены шкафы-сейфы серии ЛС-440 №1 и №2 IV класса устойчивости ко взлому согласно ГОСТ Р 50862-96(фото №12-14), внутри которых размещались ИБС - в каждом шкафу-сейфе по 20 ИБС (фото №15). Индивидуальный банковский сейф №12 размещался в шкафу-сейфе №1. К Шкафам-сейфам серии ЛС-440 имеются Сертификаты соответствия №РОСС RU С3308.НО0141 и №РОСС RU С3308.НО0610.

Таким образом, ответчиком при предоставлении истцу услуги по аренде индивидуальный банковский сейф №12 по Договору аренды был обеспечен достаточный уровень защиты (VII класс устойчивости ко взлому при организации хранения материальных ценностей клиентов).

В судебном заседании установлено, что дополнительная защита от доступа к индивидуальному банковскому сейфу третьих лиц или сотрудников Банка обеспечена конструктивными особенностями используемых сейфов. Открытие индивидуального банковского сейфа возможно в соответствии с конструктивными особенностями ячеек, только при одновременном использовании двух разных ключей, один из которых (мастер-ключ) хранится в установленном порядке в Банке, а второй ключ (в двух экземплярах; иных экземпляров данного ключа у Банка нет) – у клиента. Следовательно, открытие индивидуального банковского сейфа в рабочем режиме с помощью ключей возможно только в присутствии клиента с применением ключа клиента. Такой способ открытия индивидуального банковского сейфа обеспечивает исключение доступа третьих лиц и сотрудников Банка к индивидуальному банковскому сейфу без его взлома и/или вскрытия.

Входная дверь в Депозитарий закрывалась на два замка, а также имела дополнительную решетчатую дверь, оснащенную одним замком, которая размещена с входной дверью в единой дверной коробке согласно ГОСТ Р 50862-96, ГОСТ Р 51113-97, ГОСТ Р 51224-87.

Перед Депозитарием оборудован круглосуточный пост охраны Банка. Депозитарий был оснащен системой охранно-пожарной и тревожной сигнализации. Сигналы тревожной сигнализации выведены в дежурную часть органа внутренних дел. Охрана помещения осуществлялась в соответствие с заключенным с Управлением вневедомственной охраны при ГУВД по адрес ГОП «ГОЛЬФСТРИМ охранные системы» Договором № 94/02720 от 01.08.2014 г. По условиям договора помещение Депозитария и внешний контур здания Банка ставились на охрану в нерабочее время и выходные дни.

Помещение, прилегающее к Депозитарию оборудовано электрическим замком, посредством которого доступ в помещение осуществлялся по индивидуальным электронным пропускам. Право доступа предоставлялось только сотрудникам Банка, которым доступ был необходим для исполнений ими своих служебных обязанностей, путем настроек Системы контроля и управления доступом. Комната, расположенная перед входом в Депозитарий, была оснащена камерой видеонаблюдения, направленной на входную дверь в Депозитарий. Согласно требованиям «Порядка по организации видеонаблюдения в адрес, в процессе видеонаблюдения производилась запись видеоинформации на жесткий диск видеорегистратора, расположенный в серверной комнате Банка (емкость жесткого диска позволяет производить запись в течении 61 дня). Процедура открытия и закрытия Депозитария осуществлялась в соответствие с Положением о порядке предоставления в аренду индивидуальных банковских сейфов в адрес. Должностные лица, ответственные за открытие/закрытие Депозитария, а также за сохранность и использование ключей от Депозитария были определены приказом Председателя Правления Банка «О назначении ответственных лиц за сдачу в аренду, сопровождение договоров аренды индивидуальных банковских сейфов и определение места хранения ключей от Сейфовой комнаты по хранению ценностей Клиентов адрес АКБ «Алеф-Банк». Хранение ключей от Депозитария должностными лицами Банка в рабочее время осуществлялось в запираемом сейфе, расположенном в служебном помещении Банка.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что ответчик в полной мере обеспечил все доступные меры для исполнения Договора аренды, как в части недопущения доступа посторонних лиц к индивидуальному банковскому сейфу, так и в части осуществления контроля за доступом клиентов и сотрудников Банка в Депозитарий и к индивидуальному банковскому сейфу. Поскольку в шкафу-сейфе расположены двадцать индивидуальных банковских сейфов, доступ к которым имели на законных основаниях и иные клиенты Банка по заключенным договорам аренды индивидуального банковского сейфа, такие лица не могут охватываться термином - «посторонние лица», как лица, получившие доступ к индивидуальному банковскому сейфу без ведома истца и в нарушение условий договора аренды.

Доводы истца о несостоятельности ссылки ответчика в качестве подтверждение своих доводов о соответствии техукрепленности сейфовой комнаты по хранению ценностей клиентов, размещенных в ней сейфов, требованиям утративших с 01.01.2007 силу ГОСТ Р 50862-96 отклоняются судом, поскольку на момент приемки в эксплуатацию такой сейфовой комнаты по хранению ценностей клиентов ГОСТ Р 50862-96 «Сейфы и хранилища ценностей, Требования и методы испытаний на устойчивость к взлому и огнестойкость» действовал и применялся, а дальнейшее изменение национальных стандартов Российской Федерации (ГОСТ) в рассматриваемой сфере, не затрагивали технических параметров защитных свойств помещений, сейфов для совершения операций с ценностями клиента.

Согласно Заключения эксперта Межрайонного отдела экспертно-криминалистического центра УВД по адрес ГУ МВД России по адрес фио от 03.03.2021 №477 следов взлома и воздействия на индивидуальный банковский сейф №12 посторонних предметов следствием не установлено, как не установлен и способ открытия индивидуального банковского сейфа.

При таких обстоятельствах, при всей возможной степени заботливости и осмотрительности ответчик не мог предвидеть цель доступа одним из клиентов Банка (подозреваемых по уголовному делу лиц) по договору аренды ячейки сейфа к своему индивидуальному банковскому сейфу, имеющей целью похитить имущество других клиентов банка, и тем самым предотвратить преступные действия таких лиц. Факт доступа подозреваемых фио и фио в шкафу-сейфу №1 к своему индивидуальному банковскому сейфу не может повлечь ответственности Банка, следовательно, утверждение Истца о том, что подозреваемый имел незаконный доступ к индивидуальному банковскому сейфу №12 не может быть принято в качестве доказательства вины Банка.

В отсутствии причинно-следственной связи между действиями Банка и причиненным Истцу материальным ущербом в результате хищения его имущества из индивидуального банковского сейфа №12, а также оценив меры, предпринятые Банком для сохранности индивидуального банковского сейфа, предотвращения доступа посторонних лиц в Депозитарий, как достаточные по условиям Договора аренды, суд приходит к выводу о доказанности Ответчиком, что вред Истцу причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).

Разрешая данный спор, суд приходит к выводу о том, что представленные истцом доказательства и факт нахождения денежных средств и ценностей, на момент совершения кражи в арендуемой банковской ячейке не подтверждают изложенные в исковом заявлении обстоятельства, а предоставленные истцом доказательства, подтверждающие наличие у него денежных средств и ценностей, сами по себе не свидетельствуют о том, что в арендованном истцом по договору с банком индивидуальном сейфе на момент хищения хранились указанные денежные средства и ценности, при том что само возбуждение уголовного дела такие обстоятельства также не подтверждает.

Согласно положениям статьи 57 ГПК РФ в случае, если представление необходимых доказательств для лиц, участвующих в деле, затруднительно, суд по их ходатайству оказывает содействие в собирании и истребовании доказательств. Вместе с тем, Истцом не заявлены ходатайства в отношении доказательств принадлежности ему имущества, помещенного в индивидуальный банковский сейф №12.

Кроме того, судом установлено, что доступ к индивидуальному банковскому сейфу №12 был обеспечен только фио, что подтверждается следующими обстоятельствами и приобщенными к материалам дела доказательствами: Доступ в помещение Депозитария исключен для каких-либо лиц (посторонних лиц), кроме клиентов Банка, с которыми заключены договоры аренды ИБС, размещенных в Депозитарии Банка, а также кроме сотрудников Банка, имеющих специальный доступ в Депозитарий на основании приказов, издаваемых Председателем Правления Банка. Порядок доступа и учета лиц в Депозитарий, учета, выдачи и хранения ключей от дверей в Депозитарий, шкафа-сейфа и ИБС, пеналов и пломб для них строго установлен локальными актами Банка: Положением о порядке предоставления в аренду индивидуальных банковских сейфов в адрес, Порядком организации пропускного и внутриобъектового режима в адрес от 24.08.2020, Положением об Отделе обслуживания клиентов Управления расчетно-кассового обслуживания Департамента операционного обслуживания клиентов адрес. Соблюдение установленного порядка подтверждается приобщенными к материалам дела Журналом учета выдачи печатей, Журналом учета выдачи пропусков, Журналом регистрации выдачи (приема) пеналов, приказами Председателя Правления банка от 17.04.2020 № 40/04-3-20, от 30.06.2020 № 68/06-4-20, от 09.07.2020 № 72/07-2-20, от 20.01.2021 № 05/01-21, от 20.02.2021 № 21/02-1-21. Все посещения клиентом индивидуального банковского сейфа фиксируются сотрудником ответчика в учетной карточке клиента в разделе Регистрация посещений с проставлением даты и периода времени посещения, а также заверяются подписью клиента и сотрудника банка. Согласно выписке заключения комиссии банка от 17.03.2021, созданной ответчиком по результатам рассматриваемого инцидента, учетные карточки всех клиентов, с которыми были заключены договоры аренды индивидуального банковского сейфа, указанные журналы, записи камер видеонаблюдения не подтверждают нарушение режима доступа к индивидуальному банковскому сейфу №12, а также в целом в Депозитарий. Кроме того, представителями ответчика были даны подробные пояснения с предоставлением письменных пояснений и приложенных фотографий помещений относительно порядка предоставления клиенту доступа в Депозитарии к индивидуальному банковскому сейфу. В соответствии с представленными техническими документами и пояснениями, доступ клиентов и сотрудников Банка в Депозитарий контролируется на всех этапах сотрудниками охраны Банка с помощью камер видеонаблюдения, обеспечен посредством поэтапного прохождения шести запирающихся дверей с использованием ключей, в т.ч. электронных, сопровождением клиента операционистом с момента его идентификации и до окончания работы с индивидуальным банковским сейфом.

В судебном заседании, на вопрос суда, имелась ли у клиента возможность находиться в помещении Депозитария одному, без сотрудника Банка, ответчик дал пояснения, что клиент находился в помещении Депозитария один с момента открытия индивидуального банковского сейфа и до окончания работы с ценностями в соответствии с условиями Договора аренды.

При этом, подозреваемые фио и фио имели законный доступ в депозитарий ответчика на основании заключенных договоров аренды своих индивидуальных банковских сейфов, причем все посещения данных клиентов фиксировались в указанном выше порядке. Иных лиц, которые действующим законодательством именуются в качестве «посторонние», имеющих возможность осуществить доступ в Депозитарий на незаконных исвнедоговорных основаниях, истцом не представлено, следствием не установлено, а судом не добыто.

Таким образом, судом установлено на основании письменных доказательств и показаний представителей ответчика, что банком в должной мере обеспечено исполнение условия Договора аренды о недопущении доступа посторонних лиц к индивидуальному банковскому сейфу и контроле за доступом в Депозитарий.

Изучив представленный Истцом Протокол осмотра доказательств, удостоверенный нотариусом Мытищинского нотариального округа адрес фио 28.02.2023, суд приходит к выводу, что данный протокол фиксирует лишь информацию с интернет-сайта в глобальной сети Интернет по адресу: www.keyservice.ru в части наличия информации фотокопии-изображения со страницы данного сайта, содержащие сведения о запорных устройствах (замках) и ключах к ним различных типов, моделей и производителей с указанием технических характеристик и стоимости в рублях. В том числе имеется информация о замках и аксессуарах для сейфов, депозитных замках.

Между тем, в письменных пояснениях истец утверждает, что любой желающий, заплатив сумма, мог приобрести мастер-ключ банка (SARGENT AND GREENLEAF 9500-026, (код АА16), который подходил абсолютно ко всем моделям замков 4440-274 и 4440-192. Такое утверждение сделано с отсылкой к представленным Истцом письменным доказательствам: Протоколу осмотра и Заключением № 477 от 03.03.2021 главного эксперта Межрайонного отдела экспертно-криминалистического центра УВД по I03AO ГУ МВД России по адрес фио, 19 февраля 2021 года, в котором установлен производитель ключа от замка ИБС №12 – «SG» и номер Н25682. Замок производителя SARGENT AND GREENLEAF, серии 4440 (фото 1,2). Изображенный в приложении №6 ключ SARGENT AND GREENLEAF 9500-026, (код АА16) ключ Банка, определяемый Истцом, как мастер-ключ не сличался с подлинным мастер-ключом Банка, используемым для индивидуального банковского сейфа №12, ни в ходе экспертизы или иных исследований в рамках следствия по уголовному делу, ни в ходе гражданского процесса. Идентичность данных ключей не установлена. Фактов пропажи или кражи из Банка мастер-ключа не установлено. Клиент не имеет доступа к мастер-ключу Банка и не может использовать его ни как для открывания сейфа, равно и как для сравнения. В материалах дела отсутствуют документы, подтверждающие, что данный ключ изымался в Банке в ходе следственных действий или передавался третьим лицам. Таким образом, у суда нет оснований согласиться с доводом Истца о наличии в свободной продаже идентичного характеристикам мастер-ключа ответчика.

При этом, из представленных доказательств и пояснений истца, судом не установлена достаточная степень максимальных совпадений о рассматриваемом ключе сведений в Заключении эксперта № 477 об изученном замке из индивидуального банковского сейфа №12 и ключей к нему с размещенной на интернет-сайте www.keyservice.ru информацией о депозитных замках и ключах к ним. Наличие на ключе от индивидуального банковского сейфа №12 номера дает основания предположить, что производителем присваивается каждому ключу исключительный индивидуальный номер исходя из его особенных и неповторимых характеристик, не позволяющих использовать его для отпирания иных замков той же серии. Вместе с тем, из наличия в продаже ключей от депозитарных ячеек определенной серии не следует, что все ключи в данной серии замков полностью идентичны и позволяют открывать ранее приобретенные замки той же серии. Фактическое наличие в свободной продаже указанных на сайте ключей, а также предположительная возможность отпирания такими ключами индивидуального банковского сейфа №12 истцом не доказана, а судом не установлена.

При этом, суд, изучив Заключение эксперта №477, установил, что в ходе осмотра места происшествия по адресу: адрес отделения Банка был изъят лишь сейфовый замок от ИБС №12 «SARGENT AND GREENLEAF INC NICHOLASVILLE KY.4440 4442 4443). В связи с чем эксперт указывает, что отсутствие следов воздействия посторонним предметом на частях и деталях исследуемых замков дает основания для вывода о том, что он не подвергался воздействию посторонним предметом. Конструкция сувальдных замков и техническое несовершенство их запирающих механизмов не исключают возможности отпирания замков посторонними предметами или иными ключами, подобранными с достаточной точностью без образования следов, отличающихся от следов, образующихся приданными ключами. Таким образом, решить вопрос: «Каким образом он отпирался?» не представляется возможным. По результатам такого исследования эксперт пришел к выводу, что решить вопрос об исправности, представленного в ходе выемки замка, не представляется возможным без второго банковского ключа. Из чего суд приходит к выводу, что экспертиза осуществлялась только с применением клиентских ключей от индивидуального банковского сейфа №12 без мастер-ключа Банка, в связи с отсутствием его у следствия.

При таких обстоятельствах, по мнению суда, выводы экспертизы о техническом несовершенстве их запирающих механизмов не могут быть объективными и достоверными. По этой же причине суд отклоняет довод истца о том, что «в ходе расследования уголовного дела было установлено, что во всех пяти банках, в которых было совершено хищение из индивидуальных банковских сейфов клиентов, преступники использовали один мастер-ключ, который подходил абсолютно ко всем замкам во всех банках». Такое утверждение опровергается выводом в заключении эксперта №477, в котором указано, что решить вопрос об исправности замка данного вида не представляется возможным без второго банковского ключа, что объясняется отпиранием замка разными ключами (банковский ключ) и ключом клиента через две ключевые скважины, которого не было представлено для производства экспертизы.

Следовательно, представленный истцом протокол осмотра доказательств с интернет-сайта и его письменные пояснения при сопоставлении со сведениями заключения эксперта № 477 и иными материалами дела не были основаны на полной, объективной и достоверной информации, следовательно, не отвечали признакам относимости и допустимости доказательств, носили предположительный характер и не соответствовали требованиям статей 55, 59, 60, 67, ГПК РФ, в связи с чем в силу ст.ст. 56, 59 ГПК РФ критически оцениваются судом в качестве допустимых доказательств доводов истца.

Довод истца о недостаточной степени защищенности индивидуального банковского сейфа, которые возможно открыть с помощью мастер-ключа, имеющегося в свободной продаже, не подтверждается Протоколом осмотра доказательств и иными, имеющимися в материалах дела документами. Из материалов уголовного дела, представленных Истцом, следует, что фио, паспортные данные и фио, паспортные данные, являющиеся подозреваемыми по уголовному делу, одновременно были в период обслуживания ФИО1 клиентами ответчика на основании заключенных с ними типовых договоров аренды индивидуального банковского сейфа. Арендованные ими индивидуальные банковские сейфы располагались в том же шкафу-сейфе №1, что и ИБС №12.

При этом, истцом не представлено, следствием не установлено, а судом не добыто, что фио и фио являлись связанными с ответчиком лицами, объединенным каким-либо противоправным умыслом. Таким образом, данные лица, имеющие доступ в помещение Депозитария к шкафу-сейфу №1 на законных (договорных) основаниях, могли, имея преступный умысел на совершение хищения ценностей, самостоятельно, без участия или помощи сотрудников ответчика, похитить ценности из индивидуальных банковских сейфов иных клиентов, включая ИБС №12. В данных обстоятельствах суд приходит к выводу об отсутствии в действиях ответчика виновности в предположительно совершенном хищении ценностей указанными лицами из индивидуального банковского сейфа.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Исходя из специфики помещения клиентом в сейфовую ячейку ценностей и их изъятия из него, которые осуществляются вне чьего-либо контроля, в том числе и со стороны ответчика, следует, что на истце, заключившем договор с банком, лежит бремя доказывания обстоятельств обладания таким имуществом и вложения его в сейфовую ячейку, а также его размера и стоимости.

Из искового заявления следует, что ФИО1 разместил в арендованном сейфе денежные средства в сумме сумма, сумма, золотые ювелирные украшения весом около 800 грамм; золотые монеты Банка России (оценочная стоимость на ноябрь 2020 года в размере сумма; золотые часы марки «Лонжи» стоимостью сумма.

В обоснование иска истец представил: Заключение эксперта № ПФЭ01-23С по результатам досудебной психофизиологической экспертизы с использованием полиграфа от 24.01.2023; Сведения о работе из трудовой книжки, в соответствии с которыми Истец в период с 02.09.2003 по 27.12.2016 занимал должность Председателя Правления ООО Инвестиционный коммерческий банк «Энтузиастбанк»; Договор купли-продажи от 26.07.2018 квартиры, расположенной по адресу: адрес, в соответствии с которым Истец получил от продажи квартиры сумма; Нотариально заверенное заявление гражданки фио от 18.06.2022 о том, что она возвратила Истцу сумма, полученных от него по договору займа; Выписку из журнала регистрации посещений адрес и адрес, протокол осмотра доказательств от 09.03.2023 осуществленный нотариусов адрес фио

Суд исследовал нотариально заверенное заявление гражданки фио от 18.06.2022 о том, что она возвратила Истцу сумма, полученные от него по договору займа и установил, что упомянутые документы, по которым денежные средства получались истцом в рублях, не могут с убедительной достоверностью свидетельствовать о нахождении именно данных денежных средств в рассматриваемом ИБС, так как по заявлению истца денежные средства в ИБС находились именно в иностранной валюте.

Между тем, в силу положений Федерального закона от 10.12.2003 N 173-ФЗ «О валютном регулировании и валютном контроле» купля-продажа наличной и безналичной иностранной валюты осуществляется только через уполномоченные банки и государственную корпорацию развития "ВЭБ.РФ" с оформлением соответствующих банковских документов. Однако каких-либо доказательств приобретения ФИО1 иностранной валюты в размере, заявленном им в иске, в материалы дела не представлено.

При этом суд учитывает обстоятельства значительного и несвязанного срока между датами получения истцом денежных средств по договору купли-продажи квартиры и по договору займа и датой заключения договора аренды индивидуального банковского сейфа у ответчика.

Результаты полиграфического исследования, а также сведения о работе Истца в соответствующий период, в отсутствии иных объективных достоверных доказательств не являются безусловным доказательством, подтверждающим факт нахождения ценного имущества в банковской ячейке и возможный размер причиненного истцу ущерба. Так пунктом 3 представленного истцом договора купли-продажи от 26.07.2018 квартиры установлено, что ФИО1 получил до подписания договора сумма.

Оценивая представленные истцом в материалы дела доказательства в совокупности и взаимной связи, суд приходит к выводу о том, что ФИО1 не представлено допустимых, относимых и достаточных доказательств наличия и помещения заявленных материальных ценностей в банковскую ячейку и доказательств, достоверно подтверждающих размер причиненного ущерба.

Также ФИО1 не представлены допустимые и достоверные доказательства, подтверждающие факт принадлежности ФИО1 заявленных в иске золотых ювелирных украшений весом около 800 грамм, золотых монет Банка России, золотых часов марки «Лонжи», с помощью которых можно определенно идентифицировать количественные и качественные характеристики и состояние таких ювелирных изделий, равно как и обстоятельства, доказывающие помещения их в сейфовую ячейку ответчика.

Приобщенным к материалам дела протоколом осмотра доказательств от 09.03.2023, осуществленным нотариусом адрес фиоВ, установлена переписка на смартфоне с номером +79859911560 с неустановленным лицом по вопросу, суть которого в ходе переписки не прослеживается. Данное доказательство не свидетельствует о правах ФИО1 на заявленное в иске имущество и о месте его нахождения.

Выписка из журнала регистрации посещений адрес и адрес свидетельствует исключительно о частоте и времени посещения индивидуального банковского сейфа и не подтверждает пронос имущества и помещение конкретного имущества в банковскую ячейку ответчика.

Предварительное следствие по уголовному делу в настоящее время не окончено, приговора суда, преюдициальным образом устанавливающего факт и обстоятельства хищения и виновных лиц, не имеется.

Факт возбуждения уголовного дела также не является достаточным доказательством размера причиненных истцу убытков, поскольку сумма заявленного потерпевшим ФИО1 имущественного вреда зафиксирована с его слов и обоснованным поводом к удовлетворению такого иска не является.

Также суд принимает во внимание то обстоятельство, что в момент обнаружения ФИО1 факта похищения денежных средств из банковской ячейки, ФИО1 заявил в претензии от 19.02.2021 и письме №804 от 23.03.2021 о пропаже денежных средств и ценностей в суммах и размерах, отличной от суммы, указанной в иске, и далее его показания в материалах уголовного дела в этой части были не последовательны и противоречивы. Так в обозначенных претензии и письме истца банку золотые часы марки «Лонжи» истцом не заявлялись, однако истцом указывалось о пропаже сумма в купюрах по 1000 и сумма, которые им не заявлены в материалах уголовного дела и не отражены в исковом заявлении; стоимость золотых монет Банка России в уголовном деле заявлена истцом в размере сумма. В свою очередь, фио в своем заявлении утверждает о возврате ФИО1 сумма, тогда как в заявлении №804 от 23.03.2021 сам ФИО1 указывает на возврат ему сумма.

Таким образом, суд приходит к выводу, что представленные в материалы дела истцом доказательства в обоснование своих требований противоречат друг другу, не согласуются между собой и в совокупности не подтверждают правовую позицию истца. При таких обстоятельствах, с учетом положений ст.ст. 15, 1064, 1068 ГК РФ, суд приходит к выводу, что на ответчика не может быть возложена обязанность по возмещению истцу, указанного им вреда, причиненного вследствие хищения у истца ценностей на сумму сумма, поскольку доказательств причастности сотрудников банка (ответчика) к данному преступлению, а равно доказательств нарушения сотрудниками банка условий заключенного сторонами договора аренды индивидуального банковского сейфа в части доступа к индивидуальному банковскому сейфу ответчика не представлено, по результатам экспертизы факт вскрытия сейфа не установлен, целостность сейфа не нарушена.

Принимая во внимание положения ст.922 ГК РФ, действующим законодательством предусмотрена возможность предоставления банковского сейфа в пользование другому лицу без ответственности банка за содержимое сейфа, в связи с чем, условия заключенного сторонами договора аренды индивидуального банковского сейфа в части, исключающей ответственность банка-ответчика за сохранность содержимого индивидуального банковского сейфа при исполнении им иных условий договора, не противоречат закону.

Поскольку в ходе рассмотрения настоящего дела факт причинения истцу убытков в результате противоправных либо недобросовестных действий (бездействия) ответчика своего подтверждения не нашел, суд приходит к выводу о необоснованности заявленного истцом требования о возмещении ущерба.

Ввиду того, что нарушений ответчиком имущественных, а также неимущественных прав истца не установлено, в соответствии с положениями ст.ст. 151, 1099 ГК РФ, а также прав истца, как потребителя, суд отказывает в удовлетворении требования истца о компенсации морального вреда и штрафа.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу об оставлении исковых требований ФИО1 к Акционерному обществу «Акционерный коммерческий банк «Алеф-Банк» о взыскании денежных средств, штрафа, компенсации морального вреда, судебных расходов без удовлетворения.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к Акционерному обществу «Акционерный коммерческий банк «Алеф-Банк» о взыскании денежных средств, штрафа, компенсации морального вреда, судебных расходов – оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Московский городской суд в течение месяца со дня изготовления его в окончательной форме через Мещанский районный суд адрес.

Судья К.А. Подопригора