78RS0011-01-2023-002537-58
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
15 мая 2025 года Мещанский районный суд города Москвы
в составе председательствующего судьи Королевой О.М.
при помощнике ФИО1
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-207/2025
по иску Санкт-Петербургского транспортного прокурора в интересах ФИО2 к ОАО РЖД и СПАО Ингосстрах о взыскании денежной компенсации морального вреда,
установил:
Санкт-Петербургский транспортный прокурор, действуя в интересах ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, изначально обратился в Куйбышевский районный суд г. Санкт-Петербурга с иском к ответчику ОАО «Российские железные дороги» (далее – ОАО «РЖД») о взыскании компенсации морального вреда, мотивируя свои требования тем, что в ходе изучения материалов Санкт-Петербургского следственного отдела на транспорте Западного межрегионального следственного управления на транспорте СК РФ установлено, что 06 ноября 2019 года ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, находясь на железнодорожной станции «Яхтенная», расположенной по адресу: <...>, упал под двигающийся электропоезд, в результате чего получил многочисленные травмы, повлекшие, в том числе, ампутацию левой ноги до коленного сустава. После произошедшего с ним несчастного случая ФИО3 проходил длительное лечение, был не транспортабелен и признан инвалидом первой группы. Вследствие развития на фоне полученных при аварии травм у ФИО3 развились заболевания – кардиомиопатия и сердечная недостаточность, которые 13 апреля 2022 года привели к его смерти. 10 августа 2022 года мать ФИО3 – ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, обратилась в Санкт-Петербургскую транспортную прокуратуру с заявлением, в котором просила обратиться в суд в ее интересах о взыскании компенсации морального вреда, ссылаясь на то, что в связи со сложившимися событиями, приведшими к утрате ее сына, она испытывает нравственные и физические страдания, эмоциональный стресс, физическую и психическую боль, вследствие чего ее состояние здоровья ухудшилось. В связи с изложенным, Санкт-Петербургский транспортный прокурор просит суд взыскать с ОАО «РЖД» в пользу ФИО2 денежную компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 руб.
Определением Куйбышевского районного суда г. Санкт-Петербурга от 19 июня 2023 года настоящее гражданское дело передано для дальнейшего рассмотрения в Мещанский районный суд г. Москвы по месту нахождения ответчика ОАО «РЖД».
Протокольным определением Мещанского районного суда г. Москвы от 21 ноября 2023 года к участию в деле в качестве соответчика было привлечено СПАО «Ингосстрах».
В судебном заседании представитель Санкт-Петербургского транспортного прокурора по доверенности ФИО4 заявленные исковые требования поддержала в полном объеме.
ФИО2 в судебное заседание не явилась, о дне, времени и месте рассмотрения дела была извещена в порядке ст. 113 ГПК РФ, представила суду письменное заявление, в котором просила суд рассмотреть дело в свое отсутствие.
Представитель ответчика ОАО «РЖД» по доверенности Зельман Е.А. в судебном заседании против удовлетворения иска возражала, ссылаясь на отсутствие вины ответчика в причинении истцу морального вреда, а также на наличие в действиях ФИО3 грубой неосторожности, ранее представила в материалы дела письменные возражения на иск, которые поддержала в настоящем судебном заседании.
Представитель ответчика СПАО «Ингосстрах» в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания был извещен надлежащим образом в порядке ст. 113 ГПК РФ, ранее представил в материалы дела письменные возражения на иск, в которых ссылался на отсутствие правовых оснований для его удовлетворения.
Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.
В судебном заседании установлено и из материалов дела следует, что 06 ноября 2019 года в 19-05 час. на железнодорожном переходе через железнодорожные пути на 14 км. пикета № 5 железнодорожного перегона станций «Лахта-Новая Деревня», электропроездом № 6086 (ЭД4М-373), сообщением «Белоостров-Санкт-Петербург», под управлением машиниста ФИО5 и помощника машиниста ФИО6, был травмирован пешеход ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, проживающий по адресу: <...>, которому была оказана на месте первая медицинская помощь, после чего медицинской бригадой скорой медицинской помощи он был отправлен в Городскую больницу № 40 г. Сестрорецка.
По факту произошедшего с ФИО3 несчастного случая ОАО «РЖД» было проведено служебное расследование, по результатам которого составлен акт № 29 от 11 ноября 2019 года (л.д. № 139-143 тома № 1).
Согласно п. 10 данного акта причиной транспортного происшествия послужило нарушение пешеходом п.6 и п. 7 раздела III «Правил нахождения граждан и размещения объектов в зонах повышенной опасности, выполнения в этих зонах работ, проезда и перехода через железнодорожные пути», утвержденных приказом Министерства транспорта РФ № 18 от 08 февраля 2007 года, и личная неосторожность потерпевшего.
По факту железнодорожного травмирования ФИО3 был составлен материал КУСП № 1910 от 06 ноября 2019 года.
По результатам проверки, проведенной следователем ОВД Санкт-Петербургского следственного отдела на транспорте, 18 декабря 2019 года было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 263 УК РФ, по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.
Данное постановление было отменено 17 февраля 2020 года заместителем Санкт-Петербургского транспортного прокурора, материал возвращен для дополнительной проверки.
По результатам проведенной дополнительной проверки постановлением следователя по ОВД Санкт-Петербургского следственного отдела на транспорте Северо-Западного следственного управления на транспорте СК РФ от 04 марта 2020 года было отказано в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО5 и ФИО6 по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 263 УК РФ, в связи с отсутствием в их действиях состава преступления (л.д. № 12-16 тома № 1).
Из содержания названного постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 04 марта 2020 года следует, что ФИО3, 06 ноября 2019 года следовал к месту жительства своей бабушки, по пути следования остановился на железнодорожном переходе недалеко от станции «Яхтенная», момент приближения поезда он не видел по собственной невнимательности, также он не слышал звуковых сигналов поезда, так как имеет проблемы со слухом.
Из объяснений машиниста поезда ФИО5 и помощника машиниста поезда ФИО6, полученных в ходе проведения проверки, следует, что при подъезде поезда к железнодорожному перегону станций «Лахта-Новая Деревня» была снижена скорость поезда до 38 км/ч и поданы три звуковых сигнала большой громкости, при подъезде к пешеходному переходу ими был замечен человек в красной куртке, который переходил пешеходный переход. Незамедлительно было применено экстренное торможение, однако ввиду малого расстояния избежать столкновения не удалось. После этого поезд был остановлен и к пострадавшему был отправлен помощник машиниста ФИО6, который оказал пострадавшему первую медицинскую помощь. О случившемся было доложено дежурной по станции «Новая деревня», которой была вызвана бригада скорой медицинской помощи, доставившая пострадавшего в Городскую больницу № 40 г. Сестрорецка.
Из медицинских карт №№ 41602 и 44109 стационарного больного ФИО3 из ГБУЗ «Городская больница № 40», следует, что ФИО3 был доставлен в медицинское учреждение 06 ноября 2019 года в 20-28 час. в отделение реанимации и интенсивной терапии № 2 с множественными телесными повреждениями и травмами, в том числе с травматическим отчленением левой конечности на уровне коленного сустава, в состоянии травматического шока; 25 ноября 2019 года он был переведен в отделение медицинской реабилитации пациентов с нарушением центральной нервной системы № 1, где находился на стационарном лечении в период до 21 января 2020 года, 21 января 2020 года был выписан на амбулаторное лечение по месту жительства (л.д. № 3-174 тома № 2, л.д. № 1-58 тома № 3).
Согласно заключению эксперта СПБ ГБУЗ «БСМЭ» № 4271-п от 23 декабря 2019 года, составленного на основании постановления старшего следователя по ОВД Санкт-Петербургского СО на транспорте Северо-Западного СУ на транспорте СК РФ от 18 декабря 2019 года, полученные ФИО3 телесные повреждения могли возникнуть в условиях железнодорожной травмы при участии потерпевшего и электропоезда, и расцениваются как тяжкий вред здоровью. Определить, имелись ли в моче или в крови потерпевшего алкоголь или наркотические вещества на 06 ноября 2019 года не представилось возможным (л.д. № 17-22 тома № 1).
20 мая 2020 года ФИО3 была установлена первая группа инвалидности по общему заболеванию на срок до 01 июня 2022 года (л.д. № 32 тома № 1).
13 апреля 2022 года ФИО3 умер (л.д. № 35 тома № 1).
Согласно справки о смерти № С-17728 от 18 апреля 2022 года причиной смерти явилось сердечная недостаточность, кардиомиопатия (л.д. № 33 тома № 1).
ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, является родной матерью умершего ФИО3 (л.д. № 29, 34 тома № 1).
Обращаясь с заявлением в Санкт-Петербургскую транспортную прокуратуру, ФИО2 указывала на то, что заболевания, послужившие причиной смерти ФИО3, развились у него в результате травм, полученных 06 ноября 2019 года, произошедшее с ее сыном, в том числе и его преждевременная смерть, причинили ей тяжелые физические и моральные страдания, ухудшившие ее состояние здоровья (л.д. № 28 тома № 1).
Обращаясь в суд с настоящим иском в интересах ФИО2, Санкт-Петербургский транспортный прокурор также ссылался на то, что физические и нравственные страдания причинены ФИО2 в результате произошедшего с ее сыном ФИО3 06 ноября 2019 года несчастного случая, последствия которого привели к его кончине 13 апреля 2022 года.
В целях проверки обоснованности доводов, положенных в основу иска и возражений на него, в целях установления наличия причинно-следственной связи между травмами, полученными ФИО3 06 ноября 2019 года, и его смертью 13 апреля 2022 года, по ходатайству представителя ОАО «РЖД», определением суда от 04 апреля 2024 года по делу была назначена судебная медицинская экспертиза, проведение которой было поручено экспертам АНО «Центральное бюро судебных экспертиз № 1».
Согласно заключению экспертов АНО «Центральное бюро судебных экспертиз № 1» от 20 января 2025 года, сочетанная травма, полученная ФИО3 в результате железнодорожного травмирования 06 ноября 2019 года, и его смерть, наступившая 13 апреля 2022 года вследствие сердечной недостаточности и кардимиопатии (с учетом причин ее возникновения), не имеют между собой причинно-следственной связи. Вероятными причинами возникновения кардимиопатии, согласно литературе, могут являться отравления и интоксикация, инфекции, болезни нарушения обмена веществ, болезни органов пищеварения или генетические нарушения (л.д. № 90-112 тома № 3).
Оснований усомниться в достоверности и объективности выводов экспертного заключения суд не усматривает, поскольку данные выводы экспертов подробно мотивированы и обоснованы в исследовательской части заключения, не допускают двоякого толкования, постановлены экспертами, имеющими соответствующие квалификации и знания, предупрежденными об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ. Заключение составлено на основании исследования материалов настоящего гражданского дела и представленной медицинской документации ФИО3
Более того, обоснованность выводов экспертного заключения со стороны участников процесса ничем опорочена и поставлена под сомнение не была. Ходатайств о назначении по делу повторной или дополнительной судебных экспертиз сторонами заявлено не было и оснований, предусмотренных ст. 87 ГПК РФ, для назначения таких экспертиз судом не было усмотрено.
Таким образом, установленные выше фактические обстоятельства дела и совокупность собранных по делу доказательств, включая заключение проведенной по делу судебной экспертизы, свидетельствуют с очевидностью о том, что 06 ноября 2019 года ФИО3, в результате произошедшего с ним железнодорожного происшествия, причинен тяжкий вред здоровью, не состоящий в причинно-следственной связи с фактом его смерти, последовавшей 13 апреля 2022 года.
В соответствии с п.1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
Согласно п. 2 ст. 1064 ГК РФ лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
Ответственность за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, регламентируется нормами ст. 1079 ГК РФ.
В силу п. 1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.
Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).
В п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что в силу статьи 1079 ГК РФ вред, причиненный жизни или здоровью граждан деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих (источником повышенной опасности), возмещается владельцем источника повышенной опасности независимо от его вины.
Согласно разъяснениям, изложенным в п. 32 указанного Постановления № 1, учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ).
При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.
По смыслу статьи 1079 ГК РФ, источником повышенной опасности следует признать любую деятельность, осуществление которой создает повышенную вероятность причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека, а также деятельность по использованию, транспортировке, хранению предметов, веществ и других объектов производственного, хозяйственного или иного назначения, обладающих такими же свойствами.
При этом надлежит учитывать, что вред считается причиненным источником повышенной опасности, если он явился результатом его действия или проявления его вредоносных свойств.
В силу п.п.1, 2 ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом (п.1).
Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения (п.2).
В соответствии со ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
Согласно п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.
Положениями ст. 1101 ГК РФ предусмотрено, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.
В п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике рассмотрения судами норм о компенсации морального вреда» указано, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).
Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).
В случаях, предусмотренных законом, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, статьи 1095 и 1100 ГК РФ).
В силу разъяснений, изложенных в п. 14 данного Постановления, под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).
Одновременно в п. 15 названного Постановления разъяснено, что причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.
Моральный вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, подлежит компенсации владельцем источника повышенной опасности (статья 1079 ГК РФ) (п. 21 Постановления Пленума № 33).
Моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (статья 1101 ГК РФ) (п. 22 Постановления Пленума № 33).
Разрешая заявленные исковые требования применительно к вышеприведенным положениям закона и разъяснениям по их применению, суд исходит из того, что травмирование ФИО3, повлекшее причинение ему тяжкого вреда здоровью, произошло источником повышенной опасности (электропоездом), владельцем которого является ответчик ОАО «РЖД»; причиненный ФИО3 вред здоровью, последующее его длительное лечение и образ жизни, не могли не сказаться исключительно негативным образом на психическом и физическом состоянии здоровья его матери – истца ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и не могли не повлечь изменения ее привычного образа жизни, требующего постоянного и непрерывного ухода за своим сыном, который, в силу полученных травм, в течение длительного времени был ограничен в движении, лишен возможности полноценного самостоятельного самообслуживания.
С учетом установленного, суд приходит к выводу о том, что на ответчика ОАО «РЖД», как на причинителя вреда и на владельца источника повышенной опасности, подлежит возложению обязанность по возмещению истцу ФИО2 компенсации морального вреда, причиненного в результате травмирования 06 ноября 2019 года ее сына ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.
Оснований, при которых ответчик подлежал бы освобождению от обязанности компенсировать названный моральный вред, по делу установлено не было.
При этом, ввиду отсутствия причинно-следственной связи между травмированием ФИО3 06 ноября 2019 года и его смертью 13 апреля 2022 года, исковые требования о взыскании в пользу ФИО2 денежной компенсации морального вреда по факту смерти ФИО3 обоснованными признаны быть не могут.
Одновременно суд не находит оснований для привлечения СПАО «Ингосстрах» к гражданско-правовой ответственности за причиненный истцу ФИО2 моральный вред в силу следующего.
В соответствии с п. 1 ст. 931 ГК РФ по договору страхования риска ответственности по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц, может быть застрахован риск ответственности самого страхователя или иного лица, на которое такая ответственность может быть возложена.
В силу п. 3 ст. 931 ГК РФ договор страхования риска ответственности за причинение вреда считается заключенным в пользу лиц, которым может быть причинен вред (выгодоприобретателей), даже если договор заключен в пользу страхователя или иного лица, ответственных за причинение вреда, либо в договоре не сказано, в чью пользу он заключен.
Согласно ст. 1072 ГК РФ юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.
Как разъяснено в п. 33 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике рассмотрения судами норм о компенсации морального вреда» если гражданская ответственность владельца источника повышенной опасности застрахована по договору добровольного страхования гражданской ответственности, предусматривающему при наступлении указанного в договоре события (страхового случая) выплату компенсации морального вреда третьим лицам (выгодоприобретателям), суд, определив размер компенсации морального вреда в пользу истца в соответствии со статьями 151 и 1101 ГК РФ, взыскивает ее со страховщика в пределах страховой суммы, установленной этим договором. Оставшаяся сумма компенсации морального вреда на основании статьи 1072 ГК РФ подлежит взысканию с владельца источника повышенной опасности.
Судом установлено, что 15 августа 2018 года между ОАО «РЖД» и СПАО «Ингосстрах» заключен договор на оказание услуг по добровольному страхованию гражданской ответственности ОАО «РЖД» № 3036241, который, согласно п. 5.1, вступил в силу с 08 декабря 2018 года, и действовал в течение 24 месяцев (л.д. № 76-92 тома № 1, 149-164 тома № 3).
По настоящему договору страховщик обязуется за обусловленную в соответствии с договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в настоящем договоре события (страхового случая) возместить третьим лицам (выгодоприобретателям) ущерб, возникший вследствие причинения вреда их жизни, здоровью, имуществу, а также ущерб, возникший вследствие причинения вреда окружающей природной среде (п. 1.1. договора).
В п. 1.5. договора приведены основные понятия: транспортное происшествие – событие, возникшее при движении железнодорожного подвижного состава, оборудования, техники и других транспортных средств и с их участием и повлекшее за собой причинение вреда жизни и здоровью физических лиц, вреда окружающей среде, имуществу физических или юридических лиц; выгодоприобретатели – физические и юридические лица, государство в лице уполномоченных органов исполнительной власти, в ведении которых находится управление окружающей среды, которым причинен вред в результате наступления страхового случая; вред жизни и здоровью – телесные повреждения, ранения, расстройства здоровью или смерть.
Страховым случаем по договору, в силу п. 2.2., является наступление гражданской ответственности страхователя по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда, в течение действия настоящего договора, жизни, здоровью, имуществу выгодоприобретателей и/или окружающей среде, которые влекут за собой обязанность страховщика произвести страховую выплату, за исключением предусмотренных договором случаев.
Согласно пп. а) п. 2.3. договора по настоящему договору застрахован риск гражданской ответственности страхователя по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда в течение действия настоящего договора жизни и/или здоровью выгодоприобретателей, в том числе морального вреда лицам, которым причинены телесные повреждения, ранения, расстройства здоровья, а также лицам, которым в случае смерти потерпевшего страхователь обязан компенсировать моральный вред.
Положениями п. 8.1.1.3 договора предусмотрено, что в случае, если суд возложил на страхователя обязанность денежной компенсации морального вреда выгодоприобретателям, страховая выплата осуществляется страховщиком не более 100 000 руб. лицам, которым, в случае смерти потерпевшего, страхователь по решению суда обязан компенсировать моральный вред.
При жизни ФИО3, в период с 06 ноября 2019 года и до 13 апреля 2022 года, ни он, ни ФИО2 к ОАО «РЖД» и СПАО «Ингосстрах» материально-правовых требований, в том числе и требований о выплате компенсации морального вреда, связанных с произошедшим 06 ноября 2019 года события, не предъявляли, за выплатой страхового возмещения не обращались.
В данном случае основанием для взыскания в пользу истца ФИО2 денежной компенсации морального вреда смерть потерпевшего ФИО3 не является, истец ФИО2, в силу положений договора, к числу выгодоприобретателей по договору, с учетом обстоятельств дела, не относится, в связи с чем, по мнению суда, положения договора о добровольном страховании гражданской ответственности ОАО «РЖД» № 3036241 от 15 августа 2018 года на сложившиеся правоотношения распространению не подлежат и, следовательно, основания для взыскания денежной компенсации морального вреда со страховщика в данном случае отсутствуют.
Нарушений прав истца ФИО2 действиями СПАО «Ингосстрах» допущено не было.
При определении размера денежной компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ОАО «РЖД» в пользу ФИО2, суд учитывает нижеприведенное.
В соответствии с п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Согласно разъяснениям, данным в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", при определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.
В п. 25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике рассмотрения судами норм о компенсации морального вреда» указано, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав.
Также в п. 30 названного Постановления Пленума разъяснено, что при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).
В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.
Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.
В соответствии с 2. 3 ст. 1083 ГК РФ если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.
При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.
Вина потерпевшего не учитывается при возмещении дополнительных расходов (пункт 1 статьи 1085), при возмещении вреда в связи со смертью кормильца (статья 1089), а также при возмещении расходов на погребение (статья 1094).
В абз. 2 п. 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что при отсутствии вины владельца источника повышенной опасности, при наличии грубой неосторожности лица, жизни или здоровью которого причинен вред, суд не вправе полностью освободить владельца источника повышенной опасности от ответственности (кроме случаев, когда вред причинен вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего). В этом случае размер возмещения вреда, за исключением расходов, предусмотренных абзацем третьим пункта 2 статьи 1083 ГК РФ, подлежит уменьшению.
В абз.2, 3 п. 17 данного Постановления также разъяснено, что виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда, являются основанием для уменьшения размера возмещения вреда. При этом уменьшение размера возмещения вреда ставится в зависимость от степени вины потерпевшего. Если при причинении вреда жизни или здоровью гражданина имела место грубая неосторожность потерпевшего и отсутствовала вина причинителя вреда, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения вреда должен быть уменьшен судом, но полностью отказ в возмещении вреда в этом случае не допускается (пункт 2 статьи 1083 ГК РФ).
Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).
Как было отмечено судом выше, причиной транспортного происшествия 06 ноября 2019 года с участием ФИО3, установленной в ходе проведенного ОАО «РЖД» служебного расследования, послужило нарушение потерпевшим п.6 и п. 7 раздела III «Правил нахождения граждан и размещения объектов в зонах повышенной опасности, выполнения в этих зонах работ, проезда и перехода через железнодорожные пути», утвержденных приказом Министерства транспорта РФ № 18 от 08 февраля 2007 года, и личная неосторожность потерпевшего.
В соответствии с п. 1 ст. 21 Федерального закона от 10 января 2003 года N 17-ФЗ "О железнодорожном транспорте в Российской Федерации" железнодорожные пути общего пользования и железнодорожные пути необщего пользования, железнодорожные станции, пассажирские платформы, а также другие связанные с движением поездов и маневровой работой объекты железнодорожного транспорта являются зонами повышенной опасности и при необходимости могут быть огорожены за счет средств владельцев инфраструктур (владельцев железнодорожных путей необщего пользования).
Правила нахождения граждан и размещения объектов в зонах повышенной опасности, выполнения в этих зонах работ, проезда и перехода через железнодорожные пути утверждаются в установленном порядке федеральным органом исполнительной власти в области железнодорожного транспорта. Лица, нарушающие указанные правила, несут ответственность, предусмотренную законодательством Российской Федерации.
Приказом Минтранса России № 18 от 08 февраля 2007 года, действующим на момент травмирования ФИО3 06 ноября 2019 года, утверждены Правила нахождения граждан и размещения объектов в зонах повышенной опасности, выполнения в этих зонах работ, проезда и перехода через железнодорожные пути, устанавливающие правила нахождения граждан на железнодорожных путях общего пользования и (или) железнодорожных путях необщего пользования, железнодорожных станциях, пассажирских платформах, а также на других, связанных с движением поездов и маневровой работой объектах железнодорожного транспорта, проезда и перехода граждан через железнодорожные пути, размещения объектов и выполнения работ в зонах повышенной опасности.
Согласно п.п.6, 7 названных Правил, проезд и переход граждан через железнодорожные пути допускается только в установленных и оборудованных для этого местах (п.6).
При проезде и переходе через железнодорожные пути гражданам необходимо пользоваться специально оборудованными для этого пешеходными переходами, тоннелями, мостами, железнодорожными переездами, путепроводами, а также другими местами, обозначенными соответствующими знаками (при этом внимательно следить за сигналами, подаваемыми техническими средствами и (или) работниками железнодорожного транспорта) (п.7).
Фактические обстоятельства дела свидетельствуют о том, что ФИО3 06 ноября 2019 года, по пути своего следования остановился на железнодорожном переходе недалеко от станции «Яхтенная», момент приближения поезда он не видел по собственной невнимательности, также он не слышал звуковых сигналов поезда, так как имеет проблемы со слухом.
Названные обстоятельства стороной истца в ходе судебного разбирательства оспорены не были.
С учетом этого, суд считает, что действия самого ФИО3, допустившего невнимательность и неосторожность при нахождении в зоне повышенной опасности и переходе через железнодорожные пути перед приближающимся электропоездом, явились причиной происшествия и способствовали возникновению у него вреда, что свидетельствует о грубой неосторожности потерпевшего. При этом, данных о том, что в действиях машиниста и помощника машиниста электропроезда имело место нарушение установленных требований и правил, материалы дела не содержат, их вина в произошедшем 06 ноября 2019 года и в причинении ФИО3 вреда здоровью ни правоохранительными органами, ни судом установлена не была.
При таких обстоятельствах, при определении размера денежной компенсации морального вреда, подлежащей взысканию с ОАО «РЖД» в пользу ФИО2, суд учитывает не только степень ее физических и нравственных страданий, причиненных фактом травмирования ее родного сына ФИО3 06 ноября 2019 года, с которым, по ее утверждению, у них были близкие родственные отношения, необходимостью его длительного лечения, постоянной заботы о нем, изменения ее привычного образа жизни, но и конкретные фактические обстоятельства, при которых такой вред был причинен ее сыну, в том числе и его грубую неосторожность, отсутствие вины причинителя вреда.
В связи с этим, руководствуясь принципом разумности и справедливости, суд взыскивает с ответчика ОАО «РЖД» в пользу ФИО2 денежную компенсацию морального вреда в размере 400 000 руб.
По мнению суда, определенный ко взысканию в пользу истца ФИО2 размер компенсации морального соответствует принципам конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (статьи 21 и 53 Конституции Российской Федерации), а также принципам разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лицо, ответственное за возмещение вреда.
В соответствии ст. 103 ГПК РФ с ответчика ОАО «РЖД» в доход бюджета города Москвы подлежит взысканию государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден при подаче иска в силу закона, в размере 3 000 руб.
На основании изложенного, руководствуясь положениями ст. 194-198 ГПК РФ, суд
решил:
иск удовлетворить частично.
Взыскать с ОАО РЖД в пользу ФИО2 в счет денежной компенсации морального вреда 400 000 руб.
В остальной части отказать.
В иске к СПАО Ингосстрах отказать.
Взыскать с ОАО РЖД госпошлину в доход бюджета города Москвы в размере 3 000 руб.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Московский городской суд через Мещанский районный суд г. Москвы в течение одного месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.
Решение суда в окончательной форме принято 17 июня 2025 года.
Судья