Дело № 2-2464/2025
УИД 23RS0036-01-2025-005413-48
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
15 сентября 2025 года город Краснодар
Октябрьский районный суд г. Краснодара в составе: председательствующего судьи Восьмирко Е.А.,
при помощнике судьи Кочикян Н.П.,
с участием представителя истца по ордеру ФИО11, представителя ответчика и третьего лица по доверенности ФИО6,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к Министерству внутренних дел Российской Федерации о взыскании морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
ФИО2 обратилась в суд с иском к Министерству внутренних дел Российской Федерации о взыскании морального вреда.
В обоснование заявленных требований указано, что ДД.ММ.ГГГГ истец в ответ на просьбу соседа ФИО13 пришла на <адрес> в <адрес>, где он был задержан сотрудником полиции ФИО9 и казаком-дружинником ФИО7 После того, как истец потребовала представиться и объяснить основания задержания ее соседа, сотрудник полиции применил к ней физическую силу. Примерно в <данные изъяты> ФИО8 и ФИО13 посадили в служебный автомобиль и, вопреки установленным целям и порядку доставления, вместо немедленного доставления в орган внутренних дел, привезли в переулок возле театра Драмы, расположенный по адресу: <адрес>, где ФИО9 привязал истца веревкой к металлической опоре и продержал в таком положении в течение 2 часов 30 минут, лишь в 20:50 задержанные были доставлены в дежурную часть отдела полиции. ДД.ММ.ГГГГ следователем следственного отдела по <адрес> следственного ФИО3 Следственного комитета Российской Федерации по <адрес> ФИО10, рассмотревшим материал проверки КРСП №пр-20 по факту превышения должностных полномочий ФИО3 (патрульно-постовой службы полиции) взвода № (мобильной) роты № (по обслуживанию <адрес>) отдельного батальона патрульно-постовой службы полиции № ФИО3 МВД России по <адрес> ФИО9 и казака-дружинника ЕРКО ФИО7, вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с отсутствием в действиях ФИО9 и ФИО7 состава преступления, предусмотренного п. «б» ч. 3 ст. 286 Уголовного кодекса Российской Федерации. С момента фактического задержания до фактического доставления ФИО2 и ФИО13 прошло около пяти часов, их перемещение с места совершения административного правонарушения до Драматического театра <адрес> не соответствует целям и порядку доставления, предусмотренному КоАП РФ, так как осуществлено не в уполномоченный орган и без указания конкретных обстоятельств, препятствующих доставлению в возможно короткий срок. Расстояние от места фактического доставления ФИО2 до отдела полиции <адрес>, куда должны были доставить задержанных, составляет около 2 км или 8 минут пути на автомобиле. Таким образом, ни одного объективно мешающего быстрому доставлению ФИО13 и ФИО2 в отдел полиции обстоятельства в тот момент не было. Действия сотрудников полиции носили противоправный характер и причинили истцу значительный моральный вред, выражающийся в унижении достоинства, физическом и психоэмоциональном страдании, страхе и бессилии. Указанные обстоятельства явились поводом для обращения в суд.
На основании изложенного истец просит суд взыскать с Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет казны РФ в качестве компенсации морального вреда, незаконным доставлением истца в отдел полиции, денежные средства в размере 354 660 рублей.
Представитель истца по ордеру ФИО11 в судебном заседании требования истца ФИО2 поддержала, просила удовлетворить в полном объеме.
Представитель ответчика МВД России ФИО12 и третьего лица УМВД России по <адрес> по доверенности ФИО6 против удовлетворения требований возражали по доводам, изложенным в возражениях.
Истец ФИО2 в судебное заседание не явилась, о дне и времени рассмотрения дела извещена надлежащим образом, в материалы дела представила заявление о рассмотрении дела в ее отсутствие с участием представителя ФИО11
Третье лицо ФИО3 № ФИО3 МВД России по городу Краснодару ФИО9 в судебное заседание не явился, о дне и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом, о чем в материалах дела имеется расписка, о причинах неявки суд не уведомил.
При таких обстоятельствах суд признает извещение сторон надлежащим, в связи с чем рассматривает дело в порядке ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при имеющейся явке.
Исследовав материалы дела, выслушав присутствующих в судебном заседании лиц, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований по следующим основаниям.
Вред, причиненный государственными органами либо должностными лицами этих органов, не повлекший последствий, предусмотренных п. 1 ст. 1070 ГК РФ, подлежит возмещению при установлении условий наступления ответственности, а именно: вины государственного органа или его должностного лица; незаконности действий (бездействия) органа или его должностного лица; наличии вреда (убытков) и доказанности их размера; причинно-следственной связи между решениями, действиями (бездействием) государственного органа или его должностного лица и наступившим вредом.
В соответствии с п. 2 ст. 1070 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, не повлекший последствий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, возмещается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены статьей 1069 настоящего Кодекса.
Согласно ст. 1069 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению.
Как неоднократно отмечал Конституционный Суд РФ, по своей юридической природе обязательства, возникающие в силу применения норм гражданско-правового института возмещения вреда, причиненного действиями органов власти или их должностных лиц, представляют собой правовую форму реализации гражданско-правовой ответственности, к которой привлекается в соответствии с предписанием закона причинитель вреда (ст. 1064 Гражданского кодекса РФ). В частности, ст. 1069 Гражданского кодекса РФ содержит специальную норму об ответственности за вред, причиненный в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, а также их должностных лиц. Применение данной нормы предполагает наличие как общих условий деликтной (т.е. внедоговорной) ответственности (наличие вреда, противоправность действий его причинителя, наличие причинной связи между вредом и противоправными действиями, вины причинителя), так и специальных условий такой ответственности, связанных с особенностями причинителя вреда и характера его действий (постановление Конституционного Суда РФ от 15 июля 2020 года № 36-П).
В силу ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
Согласно абз. 3 ч. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную <данные изъяты>, честь и доброе имя, <данные изъяты> переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Согласно п. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной <данные изъяты>, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции) ( п. 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).
В п. 18 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда повлекло наступление негативных последствий в виде физических или нравственных страданий потерпевшего.
Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ по телефону дежурной части ОП (ЦО) УМВД России по <адрес> поступило сообщение о нарушении общественного порядка в <адрес>. Указанное сообщение зарегистрировано в КУСП ДЧ ОП (ЦО) УМВД России по <адрес> под №, и на место происшествия был направлен ФИО9
Согласно Книге учета лиц, доставленных в дежурную часть территориального органа МВД России по <адрес>, в 20 часов 50 минут указанного дня доставлены граждане ФИО2 и ФИО13, за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 19.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.
ДД.ММ.ГГГГ в ГУСБ МВД России поступило обращение истца ФИО2 о неправомерном задержании ее и гражданина ФИО13 ФИО3 ОБ ППСП № УМВД России по <адрес> ФИО9, необоснованном применении физической силы и специальных средств.
Указанное обращение ФИО2 было передано в ГУ МВД России по <адрес>.
Опрошенная в ходе проверки по обращению ФИО2 пояснила, что ДД.ММ.ГГГГ в 16 часов 05 минут ей на мобильный телефон позвонил ФИО13, являющийся ее соседом по домовладению, который попросил о помощи, так как сотрудник полиции и казак на углу улиц Красной и Горького пытаются его и увезти. Выходя из домовладения на <адрес> она увидела, как полицейский ФИО9 и казак-дружинник ФИО7 применяют физическую силу, путем загиба обоих рук за спину к ее соседу - ФИО14 Между 16 часов 05 минут и 16 часов 09 минут она позвонила на «112», чтобы через экстренную службу вызвать дополнительный наряд, и хотела сообщить об их неправомерном задержании и применении физической силы, так как ФИО9 произвел загиб рук и привязал ее бельевой веревкой к железным воротам возле домовладения. После чего подъехал патрульный автомобиль, их сопроводили в служебный УАЗ и поехали в сторону Драмтеатра (угол улиц Красноармейской и Буденного) в проулок напротив служебного входа в Драмтеатр, а не в отдел полиции на <адрес>. В период с 16 час. 20 мин. по 18 час. 40 мин. они оставались привязанными. В этот период, ФИО9 от истца требовал документ, удостоверяющий личность, однако, она его не дала. В 19 час. 05 мин. на том же служебном автомобиле УАЗ их доставили на освидетельствование, по результатам которого она признана трезвой, между 21 час. - 22 час. после прохождения освидетельствования и их доставили в отдел полиции (<адрес>) ФИО3 МВД России по <адрес>, где в отношении нее составлен протокол № от ДД.ММ.ГГГГ по ч. 1 ст. 19.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.
По результатам проведения проверки обращения ФИО2 должностные лица пришли к выводу о необоснованности обращения, а изложенных в нем сведений о неправомерных действиях сотрудника ОБ ППСП № УМВД России по <адрес> – неподтвердившимися. Указанная проверка была проведена в части проверки обоснованности применения ФИО3 ФИО9 и казаком-дружинником ФИО7 физической силы и специальных средств (наручников) в отношении ФИО2 и ФИО13, указанные действия сотрудников признаны соответствующими требованиям ст. 18, 20, 21 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №3-ФЗ «О полиции», а также п. 4.1. от ДД.ММ.ГГГГ Приказа МВД России № дсп «Об установлении ограничений, связанных с применением сотрудниками полиции конкретных видов специальных средств».
Кроме того, ДД.ММ.ГГГГ в СО по ЦО <адрес> СУ СК России по <адрес> зарегистрирован материал проверки КРСП №-пр-20 (по заявлению ФИО13) по факту превышения должностных полномочий ФИО3 ФИО9 и казака-дружинника ФИО7, по результатам проведения проверки по которому следователем ФИО10 вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, ввиду отсутствия состава преступления, предусмотренного п. «б» ч. 3 ст. 286 Уголовного кодекса Российской Федерации.
Указанное постановление являлось предметом рассмотрения Первомайским районным судом <адрес> в порядке, предусмотренном ст. 125 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, по результатам рассмотрения жалобы ФИО15, действующего в интересах ФИО2 и ФИО13, суд принял решение об отказе в удовлетворении жалобы, оставив без изменения постановление следователя об отказе в возбуждении уголовного дела.
Исковые требования ФИО2 фактически основаны на утверждении о незаконности действий ФИО3 ФИО9 казака-дружинника ФИО7, однако действия указанных лиц были направлены на пресечение административного правонарушения, обеспечение общественного порядка и выполнения возложенных на полицию обязанностей.
Указанное обстоятельство подтверждается тем, что на основании составленного в отношении истца протокола об административном правонарушении судьей Первомайского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ вынесено постановление по делу об административном правонарушении, согласно которому ФИО2 признана виновной в совершении инкриминируемого правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 19.3 КоАП РФ с назначением наказания в виде административного штрафа, указанное постановление истцом не обжаловалось и вступило в законную силу.
Таким образом, нарушений административного законодательства сотрудниками при составлении административного материала в отношении ФИО2 допущено не было.
Рассматривая доводы истца о чрезмерной длительности доставления ее в отдел полиции после задержания, суд учитывает следующее.
Согласно ч. 1 ст. 27.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях доставление представляет собой принудительное препровождение физического лица, а в случаях, предусмотренных пунктами 3, 8 и 10.1 настоящей части, судна и других орудий совершения административного правонарушения в целях составления протокола об административном правонарушении при невозможности его составления на месте выявления административного правонарушения.
Материалы дела позволяют сделать вывод о том, что обстоятельства, которыми в рассматриваемом случае было обусловлено применение к ФИО2 мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении в виде доставления и задержания, согласуются с указанными в названных нормах. При этом должностные лица действовали в условиях, когда были достаточные основания полагать, что применение данных мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении необходимо.
В соответствии с ч. 2 ст. 27.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях доставление должно быть осуществлено в возможно короткий срок. Вместе с тем, указанное положение не подразумевает незамедлительного доставления, а подразумевает под собой разумную продолжительность, обусловленную конкретными обстоятельствами. В рассматриваемом случае такими обстоятельствами, по мнению суда, являются следующие: сотрудник ФИО9, находясь на пешем патрулировании, не имел служебного автомобиля вызвал автопатруль для оказания помощи, что является стандартной процедурой, перемещение к месту патрулирования автопатруля (<адрес>), где была возможность установления личности и оформления первичных администратинвых материалов (согласно показаниям ФИО9), является оправданным; лишь после этих действий, в 20:50, задержанные были доставлены в дежурную часть ОП (<адрес>). Указанные обстоятельства подтверждаются материалами служебной проверки и проверки по заявлению ФИО13, а именно – протоколом опроса ФИО9 от ДД.ММ.ГГГГ, протоколом допроса ФИО16 от ДД.ММ.ГГГГ, протокола опроса ФИО7
При этом разница между временем задержания (около 16:20) и доставления в ОП (20:50) включает в себя ожидание автопатруля, перемещение к месту первичного оформления, а также само оформление. Данный временной промежуток, в контексте указанных обстоятельств, не может быть признан необоснованно затянутым и нарушающим положения Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.
Таким образом, ссылка истца на вышеуказанные обстоятельства, как на доказательства вины должностных лиц и наличия причинно-следственной связи между действиями (бездействием) должностных лиц и причиненных истцу нравственных страданий, суд находит несостоятельной
Иные указанные истцом обстоятельства в обоснование требований о взыскании морального вреда с Российской Федерации судом также отклоняются, поскольку в нарушение ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации ФИО2 Н.Д. не представлено доказательств незаконности действий государственных органов и их должностных лиц, так как действия указанных в иске ФИО9 и ФИО7 были признаны следственными органами не содержащими состава преступления, что подтверждено постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела.
Достаточных доказательств, которые бесспорно свидетельствуют о незаконности действий сотрудников полиции, повлекших за собой причинение морального вреда, материалы дела не содержат и в ходе рассмотрения дела также не представлено.
Оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу об отсутствии в действиях (бездействии) должностных лиц нарушений личных неимущественных прав истца, которые могли бы повлечь гражданско-правовую ответственность, предусмотренную ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Сведений о причинно-следственной связи между действиями ответчиков и наличием каких-либо неблагоприятных последствий для истца материалы дела не содержат.
С учетом изложенного истцом в ходе рассмотрения гражданского дела не доказан факт причинения моральных страданий, также не установлена причинно-следственная связь между действиями сотрудников и наступлением (также наличием) неблагоприятных последствий для истца, в том числе причинения ФИО2 морального вреда.
На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 56, 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
В удовлетворении искового заявления ФИО2 к Министерству внутренних дел Российской Федерации о взыскании морального вреда – отказать.
Решение суда может быть обжаловано в Краснодарский краевой суд через Октябрьский районный суд г. Краснодара в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.
Решение в окончательной форме изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.
Председательствующий –