72RS0021-01-2023-000577-29

Дело № 33-4707/2023 (№ 2-1595/2023)

Апелляционное определение

г. Тюмень 27 сентября 2023 года

Судебная коллегия по гражданским делам Тюменского областного суда в составе:

председательствующего Кучинской Е.Н.

судей: Глебовой Е.В., Котовой С.М.

при секретаре Деркач М.П.,

с участием прокурора Макаровой Н.Т.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных главой 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании материального ущерба, компенсации морального вреда в размере,

заслушав доклад судьи Тюменского областного суда Котовой С.М., объяснения представителя истца ФИО3, объяснения ответчика ФИО2 и его представителя ФИО4, заключение прокурора Макаровой Н.Т.,

установила:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о взыскании материального ущерба в размере 73859 руб., компенсации морального вреда в размере 19000 руб., расходов по оплате государственной пошлины в размере 2985,77 руб. (л.д.5-8).

Требования мотивированы тем, что 01 декабря 2022 года во время прогулки возле дома по адресу: <.......>, собаку истца, небольшого размера, помесь породы чихуахуа, покусала принадлежащая ответчику ФИО5 собака породы алабай, находящаяся на поводке, без намордника, чем причинила ей значительные повреждения. В ветеринарной клинике питомцу диагностировали разрыв почки, провели операцию и положили в стационар. Также при попытке защитить свою собаку, собака ответчика покусала руки истцу. Впоследствии, при обращении в Травматологический пункт ГБУЗ ОКБ № 2 ему диагностировали открытые ранения верхних конечностей (Т92.0) укушенные раны кистей, в связи с чем с 02 декабря 2022 по 09 декабря 2022 находился на амбулаторном лечении. Полагает, что действиями (бездействием) ответчика ему причинен материальный ущерб, а также моральный вред.

Впоследствии истец ФИО1 в порядке статей 35, 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации требования увеличил в части взыскания компенсации морального вреда до 50000 руб. (л.д.110).

В судебном заседании суда первой инстанции истец ФИО1 и его представитель ФИО3 исковые требования поддержали, ответчик ФИО2 и его представитель ФИО4 исковые требования не признали.

Суд постановил указанное выше решение, с которым не согласен истец ФИО1 (л.д.140, 141-146).

В апелляционной жалобе просит решение суда изменить, взыскав с ответчика ФИО2 в возмещение вреда 28281 руб., компенсацию морального вреда в размере 50000 руб., государственную пошлину в размере 1048 руб. (л.д.156-158).

Полагает, что судом первой инстанции при вынесении решения не принято во внимание, что оплата услуг по лечению собаки была им произведена со своей банковской карты на общую сумму 28281 руб.

Указывает, что судом необоснованно отклонено ходатайство об отложении судебного заседания для предоставления выписок по счетам его банковских карт, в связи с чем просит суд апелляционной инстанции приобщить указанные выписки к материалам дела.

Считает заниженным определенный судом размер компенсации морального вреда, не соответствующим степени физических и нравственных страданий, понесенных им в связи с причинением вреда его здоровью, а также переживанием за жизнь и здоровье его собаки в период ее лечения.

В связи с тем, что судом первой инстанции не привлечены к участию в деле в качестве ответчика ФИО6, в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО7 и ФИО8, определением судебной коллегии по гражданским делам Тюменского областного суда от 18 сентября 2023 года суд апелляционной инстанции перешел к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных главой 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель истца ФИО3 исковые требования поддержал, просил взыскать с ответчиков в счет возмещения материального ущерба 71 057 руб., компенсации морального вреда 50 000 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 2 985,77 руб.

Ответчик ФИО2 и его представитель ФИО4 в судебном заседании суда апелляционной инстанции исковые требования не признали.

Истец ФИО1, ответчик ФИО6, третьи лица ФИО7, ФИО8 в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, своих представителей не направили, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения дела. Информация о деле заблаговременно размещена на официальном интернет-сайте областного суда - http://oblsud.tum.sudrf.ru.

В соответствии с п. 4 ч. 4 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены решения суда первой инстанции в любом случае является принятие судом решения о правах и обязанностях лиц, не привлеченных к участию в деле.

Поскольку решение суда первой инстанции постановлено без привлечения к участию в деле в качестве ответчика ФИО6, третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО7, ФИО8, решение суда на основании п.4 ч. 4 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации подлежит безусловной отмене.

В ходе рассмотрения дела судом апелляционной инстанции от истца ФИО1 поступило заявление об отказе от исковых требований в части взыскания утраченного заработка в сумме 2802,10 руб.

В соответствии со статьей 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации истец вправе отказаться от иска. Суд не принимает отказ от иска, если это противоречит закону или нарушает права и законные интересы других лиц.

Согласно статьям 173, 220 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд прекращает производство по делу в случае, если истец отказался от иска и отказ принят судом, при этом производство по делу прекращается определением суда, в котором указывается, что повторное обращение в суд по спору между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям не допускается (статья 221 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Судебная коллегия, рассмотрев заявленное ходатайство, исследовав письменные материалы дела, принимая во внимание, что отказ истца от исковых требований в части не противоречит закону, считает, что имеются основания для принятия отказа от иска в части требований о взыскании утраченного заработка в размере 2802,10 руб. и прекращения производства по делу в данной части.

Принимая отказ от иска, судебная коллегия исходит из того, что ходатайство заявлено самим истцом, последствия отказа от иска ему понятны, о чем отражено в его письменном заявлении. Отказ от иска является диспозитивным правом истца и его добровольным волеизъявлением, не нарушает права и законные интересы других лиц, оснований для отказа в удовлетворении заявленного ходатайства судебная коллегия не усматривает.

Проверив материалы дела применительно к поддерживаемым истцом исковым требованиям, заслушав представителя истца, ответчика и его представителя, заслушав заключение прокурора Макаровой Н.Т., полагавшей необходимым частично удовлетворить заявленные требования, оценивая имеющиеся в деле доказательства с точки зрения их относимости, допустимости, достоверности каждого в отдельности, а в совокупности их достаточность и взаимную связь, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Статьей 210 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что собственник несет бремя содержания, принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

В соответствии со ст. 137 Гражданского кодекса Российской Федерации к животным применяются общие правила об имуществе, поскольку законом или иными правовыми актами не установлено иное.

Таким образом, животное является объектом гражданских правоотношений, публично-правовую и частноправовую ответственность за действия животных несут их собственники.

Пунктом 4 ст. 13 Федерального закона от 27 декабря 2018 № 498-ФЗ «Об ответственном обращении с животными и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» предусмотрено, что выгул домашних животных должен осуществляться при условии обязательного обеспечения безопасности граждан, животных, сохранности имущества физических лиц и юридических лиц.

В соответствии со ст. 21 Федерального закона от 27 декабря 2018 № 498-ФЗ за нарушение требований настоящего Федерального закона владельцы животных и иные лица несут административную, уголовную и иную ответственность в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

Из материалов дела следует, что 01 декабря 2022 года в дежурную часть МО МВД России «Тюменский» поступило сообщение ФИО1 по факту укусов собакой породы «Алабай» возле дома по адресу: <.......>, зарегистрированное в Книге учета сообщений о преступлениях и административных правонарушениях <.......> от 01 декабря 2022 (л.д.103, 104).

Из объяснений ФИО1, данных в ходе доследственной проверки, следует, что 01 декабря 2022 года около 20 час. 40 минут, он выгуливал свою собаку по <.......> возле <.......>, где из калитки вышла собака породы «Алабай», которую держал на веревке ее хозяин ФИО2 После чего данная собака напала на его собаку и нанесла ей травмы. В это время он пытался оттащить «Алабая» от своей собаки, вследствие чего «Алабай» нанес ему укусы на обеих руках. Хозяин «Алабая» также пытался оттащить свою собаку (л.д.105).

Из объяснений ФИО2, данных в ходе доследственной проверки, следует, что 01 декабря 2022 года в вечернее время его сосед ФИО1 выгуливал свою собаку небольшого размера без поводка напротив ворот его дома. В это время он вышел со своей собакой породы «Алабай», которая была на поводке. Когда она дернулась вперед, удержал ее за поводок, но собака ФИО1 подбежала к ней, вследствие чего его собака придавила собаку ФИО1. После произошедшего он оттащил свою собаку за поводок. Происхождение укушенных ран на руках ФИО1 объяснить не может, так как не видел момент укуса из-за темноты (л.д.106).

Согласно ветеринарному паспорту собаки, сертификату, свидетельству о происхождении собаки владельцем собаки породы «среднеазиатская овчарка» по кличке Тамерлан, ДД.ММ.ГГГГ г.р., является ФИО6, состоящая в браке с ответчиком ФИО2 с <.......> по настоящее время.

Поскольку ответчики ФИО2 и ФИО6 приобрели собаку породы «Алабай» («среднеазиатская овчарка») в период брака, они как супруги совместно владеют собакой и несут совместное бремя ее содержания.

Истец ФИО1 и его супруга ФИО7 являются владельцами собаки породы «метис» по кличке Мишка.

Согласно справке об оказании медицинской помощи от 02 декабря 2022 ФИО1 установлен диагноз: Укушенные раны левой и правой кистей (S61.7), рекомендовано лечение у хирурга в поликлинике по месту жительства с 03 декабря 2022, выдан лист нетрудоспособности с 02 декабря 2022 (л.д.38).

05 декабря 2022 произведен осмотр истца врачом-травматологом-ортопедом, выставлен диагноз: Последствия открытого ранения верхней конечности (Т92.0) (л.д. 39).

Согласно справке ИП ФИО10 ФИО1 со 02 по 09 декабря 2022 находился на больничном, пособие по временной нетрудоспособности составило <.......> руб.; заработок сотрудника без отклонений за указанный период составил бы <.......> руб. (л.д. 40, 41).

01 декабря 2022 года между ООО «Ветеринарная клиника имени Евгении Мамоновой» и ФИО1 заключен договор ветеринарных услуг собаке породы Метис, ДД.ММ.ГГГГ г.р., по кличке Мишка (л.д. 10).

Из эпикриза ветеринарной клиники им. Е. Мамоновой от 21 декабря 2022 следует, что Мишка, собака, метис, находился на лечении с 01 декабря 2022 по 19 декабря 2022 с диагнозом: кусаная рана, травматические грыжи, гемоабдомен, ушиб внутренних органов, разрыв почки, проведена операция по поводу удаления почки, назначено лечение медикаментами (л.д.11-35).

В соответствии с итоговым чеком стоимость оказанных услуг ветеринарной клиники им. Е. Мамоновой за период с 01 декабря 2022 по 19 декабря 2022 составила 71 057 руб., оплата произведена в полном объеме (л.д.119-122, 114-127).

27 декабря 2022 в адрес ответчика направлена претензия о возмещении ущерба и компенсации морального вреда в размере 92859 руб. (л.д.42-44,45), которая оставлена без удовлетворения.

По материалу проверки, проведенной МО МВД России «Тюменский» по факту укуса человека и животного собакой, содержащейся по адресу: <.......>, 17 января 2023 Управлением ветеринарии Тюменской области в адрес ФИО2 направлено предостережение о недопустимости нарушения обязательных требований, предусмотренных Федеральным законом от 27 декабря 2018 № 498-Фз «Об ответственном обращении с животными и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (л.д.94-102).

В соответствии с п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

В силу ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. При этом под убытками понимаются, в том числе, расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение имущества (реальный ущерб).

Согласно пункту 2 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

По смыслу вышеприведенных норм закона, бремя содержания собственником имущества предполагает также ответственность собственника за ущерб, причиненный вследствие ненадлежащего содержания этого имущества.

Таким образом, владелец собаки обязан обеспечить такие условия содержания животного, при которых исключалось бы причинение вреда другим лицам. В случае же невыполнения владельцем домашнего животного такой обязанности, причиненный в результате такого действия (бездействия) вред подлежит возмещению.

Основаниями для возложения гражданско-правовой ответственности в форме возмещения причиненного вреда, является совокупность следующих юридически значимых обстоятельств: наличие ущерба, вина причинителя вреда, противоправность действий, причинно-следственная связь между допущенными нарушениями и причиненным ущербом. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств, правовых оснований для возмещения ущерба не имеется.

Под убытками в соответствии с п. 2 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации следует понимать расходы, которые потребитель, чье право нарушено, произвел или должен будет произвести для восстановления нарушенного права, утрату или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые потребитель получил бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Как разъяснено в абзаце втором п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу п. 1 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Пункт 13 данного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации разъясняет, что при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которое это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Статьей 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно разъяснениям пункта 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» следует иметь в виду, что поскольку причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В соответствии с пунктом 25 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

В силу пункта 29 вышеуказанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, разрешая спор о компенсации морального вреда, суд в числе иных заслуживающих внимания обстоятельств может учесть тяжелое имущественное положение ответчика-гражданина, подтвержденное представленными в материалы дела доказательствами (например, отсутствие у ответчика заработка вследствие длительной нетрудоспособности или инвалидности, отсутствие у него возможности трудоустроиться, нахождение на его иждивении малолетних детей, детей-инвалидов, нетрудоспособных супруга (супруги) или родителя (родителей), уплата им алиментов на несовершеннолетних или нетрудоспособных совершеннолетних детей либо на иных лиц, которых он обязан по закону содержать).

Тяжелое имущественное положение ответчика не может служить основанием для отказа во взыскании компенсации морального вреда.

Закрепляя в части первой статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации общий принцип компенсации морального вреда, причиненного действиями, нарушающими личные неимущественные права гражданина либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага, законодатель не установил каких-либо ограничений в отношении действий, которые могут рассматриваться как основание для такой компенсации.

Исходя из этого, Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что компенсация морального вреда как самостоятельный способ защиты гражданских прав, будучи одновременно и мерой гражданско-правовой ответственности, правовая природа которой является единой независимо от того, в какой сфере отношений - публично- или частноправовой - причиняется такой вред, не исключает возможности возложения судом на правонарушителя обязанности денежной компенсации морального вреда, причиненного действиями (бездействием), ущемляющими в том числе имущественные права гражданина, - в тех случаях и в тех пределах, в каких использование такого способа защиты гражданских прав вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения (в частности, постановление от 26 октября 2021 г. N 45-П, постановление от 8 июня 2015 г. N 14-П, определение от 27 октября 2015 г. N 2506-О и др.).

Распространяя на животных общие правила об имуществе, положения статьи 137 Гражданского кодекса Российской Федерации тем не менее отличают их от прочего имущества, устанавливая, в частности, запрет на жестокое отношение, противоречащее принципам гуманности.

Применение законодателем по отношению к животным таких категорий, как жестокость, нравственность, гуманизм свидетельствует о том, что при определенных обстоятельствах травмирование животных может причинять их владельцу не только имущественный вред, но и нравственные страдания, в частности в силу эмоциональной привязанности, психологической зависимости, потребности в общении по отношению к конкретному животному, что не исключает возложение на причинителя вреда обязанности компенсировать не только имущественный ущерб, но и моральный вред.

В соответствии с п. 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», в случаях, если действия (бездействие), направленные против имущественных прав гражданина, одновременно нарушают его личные неимущественные права или посягают на принадлежащие ему нематериальные блага, причиняя этим гражданину физические или нравственные страдания, компенсация морального вреда взыскивается на общих основаниях.

Согласно п. 3 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

В соответствии со ст. 34 Семейного кодекса Российской Федерации имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.

Исходя из того, что собственность супругов в силу ст. 256 Гражданского кодекса РФ является совместной, супруги ФИО2 и ФИО6 совместно несут бремя его содержания.

В силу абзаца первого статьи 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно.

Учитывая указанные требования закона, принимая во внимание установленные по делу обстоятельства и оценив имеющиеся в деле доказательства по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к выводу о наличии оснований для возложения на ответчиков ФИО2 и ФИО6 солидарной обязанности компенсировать истцу причиненный моральный вред, а также материальный ущерб, поскольку собака породы «Алабай» («среднеазиатская овчарка»), совершившая нападение 01 декабря 2022, принадлежит ответчикам, которые, являясь владельцами собаки, обязаны были принимать меры, обеспечивающие безопасность окружающих, однако, по вине ответчиков, не принявших таких мер при выгуле собаки в общественном месте, собака истца получила значительные повреждения (кусанные раны), а истец получил укушенные раны левой и правой кистей, что повлекло физические и нравственные страдания ФИО1, необходимость прохождения им лечения, а также необходимость обращения истца к специалистам за получением ветеринарной помощи и лечением собаки.

Ответчиками ФИО2 и ФИО6 в ходе рассмотрения дела надлежащие доказательства отсутствия вины в причинении вреда истцу представлены не были.

Имеющимся в материалах дела итоговым чеком ООО «Ветеринарная клиника имени Евгении Мамоновой» по пациенту Мишка Д (собака, метис, 01 декабря 2017г.р.) за период с 01 декабря 2022 по 19 декабря 2022 подтверждены расходы заказчика ФИО1 за лечение собаки в размере 71057 руб.

Указанные обстоятельства подтверждаются также представленными в апелляционную инстанцию и приобщенными в качестве новых доказательств в соответствии со ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации выписками по банковским картам истца, кассовыми чеками.

Оплата части денежных средств с карты дочери истца не имеет какого-либо правового значения по данному делу, поскольку фактически данная оплата произведена ею за ФИО1, заказавшего услуги по лечению собаки, а не за себя.

При этом судебная коллегия учитывает пояснения представителя истца ФИО3, данные им в судебном заседании суда апелляционной инстанции, согласно которым совершеннолетняя дочь истца ФИО8 обучается по очной форме обучения, самостоятельного заработка не имеет, иногда подрабатывает в свободное от учебы время, в связи с чем находится на иждивении родителей.

При изложенных обстоятельствах с учетом доказанности материальных затрат истца судебная коллегия считает, что размер подлежащей взысканию с ответчика в пользу истца компенсации материального вреда составляет 71 057 руб.

В ходе рассмотрения настоящего дела доказательств, отвечающих критериям относимости и допустимости, в подтверждение того, что указанный размер ущерба является завышенным, не соответствует действительности, - не представлено. Ходатайств о проведении судебной экспертизы сторонами не заявлено.

На основании разъяснений, изложенных в п. 43 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2021 № 16, судом апелляционной инстанции сторонам было предложено предложив сторонам дать дополнительные объяснения и представить иные дополнительные доказательства обстоятельств, с которыми ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации связывает определение размеров компенсации морального вреда.

Из представленных сторонами сведений усматривается, что ФИО1 работает слесарем по ремонту у ИП ФИО10 с 01 июля 2020, а также слесарем по ремонту автомобилей в <.......>» с 31 октября 2022, его среднемесячный доход за период с 01 февраля по 31 июля 2023 составил <.......> руб. за вычетом налогов и удержаний, имеет на праве собственности жилой дом, площадью <.......> кв.м., расположенный по адресу: <.......>, автомобиль LADA <.......>., мотоцикл <.......> г.в.

ФИО2 работает в <.......>, его среднемесячный доход за 9 месяцев 2023 составил <.......> руб. за вычетом налогов, ФИО6 является получателем пенсии <.......> с <.......>, установленный размер страховой пенсии <.......> на <.......> составляет <.......> руб. Ответчики имеют на праве общей долевой собственности (по 1/4 доли в праве) земельный участок площадью <.......> кв.м., расположенный по адресу: <.......>, и жилой дом, площадью <.......> кв.м., расположенный по адресу: <.......>, на имя ФИО2 зарегистрирован автомобиль Мерседес Бенц <.......> г.в.

Разрешая вопрос о размере подлежащей взысканию с ответчиков в пользу истца суммы денежной компенсации морального вреда, принимая во внимание характер и тяжесть вреда, причиненного здоровью истца, последствия, наступившие в результате получения травмы, связанные с необходимостью прохождения амбулаторного лечения, характер и степень перенесенных истцом физических и нравственных страданий, в том числе из-за переживаний, связанных с причинением вреда здоровью его собаке, степень вины ответчиков, которые при выгуле собаки крупной породы должны были предпринимать исчерпывающие меры для обеспечения безопасности окружающих, а также учитывая имущественное положение сторон, требования разумности и справедливости, судебная коллегия приходит к выводу о взыскании солидарно с ответчиков ФИО2 и ФИО6 в пользу истца ФИО1 денежной компенсации морального вреда в размере 20000 руб., 15000 руб. – за причинение вреда здоровью истца, 5000 руб. - за причинение вреда здоровью собаки.

По мнению судебной коллегии, определенный размер компенсации морального вреда согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (ст. ст. 21 и 53 Конституции Российской Федерации), а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пп. 3 п. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации и п. 62 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», судебные расходы в виде государственной пошлины, подлежащие возмещению истцу, составят 2631,71 руб.

Руководствуясь статьей 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Тюменского районного суда Тюменской области от 11 мая 2023 года отменить.

Взыскать солидарно с ФИО2 (<.......> г.р., <.......> <.......>), ФИО6 (<.......>) в пользу ФИО1, <.......> г.р. (ИНН <.......>), денежные средства в счет возмещения материального ущерба в размере 71 057 руб., компенсацию морального вреда в размере 20 000 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 2631,71 руб.

В остальной части иска отказать.

Принять отказ истца ФИО1 от иска в части требований о взыскании утраченного заработка в размере 2 802,10 руб., производство по гражданскому делу в данной части прекратить.

Разъяснить истцу ФИО1, что повторное обращение в суд по спору между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям не допускается.

Председательствующий Кучинская Е.Н.

Судьи коллегии Глебова Е.В.

Котовой С.М.

Мотивированное определение изготовлено в окончательной форме 02 октября 2023 года.