РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
22 августа 2023 года г. Тула
Центральный районный суд города Тулы в составе:
председательствующего Ковальчук Л.Н.,
при помощнике ФИО1
с участием представителя ответчика по доверенности И.Н.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № по иску В.А. к Публичному акционерному обществу «Мобильные Телесистемы» о взыскании компенсации морального вреда,
установил:
истец В.А. обратился с иском о взыскании компенсации морального вреда к ответчику Публичному акционерному обществу «Мобильные Телесистемы» (далее ПАО «МТС»), определив размер компенсации в сумме 150 000 рублей.
Обосновывая требования положениями Закона Российской Федерации от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей», Федерального закона от 27.07.2006 № 152-ФЗ «О персональных данных», истец указал два фактических основания нарушения его прав, причинивших ему моральный вред: ответчиком нарушены его права потребителя включением в заявление от 03.09.2022 о расторжении договора оказания услуг связи № его согласия на отказ от получения денежных средств, путем внесения в заявление указанного условия машинописным способом путем проставления галочки в окне бланка, разработанного по форме оператора услуг связи; ответчиком разглашены его персональные данные без его согласия как субъекта таких данных, поскольку ответчик заказал и передал инициатору общего собрания МКД реестр собственников МКД по адресу: <адрес>.
К участию в деле в качестве третьих лиц в соответствии с правилами ст. 43 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации: протокольным определением от ДД.ММ.ГГГГ привлечены Акционерное общество «Русская телефонная компания", Управления Федеральной службы по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций по Тульской области (далее Управление Роскомнадзора по Тульской области), управляющая организация ООО УК «Новый город»; протокольным определением от ДД.ММ.ГГГГ - Д.Е., собственник жилого помещения МКД по адресу: <адрес>; протокольным определением от ДД.ММ.ГГГГ Федеральная служба по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций; протокольным определением от ДД.ММ.ГГГГ в соответствии с правилами ст. 47 указанного Кодекса – Управление Роспотребнадзора по Тульской области).
Стороны и лица, участвующие в деле уведомлены о месте и времени рассмотрения дела надлежащим образом.
Истец В.А. в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, заявил ходатайство о рассмотрении дела без его участия в связи с его нахождением за пределами города Тулы.
Третьи лица в судебное заседание не явились, о причине неявки не сообщили, ходатайства об отложении рассмотрения дела не заявлены.
Управлением Роспотребнадзора по Тульской области представлено письменное заключение относительно применения положений Закона Российской Федерации от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей» к спорным правоотношениям, а также ходатайство о рассмотрении дела без участия представителя.
В соответствии с правилами ч.ч.3,4,5 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд пришел к выводу о наличии правовых оснований для рассмотрения дела в отсутствие неявившихся лиц.
Участвуя в рассмотрении дела истец В.А. поддерживая требования по юридическим и фактическим основаниям изложенным в исковом заявлении, с учетом изложенных в представленных в материалы дела письменных объяснениях и заявлениях о фактических основаниях исковых требований, пояснил, что ответчик, по его мнению, незаконно получил из неустановленного источника сведения о его персональных данных, персональных данных собственников МКД, а именно без согласия как самого истца, так и иных собственников помещений в МКД, в том числе собственников – членов его семьи, получил сведения из ЕГРН и незаконно распространил его персональные данные третьему лицу инициатору общего собрания Д.Е..
Указанные обстоятельства истец считал подтвержденными ответами на его обращения в Федеральную службу по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций, доказательствами, представленными ответчиком об обстоятельствах получении реестра собственников МКД с их личными данными у третьего лица. При этом, как указывал истец, согласно справки Управления Росреестра по Тульской области о лицах, получивших сведения об объекте недвижимости по адресу: <адрес> ответчик и указанный им исполнитель Н., не значатся. В связи с чем, разглашение ответчиком персональных данных истца послужило основанием для его обращения его в суд о взыскании с ответчика компенсации морального вреда.
Также, нарушением его прав как потребителя причинивших ему моральный вред истец указывал включение в заявление, поданное им оператору связи от ДД.ММ.ГГГГ о расторжении между ними договора оказания услуг связи №, путем проставления машинописным способом галочки в окне бланка, разработанного по форме оператора услуг связи, условий из которого следует его согласие на отказ от получения денежных средств, оставшихся на лицевом счете после расторжения договора, что нарушило его права потребителя заявить отказ от исполнения договора, заключенного с нарушением закона. Денежные средства от получения которых он не отказывался при расторжении договора, ему ответчиком в именно в связи с его отказом до настоящего времени не возвращены. Указанные обстоятельства истец считал доказанными, в том числе, предостережением о недопустимости нарушения обязательных требований, вынесенным Управлением Роспотребнадзора по Тульской области в адрес ответчика ДД.ММ.ГГГГ и ответом ПАО «МТС» на указанное предостережение от ДД.ММ.ГГГГ, ответами Управления Роспотребназора по Тульской области на его обращения по указанным обстоятельствам.
Как следует из представленного Управлением Роспотребнадзора по Тульской области в соответствии с правилами ст. 47 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации письменного заключения, включение в заявление о расторжении договора услуг связи условия отказа потребителя от возврата остатка денежных средств на счете, является нарушением положений ст.ст. 8,10, 31 Закона о защите прав потребителей и основанием для взыскания в пользу потребителя компенсации морального вреда в соответствии с положениями ст. 15 Закона в связи с нарушением прав потребителя.
При рассмотрении дела привлеченный к участию в деле Д.Е. подтвердил, что собственниками помещений было принято решение о проведении общего собрания собственников для разрешения вопроса о пользовании общим имуществом в части размещения оборудования ПАО «МТС» при оказании услуг связи в многоквартирном жилом доме по адресу: <адрес>, поскольку один из собственников истец по настоящему делу В.А. возбудил соответствующее судебное производство оспаривая законность размещения оборудования. Для получения сведений о собственниках для проведения собрания он действительно обратился в ПАО «МТС», как заинтересованному лицу, указанные события имели место до ДД.ММ.ГГГГ. Сведения в виде реестра собственников он получил в электронном виде в виде таблицы, использовал для проведения общего собрания собственников, сведения возможно сообщал таким же собственникам.
Участвуя в рассмотрении дела представители Управления Роскомнадзора по Тульской области А.В. и Е.Г. поддержали позицию Федеральной службы Роскомнадзора, изложенную в ответах на обращения В.А., пояснили, что доводы заявителя были проверены и нарушений оператором связи требований п.2 ч.1 ст. 6 Федерального закона "О персональных данных» установлено не было, поскольку события послужившие основанием обращения истца в суд имели место до ДД.ММ.ГГГГ, и сведения относительно объекта недвижимости в ЕГРН, в том числе в отношении его собственника предоставлены оператором для проведения общего собрания инициатору собрания - такому же собственнику помещения в МКД, поскольку в проведении собрания оператор связи был заинтересован в рамках ведения деятельности.
Представитель ответчика по доверенности И.Н. участвуя в рассмотрении дела исковые требования истца В.А. к ПАО «МТС» полагала необоснованными и неподлежащими удовлетворению, в иске просила отказать в полном объеме. Обосновывая возражения, в том числе с учетом письменных возражений пояснила, что ПАО «МТС» в лице Тульского филиала оказывает услуги связи жителям многоквартирного дома по адресу: <адрес> на основании соответствующих договоров с абонентами. Поскольку истцом, как собственником одного из помещений в МКД, был инициирован судебный спор по использованию общего имущества МКД без принятия соответствующего решения собственниками, иными собственниками было инициировано и проведено общее собрание. При подготовке общего собрания к оператору связи обратился собственник помещения, инициировавший проведение собрания - Д.Е., с заявлением об оказании содействия в получении реестра собственников. Поскольку до ДД.ММ.ГГГГ сведения ЕГРН являлись открытыми и доступными любому лицу, в целях стабильности ведения хозяйственно-экономической деятельности, Обществом были получены необходимые для проведения общего собрания собственников сведения, и переданы не любому лицу, а именно одному из собственников помещения в МКД. Полученные сведения не разглашались и никому более не представлялись, в связи с чем, представитель полагала доводы истца об обработке ответчиком персональных данных истца при оказании услуг связи и разглашении его персональных данных, основанными на неверном толковании правовых норм.
В части требований истца относительно нарушения его прав потребителя представитель ответчика настаивала на том, что ПАО «МТС» не является надлежащим ответчиком, поскольку форма заявления на расторжение договора связи была разработана АО «Русская телефонная компания», действующая в рамках договора с ПАО «МТС» в качестве торгового представителя, а именно совершать от имени и за счет МТС действия по поиску потенциальных Абонентов, их справочному обслуживанию, оказанию услуг, а также по заключению абонентских договоров и внесению в них изменений и дополнений, для чего коммерческому представителю был предоставлен доступ к программному обеспечению МТС. Кроме того, указывала на то обстоятельство, что права абонента при прекращении договора оператором связи не нарушены, поскольку остатка денежных средств на счете на момент подачи абонентом соответствующего заявления не имеется и спора по этим обстоятельствам абонентом в настоящем процессе не заявлен. К возникшему между истцом и ответчиком спору о взыскании компенсации морального вреда по мнению представителя не подлежат применению положения закона о защите прав потребителей, поскольку положениями Закона о защите прав потребителей предусмотрены права потребителей согласно которым при обнаружении недостатков выполненной работы (оказания услуги) и последствия нарушения исполнителем сроков выполнения работ (оказания услуг), потребитель вправе отказаться от исполнения договора, однако, истец не ссылается на недостатки оказания услуги, которые повлекли его обращение с заявлением об отказе от договора, и в данном случае отказ от договора связи регулируется специальными нормами Гражданского кодекса Российской Федерации и ФЗ «О связи», п.4 ст. 55 которого предусматривает претензионный порядок, который истцом не выполнен, в связи с чем представитель считала необходимым и законным производство по делу прекратить в соответствии с правилами абзаца 3 ст. 220 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
Выслушав объяснения сторон и представителей лиц, участвующих в рассмотрении дела, третьего лица, исследовав и оценив представленные доказательства, суд находит иск подлежащим удовлетворению частично по следующим основаниям.
При разрешении заявленных требований суд установил, что ДД.ММ.ГГГГ В.А. обратился в ПАО «МТС» с заявлением № на расторжение договора подвижной связи №, в котором просил расторгнуть договор и одновременно, в указанном заявлении была проставлена отметка в свободном поле заявления о том, что абонент отказался от получения остатка денежных средств.
Как следует из статей 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами.
Пунктом 1 статьи 450 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами или договором.
Согласно п. 48 Постановления Правительства РФ от 9 декабря 2014 года N 1342 "О порядке оказания услуг телефонной связи" абонент вправе в любое время в одностороннем порядке расторгнуть договор при условии оплаты оказанных услуг телефонной связи.
В соответствии с подпунктом "д" пункта 24 Правил оказания услуг телефонной связи, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 9 декабря 2014 года N 1342, оператор связи обязан вернуть абоненту неиспользованный остаток денежных средств, внесенных в качестве аванса, не позднее 30 дней со дня расторжения договора.
В силу ст. 32 Закона Закон РФ от 07.02.1992 N 2300-1 "О защите прав потребителей" потребитель вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работ (оказании услуг) в любое время при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов, связанных с исполнением обязательств по данному договору.
Ответчиком оспаривалось наличие остатка денежных средств на счете абонента подлежащих возврату на дату подачи заявления.
Однако, согласно предмета спора, заявленного истцом, вопрос о возврате оператором связи остатка денежных средств при расторжении договора, по настоящему делу не заявлен. Из объяснений истца следует, что нарушение своих прав потребителя, в связи с чем ему причинен моральный вред, он усматривает в лишении его оператором связи права, предусмотренного законом.
Наличие судебного спора между истцом по настоящему иску В.А. и ПАО «МТС», в части взыскания в его пользу неосновательного обогащения, в том числе абонентской платы за август 2022 года, подтверждается как объяснения сторон по настоящему делу, так и материалами имеющегося в производстве Центрального районного суда г. Тулы иному гражданскому делу.
Истцом требования в части расторжения им договора в связи с наличием недостатков оказываемой услуги связи не заявлены. Следовательно, к спорным правоотношениям подлежат применению положения ст. 32 Закона о защите прав потребителей, п.48, подпункт "д" пункта 24 Правил оказания услуг телефонной связи, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 9 декабря 2014 года N 1342.
Из предостережения Управления Роспотребнадзора по Тульской области от ДД.ММ.ГГГГ, вынесенного в адрес оператора связи ПАО «МТС» по обращению В.А. следует, что включение в заявление о прекращении действия договора условия отказа потребителя от возврата неиспользованного остатка денежных средств нарушает права потребителя, предусмотренные п.п.1.5 ст.4, ст.10 Закона.
Указанное предостережение о недопустимости нарушения обязательных требований закона было рассмотрено ПАО «МТС» и дан ответ об устранении нарушений от ДД.ММ.ГГГГ.
Подпункт 1 пункта 2 ст. 16 названного Закона N 2300-1 предусматривает, что к недопустимым условиям договора, ущемляющим права потребителя, относятся условия, которые предоставляют продавцу (изготовителю, исполнителю, уполномоченной организации или уполномоченному индивидуальному предпринимателю, импортеру, владельцу агрегатора) право на односторонний отказ от исполнения обязательства или одностороннее изменение условий обязательства (предмета, цены, срока и иных согласованных с потребителем условий), за исключением случаев, если законом или иным нормативным правовым актом Российской Федерации предусмотрена возможность предоставления договором такого права.
Пунктом 1 статьи 15унктом 1 статьи 15 Закона о защите прав потребителей предусмотрено, что моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.
В пункте 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, в силу пункта 2 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом (например, статья 15 Закона о защите прав потребителей). В указанных случаях компенсация морального вреда присуждается истцу при установлении судом самого факта нарушения его имущественных прав.
Истец, обращаясь в суд с иском, связывал причинение ему морального вреда с фактом уклонения оператора связи от исполнения обязанности вернуть абоненту неиспользованный остаток денежных средств, внесенных в качестве аванса, указывая, что обязанность оператора связи прямо предусмотрена законом и корреспондирует его праву на расторжение договора связи и получения остатка денежных средств после оплаты оказанных услуг, что прямо предусмотрено положениями п.48, подпункт "д" пункта 24 Правил оказания услуг телефонной связи, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 9 декабря 2014 года N 1342.
Согласно пункту 1 статьи 13 Закона о защите прав потребителей за нарушение прав потребителей изготовитель (исполнитель, продавец, уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер) несет ответственность, предусмотренную законом или договором.
Компенсация морального вреда является одним из видов гражданско-правовой ответственности, условия для привлечения к которой установлены Законом о защите прав потребителей - нарушения прав потребителя, предусмотренные законами, регулирующие отношения в области защиты прав потребителей.
Как разъяснено в пункте 45 Постановления Пленума Верховного Суда РФ и от 28 июня 2012 года N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.
Размер компенсации морального вреда определяется судом независимо от размера возмещения имущественного вреда, в связи с чем размер денежной компенсации, взыскиваемой в возмещение морального вреда, не может быть поставлен в зависимость от стоимости товара (работы, услуги) или суммы подлежащей взысканию неустойки. Размер присуждаемой потребителю компенсации морального вреда в каждом конкретном случае должен определяться судом с учетом характера причиненных потребителю нравственных и физических страданий исходя из принципа разумности и справедливости.
Из указанных правовых норм в их системной взаимосвязи и акта их толкования следует, что компенсация морального вреда является самостоятельным способом защиты нарушенного прав.
Доводы ответчика относительно нарушения прав истца иным юридическим лицом, суд признает неосновательными, основанными на неверном толковании закона.
Представленный ответчиком договор между ОАО «МТС» и ЗАО «РТК» № от ДД.ММ.ГГГГ, которые на рассмотрения дела как следует из выписок из ЕГРЮЛ изменили форму деятельности ПАО и АО соответственно, заключен между оператором связи и коммерческим представителем, и является агентским договором.
В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 1005 Гражданского кодекса Российской Федерации по агентскому договору одна сторона (агент) обязуется за вознаграждение совершать по поручению другой стороны (принципала) юридические и иные действия от своего имени, но за счет принципала либо от имени и за счет принципала.
По сделке, совершенной агентом с третьим лицом от своего имени и за счет принципала, приобретает права и становится обязанным агент, хотя бы принципал и был назван в сделке или вступил с третьим лицом в непосредственные отношения по исполнению сделки (абзац второй пункта 1 статьи 1005 Гражданского кодекса Российской Федерации).
По сделке, совершенной агентом с третьим лицом от имени и за счет принципала, права и обязанности возникают непосредственно у принципала (абзац третий пункта 1 статьи 1005 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Из п. 2.1 представленного Договора к спорным правоотношениям подлежат применению положения абзаца третьего пункта 1 статьи 1005 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем доводы ответчика о том, что нарушение прав потребителей допущено агентом (коммерческим представителем) на которого возлагается ответственность за нарушение прав потребителей, неосновательны.
Коме того, приходя к таким выводам суд учитывает разъяснения, содержащиеся в Письме Минсвязи РФ от 26.07.1996 N 3756 "О регулировании договорных отношений между операторами связи и их представителями при оказании услуг связи", из которого следует что в целях соблюдения основополагающих требований лицензий службам Главгоссвязьнадзора России предписано при проведении проверок операторов связи обращать внимание на наличие в договорах между лицензиатом и коммерческим представителем, коммерческим представителем и пользователем услуг связи статей, предусматривающих прямую ответственность оператора связи (лицензиата) перед пользователями услуг связи, обязанность коммерческих представителей осуществлять свою деятельность в строгом соответствии с поручениями лицензиата, соблюдением положений лицензии и нормативно-правовых актов Минсвязи России. При этом, стороны вправе закреплять свои договорные отношения в любой из предусмотренных ГК РФ форм гражданско-правовых сделок. Договоры также могут содержать и положения о праве представителя лицензиата на сбор платежей за оказываемые услуги связи.
Неосновательными суд признает также доводы ответчика о несоблюдении истцом обязательного претензионного порядка, предусмотренного пунктом 4 статьи 55 Федерального закона от 7 июля 2003 года N 126-ФЗ "О связи", поскольку истцом заявлены самостоятельные требования о компенсации морального вреда и при таких обстоятельствах законодательством не предусмотрена необходимость соблюдения досудебного (в том числе претензионного) порядка урегулирования спора. (п. 63 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").
Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Как разъяснено в пункте 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (статья 1101 ГК РФ).
При установленных при рассмотрении дела обстоятельствах доводы истца В.А. о наличии оснований для компенсации ему ответчиком морального вреда в связи с нарушением его прав потребителя, следует признать обоснованными и подлежащими удовлтиворению.
Оценивая доводы истца в части нарушения его неимущественных прав, связанных с фактом предоставления ответчиком реестра собственников МКД инициатору общего собрания, суд приходит к следующему.
Как установлено судом и следует из материалов дела истец В.А. является собственником помещения в многоквартирном доме по адресу: <адрес>.
В производстве Центрального районного суда города Тулы находится гражданское дело по иску В.А. к инициатору общего собрания собственников ФИО2 о признании общего собрания, проведенного в форме очно-заочного голосования ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ по вопросу использования общедомового имущества оператором связи ПАО «МТС».
Из искового заявления В.А. по указанному делу следует, что истцом установлен факт предоставления реестра собственников МКД оператором связи – ответчиком по настоящему делу инициаторам собрания, что истец расценивает как незаконную передачу персональных данных о собственниках МКД, без его согласия, связывая указанные обстоятельства обращаясь в суд с настоящим иском с причинением ему морального вреда.
Согласно части 1 статьи 23 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени.
Сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия не допускаются. Органы государственной власти и органы местного самоуправления, их должностные лица обязаны обеспечить каждому возможность ознакомления с документами и материалами, непосредственно затрагивающими его права и свободы, если иное не предусмотрено законом (статья 24 Конституции Российской Федерации).
В соответствии с частью 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.
В развитие названных конституционных положений в целях обеспечения защиты прав и свобод человека и гражданина при обработке его персональных данных, в том числе защиты прав на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, принят Федеральный закон от 27.07.2006 N 152-ФЗ "О персональных данных" (далее - Закон о персональных данных), регулирующий отношения, связанные с обработкой персональных данных, осуществляемой федеральными органами государственной власти, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, иными государственными органами, органами местного самоуправления, не входящими в систему органов местного самоуправления муниципальными органами, юридическими лицами, физическими лицами.
Согласно статье 3 Закона о персональных данных, персональные данные - любая информация, относящаяся к прямо или косвенно определенному или определяемому физическому лицу (субъекту персональных данных) (пункт 1).
Под обработкой персональных данных понимается любое действие (операция) или совокупность действий (операций), совершаемых с использованием средств автоматизации или без использования таких средств с персональными данными, включая сбор, запись, систематизацию, накопление, хранение, уточнение (обновление, изменение), извлечение, использование, передачу (распространение, предоставление, доступ), обезличивание, блокирование, удаление, уничтожение персональных данных (пункт 3).
По общему правилу обработка персональных данных допускается с согласия субъекта персональных данных (пункт 1 части 1 статьи 6 Закона).
Статьей 7 Закона о персональных данных предусмотрено, что операторы и иные лица, получившие доступ к персональным данным, обязаны не раскрывать третьим лицам и не распространять персональные данные без согласия субъекта персональных данных, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Из содержания статьи 9 Закона о персональных данных следует, что согласие субъекта на обработку его персональных данных должно быть конкретным, информированным и сознательным (часть 1). Обязанность доказать наличие такого согласия или обстоятельств, в силу которых такое согласие не требуется, возлагается на оператора (часть 3). Согласие должно содержать перечень действий с персональными данными, общее описание используемых оператором способов обработки персональных данных (пункт 7 части 4).
В соответствии со ст. 17 Закона если субъект персональных данных считает, что оператор осуществляет обработку его персональных данных с нарушением требований настоящего Федерального закона или иным образом нарушает его права и свободы, субъект персональных данных вправе обжаловать действия или бездействие оператора в уполномоченный орган по защите прав субъектов персональных данных или в судебном порядке (часть 1). Субъект персональных данных имеет право на защиту своих прав и законных интересов, в том числе на возмещение убытков и (или) компенсацию морального вреда в судебном порядке (часть 2).
Исходя из анализа указанных правовых норм и фактических обстоятельств дела оснований считать, что ответчиком произведена обработка персональных данных в связи с получением сведений и передаче их иному лицу, при рассмотрении дела не установлено.
Согласно правил части 1 ст. 62 Федерального закона от 13 июля 2015 года N 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости", действовавшего в редакции на дату как полагает истец разглашения его персональных данных (начало действия редакции - 11.01.2023, окончание действия редакции - 28.02.2023), сведения, содержащиеся в Едином государственном реестре недвижимости, за исключением сведений, доступ к которым ограничен федеральным законом, предоставляются публично-правовой компанией, указанной в части 1 статьи 3.1 этого Федерального закона, по запросам любых лиц, в том числе посредством использования информационно-телекоммуникационных сетей общего пользования, в том числе сети Интернет, включая единый портал, единой системы межведомственного электронного взаимодействия и подключаемых к ней региональных систем межведомственного электронного взаимодействия, иных технических средств связи, а также посредством обеспечения доступа к федеральной государственной информационной системе ведения Единого государственного реестра недвижимости или иным способом, установленным органом нормативно-правового регулирования.
Запрет на передачу персональных данных из ЕГРН без согласия правообладателя законодательно был введен с ДД.ММ.ГГГГ.
Как следует из ч. 3.1 ст. 45 Жилищного кодекса Российской Федерации 3.1 ч. 3.1 ст. 45 Жилищного кодекса Российской Федерации предусматривает, что согласие собственников помещений в многоквартирном доме на передачу персональных данных, содержащихся в реестре собственников помещений в многоквартирном доме, при предоставлении этого реестра в порядке, установленном настоящей частью, в целях созыва и организации проведения общего собрания собственников помещений в многоквартирном доме не требуется.
При рассмотрении дела из объяснений лиц, участвующих в деле, в том числе доказательств представленных ответчиком об обращении собственника помещения в ФИО3 о предоставлении реестра собственников для организации и проведения общего собрания собственниками МКД, установлено, что оспариваемые истцом события произошли до ДД.ММ.ГГГГ.
При этом, доводы истца о наличии в действиях ответчика вины в разглашении его персональных данных, в том числе по основаниям представленных в материалы дела доказательств того, что ответчиком не доказан источник получения сведений, исходя из анализа указанных правовых норм относительно открытости на дату возникновения спорных правоотношений сведений ЕГРН, и отсутствия законодательно закрепленного запрета для любых лиц получать такие сведения, следует признать неосновательными.
Действующее на момент возникновения спорных правоотношений законодательство не предусматривало запрета инициатору общего собрания, иному заинтересованному лицу на заключение возмездного договора с организацией, которая предоставляет услуги по запросу таких сведений из Росреестра. Положения п. 3.1 ст. 45 Жилищного кодекса Российской Федерации такого запрета также не предусматривает, предусматривая только право инициатора общего собрания обратиться в управляющую организацию с соответствующим запросом для получения реестра собственников без производства оплаты.
Кроме того, исходя из положений Жилищного кодекса Российской Федерации, определяющих отсутствие необходимости получения разрешения собственников для предоставление сведений реестра собственников инициатору общего собрания в целях созыва и организации проведения общего собрания собственников помещений в многоквартирном доме, наличие вины ответчика в оспариваемых истцом действиях, судом не установлено.
Следует также учесть, что из объяснений Д.Е. следует, что для созыва и проведения общего собрания им был получен именно реестр собственников, а не персональные данные истца. Для иных целей реестр собственников им использован не был и никаких действий по размещению персональных данных истца не допущено.
При таких обстоятельствах правовых оснований для возмещения морального вреда, причиненного субъекту персональных данных по основаниям нарушения его прав, нарушения правил обработки персональных данных, а также требований к защите персональных данных, судом не установлено и исковые требования истца В.А. в этой части удовлетворению не подлежат.
Таким образом, установив факт нарушения прав истца как потребителя, суд на основании статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 15 Закона о защите прав потребителей, учитывая степень вины нарушителя, и иные обстоятельства дела, в том числе установление истцом нарушения его прав при рассмотрении иного судебного спора о взыскании с ответчика неосновательного обогащения, где также заявлены требования о взыскании компенсации морального вреда, установление при рассмотрении дела, что истцу виновными действиями ответчика причинены нравственные страдания, вызванные нарушением его прав потребителя, т.е. нарушающими его имущественные права, единичное нарушение его прав потребителя ответчиком, исходя из существа спора и его предмета, определение истцом суммы компенсации морального вреда исходя также из нарушения его неимущественных прав, связанных с раскрытием его персональных данных, что при рассмотрении дела своего подтверждения не нашло, руководствуясь требованиями разумности и справедливости, суд считает возможным взыскать с ответчика в пользу истца денежную компенсацию в размере 3 000 рублей.
В силу ч. 6 ст. 13 Закона РФ «О защите прав потребителей» от 07.02.1992 №2300-1 при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя подлежит взысканию штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.
Как разъяснил Пленум Верховного Суда РФ в п. 46 Постановления от 28.06.2012 г. № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя подлежит взысканию с ответчика в пользу потребителя независимо от того, заявлялось ли такое требование суду.
Поскольку судом было установлено, что в добровольном порядке удовлетворения требований истца со стороны ответчиков в установленный законом срок не последовало, то с ответчика подлежит взысканию штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя. Из заявленных истцом требований следует, что размер штрафа составит 1 500 рублей (3 000,00 х50%).
При подаче искового заявления истец был освобожден от уплаты государственной пошлины в соответствии с п.п. 4 п. 2 ст. 333.36 НК РФ, поскольку исковые требования связаны с нарушением прав потребителей.
В соответствии с положениями ч. 1 ст. 103 ГПК РФ госпошлина, от уплаты которой были освобождены истцы, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в федеральный бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований.
Учитывая положения части 1 статьи 103 ГПК РФ, статьи 333.19 Налогового кодекса РФ, поскольку заявленные требования удовлетворены, суд считает необходимым взыскать с ответчика ПАО «МТС» в доход бюджета муниципального образования город Тула государственную пошлину в размере 300 рублей по требованию истца о компенсации морального вреда.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.193, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
решил:
исковые требования В.А. к Публичному акционерному обществу «Мобильные Телесистемы» о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.
Взыскать с Публичного акционерного общества «Мобильные Телесистемы» (ОГРН №, №) в пользу В.А. (паспорт №, выдан <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ, код подразделения №) компенсацию морального вреда в размере 3 000 рублей, штраф в сумме 1 500 рублей, а всего взыскать 4 500 рублей.
Взыскать с Публичного акционерного общества «Мобильные Телесистемы» (ОГРН №, №) государственную пошлину в местный бюджет в сумме 300 рублей.
Решение может быть обжаловано в Судебную коллегию по гражданским делам Тульского областного суда путем подачи апелляционной жалобы через Центральный районный суд г. Тулы в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Председательствующий –