Решение по делу № 2-172/2025 от 17.02.2025.

Дело № 2-172/2025

73RS0001-01-2024-008103-36

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

17 февраля 2025 года город Ульяновск

Ленинский районный суд города Ульяновска в составе:

председательствующего судьи Казначеевой М.А.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Фионовой О.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по искам ФИО1, ФИО2 к государственному учреждению здравоохранения «Ульяновский областной клинический центр специализированных видов медицинской помощи имени заслуженного врача России ФИО3», государственному учреждению здравоохранения «Центральная клиническая медико-санитарная часть имени заслуженного врача России В.А. Егорова» о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ГУЗ «Ульяновский областной клинический центр специализированных видов медицинской помощи имени заслуженного врача России ФИО3», ГУЗ «Центральная клиническая медико-санитарная часть имени заслуженного врача России В.А. Егорова» о компенсации морального вреда.

В обоснование исковых требований указала, что ДД.ММ.ГГГГ следователем по ОВД следственного отдела по Ленинскому району г.Ульяновска СУ СК РФ по Ульяновской области было возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного ч.2 ст.109 УК РФ. Основанием для возбуждения уголовного дела явилось то, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ неустановленные лица из числа работников ГУЗ «УОКЦСВМП» причинили смерть по неосторожности ФИО4 вследствие ненадлежащего исполнения своих профессиональных обязанностей. Данное уголовное дело было возбуждено в результате проверки по ее многочисленным обращениям, которые стали следствием халатного исполнения врачами своих обязанностей, многочисленными нарушениями ими требований своих ведомственных инструкций, актов, протоколов, что повлекло тяжкие последствия, причинение страданий ей и ее покойному сыну ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ, который был вполне здоровым человеком, работал в службе охраны, проходил ежегодные медицинские осмотры. Единственным его заболеванием была язва, с которой он стоял на учете и проходил периодические осмотры, то есть контролировал свое здоровье.

Несмотря на то, что сын проживал отдельно от нее, они с ним постоянно виделись и общались, между ними были очень теплые и близкие доверительные отношения. Она на протяжении нескольких дней наблюдала как ее сын умирает, а врачи бездействуют, они отказали ему в госпитализации, когда таковая была необходима, не проводили необходимые обследования, выставляли неверные диагнозы, не в полном объеме собирали необходимые сведения об анамнезе, не принимали в расчет наличие у него хронического заболевания. Она как мать очень сильно переживала происходящее, видя страдания своего ребенка, что усиливалось чувством осознания собственного бессилия, когда врачи халатно относились к своим обязанностям. Бездействием врачей, их безразличным отношением к ее сыну, многочисленными нарушениями ими допущенными, необоснованным отказом в госпитализации ее сыну, который желал чтобы ему оказали надлежащую медицинскую помощь, ей были причинены сильнейшие нравственные страдания.

ДД.ММ.ГГГГ ее сын находился на работе, почувствовал себя плохо и его отпустили домой. Он позвонил ей, сообщил об ухудшении состояния здоровья, повышении температуры, вызвал на дом врача. Приходивший на дом врач выписала ему лекарства от желудка, но на обследование в стационар его не направила.

ДД.ММ.ГГГГ сыну стало еще хуже. Она с мужем пришла к сыну домой и увидела, что цвет кожи у него был не естественный – коричневый, температура у сына была 39 градусов. Они вызвали скорую помощь, врачи которой по приезду сразу сказали о подозрении на внутреннее кровотечение, поскольку у сына была неоднократная рвота с кровью и другие признаки обострения язвы желудка. Работники скорой помощи экстренно увезли сына в стационар. Через некоторое время сын позвонил и попросил принести ему ключи, так как его в больницу не положили. Она с мужем встретила сына, который не мог самостоятельно даже выйти из машины, дойти до квартиры ему помогали ее муж и водитель такси.

Состояние сына постоянно ухудшалось и ДД.ММ.ГГГГ сыну стало еще хуже, они вновь вызвали скорую помощь, врачи которой также экстренно увезли его для госпитализации в стационар, она поехала с ним. В стационаре их на протяжении пяти часов держали в приемном покое, дежурный хирург не спешил сам производить осмотр, других узких специалистов стал вызывать только через более чем 4 часов, когда сыну стало совсем плохо и он стал периодически терять сознание. Когда пришли реаниматологи, они сразу забрали сына в отделение реанимации, где пытались вернуть его к жизни, но все оказалось уже безрезультатно и утром ей сообщили, что сын умер.

В ходе предварительного расследования уголовного дела были проведены судебные экспертизы, которые констатировали многочисленные нарушения, допущенные врачами. Данные экспертизы не были признаны недопустимыми доказательствами. Эксперты подтвердили, что халатные действия (бездействие) медицинских работников, которые невнимательно проводили осмотр, не провели дополнительные исследования, своевременно не поставили правильный диагноз, вовремя не начали лечение, отказали в госпитализации, привели к ухудшению состояния ее сына ФИО4, который длительное время испытывал страдания от постоянно ухудшающегося состояния здоровья, а она находилась на грани нервного срыва из-за того, что переживала за сына, из-за его страданий, что не может ничем помочь и вынуждена наблюдать, как он умирает.

Просит взыскать с ответчиков ГУЗ «Ульяновский областной клинический центр специализированных видов медицинской помощи имени заслуженного врача России ФИО3» и ГУЗ «Центральная клиническая медико-санитарная часть имени заслуженного врача России В.А. Егорова» в солидарном порядке в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 2000000 руб., судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 3000 руб.

ФИО2 обратилась в суд с иском к ГУЗ «Ульяновский областной клинический центр специализированных видов медицинской помощи имени заслуженного врача России ФИО3», ГУЗ «Центральная клиническая медико-санитарная часть имени заслуженного врача России В.А. Егорова» о компенсации морального вреда, указав в обоснование, что ДД.ММ.ГГГГ следователем по ОВД следственного отдела по Ленинскому району г.Ульяновска СУ СК РФ по Ульяновской области было возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного ч.2 ст.109 УК РФ. Основанием для возбуждения уголовного дела явилось то, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ неустановленные лица из числа работников ГУЗ «УОКЦСВМП» причинили смерть по неосторожности ФИО4 вследствие ненадлежащего исполнения своих профессиональных обязанностей. Данное уголовное дело было возбуждено в результате проверки по жалобам ее бабушки ФИО1, которые стали следствием халатного исполнения врачами своих обязанностей, многочисленными нарушениями ими требований своих ведомственных инструкций, актов, протоколов, что повлекло тяжкие последствия, причинение страданий ей и ее покойному сыну ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ.

Ее отец был здоровым, красивым молодым человеком, работал в службе охраны, проходил ежегодные медицинские осмотры. Единственным его заболеванием была язва, с которой он стоял на учете и проходил периодические осмотры, контролировал свое здоровье. Как и все молодые люди, ее отец хотел жить, строил планы на будущее, у нее с ним были прекрасные отношения, они любили друг друга, он постоянно интересовался ее делами, как и она его, он помогал ей всегда и во всем, а она, в свою очередь, также, чем могла ему помогала, они хорошо общались, она очень сильно его любила. Когда в июне ДД.ММ.ГГГГ отец заболел, она очень сильно за него переживала, они постоянно были на связи, она советовала ему вызвать скорую помощь, обратиться к врачам в больницу, спрашивала о том, какие ему необходимы лекарства. Также она поддерживала связь с бабушкой, которая ей рассказывала о том, как отец страдает, от чего ей становилось еще более страшно за его здоровье. Когда она узнала, что отец умер, у нее был сильнейший стресс, она очень сильно переживала, даже принимала успокоительные препараты, чтобы успокоить нервы, летние экзамены в колледже пересдавала осенью.

В ходе предварительного расследования уголовного дела по факту ненадлежащего оказания медицинской помощи ее отцу были проведены судебные экспертизы, которые констатировали многочисленные нарушения, допущенные врачами. По результатам расследования уголовного дела ДД.ММ.ГГГГ было вынесено постановление о прекращении уголовного дела.

Просит взыскать с ответчиков ГУЗ «Ульяновский областной клинический центр специализированных видов медицинской помощи имени заслуженного врача России ФИО3» и ГУЗ «Центральная клиническая медико-санитарная часть имени заслуженного врача России В.А. Егорова» в солидарном порядке в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в сумме 2000000 руб., судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 3000 руб.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ указанные гражданские дела объединены в одно производство.

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержала по доводам, изложенным в исковом заявлении, дополнительно пояснила, что ДД.ММ.ГГГГ ей позвонил ее сын ФИО4, сообщил, что у него поднялась температура, ДД.ММ.ГГГГ с температурой он вышел на работу, работал в личной охране на объекте МЦ «Академия», где у него в этот же день взяли анализ на <данные изъяты>, который оказался отрицательным. ДД.ММ.ГГГГ сын вызвал домой участкового врача поликлиники № ФИО5, которая его осмотрела, температура была 39 градусов, врач назначила ему Де-нол и какие-то витамины, аспирин. ДД.ММ.ГГГГ в связи с плохим самочувствием сын вызвал скорую помощь, которая доставила его в ГУЗ «УОЦСВМП», однако в больнице его не госпитализировали, вызвали ему такси и отправили домой. В 21.00 часов он позвонил ей, попросил принести ключи от его квартиры, так как в больницу его не положили, чем она была сильно удивлена, поскольку он самостоятельно не мог выйти из такси и дойти до квартиры, был обессилен. На следующий день ДД.ММ.ГГГГ у сына сильно разболелся желудок, вызвали скорую помощь, врачи которой поставили диагноз – <данные изъяты> и снова отвезли его в ГУЗ «УОЦСВМП». В ДД.ММ.ГГГГ она вместе с сыном на машине скорой помощи прибыли в больницу, в ДД.ММ.ГГГГ сыну проведи ФГДС и до ДД.ММ.ГГГГ ничего не делали, сынустановилось хуже. В 8-м часу вечера к сыну вышел врач, спросил у него сколько и чего он сегодня выпил, чем она была возмущена, поскольку сын уже длительное время не употребляет спиртные напитки, поскольку с ДД.ММ.ГГГГ. стоит на учете с гепатитом, неоднократно проходил медицинское освидетельствование на разрешение ношения оружия, поскольку работал в частном охранном предприятии. Когда сын периодически терял сознание, его перевели в реанимацию, в ДД.ММ.ГГГГ она уехала домой, а утром ей позвонили и сообщили, что сын умер. Выводы проведенных в рамках уголовного дела судебно-медицинских экспертиз не оспаривала. Не согласилась с выводами проведенной по делу судебной экспертизы в части установленной причины смерти ФИО4 Исковые требования ФИО2 считала законными и обоснованными.

Истец ФИО2 в судебном заседании исковые требования поддержала, пояснив, что ФИО4 является ее отцом, с которым она поддерживала отношения, о болезни и смерти отца узнала от своей бабушки ФИО1, также испытала нравственные страдания по поводу смерти своего отца, который был здоровым человеком, вел здоровый и активный образ жизни, занимался футболом и другими видами спорта, алкогольные напитки не употреблял. Исковые требования ФИО1 считала законными и обоснованными.

Представитель ответчика ГУЗ «Центральная клиническая медико-санитарная часть имени В.А. Егорова» ФИО7 в судебном заседании исковые требования ФИО1 и ФИО2 не признал, пояснив, что пациент ФИО4 в <данные изъяты> обращался за медицинской помощью – ДД.ММ.ГГГГ в ДД.ММ.ГГГГ с жалобами на повышение температуры тела до 37,3 градусов, озноб, ломоту в теле, головные боли, сухой кашель, вызвал врача на дом, лечился самостоятельно, принимал парацетамол. Осмотр проводила врач-терапевт участковый ФИО5, медицинская помощь пациенту ФИО4 оказана в полном объеме и качественно, причинно-следственной связи между действиями врача и причиненным, по мнению истцов, моральным вредом, не установлено. Выявленные в ходе судебной экспертизы недостатки оказания медицинской помощи ФИО4 носят рекомендательный характер и на дальнейшее состояние здоровья пациента не повлияли. Просил в удовлетворении исковых требований отказать.

Представитель ответчика ГУЗ «Ульяновский областной клинический центр специализированных видов медицинской помощи имени заслуженного врача России ФИО3» ФИО8 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен. Ранее в ходе рассмотрения дела исковые требования не признал, пояснив, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 доставлялся в учреждение с диагнозом <данные изъяты> пациенту было проведено полное обследование, в анамнезе пациент категорически отрицал прием алкоголя, а также его суррогатов и других веществ, непригодных для употребления. При обследовании не было выявлено признаков кровотечения, что подтверждается выводами проведенных в рамках уголовного дела экспертиз. На момент осмотра у пациента также не было данных об <данные изъяты>, состояние было удовлетворительное, пациент был в ясном сознании, исследование прямой кишки патологии не выявило, данных о желудочно-кишечном кровотечении не было, на ФГДС также не было выявлено воздействия жидкости прижигающего характера. Ввиду отсутствия данных об острой хирургической патологии пациент был отпущен на долечивание у гастроэнтеролога по месту жительства, где и должны были провести повторное ФГДС. ДД.ММ.ГГГГ пациент в тяжелом состоянии был сразу госпитализирован в отделение противошокового блока, которое предназначено для оказания экстренной помощи тяжелым пациентам и имеет возможность параллельного обследования пациентов для постановки более точного диагноза. По результатам судебно-химического исследования, что подтверждено двумя экспертизами, во внутренних органах найдены следы пропилового спирта и уксусной кислоты. Следовательно, пациент самостоятельно по собственной воле употреблял некачественные (предположительно алкоголесодержащие жидкости – суррогаты) напитки. Сколько времени он их употреблял и какой объем – неизвестно, но предположительно в больших объемах, что подтверждено результатами экспертизы, где указано, что вещества сохранились несмотря на проведенную пациенту инфузионную (внутривенную) терапию. В анамнезе при осмотрах ДД.ММ.ГГГГ пациент употребление данных жидкостей отрицает, чем сознательно ввел в заблуждение врачей. Не исключено, что пациент употреблял данные жидкости только между обращениями с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, поэтому и признаков отравления в момент обращения ДД.ММ.ГГГГ не было. Как итог – пациент сам себя добровольно травил неизвестными напитками, что в конечном итоге привело к его смерти, и доза употребленных веществ была настолько большой, интоксикация настолько тяжелой, что это привело к таким необратимым изменениям в организме, которые повернуть вспять и спасти пациента не представлялось возможным. Указанные комиссиями экспертов недостатки не состоят в причинной связи с ухудшением состояния здоровья пациента и не нанесли вреда его здоровью, следовательно, не имеется правовых оснований для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда. Доводы истца о том, что в результате некачественно оказанной медицинской помощи пациент умер, не подтвердили выводы двух проведенных судебно-медицинских экспертиз. Не возражал относительно назначения по делу экспертизы на предмет качества оказания медицинской помощи врачами ГУЗ «ЦКМСЧ им. В.А.Егорова». Выводы проведенных в рамках уголовного дела экспертиз не оспаривал.

Представитель ответчика ГУЗ «Ульяновский областной клинический центр специализированных видов медицинской помощи имени заслуженного врача России ФИО3» ФИО9 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен. Ранее в ходе рассмотрения дела исковые требования не признал, пояснив, что первоначально пациент был доставлен в медицинское учреждение ДД.ММ.ГГГГ в удовлетворительном состоянии с нормальным давлением, были жалобы на рвоту с кровью и общую слабость. По результатам обследования и собранному анамнезу было выяснено, что пациент страдает <данные изъяты>. Проведено ФГДС, признаков кровотечения найдено не было, установлен <данные изъяты>. Проведено мануальное обследование, признаков раздражения желудочно-кишечного тракта не установлено. Пациент был отпущен домой на дальнейшее наблюдение к гастроэнтерологу по месту жительства с рекомендациями провести ФГДС, сдать анализы. Признаков язвенного кровотечения не было установлено ни обследованиями, ни осмотром, необходимости в госпитализации пациента не было. На следующий день ФИО4 стало хуже, и он поступил в учреждение в тяжелом состоянии, его поместили в противошоковый блок, чтобы установить диагноз и назначить лечение в экстренном порядке. Его состояние ухудшалось постепенно, пациент отрицал прием неизвестных или спиртосодержащих веществ. Пациента перевели в реанимационное отделение, провели <данные изъяты>, после которой все равно было установлено наличие суррогатов и уксусного вещества. С учетом большого объема токсичных веществ ФИО4 не смогли спасти врачи. Выводы проведенных в рамках уголовного дела судебно-медицинских экспертиз не оспаривал.

Третье лицо ФИО10 в судебном заседании исковые требования ФИО1 и ФИО2 оставил на усмотрение суда, пояснив, что он работает врачом-токсикологом в ГУЗ «УОКЦСВМП» и помнит пациента ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ он (третье лицо) был вызван в противошоковый блок и в качестве консультанта осматривал пациента последним из врачей, поскольку по результатам проведенных анализов было установлено повышение показателей, что свидетельствовало о проблемах с печенью и почками. В связи с отсутствием химической лаборатории установить диагноз «отравление» не представилось возможным. При опросе и сборе анамнеза ФИО4 отрицал употребление каких-либо веществ, при этом, состояние пациента было очень тяжелым, отмечалась гипотония, заторможенное поведение, оглушение, кожные покровы были влажные, имелась небольшая одышка. ФИО4 требовалось оказание противошоковой терапии, что и было сделано, на данном этапе диагноз установить было невозможно, необходимо было наблюдать в динамике, а в первую очередь – оказать срочную помощь, что и было сделано. По симптоматике наблюдались признаки печеночной и почечной недостаточности, что могло развиться вследствие шока, низкого артериального давления. При отравлении прижигающей жидкостью должен был присутствовать химический ожог, наблюдалось бы осиплость голоса, плохое глотание, однако в данном случае картина была иной. После перерыва в судебное заседание не явился.

Третье лицо ФИО5 в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещалась надлежащим образом, ранее в судебном заседании исковые требования считала незаконными и необоснованными, пояснила, что ДД.ММ.ГГГГ она выходила на дом к пациенту, дверь он открыл самостоятельно, жаловался на повышенную температуру в течение нескольких дней, сказал, что сдал тест на <данные изъяты>, однако результата еще не знал. Состояние пациента было удовлетворительным, пациент находился в сознании, разговаривал, сказал, что самостоятельно принимал жаропонижающие средства, назначение она не помнит. Ему были даны рекомендации, назначена противовирусная терапия, жаропонижающие препараты под прикрытием омепразола, поскольку у пациента была <данные изъяты>. Она произвела осмотр, проверила температуру. При контрольном посещении во второй раз дверь в квартиру никто не открыл, дозвонились до родственников, которые сообщили, что пациент находится в больнице.

Третьи лица ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО21, представители ООО «Капитал медицинское страхование», территориального органа Росздравнадзора по Ульяновской области, прокурор в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела указанные лица извещались надлежащим образом.

С учетом мнения участников процесса, суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, в соответствии со ст. 167 ГПК РФ – по имеющимся в деле доказательствам.

Исследовав материалы настоящего гражданского дела, материалы уголовного дела №, медицинские карты ФИО4, заслушав участников процесса, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии со статьей 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (часть 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации).

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации). Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).

Таким образом, здоровье как неотъемлемое и неотчуждаемое благо, принадлежащее человеку от рождения и охраняемое государством, Конституция Российской Федерации относит к числу конституционно значимых ценностей, гарантируя каждому право на охрану здоровья, медицинскую и социальную помощь.

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», согласно пункту 1 статьи 2 которого здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ).

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг (пункт 3 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ).

В силу статьи 4 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ охрана здоровья в Российской Федерации основывается на ряде принципов, одним из которых является соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий.

В числе таких прав - право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ).

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (часть 1 статьи 151 Гражданского кодекса РФ).

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Согласно пункту 14 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических и нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Из изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Пунктом 2 статьи 150 Гражданского кодекса РФ определено, что нематериальные блага защищаются в соответствии с Гражданским кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и в тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12 Гражданского кодекса РФ) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 1064, пунктом 1 статьи 1068, статьей 1094 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

При этом, как разъяснено в п.11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1099 Гражданского кодекса РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 ГК РФ) и статьей 151 Гражданского кодекса РФ.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса РФ).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса РФ).

Статьей 1064 Гражданского кодекса РФ установлены общие основания ответственности за причинение вреда.

Согласно данной норме закона вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В силу части 2 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (часть 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ).

Из изложенного следует, что в случае причинения гражданину морального вреда (нравственных и физических страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, в числе которых право гражданина на охрану здоровья, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Материалами дела установлено следующее.

ГУЗ «Центральная клиническая медико-санитарная часть имени заслуженного врача России В.А. Егорова», ГУЗ «Ульяновский областной клинический центр специализированных видов медицинской помощи имени заслуженного врача России ФИО3» являются юридическими лицами, осуществляющим свою деятельность на основании Уставов и в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Целями деятельности медицинских учреждений являются оказание высококвалифицированной, специализированной (в том числе высокотехнологичной), консультативно-диагностической, профилактической и лечебной медицинской помощи населению области в амбулаторных и стационарных условиях с применением высокоэффективных медицинских технологий. Задачами учреждений, в числе прочих, является оказание высококвалифицированной специализированной консультативно-диагностической и лечебной помощи населению в амбулаторных и стационарных условиях с применением высокоэффективных медицинских технологий.

Согласно записи акта о рождении № от ДД.ММ.ГГГГ (<данные изъяты>) ФИО4 родился ДД.ММ.ГГГГ, его родителями являются ФИО11 и ФИО22, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

ФИО2 является дочерью ФИО4, что подтверждается записью акта о рождении № от ДД.ММ.ГГГГ. (<данные изъяты>).

Согласно записи акта о смерти № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 умер ДД.ММ.ГГГГ. (<данные изъяты>).

Как следует из иска и пояснений, данных в судебном заседании истцами, ФИО4 в связи с плохим самочувствием обращался за медицинской помощью в ГУЗ «Центральная клиническая медико-санитарная часть имени заслуженного врача России В.А. Егорова» (ДД.ММ.ГГГГ), а затем в ГУЗ «Ульяновский областной клинический центр специализированных видов медицинской помощи имени заслуженного врача России ФИО3» (ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ), где ДД.ММ.ГГГГ была констатирована его смерть.

По факту ненадлежащего оказания медицинской помощи ФИО4 было возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного <данные изъяты> (<данные изъяты>), которое было прекращено постановлением следователя-криминалиста СО по Ленинскому району г.Ульяновска СУСК РФ по Ульяновской области от ДД.ММ.ГГГГ (<данные изъяты>).

В рамках уголовного дела были проведенные судебно-медицинские экспертизы.

Так, выводами заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ Северо-Кавказского филиала ФГКУ СЭЦ СК России (<данные изъяты>) установлено, что смерть ФИО4 наступила в результате отравления неустановленным веществом.

Относительно качества оказания медицинской помощи врачами ГУЗ «Центральная клиническая медико-санитарная часть имени заслуженного врача России В.А. Егорова» комиссия экспертов пришла к выводу о том, что имела место недооценка тяжести состояния больного, вероятно, связанная с наличием у врача информации, предоставленной больным о том, что установленные доктором признаки интоксикации являются следствием переохлаждения, а не отравления, и в данном случае была целесообразна госпитализация и динамическое наблюдение в условиях стационара. Данный факт экспертная комиссия оценивает как дефект оказания медицинской помощи. Вместе с тем, судебно-медицинская экспертная комиссия отмечает, что в соответствии с п. 24 Медицинских критериев определения тяжести вреда причиненного здоровью человека, утвержденных приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24 апреля 2008г. №194н - «Ухудшение состояния здоровья человека, вызванное характером и тяжестью травмы, отравления, заболевания, поздними сроками начала лечения, его возрастом, сопутствующей патологией и др. причинами, не рассматривается как причинение вреда здоровью» - не усматривает прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти ФИО4, так как вышеуказанный дефект оказания медицинской помощи, сам по себе, не причинил пациенту каких-либо новых, самостоятельных повреждений или состояний, и сам по себе - не явился причиной имевшихся у ФИО4 состояний, заболеваний, либо их осложнений. Признаков причинения вреда здоровью ФИО4 при оказании ДД.ММ.ГГГГ медицинской помощи по месту его жительства врачами ГУЗ «ЦК МСЧ им. заслуженного врача России В.А. Егорова» (Поликлиника № 2) по предоставленным документам не усматривается.

Относительно качества оказания медицинской помощи ФИО4 врачами ГУЗ «Ульяновский областной клинический центр специализированных видов медицинской помощи имени заслуженного врача России ФИО3» комиссия экспертов пришла к выводу о том, что имели место нарушения: в сборе анамнеза хирург не уточнил - принимал ли жаропонижающие средства ФИО4, сколько и как долго. НПВС у пациентов с язвенной болезнью могут служить причиной желудочного кровотечения. Хирург расценил данные клинического исследования крови, как недостаточные для госпитализации, хотя сам отмечает, что ФИО4 заболел остро 5 часов назад. При значительной кровопотере возникает слабость, головокружение, бледность, тошнота. В крови начинает снижаться гематокрит, содержание гемоглобина и эритроцитов снижается позже, поэтому показатели красной крови не должны были служить критерием для отказа в госпитализации. Также он не учел при сборе анамнеза наличие повторных случаев обращения (ДД.ММ.ГГГГ) ФИО4 в ГУЗ «Ульяновский областной клинический центр специализированных видов медицинской помощи имени заслуженного врача России ФИО3» с аналогичными симптомами, когда он же и осматривал ФИО6.

Имеются нарушения выполнения методики исследования врачом эндоскопистом: при выполнении эндоскопического исследования ДД.ММ.ГГГГ отмечено наличие в просвете желудка большого количества жидкого содержимого темного цвета. В медицинских документах отсутствует информация о выполненном зондировании и промывании желудка. Из чего следует вывод, что указанная манипуляция выполнена не была, что затруднило объективный осмотр желудка и 12-п кишки и привело к неточной постановке диагноза, который хирург расценил как критерий для отказа в госпитализации. Кроме того, существовал риск аспирации рвотных масс в легкое.

Также дежурным врачом приемного отделения, тяжесть состояния больногоФИО4 была оценена не адекватно, то есть имело место недооценка степенитяжести его состояния. Кроме того, после того, как больному исключили оструюхирургическую патологию, больной был отпущен домой без проведения обследований врачом терапевтом, токсикологом, кардиологом, не проводилось рентгенологического исследования. Не были проведены биохимический анализ крови, общий анализ мочи.

На основании вышеизложенного, судебно-медицинская экспертная комиссия считает указанные нарушения - дефектами оказания медицинской помощи.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 осмотрен в приемном покое врачом хирургом. Состояние пациента расценено как тяжелое. В соответствии с п.п в, п 2.2, раздела II, приказа МЗ РФ от 10.05.2017 № 203 н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи»: «Установление предварительного диагноза врачом приемного отделения или врачом профильного отделения (дневного стационара) или врачом отделения (центра) анестезиологии-реанимации медицинской организации не позднее 2 часов с момента поступления пациента в медицинскую организацию».

ФИО4 поступил в реанимационное отделение спустя 5 часов от момента поступления в приемное отделение. Данный факт экспертная комиссия расценивает как дефект оказания медицинской помощи.

При выполнении в этот период ФГДС врачом эндоскопистом в просвете желудка отмечается большое количество темной жидкости. Не выполнено зондирование и промывание желудка перед исследованием, чтобы провести исследование на пустой желудок, что ухудшало качество самого исследования и могло привести к аспирации рвотных масс в дыхательную систему. Данный факт экспертная комиссия расценивает как дефект оказания медицинской помощи.

При этом, судебно-медицинская экспертная комиссия обращает внимание, что в соответствии с п. 24 Медицинских критериев определения тяжести вреда причиненного здоровью человека, утвержденных приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24 апреля 2008 г. №194н - «Ухудшение состояния здоровья человека, вызванное характером и тяжестью травмы, отравления, заболевания, поздними сроками начала лечения, его возрастом, сопутствующей патологией и др. причинами, не рассматривается как причинение вреда здоровью» - не усматривает прямой причинно-следственной связи между обнаруженными дефектами и наступлением смерти ФИО4, так как они (дефекты) оказания медицинской помощи, сами по себе, не причинили пациенту каких-либо новых, самостоятельных повреждений или состояний, и сами по себе - не являлись причиной имевшихся у ФИО4 состояний, заболеваний, либо их осложнений. Признаков причинения вреда здоровью ФИО4 при оказании ДД.ММ.ГГГГ медицинской помощи врачами ГУЗ «Ульяновский областной клинический центр специализированных видов медицинской помощи имени заслуженного врача России ФИО3» по предоставленным документам не усматривается.

Так же, отмечено, что согласно результатам судебно-медицинской экспертизы трупа и данных гистологического исследования, можно предполагать, что на момент поступления ДД.ММ.ГГГГ в ГУЗ «Ульяновский областной клинический центр специализированных видов медицинской помощи имени заслуженного врача России ФИО3» у ФИО4 уже имелись необратимые полиорганные изменения (нарастающий отек головного мозга, почечно-печеночная недостаточность, токсический панкреатит).

Из выводов заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ ГБУЗ «Бюро СМЭ» Министерства здравоохранения Оренбургской области (<данные изъяты>) следует, что оказание помощи ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ на амбулаторном этапе в ГУЗ «ЦК МСЧ им. В.А. Егорова» проведено в части порядка и этапности в соответствии с предписаниями приказа Минздравсоцразвития РФ от 15 мая 2012 года №543н «Об утверждении Положения об организации оказания первичной медико-санитарной помощи взрослому населению». В соответствии с письмом Федерального фонда обязательного медицинского страхования от 31 декабря 2015 года №8240/30-5/и «Об экспертизе качества медицинской помощи, оказываемой в рамках программ обязательного медицинского страхования» в случае отсутствия стандарта медицинской помощи и (или) клинических рекомендаций (протокола лечения) по вопросам оказания медицинской помощи оценка качества оказанной медицинской помощи проводится согласно сложившейся клинической практике. В нарушение предписаний Клинических рекомендаций «Острые респираторные вирусные инфекции (ОРВИ) у взрослых» (утв. Минздравом России) ФИО4 не было назначено и не проведено дополнительное обследование - общеклинические анализы (ОАК и ОАМ).

Комиссией экспертов отмечено, что ФИО4 при сборе анамнеза связал имевшиеся у него симптомы с переохлаждением, не сообщив врачу о возможном факте экзогенной интоксикации, и имеющаяся клиника вполне логично была связана лечащим врачом с явлениями респираторной инфекции, что не являлось основаниями для направления пациента в стационар и проведения углубленного обследований.

Выявленный дефект оказания медицинской помощи на амбулаторном этапе (непроведение общеклинических анализов (ОАК и ОАМ)), не повлиял на ухудшение состояния здоровья ФИО4 в дальнейшем, и не привел к наступлению неблагоприятного исхода - его смерти.

ДД.ММ.ГГГГ при оказании медицинской помощи ФИО4 в стационаре ГУЗ «Ульяновский областной клинический центр специализированных видов медицинской помощи имени заслуженного врача России ФИО3», были выявлены следующие дефекты оказания медицинской помощи:

1) ошибочная интерпретация клинико-инструментальных данных. С учетом данных анамнеза (со слов пациента длительность заболевания составила 5 часов), наличия явлений эррозивного эзофагита 3 ст. (которые за указанный срок заболевания могли сформироваться только при химическом повреждении слизистой верхних отделов ЖКТ), отсутствия признаков остро развившейся кровопотери, вероятность спонтанного развития подобного состояния является малоубедительной, и, вероятнее всего следовало предположить острый характер развившегося состояния из-за внешних причин (прием жидкости, обладающей агрессивными прижигающими свойствами в отношении слизистой верхних отделов ЖКТ), и возможно обладающей помимо местного, еще и резорбтивным действием. Однако достоверно высказаться о приеме конкретного вещества, вызвавшего отравление у ФИО4, в рамках проведения настоящей экспертизы, не представляется возможным.

2) немотивированный отказ от госпитализации пациента для динамического наблюдения и обследования (выполнения повторной фиброгастродуоденоскопии и исследования биохимических параметров крови). С учетом полученных данных при фиброгастродуоденоскопии («...в просвете желудка большое количество жидкого содержимого темного цвета»), необходимо было либо эвакуировать жидкость зондом и повторить исследование сразу, либо согласно сложившейся клинической практике выполнить исследование повторно через 6-8 часов. Также было необходимо обеспечить динамическое клиническое обследование с повторением биохимии крови и наблюдением за состоянием пациента в стационаре.

Невыполнение госпитализации ФИО23 ДД.ММ.ГГГГ в ГУЗ «Ульяновский областной клинический центр специализированных видов медицинской помощи имени заслуженного врача России ФИО3» привело к тому, что явления полиорганной недостаточности прогрессировали без проведения адекватной терапии. Но даже в случае госпитализации ФИО23 ДД.ММ.ГГГГ в стационар, возможность благоприятного исхода была абсолютно не гарантирована. Наступление летального исхода было обусловлено действием неизвестного токсического агента, и определить перспективы наступления благоприятного исхода можно было бы, зная вид токсического агента и его принятый объем. Однако сам по себе летальный исход есть следствие отравления неизвестным (в данном случае) веществом, и определить в каких долях или процентах на вероятность его наступления оказала несвоевременная госпитализация, современная медицинская наука не может.

ДД.ММ.ГГГГ при госпитализации ФИО4 ГУЗ «Ульяновский областной клинический центр специализированных видов медицинской помощи имени заслуженного врача России ФИО3», где пациент пребывал до ДД.ММ.ГГГГ, были установлены следующие дефекты оказания медицинской помощи:

1) несвоевременная (запоздалая) маршрутизация пациента. При поступлении в стационар, состояние ФИО4 расценивалось как тяжелое, следовательно, пациент сразу из приемного отделения должен был быть госпитализирован в отделение реанимации ввиду необходимости проведения интенсивной терапии, что своевременно выполнено не было, госпитализация ФИО4 в реанимационное отделение после его поступления (через 5 часов) было выполнено только спустя 5 часов после поступления ФИО4 в стационар. В п.п в, п 2.2, раздела II, приказа М3 РФ от 10.05.2017 №203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи» сказано: «Установление предварительного диагноза врачом приемного отделения или врачом профильного отделения (дневного стационара) или врачом отделения (центра) анестезиологии-реанимации медицинской организации не позднее 2 часов с момента поступления пациента в медицинскую организацию». В указанный промежуток времени лечащими врачами устанавливались различные диагностические гипотезы («Острый панкреатит. Токсический гепатит. Нефропатия, Почечная недостаточность»), однако точный диагноз установлен не был. С учетом инструментальных данных, полученных при фиброгастродуоденоскопии, а также по данным биохимического анализа крови, изначально не было определено воздействие токсического вещества с агрессивными свойствами в отношении слизистой верхних отделов ЖКТ, о чем свидетельствовали быстрое ухудшение состояния пациента и признаки почечно-печеночной недостаточности, явления олигурии с исходом в анурию. Клинический диагноз с определением основного заболевания как «отравление неизвестным веществом» был указан только в посмертном эпикризе.

2) непроведение повторного фиброгастродуоденоскопического исследования для уточнения возможного источника кровотечения.

Данных за желудочно-кишечное кровотечение у ФИО4 с кровопотерей выявлено не было. С учетом данных общего анализа крови от ДД.ММ.ГГГГ, возможности стратифицировать степень тяжести кровопотери при гастродуоденальном кровотечении возможности не представляется. Исследование общего анализа крови ФИО4 доказывает отсутствие факта желудочно-кишечного кровотечения и кровопотери у пациента за время пребывания в стационаре.

К наступлению неблагоприятного исхода - смерти ФИО4 привела следующая совокупность факторов:

1) острое отравление ФИО4 неизвестным веществом;

2) дефекты оказания медицинской помощи: ДД.ММ.ГГГГ в стационаре ГУЗ «Ульяновский областной клинический центр специализированных видов медицинской помощи имени заслуженного врача России ФИО3» (пролонгация с госпитализацией пациента ФИО4 в отделение реанимации, не проведение повторного фиброгастродуоденоскопического исследования /для уточнения возможного источника кровотечения, формулировка клинического диагноза с определением основного заболевания как «отравления неизвестным веществом» только в посмертном эпикризе); ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ в стационаре ГУЗ «Ульяновский областной клинический центр специализированных видов медицинской помощи имени заслуженного врача России ФИО3»: пролонгация с госпитализацией пациента ФИО4 в отделение реанимации, не проведение повторного фиброгастродуоденоскопического исследования для уточнения возможного источника кровотечения, формулировка клинического диагноза с определением основного заболевания как «отравления неизвестным веществом» только в посмертном эпикризе.

Объективных медицинских критериев, которые могли бы быть основанием для оценки степени влияния каждого из допущенных дефектов в количественном отношении (в долях, в процентах и т.п.) не существует, что не позволяет установить прямую причинно-следственную связь между дефектами оказания медицинской помощи в стационаре ГУЗ «Ульяновский областной клинический центр специализированных видов медицинской помощи имени заслуженного врача России ФИО3» и наступлением неблагоприятного исхода - смерти ФИО4 от отравления неизвестным веществом.

Степень тяжести вреда здоровью ФИО4 не устанавливается в соответствии с п.24 приказа Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24 апреля 2008 года №194н «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», где сказано, что ухудшение состояния здоровья человека, вызванное характером и тяжестью травмы, отравления, заболевания, поздними сроками начала лечения, его возрастом, сопутствующей патологией и др. причинами, не рассматривается как причинение вреда здоровью.

В связи с оспариваем стороной ответчика ГУЗ «Центральная клиническая медико-санитарная часть имени заслуженного врача России В.А. Егорова» выводов проведенных в рамках уголовного дела судебно-медицинских экспертиз, судом по ходатайству указанного ответчика была назначена судебно-медицинская экспертиза, производство которой поручено экспертам автономной некоммерческой организации «Приволжское бюро судебных экспертиз».

Согласно заключению комиссии экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ (<данные изъяты>39) у ФИО4 при обращении за медицинской помощью в ГУЗ «Центральная клиническая медико-санитарная часть имени заслуженного врача России В.А. Егорова» ДД.ММ.ГГГГ имелись следующие заболевания:

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Клинической картины отравления у ФИО4 на момент оказания медицинской помощи на дому ДД.ММ.ГГГГ не имелось.

Медицинская помощь ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ врачом общей практики (семейный врач) ГУЗ «Центральная клиническая медико-санитарная часть имени заслуженного врача России В.А. Егорова» оказывалась в соответствии с «Положением об организации оказания первичной медико-санитарной помощи взрослому населению», утвержденным приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 15 мая 2012 года №543н.

Сбор жалоб, анамнеза заболевания и жизни, объективный осмотр были проведены, что соответствует клиническим рекомендациям «Острые респираторные вирусные инфекции (ОРВИ) у взрослых - 2021-2022-2023». Однако, в нарушение указанных клинических рекомендаций, при физикальном осмотре не проведена пульсоксиметрия («2.4. Инструментальные диагностические исследования. Рекомендовано выполнение пульсоксиметрии с измерением SpО2 пациентам с ОРВИ для ранней диагностики респираторных нарушений... Комментарии: пульсоксиметрия является простым и надежным скрининговым методом, позволяющим выявлять пациентов с гипоксемией, нуждающихся в респираторной поддержке и оценивать ее эффективность...»).

Диагноз ФИО4 врачом общей практики ДД.ММ.ГГГГ - <данные изъяты> был установлен своевременно и обоснованно, на основании жалоб, анамнеза и объективного осмотра, сформулирован в соответствии с Международной классификацией болезней 10 пересмотра (МКБ-10). Между тем, в сформулированном диагнозе не указана степень тяжести заболевания (легкая, средняя, тяжелая, очень тяжелая), как прописано в клинических рекомендациях «Острые респираторные вирусные инфекции (ОРВИ) у взрослых - 2021-2022-2023».

В нарушение клинических рекомендациях «Острые респираторные вирусные инфекции (ОРВИ) у взрослых - 2021-2022-2023» ФИО4 не было назначено лабораторное исследование - общий анализ крови, общий анализ мочи («2.3.1. Неспецифическая лабораторная диагностика. - Рекомендовано выполнение общего (клинического) анализа крови с определением уровня эритроцитов, гематокрита, лейкоцитов, тромбоцитов, лейкоцитарной формулы для диагностики, комплексной оценки степени тяжести болезни, своевременного выявления осложнений и неотложных состояний, исключения осложнений, вызванных бактериальной флорой пациентам с симптомами ОРВИ... Комментарии: при вирусных инфекциях в клиническом анализе крови характерны лейкопения или нормоцитоз, увеличение процентного соотношения различных форм лейкоцитов в пользу лимфоцитов и моноцитов. Однако возможно наличие изменений, схожих с бактериальными инфекциями (лейкоцитоз, сдвиг лейкоцитарной формулы влево, ускорение СОЭ.

- Рекомендовано пациентам с симптомами ОРВИ выполнение общего (клинического) анализа мочи для выявления наличия почечной дисфункции, декомпенсации сопутствующих заболеваний... Комментарии: при неосложненном течении ОРВИ патологических изменений нет; при выраженной лихорадке, интоксикационном синдроме - увеличение плотности мочи, невыраженные лейкоцитурия, протеинурия, цилиндрурия, носящие транзиторный характер, исчезают при нормализации температуры тела и купировании проявлений общей инфекционной интоксикации»).

Лечение было назначено правильно, в соответствии с клиническими рекомендациями «Острые респираторные вирусные инфекции (ОРВИ) у взрослых - 2021- 2022-2023».

Стандартов оказания первичной медико-санитарной помощи при ОРВИ легкой и средней степени тяжести ОРВИ на момент оказания медицинской помощи ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ не имелось.

При проведении лечебно-диагностических мероприятий при оказании медицинской помощи ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ врачом общей практики (семейный врач) ГУЗ «Центральная клиническая медико-санитарная часть имени заслуженного врача России В.А. Егорова» выявлены следующие нарушения:

- при физикальном осмотре не проведена пульсоксиметрия (нарушение п.2.4, клинических рекомендаций «Острые респираторные вирусные инфекции (ОРВИ) у взрослых - 2021 -2022-2023 »);

- в сформулированном диагнозе не указана степень тяжести заболевания (легкая, средняя, тяжелая, очень тяжелая), как прописано в клинических рекомендациях «Острые респираторные вирусные инфекции (ОРВИ) у взрослых - 2021-2022-2023»;

- не было назначено лабораторное исследование - общий анализ крови, общий анализ мочи (нарушение п.2.3.1 клинических рекомендациях «Острые респираторные вирусные инфекции (ОРВИ) у взрослых - 2021-2022-2023».

Выявленные нарушения не повлияли на тактику ведения пациента, не способствовали ухудшения состояния пациента, следовательно, в прямой причинно- следственной связи со смертью ФИО4 не состоят.

Причиной смерти ФИО4 явилось острое отравление неустановленной жидкостью с местно-резорбтивным токсическим действием, с поражением пищевода, желудка, печени, почек, осложнившаяся полиорганной (печеночной, почечной, сердечно-сосудистой) недостаточностью, экзотоксическим шоком, отеком головного мозга.

Ретроспективный анализ развития клинической картины, с учетом установленной причины смерти, позволяет высказаться, что на момент осмотра ФИО4 врачом общей практики ДД.ММ.ГГГГ клинических проявлений отравления не имелось, поскольку ведущими симптомами отравления веществом с местно-резорбтивным токсическим действием являются боль в полости рта, глотке и пищеводе, усиливающаяся при каждом глотательном и рвотном движении. Рвота бывает часто многократной и является результатом раздражения блуждающего нерва. Во время рвоты обычно происходит задержка дыхания с последующим глубоким вдохом, в момент которого могут быть аспирированы рвотные массы, содержащие кислоту. Явления дисфагии связаны с отеком пищевода и резкой болезненностью. Больных беспокоит мучительная жажда. При ожоге желудка возникает боль в эпигастральной области, часто иррадиирующая в спину. Глубокие ожоги желудка сопровождаются явлениями реактивного перитонита, особенно при сопутствующем ожоге кишечника, и могут вызывать картину «острого живота». При этом первичной перфорации стенки органов обычно не наблюдается. Ожоги кишечника нередко сопровождаются парезом. Необходимо учитывать также возможность развития реактивного панкреатита, который не всегда легко распознать без соответствующего лабораторного исследования мочи и крови на активность амилазы и проведения УЗИ (Федеральные клинические рекомендации «Токсическое действие разъедающих веществ», «Токсическое действие мыл и детергентов», 2018-2020).

Кроме того, наличие крови в желудке и тонком кишечнике, и отсутствие ее в толстом кишечнике, свидетельствует о том, что длительность пищеводно-желудочно-кишечного кровотечения исчисляется несколькими первыми часами (около 2-6 часов).

Вышеуказанные факты позволяют высказаться, что клиники отравления у ФИО4 на момент оказания медицинской помощи на дому ДД.ММ.ГГГГ не имелось.

Таким образом, госпитализация ФИО4 в ГУЗ УОКЦСВМП ДД.ММ.ГГГГ и наступление его смерти ДД.ММ.ГГГГ не связано с течением обоснованно установленного заболевания - ОРВИ и, следовательно, с качеством оказания медицинской помощи ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно частям 1 и 3 статьи 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Комиссионная судебно-медицинская экспертиза проводилась комиссией экспертов, имеющих специальное образование, стаж работы по специальности, соответствующие квалификационные категории. Оснований сомневаться в объективности выводов экспертной комиссии, эксперты которой были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст.307 УК РФ, у суда не имеется. Заключение основано на материалах дела, медицинских документах, представленных на исследование, содержит подробное описание проведенного исследования, анализ имеющихся данных, результаты исследования, конкретные ответы на поставленные судом вопросы, является последовательным, не допускает неоднозначного толкования. Какой-либо заинтересованности экспертов в исходе дела не усматривается. Экспертное заключение соответствует требованиям ст.86 ГПК РФ, а потому, принимается во внимание судом в качестве объективного доказательства по делу.

С учетом установленных обстоятельств дела, заключений комиссий судебно-медицинских экспертиз (проведенных в рамках уголовного дела и настоящего гражданского дела), суд приходит к выводу о том, что доводы ФИО1 и ФИО2 о некачественно оказанной ФИО4 медицинской помощи в ГУЗ «Центральная клиническая медико-санитарная часть имени заслуженного врача России В.А. Егорова», ГУЗ «Ульяновский областной клинический центр специализированных видов медицинской помощи имени заслуженного врача России ФИО3», - нашли свое объективное подтверждение в ходе судебного разбирательства.

При этом суд принимает во внимание, что дефектов оказания медицинской помощи, состоящих в прямой причинно-следственной связи с неблагоприятным исходом - смертью ФИО4, экспертные комиссии не установили.

Таким образом, ФИО1 и ФИО2 в связи со смертью их близкого родственника (сына/отца) при оказании ему медицинской помощи в ГУЗ «Центральная клиническая медико-санитарная часть имени заслуженного врача России В.А. Егорова», ГУЗ «Ульяновский областной клинический центр специализированных видов медицинской помощи имени заслуженного врача России ФИО3» причинен вред, выражающийся в нравственных страданиях, гражданско-правовая ответственность за возмещение которого подлежит возложению на ответчиков - ГУЗ «Центральная клиническая медико-санитарная часть имени заслуженного врача России В.А. Егорова», ГУЗ «Ульяновский областной клинический центр специализированных видов медицинской помощи имени заслуженного врача России ФИО3».

При определении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу истцов с ГУЗ «Центральная клиническая медико-санитарная часть имени заслуженного врача России В.А. Егорова», ГУЗ «Ульяновский областной клинический центр специализированных видов медицинской помощи имени заслуженного врача России ФИО3», суд учитывает фактические обстоятельства, при которых им были причинены нравственные страдания, обусловленные смертью близкого родственника.

Моральный вред ФИО1 и ФИО2 заключается в нравственных переживаниях в связи с утратой для них близкого человека – сына и отца, перенесенных негативных эмоциях в виде переживаний, глубоко затрагивающих их психику, здоровье, самочувствие, настроение.

С учетом изложенного, руководствуясь требованиями разумности и справедливости, учитывая, что смерть близкого человека привела к невосполнимой утрате семейных связей, является тяжелейшим событием в жизни, гибель сына/отца сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие, влечет состояние субъективного эмоционального расстройства, поскольку утрата близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам, а также нарушает неимущественное право на семейные связи, с учетом характера нравственных страданий, причиненных истцам, тяжесть переживаний в связи с утратой близкого родственника, степень вины ответчиков, принципы конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (ст.ст. 21, 53 Конституции Российской Федерации), суд считает возможным определить размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу ФИО1 и ФИО2 с ГУЗ «Центральная клиническая медико-санитарная часть имени заслуженного врача России В.А. Егорова» в сумме по 100000 руб. в пользу каждого, с ГУЗ «Ульяновский областной клинический центр специализированных видов медицинской помощи имени заслуженного врача России ФИО3» в сумме по 500000 руб. в пользу каждого.

Таким образом, исковые требования ФИО1, ФИО2 подлежат частичному удовлетворению.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ в пользу каждого истца следует взыскать государственную пошлину по 1500 руб. с каждого из ответчиков.

В силу ст.94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся суммы, подлежащие выплате экспертам.

От экспертного учреждения поступило ходатайство о взыскании расходов по проведению экспертизы на сумму 98250 руб. (<данные изъяты>). Поскольку требования истца признаны обоснованными, ответчик является юридическим лицом, оказывающим медицинские услуги, указанные расходы в пользу автономной некоммерческой организации «Приволжское бюро судебных экспертиз» подлежат взысканию с ответчика ГУЗ «Центральная клиническая медико-санитарная часть имени заслуженного врача России В.А. Егорова».

В силу конституционного положения об осуществлении судопроизводства на основе состязательности и равноправия сторон (ст.123 Конституции Российской Федерации) суд по данному делу обеспечил равенство прав участников процесса по представлению, исследованию и заявлению ходатайств.

При рассмотрении дела суд исходил из представленных сторонами доказательств, иных доказательств сторонами не представлено.

Руководствуясь ст. 12, 56, 98, 103, 167, 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ :

исковые требования ФИО1, ФИО2 – удовлетворить частично.

Взыскать с государственного учреждения здравоохранения «Ульяновский областной клинический центр специализированных видов медицинской помощи имени заслуженного врача России ФИО3» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (№) компенсацию морального вреда в размере 500000 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 1500 руб.

Взыскать с государственного учреждения здравоохранения «Центральная клиническая медико-санитарная часть имени заслуженного врача России В.А. Егорова» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (№) компенсацию морального вреда в размере 100000 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 1500 руб.

Взыскать с государственного учреждения здравоохранения «Ульяновский областной клинический центр специализированных видов медицинской помощи имени заслуженного врача России ФИО3» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (№) компенсацию морального вреда в размере 500000 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 1500 руб.

Взыскать с государственного учреждения здравоохранения «Центральная клиническая медико-санитарная часть имени заслуженного врача России В.А. Егорова» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (№) компенсацию морального вреда в размере 100000 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 1500 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1, ФИО2 отказать.

Взыскать с государственного учреждения здравоохранения «Центральная клиническая медико-санитарная часть имени заслуженного врача России В.А. Егорова» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу автономной некоммерческой организации «Приволжское бюро судебных экспертиз» (ОГРН <***>, ИНН <***>) расходы по оплате судебной экспертизы в размере 98250 руб.

Решение может быть обжаловано в Ульяновский областной суд через Ленинский районный суд города Ульяновска в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья Казначеева М.А.

Мотивированное решение составлено 03.03.2025.