Решение по делу № 2А-1002/2023 от 31.03.2023 - о присуждении компенсации морального вреда в размере 1500000 руб., в связи с незаконными действиями должностных лиц.

УИД 38RS0003-01-2023-000520-64

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Братск 31 марта 2023 года

Братский городской суд Иркутской области в составе:

председательствующего судьи Павловой Т.А.,

при секретаре судебного заседания Мелиховой А.В.,

с участием административного истца ФИО1,

административного ответчика – представителей ФСИН России ФИО2, действующей на основании доверенности от 09.01.2023 № 39/ТО/6-14, ФИО3, действующей на основании доверенности от 09.01.2023 № 39/ТО/6-67,

административного ответчика – представителей ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области ФИО2, действующей на основании доверенности от 09.01.2023, ФИО3, действующей на основании доверенности от 09.01.2023,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело № 2а-1002/2023 по административному исковому заявлению ФИО1 к ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области, ФСИН России, Минфин России о присуждении компенсации морального вреда в размере 1500000 руб., в связи с незаконными действиями должностных лиц,

УСТАНОВИЛ:

административный истец ФИО1 обратился в Братский городской суд Иркутской области с административным исковым заявлением к ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области, ФСИН России, Минфин России о присуждении компенсации морального вреда в размере 1500000 руб., в связи с незаконными действиями должностных лиц.

В обоснование административного иска ФИО1 указал, что решением Куйбышевского районного суда г. Иркутска от 01.11.2019 № 2а-2410/2019 признаны незаконными действия ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области. Данными незаконными действиями должностных лиц нарушены его личные неимущественные права, в том числе его конституционное право на своевременное судебное разбирательство, на доступ к правосудию, незаконное этапирование и связанные с этим обыски, спецмашины, спецпоезда и прочее, в связи с чем ему причинен моральный вред, который оценен в 1500000,00 руб. Так как беззакония ответчиков повлекли срыв судебного заседания 27.05.2019 и волокиту, его незаконно этапировали из Иркутска в Красноярск и обратно, а это тысячи километров, усталость, обыски, бессонница, нервотрепки, невозможность встретиться с защитниками. Будучи инвалидом, он испытывал нервные стрессы и волнения, бессонницу и потерю аппетита, грусть и печаль, в процессе, где он был реабилитирован. На основании этого просит взыскать с ответчиков в качестве морального вреда 1500000,00 руб.

Административный истец ФИО1, присутствовавший в судебном заседании посредством видеоконференц-связи, административный иск поддержал по доводам и основаниям, изложенным в нем, дополнительно суду пояснил, что компенсация морального вреда является мерой реабилитации пострадавшего от произвола сотрудников, которым в данном процессе является он, что установлено рядом представлений прокуратуры и вступившим в законную силу решением Куйбышевского районного суда г. Иркутска от 01.11.2019. Указанный произвол, вопреки нормам Конституции РФ, которые обязывают все государственные органы, в том числе и суд, оказывать всестороннее содействие и поддержку реабилитированным в вопросах реабилитации. ФИО1 в вопросах реабилитации государственные органы в лице ГУФСИН России по Иркутской области всячески препятствовали, срывали судебные заседания, не допускали к нему защитников. Помимо того, что он пострадал, год просидел за чужие убийства, его довели до распада легких в карцерах ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области. Суд его оправдал. Он обратился за компенсацией морального вреда в Кировский районный суд г. Иркутска. В ходе данного производства по вопросам реабилитации, связанные между собой государственные органы, а именно ОБОП г. Иркутска и ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области всячески ему препятствовали в вопросе осуществления реабилитации. ФИО1 является инвалидом. В связи с этими систематическими противоправными действиями в отношении него, когда его подвергали произволу, заставляли взять чужие убийства. Эти методы могут быть купированы только справедливыми решениями российского правосудия. ФИО1 материально доказаны все обстоятельства вступившим в законную силу решением суда, сложившейся по данным делам судебной практикой. Он может привести еще десятки номеров дел и судебных решений, в том числе ПП ВС РФ и разъяснений Конституционного суда РФ по вопросам реабилитации и по вопросам компенсации морального вреда. Данный моральный вред усугублялся несколькими факторами и обстоятельствами. Он является инвалидом, у него больные сердце и легкие. Вторым негативным явлением, которое усугубляло нанесенный ему моральный вред, являлось то, что указанные произвол и беззаконие в отношении него осуществляют люди в форме, которые давали присягу правоохранительной системе не нарушать законы, а соблюдать их.

В поддержку заявленных требования просил обратить внимание, что при разрешении спора необходимо руководствоваться ст. 151 главы 59 ГК РФ, поскольку спорные правоотношения возникли до дополнения главы 22 КАС РФ ст. 227.1, в связи с этим считает, что его административное исковое заявление обосновано, а доводы административных ответчиков носят голословный характер.

В судебном заседании представитель административных ответчиков ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области, ФСИН России ФИО2 с административным исковым заявлением ФИО1 не согласилась. Согласно ранее представленным возражениям полагает, что пропущены сроки обжалования в соответствии с ч. 2 ст. 219 КАС РФ. Административным истцом заявлены требования о нарушении его прав в 2019 году. Административное исковое заявление подано 02.02.2023. Уважительных причин пропуска указанных сроков не имеется. Вместе с тем, такой большой срок свидетельствует о том, что отсутствует актуальность и наличие причинения морального вреда испытания страданий. Также предполагают, что само по себе вынесение решения Куйбышевского районного суда г. Иркутска от 01.11.2019 не является безусловным основанием для удовлетворения иска о взыскании компенсации морального вреда, равно как и признание незаконными действий (бездействия) со стороны органов государственной власти, отсутствуют данные, свидетельствующие о взаимосвязи указанных действий (бездействия) с заявленными административным истцом физическими и нравственными страданиями, при наличии доказательств, подтверждающих нравственные и физические страдания причиненных, как утверждает административный истец, действиями сотрудников ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области. Доказательств причинения административному истцу физических или нравственных страданий, не представлено. Заявление ФИО1 о реабилитации было рассмотрено Кировским районным судом г. Иркутска 28.06.2019. В счет возмещения имущественного вреда в пользу ФИО1 с Министерства финансов РФ за счет казны РФ взысканы: сумма за оказание юридической помощи в размере 5102,70 руб., неполученная ФИО1 заработная плата в размере 25928,00 руб. В остальной части удовлетворения требований отказано. При таком положении, право на доступ к правосудию и эффективное средство правовой защиты было реализовано ФИО1 в полном объеме. Факты перевода ФИО1 из ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области и не предоставление встречи с представителем ФИО8 17.05.2019 не повлияли на исход дела, не повлекли отмену или изменение судебного акта, по причине нарушения права участника судопроизводства на квалифицированную юридическую помощь, а нарушение разумных сроков судопроизводства, о чем заявляет ФИО1, влечет иные последствия, предусмотренные Федеральным законом от 30.04.2010 № 68-ФЗ «О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок». Дополнительно пояснила, что административным истцом пропущен 3-х месячный срок обращения в суд, о чем разъяснено в п. 11 постановления Пленума ВС РФ от 15.11.2022 № 33, в соответствии с которым требования о компенсации морального вреда, вытекающие из нарушения иных прав, по которым вышла исковая давность, попадают под распространение сроков исковой давности. Относительно остальных требований, административным истцом ФИО1 определена сумма морального вреда в размере 1500000,00 руб., при этом расчет этой суммы не представлен. Кроме того, самим административным истцом ФИО1 не представлены доказательства причинения именно морального вреда либо физических страданий. Это просто необоснованное заявление о том, что он страдал из-за того, что он был вынужден быть этапированным из г. Иркутска в г. Красноярск и из г. Красноярска в г. Иркутск, где в отношении него проводились законные мероприятия, в том числе обыскные. Этапировался он в надлежащих условиях, о чем административный истец умалчивает и не оспаривает условия содержания и перевозок. На основании вышеизложенного просила отказать в удовлетворении административного искового заявления.

В судебном заседании представитель административных ответчиков ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области, ФСИН России ФИО3 поддержала возражения, просила отказать в удовлетворении административных исковых требований.

Административный ответчик – представитель Министерства финансов РФ в судебное заседание не явился, будучи надлежаще извещен о времени и месте рассмотрении дела.

Административное дело рассмотрено в отсутствие неявившихся лиц в соответствии со ст. 150 КАС РФ (далее КАС РФ).

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы административного дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с частью 1 статьи 218 КАС РФ гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями (включая решения, действия (бездействие) квалификационной коллегии судей, экзаменационной комиссии), должностного лица, государственного или муниципального служащего (далее - орган, организация, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями), если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.

Согласно ст. 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

Частью 1 ст. 17 Конституции Российской Федерации предусмотрено, что в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.

Согласно ч. 1 ст. 10 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации Российская Федерация уважает и охраняет права, свободы и законные интересы осужденных, обеспечивает законность применения средств их исправления, их правовую защиту и личную безопасность при исполнении наказаний.

В соответствии с ч. 2 ст. 10 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации при исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации. Осужденные не могут быть освобождены от исполнения своих гражданских обязанностей, кроме случаев, установленных федеральным законом.

В соответствии с ч.ч. 9 и 11 ст. 226, ст. 62 КАС РФ на административного истца процессуальным законом возложена обязанность по доказыванию обстоятельств, свидетельствующих о нарушении его прав, соблюдении срока обращения в суд за защитой нарушенного права. Административный же ответчик обязан доказать, что принятое им решение, действия (бездействие) соответствуют закону.

В соответствии с п. 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» в силу частей 2 и 3 ст. 62 КАС РФ обязанность доказывания соблюдения надлежащих условий содержания лишенных свободы лиц возлагается на административного ответчика - соответствующие орган или учреждение, должностное лицо, которым следует подтверждать факты, обосновывающие их возражения.

Вместе с тем, административному истцу, прокурору, а также иным лицам, обратившимся в защиту прав, свобод и законных интересов других лиц или неопределенного круга лиц, надлежит в административном исковом заявлении, а также при рассмотрении дела представлять (сообщать) суду сведения о том, какие права, свободы и законные интересы лица, обратившегося в суд, или лица, в интересах которого подано административное исковое заявление, нарушены, либо о причинах, которые могут повлечь их нарушение, излагать доводы, обосновывающие заявленные требования, прилагать имеющиеся соответствующие документы (в частности, описания условий содержания, медицинские заключения, обращения в органы государственной власти и учреждения, ответы на такие обращения, документы, содержащие сведения о лицах, осуществлявших общественный контроль, а также о лишенных свободы лицах, которые могут быть допрошены в качестве свидетелей, если таковые имеются) (статьи 62, 125, 126 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации).

В соответствии со ст. 12.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации лицо, осужденное к лишению свободы и отбывающее наказание в исправительном учреждении, в случае нарушения условий его содержания в исправительном учреждении, предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации, имеет право обратиться в суд в порядке, установленном Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации, с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение (часть 1). Компенсация за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении присуждается исходя из требований заявителя с учетом фактических обстоятельств допущенных нарушений, их продолжительности и последствий и не зависит от наличия либо отсутствия вины органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих (часть 2).

В соответствии со ст. 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В силу ст. 1069 ГК РФ, вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В соответствии со ст. 151, 1099 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Пунктом 57 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъясняется, что суд вправе рассмотреть самостоятельно предъявленный иск о компенсации причиненных истцу нравственных или физических страданий, поскольку ответственность за причиненный моральный вред не находится в зависимости от наличия имущественного ущерба и может применяться как наряду с имущественной ответственностью, так и самостоятельно.

Анализируя предоставленные доказательства, судом установлено, что осужденный ФИО1 отбывает наказание в ФКУ Т-2 УФСИН России по Владимирской области.

Решением Куйбышевского районного суда города Иркутска от 01.11.2019 административный иск ФИО8 и ФИО1 к ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области, ФКУ ОИК-36 ГУФСИН России по Красноярскому краю, ФСИН России о признании действий (бездействий) незаконными, удовлетворен частично.

Признаны незаконными действия ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области, выраженные в переводе 20.05.2019 ФИО1 из ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области в учреждение ГУФСИН России по Красноярскому краю без согласования и распоряжения Кировского районного суда г. Иркутска до вынесения судом окончательного решения по итогам рассмотрения заявления ФИО1

Признаны незаконными действия ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области, выраженные в неисполнении постановления Кировского районного суда г. Иркутска от 11.04.2019.

Признаны незаконными действия ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области, выраженные в отказе защитнику ФИО8 и осужденному ФИО1 встречи по обращению ФИО8 17.05.2019 на основании постановления Кировского районного суда г. Иркутска от 11.04.2019.

Решение суда вступило в законную силу 22.07.2020.

Как следует из обоснования иска и пояснений ФИО1, вышеуказанными незаконными действиями ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области нарушены его неимущественные права, в том числе его право на встречу, на своевременное судебное разбирательство, на доступ к правосудию, незаконные этапирования и связанные с этим обыски, в связи с этим ему причинен моральный вред. Будучи инвалидом, испытывал нервные стрессы, волнения, бессонницу, потерю аппетита, грусть и печаль, в том числе в процессе этапирования из Иркутска в Красноярск и обратно.

Так, оценивая наличие факта причинения нравственных страданий административному истцу, суд учитывает, что осужденный ФИО1 незаконно был переведен ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области 20.05.2019 в учреждение ГУФСИН России по Красноярскому краю, также незаконно был ограничен во встрече с ФИО8 17.05.2019, в воспрепятствованию осуществления правосудия, что является нарушением его прав человека в степени, достаточной для взыскания компенсации морального вреда в связи с причиненными нравственными страданиями.

Согласно ст. 21 Конституции Российской Федерации достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию. Никто не может быть без добровольного согласия подвергнут медицинским, научным или иным опытам.

В пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.10.2003 № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации» разъяснено, что унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания. Оценка указанного уровня осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения. В некоторых случаях принимаются во внимание пол, возраст и состояние здоровья лица, которое подверглось бесчеловечному или унижающему достоинство обращению.

Как разъяснено в п. 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания», принудительное содержание лишенных свободы лиц в предназначенных для этого местах должно осуществляться в соответствии с принципами законности, справедливости, равенства всех перед законом, гуманизма, защиты от дискриминации, личной безопасности, охраны здоровья граждан, что исключает пытки, другое жестокое или унижающее человеческое достоинство обращение и, соответственно, не допускает незаконное - как физическое, так и психическое - воздействие на человека. Иное является нарушением условий содержания лишенных свободы лиц.

В соответствии с п. 2 ст. 1064 ГК РФ лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу ч. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 данного кодекса.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 ГК РФ).

Как следует из п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В соответствии с п. 25, п. 26 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.

Если суд пришел к выводу о необходимости присуждения денежной компенсации, то ее сумма должна быть адекватной и реальной.

По настоящему делу суд признает установленным факт нарушения прав административного истца со стороны администрации исправительного учреждения, которое выразилось в незаконном переводе осужденного ФИО1 из ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области в учреждение ГУФСИН России по Красноярскому краю без согласования и распоряжения Кировского районного суда г. Иркутска до вынесения судом окончательного решения по итогам рассмотрения его заявления, что указывает на воспрепятствование правосудию; незаконном отказе защитнику ФИО8 во встрече с ФИО1

При этом в силу требований закона (ч. 2 ст. 1064 ГК РФ) обязанность доказать отсутствие вины и законность их действий лежала на административном ответчике, особенно с учетом того, что лицо, заключенное под стражу, ограничено в возможности собирания и представления доказательств. Однако, вопреки распределению бремени доказывания, административным ответчиком таких доказательств представлено не было.

Исходя из положений вышеназванных норм права и установленных по делу обстоятельств, суд приходит к выводу об обоснованности заявленных ФИО1 требований и о наличии оснований для присуждения денежной компенсации причиненного морального вреда, поскольку незаконное этапирование из одного учреждения в другое, сопровождаемое связанными с этим обысками и перемещении на спецмашинах и спецпоездах, а также незаконный отказ во встрече с защитником ФИО8, нарушает его права, гарантированные законом, и само по себе является достаточным для того, чтобы причинить страдания и переживания в степени, превышающей неизбежный уровень страданий, присущий ограничению свободы и может быть расценено как бесчеловечное и унижающее достоинство обращение.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает характер и степень нравственных страданий истца, субъективные особенности личности (является инвалидом <данные изъяты>), отношение его к нарушению прав административным ответчиком (последовательное обжалование действий в судебном порядке), принципы разумности и справедливости, и считает возможным определить размер компенсации морального вреда, на который вправе претендовать административный истец, равным 50000,00 руб. Требуемую истцом компенсацию морального вреда в размере 1500000,00 руб. суд находит чрезмерной, не отвечающей требованиям разумности. Оснований для взыскания компенсации в большем размере у суда не имеется, в виду недоказанности административным истцом негативных и необратимых последствий, связанных с допущенными нарушениями.

При этом, частично удовлетворяя требования административного истца, суд исходит из того, что ФИО1 не пропущен срок для подачи настоящего административного иска, исходя из следующего.

Федеральным законом от 27.12.2019 № 494-ФЗ предусматривается, что любой заключенный, утверждающий, что его или ее условия содержания под стражей нарушают национальное законодательство или международные договоры Российской Федерации, вправе обратиться в суд.

Изложенное свидетельствует о том, что за компенсацией, установленной Федеральным законом от 27.12.2019 № 494-ФЗ в порядке, предусмотренном ст. 227.1 КАС РФ, вправе обратиться любое лицо, оспаривающее условия содержания и находящееся на момент вступления в силу указанного Закона в местах лишения свободы, а также в течение трех месяцев после освобождения (но не ранее 27.01.2020), либо независимо от указанных обстоятельств в течение 180 дней, начиная с 27.01.2020, в случае подачи в Европейский Суд по правам человека жалоб на нарушение условий содержания, по которым не принято решение.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» разъяснено, что проверяя соблюдение предусмотренного ч. 1 ст. 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации трехмесячного срока для обращения в суд, судам необходимо исходить из того, что нарушение условий содержания лишенных свободы лиц может носить длящийся характер, следовательно, административное исковое заявление о признании незаконными бездействия органа или учреждения, должностного лица, связанного с нарушением условий содержания лишенных свободы лиц, может быть подано в течение всего срока, в рамках которого у органа или учреждения, должностного лица сохраняется обязанность совершить определенное действие, а также в течение трех месяцев после прекращения такой обязанности.

В случаях, когда имело место нарушение условий содержания лишенных свободы лиц, не подпадающих под действие Федерального закона от 27.12.2019 № 494-ФЗ, возможно применение общих положений (в том числе закрепленных статьями 151, 1069, 1070 и 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации) об ответственности государства за вред, причиненный незаконными действиями (бездействием) государственных органов, должностных лиц, иных публичных образований, что не исключает возможности взыскания вреда в общем порядке за допущенные виновные действия (бездействие).

Следовательно, установив, что статья 227.1 КАС РФ, регламентирующая особенности подачи и рассмотрения требования о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, введена в действие Федеральным законом от 27.12.2019 № 494-ФЗ после возникновения спорных правоотношений, суды при разрешении настоящего дела должны исходить из положений статьи 151 и главы 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» Гражданского кодекса Российской Федерации, включающей помимо общих положений параграф 4 «Компенсация морального вреда».

Учитывая, что административное исковое заявление направлено ФИО1 по почте 02.02.2023, суд приходит к выводу, что срок для подачи иска им не пропущен.

В рассматриваемом споре установлено, что объектом нарушения являются личные неимущественные права истца, гарантированные законом, тем самым ему причинен моральный вред.

Согласно п. 1 ст. 208 ГК РФ исковая давность не распространяется на требования о защите личных неимущественных прав и других нематериальных благ.

Пунктом 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что на требования о компенсации морального вреда, вытекающие из нарушения личных неимущественных прав и других нематериальных благ, исковая давность не распространяется, кроме случаев, предусмотренных законом.

Определяя административного ответчика, с которого подлежит взысканию компенсация морального вреда, суд учитывает, что согласно п. 3 ст. 125 ГК РФ в случаях и в порядке, предусмотренных федеральными законами, указами Президента Российской Федерации и постановлениями Правительства Российской Федерации, нормативными актами субъектов Российской Федерации и муниципальных образований, по их специальному поручению от их имени могут выступать государственные органы, органы местного самоуправления, а также юридические лица и граждане.

В соответствии с п.п. 1 ч. 3 ст. 158 Бюджетного кодекса РФ главный распорядитель средств федерального бюджета выступает в суде от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации по искам о возмещении вреда, причиненного физическому лицу или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов.

В соответствии с подпунктом 6 пункта 7 Положения о Федеральной службе исполнения наказаний, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 13.10.2004 № 1314, ФСИН России осуществляет функции главного распорядителя средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание уголовно-исполнительной системы и реализацию возложенных на нее функций.

На основании ст. 13 Закона Российской Федерации от 21.07.1993 № 5473-1 «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» учреждения, исполняющие наказания, обязаны создавать условия для обеспечения правопорядка и законности, безопасности осужденных, а также персонала, должностных лиц и граждан, находящихся на их территориях, обеспечивать охрану здоровья осужденных, осуществлять деятельность по развитию своей материально-технической базы и социальной сферы. Согласно статье 6 данного Закона учреждения, исполняющие наказание, являются юридическими лицами.

В соответствии с пп.6 п.7 Указа Президента РФ от 13.10.2004 № 1314 «Вопросы Федеральной службы исполнения наказаний», ФСИН России осуществляет функции главного распорядителя средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание уголовно-исполнительной системы и реализацию возложенных на нее функций.

С учетом изложенного, суд полагает, что компенсацию за нарушение условий содержания в исправительном учреждении, выраженная в причинении морального вреда, надлежит взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний России за счет казны Российской Федерации.

В силу требований ч. 9. ст. 227.1 КАС РФ решение суда в части удовлетворения требования о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении подлежит немедленному исполнению в порядке, установленном бюджетным законодательством Российской Федерации.

Руководствуясь ст. ст. 175-180 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

административные исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 50000,00 руб.

В остальной части заявленных административных исковых требований – отказать.

Решение может быть обжаловано в Иркутский областной суд через Братскийгородской суд Иркутской области в течение месяца со дня принятия решения судав окончательной форме.

Судья Т.А. Павлова

Мотивированное решение составлено 14 апреля 2023 года.