Решение по делу № 2-1256/2025 от 01.09.2025 - о компенсации морального вреда.

Дело № 2-1256/2025

УИД 75RS0001-02-2024-011690-39

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

18 августа 2025 года г. Чита

Центральный районный суд города Читы в составе:

председательствующего судьи Никифоровой Е.В.,

при секретаре судебного заседания Ходоровской В.А.,

с участием помощника прокурора Центрального района г. Читы Бадмаевой А.Ж.,

представителя истца ФИО1,

представителя ответчика ООО «Забайкальская дорожно-строительная компания» ФИО2,

представителя ответчика ФКУ Упрдор «Забайкалье» ФИО3,

представителя третьего лица ФИО4 – ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО6 к обществу с ограниченной ответственностью «Забайкальская дорожно-строительная компания», ФКУ «Управление федеральных автомобильных дорог на территории Забайкальского края федерального дорожного агентства», Федеральному дорожному агентству Министерства транспорта Российской Федерации о компенсации морального вреда,

установил:

истец ФИО6 обратился в суд с вышеуказанным исковым заявлением, ссылаясь на то, что ДД.ММ.ГГГГ его родители Т.Л.Н.. (водитель) и Т.С.В. пассажир транспортного средства), двигаясь на автомобиле <данные изъяты>, по федеральной автодороге А<адрес>» в направлении в сторону <адрес> в районе <адрес> вследствие дорожных условий, не соответствующим требованиям безопасности, попали в дорожно-транспортное происшествие, в результате которого погибли на месте.

Согласно приговору Читинского районного суда Забайкальского края от ДД.ММ.ГГГГ в ходе судебного следствия установлен факт наличия скользкости дорожного покрытия в месте ДТП и отсутствие надлежащей обработки дороги соответствующими абразивными материалами в момент аварии. Для суда явился очевидным факт заноса транспортного средства под управлением Т.Л.Н. по причине несоответствия дорожного покрытия требуемым нормам ГОСТ, а не по причине несоблюдения Правил дорожного движения Т.Л.Н..

Обслуживание федеральной автомобильной дороги <адрес> – граница с <адрес> (ДТП произошло на участке <адрес> м указанной федеральной автомобильной дороги) производилось ООО «Забайкальская дорожно-строительная компания»(далее также – ООО «ЗДСК») в рамках государственного контракта № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного с Федеральным казенным учреждением «Управление федеральных автомобильных дорог на территории Забайкальского края Федерального дорожного агентства» (далее – ФКУ Упрдор «Забайкалье»).

Гибель родителей сама по себе является сильнейшим травмирующим фактором, необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие его родных и близких, их неимущественное право на семейные связи. Истец, являясь сыном погибших, постоянно с ними общался, регулярно с ними встречался, обсуждал свою жизнь с ними, взаимно ездили друг к другу в гости, периодически с семьей и один, отдыхал с ними, испытывал к ним большую эмоциональную привязанность. Компенсацию причиненного ему морального вреда истец оценивает за гибель мамы Т.Л.Н. – <данные изъяты>, за гибель папы Т.С.В. – <данные изъяты>.

В связи с изложенным истец просил суд взыскать с ООО «Забайкальская дорожно-строительная компания» <данные изъяты> в качестве компенсации морального вреда, расходы на оплату услуг представителя <данные изъяты> и <данные изъяты> судебных расходов по оплате государственной пошлины.

Протокольными определениями Центрального районного суда <адрес> ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве соответчиков привлечены ФКУ Упрдор «Забайкалье», Федеральное дорожное агентство, в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, – ФИО4, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, администрация муниципального района «Читинский район».

Истец ФИО6, надлежащим образом извещенный о месте и времени судебного разбирательства, в суд не явился.

Представитель истца ФИО1 в судебном заседании поддержала исковые требования по ранее изложенным доводам искового заявления, письменных пояснений, согласно которым (л.д. 6-7 т. 1, л.д. 122-161 т. 2, л.д. 124-163 т. 3).

Представитель ответчика ООО «Забайкальская дорожно-строительная компания» ФИО2 в судебном заседании возражал против удовлетворения заявленных исковых требований, поддержал доводы письменных возражений, представленных в материалы дела, согласно которым в материалах дела отсутствуют доказательства наличия причинно-следственной связи между ДТП и действиями ООО «ЗДСК». Указал на то, что необходимо учитывать обстоятельства ДТП, а именно, что ДТП произошло в темное время суток; в зимнее время; в зоне действия дорожных знаков: 1.12.1 «Опасные повороты», 3.24(70) «Ограничение скорости», 1.13 «Крутой спуск», 3.20 «Обгон запрещен», 1.15 «Скользкая дорога», 1.22 «Пешеходный переход»; вертикальный профиль дорожного покрытия имел уклон в сторону движения автомобиля <данные изъяты>, направление дороги имело череду разносторонних поворотов; автомобиль был непривычным для Т.Л.Н. транспортным средством, приобретенным за 3 дня до аварии и имеющим значительный износ. Эти обстоятельства должны были оцениваться добросовестным водителем как опасные, требующие максимальной осторожности и внимания, заблаговременного снижения скорости транспортного средства. Водитель двигался со скоростью, значительно превышающую установленное ограничение максимальной скорости 70 км/ч; проигнорировал вышеназванные дорожные знаки; осуществил торможение на повороте, что запрещено; осуществлял движение с не застегнутыми ремнями безопасности; не застраховал риск гражданской ответственности; не должен был использовать изношенную резину. Причинно-следственная связь между действиями водителя <данные изъяты> и совершенным ДТП подтверждается экспертным заключением эксперта ЭКЦ МВД РФ УМВД России по <адрес>, экспертным заключением эксперта ФБУ Читинская лаборатория судебной экспертизы Минюста РФ, объяснениями ФИО8 Совокупностью доказательств подтверждается, что водителем Т.Л.Н. грубо нарушены пункты 1.5, 10.1 ПДД РФ, что явилось прямой и непосредственной причиной произошедшего ДТП. В схеме ДТП отсутствуют указания на наличие зимней скользкости на дорожном покрытии; в соответствии с данными сайта <данные изъяты> на дату ДТП недостатки транспортно-эксплуатационного содержания улично-дорожной сети на <адрес> не установлены, состояние проезжей части: обработанное противогололедными материалами; актом оценки оказанных ООО «ЗДСК» услуг по содержанию автомобильной дороги за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, подписанным ФКУ Упрдор «Забайкалье», зафиксировано отсутствие ДТП с сопутствующими неудовлетворительными дорожными условиями, а также полное оказание предусмотренных государственным контрактом комплексом услуг по содержанию конструктивных элементов автомобильной дороги; журналом оказания услуг по содержанию автомобильных дорог, журналом по борьбе с зимней скользкостью, путевым листом подтверждается, что ДД.ММ.ГГГГ на участке автомобильной дороги <адрес> (<адрес>) ООО «ЗДСК» производилась обработка дорожного покрытия противогололедными материалами; никто из участников и свидетелей ДТП не ссылался на наличие недостатков зимнего содержания автомобильной дороги; за ДД.ММ.ГГГГ года на указанном участке автомобильной дороги других ДТП не было. На официальном сайте ГИБДД <данные изъяты> размещена информация о том, что водителем автомобиля <данные изъяты> допущен выезд на полосу встречного движения в местах, где это запрещено, нарушены правила применения ремней безопасности. В силу п. 5 ст. 10 ГК РФ правомерность действий ООО «ЗДСК» презюмируется, на истца должно быть возложено бремя доказывания противоправности действий ответчика. Акт выявленных недостатков, протокол осмотра места совершения административного правонарушения, протокол осмотра места происшествия являются ненадлежащими, недопустимыми доказательствами, поскольку содержат противоречивые данные о состоянии автомобильной дороги в дату ДТП, составлены с нарушениями приказа МВД России от ДД.ММ.ГГГГ № «Об утверждении Административного регламента МВД РФ исполнения государственной функции по осуществлению федерального государственного надзора в области безопасности дорожного движения». В деле не имеется сведений о том, что в момент ДТП коэффициент сцепления дорожного покрытия не соответствовал требованиям ГОСТ Р 50597-2017. Сведений о вызове на место ДТП сотрудников дорожных служб, обслуживающих данный участок дороги, не имеется, как и сведений о выдаче предписания в адрес ответчика. Указанное в графе «состояние покрытия» протокола осмотра описание дорожного покрытия не соответствует ни одному из существующих видов зимней скользкости, предусмотренных нормативно-технической документацией. Акт выявленных недостатков противоречит протоколу осмотра места происшествия, данным с сайта <данные изъяты>, акту оценки оказанных услуг ООО «ЗДСК», подписанному ФКУ Упрдор «Забайкалье». Материалы дела не содержат доказательств того, что сотрудниками ГИБДД произведен инструментальный контроль скользкости дороги. В соответствии с Руководством по борьбе с зимней скользкостью на автомобильных дорогах, утвержденным распоряжением Минтранса России от ДД.ММ.ГГГГ №ОС-548-р, ООО «ЗДСК» выполнило мероприятия по распределению ПГМ, что подтверждается журналом оказания услуг по содержанию автомобильных дорог, журналом по борьбе с зимней скользкостью, путевым листом, срок устранения зимней скользкости для ООО «ЗДСК» на момент ДТП не истек. Собственник автомобиля <данные изъяты> как владелец источника повышенной опасности является лицом, ответственным за вред, причиненный в результате ДТП. ДД.ММ.ГГГГ Т.С.В. привлечен к административной ответственности по ст. <данные изъяты> КоАП РФ. Указанные обстоятельства, нахождение Т.С.В. в состоянии алкогольного опьянения на дату ДТП ДД.ММ.ГГГГ, нахождение в автомобиле с не пристегнутым ремнем безопасности говорит о сознательном пренебрежении ПДД РФ. Подлежит применению ст. 1083 ГК РФ, так как Т.Л.Н. управляла автомобилем с нарушением ПДД РФ (не пристегнут пассажир, передвижение автомобиля с изношенными шинами, превышение установленного ограничения скорости на автомобильной дороге). Приговор Читинского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ не имеет преюдициального значения для настоящего дела. Правовая квалификация отношений сторон и оценка обстоятельств дела является прерогативой суда, рассматривающего настоящий спор. Основания для удовлетворения исковых требований отсутствуют. Наряду с приговором оценке подлежат иные доказательства, имеющие значение по настоящему делу и устанавливающие отсутствие состава деликтного обязательства и основания для взыскания компенсации морального вреда. При этом представитель поставил под сомнение обстоятельства, установленные экспертами при проведении досудебных и судебных экспертиз в рамках уголовного дела, указал, что у эксперта САА, входившего в состав комиссии экспертов, проводивших комплексную комиссионную автотехническую экспертизу отсутствовала квалификация по исследованию обстоятельств ДТП, поэтому у суда при рассмотрении уголовного дела отсутствовали основания для его допроса в судебном заседании и для принятия его показаний в качестве доказательств по делу. В протоколе судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГ по уголовному делу зафиксированы показания свидетелей БАС, БЮВ, ТВГ, ТАС, ССВ, МВА, МВГ, устанавливающие отсутствие вины со стороны ООО «ЗДСК». В судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ по делу № в Ингодинском районном суде <адрес> БАС подтвердил, что представленные в материалы дела фотографии шин автомобиля <данные изъяты> сделаны им ДД.ММ.ГГГГ в дату ДТП, и отображают лысое состояние резины автомобиля <данные изъяты>. Размер компенсации морального вреда полагал не соответствующим требованиям разумности, справедливости и фактическим обстоятельствам дела. Полагал, что заключением АНО «<адрес> центр судебных экспертиз» № от ДД.ММ.ГГГГ подтверждается наличие причинно-следственной связи между действиями водителя автомобиля <данные изъяты> и ДТП. Заключение специалиста содержит рецензии, устанавливающие необоснованность проведенных ранее экспертиз. Специалистом дана подписка по ст. 307 УК РФ. Внесудебное заключение эксперта отвечает требованиям относимости и допустимости и подлежит оценке в совокупности с другими доказательствами. Представленные в материалы дела фотографии с места ДТП, на которых зафиксировано состояние шин автомобиля <данные изъяты>, имеют юридическое значение, поскольку сделаны на месте ДТП его участником БАС Просил в удовлетворении исковых требований к ООО «ЗДСК» отказать в полном объеме (л.д. 116-138 т. 1, л.д. 82-94 т. 2, л.д. 190-193 т. 3).

Представитель ответчика ФКУ Упрдор «Забайкалье» ФИО3 в судебном заседании возражала против удовлетворения требований к ФКУ Упрдор «Забайкалье», дала пояснения, согласно которым учреждение является ненадлежащим ответчиком по делу, поскольку между ним и ООО «ЗДСК» был заключен государственный контракт от ДД.ММ.ГГГГ на оказание услуг по содержанию автомобильных дорог общего пользования федерального значения №-Фсд, в соответствии с которым на дату ДТП лицом, осуществляющим содержание автомобильной дороги, являлось ООО «ЗДСК». Обратила внимание на сложившуюся судебную практику, согласно которой непосредственным причинителем вреда при ДТП является дорожная организация, на которой лежит обязанность по содержанию спорного участка дороги. Отметила, что само по себе наличие родственных отношений не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. Просила в удовлетворении иска к ФКУ Упрдор «Забайкалье», Федеральному дорожному агентству отказать.

Ответчик Федеральное дорожное агентство (далее – Роставтодор), надлежащим образом извещенный о месте и времени судебного разбирательства, явку своего представителя в суд не обеспечил, представитель по доверенности ФИО11 направила в суд письменные пояснения, в которых просила исключить Федеральное дорожное агентство Министерства транспорта Российской Федерации из числа соответчиков по делу, указав, что оперативное управление автомобильной дороги общего пользования федерального значения <адрес>, в том числе на участке в направлении в сторону <адрес> осуществляет ФКУ Упрдор «Забайкалье». В соответствии с действующим законодательством между ФКУ Упрдор «Забайкалье» (Заказчик) и ООО «ЗДСК» (Исполнитель) заключен Государственный контракт от ДД.ММ.ГГГГ на оказание услуг по содержанию автомобильных дорог общего пользования федерального значения № (далее Контракт). Как видно из условий Контракта, на дату совершения дорожно-транспортного происшествия с автомобилем истца лицом, осуществляющим содержание автомобильной дороги <адрес> являлось ООО «ЗДСК», в связи с чем Росавтодор не является лицом, ответственным за причинение вреда. Обратила внимание суда на сложившуюся единообразную судебную практику о том, что ответственность за вред, причиненный автомобилю в результате ДТП, произошедшего на участке дороги в связи наличием на нем повреждений и иных недостатков в эксплуатационном состоянии дороги, лежит на организации, которая приняла на себя обязательства по содержанию дороги. При этом полагала, что водитель неправильно оценил дорожную ситуацию, не рассчитал возможные последствия, не предпринял меры во избежание аварийной ситуации, и именно его действия состоят в причинно-следственной связи с наступившими последствиями (совершением ДТП и причинением ущерба). Наличие зимней скользкости, неблагоприятных погодных условий в момент ДТП само по себе не свидетельствует о невозможности движения транспортных средств в этом месте с соблюдением правил дорожного движения. Приговор Читинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по уголовному делу № не имеет преюдициального значения, так как Федеральное дорожное агентство не было привлечено к участию при рассмотрении вышеуказанного уголовного дела.

Представитель третьего лица ФИО4 – ФИО5 в судебном заседании поддержал позицию истца по изложенным представителем истца доводам, полагал исковые требования подлежащими удовлетворению в полном объеме.

Третьи лица ФИО4, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, администрация муниципального района «Читинский район», надлежаще извещенные о месте и времени судебного разбирательства, в суд не явились.

На основании статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, заслушав заключение прокурора, полагавшего требования истца подлежащими удовлетворению, компенсацию морального вреда – подлежащей взысканию с учетом принципов разумности и справедливости, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с частью 1 статьи 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно части 2 статьи 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

Пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) предусмотрено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу статьи 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Из правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в абзаце 3 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее – постановление Пленума ВС РФ от 15 ноября 2022 года № 33), следует, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Как разъяснено в пункте 12 вышеназванного постановления Пленума ВС РФ от 15 ноября 2022 года № 33, обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).

Потерпевший – истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).

В соответствии со статьей 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Пунктом 25 вышеназванного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

Как следует из материалов дела и установлено судом, ДД.ММ.ГГГГ на федеральной автодороге <адрес> произошло ДТП с участием автомобиля <данные изъяты>, <данные изъяты>, находившегося под управлением Т.Л.Н., и автомобиля <данные изъяты>, находившегося под управлением БАС

В результате ДТП водитель Т.Л.Н. и пассажир автомобиля <данные изъяты>, Т.С.В. погибли.

Из материалов дела следует, что Т.Л.Н. и Т.С.В. являлись супругами и родителями истца ФИО6 (л.д. 35-39 т. 1).

Приговором Читинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ Т.Л.Н. по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного <данные изъяты> УК РФ, признана невиновной и оправдана посмертно на основании п. <данные изъяты> УПК РФ в связи с отсутствием в ее действиях состава преступления (л.д. 41 – 52 т. 1).

Апелляционным постановлением Забайкальского краевого суда от ДД.ММ.ГГГГ приговор Читинского районного суда Забайкальского края от ДД.ММ.ГГГГ в отношении Т.Л.Н. оставлен без изменения, апелляционное представление государственного обвинителя – без удовлетворения.

Из вышеназванного приговора суда следует, что Т.Л.Н. обвинялась органами предварительного расследования в том, что, управляя автомобилем, нарушила правила дорожного движения, повлекшие по неосторожности смерть Т.С.В. По версии органов предварительного расследования ДД.ММ.ГГГГ в период времени с ДД.ММ.ГГГГ часов водитель Т.Л.Н. управляла технически исправным автомобилем марки <данные изъяты>, принадлежащим Т.С.В. , двигаясь по федеральной автодороге А<адрес> в направлении со стороны <адрес> в сторону <адрес> края, в районе <адрес> на территории <адрес>, в нарушение требований пунктов 1.4, 1.5, 10.1 ПДД РФ не выполнив необходимых действий по безопасному управлению транспортным средством и заведомо поставив себя в условия, при которых была не в состоянии обеспечить безопасность движения и избежать причинения вреда, чем создала опасность для движения. Двигаясь со скоростью, которая не обеспечивала ей возможности постоянного контроля за движением транспортного средства, утратила контроль за движением автомобиля, вследствие чего выехала на полосу, предназначенную для встречного движения, и, продолжая движение, допустила столкновение с автомобилем марки <данные изъяты> под управлением водителя БАС, двигавшегося по федеральной <адрес>» во встречном направлении. В результате действий Т.Л.Н., погибшей в результате данного дорожно-транспортного происшествия, и совершенного ею данного дорожно-транспортного происшествия пассажиру автомобиля марки <данные изъяты> Т.С.В. по неосторожности причинены телесные повреждения, которые явились опасными для жизни, и по этому признаку квалифицируются как повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью. Между полученными в результате ДТП телесными повреждениями и смертью Т.С.В. имеется причинная связь.

Согласно приговору суда и представленным материалам уголовного дела были допрошены свидетели, показания которых были положены в основу постановленного приговора суда в отношении Т.Л.Н.

Так, свидетель БАС суду показал, что в указанное время исследуемых событий, управляя автомобилем <данные изъяты>, двигался с семьей по федеральной автомобильной дороге А<адрес> в сторону <адрес>, около ДД.ММ.ГГГГ на <адрес>м километре дороги, двигаясь на спуск, на встречную полосу движения выехал автомобиль марки «<данные изъяты>», в связи с чем произошло столкновение с ним, так как предотвратить его не представилось возможным. Указал на крайне короткий временной промежуток между выездом на встречную полосу движения автомобиля «<данные изъяты>» и непосредственно столкновением, а также на то, что изначально автомобиль двигался ровно, ничего подозрительного в движении транспортного средства не было, а затем его резко вынесло на встречную полосу. ДТП произошло в темное время суток, участок дороги не имел освещения. Асфальт был мерзлый, не посыпан абразивом. В протоколе осмотра места происшествия он ставил свою подпись, с ним был согласен, однако гололеда, по его убеждению, на дороге не имелось.

Свидетель БЮВ на следствии и в суде, а также свидетель ТВГ в суде дали показания в большей части аналогичные показаниям БАС, за исключением сведений об освещении участка дороги, где произошло ДТП, утверждая, что он был освещен.

Свидетели инспекторы ДПС ТАС на следствии и в суде и ВДА, допрошенный судом, показали. что выезжали на место ДТП, в результате которого погибли два человека – мужчина и женщина из автомобиля «<данные изъяты> По приезде на место ВАА составил схему ДТП, а ТАС производил осмотр транспортных средств и составлял протокол осмотра места происшествия, в ходе чего установил наличие гололеда на месте ДТП, что и было им зафиксировано в указанных документах. Асфальтовое покрытие дороги было мерзлым, покрыто снежным накатом. Убеждены, что на дороге имелся и лед, и снежный накат, дорога была скользкой. Участок дороги не имел освещения, участок дороги в целом является опасным по причине его извилистости.

Свидетель КОВ суду показал, что в дату исследуемых событий он двигался по федеральной автомобильной дороге <адрес> и, увидев произошедшее ДТП, остановился с целью оказания помощи пострадавшим, принял участие в качестве понятого. ДТП произошло в темное время суток на неосвещенном участке дороги, были погибшие. Достоверно помнит, что в то время дорога в месте ДТП была очень скользкая. Запомнил данный факт, так как, двигаясь по тому же участку дороги на заднеприводном автомобиле марки «<данные изъяты>», не смог с места заехать на подъем дороги. Ему пришлось откатывать автомобиль назад, чтобы суметь, не буксуя, подняться в подъем непосредственно на самой дороге. При этом его автомобиль был на качественной зимней резине. После происшедшего ДТП на место прибыли автомобили дорожных служб, которые стали посыпать дорогу песком. Все обстоятельства, зафиксированные инспектором ДПС в ходе следственного действия, в котором он принимал участие в качестве понятого, были изложены верно, он с ними согласился и подписал протокол. Данные, зафиксированные в протоколе осмотра, в частности «грязное, покрытое льдом дорожное покрытие», все указанные замеры были верными, соответствующими действительности. Все замеры он видел лично, помогая инспектору держать рулетку, и наблюдал, будучи не впервые привлеченным в качестве понятого, что данные инспектор вносит в протокол верно.

Свидетель ССВ. являвшийся начальником отдела организации работ по содержанию и сохранению автомобильных дорог ФГКУ УПРДОР «Забайкалье», суду показал, что участок дороги, где произошло исследуемое ДТП, является аварийно-опасным по причине неровностей рельефа, наличия спусков и подъемов дороги. Применительно к исследуемому периоду времени произошедшего ДТП пояснил, что в период с ДД.ММ.ГГГГ ежегодно организацией-подрядчиком проводится ежедневный осмотр дороги на предмет выявления зимней скользкости, уборка снежного наката, в соответствии с ГОСТ 50597-2017, не позднее пяти часов по окончании осадков. Поскольку дорожное покрытие может иметь изморозь, которая визуально не видна, однако дорога от этого становится скользкой, в случае обнаружения такой скользкости, дорожное полотно в обязательном порядке посыпается фракционными противогололедными материалами. Если дорога не имеет скользкости, то фракционный материал не сыплют. Вся дорожная техника, осуществляющая посыпку дороги, оснащена системой ГЛОНАСС, с помощью которой возможно отследить ее маршрут. Ему известно о ДТП, произошедшем ДД.ММ.ГГГГ, в ходе которого погибли два человека, куда после соответствующего сообщения выехали автомобили дорожных служб. Помнит, что в тот период были осадки в виде снега. Полагает, что указанный участок дороги в день ДТП обрабатывался фракционными материалами дважды – в период с ДД.ММ.ГГГГ, однако указанные документальные данные не сохранились. Имеющейся в материалах дела выкопировкой из общего журнала оказания услуг за период с ДД.ММ.ГГГГ эксплуатационных дорог с <адрес>, и ДД.ММ.ГГГГ года были проведены мероприятия по распределению противогололедного материала с 6<адрес> с ДД.ММ.ГГГГ часов, в связи с высокой температурой, а также на 6<адрес> с ДД.ММ.ГГГГ часов. Дорожный знак «Скользкая дорога» при наличии таковой и скоростной режим должны быть установлен, однако не помнит, были ли они установлены в период исследуемых событий на данном участке дороги. Наличие предписания о необходимости установления какого-либо знака не всегда свидетельствует о том, что он был установлен. В данной ситуации были зафиксированы нарушения исполнения правил по содержанию дороги и выявлены факты зимней скользкости, в связи с чем, оперативно выдавались соответствующие предписания о необходимости их устранения.

Свидетель ДАГ дал суду показания о том, что автомобиль марки «<данные изъяты>, в ДД.ММ.ГГГГ года и снял его с учета в ДД.ММ.ГГГГ. Автомобиль находился в технически исправном состоянии.

В ходе расследования уголовного дела назначалось проведение экспертных исследований, результаты которых содержат противоречивые выводы, были проанализированы в приговоре Читинского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ.

Так, согласно заключению № от ДД.ММ.ГГГГ в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации водителю автомобиля марки «<данные изъяты>» следовало руководствоваться требованиями пункта 10.1 (абзац 1) Правил дорожного движения. Водителю автомобиля марки «<данные изъяты>» следовало руководствоваться требованиями пункта 10.1 (абзац 2) Правил дорожного движения. Экспертным путем оценить действия водителя автомобиля «<данные изъяты>» с позиции соответствия (несоответствия) требования пункта 10.1 (абзац 1) Правил дорожного движения не представляется возможным, равно как и установить причинную связь с происшествием, так как конкретные действия водителя по управлению транспортным средством, а также причина заноса автомобиля не установлены инициатором назначения настоящей экспертизы. Установить причину заноса автомобиля экспертным путем не представилось возможным. В действиях водителя автомобиля марки «<данные изъяты> несоответствий требованиям пункта 10.1 (абзац 2) Правил дорожного движения не усматривается, равно как и причинной связи с столкновением с автомобилем марки «<данные изъяты>», так как применение указанным водителем торможения до места столкновения не исключало вероятности столкновения.

Согласно заключению № от ДД.ММ.ГГГГ в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля марки «<данные изъяты>» в целях обеспечения безопасности движения должна была руководствоваться требованиями п.п. 1.4, 1.5, 10.1 Правил дорожного движения РФ. С технической точки зрения это означает, что водитель автомобиля «<данные изъяты>» должна двигаться, не создавая опасности для движения со скоростью, позволяющей безопасно проехать участок дороги с уклоном, поворотом дороги с учетом дорожных условий. Водитель автомобиля «<данные изъяты>» в данной дорожно-транспортной ситуации должен был руководствоваться требованием п. 10.1 (абзац 2) Правил дорожного движения РФ. С технической точки зрения это означает, что водитель автомобиля «<данные изъяты> при возникновении опасности для движения должен применить экстренное торможение. В данной дорожно-транспортной ситуации с технической точки зрения, в действиях водителя автомобиля «<данные изъяты>» усматривается несоответствие требованиям п.п.1.4, 1.5, 10.1 Правил дорожного движения РФ, выразившиеся в движении со скоростью, не соответствующей дорожным условиям, возникновении заноса транспортного средства, выезда на полосу встречного движения и столкновением с автомобилем «<данные изъяты>». Данные несоответствия действий водителя автомобиля «<данные изъяты>» находятся в причинной связи со столкновением с автомобилем «<данные изъяты>». В рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации в действиях водителя автомобиля «<данные изъяты>» несоответствий требования п. 10.1 (абзац 2) Правил дорожного движения РФ не усматривается и его действия не находятся в причинной связи со столкновением с автомобилем «<данные изъяты>».

Допрошенный в ходе судебного следствия эксперт-автотехник МВА выводы произведенной по делу экспертизы № поддержал в полном объеме, при этом суду дополнил, что он прибыл на место ДТП в дату исследуемых событий около ДД.ММ.ГГГГ часа после произошедшего ДТП. В ходе осмотра им установлено, что льда на дорожном покрытии не имелось, был мерзлый асфальт, возможно, иней и наслоения. По его ощущениям дорожное покрытие не было скользким, однако к моменту его прибытия на месте ДТП находились автомобили дорожных служб. Дорожное покрытие уже было посыпано абразивом, однако место, на котором виднелись следы заноса автомобиля, были видны, так как абразив был посыпан не сплошь. Схема ДТП уже была составлена, и на ней зафиксированы следы торможения автомобиля марки «<данные изъяты>», переходящие в занос. Затем следы разделяются, и идет боковое скольжение, что свидетельствует о выезде указанного автомобиля на встречную полосу в таком положении. Участок дороги, где произошло ДТП, является опасным ввиду его рельефа, однако на момент его нахождения в указанном месте, иных ДТП не происходило. Полагал, что в данной дорожно-транспортной ситуации момент возникновения опасности для водителя машины «<данные изъяты>» установить не представляется возможным.

Согласно справке о проведенном автотехническом исследовании № водитель автомобиля «<данные изъяты>» должен был руководствоваться требованиями п. 10.1 Правил дорожного движения РФ. В данной дорожной ситуации оценить действия водителя с технической точки зрения на соответствие требованиям вышеуказанного пункта невозможно. Причиной ДТП, с технической точки зрения, явилось состояние дорожного покрытия, не соответствовавшее требованиям нормативно-технической документации ГОСТ-Р 50597-2017 и возникновение момента, поворачивающего автомобиль «<данные изъяты>» в горизонтальной плоскости, при торможении на спуске. Фактическое состояние участка автомобильной дороги, на котором произошло ДТП, не соответствовало требованиям безопасности и требованиям нормативно-технической документации. Скорость движения автотранспортного средства Т.Л.Н. не превышала 73,98 км/ч.

Специалист МВГ суду показал, что проводил по указанному уголовному делу исследование по поручению руководителя ООО «Судебно-экспертное агентство», в котором он занимает должность эксперта-автотехника. Имея ученую степень кандидата технических наук и ряд монографий на тему исследований природы дорожно-транспортных происшествий, «мерзлый асфальт», при наличии соответствующего допуска и лицензии на проведение автотехнических экспертиз, выполнял по настоящему уголовному делу аналогичное исследование, выводы которого поддерживает в полном объеме. Полагает, что в исследуемой дорожно-транспортной ситуации между действиями подсудимой и произошедшим ДТП причинно-следственной связи не установлено, поскольку нарушений ПДД со стороны Т.Л.Н. не имеется. Так, двигаясь по своей полосе дороги, осуществляя движение на спуск, она, как на то указывают правила дорожного движения, в целях соблюдения скоростного режима, стала снижать скорость, о чем свидетельствуют следы торможения, наличествующие на схеме, а также длина тормозного пути. Однако в связи с тем, что коэффициент сцепления автомобильных шин с дорожным покрытием был неравномерным, по причине наличия мерзлого асфальта и снежного наката, автомобиль под управлением Т.Л.Н. стало заносить и в итоге вынесло на встречную полосу. Убежден, что при таких обстоятельствах Т.Л.Н. не могла предотвратить вынос автомобиля на встречную полосу и как следствие столкновение с другим автомобилем. Два прямолинейных параллельных следа юза от колес правой и левой сторон транспортного средства, оставшихся на дороге после начала торможения, свидетельствуют об отсутствии неисправности тормозов и ходовой системы транспортного средства перед ДТП.

В ходе судебного разбирательства по уголовному делу судом были запрошены и получены сведения: о маршрутах и видах транспортных средств, выполняющих работы по содержанию автодороги в месте ДТП, видах выполненных работ в период с ДД.ММ.ГГГГ и логистические отчеты бортового устройства по транспортному средству марки «<данные изъяты>» за период ДД.ММ.ГГГГ, выполняющего работы по содержанию автодороги в месте ДТП; о погодных условиях на момент исследуемых событий; о скоростном режиме в месте ДТП; выкопировка проекта организации дорожного движения участка автодороги в месте исследуемого ДТП.

Из представленных документов суд установил, что после произошедшего дорожно-транспортного происшествия на место прибыли автомобили дорожных служб, которые посыпали проезжую часть песком. Кроме того, на указанном участке дороге отсутствовал предупреждающий дорожный знак «Скользкая дорога».

Судом по ходатайству стороны защиты и государственного обвинителя была назначена комплексная комиссионная автотехническая экспертиза № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводам которой водитель автомобиля «<данные изъяты>» должен был руководствоваться требованиями п. 10.1 Правил дорожного движения РФ. Скорость движения автомобиля «<данные изъяты>» (<данные изъяты>/ч) не превышала критическую по условиям начала бокового скольжения (возникновения заноса автомобиля) на данном участке дороги при заданных условиях (135 км/ч). Снижение сцепных качеств покрытия проезжей части за счет его мерзлого состояния, а также закругление и уклон дороги – это все является дорожными условиями, которые водитель должен учитывать самостоятельно при выборе скорости, позволяющей двигаться по данному участку дороги, не допустив потерю управляемости транспортным средством. При выборе скорости водитель, кроме дорожных условий, должен учитывать также свое водительское мастерство, опыт вождения и психофизическое состояние. Двигаясь по рассматриваемому участку дороги, водитель автомобиля «<данные изъяты>» применил экстренное торможение, о чем свидетельствуют следы торможения (юза), длинна которых составила 56 метров. С технической точки зрения действия водителя автомобиля «<данные изъяты>», выразившиеся в данной ситуации в применении неправильных приемов управления (резкое торможение на скользком покрытии), не позволяющих постоянно контролировать движения транспортного средства, в результате чего был допущен занос и выезд на встречную полосу встречного движения, не соответствовали требованиям пункта 10.1 (абз.1) Правил дорожного движения, равно как находятся в причинной связи со столкновением. Предотвращение столкновения с автомобилем «<данные изъяты>» зависело не от наличия технической возможности у водителя автомобиля «<данные изъяты>», а от своевременного выполнения им требований пункта 10.1 (абз.1) ПДД РФ. В рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации в действиях водителя автомобиля «<данные изъяты> несоответствий требованию пункта 10.1 (абз. 1) ПДД РФ не усматривается, равно как и не усматривается причинной связи между его действиями и столкновением с автомобилем «<данные изъяты>». Дорожные условия, сложившиеся на момент совершения ДТП от ДД.ММ.ГГГГ на <адрес>», не соответствовали требованиям безопасности. Определить, явилось ли причиной ДТП несоответствие дорожного покрытия данного участка дороги требованиям соответствующих Правил, ГОСТ, экспертным путем не представляется возможным. Материалы дела не содержат информации о причине применения режима экстренного торможения водителем «<данные изъяты>».

В целях разъяснения указанного экспертного исследования, судом допрошен эксперт САА, который выводы проведенной экспертизы поддержал.

Анализируя выводы автотехнических экспертиз, суд учел, что комплексная комиссионная автотехническая экспертиза, проведенная на стадии судебного следствия, является содержательнее относительно объема поставленных на исследование вопросов при наличии больших данных, поступивших по запросам суда и отсутствовавших в материалах дела на стадии предварительного расследования. Более того, заключение экспертизы № дано комиссией экспертов. Проведенные же на стадии предварительного расследования автотехнические экспертные заключения № и № менее содержательны ввиду количества поставленных следователем на разрешение эксперта вопросов и объема материалов дела, представленных на экспертизу. За основу приговора принято комиссионное экспертное заключение № от ДД.ММ.ГГГГ. Доводы эксперта САА об использовании комиссией экспертов при даче заключения данных, установленных в постановлении суда, а также исходных данных, содержащихся изначально в материалах уголовного дела, суд нашел убедительными. Суд нашел обоснованными и показания эксперта САА о том, что при применении ими коэффициента сцепления шин автомобиля под управлением Т.Л.Н. в меньшую сторону, при наличии гололеда – 0,2-0,3 (а не 0,4 как применено в их заключении) значительно изменило бы максимальную скорость движения автомобиля Т.Л.Н., поскольку бы применялись иные расчеты. Так заключение специалиста МВГ, проведенное по делу, подтверждает данный факт и его расчеты, составленные при применении коэффициента сцепления шин 0,3 – указали на наличие скорости автомобиля Т.Л.Н. – не более 73,98 км/ч. Эксперт САА указал, что методика расчетов, примененная ими и специалистом МВГ, по сути идентична, в связи с чем суд пришел к выводу о том, что заключение специалиста МВГ, хотя и выполнено не на основании постановления следователя и без предупреждения об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, вместе с тем, является объективным и научно-обоснованным, поскольку выполнено компетентным должностным лицом, имеющий значительный стаж (22 года) в области автотехнической экспертной деятельности и с применением методик, используемых, в том числе и экспертами-автотехниками.

Анализ и оценка представленных стороной обвинения доказательств в их совокупности позволили суду прийти к выводу о том, что Т.Л.Н. в исследуемые дату, месте и время, управляя автомобилем марки «<данные изъяты>», двигаясь по своей полосе движения, соблюдая скоростной режим движения, допустимый на данном участке дороги, применила экстренное торможение, причина которого следствием не установлена. Схемой места ДТП зафиксирован оставленный на дороге след торможения автотранспортного средства, который идет по своей полосе движения ближе к краю правой обочины, что свидетельствует о том, что водитель Т.Л.Н. приняла меры к экстренному торможению транспортного средства с принятием вправо, как то устанавливают правила дорожного движения, однако учитывая неоднородное дорожное покрытие, а вследствие этого неравномерный коэффициент сцепления шин с дорожным покрытием, автомобиль под управлением Т.Л.Н. вынесло на полосу встречного движения, что произошло помимо воли водителя. Как установлено экспертными исследованиями и подтверждено в судебном заседании допрошенными по делу экспертами и специалистом, маневра выезда на встречную полосу движения Т.Л.Н. не допускала. Это произошло помимо ее воли, поскольку дорожные условия, сложившиеся на момент ДТП, не соответствовали требованиям безопасности.

При этом суд нашел доказанным факт наличия гололеда на дорожном покрытии в месте ДТП, несмотря на то, что ряд свидетелей указали на его отсутствие. Однако у суда нет оснований не доверять сотрудникам ГАИ, прибывшим на место до появления дорожных служб, а также понятому КОВ, которые утверждали в судебном заседании о наличии гололеда на участке дороги в месте ДТП. Данное обстоятельство объективно подтверждается и представленными метеорологическими данными, свидетельствующими о том, что температура воздуха в период с ДД.ММ.ГГГГ колебалась от -8,5о до -26,3о С, наблюдались осадки в виде слабого снега с ДД.ММ.ГГГГ в дату ДТП, то есть ДД.ММ.ГГГГ. В судебном заседании эксперты-автотехники, а также свидетель ССВ, будучи должностным лицом в сфере организации работ по содержанию и сохранению дорог, показали, что именно перепады температур влияют на состояние дорог, при наличии осадков, в данном случае – снега. Наледь, гололед, мерзлый асфальт могли образоваться по указанным причинам. Кроме того, акт выявленных недостатков в содержании дорог содержит в себе сведения о том, что проезжая часть в месте ДТП покрыта гололедом, отсутствует линия дорожной разметки 1.1.

Тот факт, что ДТП произошло в зоне действия знаков 1.34.1, 1.34.2, 3.27, 5.15.5, 6.13, 1.22, нашел свое подтверждение представленными документами – протоколом осмотра места совершения административного правонарушения, протоколом осмотра места происшествия, иными материалами с места ДТП, выкопировкой проекта организации дорожного движения. Отсутствие иных дорожных знаков, судом установлено и сторонами не оспаривалось, в связи с чем, ставить в вину Т.Л.Н. неправильно выбранный скоростной режим, в определенной дорожной ситуации при отсутствии его превышения, у суда оснований не имеется. Данные о том, что Т.Л.Н. не нарушила скоростной режим, подтверждены материалами дела, в частности тремя проведенными по делу автотехническими экспертизами, что сторонами также не оспаривалось. Все имевшиеся в месте ДТП дорожные знаки были зафиксированы сотрудником ГИБДД, составлявшим схему, что подтверждено не только инспекторами, но и понятым КОВ, явно не заинтересованным в исходе дела. Более того, допрошенный в судебном заседании свидетель ССВ – начальник отдела организации работ по содержанию и сохранению автомобильных дорог ФГКУ УПРДОР «Забайкалье», на вопрос государственного обвинителя показал, что наличие предписания о необходимости установки того ли иного дорожного знака не свидетельствует о том, что в итоге знак был установлен.

В исследуемой дорожно-транспортной ситуации прямыми очевидцами совершенного ДТП были только БАС и ТВГ, показавшие, что автомобиль Т.Л.Н. двигался по своей полосе движения, а затем начал тормозить и резко «вылетел» на полосу встречного движения. При этом ТВГ видела, как Т.Л.Н. предпринимала меры к выравниванию автомобиля, быстро разворачивая руль, но не избежала столкновения, поскольку все произошло стремительно.

При изложенных обстоятельствах, доводы стороны обвинения о том, что Т.Л.Н. не соблюдены пункты 1.4 и 1.5 Правил дорожного движения, не нашли своего подтверждения, так как выезд на полосу встречного движения был обусловлен не выполнением водителем маневра – выезд на встречную полосу движения, а дорожными условиями, помимо воли Т.Л.Н.

Момент возникновения опасности по данному делу для водителя Т.Л.Н. с технической точки зрения установить невозможно, поскольку не ясна причина применения ей экстренного торможения, послужившая причиной заноса и выезда ее автомобиля на встречную полосу движения. Изъятый из видеорегистратора автомобиля БАС диск с записью был поврежден, в связи с чем не читаем, однако допрошенные в суде эксперты не отрицали, что таковым могло быть обнаружение водителем Т.Л.Н. гололеда на полосе ее движения, что и повлекло применение ей экстренного торможения.

Противоречивыми суд нашел сведения, представленные по запросам суда, относительно проведенных в дату исследуемых событий мероприятий по борьбе с зимней скользкостью, в связи с несовпадением времени, мест обработки дорожного покрытия по данным журнала оказания услуг по содержанию автомобильных дорог; журнала по борьбе с зимней скользкостью; и представленные в суд сведения ООО «РТ-Инвест» - оператора системы взимания платы «Платон», при помощи отслеживания спутниковой навигационной системы ГЛОНАСС, что позволило суду сделать вывод о том, что реальные мероприятия по распределению пескогравийной смеси начались лишь после совершенного ДТП и до прибытия следственно-оперативной группы, что нашло свое подтверждение в судебном заседании. Так эксперт МВА показал суду, что прибыл на место и участвовал в осмотре места происшествия уже после того, как дорожные службы провели работу по посыпке дороги пескогравийной смесью.

Установив факт наличия скользкости дорожного покрытия в месте ДТП и отсутствие надлежащей обработки дороги соответствующим абразивными материалами в момент аварии, суд признал очевидным факт заноса транспортного средства под управлением Т.Л.Н. по причине несоответствия дорожного покрытия требуемым нормам ГОСТ, а не по причине несоблюдения Правил дорожного движения Т.Л.Н.

По убеждению суда вынос на встречную полосу автомобиля под управлением Т.Л.Н. не дал ей технической возможности предотвратить столкновение с автомашиной под управлением БАС, идущей во встречном направлении, и в ее действиях причинно-связанных несоответствий требованиям п. 10.1 ПДД РФ, вмененных органами предварительного расследования, не имеется.

Неустановление момента возникновения опасности для водителя Т.Л.Н., и ее действия по изменению направления движения и пересечению линии разметки с выездом на встречную полосу движения, по убеждению суда, следует считать с технической точки зрения в сложившейся ситуации непроизвольным, не зависящим от действий водителя.

При таких обстоятельствах, столкновение автомашин на полосе движения автомобиля БАС объясняется вышеизложенным. И вопреки доводам государственного обвинителя не может являться свидетельством виновности Т.Л.Н. в совершенном ДТП.

Таким образом, принимая во внимание вышеизложенное, суд исключил вмененное органами предварительного расследования нарушение Т.Л.Н. пунктов 1.4, 1.5, 10.1 Правил дорожного движения РФ, нормы которых являются общим требованием и не находятся в прямой причинно-следственной связи с дорожно-транспортным происшествием и наступившими последствиями в дорожной обстановке в виде причинения смерти Т.С.В. по неосторожности.

Таким образом, судом было установлено, что смерть потерпевшего Т.С.В. не находится в причинно-следственной связи с действиями Т.Л.Н., не установлено нарушений Правил дорожного движения водителем Т.Л.Н., повлекших по неосторожности смерть Т.С.В. При таких обстоятельствах суд счел, что обвинение Т.Л.Н. было построено лишь на односторонней оценке добытых органами предварительного расследования доказательств, что недопустимо и противоречит уголовно-процессуальному законодательству.

Принимая во внимание изложенное и, толкуя в соответствии с ч. 3 ст. 14 УПК РФ все неустранимые сомнения относительно обстоятельств совершенного деяния в пользу подсудимой Т.Л.Н., суд нашел Т.Л.Н. подлежащей оправданию по предъявленному обвинению.

В соответствии с частью 4 статьи 61 ГПК РФ вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Как указано выше, вступившим в законную силу приговором суда Т.Л.Н. по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного <данные изъяты> УК РФ, признана невиновной и оправдана посмертно на основании п. 2 <данные изъяты> УПК РФ, в связи с отсутствием в ее действиях состава преступления.

При разрешении настоящего спора о компенсации морального вреда, причиненного ФИО6, являющегося сыном ТОН и Т.С.В. , в связи с их гибелью в результате ДТП, суд исходит из установленного приговором суда по уголовному делу преюдициальности факта отсутствия вины Т.Л.Н. в рассматриваемом ДТП ввиду отсутствия нарушения ею правил дорожного движения или эксплуатации транспортного средства, повлекших по неосторожности смерть Т.С.В.

Соответственно, ссылки ответчика на сложные дорожные условия, что <данные изъяты> был новым, непривычным для Т.Л.Н. транспортным средством и имел значительный износ; водитель осуществляла движение с не застегнутыми ремнями безопасности; не застраховала риск гражданской ответственности; не должна была использовать изношенную резину, нарушила ПДД РФ; на официальном сайте ГИБДД <данные изъяты> размещена информация о том, что водителем автомобиля <данные изъяты> допущен выезд на полосу встречного движения в местах, где это запрещено, нарушены правила применения ремней безопасности в указанном транспортном средстве; в основу приговора необоснованно легли показания эксперта САА, не имеющего необходимую квалификацию для исследования обстоятельств ДТП, не могут быть приняты судом во внимание, поскольку судне вправе повторно вступать в обсуждение виновности либо отсутствия вины Т.Л.Н.

В то же время преюдициальный факт отсутствия вины Т.Л.Н. в рассматриваемом ДТП не исключает исследование вопроса о том, имеется ли вина ответчиков в возникновении ДТП, и с учетом пункта 2 статьи 1064 ГК РФ не лишает ответчиков права доказывать отсутствие своей вины в произошедшем ДТП.

В соответствии со статьей 210 ГК РФ собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

Согласно пункту 1 статьи 296 ГК РФ учреждение и казенное предприятие, за которыми имущество закреплено на праве оперативного управления, владеют, пользуются этим имуществом в пределах, установленных законом, в соответствии с целями своей деятельности, назначением этого имущества и, если иное не установлено законом, распоряжаются этим имуществом с согласия собственника этого имущества.

В соответствии с частью 1 статьи 12 Федерального закона от 10 декабря 1995 года № 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения», ремонт и содержание дорог на территории Российской Федерации должны обеспечивать безопасность дорожного движения. Частью 2 данной статьи установлено, что обязанность по обеспечению соответствия состояния дорог при их содержании установленным техническим регламентам и другим нормативным документам возлагается на лица, осуществляющие содержание автомобильных дорог.

Согласно ст. 17 Федерального закона от 08.11.2007 № 257-ФЗ «Об автомобильных дорогах и о дорожной деятельности в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» содержание автомобильных дорог осуществляется в соответствии с требованиями технических регламентов в целях обеспечения сохранности автомобильных дорог, а также организации дорожного движения, в том числе посредством поддержания бесперебойного движения транспортных средств по автомобильным дорогам и безопасных условий такого движения.

Пунктом 2 ст. 28 вышеназванного Закона установлено право пользователей автомобильными дорогами получать компенсацию вреда, причиненного их жизни, здоровью или имуществу в случае строительства, реконструкции, капитального ремонта, ремонта и содержания автомобильных дорог вследствие нарушений требований настоящего Федерального закона, требований технических регламентов лицами, осуществляющими строительство, реконструкцию, капитальный ремонт, ремонт и содержание автомобильных дорог, в порядке, предусмотренном гражданским законодательством.

Правовые основы обеспечения безопасности дорожного движения закреплены в Федеральном законе Российской Федерации № 196-ФЗ от 10.12.1995 «О безопасности дорожного движения», задачами которого определены: охрана жизни, здоровья и имущества граждан, защита их прав и законных интересов, а также защита интересов общества и государства путем предупреждения дорожно-транспортных происшествий, снижения тяжести их последствий.

В силу положений ст. 24 Федерального закона от 10.12.1995 № 196-ФЗ права граждан на безопасные условия движения по дорогам Российской Федерации гарантируются государством и обеспечиваются путем выполнения законодательства Российской Федерации о безопасности дорожного движения и международных договоров Российской Федерации (п. 1).

Участники дорожного движения имеют право на возмещение ущерба по основаниям и в порядке, которые установлены законодательством Российской Федерации, в случаях причинения им телесных повреждений, а также в случаях повреждения транспортного средства и (или) груза в результате ДТП (п. 3).

В соответствии с п. 1 ст. 12 Закона о безопасности дорожного движения ремонт и содержание дорог на территории Российской Федерации должны обеспечивать безопасность дорожного движения.

Обязанность по обеспечению соответствия состояния дорог при их содержании установленным техническим регламентам и другим нормативным документам возлагается на лица, осуществляющие содержание автомобильных дорог (ч. 2 ст. 12 указанного Федерального закона).

Согласно п. 13 Основных положений по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанности должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 23.10.1993 года N 1090, должностные и иные лица, ответственные за состояние дорог, обязаны содержать эти объекты в безопасном для движения состоянии в соответствии с требованиями стандартов, норм и правил.

Таким образом, вред личности, причиненный вследствие ненадлежащего состояния дорожного покрытия автомобильной дороги, подлежит возмещению, лицом, ответственным за содержание соответствующего участка автомобильной дороги.

По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (п. 2 ст. 1064 ГК РФ).

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФКУ Упрдор «Забайкалье» (заказчик) и ООО «ЗДСК» (исполнитель) заключили государственный контракт №-Фсд на оказание услуг по содержанию автомобильных дорог общего пользования федерального значения, по условиям которого исполнитель по заданию заказчика принимает на себя обязательства оказывать услуги по содержанию автомобильной дороги <адрес> в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, на момент ДТП участок автомобильной дороги в районе 11<адрес> находился на обслуживании ООО «ЗДСК».

В соответствии с п. 3.4 ГОСТ Р 50597-2017. Национальный стандарт Российской Федерации. Дороги автомобильные и улицы. Требования к эксплуатационному состоянию, допустимому по условиям обеспечения безопасности дорожного движения. Методы контроля момент обнаружения зимней скользкости: Дата и время регистрации поступления информации об ее фактическом образовании с дорожных метеостанций или из других источников, или о возможном ее образовании с дорожных метеостанций и организаций Росгидромета (четырехчасовой прогноз), уполномоченным лицом организации, осуществляющей дорожную деятельность.

На покрытии проезжей части дорог и улиц не допускаются наличие снега и зимней скользкости (таблица В.1 приложения В) после окончания работ по их устранению, осуществляемых в сроки по таблице 8.1. Срок устранения рыхлого или талого снега (снегоочистки) отсчитывается с момента окончания снегопада и (или) метели до полного его устранения, а зимней скользкости - с момента ее обнаружения. Очередность работ по снегоочистке дорог и улиц определяется проектами содержания автомобильных дорог (п. 8.1 ГОСТ Р 50597-2017).

Коэффициент сцепления колеса автомобиля с покрытием должен быть не менее 0,3 при его измерении измерительным колесом стандартным с покрышкой с протектором без рисунка по ГОСТ 33078 (п. 5.2.2 ГОСТ Р 50597-2017).

Все виды снежно-ледяных отложений, образующихся на дорожном покрытии, по внешним признакам подразделяют на рыхлый снег, снежный накат, стекловидный лед (пункт 2.1 Руководства по борьбе с зимней скользкостью на автомобильных дорогах, утвержденного распоряжением Министерства транспорта Российской Федерации от 16.06.2003 г. М ОС-548-р).

Применительно к разделу 3 ОДМ 218.5.006-2008 «Методические рекомендации по применению экологически чистых антигололедных материалов и технологий при содержании мостовых сооружений», утвержденных распоряжением Росавтодора от 10.09.2008 № 383-р, под зимней скользкостью понимаются снежные отложения и ледяные образования на поверхности дорожного покрытия, приводящие к снижению коэффициента сцепления колеса автомобиля с поверхностью покрытия. Стекловидный лед - появляется на покрытии в виде гладкой стекловидной пленки толщиной 1 – 3 мм при различных погодных условиях. Снежный накат - представляет собой слой снега, уплотненного колесами автомобильного транспорта при определенных метеорологических условиях.

Согласно заключению специалиста АНО «Московский областной центр судебных экспертиз» от ДД.ММ.ГГГГ №, выполненному в рамках заключенного с заказчиком ООО «ЗДСК» договора, механизм столкновения автотранспортных средств (ДТП), имевшего место в ДД.ММ.ГГГГ на участке автомобильной дороги <адрес>) между автомобилями <данные изъяты> под управлением ФИО8 и <данные изъяты> под управлением Т.Л.Н. представлял собой следующее.

ДД.ММ.ГГГГ водитель а/м <данные изъяты> осуществляя свободное движение по <адрес> двигаясь в сторону <адрес> в условиях зимней дороги, в ДД.ММ.ГГГГ проезжал участок <адрес> данного шоссе, который в этом месте имеет уклон и поворот. Выехав на спуск, водитель применил торможение, которое привело к потере контроля над движением управляемого им транспортного средства. Данные действия водителя вызвали занос автомобиля, транспортное средство <данные изъяты> стало перемещаться в сторону встречной полосы дороги. В этот момент во встречном направлении, со стороны <адрес> приближался микроавтобус марки <данные изъяты> водитель которого двигался в сторону <адрес>. При возникновении опасности для движения в виде выезжающего со встречной полосы автомобиля, водитель микроавтобуса попытался избежать столкновения, изменив траекторию движения в сторону правой обочины по направлению своего движения. Однако в силу того, что расстояние между автотранспортными средствами было небольшим, избежать столкновения не смог. Между транспортными средствами произошел удар, который был обусловлен внедрением передней части а/м <данные изъяты> в правую боковую часть кузова а/м <данные изъяты>. В результате прямого контакта, который по направлению движения был перекрестным, по характеру взаимного сближения – встречным, по относительному расположению продольных осей был близок к перпендикулярному и носил блокирующий характер, часть кинетической энергии а/м <данные изъяты> передалась а/м <данные изъяты>, который, продолжал смещаться вперёд. Получив ударный импульс, проходящий через центр массы, а/м <данные изъяты> смог продвинуться, не меняя направление движения, на небольшое расстояние от места первичного контакта. При этом а/м TOYOTA NOAH, который не был остановлен в момент удара, получив удар со стороны автомобиля-препятствия был смещен в правую сторону под действием суммирующей силы, определяющейся вектором скоростей автомобилей. Зафиксированная фотосъемкой вещная обстановка на месте ДТП показывает, что место столкновения транспортных средств было расположено на границе полосы движения а/м <данные изъяты> (в сторону <адрес>) и её правой обочины.

Определяя максимально допустимую скорость, с которой, в соответствии с требованиями п.10.1 (абзац 1) ПДД РФ, могли двигаться автомобили на участке дороги, где произошло рассматриваемое ДТП, учитывая состояние дорожного покрытия, специалист АНО «Московский областной центр судебных экспертиз» указал, что участок автомобильной дороги на <адрес> относящийся к месту ДТП, находится в зоне действия дорожного знака 3.24 «Ограничение максимальной скорости», запрещающего движение со скоростью более 70 км/ч. Таким образом, в исследуемой дорожно-транспортной ситуации водители автомобилей <данные изъяты> и <данные изъяты> должны были двигаться со скоростью, не превышающей 70 км/ч. Отдельно эксперты отметили, что с учетом дорожных и метеорологических условий предельная максимальная скорость движения автомобиля <данные изъяты>, при которой автомобиль мог двигаться без наступления заноса на участке дороги, где произошло рассматриваемое ДТП, составляла значение 135 км/ч.

При осмотре места ДТП были составлены акт выявленных недостатков в содержании дорог (без даты и времени), составленный инспектором ДПС ОГИБДД ОМВД России по <адрес> ТАС, в котором указано наличие гололеда на проезжей части и отсутствие линии дорожной разметки 1.1; протокол осмотра места совершения административного правонарушения от ДД.ММ.ГГГГ, составленный инспектором ДПС ОГИБДД ОМВД России по <адрес> ТАС, в котором указано состояние покрытия – грязное, покрыто льдом; протокол осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, составленный следователем СО ОМВД России по <адрес> СВД с участием специалиста ЭКЦ МВА, обладающего специальными познаниями в области автотехнической экспертизы, в котором указано состояние дорожного покрытия как мерзлое. Из анализа указанных документов специалистом сделан вывод о том, что на момент ДТП состояние проезжей части дороги, относящейся к месту ДТП, было мерзлый асфальт, а не гололед, как указано в акте выявленных недостатков в содержании дорог и в протоколе осмотра места совершения административного правонарушения. Мерзлый асфальт – состояние дорожного покрытия, образованное в результате десублимации (конденсация и замерзание влаги из воздуха на сухой поверхности дорожного покрытия при его температуре ниже точки росы). Значения коэффициента продольного сцепления шин АТС категории M1, оборудованных АБС при торможении на «мерзлом асфальте», находится в пределах от 0,37 до 0,44 (среднее значение – 0,4).

Скорость движения автомобиля <данные изъяты>, до начала развития ДТП определена специалистом АНО «Московский областной центр судебных экспертиз» как 147 км/ч.

При этом специалист АНО «Московский областной центр судебных экспертиз» пришел к выводу о том, что в возникшей дорожно-транспортной ситуации водитель а/м <данные изъяты> не располагал технической возможностью избежать столкновения с автомобилем <данные изъяты>, двигавшимся навстречу в состоянии неуправляемого заноса и перекрывающего его полосу движения, поскольку ни снижение скорости, ни полная остановка автомобиля <данные изъяты> не исключали столкновения транспортных средств, водитель а/м <данные изъяты> не успевал даже среагировать на возникшее препятствие, а тем более воздействовать на тормозную систему автомобиля. Нормативное время реакции водителя а/м TOYOTA NOAH в возникшей ситуации составляет 1,2 сек. Скорость автомобиля <данные изъяты> непосредственно перед столкновением составляла около 60 км/ч (147 - 86,6 ~ 60 км/ч, где 86,6 км/ч - скорость автомобиль <данные изъяты> перед началом торможения при движении его с заносом и разворотом, без учета затрат кинетической энергии на развитие объемных деформаций ТС). Скорость автомобиля <данные изъяты> около 70 км/ч (из протокола допроса свидетеля БАС от ДД.ММ.ГГГГ). Расстояние между транспортными средствами в момент возникновения опасности для водителя а/м <данные изъяты> было около 15 м. Таким образом, суммарная скорость сближения транспортных средств составляла значение около 130 км/ч, при которой расстояние 15м автомобили проедут за 0,42 сек., которое значительно меньше нормативного времени реакции водителя в возникшей ситуации, составляющего 1,2 сек.

Водитель автомобиля <данные изъяты>, имел техническую возможность избежать столкновения с а/м <данные изъяты> выполнения требований п. 10.1 (абзац 1) ПДД РФ и требований дорожного знака 3.24 «Ограничение максимальной скорости», запрещающего движение со скоростью более 70 км/ч, избрав скорость движения своего автомобиля не превышающую установленного ограничения и соответствующую погодным и дорожным условиям, сложившимся на момент возникновения аварии.

При этом специалист АНО «Московский областной центр судебных экспертиз» указал, что состояние дорожного покрытия, погодные и метеорологические условия в рассматриваемой ситуации не могут являться причиной возникновения ДТП. Состояние дорожного полотна было однородным на протяжении всего участка шоссе, по которому двигался а/м <данные изъяты>. Управление автомобилем зависело только от действий водителя, поэтому в данном случае состояние дорожного полотна может рассматриваться только лишь как одно из условий, совокупность которых привела к развитию аварийной ситуации, но не как причина возникновения ДТП. Причинно-следственная связь между состоянием дорожного покрытия и фактом рассматриваемого ДТП отсутствует.

В ситуации, предшествующей развитию исследуемого ДТП, водитель автомобиля <данные изъяты> с технической точки зрения обязан был действовать в соответствии с требованиями п.10.1 абз.1 с учетом дорожного знака 3.24 «Ограничение максимальной скорости» ПДД РФ. В ситуации, предшествующей развитию исследуемого ДТП, водитель автомобиля <данные изъяты>, с технической точки зрения обязан был действовать в соответствии с требованиями п.10.1 (абзац 2) ПДД РФ.

Так как глубина протекторов шин на автомобиле <данные изъяты>, на момент рассматриваемого ДТП составляла значение существенно меньше нормативного значения 1,6 мм, то следует вывод о том, что техническое состояние указанного автомобиля не соответствовало требованиям п. 5.4 «Перечень неисправностей и условий, при которых запрещается эксплуатация транспортных средств. Приложение к Основным положениям по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанностям должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения» (ПДД РФ), утверждённых Постановлением Совета Министров Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 г. N 1090 (в ред. Постановлений Правительства РФ от 21.04.2000 N 370, от 12.11.2012 N 1156, от 22.03.2014 N 221); п. 5.6.2 Приложения 8 к Техническому регламенту Таможенного союза ТР ТС 018/2011 «О безопасности колесных транспортных средств».

С технической точки зрения действия водителя а/м <данные изъяты>, не соответствовали (противоречили) требованиям п.10.1 абз.1 с учетом дорожного знака 3.24 «Ограничение максимальной скорости» ПДД РФ, так как скорость его движения 147 км/ч превышала не только установленное ограничение 70 км/ч, но и не позволяла учитывать дорожные и метеорологические условия, а также не обеспечивала водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства. Поэтому действия указанного водителя с технической точки зрения находятся в прямой причинно-следственной связи с фактом ДТП, имевшем место ДД.ММ.ГГГГ. С технической точки зрения несоответствий в действиях водителя автомобиля TOYOTA NOAH, г.р.з. Н 780 РЕ 75, требованиям п.10.1 (абзац 2) ПДД РФ не имеется, так как данный водитель не имел технической возможности избежать столкновения транспортных средств.

С технической точки зрения только действия водителя автомобиля <данные изъяты>, находятся в причинно-следственной связи с рассматриваемым ДТП. Указанный водитель при движении выбрал такую скорость движения (145км/ч), которая превышала не только установленное ограничение 70 км/ч, но и не позволяла учитывать дорожные и метеорологические условия, а также не обеспечивала водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства, в результате чего произошёл неуправляемый занос автомобиля и его выезд на полосу встречного движения. При этом водитель движущегося во встречном направлении автомобиля <данные изъяты>, не имел технической возможности избежать столкновения транспортных средств.

Проанализировав заключения экспертов, имеющиеся в деле, специалист АНО «Московский областной центр судебных экспертиз» сделал вывод о том, что выводы в экспертных заключениях ФГБУ Читинская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции РФ № от ДД.ММ.ГГГГ.; заключении экспертно-криминалистического центра УМВД РФ по <адрес> № от ДД.ММ.ГГГГ.; справке ООО «Судебно-экспертное агентство» № от ДД.ММ.ГГГГ о проведенном автотехническом исследовании; заключении комплексной комиссионной автотехнической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ филиала № ФГКУ «111 Главный государственный центр судебно-медицинских и криминалистических экспертиз» являются не обоснованными и не достоверными, так как содержат грубейшие нарушения научно-методических требований к проведению экспертизы по исследованию обстоятельств дорожно-транспортного происшествия. Проводя расчеты скорости движения автомобиля <данные изъяты>, во всех заключениях эксперты используют не надлежащую формулу расчета скорости, которая применяется для определения скорости АТС, если в процессе торможения оно проходило участки проезжей части с разным покрытием, т.е. с разным сопротивлением движению. Однако, для расчета скорости автомобиля в случае его торможения в условиях, когда оно движется с заносом и разворотом, следует применять совершенно другую формулу расчетов. Кроме того, все эксперты, проводившие исследования, при определении скорости движения автомобиля <данные изъяты> проигнорировали затраты кинетической энергии, пошедшей как на развитие объёмных деформаций передней части автомобиля <данные изъяты>, так и на развитие объёмных деформаций правой боковой части автомобиля <данные изъяты>. Однако, скорость движения автомобиля <данные изъяты> до начала развития аварийной ситуации складывалась из суммы скоростей, которые в данном случае определяются по трём параметрам: по следам шин автомобиля <данные изъяты>, зафиксированным на проезжей части; по затратам кинетической энергии, пошедшей на деформацию правой боковой части автомобиля <данные изъяты>; по затратам кинетической энергии, пошедшей на деформацию передней части автомобиля <данные изъяты>. В рассматриваемых заключениях эксперты для определения скорости движения автомобиля <данные изъяты> ограничились лишь одним параметром – следами шин автомобиля <данные изъяты>, зафиксированным на проезжей части. Два других параметра эксперты вообще не учитывали, что и привело их к абсурдным выводам, не отвечающим принципам полноты, всесторонности и объективности. Экспертом ООО «Судебно-экспертное агентство» неверно произведена оценка заноса автомобиля <данные изъяты> на дату ДТП, поскольку указанный занос находился в причинно-следственной связи с действиями водителя автомобиля «<данные изъяты>» и не находился в причинно-следственной связи с состоянием участка автомобильной дороги на момент ДТП. Также при проведении экспертиз эксперты не смогли или не захотели дать объективную оценку действиям водителей. Кроме того, не проведена оценка технического состояния автомобиля <данные изъяты>, которое не соответствовало обязательным нормативным требованиям. Также при оценке действий водителей ни в одном заключении эксперты не рассматривают механизм развития ДТП, установление которого позволяет дать объективную оценку возникшей дорожно-транспортной ситуации с точки зрения ПДД РФ и объективных факторов её развития. В совокупности с неправильно выбранными данными для расчетов, выводы в представленных заключениях не могут быть объективными, т.к. не отвечают критериям достоверности и не позволяют в данном случае оценить реальную дорожную ситуацию, которая возникла перед столкновением автомобилей.

Судом установлено, что замеры фактического значения коэффициента сцепления шин колес транспортного средства с покрытием проезжей части, как определяющие признак зимней скользкости в соответствии с требованиями ГОСТ Р 50597-2017, на месте ДТП не проводились.

Наличие зимней скользкости установлено исходя из составленных процессуальных документов, показаний свидетелей, которыми даны противоречивые сведения о виде зимней скользкости.

При допросе ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ МВА указал, что ДД.ММ.ГГГГ на момент осмотра места ДТП дорожное покрытие представляло собой мерзлый асфальт, без наложения осадков в виде снега, без наслоения льда, отсутствовал гололед. При проведении экспертизы № эксперт МВА исходил из материалов проверки КУСП № и того, что асфальт был мерзлым. Причину заноса экспертным путем установить не представилось возможным.

Однако эксперт МВА прибыл на место ДТП после обработки дорожного покрытия; в протоколе осмотра места происшествия с ДД.ММ.ГГГГ указано, что дорожное покрытие асфальтобетон, состояние мерзлое.

При проведении экспертизы № эксперт ЧЭЦ также исходил из того, что асфальтобетон был мерзлым, основываясь на постановлении о назначении автотехнической экспертизы.

При проведении комплексной комиссионной автотехнической экспертизы эксперты судебно-медицинской лаборатории (<адрес>) филиала № ФГКУ «111 ГГЦСМ и КЭ» МО РФ при проведении расчетов и ответе на вопросы исходили из того, что в месте ДТП имелось мерзлое асфальтовое покрытие, так как данные о гололеде имели условное значение.

Между тем свидетель ВДА находился на месте ДТП до прибытия специальной техники, производившей обработку дороги, и указал, что дорога в целом была очень скользкая, на дороге имелся снежный накат и гололед примерно на протяжении одного километра; он, пешком переходя дорогу, скользил, будучи в зимней форменной обуви.

Свидетель КОВ, находившийся на месте ДТП до приезда специальной техники, показал что достоверно помнит, что в то время дорога в месте ДТП была очень скользкая; зафиксированные в протоколе осмотра сведения, в частности «грязное, покрытое льдом дорожное покрытие», соответствует действительности.

Свидетель ТАС ДД.ММ.ГГГГ при допросе указал, что проезжая часть была покрыта гололедом; ДД.ММ.ГГГГ указал, что на момент осмотра имелся мерзлый асфальт, полотно дороги покрыто снежным накатом, что он зафиксировал в протоколе и акте выявленных недостатков в содержании дорог как гололед, при допросе в суде указал, что составлял протокол осмотра места происшествия, в ходе чего установил наличие гололеда на месте ДТП, что и было им зафиксировано. Асфальтовое покрытие дороги было мерзлым, покрыто снежным накатом. Убежден, что на дороге имелся и лед, и снежный накат, но поскольку экспертом в данной области он не является, то однозначно утверждает о том, что дорога в указанном месте была скользкая. При этом показал, что в утреннее время он сам двигался на личном автомобиле по указанному участку дороги, и дорога по его ощущениям был скользкой, автомобиль заносило.

Свидетель КОВ в суде показал, что достоверно помнит, что в то время дорога в месте ДТП была очень скользкая; запомнил данный факт, так как, двигаясь по тому же участку дороги на заднеприводном автомобиле марки «<данные изъяты> не смог с места заехать на подъем дороги; ему пришлось откатывать автомобиль назад, чтобы суметь, не буксуя, подняться в подъем непосредственно на самой дороге; при этом его автомобиль был на качественной зимней резине.

Ответчик ООО «ЗДСК» в своих возражения на исковое заявление ссылался на наличие в месте ДТП дорожного знака «Скользкая дорога». что подтверждается схемой ОДД.

Вместе с тем данные обстоятельства опровергаются схемой ДТП, подтвержденной в суде показаниями свидетелей ТАС, КОВ, в которой установлено отсутствие в месте ДТП предупреждающего дорожного знака о скользком покрытии дорожного полотна.

Учитывая, что на участке дороги отсутствовал предупредительный знак об опасном участке дороги, дорожные условия в месте ДТП не отвечали требованиям безопасности, о чем указано в заключении экспертов №.

Суд исходит из заключения комиссионной автотехнической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводам которой дорожные условия, сложившиеся на момент ДТП на ДД.ММ.ГГГГ на <адрес> не соответствовали требованиям безопасности.

Представленное ответчиком заключение специалиста АНО «Московский областной центр судебных экспертиз» от ДД.ММ.ГГГГ № не может быть принято, так как выполнено во внесудебном порядке, специалист не предупреждался об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения.

При этом вопрос о заявлении ходатайства о назначении судебной экспертизы ставился в судебном заседании, однако представитель ответчика отказался от заявления такого ходатайства, сославшись на экономическую нецелесообразность такого ходатайства с учетом нахождения в судах нескольких граждански дел, связанных с рассматриваемым фактом ДТП.

В то же время заключение № от ДД.ММ.ГГГГ выполнено в рамках уголовного дела.

Оценив все представленные суду доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что наличие зимней скользкости в виде гололеда, а также снежного наката, мерзлого асфальта, а следовательно недостатков в содержании дорог в месте ДТП нашло свое подтверждение в ходе рассмотрения дела.

Отсутствие выданных в адрес ООО «ЗДСК» либо ФКУ Упрдор «Забайкалье» предписаний по факту ненадлежащего содержания дороги не опровергает данного вывода суда и не подтверждает надлежащее выполнение обязательств по содержанию автомобильной дороги.

В журнале оказания услуг по содержанию автомобильных дорог указано, что ДД.ММ.ГГГГ на <адрес> – распределение ПГМ. ДД.ММ.ГГГГ 6-80 км дежурный проезд в ДД.ММ.ГГГГ; на <адрес> км в ДД.ММ.ГГГГ, в ДД.ММ.ГГГГ распределение ПГМ; на <адрес> км в ДД.ММ.ГГГГ очистка дороги от снега, мех.очистка обочин от снега; ДД.ММ.ГГГГ <адрес> км в ДД.ММ.ГГГГ распределение ПГМ.

В журнале по борьбе с зимней скользкостью указано, что с <адрес> км с 01:00 до ДД.ММ.ГГГГ снег толщиной 1-2 мм, в ДД.ММ.ГГГГ на этом участке чистое состояние проезжей части, проводилась чистка щеткой, распределение ПГМ.

Вместе с тем указанные документы не подтверждают выполнение необходимого объема работ, поскольку содержат противоречия при указании времени, мест обработки, опровергаются показаниями свидетелей о том, что участок дороги не был обработан ПГМ, спецтехника прибыла после ДТП и распределила на участке ПГМ.

Таким образом, на проезжей части имелась зимняя скользкость, в том числе в виде гололеда, профилактическая работа по недопущению зимней скользкости ООО «ЗДСК» не проведена, на указанном участке дороге отсутствовал предупреждающий дорожный знак «Скользкая дорога».

При этом суд обращает внимание на то, что по итогам рассмотрения уголовного дела в отношении ТПС Читинским районным судом <адрес> вынесено частное постановление от ДД.ММ.ГГГГ, которым обращено внимание Федерального агентства РОСАВТОДОР на допущенные должностными лицами ФКУ Упрдор «Забайкалье» нарушения по содержанию федеральной автомобильной дороги <адрес> и отсутствие надлежащего контроля за соблюдением требований, предусмотренных ГОСТ Р 50597-2017 со стороны компетентных служб.

При таких условиях, принимая во внимание вышеизложенные обстоятельства, а также заключение ФКУ Упрдор «Забайкалье» государственного контракта с ООО «ЗДСК», суд приходит к выводу о ненадлежащем состоянии находившегося на обслуживании ответчика ООО «ЗДСК» дорожного покрытия на участке автодороги на месте дорожно-транспортного происшествия, свидетельствующем о неисполнении ответчиком ООО «ЗДСК» требований по обеспечению безопасности дорожного движения, соответственно, находит, что наличие скользкости покрытия проезжей части находится в причинно-следственной связи с дорожно-транспортным происшествием.

Оценив довод ответчиков о том, что водителем Т.Л.Н. должны были быть учтены дорожные и метеорологические условия, приняты все меры предосторожности в сложившейся дорожной ситуации и соблюдены требования пункта 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, суд находит их не состоятельными, поскольку грубой неосторожности, которая содействовала бы возникновению или увеличению вреда, водителем Т.Л.Н. не допущено, вина Т.Л.Н. в рассматриваемом ДТП отсутствует, что установлено вступившим в силу приговором суда.

При таких обстоятельствах исковые требования ФИО6 о взыскании с ответчика ООО «ЗДСК» компенсации морального вреда в связи с гибелью в результате ДТП его родителей подлежат удовлетворению.

Вместе с тем в удовлетворении требований к ответчикам ФКУ Упрдор «Забайкалье» и Роставтодору следует отказать, как в требованиях, заявленных к ненадлежащим ответчикам.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (пункт 27).

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (пункт 28).

Как разъяснено в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № под нравственными страданиями следует понимать страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека, в том числе переживания в связи с утратой родственников.

Из пояснений представителя истца усматривается, что у истца ФИО6 с родителями были близкие доверительные отношения, они регулярно навещали друг друга, созванивались по телефону, интересовались жизнью и здоровьем, делами друг друга, часто собирались вместе. Тот факт, что в результате ДТП истец потерял обоих родителей, безусловно стал для него сильнейшим потрясением.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля супруга ФИО6 – ТЮС суду показала, что с мужем проживает совместно ДД.ММ.ГГГГ в зарегистрированном браке. При жизни родителей у ФИО6 были с ними очень хорошие отношения, ежедневно общались, виделись не реже чем 2-3 раза в неделю. Много рассказывал о своем детстве, о том, как занимался спортом, отец его поддерживал, покупал ему первую форму, родители посещали его игры. Когда позвонили сотрудники полиции и сообщили о ДТП, ФИО6 был в шоковом состоянии, у него тряслись руки, он побелел, не мог сообразить, что ему делать, получил эмоциональный срыв. Сразу после гибели родителей взял отпуск на работе, замкнулся, не желал ни с кем общаться. Не отвечал на звонки. С момента ДТП на сегодняшний день прошло более трех лет, а он до сих пор до конца не осознал, не пришел в себя.

Судом учитывается крепкая семейная связь между сыном и родителями, возраст истца и его родителей, их одновременную гибель, отсутствие вины Т.Л.Н. в рассматриваемом ДТП, и с учетом принципа разумности и справедливости, суд приходит к выводу о взыскании с ООО «ЗДСК» в пользу истца компенсации морального вреда в связи со смертью отца в размере <данные изъяты> и в связи со смертью матери в размере <данные изъяты>, а всего полагает необходимым взыскать с ответчика ООО «ЗДСК» в пользу истца компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты>.

При этом, как указано выше, к ответчикам ФКУ Упрдор «Забайкалье», Роставтодору надлежит отказать.

В соответствии со статьей 103 ГПК РФ с ответчика ООО «ЗДСК» подлежит взысканию в бюджет городского округа «Город Чита» государственная пошлина в сумме <данные изъяты>.

На основании вышеизложенного, руководствуясь статьями 194 – 199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО6 удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Забайкальская дорожно-строительная компания» (ИНН <данные изъяты>) в пользу ФИО6 Т.С.В. , ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт <данные изъяты>), компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты>, судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере <данные изъяты>.

В удовлетворении остальной части исковых требований, в том числе в удовлетворении исковых требований к федеральному казенному учреждению «Управление федеральных автомобильных дорог на территории Забайкальского края Федерального дорожного агентства», Федеральному дорожному агентству Министерства транспорта Российской Федерации отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы (представления) в Забайкальский краевой суд через Центральный районный суд г. Читы.

Судья Е.В. Никифорова

Решение в окончательной форме изготовлено 1 сентября 2025 года.