Дело № 2а-4207/2022
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
22 декабря 2022 года г. Кострома
Свердловский районный суд г. Костромы в составе:
Председательствующего судьи Морева Е.А.,
при секретаре Столбушкиной И.А.,
рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по иску ФИО1 к ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Костромской области, УФСИН России по Костромской области, ФСИН России, Министерству Финансов РФ в лице Управления федерального казначейства по Костромской области о признании незаконными действий, выразившихся в ненадлежащих условиях содержания в исправительном учреждении, и взыскании компенсации морального вреда,
установил:
ФИО1 обратился в Свердловский районный суд г. Костромы с настоящим иском к ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Костромской области, в обоснование заявленных требований указал, что в 2007 году был арестован и помещен в СИЗО-1 г. Костромы, где находился в ненадлежащих условиях содержания около 1 года. 30.10.2007 истец осужден Свердловским районным судом г. Костромы, 07.03.2008 истец осужден Ленинским районным судом г. Костромы. В период нахождения в СИЗО-1 г. Костромы не соблюдались нормы материально-бытового обеспечения, нормы санитарной площади, приватность. Истец не помнит, в каких именно камерах он содержался. Помнит только камеру № в корпусе №, где было 12 посадочных мест. В камерах было предусмотрено содержание до 12 человек, фактически содержалось от 10 до 12 человек. В камерах расположены шесть двухъярусных кроватей, подвесной деревянный шкаф, вешалка, тумбочка, санитарный узел (чаша «Генуя») без изолированной кабины, стол с двумя скамьями на 6 человек, умывальник отдельный от санитарного узла, две розетки. В связи с нахождением большого количества мебели в камере было очень тесно. В нарушение ст. 99 УИК РФ жилая площадь в расчете на одного человека составляла менее установленной нормы. За столом не хватало мест. В связи с чем прием пищи приходилось осуществлять по очереди. Санитарный узел состоял из чаши «Генуя» без изолированной кабины, чем была нарушена приватность, отправление естественных нужд приходилось осуществлять на корточках, что негативно сказывалось на здоровье. В камерах на стенах и потолке были следы подтеков, грибок, дыры. В нарушение п. 17.15 СП стены не были гладкими и не были окрашены. В камерах отсутствовала вентиляция, проветривать камеру можно было исключительно только в период прогулки. В нарушение п. 19.35. СП отсутствовала приточно-вытяжная вентиляция. В нарушение п. 19.25 СП в камерах отсутствовала горячее водоснабжение. В камерах была недостаточная освещенность. Через разбитые окна, заклеенные пакетами, солнечный свет практически не проникал. Рамы сгнили за истечением срока эксплуатации. Прогулочные дворы не соответствовали стандартам общей площади на одного человека (20 кв.м.) без навесов от попадания осадков.
На основании изложенного истец просит признать незаконными действия (бездействия) администрации ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Костромской области, выразившихся в ненадлежащих условиях содержания в следственном изоляторе, и взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 250 000 рублей.
К участию в деле в качестве ответчиков привлечены УФСИН России по Костромской области, ФСИН России, Министерство Финансов РФ в лице Управления федерального казначейства по Костромской области.
В судебном заседании ФИО1 исковые требования поддержал, по доводам, изложенным в исковом заявлении.
Представитель ответчиков ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Костромской области, ФСИН России и УФСИН России по Костромской области ФИО2 исковые требования не признала, полагал, что заявленные истцом нарушения, как и наличие причинно-следственной связи между ними и морально – нравственными страданиями истца надлежащими доказательствами не подтверждены.
Ответчик Министерство Финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства по Костромской области в судебное заседание своего представителя не направил, направили письменный отзыв, полагали требования необоснованными, просили отказать в их удовлетворении, ходатайствовали о рассмотрении дела в отсутствие представителя ответчика.
Выслушав участвующих в деле лиц, изучив материалы дела, суд приходит к следующему:
В силу частей 1 и 2 ст. 12.1 Уголовно-исполнительного кодекса РФ лицо, осужденное к лишению свободы и отбывающее наказание в исправительном учреждении, в случае нарушения условий его содержания в исправительном учреждении, предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации, имеет право обратиться в суд в порядке, установленном Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации, с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение. Компенсация за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении присуждается исходя из требований заявителя с учетом фактических обстоятельств допущенных нарушений, их продолжительности и последствий и не зависит от наличия либо отсутствия вины органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих.
В соответствии с частью 1 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства РФ лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.
В пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» разъяснено, что условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий.Так, судам необходимо учитывать, что о наличии нарушений условий содержания лишенных свободы лиц могут свидетельствовать, например, переполненность камер (помещений), невозможность свободного перемещения между предметами мебели, отсутствие индивидуального спального места, естественного освещения либо искусственного освещения, достаточного для чтения, отсутствие либо недостаточность вентиляции, отопления, отсутствие либо непредоставление возможности пребывания на открытом воздухе, затрудненный доступ к местам общего пользования, соответствующим режиму мест принудительного содержания, в том числе к санитарным помещениям, отсутствие достаточной приватности таких мест, не обусловленное целями безопасности, невозможность поддержания удовлетворительной степени личной гигиены, нарушение требований к микроклимату помещений, качеству воздуха, еды, питьевой воды, защиты лишенных свободы лиц от шума и вибрации (например, статья 7 Федерального закона от 26 апреля 2013 года № 67-ФЗ «О порядке отбывания административного ареста», статьи 16, 17, 19, 23 Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», статья 99 УИК РФ).
Нарушение условий содержания является основанием для обращения лишенных свободы лиц за судебной защитой, если они полагают, что действиями (бездействием), с решениями или иными актами органов государственной власти, их территориальных органов или учреждений, должностных лиц и государственных служащих нарушаются или могут быть нарушены их права, свободы и законные интересы (статья 46 Конституции РФ).
В соответствии со ст. 3 Конвенции от 04.11.1950 «О защите прав человека и основных свобод» никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.
Порядок и условия содержания под стражей, гарантии прав и законных интересов лиц, которые в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом РФ задержаны по подозрению в совершении преступления, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом РФ избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, регулируются Федеральным законом от 15 июля 1995 г. № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений».
В соответствии со ст. 4 данного Федерального закона содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей.
В силу статьи 15 Федерального закона № 103-ФЗ в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом РФ. Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей.
Согласно ст. 23 вышеназванного федерального закона подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасной. Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров с учетом требований, предусмотренных частью первой статьи 30 настоящего Федерального закона.
В силу п. 1 ст. 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.
Согласно ст. 1069 ГК РФ, вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.
В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.
Согласно ст. 1101 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Как следует из п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10 от 20.12.1994 «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда», суду необходимо выяснить, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они причинены, степень вины причинителя, какие нравственные и физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме или иной материальной форме он их оценивает и их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.
В соответствии с п. 11 постановления Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» установленная ст. 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
Судом установлено, что административный истец ФИО1 содержался в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Костромской области в период с 22 августа 2007 г. по 09 ноября 2009 г., с 03 декабря 2007 г. по 17 марта 2008 г.
Указанные обстоятельства подтверждаются личной карточкой осужденного и информацией ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Костромской области.
При этом суд учитывает, что достоверных и допустимых доказательств свидетельствующих о камерах, в которых находился истец в вышеуказанный период времени, сколько лиц там содержалось в материалы дела не представлено, поскольку соответствующие документы уничтожены за истечением срока хранения.
Судом оценены вышеуказанные доводы истца ФИО1 о том, что в период его нахождения в ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по Костромской области имели место ненадлежащие условия содержания, в том числе были переполнены камеры, отсутствовали условия приватности при использовании туалета, имело место ненадлежащее освещение помещений камер, отсутствовала вентиляция в камерах, не хватало посадочных мест для приема пищи, отсутствовало остекление оконной рамы в камерах, антисанитария (ненадлежащее состояние потолков и стен камер), отсутствие горячей воды в камерах, превышение допустимого количества подозреваемых (обвиняемых) одновременно находящихся в прогулочном дворе, а также наличие фактической площади прогулочных дворов менее установленных норм.
Согласно ст. 16 Федерального закона № 103-ФЗ от 15.07.1995 года «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» в целях обеспечения режима в местах содержания под стражей федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний, федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере внутренних дел, федеральным органом исполнительной власти в области обеспечения безопасности, федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики, нормативно-правовому регулированию в области обороны, по согласованию с Генеральным прокурором Российской Федерации утверждаются Правила внутреннего распорядка в местах содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений.
Согласно п. 42 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденного приказом Минюста РФ от 14.10.2005 № 189 (в редакции, действовавшей в спорный период времени) камеры СИЗО оборудуются: одноярусными или двухъярусными кроватями; столом и скамейками с числом посадочных мест по количеству лиц, содержащихся в камере; шкафом для продуктов; вешалкой для верхней одежды; полкой для туалетных принадлежностей; бачком с питьевой водой; светильниками дневного и ночного освещения; напольной чашей (унитазом), умывальником (далее – Правила).
При отсутствии в камере водонагревательных приборов либо горячей водопроводной воды горячая вода для стирки и гигиенических целей и кипяченая вода для питья выдаются ежедневно в установленное время с учетом потребности (п. 43 Правил).
Из объяснений представителя ответчиков и данных технического паспорта зданий (строений) СИЗО-1, следует, что следственный изолятор был оборудован водопроводом от городской центральной сети.
Ответчик настаивал на наличии горячего водоснабжения в зданиях следственного изолятора.
При этом вышеуказанные Правила не предусматривали обязательное оборудование камер горячим водоснабжением.
Оценивая доводы административного истца о том, что площадь камер, где он находился, не соответствовала по нормам площади на одного человека, суд принимает во внимание, что доказательств данному обстоятельству истцом не представлено.
По сведениям ответчика установить конкретное место содержания истца в ходе рассмотрения дела не представилось возможным в виду истечения срока хранения документов.
Доказательств свидетельствующих о том, что истец содержался в камерах, где не была соблюдена санитарная норма площади в камере на одного человека, предусмотренная ст. 23 Федерального закона 15 июля 1995 г. № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» суду не представлено. Обстоятельств, свидетельствующих о переполненности камер в спорный период времени, суду также не представлено. Соответственно не имеется оснований утверждать, что у истца отсутствовало спальное место, а в камерах не хватало мест для приема пищи.
Оценивая доводы истца, что в камерах, где он содержался, были нарушены условия приватности, при отправлении естественных нужд, суд принимает во внимание, что исходя из содержания технических документов туалетная зона в камерах ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Костромской области представляла собой изолированное помещение с установленным санитарным оборудованием, которая в период содержания истца была оборудована экранами высотой 1 метр. Данные зоны, как следует из технических документов, находятся при входе, в углу, на значительном удалении от окон.
Вопреки доводам истца вышеуказанными правилами было прямо предусмотрено оборудование камер либо напольной чашей, либо унитазом. Таким образом, наличие в камерах чаши «Генуя» не свидетельствует о нарушении прав истца. Такое оборудование туалетов соответствует Нормам проектирования следственных изоляторов и тюрем Министерства юстиции Российской Федерации (СП15-01), утвержденными Приказом Минюста РФ № 161-дсп от 28 мая 2001 года.
Кроме того следует отметить, что данный свод правил устанавливает нормы проектирования и распространяется на строительство, реконструкцию, расширение, техническое перевооружение и капитальный ремонт зданий и не распространяет свое действие на объекты капитального строительства, проектная документация которых получила положительное заключение государственной экспертизы до их введения.
Как следует из материалов дела здание СИЗО введено в эксплуатацию значительно ранее введения вышеуказанных требований. При этом представитель ответчиков указывал на отсутствие мероприятий по реконструкции, капитальному ремонту здания до 2007-2008 годов.
Судом так же не установлено каких-либо обстоятельств, свидетельствующих о нравственных страданиях истца по заявленному основанию, таких как половая принадлежность лиц, присутствующих при осуществлении истцом санитарно-гигиенических процедур, возраст истца, состояние его здоровья. Каких-либо сведений о том, что туалет не предназначался исключительно для лиц мужского пола, т.е. одного пола с истцом, материалы дела не содержат. Наличие у истца индивидуальных особенностей к осуществлению санитарно-гигиенических процедур по возрасту либо по состоянию здоровья судом так же не установлено, истцом не заявлено.
Соответственно не представлено и доказательств наличия антисанитарных условий в камерах, где истец содержался (плесени, грибка), отсутствия на стенах штукатурки, окраски суду также не представлено.
Из данных технических документов и отзыва ответчика следует, что здания оборудованы принудительной системой вентиляции, что соответствует положениям СНиП 2.08.02-89, согласно которым в общественных зданиях вентиляцию с искусственным побуждением следует проектировать: если метеорологические условии и чистота воздуха не могут быть обеспечены вентиляцией с естественным побуждением или периодическим проветриванием помещений.
Согласно пояснениям представителя ответчика и материалам дела документов ежегодно в профилактических целях учреждением заключаются государственные контракты на оказание услуг по дезинсекции и дератизации. Договоры на проведение работ по дезинсекции и дератизации за 2007-2008 г.г. уничтожены в связи с истечением сроков их хранения.
Вопреки доводам истца об отсутствии необходимого освещения помещений камер, из материалов дела следует, что в камерах искусственное освещение осуществляется при помощи двух светильников с лампами накаливания по 100Вт, что обеспечивает освещенность 50 лк. Освещение включается с в 6 часов утра (подъем) и выключается в 22 часа (отбой). В ночное время с 22.00 по 06.00 часов включается ночное освещение с одной лампой накаливания 70 Вт.
Кроме того, как следует из представленных документов, все камеры имеют окна, т.е. источники естественного освещения. Естественное освещение в камерных помещениях определено согласно требованиям СНиП 23-05-95. Камеры оборудованы зарешеченными окнами размером не менее 1,2 м. по высоте и 0,9 м. по ширине в соответствии с требованиями приказа Минюста РФ № 161-дсп от 28.05.2011. При остеклении камерных помещений использовались двойные рамы. Установление жалюзийных решеток с наружной стороны оконных проемов камерных помещений устанавливаются предусмотрено СП 247.132800.2016 «Следственные изоляторы уголовно - исполнительной системы. Правила проектирования» и Нормами проектирования следственных изоляторов и тюрем Минюста России СП 15-01, утвержденных приказом Минюста России от 28 мая 2001 г. N 161-дсп.
Согласно приложению № 67 к Инструкции об организации службы по обеспечению надзора за подозреваемыми, обвиняемыми, осужденными, содержащихся в следственных изоляторах и тюрьмах уголовно-исполнительной системы, утвержденной приказом Минюста РФ от 03.11.2005 № 204-ДСП минимальный размер прогулочного двора составляет 12 кв.м. На каждого подозреваемого, обвиняемого или осужденного, выводимого на прогулку должно приходиться 2,5-3 кв.м. прогулочного двора.
Доказательств нарушений данных требований суду не представлено.
Как следует из объяснений представителя ответчиков подозреваемые (обвиняемые) выводились на прогулку с учетом данных нормативов.
Суд учитывает, что истцы по требованию о компенсации за ненадлежащие условия содержания не освобождены от обязанности по доказыванию обстоятельств, имеющих значение для дела, и в соответствии ч. 1 ст. 62 КАС РФ обязаны доказывать обстоятельства, на которые они ссылаются как на основания своих требований или возражений, если иной порядок распределения обязанностей доказывания по административным делам не предусмотрен настоящим Кодексом.
При таких обстоятельствах, оценив представленные в дело доказательства в соответствии с требованиями статьи 84 Кодекса административного судопроизводства РФ, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для признания условий содержания ФИО1 ненадлежащими и о возложении обязанности на ответчика устранить выявленные нарушения. Незаконности действий ответчика судом не установлено.
Истцом в обоснование заявленных исковых требований доказательства не представлено. Не представлены достаточные доказательства факта причинения морального вреда при обстоятельствах, изложенных в исковом заявлении, а также доказательства того, что в период нахождения в СИЗО-1, после освобождения из мест лишения свободы, в течение 14-15 лет, истец обращался с жалобами на условия содержания к администрации учреждения, в иные инстанции. Данное обстоятельство свидетельствует о низкой значимости для истца заявленных им нарушений.
При принятии решения, суд учитывает, что сам процесс содержания лица под стражей или отбывания им наказания законодательно урегулирован, осуществляется на основании нормативно-правовых актов, которыми регламентированы условия содержания, права и обязанности лиц, содержащихся под стражей. Соблюдение установленных государством нормативов для мест содержания под стражей или отбывания наказания направлено на обеспечение не только содержания в таких местах, но и реализации прав лиц, оказавшихся в них. Само по себе содержание истца под стражей или отбывание наказания в местах лишения свободы в установленных условиях не порождает права на компенсацию морального вреда.
По мнению суда, административному истцу в заявленный им период причинялись лишь те ограничения и лишения, которые являются неизбежными при применении наказания в виде лишения свободы.
То обстоятельство, что документы о наполняемости камер за период с 2007 по 2008 г.г., договоры либо иные документы, касающиеся места содержания истца (конкретной камеры) не сохранились в связи с истечением сроков их хранения, не свидетельствует о том, что в этот период условия содержания истца были ненадлежащие.
В данном случае указанные документы утрачены и не могут быть представлены в связи со значительным периодом времени прошедшим с момента нахождения истца в следственном изоляторе. Несвоевременное обращение истца в суд не позволило истцу представить данные документы.
Являются обоснованными доводы представителя ответчика о том, что истцом пропущен срок исковой давности, предусмотренный ст. 219 КАС РФ, согласно которой если Кодексом не установлены иные сроки обращения с административным исковым заявлением в суд, административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов.
С настоящим административным иском ФИО1 обратился в Свердловский районный суд г. Костромы 22.06.2022, спорный период нахождения в следственном изоляторе окончен 17.03.2008. Суд полагает, что за период более чем 14 лет с момента убытия из ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Костромской области у истца была реальная возможность обратиться в суд с данным исковым заявлением и реализовать свое право на судебную защиту в установленном порядке, установленные сроки. Истцом доводы и доказательства, свидетельствующие о том, что по тем или иным объективным причинам он был лишен своего права направлять обращения и заявления в органы государственной власти, не представлено. Отбывание наказания в местах лишения свободы не препятствовало обратиться истцу своевременно с настоящим исковым заявлением. Так, настоящее заявление подано истцом в период нахождения в исправительном учреждении.
С учетом изложенного суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 поскольку нарушений действующего законодательства и прав административного истца со стороны ответчиков по настоящему делу не установлено.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Костромской области, УФСИН России по Костромской области, ФСИН России, Министерству Финансов РФ в лице Управления федерального казначейства по Костромской области о признании незаконными действий, выразившихся в ненадлежащих условиях содержания в исправительном учреждении, и взыскании компенсации морального вреда, отказать.
Решение может быть обжаловано в Костромской областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Свердловский районный суд г. Костромы в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Судья Е.А. Морев