УИД 24RS0006-01-2022-001446-80

Судья Кирдяпина Н.Г. Дело 33-11077/2023

2.204

КРАСНОЯРСКИЙ КРАЕВОЙ СУД

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

11 сентября 2023 года г. Красноярск

Судебная коллегия по гражданским делам Красноярского краевого суда в составе:

председательствующего Кучеровой С.М.,

судей Михайлинского О.Н., Парфеня Т.В.,

с участием прокурора отдела прокуратуры Красноярского края Дубро В.И.,

при ведении протокола помощником судьи Бретавским В.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании по докладу судьи Парфеня Т.В.,

гражданское дело по иску ФИО1 к Краевому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Боготольская межрайонная больница» о взыскании компенсации морального вреда,

по апелляционной жалобе представителя КГБУЗ «Боготольская МБ» ФИО2

на решение Боготольского районного суда Красноярского края от 19 июня 2023 года, которым постановлено:

«Исковые требования ФИО1 к Краевому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Боготольская межрайонная больница» о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с Краевого государственного бюджетному учреждению здравоохранения «Боготольская межрайонная больница» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 500 000 (пятьсот тысяч) рублей.

Взыскать с Краевого государственного бюджетному учреждению здравоохранения «Боготольская межрайонная больница» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Краевому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Боготольская межрайонная больница» о взыскании компенсации морального вреда в сумме 1500000 рублей отказать».

Заслушав докладчика, судебная коллегия,

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к КГБУЗ «Боготольская МБ» о взыскании компенсации морального вреда.

Требования мотивированы тем, что 21.06.2021 у ее матери ФИО3 поднялась высокая температура, появились кашель и отдышка, в связи с чем на дом домой вызван участковый врач-терапевт КГБУЗ «Боготольская МБ» ФИО4, который назначил лечение, но не взял тест на № несмотря на пояснения больной о контакте с больным №. 24.06.2021 у ФИО3 открылась № приехала врач «скорой помощи», ввел инъекцию с лекарственным препаратом, не госпитализировав больную. До 27.06.2021 ФИО3 находилась дома, температура не спадала. 28.06.2021 около 11 часов последняя была госпитализирована в больницу, где в 15 часов умерла. По результатам взятого у нее в больнице теста на коронавирусную инфекцию, у ФИО3 № что согласно заключению комиссии экспертов от 23.12.2021 № 654 стало причиной ее смерти. Полагает, что ее мать умерла в результате ненадлежащего оказания медицинской помощи сотрудниками КГБУЗ «Боготольская МБ», в связи с чем, истец перенесла сильную душевную травму, до настоящего времени испытывает нравственные страдания.

Просит суд взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 2000000 рублей.

Судом постановлено вышеприведенное решение.

В апелляционной жалобе представитель КГБУЗ «Боготольская МБ» ФИО2 просит решение суда отменить, отказав в удовлетворении исковых требований. Указывает на то, что лечение ФИО3 было назначено правильно, вся необходимая помощь была оказана своевременно, а в соответствии с заключением судебно – медицинской экспертизы причинно – следственная связь между неблагоприятным исходом (смертью ФИО3) и действиями сотрудников больницы не установлена.

Представителем истца – ФИО5, а также помощником Боготольского межрайонного прокурора М.Н. Немченко принесены возражения на апелляционную жалобу в соответствии с текстом которых полагают принятое решение законным и обоснованным.

Признав возможным рассматривать дело в отсутствие не явившихся лиц, надлежаще извещенных о времени и месте рассмотрения дела, рассмотрев материалы дела, проверив решение суда, выслушав представителя КГБУЗ «Боготольская межрайонная больница» ФИО6, поддержавшего доводы апелляционной жалобы, заключение прокурора, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулируются Федеральным законом от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее также - Федеральный закон "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

В силу статьи 4 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - это физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ФИО3 <дата> года рождения является матерью ФИО7

21.06.2021 г. у ФИО3 появились №, в связи с чем в период с 22 по 23 июня 2021 г. к ней домой был вызван терапевт КГБУЗ «Боготольская МБ» ФИО12, который произвел осмотр последней, назначил противовирусную терапию, не выполнив записи о посещении больной в медицинской карте пациента.

25.06.2021 состояние ФИО3 ухудшилось, ей была вызвана «скорая медицинская помощь». Как следует из Карты вызова скорой медицинской помощи № 5963-20 от 25.06.2021 по ОСМП КГБУЗ «Боготольская МБ» у ФИО3 выявлены повышение температуры тела, кашель, слабость, рекомендовано посещени 28.06.2021 терапевта на дому.

28.06.2021 ФИО3 сотрудниками ОСМП КГБУЗ «Боготольская МБ» госпитализирована терапевтическое отделение КГБУЗ «Боготольская МБ», где в 15 часов 30 минут после реанимационных мероприятий констатирована ее биологическая смерть.

В целях проверки доводов сторон относительно качества оказания медицинской помощи, определением суда первой инстанции от 12.01.2023 судом первой инстанции по настоящему делу назначено проведение комплексной судебно-медицинской экспертизы, проведение которой поручено КГБУЗ ККБСМЭ.

На основании заключения комиссионной экспертизы № 6 от 27.02.2023 и в соответствии с актом медицинского исследования трупа № 196 от 30.06.2021 причиной смерти ФИО3 явилось заболевание «новая коронавирусная инфекция, вызванная вирусом №, осложненная двусторонней вирусной пневмонией, острым респираторным дистресс-синдромом» на неблагоприятном преморбидном фоне («№ что для данной пациентки предопределяло группу риска по неблагоприятному исходу.

При этом комиссией экспертов установлены следующие недостатки оказания медицинской помощи сотрудниками КГБУЗ «Боготольская МБ»: в медицинской карте пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях № оформленной в КГБУЗ «Боготольская МБ» на имя ФИО3 отсутствует запись о посещении терапевтом больной, при выполнении вызова фельдшерской бригадой СМП 25.06.2021 г. не выяснен эпидемиологический анамнез, не верно определено состояние больной (как «удовлетворительное»), не выполнены «Временные методические рекомендации. Профилактика, диагностика и лечение новой коронавирусной инфекции (№ 11 от <дата>, п. 9.4 «Порядок госпитализации в медицинские организации пациентов в зависимости от степени тяжести заболевания», а именно не осуществлена госпитализация больной в стационар (таковая госпитализация осуществлена только на восьмой день заболевания); на этапе стационарного лечения недооценена тяжесть состояния больной, не проведена консультация врача анестезиолога – реаниматолога. Вышеперечисленные недостатки оказания медицинской помощи создавали условия для прогрессирования заболевания и повышали вероятность летального исхода, однако они в прямой причинно – следственной связи с наступлением неблагоприятного исхода (смертью) не состоят.

Разрешая заявленные требования, суд первой инстанции обоснованно принял экспертное заключение № 06 от 27.02.2023 в качестве допустимого и достоверного доказательства по делу, так как данная экспертиза проведена на основании определения суда, экспертное исследование полностью соответствует требованиям гражданского процессуального закона, выполнено специалистами, имеющими большой экспертный стаж, квалификация которых сомнений не вызывает, эксперты предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу ложного заключения, не заинтересованы в исходе дела, заключение основано на материалах гражданского дела и имеющихся медицинских документах ФИО3, выводы экспертов оформлены надлежащим образом, научно обоснованы, представляются ясными, понятными и достоверными.

Удовлетворяя частично заявленные истцом требования о компенсации морального вреда, суд первой инстанции, руководствуясь положениями ст. 151, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. 2, 19, 64, 79 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", исследовав собранные по делу доказательства в их совокупности, оценив их в соответствии со ст. 60, 67, 71, 79 - 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, установив наличие допущенных ответчиком КГБУЗ «Боготольская МБ» нарушений при оказании медицинской помощи ФИО3 которые не состоят в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями в виде ее смерти, пришел к выводу о наличии оснований для взыскания с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда, причиненного смертью близкого родственника.

Из взаимосвязанных норм Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положений ст. ст. 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу.

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с (индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В силу п. 1 ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 "Обязательства вследствие причинения вреда" (ст. ст. 1064 - 1101) и ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно п. 1 ст. 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Согласно п. 14 названного постановления под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

В п. 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из ст. ст. 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Из изложенного следует, что право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав гражданина или посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (ст. ст. 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав пострадавшей стороны как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении во избежание произвольного завышения или занижения судом суммы компенсации.

Установив юридически значимые обстоятельства, на основании указанных в законе критериев, принимая во внимание обстоятельства, характер и степень допущенных соответствующим ответчиком нарушений при оказании медицинской помощи ФИО3 а также отсутствие установленной прямой причинно-следственной связи между допущенными нарушениями и смертью последней, учитывая индивидуальные особенности потерпевшей, характер причиненных истцу нравственных страданий, связанных с переживаниями по поводу утраты близкого родственника, требования разумности и справедливости, суд первой инстанции определил размер компенсации морального вреда в сумме 500 000 руб.

Суд апелляционной инстанции полагает возможным согласиться с выводами суда первой инстанции, сделанными в обоснование принятого по делу решения, основанными на установленных по делу обстоятельствах, представленных в деле доказательствах и нормах материального права, подлежащего применению к спорным отношениям.

Вопреки доводам представителя ответчика, оснований для снижения размера взысканной компенсации не имеется, поскольку определенный судом размер соответствует конкретным действиям ответчика по ненадлежащему оказанию медицинской помощи, указанным в заключении экспертизы, в соотношении с тяжестью причиненных истцу физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями личности истца (будучи дочерью испытывала чувство беспокойства, переживали относительно прогрессирующего ухудшения состояния здоровья близкого человека, обращалась к ответчику с целью получения надлежащей квалифицированной медицинской помощи, которая не была должным образом оказана, смерть ФИО3 привела к невосполнимой утрате семейных связей и разрыву близких отношений).

При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда подробно приведены в оспариваемом решении.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, судом первой инстанции правильно учтено, что юридическое значение имеет и косвенная (опосредованная) причинная связь, поскольку дефекты (недостатки) оказания работниками ответчика медицинской помощи ФИО3 могли способствовать ухудшению состояния ее здоровья и привести к неблагоприятному для нее исходу, то есть к смерти. При этом ухудшение состояния здоровья человека вследствие ненадлежащего оказания ему медицинской помощи, в том числе по причине дефектов ее оказания (постановка неправильного диагноза и, как следствие, неправильное лечение пациента, непроведение пациенту всех необходимых диагностических и лечебных мероприятий, ненадлежащий уход за пациентом и т.п.) причиняет страдания, то есть причиняет вред, как самому пациенту, так и его родственникам, что является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

Содержащееся в апелляционной жалобе суждение об отсутствии оснований для взыскания компенсации морального вреда в связи с отсутствием прямой причинно – следственной связи между выявленными недостатками оказания медицинской помощи и наступившими неблагоприятными последствиями противоречит приведенному правовому регулированию спорных отношений, которым возможность возмещения вреда, в том числе морального вреда, не поставлена в зависимость от наличия только прямой причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом.

Судебная коллегия отклоняет доводы ответчик о необходимости учета при определении размера компенсации большую загруженность медицинского персонала КГБУЗ «Боготольская МБ» в связи с большим количеством пациентов с новой коронавирусной инфекцией в юридически значимый период, поскольку указанное обстоятельство не освобождает медицинскую организацию от своевременного и качественного оказания медицинской помощи пациенту в возникшей ситуации.

Согласно п. 1 ст.401 ГК РФ лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства.

Согласно разъяснениям, данным в п. 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», по общему правилу, установленному п. 2 ст. 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствия своей вины.

Таким образом, из приведенных норм права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что обязанность доказать отсутствие оснований ответственности должен ответчик – медицинское учреждение, обладающее соответствующей компетенцией в силу своей профессиональной деятельности, в рассматриваемом случае представитель КГБУЗ «Боготольская МБ» таковые доказательства не представил.

Судебная коллегия считает, что при разрешении спора судом первой инстанции правильно определены правоотношения, возникшие между сторонами, определены и установлены в полном объеме юридически значимые обстоятельства, доводам сторон и представленным доказательствам дана правовая оценка в их совокупности.

Процессуальных нарушений, влекущих безусловную отмену решения, при рассмотрении дела судом первой инстанции допущено не было.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия,

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Боготольского районного суда Красноярского края от 19 июня 2023 года оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя КГБУЗ «Боготольская МБ» ФИО2 - без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в трехмесячный срок со дня вынесения в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции (в г.Кемерово) с принесением кассационной жалобы через суд первой инстанции.

Председательствующий: Кучерова С.М.

Судьи: Михайлинский О.Н.

Парфеня Т.В.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 18 сентября 2023 года