УИД №42RS0040-01-2022-001224-46

Номер производства по делу (материалу) №2-1161/2022

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Кемерово 28 октября 2022 года

Кемеровский районный суд Кемеровской области в составе председательствующего судьи Почекутовой Ю.Н.

при секретаре Хаметовой Д.А.

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ФИО7 к ФИО8 о защите права на неприкосновенность частной жизни, компенсации морального вреда

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО7 обратился в суд с иском к ФИО8 о защите права на неприкосновенность частной жизни, компенсации морального вреда.

Свои требования мотивирует тем, что между ним, проживающим по <адрес> и ФИО8, проживающим по <адрес> сложились неприязненные отношения на протяжении уже многих лет.

Их дома расположены друг напротив друга, через проселочную <адрес>, то есть фактически они являются соседями.

Ответчик ФИО8 оказывает на него психологическое давление, преследование, постоянно пишет разного рода заявления по выдуманным событиям в полицию и иные надзорные органы. ФИО8 установил видеокамеру на постройке и направил в окно жилого дома, где проживает истец ФИО7 с супругой. Ответчик неоднократно кидался на истца с применением физической силы, оскорбляет, клевещет, постоянно делает замечания истцу и его супруге, вторгается на частную территорию истца без его разрешения, нарушает права личной и семейной жизни, путем сбора информации через видеонаблюдение, направленное в огород истца и окна его дома.

Конфликтные отношения между истцом и ответчиком начались с 2012 года и продолжаются по настоящее время.

Так, 26.04.2012 истец сообщил в полицию Кемеровского района, что его сосед ФИО8 зашел к ним в ограду и начал скандалить с супругой истца, ФИО1, утверждая, что они стреляли в его собаку и теперь она умирает, при этом угрожал, что перестреляет их в ответ. По данному событию 04.05.2012 было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела.

Согласно постановлению об отказе в возбуждении уголовного дела от 22.04.2021, установлено и подтверждено самим ФИО8, что он направил в сторону участка и дома ФИО7 камеры видеонаблюдения, а также обещал следователю перенаправить обзор камеры, чтобы она не захватывала дом ФИО7, однако, ответчик этого не сделал до настоящего времени.

Согласно постановлению об отказе в возбуждении уголовного дела от 07.08.2020, ФИО8 обратился в полицию с заявлением о порче имущества, а именно, своих камер видеонаблюдения, указывая на то, что их испортил ФИО7, с использованием каких-то технических средств, которые излучают волны. Однако, в ходе проверки было установлено, что никаких технических средств ФИО9 не использует.

Согласно постановлению об отказе в возбуждении уголовного дела от 15.04.2022, ФИО8 подтверждает тот факт, что он периодически подходит к ограде ФИО7, так как хочет уличить его в нарушении экологического законодательства и откачки отходов.

ФИО8 постоянно жалуется на ФИО7 о том, что он выкачивает отходы на улицу, по этому поводу приезжали сотрудники полиции, а также была проведена проверка должностными лицами Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Кемеровской области, по результатам которой производство по делу об административном правонарушении в отношении него было прекращено.

Согласно постановлению об отказе в возбуждении уголовного дела от 20.04.2020, установлено, что между ФИО8 и ФИО7 произошел конфликт, в ходе которого ФИО8 обвинял ФИО7 в откачке канализации.

Согласно постановлению об отказе в возбуждении уголовного дела от 10.03.2020 установлено, что ФИО8 подошел к ФИО7, к его ограде для выяснения обстоятельств, выкачивает ли ФИО7 отходы на улицу общего пользования.

Согласно определению об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении от 19.02.2021, установлено, что между ФИО8 и ФИО7 произошел конфликт, из-за того, что ФИО8 начал выяснять у ФИО7 выкачивает ли он отходы из своей выгребной ямы. Словесный конфликт перешел в побои, согласно заключению СМЭ, ФИО7 были причинены: <данные изъяты>

Истец указывает, что это только часть материалов (их около 20-30), которые находятся в отделе полиции по Кемеровскому муниципальному округу.

При обращении с иском в суд, истец ФИО7, ссылаясь на положения ст.ст.17, 18, 23 Конституции Российской Федерации, ст.ст.150, 151 ГК РФ, просил обязать ФИО8 прекратить любого рода преследования в отношении него, в том числе, телефонные звонки, СМС-сообщения с использованием сети интернет, почтовой переписки, приближаться к ограде жилого дома ФИО7 ближе, чем на 5 метров и иное преследование.

Запретить ФИО8 производить видеофиксацию жилого дома и земельного участка, расположенных по <адрес>, принадлежащие ФИО7.

Взыскать с ФИО8 в его пользу компенсацию за причиненный вред и нравственные страдания в размере 50 000 рублей.

В ходе судебного разбирательства истец ФИО7 уточнил исковые требования, в которых просил: обязать ФИО8 прекратить любого рода преследования истца ФИО7, не вступать и не искать контактов с истцом ФИО7, запретить приближаться к ограде жилого дома ФИО7, а также запретить приближаться на любое расстояние к ФИО7, позволяющее какое-либо физическое соприкосновение с ним.

Запретить ФИО8 производить видеофиксацию жилого дома и земельного участка, расположенных по <адрес> принадлежащие ФИО7.

Взыскать с ФИО8 в его пользу компенсацию за причиненный вред и нравственные страдания в размере 50 000 рублей.

Истец ФИО7 в судебное заседание не явился, своевременно и надлежащим образом был извещен о времени и месте рассмотрения дела посредством направления смс-сообщения по номеру телефона истца, о причинах неявки суду не сообщил, рассмотреть дело в своё отсутствие не просил.

В соответствии со ст.167 ГПК РФ суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие истца ФИО7

В судебном заседании представитель истца ФИО7 – ФИО10, действующая на основании доверенности 42 АА 3467784 от 20.09.2022, сроком один год, доводы и требования искового заявления поддержала в полном объеме, настаивала на удовлетворении уточненных исковых требованиях.

В судебном заседании ответчик ФИО8 возражал против удовлетворения исковых требований.

Представитель ответчика ФИО8 – ФИО11, действующий на основании доверенности 42 АА 3417376 от 02.09.2022, сроком на два года (л.д.35), возражал против удовлетворения исковых требований. Полагал, что исковые требования истца не конкретизированы, преследования истца ФИО8 не осуществляет. Камеры видеонаблюдения, установленные на гараже и жилом доме ФИО8, не фиксируют жилой дом, дворовую территорию истца. Указал, что в ходе судебного разбирательства факт противоправных действий со стороны ФИО8 в отношении ФИО7 не доказан. Просил в удовлетворении исковых требований ФИО7 отказать в полном объеме.

Выслушав представителя истца, ответчика, представителя ответчика, допросив свидетелей, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

В силу ст. 12 ГК РФ, ст. 56 ГПК РФ каждое лицо имеет право на защиту своих гражданских прав способами, предусмотренными законом, правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как основание своих требований и возражений.

В соответствии со ст. 1, ст. 8 ГК РФ выбор способа защиты права избирается истцом, при этом он должен соответствовать характеру допущенного нарушения и удовлетворение заявленных требований должно привести к восстановлению нарушенного права или защите законного интереса.

В соответствии со статьей 2 Конституции РФ человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией РФ (часть 1 статьи 17 Конституции РФ).

Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (часть 2 статьи 17 Конституции РФ).

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции РФ).

В соответствии с частью 1 статьи 23 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени.

В главе 8 Гражданского кодекса Российской Федерации содержатся общие положения о нематериальных благах и их защите, согласно которым защите подлежат: неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения и выбора места пребывания и жительства и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, не отчуждаемые и не передаваемые иным способом.

В соответствии с п. 1 ст. 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.

Пунктом 2 ст. 8 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, частью 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации установлено, что право на неприкосновенность частной жизни может быть ограничено законом.

К сбору и обработке фото - и видеоизображений применим Федеральный закон от 27.07.2006 N 152-ФЗ "О персональных данных" (далее Федеральный закон), предусматривающий следующее: персональными данными является любая информация, относящаяся прямо или косвенно к определенному или определяемому физическому лицу (субъекту персональных данных) (п. 1 ст. 3), что включает фото - и видеоизображение человека.

Согласно статье 2 данного Федерального закона его целью является обеспечение защиты прав и свобод человека и гражданина при обработке его персональных данных, в том числе права на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну.

Обработка персональных данных осуществляется с согласия на это субъекта (п. 1 ч. 1 ст. 6 Федерального закона), в связи с чем, получение фото- и видеоизображений людей путем установки видеокамер, обработка биометрических персональных данных могут осуществляться только при наличии согласия в письменной форме (ч. 4 ст. 9) субъекта персональных данных (ст. 11 Федерального закона).

Одной из основополагающих конституционных гарантий является неприкосновенность частной собственности, в том числе и собственности на недвижимое имущество и земельные участки (ст. ст. 34, 35 Конституции Российской Федерации).

В силу ч. 1 ст. 15 Земельного кодекса РФ собственностью граждан и юридических лиц (частной собственностью) являются земельные участки, приобретенные гражданами и юридическими лицами по основаниям, предусмотренным законодательством Российской Федерации.

В силу положений ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

В силу ст. 150 ГК РФ неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна являются нематериальным благом.

Нематериальные блага защищаются в соответствии с данным Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения (пункт 2 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с абз. 2 п. 2 ст. 150 ГК РФ в случаях, если того требуют интересы гражданина, принадлежащие ему нематериальные блага могут быть защищены, в частности, путем признания судом факта нарушения его личного неимущественного права, опубликования решения суда о допущенном нарушении, а также путем пресечения или запрещения действий, нарушающих или создающих угрозу нарушения личного неимущественного права либо посягающих или создающих угрозу посягательства на нематериальное благо.

Следовательно, гражданин, чьи нематериальное блага нарушаются действиями иного лица, имеет право обратиться в суд с целью их защиты.

Согласно п. 1 ст. 152.1 ГК РФ обнародование и дальнейшее использование изображения гражданина (в том числе его фотографии, а также видеозаписи или произведения изобразительного искусства, в которых он изображен) допускается только с согласия этого гражданина. Такого согласия не требуется в случаях, когда: 1) использование изображения осуществляется в государственных, общественных или иных публичных интересах; 2) изображение гражданина получено при съемке, которая проводится в местах, открытых для свободного посещения, или на публичных мероприятиях (собраниях, съездах, конференциях, концертах, представлениях, спортивных соревнованиях и подобных мероприятиях), за исключением случаев, когда такое изображение является основным объектом использования; 3) гражданин позировал за плату.

Согласно п. 1 ст. 152.2 ГК РФ, если иное прямо не предусмотрено законом, не допускаются без согласия гражданина сбор, хранение, распространение и использование любой информации о его частной жизни, в частности сведений о его происхождении, о месте его пребывания или жительства, о личной и семейной жизни. Не являются нарушением правил, установленных абзацем первым настоящего пункта, сбор, хранение, распространение и использование информации о частной жизни гражданина в государственных, общественных или иных публичных интересах, а также в случаях, если информация о частной жизни гражданина ранее стала общедоступной либо была раскрыта самим гражданином или по его воле.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьей 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Как следует из материалов дела и установлено судом, истец ФИО7 является собственником жилого дома и земельного участка, расположенных по <адрес> что не оспаривалось ответчиком ФИО8 в ходе судебного разбирательства.

Согласно справке-характеристике, выданной Береговым территориальным управлением Кемеровского муниципального округа, истец ФИО7 по месту жительства характеризуется положительно, придомовая территория содержится в порядке (л.д.44).

По месту прохождения службы в ЦКС Управления МВД России по г.Кемерово зарекомендовал себя с положительной стороны (л.д.45).

Ответчик ФИО8 является собственником жилого дома, расположенного по <адрес>, что подтверждается копией свидетельства о государственной регистрации права (л.д.58).

Дома истца ФИО7 и ответчика ФИО8 расположены друг напротив друга, через проселочную дорогу.

Обращаясь в суд с настоящим иском, а также в судебном заседании, состоявшемся 20.10.2022, истец ФИО12 указал, что между ним и ФИО8 сложились неприязненные, конфликтные отношения. Конфликт между ними длится на протяжении 10 лет, с 2012 года.

В 2021 году отношения между ним и ФИО8 стали еще более напряженными, ответчик ФИО8 обвинил его в том, что он сливает отходы со своей сливной ямы на дорогу общего пользования, по этому поводу ФИО8 писал на него жалобы в различные инстанции. Однако, он никогда не осуществлял слив из канализации на дорогу общего пользования. В 2018 году в отношении него проводилась проверка по очередному заявлению ФИО8 о том, что он сливает отходы на дорогу общего пользования. По результатам рассмотрения, производство по делу об административном правонарушении в отношении него было прекращено, в связи с отсутствием события административного правонарушения.

Ответчик ФИО8 на своем доме и гараже установил наружные камеры видеонаблюдения, которые направлены на его дом и двор, и фиксируют все происходящее в его дворе. Тем самым, ответчик имеет постоянную возможность контролировать происходящее на территории его домовладения, знает о его передвижениях и передвижениях членов его семьи. Как только он выходит во двор, к его воротам сразу подходит ответчик ФИО8, который ведет себя агрессивно, пытается спровоцировать конфликт, обвиняет его в том, что он производит слив канализации (канализационных стоков) на территорию общего пользования.

Полагает, что указанными действиями ответчик ФИО8 вторгся в его частную жизнь, нарушив неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну. По данному факту он обращался в полицию, однако, в возбуждении уголовного дела было отказано, ФИО8 было разъяснено о необходимости перенаправить обзор камеры таким образом, чтобы она не захватывала его дом, однако, ответчик этого не сделал до настоящего времени.

Кроме того, ответчик ФИО8 по отношению к нему ведет себя агрессивно, однажды избил его, у него есть медицинское заключение по данному факту. Указал, что действиями ответчика нарушаются его личные нематериальные блага, он испытывает <данные изъяты>

В подтверждение наличия конфликтных отношений между ним и ответчиком ФИО8, истцом в материалы дела представлены копии: постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 04.05.2021, согласно которому в возбуждении уголовного дела по сообщению о совершении преступления, предусмотренного ст.119 УК РФ в отношении ФИО8 было отказано, на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ, в связи с отсутствием в деянии указанного состава преступления (л.д.9); постановления об отказе в возбуждении уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного ч.1 ст.137 УК РФ, по основанию п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ в связи с отсутствием состава вышеуказанного преступления в действиях ФИО8 от 22.04.2021 (л.д.10-11); постановления об отказе в возбуждении уголовного дела по сообщению о совершении преступления, предусмотренного ст.167 УК РФ, в связи с отсутствием состава указанного преступления в действиях ФИО7 (л.д.12); постановления об отказе в возбуждении уголовного дела по сообщению по основаниям, предусмотренным п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ в связи с отсутствием в действиях ФИО8 состава преступления, предусмотренного ч.1 ст.119 УК РФ от 15.04.2022 (л.д.13).

Кроме того, в подтверждение своих доводов о том, что он не производит слив канализации (откачку канализационных стоков) на территорию общего пользования, истцом представлена копия постановления по делу об административном правонарушении №80 от 27.04.2018, вынесенного начальником территориального отдела Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Кемеровской области в г.Березовском, г.Топки, Кемеровском и Топкинском районах ФИО2, согласно которому производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном ст.8.2 КоАП РФ, в отношении ФИО7 было прекращено, на основании ч.1 ст.24.5 КоАП РФ – в связи с отсутствием события административного правонарушения (л.д.14-16).

Кроме того, истцом представлены скрины снимков экрана с видеокамеры, установленной на территории истца по <адрес>, на которой видно, как ФИО8 подходит к дому истца ФИО7 (л.д.63-66), а также фотографии гаража ответчика ФИО8, на котором установлена камера видеонаблюдения, ракурс которой направлен на домовладение истца ФИО7 (л.д.67-68).

В рамках рассмотрения спора судом обозревался СD-диск с видеозаписями, на которых изображен ФИО8, подходящий к ограде дома истца ФИО7, а также драка между ФИО7 и ФИО8

Кроме того, по ходатайству истца ФИО7 в судебном заседании, состоявшемся 20.10.2022, были допрошены свидетели.

Так, свидетель ФИО3 суду пояснил, что истца ФИО9 он знает около 30 лет, раньше они вместе работали. Он часто бывает в гостях у ФИО7 и никогда не видел, что он производит откачку канализации на территорию общего пользования, на участке у него порядок. Пояснил также, что он видел, что камера видеонаблюдения, установленная на территории ФИО8, направлена на жилой дом и земельный участок ФИО12

Свидетель ФИО4 суду пояснил, что ФИО7 он знает с 2004 года, отношения хорошие, неоднократно бывал у него в гостях, ФИО8 он тоже знает. Ему известно о том, что между ФИО7 и ФИО8 сложились неприязненные отношения. Он никогда не видел, что ФИО7 производит откачку канализации на территорию общего пользования. Ему также известно, что на гараже ФИО8 установлена камера видеонаблюдения.

Свидетель ФИО5 суду пояснил, что ФИО7 – его отец, ФИО8 – сосед его отца, он проживает через дорогу в доме напротив. Между его отцом и ФИО8 сложились неприязненные отношения, которые длятся на протяжении длительного времени. ФИО8 утверждает, что его отец ФИО7 производит слив (откачку) канализации на улицу общего пользования. Однако, его обвинения являются необоснованными. По заявлению ФИО8 в отношении отца была проведена проверка, и обстоятельства, указанные ФИО8, не подтвердились. Для того, чтобы наблюдать за отцом, ФИО8 на своем гараже установил камеру видеонаблюдения, ракурс которой направлен на жилой дом и земельный участок его отца. Кроме того, ФИО8 неоднократно подходил к ограде дома отца, провоцирует конфликт, зимой этого года, он спровоцировал драку с отцом.

Показания указанных свидетелей являются последовательными, непротиворечивыми, согласуются между собой, а также с иными, исследованными в ходе судебного разбирательства доказательствами, а потому принимаются судом.

Возражая против удовлетворения исковых требований, ответчик ФИО8 суду пояснил, что конфликтные отношения между ним и истцом ФИО7 длятся в течение длительного времени, с 2012 года. В последние годы он начал замечать, что ФИО7 осуществляет откачку канализации со своей выгребной ямы на дорогу общего пользования, тогда он обратился к ФИО7 с требованием прекратить слив (откачку) канализации на дорогу общего пользования. ФИО12 отрицал совершение указанных действий.

Тогда он для того, чтобы уличить ФИО7 в совершении противоправных действий, а именно доказать, что он осуществляет слив (откачку) канализации из выгребной ямы, находящейся на его дворовой территории, на дорогу общего пользования, в 2019 году установил на своем гараже камеру видеонаблюдения. Указанную камеру видеонаблюдения он направил на дорогу общего пользования, с указанной камеры видеонаблюдения, он хотел зафиксировать факт того, как ФИО7 осуществляет откачку канализации из выгребной ямы. Выгребная яма (туалет) стоит на территории истца, один раз он видел, что ФИО7 ходит под окошком дома за забором. Тогда он подошел к ограде дома ФИО7, и почувствовал резкий запах. Он понял, что ФИО7 производит откачку канализации, позвал свидетелей, в дальнейшем он раз пять видел, как ФИО7 производил откачку канализации, предупреждал ФИО7 о недопустимости таких действий.

По ходатайству ответчика ФИО8 в судебном заседании, состоявшемся 20.10.2022, был допрошен свидетель ФИО6, который суду пояснил, что в пос.Кузбасский Кемеровского муниципального округа он проживает с 2011 года. ФИО7 и ФИО8 – его соседи, отношения между ФИО8 и ФИО7 очень напряженные, конфликтные. Ему известно о том, что у ФИО7 должным образом не была настроена система канализации, и канализационные стоки переполняли резервуар, стоял неприятный запах, появились мухи. Примерно в 2013-2014 годах ФИО8 пригласил его к себе, и показал, что ФИО7 производит откачку канализации, зимой возле ограды ФИО7, образовалась проталина.

Суд критически относится к показаниям указанного свидетеля, поскольку очевидцем откачки канализации ФИО7 он не являлся, об этом ему известно только со слов ФИО8

В ходе судебного разбирательства ответчик ФИО8 указал также, что на принадлежащей ему территории по адресу<адрес> установлено 4 камеры видеонаблюдения. Установка камер видеонаблюдения произведена им в целях личной безопасности и сохранности принадлежащего ему имущества. Две камеры видеонаблюдения выходят во двор (одна – установлена на жилом доме, вторая – на бане), две камеры видеонаблюдения, установленные на гараже и жилом доме, выходят на улицу. Ракурс камеры видеонаблюдения, установленной на жилом доме, направлен на улицу справа, ракурс камеры, установленной со стороны гаража – направлен на улицу слева. Ракурс камеры, установленной на жилом доме, и направленной на улицу справа, обозревает ограду и жилой дом истца ФИО7. Указал также, что на территории истца с камер просматривается выгребная яма (туалет), крольчатник.

При обращении ФИО7 в полицию по факту установки им камеры видеонаблюдения на гараже, по требованию следователя он опустил камеру видеонаблюдения, установленную на гараже, ниже, чтобы не просматривалась территория истца. У истца ФИО7 установлен забор высотой около 2 метров, в связи с чем, что происходит за ним, камера видеонаблюдения не фиксирует. От его гаража до забора истца расстояние около 40 метров.

Между тем, на представленных ответчиком фотографиях на л.д.60 усматривается, что ракурс камер видеонаблюдения, установленных ответчиком ФИО8 на гараже и жилом доме со стороны улицы, направлен не только на обзор улицы и забора, ограждающего территорию истца, а также фиксирует жилой дом и дворовую территорию истца, что не оспаривалось ответчиком в ходе судебного разбирательства.

В ходе судебного заседания представитель истца ФИО10 уточнила исковые требования, в части обязания ответчика не производить видеофиксацию домовладения истца, а именно, просила обязать ФИО8 не производить видеофиксацию жилого дома и земельного участка, принадлежащих истцу ФИО7 с камер видеонаблюдения, расположенных на гараже и жилом доме ответчика со стороны улицы. На удовлетворении остальных исковых требованиях также настаивала.

При установленных обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что ответчик, установив камеры видеонаблюдения: одну на гараже, одну на жилом доме со стороны улицы, ракурс которых направлен в сторону жилого дома и земельного участка, принадлежащих ФИО7, и осуществлявших фиксацию по <адрес>, допустил нарушение личных неимущественных прав истца – права на неприкосновенность частной жизни, так как ответчик имеет непосредственную возможность вести запись указанной территории и лиц находящихся на ней, фиксировать их и использовать в дальнейшем при недоказанности со стороны ответчика о необходимости законного сбора сведений о частной жизни ФИО7 и членах его семьи.

Факт установки на гараже и жилом доме ответчика видеокамер, направленных в сторону жилого дома и земельного участка истца и осуществление с них видеозаписей, а также дальнейшая возможность использования этих видеозаписей ответчиком, при рассмотрении дела, не оспаривались, не опровергались, подтверждены надлежащими и допустимыми доказательствами. Между тем, необходимость законного сбора сведений о частной жизни ФИО7 и членах его семьи со стороны ответчика не доказана.

В связи с изложенным, а также с учетом того, что только две камеры видеонаблюдения осуществляют фиксацию жилого дома и земельного участка истца, суд считает необходимым обязать ФИО8 не производить видеофиксацию, а именно, не размещать две камеры систем видеонаблюдения, установленных на его гараже и крыше жилого дома, расположенных по <адрес> таким образом, чтобы они были направлены в сторону жилого дома и земельного участка, принадлежащих ФИО7 и осуществляли фиксацию по <адрес>

Истцом также заявлены требования о взыскании с ответчика компенсации морального вреда в размере 50 000 рублей.

Разрешая заявленные требования о компенсации морального вреда, причиненного истцу, суд исходит из следующего.

В силу пункта 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Денежная компенсация морального вреда возможна, в том числе, в случае установления факта нарушения нематериальных благ, предусмотренных ст.150,151, 152.2 ГК РФ.

Как установлено судом, вопреки вышеприведенным требованиям Федерального закона о персональных данных, положениям земельного и гражданского законодательства камеры, установленные ответчиком, фиксирующие, в том числе частную территорию истца и пребывание на ней собственника и членов ее семьи, позволяет ответчику собирать сведения об истце и ее членов семьи, нарушая неприкосновенность частной жизни ФИО7, а также членов его семьи, что является основанием для восстановления права истца посредством компенсации морального вреда со стороны нарушителя прав.

В то же время, ответчиком бесспорной совокупности доказательств в обоснование своих возражений о непричинении морального вреда истцу в нарушение статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не было приведено.

Поскольку видеофиксация действительно позволяла ответчику осуществлять сбор и хранение информации о частной жизни истца, членов его семьи, что давало возможность использовать эту информацию без согласия лиц, чья съемка ведется, судом, вопреки доводам ответчика, установлено наличие нарушения личных неимущественных прав истца.

Согласно разъяснениям, приведенным в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Статьей 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Учитывая характер спора и установленные по делу фактические обстоятельства, требования разумности и справедливости, степень и характер нравственных страданий истца, а также принцип разумности и справедливости суд считает возможным определить размер компенсации морального вреда, подлежащего возмещению в сумме 5000 рублей и взыскать денежные средства в указанной сумме с ответчика ФИО8 в пользу истца ФИО7

При этом, суд не находит оснований для удовлетворения требований истца в части обязания ФИО8 прекратить любого рода преследования, не вступать и не искать контактов с истцом ФИО7, запретить приближаться к ограде жилого дома ФИО7, а также запретить приближаться на любое расстояние к ФИО7, позволяющее какое-либо физическое соприкосновение с ним, поскольку действующим законодательством требования о возложении обязанности прекращения любого рода преследования, об установлении дистанции не предусмотрены.

Таким образом, исковые требования ФИО7 подлежат частичному удовлетворению.

В ходе судебного разбирательства ответчиком ФИО8 заявлено ходатайство о взыскании расходов на оплату услуг представителя в размере 35 000 рублей.

В соответствии с ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии со ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся расходы на оплату услуг представителей.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

В соответствии с ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны связанные с рассмотрением дела почтовые расходы, понесенные сторонами; расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Норма ст. 100 ГПК РФ, устанавливая порядок присуждения расходов на оплату услуг представителя, которые также относятся к числу судебных расходов, является нормой специальной, которая подлежит применению, если устанавливает иные, отличные от общей нормы, правила.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 1, 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" принципом распределения судебных расходов выступает возмещение судебных расходов лицу, которое их понесло, за счет лица, не в пользу которого принят итоговый судебный акт по делу.

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства. Разумность судебных издержек на оплату услуг представителя не может быть обоснована известностью представителя лица, участвующего в деле.

Лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек (п.10).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 года N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", при неполном (частичном) удовлетворении имущественных требований, подлежащих оценке, судебные издержки присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику - пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано (статьи 98, 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В абзаце 2 пункта 21 того же Постановления указано, что правило о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек не подлежат применению при разрешении, в том числе, иска неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку требования, направленного на защиту личных неимущественных прав (например, о компенсации морального вреда).

В обоснование понесенных расходов на оплату услуг представителя ответчиком представлены договор об оказании юридических услуг от 19.09.2022, заключенный между ответчиком ФИО8 («Доверитель») и ФИО11 («Представитель»).

В соответствии с п.2.1 Договора, Представитель обязан оказать Доверителю юридические услуги в виде представления его интересов в судах всех инстанций в качестве ответчика по гражданскому делу №2-1161/2022.

Доверитель обязуется выплатить представителю денежное вознаграждение за оказанные услуги в размере 3000 рублей за ознакомление с материалами дела, восемь тысяч рублей за каждый день участия в судебном процессе в суде первой и вышестоящих инстанций, восемь тысяч рублей за составление апелляционной жалобы либо возражения на апелляционную жалобу (л.д.86).

Интересы ФИО8 в суде первой инстанции представлял ФИО11, действующий на основании доверенности 42 АА 3417376 от 02.09.2022, сроком на два года (л.д.35).

ФИО11 проделана следующая работа: ознакомление с материалами дела, о чем имеется отметка в справочном листе, участие в предварительном судебном заседании 20.09.2022, в судебных заседаниях 20.10.2022, 26.10.2022, 28.10.2022.

У суда нет оснований сомневаться в том, что ФИО8 получил реальную помощь от представителя ФИО11

В соответствии с п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов. Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

При определении суммы, подлежащей взысканию в пользу ФИО8 в возмещение расходов на оплату услуг представителя, суд принимает во внимание характер заявленного спора, сложность дела, объем оказанных по делу услуг, баланс процессуальных прав и обязанностей сторон, баланс их интересов и материальное положение, количество судебных заседаний, в которых принимал участие его представитель, объем исследованных в судебных заседаниях доказательств, требования разумности, и считает необходимым взыскать в пользу ФИО8 с ФИО7 в возмещение расходов на оплату услуг представителя в размере 10 000 рублей, полагая данную сумму разумной и соответствующей оказанным услугам.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО7 к ФИО8 о защите права на неприкосновенность частной жизни, компенсации морального вреда – удовлетворить частично.

Обязать ФИО8, <данные изъяты>) не производить видеофиксацию, а именно, не размещать две камеры систем видеонаблюдения, установленных на его гараже и крыше жилого дома, расположенных по <адрес> таким образом, чтобы они были направлены в сторону жилого дома и земельного участка, принадлежащих ФИО7 и осуществляли фиксацию по <адрес>

Взыскать с ФИО8 <данные изъяты> в пользу ФИО7, <данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере 5000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО7 – отказать.

Заявление ФИО8 о взыскании судебных расходов – удовлетворит частично.

Взыскать с ФИО7 <данные изъяты> в пользу ФИО8 <данные изъяты> расходы на оплату услуг представителя в размере 10 000 рублей.

В удовлетворении требований ФИО8 о взыскании судебных расходов в большем размере – отказать.

Мотивированное решение будет составлено в срок не более чем пять дней со дня окончания разбирательства дела.

Решение может быть обжаловано сторонами и другими лицами, участвующими в деле, в апелляционном порядке в Кемеровском областном суде в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме, путем подачи апелляционной жалобы через Кемеровский районный суд.

Председательствующий Ю.Н. Почекутова

В окончательной форме решение принято 01.11.2022.

Судья Ю.Н. Почекутова