№

№

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ Р.Ф.

<адрес>

<адрес> ДД.ММ.ГГ

Люберецкий городской суд Московской области в составе председательствующего судьи Семеновой А.А., с участием прокурора Касимовой Т.В., при секретаре судебного заседания Казьмировой А.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ГБУЗ МО «Люберецкая областная больница» о взыскании компенсации морального вреда в связи с оказанием некачественной медицинской услуги, убытков, штрафа, судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с вышеуказанным иском к ГБУЗ МО «Дзержинская городская больница», в обоснование которого указал, что 29.01.2023г. он обратился в приемный покой ГБУЗ МО «Дзержинская ГБ» с жалобами на боли в правой руке в области кисти, которым предшествовала бытовая травма – удар о твердый предмет, произошедший 28.01.2023г.

ФИО1 был осмотрен дежурным врачом-травматологом, проведено рентгенологическое исследование в двух проекциях, согласно протоколу № от ДД.ММ.ГГ., сделано заключение о не исключении краевого осколочного перелома основания 5 пястной кости, со смещением. Однако дежурный врач-травматолог, проводивший осмотр, поставил диагноз - ушиб правой кисти, рекомендовано лечение - наложение холода на место ушиба, нанесение мази, что отражено в медицинском заключении № от ДД.ММ.ГГ.

21.02.2023г. ФИО1 обратился в ГБУЗ МО «Дзержинская ГБ» отделение лучевой диагностики с жалобами на боль в правой руке, было проведено рентгенологическое исследование правого лучезапястного сустава, дано заключение о наличии у ФИО1 застарелого неконсолидированного перелома крючковидной кости и шиловидного отростка локтевой кости справа.

В связи с ухудшением состояния здоровья, ФИО1 обратился к хирургу поликлиники ГБУЗ МО «Дзержинская ГБ», где по итогу осмотра и исследования врач-хирург пояснил, что у ФИО1 несросшийся вывих и перелом, для уточнения диагноза рекомендовано обратится к специализированному кистевому хирургу травматологу-ортопеду которого в ГБУЗ МО «Дзержинская ГБ» не имеется, и рекомендовано обратиться в КДЦ ГБУЗ МО «МОНИКИ» для дальнейших консультаций.

10.03.2023г., ФИО1 обратился в ГКБ <адрес> имени Боткина С.П. в отделение лучевой диагностики, где ему сделали КТ правого лучезапястного сустава, по итогу исследования врачом-рентгенологом было сделано заключение о присутствии в области суставов правой кисти добавочных костей и оссифактов, и наличии признаков переломов латерального края правой крючковидной кости и проксимальной части IV пястной кости, ср/3 III пястной кости, рекомендовано обратится к кистевому хирургу.

20.03.2023г. ФИО1 обратился в КДЦ ГБУЗ МО «МОНИКИ» к врачу травматологу-ортопеду ФИО2, где по итогу исследования врачом было сделано заключение о наличии несросшегося перелома латерального края правой крючковидной кости и проксимальной части IV пястной кости, ср/3 III пястной кости, рекомендована консультация кистевого хирурга в КДЦ ГБУЗ МО «МОНИКИ» травматолога-ортопеда ФИО3

03.04.2023г. ФИО1 обратился к кистевому хирургу в КДЦ ГБУЗ МО «МОНИКИ» травматологу-ортопеду ФИО3, которым по итогу осмотра и исследования поставлен диагноз - застарелый перелом и вывих в 3-5 пястных костей, крючковидной кости правого кистевого сустава.

13.12.2023г. ФИО1 обратился в поликлинику РЖД где было выполнено КТ правой кисти, по результатам которого сделан вывод - неконсолидированный внутрисуставный перелом крючковидной и головчатой кости справа, с выраженной деформацией 5 запястно – пястного сустава на уровне перелома.

07.12.2023г. ФИО1 обратился в ГКБ <адрес> № имени Баумана Н.Э. к врачу травматологу-ортопеду ФИО4, в результате исследования врачом был поставлен диагноз - застарелый перелом – вывих 3-4 пястной костей, и деформация 5 пястной кости в правой руке в области кисти, показана консультация у заведующего отделением хирургии ГКБ <адрес> № имени Баумана Н.Э. Афанасьева А.В. для решения вопроса о методах лечения.

13.02.2024г. ФИО1 обратился к заведующему отделением хирургии ГКБ <адрес> № имени Баумана Н.Э. Афанасьеву А.В., которым по результатам осмотра рекомендована госпитализация и операция.

18.03.2024г. ФИО1 был госпитализирован на операцию в отделение хирургии ГКБ <адрес> № имени Баумана Н.Э. по устранению вывиха и фиксации спицами 3, 4, 5 пястных костей правой кисти. Госпитализация продлилась с 18.03.2024г. – 22.03.2024г.

25.04.2024г. в отделении хирургии ГКБ <адрес> № имени Баумана Н.Э. ФИО1 была проведена операция по удалению спиц из правой кисти, после чего наступил реабилитационный период.

Поскольку не все услуги были оказаны бесплатно по полису ОМС, ряд обследований были проведены на платной основе, ФИО1 понес расходы в размере 8 500 руб.

В связи с тем, что врачом-травматологом ГБУЗ МО «Дзержинская ГБ» проводившим осмотр ФИО1 29.01.2023г., был неверно поставлен диагноз, и не правильно определена и выбрана тактика и методика лечения перелома и вывиха 3-4 пястной костей, и деформация 5 пястной кости в правой руке в области кисти, что привело к неправильному сращению перелома и вывиха и последующим медицинским процедурам и вмешательствам, для их устранения посредством проведения оперативного вмешательства в кисть руки, постановку спиц на кости, и негативно сказалось здоровья истца – болевые ощущения, частичная потеря двигательной функции правой руки, снижение уровня жизни, и на фоне подавленного настроения провоцировало стрессы и вызвало резкое ухудшение самочувствия, тем самым истцу был причинен моральный вред.

Истец просит суд взыскать с ГБУЗ Московской области «Дзержинская городская больница» компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 руб., штраф в размере 50 % от взысканной судом суммы, материальный ущерб в размере 8 500 руб., расходы по оплате услуг представителя в размере 50 000 руб.

ФИО1 и его представитель – адвокат Боярков К.А. в судебное заседание явились, настаивали на удовлетворении заявленных требований по доводам, изложенным в иске. Дополнительно пояснили, что выводы эксперта о получении ФИО1 повторной травмы правой кисти в период с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ (перелом проксимальной части IV пястной кости правой кисти без смещения костных отломков, перелом средней трети III пястной кости правой кисти без смещения костных отломков) являются ошибочными. После получения травмы ДД.ММ.ГГ правая кисть ФИО1 имела значительный отек, сопровождалась сильными болевыми ощущениями, имелись ограничения в ее подвижности, повторному травмированию не подвергалась. Травмы в виде перелома проксимальной части IV пястной кости правой кисти без смещения костных отломков, перелом средней трети III пястной кости правой кисти без смещения костных отломков имелись на момент обращения ФИО1 в ГБУЗ Московской области «Дзержинская городская больница» ДД.ММ.ГГ, однако не были выявлены врачом при диагностике. При всех обращениях в медицинские организации в связи с жалобами на боли в правой руке, ФИО1 указывал на одно и то же событие – удар о твердый предмет от 28.01.2023г., сведения о получении им травм правой кисти после указанной даты (ДД.ММ.ГГ) в медицинских документах, представленных в материалы дела отсутствуют.

Определением суда от ДД.ММ.ГГ произведена замена ответчика ГБУЗ МО «Дзержинская городская больница» на правопреемника – ГБУЗ МО «Люберецкая областная больница» в связи с реорганизацией государственного бюджетного учреждения здравоохранения Московской области «Люберецкая областная больница» в форме присоединения к нему государственного бюджетного учреждения здравоохранения Московской области «Дзержинская больница» в соответствии с Распоряжением Правительства Московской области №_РП от ДД.ММ.ГГ.

Представитель ответчика - ГБУЗ МО «Люберецкая областная больница» ФИО5 в судебное заседание явилась, иск не признала по доводам, изложенным в письменном отзыве и дополнениям к нему, в которых указала, что согласно заключению судебной медицинской экспертизы, ДД.ММ.ГГ ФИО1 получил травму правой кисти в виде перелома основания V пястной кости правой кисти без смещения костных отломков, перелома шиловидного отростка правой локтевой кости со смещением костных отломков и перелома крючковидной кости правой кисти без смещения костных отломков.

В период времени с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ ФИО1 получил повторную травму правой кисти в виде перелома проксимальной части IV пястной кости правой кисти без смещения костных отломков и перелома средней трети III пястной кости правой кисти без смещения костных отломков.

В связи с указанной повторной травмой правой кисти и ее последствиями (застарелые вывихи 3, 4 и 5 пястных костей правой кисти) ФИО1 не обращался.

Установленные недостатки диагностики и недостаток лечения (не выполнена показанная гипсовая иммобилизация) не состоят в причинно-следственной связи с последующим ухудшением состояния здоровья ФИО1, в виде образования застарелых вывихов 3, 4 и 5 пястных костей правой кисти, потребовавших проведения оперативного лечения ДД.ММ.ГГ и ДД.ММ.ГГ в силу следующих причин: указанные недостатки сами по себе не причинили ФИО1 застарелые вывихи 3, 4 и 5 пястных костей правой кисти; развитие застарелых вывихов 3, 4 пястных костей правой кисти не может рассматриваться в качестве последующей травмы, полученной ДД.ММ.ГГ, поскольку непосредственно после ее получения какие-либо повреждения 3 и 4 пястных костей правой кисти отсутствовали; развитие застарелого вывиха 5 пястной кости правой кисти не может рассматриваться в качестве последствий травмы, полученной ДД.ММ.ГГ, учитывая характер перелома 5 пястной кости правой кисти (без смещения костных отломков), полное заживление перелома без остаточных явлений менее, чем за месяц, а так же отсутствие вывиха до получения повторной травмы в период времени с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ; развитие застарелых вывихов 3,4 и 5 пястных костей правой кисти обусловлено последствиями повторной травмы, полученной в период времени с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ (перелом проксимальной части IV пястной кости правой кисти без смещения костных отломков, перелома средней трети III пястной кости правой кисти без смещения костных отломков), хронической травматизацией кости правой кисти с неизбежным повреждением ее капсульно-связочного аппарата, а так же индивидуальными особенностями репаративных свойств организма; отсутствие указанных недостатков не гарантировало бы благоприятный исход, в виде предотвращения развития застарелых вывихов 3, 4 и 5 пястных костей правой кисти.

Таким образом, степень влияния указанных недостатков на вероятность развития застарелых вывихов 3, 4 и 5 пястных костей правой кисти отсутствует. Установленные недостатки диагностики и недостатки лечения не требуют (не требовали) устранения, поскольку каких-либо посттравматических осложнений у ФИО1 после оказания медицинской помощи в ГБУЗ МО «Дзержинская больница» не установлено.

Установленные недостатки диагностики и недостатки лечения не привели к ухудшению состояния здоровья ФИО1, в связи с чем, не рассматриваются как причинившие вред здоровью.

Кроме того, истцом был нарушен режим лечения - проигнорированы рекомендации врача травматолога о явке в поликлинику ДД.ММ.ГГ для повторного осмотра врача-травматолога, и при получении повторного травмирования правой кисти в период с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ ФИО1 следовало обратиться за получением терапии.

Так же возражала против взыскания расходов в размере 8 500 руб., обосновав тем, что ФИО1 после консультации в сторонней медицинской организации не обращался в ГБУЗ МО «Дзержинская больница» за направлением на КТ-исследование в рамках ОМС, отказа в проведении КТ-исследования в отношении ФИО1 не было. В связи с указанными обстоятельствами указанные расходы возмещению не подлежат.

В ходе рассмотрения дела судом был допрошен в качестве свидетеля врач травматолог-ортопед ГБУЗ МО «Дзержинская больница» ФИО6, позже привлеченный к участию в деле в качестве третьего лица, который пояснил, что является врачом травматологом-ортопедом ГБУЗ МО «Дзержинская больница», осуществлял осмотр ФИО1 при его обращении ДД.ММ.ГГ в травмпункт – приемное отделение стационара по обращениям пациентов для получения экстренной неотложной медицинской помощи. Истец обратился с жалобой на боль в области третьей пястной кости правой кисти, пояснил, что занимается боксом и получил травму во время тренировки при ударе по «груше», в графе «исследования» сделана запись на рентгенографию без костных патологий, что говорит о том, что на снимке костной патологии в той области на боли в которой жаловался пациент, не выявлено. На основании рентгенологических снимков был сделан вывод о наличии у ФИО1 перелома в области третьей пястной кости правой кисти, протокол рентгенологического исследования не видел, поскольку он был изготовлен после его дежурства. На снимке имеются последствия старого перелома, нового перелома в той области, на которую выражал жалобы ФИО1, на снимке нет.

ФИО1 было назначено ограничение на физические нагрузки, холод местно, противовоспалительные мази и контрольный осмотр травматолога в поликлинике ДД.ММ.ГГ, поскольку им осуществляется лишь первичный прием по экстренным показаниям, далее наблюдение ведут травматологи и хирурги поликлиники. По травматологическим пациентам актив, то есть передача информации в поликлинику для последующего посещения пациента врачом на дому, не передается. На следующий день было проведено описание рентгенологического исследования врачом-рентгенологом, и врач-травматолог поликлиники имел мог самостоятельно ознакомиться со снимком, заключением рентгенолога, сопоставить с клинической картиной, составить план лечебно-диагностических мероприятий.

Так же в ходе рассмотрения дела судом был допрошен в качестве свидетеля врач хирург ГБУЗ МО «Дзержинская больница» ФИО7, позже привлеченный к участию в деле в качестве третьего лица, который пояснил, что является врачом хирургом общей практики ГБУЗ МО «Дзержинская больница», при осмотре ФИО1 ДД.ММ.ГГ не присутствовал, с протоколом исследования № от ДД.ММ.ГГ и описанием снимков ознакомлен, на снимке перелом отсутствует. На рентгенологическом снимке можно не увидеть небольшие переломы без смещения, но вывихи должны быть видны все. В случае наличия у врача сомнений, производится контрольный снимок, назначает контрольную явку. В ГБУЗ МО «Дзержинская больница» врачи-рентгенологи работают в первую смену, в вечернее и ночное время этих врачей нет.

При явке ФИО1 на осмотр в марте 2023, им было дано направление в КДЦ ГБУЗ МО «МОНИКИ им. М.Ф. Владимирского», в связи с тем, что визуально правая кисть вызвала беспокойство, не исключал вывих поскольку была деформация кисти – основания пястных костей выпирали в тыльную сторону. При обращении ФИО1 пояснил, что травма произошла несколько месяцев назад, и если это застарелый вывих, то в условиях травматологического отделения его не исправить, необходимо привлекать специалистов, в связи с чем было выдано направление. Из КДЦ ГБУЗ МО «МОНИКИ им. М.Ф. Владимирского» в поликлинику о результатах осмотра или лечения направленного к ним пациента, информация не поступает, только в случае если сам пациент предоставит заключение. Запись осуществляется за две-три недели, если лечение осуществляется КДЦ ГБУЗ МО «МОНИКИ им. М.Ф. Владимирского», то пациент может более в поликлинику не обращаться. Если пациенту дают рекомендации по дообследованию, то пациент обращается в поликлинику и проводится его дообследование. ФИО1 после посещения КДЦ ГБУЗ МО «МОНИКИ им. М.Ф. Владимирского» в поликлинику не обращался.

Исследовав материалы дела, выслушав пояснения явившихся лиц, заключение прокурора полагавшего, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 41 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений.

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулирует Федеральный закон от ДД.ММ.ГГ N 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».

Согласно п. 1 ст. 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» здоровье - состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

В силу п. 3, п. 9 ст. 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинская помощь это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг. Пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния.

Под качеством медицинской помощи в соответствии с пунктом 21 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» понимается совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

В соответствии с п. 9 ч. 5 ст. 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» пациент имеет право на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

Согласно п. 25 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека (Приложение к Приказу М3 и СР РФ от ДД.ММ.ГГ N 194 н) ухудшение состояния здоровья человека, обусловленное дефектом оказания медицинской помощи, рассматривается как причинение вреда здоровью.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (ч. 2, ч. 3 ст. 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих, в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Согласно п. 1, п. 2 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 ГК РФ юридическое лицо возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу положений п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что 29.01.2023г. в 18 час. 05 мин. ФИО1 обратился в приемный покой ГБУЗ МО «Дзержинская городская больница» (после реорганизации - ГБУЗ МО «Люберецкая областная больница») с жалобой на боли в правой руке в области кисти. ФИО1 был осмотрен дежурным врачом травматологом-ортопедом ФИО6, проведено рентгенологическое исследование в двух проекциях. Согласно протоколу рентгенологического исследования № от 29.01.2023г. не исключается краевой оскольчатый перелом основания V пястной кости, со смещением.

В соответствии с медицинским заключением № от ДД.ММ.ГГ врачом был поставлен диагноз – ушиб правой кисти, рекомендовано лечение – холод местно, мази НПВС 2-3 раза в день. Явка на прием в поликлинику ДД.ММ.ГГ.

21.02.2023г., ФИО1 обратился в ГБУЗ МО «Дзержинская городская больница» отделение лучевой диагностики, было проведено рентгенологическое исследование правого лучезапястного сустава в прямой и боковой проекциях, составлено заключение №: Rg-картина застарелых не консолидированных переломов крючковидной кости и шиловидного отростка локтевой кости справа.

ФИО1 обратился к хирургу поликлиники ГБУЗ МО «Дзержинская городская больница» ФИО7, которым был произведен осмотр пациента и представленных им снимков, по результатам которых ФИО1 было дано направление в КДЦ ГБУЗ МО «МОНИКИ» для консультации.

10.03.2023г. ФИО1 обратился в ГКБ <адрес> имени Боткина С.П. отделение лучевой диагностики, где было проведено МСКТ правого лучезапястного сустава. Согласно заключению врача-рентгенолога: добавочные кости и оссификаты в области суставов правой кисти. Признаки переломов латерального края правой крючковидной кости и проксимальной части IV пястной кости, ср/3 III пястной кости.

20.03.2023г. ФИО1 обратился в КДЦ ГБУЗ МО «МОНИКИ», был осмотрен врачом травматологом-ортопедом ФИО2, поставлен диагноз (М84.0) несросшиеся переломы латерального края правой крючковидной кости, проксимальной части 4 пястной кости, 3 пястной 4 кости на уровне с/з, рекомендована консультация кистевого хирурга в КДЦ МОНИКИ ФИО3

03.04.2023г. ФИО1 обратился к врачу травматологу-ортопеду КДЦ ГБУЗ МО «МОНИКИ» ФИО3 Согласно заключению причина обращения – жалоба на болезненность в правой кисти, анамнез – удар в твердый предмет ДД.ММ.ГГ, при осмотре визуально и пальпаторно – деформация по тыльной поверхности правой кисти в проекции оснований 3-5 пястных костей, пассивная подвижность в 3-5 пястнозапястных суставах сохранена, на рентгенограмме не информативно, КТ - застарелый перелом крючковидной кости. Выставлен диагноз – застарелый переломовывих 3-5 пястных костей правой кисти, крючковидной кости правого кистевого сустава. Рекомендовано: рентгенография правой кисти в строго боковой проекции, иммобилизация кистевого сустава индивидуальным ортезом до 2х месяцев, при необходимости контрольный осмотр.

13.12.2023г. ФИО1 обратился в поликлинику РЖД где было выполнено КТ правой кисти, по итогу КТ вывод: неконсолидированный внутрисуставный перелом крючковидной и головчатой кости справа, с выраженной деформацией 5 запястно – пястного сустава на уровне перелома.

07.12.2023г. ФИО1 обратился в ГКБ <адрес> № имени Баумана Н.Э. с жалобой на боль и деформацию области правого запястья, анамнез заболевания – травма в быту ДД.ММ.ГГ удар кулаком в межкомнатную дверь, на следующий день обратился к травматологу Дзержинской ГБ, где выполнены рентгенограммы и поставлен предварительный диагноз «ушиб», после спадания отека боль и деформация кисти сохранялась. Консультирован в МОНИКИ им. Владимирского, ГКБ им. Боткина и ГКБ им. Юдина, выполнены рентгенограммы, иммобилизация запястья ортезом, в поликлинике РЖД выполнено КТ правой кисти – картина неконсолидированных внутрисуставных переломов крючковидной и головчатой костей справа, с выраженной деформацией 5 запястно-пястного сустава на уровне перелома. Осмотрен врачом травматологом-ортопедом ФИО4, поставлен диагноз: застарелый перелом – вывих 3-4 пястной костей, деформация 5 пястной кости правой кисти (Т92.3). Рекомендована консультация у заведующего отделением хирургии ГКБ <адрес> № имени Баумана Н.Э. Афанасьевым А.В. для решения вопроса о дальнейшей тактики лечения с R-гаммами и КТ.

13.02.2024г. ФИО1 обратился в ГКБ <адрес> № имени Баумана Н.Э. с жалобой на ограничение функции, боли в правой кисти, анамнез заболевания – травма ДД.ММ.ГГ в быту, ударил кистью о твердый предмет, после травмы обратился в РТП, проводилась консервативная терапия, был осмотрен врачом травматологом-ортопедом Афанасьевым А.В., поставлен диагноз клинический основной посттравматический артроз, застарелые вывихи 3, 4, 5 пястных костей правой кисти (М19.1), показано оперативное лечение в плановом порядке, госпитализация в 1 травматологическое отделение ДД.ММ.ГГ.

С 18.03.2024г. по 22.03.2024г. ФИО1 был госпитализирован в ГКБ <адрес> № имени Баумана Н.Э. травматологическое отделение № проведено оперативное лечение (АДД.ММ.ГГ) по открытому устранению вывиха, фиксация спицами 3, 4, 5 пястных костей правой кисти.

С 25.04.2024г. по 26.04.2024г. ФИО1 был госпитализирован в ГКБ <адрес> № имени Баумана Н.Э. травматологическое отделение №, проведено оперативное лечение по удалению спиц из правой кисти.

В связи с возражениями ответчика о надлежащем оказании медицинских услуг, судом по ходатайству истца была назначена судебная медицинская экспертиза, проведение которой было поручено АНО «Центральное бюро судебных экспертиз №». По результатам проведенного исследования было составлено заключение №-МЭ согласно которому во время оказания медицинской помощи ФИО1 в ГБУЗ МО «Дзержинская городская больница» ДД.ММ.ГГ установлены следующие недостатки:

недостатки диагностики – диагноз, указанный в медицинском заключении № от ДД.ММ.ГГ из ГБУЗ МО «Дзержинская городская больница», установлен неверно поскольку не учитывает результаты рентгенографии костей правой кисти № от ДД.ММ.ГГ о наличии перелома V пястной кости правой кисти; по результатам рентгенографии костей правой кисти от ДД.ММ.ГГ не установлены имевшиеся переломы шиловидного отростка правой локтевой кости со смещением костных отломков и крючковидной кости правой кисти без смещения костных отломков;

недостатки лечения – не выполнена показанная гипсовая иммобилизация: в связи с данными рентгенографии правой кисти от ДД.ММ.ГГ о наличии перелома V пястной кости правой кисти без смещения костных отломков; каких либо иных недостатков (в том числе дефектов) оказания медицинской помощи ФИО1 в ГБУЗ МО «Дзержинская городская больница» ДД.ММ.ГГ не установлено.

Таким образом следует считать, что диагноз «ушиб правой кисти», установленный ДД.ММ.ГГ в ГБУЗ МО «Дзержинская городская больница», не соответствовал данным рентгенологического исследования № от ДД.ММ.ГГ, поскольку не отражал имевшиеся у ФИО1 перелом основания V пястной кости правой кисти без смещения костных отломков, перелом шиловидного отростка правой локтевой кости со смещением костных отломков и перелом правой крючковидной кости без смещения костных отломков.

Лечение, назначенное ФИО1 ДД.ММ.ГГ врачом-травматологом ГБУЗ МО «Дзержинская городская больница», в виде «холода и мази», не соответствовало «стандартам оказания медицинской помощи при подобных травмах».

Согласно представленным материалам дела, медицинской документации и данным судебно-медицинского исследования представленных цифровых записей рентгенологических исследований, ДД.ММ.ГГ ФИО1 получил травму правой кисти, в виде перелома основания V пястной кости правой кисти без смещения костных отломков, перелома шиловидного отростка правой локтевой кости со смещением костных отломков и перелома крючковидной кости правой кисти без смещения костных отломков.

Кроме того, в период времени с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ ФИО1 получил повторную травму правой кисти, в виде перелома проксимальной части IV пястной кости правой кисти без смещения костных отломков и перелома средней трети III пястной кости правой кисти без смещения костных отломков.

Имевшиеся у ФИО1 ДД.ММ.ГГ закрытые переломы костей правой кисти (перелом основания правой V пястной кости без смещения костных отломков; перелом шиловидного отростка правой локтевой кости со смещением костных отломков, перелом правой крючковидной кости без смещения костных отломков) образовались в результате непрямого (опосредованного) воздействия, на удалении от места приложения травмирующей силы в область головок IV-V правых пястных костей вдоль их оси с развитием явлений переразгибания в правом лучезапястном суставе, отведением правой кисти (лучевым отклонением кисти) и осевой компрессией, с последующим образованием указанных переломов, о чем свидетельствует морфология, вид и локализация переломов.

Указанный механизм образования травмы может соответствовать удару сжатой в кулак правой кистью о твердую тупую поверхность.

Давность причинения имевшихся у ФИО1 закрытым переломов костей правой кисти (перелом основания правой V пястной кости без смещения костных отломков; перелом шиловидного отростка правой локтевой кости со смещением костных отломков; перелом правой крючковидной кости без смещения костных отломков) на момент времени его обращения в ГБУЗ МО «Дзержинская городская больница» в 18 час 05 мин ДД.ММ.ГГ ориентировочно составляет не более 3-x суток относительно указанного момента времени, на что указывает наличие травматического отека мягких тканей в области перелома, установленного при первичном осмотре врачом-травматологом.

Имевшиеся у ФИО1 при обращении в ГБУЗ МО «Дзержинская городская больница› ДД.ММ.ГГ закрытые переломы правой кисти (перелом основания правой V пястной кости без смещения костных отломков, перелом шиловидного отростка правой локтевой кости со смещением костных отломков; перелом правой крючковидной кости без смещения костных отломков) повлекли за собой временное расстройство здоровья продолжительностью свыше трех недель (более 21 дня) (длительное расстройство здоровья), в связи с чем, согласно п. 7.1 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных приказом МЗиСР от ДД.ММ.ГГ № l94н, имеют квалифицирующий признак средней тяжести вреда, причиненного здоровью человека.

В связи с повторной травмой правой кисти (перелом проксимальной части IV пястной кости правой кисти без смещения костных отломков, перелом средней трети III пястной кости правой кисти без смещения костных отломков), полученной в период времени с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ, и ее последствиями (застарелые вывихи 3, 4 и 5 пястных костей) ФИО1 в ГБУЗ МО «Дзержинская городская больница» ДД.ММ.ГГ не обращался.

Установленные недостатки диагностики (диагноз, указанный в медицинском заключении № от ДД.ММ.ГГ из ГБУЗ МО «Дзержинская городская больница», установлен неверно; по результатам рентгенографии костей правой кисти от ДД.ММ.ГГ не установлены имевшиеся переломы шиловидного отростка правой локтевой кости со смещением костных отломков и крючковидной кости правой кисти без смещения костных отломков) и недостаток лечения (не выполнена показанная гипсовая иммобилизация) не состоят в причинно-следственной связи с последующим ухудшением состояния здоровья ФИО1, в виде образования застарелых вывихов 3, 4 и 5 пястных костей правой кисти, потребовавших проведения оперативного лечения ДД.ММ.ГГ и ДД.ММ.ГГ, в силу следующих причин:

- указанные недостатки сами по себе не причинили ФИО1 застарелые вывихи 3, 4 и 5 пястных костей правой кисти;

- развитие застарелых вывихов 3, 4 пястных костей правой кисти не может рассматриваться в качестве последствий травмы, полученной ДД.ММ.ГГ, поскольку непосредственно после ее получения какие-либо повреждения 3 и 4 пястных костей правой кисти отсутствовали;

- развитие застарелого вывиха 5 пястной кости правой кисти не может рассматриваться в качестве последствий травмы, полученной ДД.ММ.ГГ, учитывая характер перелома 5 пястной кости правой кисти (без смещения костных отломков), полное заживление перелома без остаточных явлений менее, чем за месяц, а также отсутствие вывиха до получения повторной травмы в период времени с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ;

- развитие застарелых вывихов 3, 4 и 5 пястных костей правой кисти обусловлено последствиями повторной травмы, полученной в период времени с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ (перелом проксимальной части IV пястной кости правой кисти без смещения костных отломков, перелом средней трети III пястной кости правой кисти без смещения костных отломков), хронической травматизацией костей правой кисти с неизбежным повреждением ее капсульно-связочного аппарата, а также индивидуальными особенностями репаративных свойств организма;

- отсутствие указанных недостатков не гарантировало бы благоприятный исход, в виде предотвращения развития застарелых вывихов 3, 4 и 5 пястных костей.

Высказаться более конкретно о степени влияния указанных недостатков, как каждого в отдельности, так и в совокупности, на вероятность развития застарелых вывихов 3, 4 и 5 пястных костей правой кисти, потребовавших проведения оперативного лечения ДД.ММ.ГГ и ДД.ММ.ГГ, не представляется возможным, в силу отсутствия соответствующих научных данных.

Установленные недостатки диагностики (диагноз, указанный в медицинском заключении № от ДД.ММ.ГГ из ГБУЗ МО «Дзержинская городская больница», установлен неверно; по результатам рентгенографии костей правой кисти от ДД.ММ.ГГ не установлены имевшиеся переломы шиловидного отростка правой локтевой кости со смещением костных отломков и крючковидной кости правой кисти без смещения костных отломков) и недостаток лечения (не выполнена показанная гипсовая иммобилизация) не требуют (не требовали) устранения, поскольку каких-либо посттравматических осложнений у ФИО1 после оказания медицинской помощи в ГБУЗ МО «Дзержинская городская больница› ДД.ММ.ГГ не установлено.

Диагноз застарелые вывихи 3, 4, 5 пястных костей правой кисти», установленный ФИО1 во время оказания медицинской помощи в ГБУЗ <адрес> «Городская клиническая больница № им. Н.Э. Баумана ДЗМ <адрес>» в период времени с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ, являлся показанием к проведению оперативного лечения «открытое устранение вывиха, фиксация спицами 3, 4, 5 пястных костей правой кисти» от ДД.ММ.ГГ.

Установленные недостатки диагностики (диагноз, указанный в медицинском заключении № от ДД.ММ.ГГ из ГБУЗ МО «Дзержинская городская больница», установлен неверно; по результатам рентгенографии костей правой кисти от ДД.ММ.ГГ не установлены имевшиеся переломы шиловидного отростка правой локтевой кости со смещением костных отломков и крючковидной кости правой кисти без смещения костных отломков) и недостаток лечения (не выполнена показанная гипсовая иммобилизация), не привели к ухудшению состояния здоровья ФИО1, в связи с чем и в соответствии с п.п. 5, 24 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных приказом МЗиСР от ДД.ММ.ГГ №н, не рассматриваются, как причинившие вред здоровью.

Выводы экспертов подробно мотивированы в исследовательской части экспертного заключения, они логичны, последовательны, подкреплены соответствующей нормативной базой и соответствуют материалам дела. Заключение объективно, построено на строго научной и практической основе, в пределах соответствующей специальности, всесторонне и в полном объеме, оно основывается на положениях, дающих возможность проверить обоснованность и достоверность сделанных выводов.

Кроме того, эксперты были предупреждены судом об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, за дачу заведомо ложного заключения, лично не заинтересованы в исходе дела, имеют длительный стаж экспертной работы.

Допрошенный в судебном заседании эксперт ФИО8, который поддержал заключение судебной экспертизы, ответил на вопросы суда и сторон по делу.

В соответствии со ст. 64 Федерального закона от ДД.ММ.ГГ N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", экспертиза качества медицинской помощи проводится в целях выявления нарушений при оказании медицинской помощи, в том числе оценки своевременности ее оказания, правильности выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации, степени достижения запланированного результата. Критерии оценки качества медицинской помощи формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи и клинических рекомендаций и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти. Экспертиза качества медицинской помощи, оказываемой в рамках программ обязательного медицинского страхования, проводится на основании критериев оценки качества медицинской помощи, утвержденных в соответствии с частью 2 настоящей статьи, в соответствии с законодательством Российской Федерации об обязательном медицинском страховании.

В силу ч. 3 ст. 86 ГПК РФ, заключение экспертизы является одним из доказательств, которое оценивается судом в совокупности с другими имеющимися в деле доказательствами в соответствии с положениями ст. 67 ГПК РФ.

Согласно позиции, изложенной в п. 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГ N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода. На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

Необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности медицинской организации за причиненный при оказании медицинской помощи вред являются: причинение вреда пациенту; противоправность поведения причинителя вреда (нарушение требований законодательства (порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов) действиями (бездействием) медицинской организации (его работников); наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда; вина причинителя вреда - медицинской организации или его работников.

Гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если не докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности статьей 1100 ГК РФ. Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и причиненным вредом, в том числе моральным, означает, что противоправное поведение причинителя вреда влечет наступление негативных последствий в виде причиненного потерпевшему вреда. При этом закон не содержит указания на характер причинной связи (прямая или косвенная (опосредованная) причинная связь) между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом и не предусматривает в качестве юридически значимой для возложения на причинителя вреда обязанности возместить вред только прямую причинную связь. Характер причинной связи может влиять на размер подлежащего возмещению вреда.

Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт причинения ущерба, наличия вреда (физических и нравственных страданий в данном случае), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 ГК РФ).

Из норм Конституции Российской Федерации, положений статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относятся жизнь и здоровье, охрана которых гарантируется государством, в том числе путем оказания медицинской помощи.

В силу пункта 1 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 "Обязательства вследствие причинения вреда" (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Из нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, в системной взаимосвязи с нормами Гражданского кодекса Российской Федерации, предусматривающими основания и условия ответственности за причинение вреда, следует, что медицинские организации несут ответственность за нарушение права граждан на охрану здоровья и обязаны возместить причиненный при оказании гражданам медицинской помощи вред, в том числе моральный вред.

Поскольку компенсация морального вреда, о взыскании которой заявлено истцом в связи с некачественным оказанием медицинской помощи в ГБУЗ МО «Дзержинская городская больница» является одним из видов гражданско-правовой ответственности, нормы Гражданского кодекса Российской Федерации (статья 1064), устанавливающие основания ответственности в случае причинения вреда, применимы как к возмещению имущественного, так и морального вреда.

Как разъяснено в абзаце 2 пункта 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГ N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Оценивая по правилам статьи 67 ГПК РФ представленные в материалы дела письменные доказательства, в совокупности с пояснениями участников судебного разбирательства, эксперта проводившего судебную экспертизу, приняв экспертное заключение в качестве достоверного и допустимого доказательства по делу, суд приходит к выводу о наличии недостатков в оказании медицинской помощи ФИО1 медперсоналом ГБУЗ МО «Дзержинская городская больница», выразившихся в неверной постановке диагноза, а именно: не верно диагностирован «ушиб правой кисти» тогда как имел место «перелом основания V пястной кости правой кисти без смещения костных отломков, перелом шиловидного отростка правой локтевой кости со смещением костных отломков и перелом правой крючковидной кости без смещения костных отломков», а так же не верного назначения лечения в виде «холода и мази», вместо показанной гипсовой иммобилизации. Иных недостатков лечения в ходе судебного разбирательства судом не установлено.

Довод представителя ответчика ГБУЗ МО «Люберецкая областная больница», третьих лиц о том, что недостатки диагностики и недостатки лечения не состоят в причинно-следственной связи с последующим ухудшением здоровья ФИО1, не является основанием для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, поскольку пациент вправе рассчитывать на полную и квалифицированную медицинскую помощь при обращении в учреждение здравоохранения, что является основанием для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда.

С учетом фактических обстоятельств дела, степени вины ответчика, исходя из того, что компенсация морального вреда не должна носить формальный характер, ее целью является реальное восстановление нарушенного права, суд полагает, что с учетом характера и степени причиненных истцу нравственных страданий, требований разумности и справедливости, в пользу ФИО1 с ГБУЗ МО «Люберецкая областная больница» подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 300 000 руб.

Во взыскании компенсации морального вреда в большем размере надлежит отказать.

Оснований для взыскания с ответчика в пользу истца убытков в размере 8 500 руб. судом не установлено ввиду следующего.

Как следует из материалов дела, убытки в размере 8500 руб. состоят из оплаты ФИО1 услуг при обращении в ГБУЗ <адрес> «Городская клиническая больница № им. Н.Э. Баумана Департамента здравоохранения <адрес>» в связи с лечением застарелого перелома – вывиха 3-4 пястной костей, и деформации 5 пястной кости в правой руке в области кисти.

ФИО1 после консультации в сторонней медицинской организации не обращался в ГБУЗ МО «Дзержинская больница» за направлением на КТ-исследование в рамках ОМС, отказа в проведении КТ-исследования в отношении ФИО1 не было.

Истцом заявлено требование о взыскании штрафа.

Согласно части 2 статьи 19 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования.

Пунктом 9 части 5 статьи 19 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации" предусмотрено право пациента на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

К отношениям, связанным с оказанием платных медицинских услуг, применяются положения Закона Российской Федерации от ДД.ММ.ГГ N 2300-I "О защите прав потребителей" (часть 8 статьи 84 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Как следует из преамбулы Закона Российской Федерации от ДД.ММ.ГГ N 2300-I "О защите прав потребителей", этот закон регулирует отношения, возникающие между потребителем и изготовителями, исполнителями, импортерами, продавцами, владельцами агрегаторов информации о товарах (услугах) при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг), устанавливает права потребителей на приобретение товаров (работ, услуг) надлежащего качества и безопасных для жизни, здоровья, имущества потребителей и окружающей среды, получение информации о товарах (работах, услугах) и об их изготовителях (исполнителях, продавцах), о владельцах агрегаторов информации о товарах (услугах), просвещение, государственную и общественную защиту их интересов, а также определяет механизм реализации этих прав.

Названный закон определяет исполнителя услуг как организацию независимо от ее организационно-правовой формы, а также индивидуального предпринимателя, выполняющего работы или оказывающего услуги потребителям по возмездному договору.

В пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГ N 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» к отношениям по предоставлению гражданам медицинских услуг, оказываемых медицинскими организациями в рамках добровольного и обязательного медицинского страховании, применяется законодательство о защите прав потребителей.

Пунктом 6 статьи 13 Закона Российской Федерации от ДД.ММ.ГГ N 2300-I "О защите прав потребителей" предусмотрено, что при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Исходя из изложенного положения Закона Российской Федерации от ДД.ММ.ГГ N 2300-I "О защите прав потребителей", устанавливающие в том числе в пункте 6 статьи 13 ответственность исполнителя услуг за нарушение прав потребителя в виде штрафа в размере пятидесяти процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя, подлежат применению к отношениям в сфере охраны здоровья граждан при оказании гражданину платных медицинских услуг.

Поскольку истцу была оказана бесплатная медицинская помощь, требование о взыскании штрафа удовлетворению не подлежит.

В соответствии с ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе: суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам; расходы на оплату услуг представителей; связанные с рассмотрением дела почтовые расходы, понесенные сторонами; другие признанные судом необходимыми расходы.

В силу ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Истцом в материалы дела представлены доказательства, свидетельствующие о том, что им фактически понесены расходы на оплату юридических услуг в размере 50 000 руб.

При определении размера расходов на оплату услуг представителя, суд учитывает количество и продолжительность судебных заседаний при рассмотрении дела, в которых участвовал представитель истца, сложность дела, конкретные обстоятельства рассмотренного дела, объем проделанной представителем работы, и находит заявленную к взысканию сумму отвечающей принципам соразмерности и справедливости, полагает взыскать с ГБУЗ МО «Люберецкая областная больница» в пользу ФИО1 расходы по оплате услуг представителя в размере 50 000 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194 - 198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 (паспорт №) к ГБУЗ МО «Люберецкая областная больница» (ИНН №) о компенсации морального вреда в связи с оказанием некачественной медицинской услуги, убытков, штрафа, судебных расходов – удовлетворить частично.

Взыскать с ГБУЗ МО «Люберецкая областная больница» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 300 000 руб., расходы на оплату услуг представителя в размере 50 000 руб.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 в остальной части – отказать.

Решение может быть обжаловано в Московский областной суд, через Люберецкий городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья А.А. Семенова

Решение в окончательной форме изготовлено ДД.ММ.ГГ.