УИД 38RS0003-01-2022-004051-28
Решение
Именем Российской Федерации
14 ноября 2022 года г. Братск
Братский городской суд Иркутской области в составе:
председательствующего судьи Широковой М.В.,
при секретаре Ермолаевой И.А.,
с участием прокурора Кайгородовой Е.И.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-3536/2022 по иску ФИО2 к обществу с ограниченной ответственностью «Русская инжиниринговая компания» о взыскании компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием,
УСТАНОВИЛ:
Истец ФИО2 обратился в суд с исковым заявлением к ответчику обществу с ограниченной ответственностью «Русская инжиниринговая компания» (ООО «РУС- Инжиниринг»), в котором просит взыскать компенсацию морального вреда в связи с профессиональным заболеванием в размере 500 000 рублей.
В обоснование иска ФИО2 указал, что с 06.08.2008 он осуществлял свою трудовую деятельность в различных должностях во вредных условиях труда на анодном производстве вплоть до 24.04.2018. Работая у ответчика, он приобрел профессиональное заболевание - <данные изъяты> Согласно акту о случае профессионального заболевания от 24.05.2021 заключительный диагноз: <данные изъяты>. Руководствуясь Р 2.2.2006-05 (Гигиена труда. Руководство по гигиенической оценке факторов рабочей смены и трудового процесса. Критерии и классификация условий труда) общая гигиеническая оценка условий труда слесаря-ремонтника 5 разряда соответствует 3 классу 4 степени вредный). Вина работника не установлена. Заболевание является профессиональным и возникло в результате несовершенства технологического процесса. Вследствие профессионального заболевания мне установлена степень утраты профессиональной трудоспособности - в процентах составляет 30 %. Вследствие полученного профессионального заболевания он потерял своевременно оплачиваемую работу, вынужден неоднократно проходить лечение. В связи с полученным заболеванием он вынужден постоянно ежедневно применять три вида ингаляторов, постоянный кашель причиняет ему физические страдания. Он находится во вполне работоспособном возрасте, но в силу медицинских показаний не может трудоустроиться, так как не может пройти медкомиссию, поэтому приходится перебиваться случайными подработками. Мысли о том, что эффективных методов лечения его заболевания не существует, о том, что он стал зависим от лекарственных препаратов, и с возрастом болезнь будет только прогрессировать, а также постоянный поиск дополнительного заработка угнетают его и причиняют нестерпимые моральные страдания и переживания. Размер морального вреда, причиненного ему в связи с профессиональным заболеванием, он оценивает в денежной форме в размере 500 000 рублей.
Истец ФИО2 в судебном заседании исковые требования поддержал по доводам, указанным в исковом заявлении, просит иск удовлетворить. Дополнительно пояснил, в декабре 2021 году ему было установлено профессиональное заболевание. В настоящее время он вынужден каждый день пользоваться лекарствами, хотя ранее он вел активный образ жизни, занимался спортом, танцами.
В судебном заседании представитель ответчика ООО «РУС-Инжиниринг» ФИО5, действующая на основании доверенности от 25.10.2022, исковые требования не признала, представила отзыв на исковое заявление, в котором указала, что ФИО3 состоял в трудовых отношениях с ООО «РУС- Инжиниринг» (филиал в г. Братске) в период с 06.08.2008 по 24.04.2018, работал слесарем-ремонтником в цехе по ремонту оборудования анодного производства на участке ремонта оборудования в анодном производстве. Стаж работы в данной должности (профессии) 9 лет 8 месяцев. Согласно санитарно-гигиенической характеристике условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания от 03.09.2018 № 15-09/2953 общий стаж работы ФИО2 в условиях воздействия опасных, вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов, которые могли вызвать профзаболевание, составляет 14 лет, из которых в ООО «РУС-Инжиниринг» (филиал в г. Братске) - 9 лет 8 месяцев. 22.12.2020 Клиникой ФГБНУ ВСИМЭИ г. Ангарск ФИО2 установлено профессиональное заболевание - <данные изъяты>. Актом расследования профессионального заболевания от 24.05.2021 г. (далее - Акт расследования), составленного по результатам расследования случая профессионального заболевания, установлено, что случай заболевания Истца является профессиональным. При этом в действиях ответчика отсутствовала преднамеренность в отношении причинения вреда здоровью истца. Актом расследования установлено, что профессиональное заболевание ФИО2 возникло в результате несовершенства технологического процесса. Непосредственной причиной заболевания послужило воздействие на организм человека вредных веществ химической природы: гидрофторид, превышающий предельно допустимые концентрации, пыль (п. 20 Акта). При этом со стороны Ответчика не выявлено каких-либо нарушений государственных санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативных актов (п. 21 Акта). Профессия слесаря-ремонтника включена в список производств, профессий и должностей с вредными условиями труда, соответствует 3 классу 4 степени вредности. Законодательством возложены на Ответчика дополнительные обязанности в области охраны труда, предусмотрены определенные льготы и компенсации. Это повышенная оплата за работу в особых условиях труда, дополнительный оплачиваемый отпуск и льготные путевки в санаторий-профилакторий, сокращенная продолжительность рабочего времени, обеспечение средствами индивидуальной защиты, выдача молочных продуктов, регулярное медицинское освидетельствование, страховые выплаты за причинение вреда здоровью. Все названные выше меры направлены на компенсацию вреда, причиняемого здоровью работника, осуществляющего свою трудовую деятельность во вредных условиях. Работник пользовался указанными выше компенсациями и соответственно был осведомлен о характере и вредных условиях труда, но добровольно на протяжении длительного времени выполнял работы в условиях воздействия вредных производственных факторов. ФИО2 понимал и отдавал себе отчет, что продолжение работы во вредных условиях труда продолжительное время может негативно отразиться на его здоровье, но сознательно шел на риск, продолжая работать в условиях воздействия вредных факторов. Необходимо отметить тот факт, что трудовой договор с ФИО2 был расторгнут 24.04.2018 г. по инициативе работника (пункт 3 часть 1 статьи 77 ТК РФ). Учитывая длительный стаж работы истца, когда величина профессионального риска для здоровья определяется не только уровнем вредных производственных факторов, а длительностью их воздействия на организм работника, полагаю, что нет оснований утверждать о наличии вины работодателя в причинении вреда здоровью работника. Именно продолжение ФИО2 трудовых отношений свыше допустимых сроков трудовой деятельности в условиях вредного производства привело к возникновению у него профессионального заболевания. Учреждением медико-социальной экспертизы ФКУ «ГБ МСЭ по Иркутской области» Минтруда России Бюро МСЭ № 4 - филиал ФИО2 установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в размере 30% на срок с 02.02.2022 г. по 01.03.2023 г., то есть в силу пункта 17 Временных критериев, утвержденных Приказом Минтруда России от 30.09.2020 № 687н предусмотрено, что 30% утраты профессиональной трудоспособности устанавливаются в случаях: если пострадавший может выполнять профессиональную деятельность, непосредственно предшествующую несчастному случаю на производстве или профессиональному заболеванию, при снижении квалификации и/или уменьшении объема (тяжести) работ с учетом необходимости изменения условий труда, а также в случае сложности продолжать выполнять профессиональную деятельность, непосредственно предшествующую несчастному случаю на производстве или профессиональному заболеванию. Указанное свидетельствует об отсутствии у ФИО2 до настоящего времени стойкой утраты трудоспособности и о возможности продолжения профессиональной деятельности при создании специальных условий труда. Истец в исковом заявлении указывает, что в результате полученного профессионального заболевания ему причинен моральный вред. В исковом заявлении Истец указывает, что заболевание причиняет ему физические и нравственные страдания, при этом в подтверждение доводов не приводит каких-либо доказательств. Также истцом не представлено объективных доказательств того, что после его увольнения с завода он не мог никуда трудоустроиться (к исковому заявлению не приложены какие-либо документы, подтверждающие факты поиска работы, равно как и документы, подтверждающие факты отказа потенциальных работодателей в трудоустройстве истицы по причине наличия у него профессионального заболевания). Кроме того, просит учесть, что ФИО2 воспользовался своим конституционным правом на труд в полном объеме (самостоятельно выбрал род деятельности и профессии, право истца не могло быть кем-либо ограничено, в том числе, со стороны ответчика. Таким образом, учитывая, что Ответчиком были предоставлены все предсмотренные льготы и компенсации вреда, причиняемого здоровью работника, осуществляющего трудовую деятельность во вредных условиях, осознанное причинение вреда здоровью самим Истцом, выразившееся в продолжительной трудовой деятельности в условиях вредного производства, считает, что сумма компенсации, заявленная к взысканию с ООО «РУС- Инжиниринг» в пользу Истца, является существенно завышенной. Учитывая все вышесказанное, считает требование Истца о взыскании с ООО «РУС-Инжиниринг» компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием в размере 500 000 рублей необоснованным и незаконным.
Выслушав в судебном заседании истца, представителя ответчика, изучив материалы дела, в том числе предмет и основание заявленного иска, исследовав и оценив все представленные по делу доказательства, заслушав заключение прокурора, полагавшего, что исковые требования подлежат удовлетворению с учетом разумности и справедливости, суд приходит к следующему.
Конституцией Российской Федерации установлено, что в Российской Федерации, являющейся социальным государством, охраняются труд и здоровье людей (ст. 7).
Здоровье человека – высшее неотчуждаемое благо, без которого утрачивают свое значение многие другие блага и ценности.
Трудовое законодательство предусматривает в качестве основной обязанности работодателя обеспечивать безопасность труда и условия, отвечающие требованиями охраны и гигиены труда, то есть создавать такие условия труда, при которых исключалось бы причинение вреда жизни и здоровью работника.
В соответствии со ст. 212 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. В случае если все же работнику был причинен вред жизни или здоровью, работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены ТК РФ, федеральными законами и иными правовыми актами (ст. ст. 22, 212 ТК РФ).
Руководствуясь ст. 8 Федерального закона от 24.07.1998 года «Об обязательном социальном страховании несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», возмещение застрахованному лицу морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.
Согласно ст. 151, 1099 ГК РФ моральный вред (физические и нравственные страдания) подлежит возмещению в случае, если он причинен действиями, нарушающими личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом.
Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.
В силу ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Анализируя представленные доказательства, суд установил, что согласно справке МСЭ-2006 *** ФИО2 имеет 30% степени утраты профессиональной трудоспособности, причина – профессиональное заболевание, установленное 22.12.2020. Срок установления профессиональной трудоспособности с 02.02.2022 по 01.03.2023.
Согласно записям в трудовой книжке ***, выданной ДД.ММ.ГГГГ, ФИО2 работал в ООО «Русская инжиниринговая компания» с 06.08.2008 по 24.04.2018 в качестве слесаря-ремонтника в анодном производстве цеха по ремонту оборудования анодного производства.
Из заключения Иркутского диагностического центра от 13.03.2018 года следует, что ФИО2 выставлен диагноз: ХОБЛ, умеренные клинические симптомы (отдышка,) с умеренными нарушениями легочной функции по обструктивному типу, средний риск ДН1.
По заключению предварительного (периодического) медицинского осмотра (обследования), составленного ООО РУСАЛ медицинский Центр) в г. Братске 03.04.2018, у ФИО2 выявлены медицинские противопоказания к работе с вредными и/или опасными веществами и производственными факторами.
Санитарно-гигиенической характеристикой условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ *** установлено, что гигиеническая оценка условий труда слесаря-ремонтника 5 разряда соответствует 3 классу 4 степени.
Актом о случае профессионального заболевания от 24.05.2021 подтверждается, что ФИО2установлен диагноз <данные изъяты> Руководствуясь Р 2.2.2006-05 (Гигиена труда. Руководство по гигиенической оценке факторов рабочей смены и трудового процесса. Критерии и классификация условий труда) общая гигиеническая оценка условий труда слесаря-ремонтника 5 разряда соответствует 3 классу 4 степени вредный). Вина работника не установлена. Заболевание является профессиональным и возникло в результате несовершенства технологического процесса. Вследствие профессионального заболевания истцу установлена степень утраты профессиональной трудоспособности - в процентах составляет 30 %.
Медицинским заключением ФГБНУ «Восточно-Сибирский институт медико-экологических исследований» № 2804 от 17.12.2021 подтверждается, что ФИО2 выставлен основной диагноз: профессиональная ХОБЛ, средней степени тяжести с выраженными симптомами, редкими обострениями, стадия обострения ДН1.
Приказом ГУ – Московское региональное отделение ФСС Российской Федерации №6474-В от 29.08.2022 ФИО2 выплачена недополученная за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ сумма в размере 115 268,53 рубля.
Приказом ГУ – Московское региональное отделение ФСС Российской Федерации №6475-В от 29.08.2022 ФИО2 назначена единовременная страховая выплата в размере 63 570,40 рублей.
Приказом ГУ – Московское региональное отделение ФСС Российской Федерации ***-В от 29.08.2022 ФИО2 назначена ежемесячная страховая выплата в размере 19 326,46 рублей.
Из представленных материалов дела следует, что ФИО2 работал в ООО «Русская инжиниринговая компания» с 06.08.2008 года по 24.04.2018 года в качестве слесаря-ремонтника 4, затем 5 разряда в анодном производстве цеха по ремонту оборудования анодного производства.
17.12.2021 Клиникой ФГБУ ВСИМЭИ г. Ангарск ФИО2 установлено профессиональное заболевание - профессиональная ХОБЛ, средней степени тяжести, с выраженными симптомами, редкими обострениями, стадия обострения ДН1.
Данное обстоятельство послужило поводом для организации и проведения на заводе расследования случая профессионального заболевания истца, по результатам которого был составлен, согласно которому установлено, что случай заболевания ФИО2 является профессиональным и возникло в результате несовершенства технологического процесса. Непосредственной причиной заболевания послужило воздействие вредных веществ химической природы гидрофторид, пыль.
Как следует из справки серии МСЭ-2006 № 0532225, выданной по результатам освидетельствования, в связи с профессиональным заболеванием ФИО2 установлено 30 % утраты профессиональной трудоспособности, с датой очередного освидетельствования 01.03.2023.
Изложенные обстоятельства не являются предметом спора между сторонами, ими признаны, письменные доказательства, подтверждающие данные обстоятельства, представлены суду и сторонами не оспариваются.
Разрешая исковые требования, суд исходит из положений ст. 151 ГК РФ, в соответствии с которой если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Трудовое законодательство предусматривает в качестве основной обязанности работодателя обеспечивать безопасность труда и условия, отвечающие требованиями охраны и гигиены труда, то есть создавать такие условия труда, при которых исключалось бы причинение вреда жизни и здоровью работника. В случае, если все же работнику был причинен вред жизни или здоровью, работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом РФ, федеральными законами и иными правовыми актами.
Виды, объем и условия предоставления работникам гарантий и компенсаций в указанных случаях определяются федеральным законом (ст. 184 ТК РФ).
Ответственность работодателя заключается в возмещении работнику причиненного вреда путем: возмещения заработка (полностью или частично) в зависимости от степени утраты профессиональной трудоспособности; возмещения дополнительных расходов в связи с трудовым увечьем; выплаты единовременного пособия в связи с трудовым увечьем или смертью кормильца; выплаты морального вреда.
С принятием Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" указанные виды возмещения (кроме выплаты морального вреда) производятся не работодателями, а Фондом социального страхования РФ (из средств внебюджетного фонда).
Однако, в соответствии с ч. 3 ст. 8 указанного Закона № 125-ФЗ, возмещение застрахованному лицу морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.
Таким образом, оценив исследованные доказательства в соответствии с требованиями ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу, что причинителем вреда здоровью истца является ответчик, при этом вина ответчика установлена письменными доказательствами, имеющимися в материалах дела. Причиной профессионального заболевания послужило длительное воздействие вредных факторов и повышенной чувствительности организма истца к их воздействию. Непосредственной причиной заболевания явилось воздействие вредных веществ и повышенная чувствительность организма к их воздействию.
Учитывая, что Трудовой кодекс Российской Федерации не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, исходя из положений абз. 14 ч. 1 ст. 21 и ст. 237 ТК РФ, суд вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя. Обязанность возместить моральный вред работодатель несет при условии наличия в его действии (бездействии) вины, которая, как указано выше, установлена представленными в материалы дела доказательствами.
Действующее законодательство предусматривает единственный способ компенсации морального вреда - выплату денежных средств.
При определении размера морального вреда суд исходит из конкретных обстоятельств дела, учитывает объем и характер причиненных работнику нравственных или физических страданий, подтвержденных материалами дела, а также индивидуальные особенности потерпевшего и другие конкретные обстоятельства, свидетельствующие о тяжести перенесенных им страданий. Также суд принимает во внимание, что в акте о случае профессионального заболевания выводы о вине работника в возникновении или увеличении вреда отсутствуют.
С учетом установленных обстоятельств по делу, исходя из положений п. 2 ст. 1101 ГК РФ, объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, суд находит размер компенсации морального вреда в сумме 300 000 руб., разумным и справедливым.
Таким образом, в пользу истца с ответчика подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 300 000 руб., в удовлетворении требований о взыскании компенсации морального вреда в большем размере истцу следует отказать.
При этом, доводы ответчика о том, что истцом самостоятельно было реализовано право на труд, истец по своему личному волеизъявлению работал на вредном производстве, пользовался предусмотренными законом компенсациями за работу в условиях вредного производства - не могут повлиять на выводы суда, поскольку, как установлено вышеназванными правовыми нормами, труд – свободен, и именно на работодателе лежит обязанность обеспечить работнику безопасные условия труда.
Иные доводы сторон, исходя из установленных по делу обстоятельств и выводов суда, учитывая вышеназванные правовые нормы, не имеют правового значения в рамках рассматриваемого спора.
В соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ, государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.
Учитывая, что в соответствии с п. 4 ч. 1 ст. 333.36 НК РФ истец освобождена от уплаты госпошлины при подаче данного иска в суд, тогда как ответчик от уплаты судебных расходов не освобожден, с учетом положений абз. 10 ч. 2 ст. 61.1 Бюджетного кодекса Российской Федерации, суд полагает необходимым взыскать с ответчика в доход муниципального образования города Братска государственную пошлину в размере 300 рублей, исчисленном в соответствии с требованиями ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации.
Руководствуясь ст.ст. 194 - 198 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.
Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Русская инжиниринговая компания» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца г. *** (паспорт ***, выдан ДД.ММ.ГГГГ УВД г. ***) компенсацию морального вреда в размере 300 000 рублей.
В удовлетворении исковых требований ФИО1 в части взыскания с общества с ограниченной ответственностью «Русская инжиниринговая компания» в его пользу компенсации морального вреда в большем размере - отказать.
Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Русская инжиниринговая компания» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в бюджет муниципального образования города Братска государственную пошлину в размере 300 рублей.
Решение может быть обжаловано сторонами, прокурор вправе принести апелляционное представление в Иркутский областной суд через Братский городской суд Иркутской области в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме.
Судья М.В. Широкова