Дело № 2-7/2025 (2-397/2024)

УИД 45RS0003-01-2024-000527-78

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

р.п. Варгаши

Курганская область 7 февраля 2025 года

Варгашинский районный суд Курганской области в составе председательствующего судьи Гончар О.В.,

при секретаре Ивановой Т.Б.,

с участием представителя ответчика ФИО1 – ФИО2, представителя ответчика ФИО3 – Макарова А.В., ответчика ФИО4, ответчика ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Страхового публичного акционерного общества «Ингосстрах» к ФИО1, ФИО3, ФИО6, ФИО7, ФИО5, ФИО4 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, в порядке суброгации,

УСТАНОВИЛ:

Страховое публичное акционерное общество «Ингосстрах» (далее – СПАО «Ингосстрах») обратилось в суд с иском к ФИО1, ФИО3 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия (далее – ДТП), в порядке суброгации.

В обоснование требований указывает, что в рамках договора добровольного страхования транспортного средства Mercedes-Benz Actros 1845 LS, г.р.з №, по полису № № СПАО «Ингосстрах» произвело страховое возмещение в связи с повреждением в результате ДТП от ДД.ММ.ГГГГ в размере 10 782 157,33 руб. Согласно экспертному заключению стоимость восстановительного ремонта данного транспортного средства превышает 75% от страховой суммы, доход от реализации переданных страховщику годных остатков транспортного средства – 3 060 000 руб. На дату ДТП ответственность причинителя вреда была застрахована в ПАО СК «Росгосстрах» по договору ОСАГО. С учетом обстоятельств дела, сумма убытка истца составила 7 322 157,33 руб., из расчета: 10 782 157,33 (стоимость полной гибели автомобиля) – 3 060 000 (доход от реализации годных остатков) – 400 000 (компенсация по полису ОСАГО причинителя вреда). Согласно постановлению об отказе в возбуждении уголовного дела № от ДД.ММ.ГГГГ ДТП произошло в результате взрыва переднего левого колеса автомобиля IVECO, г.р.з. № отчего он выехал на полосу встречного движения, где допустил столкновение с автомобилем Mercedes-Benz. Водителем, управляющим транспортным средством IVECO, г.р.з. №, в момент ДТП, являлся Ф.Е.В. Собственниками автомобиля причинителя вреда являлись ответчики ФИО1 и ФИО3 (имущество приобретено в период брака супругов). Полагает, что собственники Т-вы не обеспечили в пути исправное техническое состояние автомобиля, которым управлял Ф.Е.В., в результате чего произошло столкновение с транспортным средством Mercedes-Benz, г.р.з. №.

Ссылаясь на положения ст. 965, 1064 и 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), ст. 34 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ), просит взыскать с ФИО1 и ФИО3, как с солидарных должников, в порядке суброгации ущерб в размере 7 322 157,33 руб. и расходы по уплате государственной пошлины в сумме 44 811 руб.

Протокольным определением суда от 16.01.2025 к участию в деле в качестве соответчиков привлечены наследники первой очереди погибшего водителя Ф.Е.В. – мать ФИО6, отец ФИО7, дочь ФИО5 и сын ФИО4

Представитель истца СПАО «Ингосстрах» в судебном заседании, о котором извещен надлежащим образом, не присутствовал, просил рассмотреть дело без своего участия.

Представитель ответчика ФИО1 – ФИО2, действующий на основании доверенности, в судебном заседании возражал относительно заявленных требований к ответчикам ФИО8. Ссылался, что ФИО1 в момент ДТП не являлась владельцем источника повышенной опасности по смыслу ст. 1079 ГК РФ, так как автомобиль IVECO, г.р.з. №, был передан ФИО1 на основании договора аренды от 16.01.2023 арендатору Ф.Е.В. На момент ДТП Ф.Е.В. являлся владельцем источника повышенной опасности. Настаивал, что путевой лист и должностная инструкция для водителя, выданные ИП ФИО1 Ф.Е.В., не подтверждают, что автомобиль не выбыл из-под контроля ФИО1 Ссылался, что указанные документы были выданы формально, путевой лист по просьбе Ф.Е.В. механиком ФИО1 без ее ведома путем заполнения бланка с уже имеющейся подписью ФИО1, а должностная инструкция самой ФИО1 лишь в целях ознакомления. Не оспаривал, что в момент ДТП водитель Ф.Е.В. перевозил груз, обязательства по доставке которого взяла на себя ИП ФИО1, как перевозчик. Однако, в момент ДТП Ф.Е.В. не состоял в трудовых отношениях с ИП ФИО1, пользовался автомобилем в личных целях, перевозил груз по своим заявкам, с которым ИП ФИО1 заключила договор-заявку об оказании услуг водителя от ДД.ММ.ГГГГ.

Представитель ответчика ФИО3 адвокат Макаров А.В., действующий на основании ордера, в судебном заседании возражал относительно заявленных требований к ФИО8, ссылаясь, что они являются ненадлежащими ответчиками по делу. Полагал, что ответственность за причинение имущественного вреда перед истцом должен нести непосредственно Ф.Е.В., которому транспортное средство было передано по договору аренды. Поскольку Ф.Е.В. погиб в ДТП, ответственность за его обязательства, в том числе перед истцом, возникает у его наследников, если таковы будут установлены судом. Обращал внимание, что договор аренды представлен суду в оригинале, подлинность договора участниками процесса не оспорена. Не оспаривал, что в момент ДТП водитель Ф.Е.В. перевозил груз, обязательства по доставке которого взяла на себя ИП ФИО1, как перевозчик. Однако, полагал, что в момент ДТП Ф.Е.В. в понимании ст. 1079 ГК РФ оставался владельцем источника повышенной опасности, так как продолжал обладать транспортным средством по договору аренды. ИП ФИО1 в данном случае несет ответственность как перевозчик только по сохранности груза, но не несет ответственность как владелец источника повышенной опасности. Имеющийся в материалах дела путевой лист не подтверждает наличие трудовых отношений между ИП ФИО1 и Ф.Е.В., поскольку в судебном заседании были даны пояснения о формальном порядке его выдаче. ФИО1 и ее механик не проставляли отметки в путевом листе о задании водителю, работе водителя, маршруте следования. В подтверждении данного факта представители ходатайствовали о назначении судебной почерковедческой экспертизы по принадлежности данных записей, в удовлетворении данного ходатайства судом было отказано.

Ответчик ФИО4 (сын погибшего причинителя вреда) при рассмотрении дела относительно заявленных требований к наследникам погибшего возражал. Ссылался, что со слов отца ему известно, что Ф.Е.В. ездил в рейс только по заявкам ИП ФИО1 Автомобиль стоял на стоянке Т-вых, отец его забирал в дни отбытия в рейс, возвращал по прибытию. За рейс получал оплату. В связи с чем, у ответчика сложилось мнение, что его отец работает у Т-вых в должности водителя. Вместе с тем, о наличии заключенных трудовых или гражданско-правовых отношений между ИП ФИО1 и его отцом ему не известно. После смерти отца в наследство не вступал, от отца в доме, где он проживает, остался только старый холодильник. Иного имущества нет.

Ответчик ФИО5 (дочь погибшего причинителя вреда) в судебном заседании возражала по требованиям, предъявленным к наследникам погибшего. Указала, что со слов погибшего ей известно, что Ф.Е.В. работал водителем у Т-вых, которые занимались перевозкой грузов. Накануне ДТП отец позвонил дочери и попросил денег на личные расходы, так как незапланированно ИП ФИО1 отправила его в рейс. Автомобиль всегда стоял на стоянке Т-вых в <адрес> После смерти отца в наследство не вступала, так как у отца не было какого-либо имущества.

Ответчики ФИО1, ФИО3 в судебное заседание не явились, извещены судом надлежащим образом, обеспечили явку своих представителей. Ранее, в судебных заседаниях возражали относительно заявленных требований.

Ответчики ФИО6, ФИО7 в судебное заседание не явились, извещены судом надлежащим образом, ходатайствовали о рассмотрении дела в их отсутствие.

Привлеченные судом к участию в деле в качестве третьих лиц ПАО СК «Росгосстрах», ООО «ТехноПлюс», ФИО9, ФИО10, ФИО11 в судебное заседание не явились, извещены судом надлежащим образом, о причинах неявки суд не уведомили.

В соответствии с ч. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие не явившихся лиц, извещенных судом надлежащим образом.

Заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Постановлением следователя СО МО МВД России «Барабинский» об отказе в возбуждении уголовного дела № от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что Ф.Е.В., управляя автомобилем IVECO STRALIS AS440S46T, г.р.з. №, с полуприцепом ШМИТЦ SCS 24/L-13.62 EВ, г.р.з№, 28.06.2023 около 10:50 час. двигался по автодороге <адрес>. В пути следования на 1133 км указанной автодороги в <адрес> на автомобиле IVECO, г.р.з. <адрес>, произошел взрыв переднего левого колеса, отчего он выехал на полосу встречного движения, где допустил столкновение с автомобилем Mercedes-Benz Actros 1845 LS, г.р.з. <адрес> с полуприцепом ШМИТЦ SCВS3В, г.р.з. <адрес>, принадлежащими ООО «Техноплюс», под управлением ФИО9, отчего его автомобиль съехал в кювет с правой стороны по ходу его движения и опрокинулся на правую сторону. После чего произошло столкновение полуприцепа ШМИТЦ SCS 24/L-13.62 EВ, г.р.з. № автомобиля IVECO STRALIS AS440S46T, г.р.з. <адрес> с автомобилем Вольво, г.р.з. № под управлением ФИО10, с полуприцепом ШМИТЦ SCВS3В, г.р.з. № В результате столкновения произошло возгорание автомобиля IVECO STRALIS AS440S46T, г.р.з. №, с полуприцепом ШМИТЦ SCS 24/L-13.62 EВ, г.р.з. №, и автомобиля Mercedes-Benz Actros 1845 LS, г.р.з. № с полуприцепом ШМИТЦ SCВS3В, г.р.з. №.

В результате ДТП водитель автомобиля IVECO Ф.Е.В. от полученных травм скончался на месте, водитель автомобиля Mercedes, ФИО9 получил телесные повреждения и был госпитализирован в больницу.

Автомобиль IVECO, г.р.з. №, с полуприцепом ШМИТЦ, г.р.з. №, а также перевозимый в них груз, автомобиль Mercedes, г.р.з№, перевозимый в нем груз, уничтожены в результате пожара, автомобиль Вольво – получил механические повреждения.

Следственными органами установлено, что в процессе движения автомобиля IVECO, г.р.з. №, с полуприцепом ШМИТЦ, г.р.з. № под управлением Ф.Е.В., произошел разрыв шины переднего левого колеса автомобиля, в результате чего автомобиль IVECO с полуприцепом выехал на полосу, предназначенную для встречного движения, где произошло столкновение с движущимся во встречном направлении автомобилем Mercedes и в последующем столкновение с движущимся во встречном направлении автомобилем Вольво. Выезд автомобиля IVECO, г.р.з. № с полуприцепом ШМИТЦ, г.р.з. №, под управлением Ф.Е.В., произошел по причине возникновения неисправности транспортного средства в период его эксплуатации.

В действиях водителей ФИО9 и ФИО10 нарушений правил дорожного движения не установлено.

При рассмотрении дела факт ДТП, обстоятельства его совершения и причина возникновения ДТП, как и постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, сторонами не оспаривались.

Оценив представленные доказательства по факту произошедшего ДТП, суд соглашается с выводами следственных органов о том, что ДТП произошло по вине водителя Ф.Е.В., который в соответствии с п. 2.3.1 Правил дорожного движения Российской Федерации обязан перед выездом проверить и в пути обеспечить исправное техническое состояние транспортного средства.

Согласно материалам дела автомобиль IVECO STRALIS AS440S46T, г.р.з. № полуприцеп ШМИТЦ SCS 24/L-13.62 EВ, г.р.з. № на момент ДТП зарегистрированы на имя ФИО1 (ответчик по делу).

Ответчик ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время состоит в зарегистрированном браке с ответчиком ФИО3

При рассмотрении дела стороны не оспаривали, что данные транспортные средства приобретены в период брака и являются общей совместной собственностью супругов Т-вых.

С ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя, основным видом ее коммерческой деятельности является «Деятельность автомобильного грузового транспорта и услуг по перевозкам».

В судебных заседаниях ответчиками Т-выми не оспаривалось, что в автопарке ИП имеется три грузовых автомобиля, в том числе и автомобиль IVECO, г.р.з. №, и полуприцеп ШМИТЦ, г.р.з. №. Данные транспортные средства используются ИП ФИО1 в ее коммерческих целях.

Собственником автомобиля Mercedes-Benz Actros 1845 LS, г.р.з. № на момент ДТП являлся ООО «ТехноПлюс».

Автогражданская ответственность автомобиля IVECO, г.р.з. №, на момент ДТП застрахована в ПАО СК «Росгосстрах» (страховой полис ОСАГО № №). Лицами, допущенными к управлению данным транспортным средством, указаны: Ф.Е.В., ФИО3

Автомобиль Mercedes, г.р.з. №, застрахован по договору добровольного страхования автотранспортных средств (полис КАСКО № №) в СПАО «Ингосстрах». Страховая сумма на период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ определена в размере 11 000 000 руб.

СПАО «Ингосстрах» признало повреждение автомобиля Mercedes, г.р.з. №, в ДТП от ДД.ММ.ГГГГ страховым случаем, и стороны пришли к соглашению о произведении страховой выплаты из расчета полной гибели автомобиля в размере 10 782 157,33 руб.

Платежным поручением № от ДД.ММ.ГГГГ страховщиком перечислено страхователю ООО «ТехноПлюс» 10 782 157,33 руб.

Ссылаясь, что страховая выплата была произведена из расчета полной гибели автомобиля потерпевшего, а также то, что автомобиль виновника ДТП был застрахован в ПАО СК «Росгосстрах» по договору ОСАГО, истец указал, что размер убытков надлежит определять как разницу между произведенной страховщиком выплатой и стоимостью годных остатков с учетом лимита страхового возмещения по договору ОСАГО, в рамках которого была застрахована ответственность виновника ДТП.

Таким образом, размер убытка СПАО «Ингосстрах» составляет 7 322 157,33 руб., из расчета: 10 782 157,33 (стоимость полной гибели автомобиля) – 3 060 000 (доход от реализации годных остатков) – 400 000 (компенсация по полису ОСАГО причинителя вреда).

При рассмотрении дела ответчики ущерб в заявленном истцом размере не оспаривали.

Согласно п. 1 ст. 965 ГК РФ, если договором имущественного страхования не предусмотрено иное, к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит в пределах выплаченной суммы право требования, которое страхователь (выгодоприобретатель) имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования (суброгация).

Статьей 1072 названного кодекса предусмотрено, что юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (ст. 931, п. 1 ст. 935 ГК РФ), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08.11.2022 № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» разъяснено, что если размер возмещения, выплаченного страховщиком по договору добровольного имущественного страхования, превышает страховую сумму по договору обязательного страхования, к страховщику в порядке суброгации наряду с требованием к страховой организации, обязанной осуществить страховую выплату в соответствии с Законом об ОСАГО, переходит требование к причинителю вреда в части, превышающей эту сумму (глава 59 ГК РФ) (п. 72).

В силу приведенных норм права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации к страховщику, выплатившему страховое возмещение по договору добровольного страхования имущества, переходит право потерпевшего требовать возмещения ущерба с причинителя вреда, если его ответственность не застрахована по договору ОСАГО, а если застрахована - то к страховщику, застраховавшему его ответственность, и к причинителю вреда в части, превышающей страховое возмещение по договору ОСАГО.

Исходя из изложенного, у истца имеется право требовать возмещение ущерба в порядке суброгации в заявленном в иске размере, так как страхового возмещения по ОСАГО причинителя вреда согласно установленного лимита и дохода от реализации годных остатков автомобиля, недостаточно для покрытия.

В соответствии с п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Пунктом 3 ст. 1064 ГК РФ установлено, что вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях.

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда (п. 2 ст. 1064 ГК РФ).

На основании п. 1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Таким образом, законом обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности.

Как разъяснено в п. 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.д.).

Следовательно, законным владельцем источника повышенной опасности, на которого законом возложена обязанность по возмещению вреда, причиненного в результате использования источника повышенной опасности, является юридическое лицо или гражданин, эксплуатирующие источник повышенной опасности в момент причинения вреда в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, права оперативного управления либо в силу иного законного основания.

Согласно ст. 1068 и 1079 ГК РФ не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности.

Применительно к правилам, предусмотренным главой 59 ГК РФ, владелец источника повышенной опасности отвечает за вред, причиненный его работником в результате такой деятельности, при этом работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ. При этом, стоит учитывать, что договорно-правовыми формами, опосредующими выполнение работ (оказание услуг), подлежащих оплате (оплачиваемая деятельность), по возмездному договору, могут быть как трудовой договор, так и гражданско-правовые договоры (подряда, поручения, возмездного оказания услуг и др.), которые заключаются на основе свободного и добровольного волеизъявления сторон договора.

Исходя из изложенного и в соответствии с приведенными выше нормами материального права, обстоятельствами, имеющими значение при разрешении настоящего спора, являются: установление характера правоотношений в день ДТП между ИП ФИО1 (собственник транспортного средства) и Ф.Е.В. (водитель транспортного средства), цель управления последним транспортным средством, обстоятельства передачи автомобиля, наличие (отсутствие) факта выбытия источника повышенной опасности из законного владения собственника.

По документам, поступившим на запрос суда из Арбитражного суда Курганской области, установлено, что в день ДТП водитель Ф.Е.В., управляя транспортным средством IVECO, г.р.з. №, с полуприцепом ШМИТЦ, г.р.з. №, перевозил груз, принадлежащий ООО «СибирьОпт».

При рассмотрении дела ответчики указанное обстоятельство не оспаривали.

ДД.ММ.ГГГГ между ООО ТЭК «Караван» (экспедитором) и ООО «СибирьОпт» (клиентом, грузоотправителем) заключен договор № на организацию транспортно-экспедиционного обслуживания при перевозках груза на автомобильном транспорте, в соответствии с которым экспедитор принял на себя обязанности предоставлять для перевозки грузов транспортные средства соответствующего типа (как указано в заявке клиента), обеспечить своевременную доставку вверенного клиентом груза в пункт назначения и сдать его уполномоченному лицу в целости и сохранности, а клиент, в свою очередь, обязался оплачивать услуги экспедитора.

На основании п. 1.5 данного договора экспедитору предоставлено право заключать от своего имени и за свой счет в интересах клиента договора перевозки грузов транспортными средствами с другими перевозчиками и использовать транспорт этих перевозчиков для исполнения обязательств по настоящему договору.

Во исполнение договора транспортной экспедиции № от ДД.ММ.ГГГГ по договору-заявке № от ДД.ММ.ГГГГ ООО ТЭК «Караван» (заказчик) согласовало с ИП ФИО1 (перевозчик) перевозку груза из <адрес> (пункт погрузки) в <адрес> (пункт разгрузки) автомобильным транспортом подрядчика с водителем – седельным тягачом IVECO, г.р.з. № с полуприцепом ШМИТЦ, г.р.з. № под управлением водителя Ф.Е.В.

В рамках указанного выше договора-заявки на основании счета-фактуры № от ДД.ММ.ГГГГ, товарно-транспортной накладной № от ДД.ММ.ГГГГ ответчик ИП ФИО1, как перевозчик, приняла к перевозке под свою ответственность груз на сумму 781 156,04 руб.

Водителю Ф.Е.В. был выдан путевой лист ИП ФИО1

По факту утраты груза в ДТП от ДД.ММ.ГГГГ ООО ТЭК «Караван» обращался в Арбитражный суд <адрес> с иском к ИП ФИО1 о возмещении с перевозчика ущерба, причиненного утратой груза в размере 781 156,04 руб.

Определением Арбитражного суда Курганской области от 30.11.2023 по гражданскому делу по иску ООО ТЭК «Караван» к ИП ФИО1 о возмещении ущерба, причиненного утратой груза, утверждено мировое соглашение. Стороны подтвердили наличие задолженности перевозка ИП ФИО1 перед ООО ТЭК «Караван» в заявленном в иске размере, порядок возмещения определен согласно установленному графику внесения платежей.

Определение вступило в законную силу, в кассационном порядке сторонами не оспорено.

В материалы дела представителем ответчика ФИО1 – ФИО2 представлен договор-транспортной заявки об оказании автотранспортных услуг от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому ИП ФИО1 и Ф.Е.В. заключили договор о том, что Ф.Е.В. принимает на себя обязательства оказать заказчику автотранспортные услуги по перевозке груза во исполнение обязательств ИП ФИО1 по заключенному с ООО ТЭК «Караван» договору-заявке № от ДД.ММ.ГГГГ.

Истолковывая условия вышеназванного договора по правилам ст. 431 ГК РФ, исходя из общей воли сторон, его целей и поведения сторон в ходе исполнения обязательств, а также учитывая, что ИП ФИО1 в отношениях с ООО ТЭК «Караван» являлась перевозчиком, и в силу специфики возникших отношений, действуя добросовестно не имела права передавать свои обязательства перевозчика третьим лицам, а лишь могла привлекать третьих лиц для выполнения обязательств, неся ответственность за их деятельность в полном объеме, суд полагает, что указанный договор транспортной заявки от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ИП ФИО1 и Ф.Е.В., является договором возмездного оказания услуг водителя, что при рассмотрении дела не оспаривал представитель ФИО1

Следовательно, водитель Ф.Е.В. в момент ДТП не являлся владельцем источника повышенной опасности по смыслу ст. 1079 ГК РФ, так как использовал автомобиль (источник повышенной опасности) не по своему усмотрению, а по заданию ИП ФИО1, на основании заключенного с ней гражданско-правового договора, действуя в ее коммерческих интересах, под ее контролем с целью выполнения обязательств по доставке груза, принятых ИП ФИО1, как перевозчиком.

Таким образом, законным владельцем источника повышенной опасности по смыслу ст. 1079 ГК РФ на момент ДТП являлась ИП ФИО1

Ссылка ответчиков Т-вых на заключенный между ФИО1 (арендодателем) и Ф.Е.В. (арендатором) договор аренды автомобиля без экипажа от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому арендодатель передает арендатору во временное владение и пользование автомобиль IVECO STRALIS AS440S46T, г.р.з. №, с полуприцепом ШМИТЦ SCS 24/L-13.62 EВ, г.р.з. №, не свидетельствует о том, что ФИО1 не является надлежащим ответчиком по делу, так как суду не представлены доказательства того, что автомобиль действительно выбыл из-под контроля арендодателя ФИО1 и использовался не в интересах последней.

В путевом листе, который выдавался водителю Ф.Е.В., имеются отметки: медицинского сотрудника о прохождении предрейсового осмотра, оплату за который произвела ИП ФИО1, механика ИП ФИО1 – ФИО3 (работающего в штате ИП ФИО1 по трудовому договору) о прохождении технического контроля, отметки показаний спидометра, выезда и времени выпуска из гаража, а также содержится задание водителю по перевозке груза по маршруту Курган- Новосибирск, подпись диспетчера ФИО1, подтверждающая выпуск автомобиля.

Также к договору аренды арендодателем была выдана Ф.Е.В. Должностная инструкция для водителя, которая содержит обязательства водителя как работника перед ИП ФИО1, что исходя из правовой природы договора аренды противоречит целям его заключения, поскольку вопросы коммерческой эксплуатации предмета аренды разрешаются арендатором самостоятельно.

Указанные документы свидетельствуют о том, что на дату ДТП, несмотря на заключенный договор аренды от ДД.ММ.ГГГГ, источник повышенной опасности не выбыл из-под контроля арендодателя, автомобиль не использовался в личных целях арендатором, а использовался по заданию и в интересах арендодателя, т.е. владельца источника повышенной опасности.

При этом, суд критически относится к доводам ответчиков Т-вых и показаниям свидетеля ФИО3, являющегося близким родственником (сыном) Т-вых, о том, что путевой лист был выдан водителю Ф.Е.В. по его просьбе формально механиком ФИО3 в виде имеющегося бланка с подписью ФИО1, а медицинский осмотр от имени ИП ФИО1 в больнице мог пройти любой водитель, без ведома самой ФИО1, поскольку это противоречит установленной законом процедуре по выдаче путевых листов, а кроме того, в путевом листе имеются все необходимые данные, в том числе содержится задание водителю по перевозке груза, обязательства по доставке которого на себя как перевозчик взяла как раз ИП ФИО1

Кроме того, допрошенные в судебном заседании свидетели М.В.М. (состоял в трудовых отношениях с ИП ФИО1), С.В.Д. (оказывал услуги ИП ФИО1 на основании заключенного гражданско-правового договора) поясняли, что путевой лист всегда выдавался ИП ФИО1 при прохождении водителем обязательной процедуры медицинского и технического контроля.

Свидетель Свидетель №1 в суде показал, что проходил пару раз от имени ИП ФИО1 в больнице предрейсовый медицинский осмотр по предварительной договоренности с ИП ФИО1, о чем в Журнале предрейсовых медицинских осмотров проставлялась отметка. Однако, путевой лист ИП ФИО1 ему не выдавала, он самостоятельно выписывал данный лист, так как действовал в своих коммерческих целях как предприниматель, а не по заданию ФИО1

Из показаний свидетеля С.В.Д. судом также установлено, что ИП ФИО1 в своей коммерческой деятельности практиковала передачу автомобилей в аренду, что позволяло арендаторам пользоваться автомобилем, как в своих целях, так и при оформлении заявок с ИП ФИО1 в коммерческих интересах последней. При этом, путевой лист выдавался водителю (он же арендатор) ИП ФИО1 только при выполнении ее заявки, когда арендатор сам находил маршрут, он не мог получить путевой лист у ИП ФИО1

При рассмотрении дела судом не установлено фактов осуществления водителем Ф.Е.В. как арендатором заявок в личных целях. Указанные обстоятельства оспаривали его близкие родственники, ссылаясь, что Ф.Е.В. ездил в рейс только по заданию ИП ФИО1, оставлял и забирал автомобиль со стоянки Т-вых в <адрес>. Из Журнала регистрации предрейсовых медицинских осмотров следует, что ИП ФИО1 за период с января по июнь (включительно) 2023 г. привлекала Ф.Е.В. в качестве водителя 8 раз, осуществляла за него оплату предрейсового медицинского осмотра, в том числе, при отправке в путь, при следовании которого произошло ДТП. Факты привлечения водителя Ф.Е.В. к административной ответственности за нарушение правил дорожного движения при управлении транспортными средствами, принадлежащими ИП ФИО1, приблизительно совпадают с датами отправки водителя в рейс, отметки о которых имеются в Журнале регистрации предрейсовых медицинских осмотров ИП ФИО1

Таким образом, исследовав представленные сторонами в дело доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу, что вопреки доводам Т-вых Ф.Е.В. в момент ДТП управлял автомобилем IVECO STRALIS AS440S46T, г.р.з. № с полуприцепом ШМИТЦ SCS 24/L-13.62 EВ, г.р.з. № как водитель ИП ФИО1 с ведома, по поручению, под контролем и в интересах последней. Следовательно, в момент ДТП водитель Ф.Е.В. не являлся по смыслу ст. 1079 ГК РФ владельцем источника повышенной опасности, так как управлял источником повышенной опасности в силу исполнения своих обязанностей на основании гражданско-правового договора, заключенного с собственником в интересах последнего, а значит, у него, и его наследников не возникли обязательства по возмещению вреда истцу. Привлеченные судом к участию в деле наследники погибшего водителя Ф.Е.В. признаются ненадлежащими ответчиками по предъявленным СПАО «Ингосстрах» требованиям.

Определяя надлежащий субъект ответственности по настоящему делу, суд также не может согласиться с позицией истца о том, что ФИО1 и ФИО3 несут солидарную ответственность по возмещению ущерба перед СПАО «Ингосстрах», исходя из общего режима совместной собственности супругов.

Суд обращает внимание, что по смыслу ст. 1068, 1079 ГК РФ субъектом ответственности за причинение вреда источником повышенной опасности является лицо, которое обладало гражданско-правовыми полномочиями по использованию соответствующего источника повышенной опасности и имело его в своем реальном владении и использовало на момент причинения вреда, а не просто собственник.

Ссылка истца на режим общей совместной собственности супругов на автомобиль в силу ст. 34 СК РФ, ст. 322 ГК РФ в рассматриваемом случае ошибочна, поскольку данные нормы не предусматривают возможность солидарной ответственности супругов за вред, причиненный при использовании одним из супругов в личных целях источника повышенной опасности.

В рассматриваемом деле установлено, что в момент ДТП владельцем источника повышенной опасности по смыслу ст. 1079 ГК РФ являлась только ИП ФИО1, она использовала автомобиль в своих коммерческих целях, для исполнения принятых обязательств по доставке грузка как перевозчик. Ответчик ФИО3 имеет иной род деятельности, в предпринимательской деятельности супруги участия не принимает, автомобиль в момент ДТП в своих целях он не использовал. В этой связи в силу закона именно ФИО1 несет ответственность перед истцом как владелец источника повышенной опасности. Следовательно, ФИО3 является ненадлежащим ответчиком по делу.

При указанных обстоятельствах, суд приходит к выводу об удовлетворении требований СПАО «Ингосстрах» по возмещению ущерба с ответчика ФИО1

Согласно ст. 98 ГПК РФ суд присуждает с ответчика ФИО1 в пользу истца понесенные судебные расходы по оплате государственной пошлины размере 44 811 руб. (платежное поручение № от ДД.ММ.ГГГГ).

На основании изложенного и, руководствуясь ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования СПАО «Ингосстрах» к ФИО1 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, в порядке суброгации, удовлетворить.

Взыскать с ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р. (паспорт № в пользу СПАО «Ингосстрах» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в счет возмещения ущерба в порядке суброгации денежные средства в размере 7 322 157,33 руб., в счет возврата государственной пошлины – 44 811 руб., всего 7 366 968 (Семь миллионов триста шестьдесят шесть тысяч девятьсот шестьдесят восемь) рублей 33 копейки.

Исковые требования СПАО «Ингосстрах» к ФИО3, ФИО6, ФИО7, ФИО5, ФИО4 оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Курганский областной суд в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Варгашинский районный суд Курганской области.

Судья О.В. Гончар

Мотивированное решение изготовлено судом 13 февраля 2025 года.