33-18/2023 (2-1/2022) Судья Прошкин Ю.В.

УИД 62RS0027-01-2020-000100-83

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

12 июля 2023 г. г. Рязань

Судебная коллегия по гражданским делам Рязанского областного суда в составе:

председательствующего Жирухина А.Н.,

судей Соловова А.В., Кирюшкина А.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Хижняк А.Н.,

рассмотрела в открытом судебном заседании дело по апелляционной жалобе ответчика ФИО1 на решение Старожиловского районного суда Рязанской области от 9 февраля 2022 г., которым (в редакции определений об исправлении описок от 27 апреля 2022 г. и 26 мая 2022 г.) постановлено:

Исковые требования ФИО2, ФИО3 к ФИО1 о возмещении ущерба, причиненного ремонтом и несогласованной перепланировкой вышерасположенной квартиры, удовлетворить.

Взыскать с ФИО1 сумму причиненного ущерба в размере 175 789 руб. 82 коп. в равных долях, в пользу ФИО2 – 87 894 руб. 91 коп., в пользу ФИО3 – 87 894 руб. 91 коп.

Взыскать с ФИО1 сумму уплаченной госпошлины в размере 3 761 руб. в равных долях, в пользу ФИО2 – 1 880 руб. 50 коп., в пользу ФИО3 – 1 880 руб. 50 коп.

Взыскать с ФИО1 сумму оплаты за юридические услуги в размере 35 000 руб. в равных долях, в пользу ФИО2 – 17 500 руб., в пользу ФИО3 – 17 500 руб.

Изучив материалы дела, заслушав доклад судьи Жирухина А.Н., объяснения представителя ответчика ФИО4, подержавшего апелляционную жалобу, возражения на апелляционную жалобу истца ФИО2, представителя истцов ФИО5, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО2 и ФИО3 обратились в суд с иском к ФИО1 о возмещении ущерба, причиненного ремонтом и несогласованной перепланировкой вышерасположенной квартиры, который (с учетом его уточнения) мотивирован тем, что они, истцы, являются собственниками (по 1/2 доле в праве за каждым) на квартиру, расположенную на 3 этаже жилого дома по адресу: <адрес>. Ответчик является собственником выше расположенной квартиры, расположенной на 4 этаже дома по адресу: <адрес>. 13 декабря 2019 г. в квартире ответчика производились строительные работы, которые вызвали сильный шум и вибрацию стен в квартире истцов, повлекшие причинение ущерба имуществу их квартиры (отслоение и разрушения штукатурного слоя от монолитной несущей стены). Рыночная стоимость восстановительного ремонта квартиры <адрес> без учёта износа, согласно заключению эксперта, составила 175 789 руб. 82 коп. При рассмотрении дела истцами понесены судебные расходы в виде уплаты государственной пошлины в размере 3 761 руб. и оплаты услуг представителя в размере 35 000 руб.

ФИО2 и ФИО3 просят суд взыскать с ФИО1 в свою пользу в равных долях сумму причиненного ущерба (рыночную стоимость восстановительного ремонта) в размере 175 789 руб. 82 коп., госпошлину, уплаченную при подаче настоящего искового заявления, в размере 3 761 руб., расходы на оплату юридических услуг в размере 35 000 руб., а всего – 214 550 руб. 82 коп.

Районный суд удовлетворил исковые требования, постановив обжалуемое решение.

В апелляционной жалобе ответчик ФИО1 просит об отмене постановленного решения, считая его незаконным и необоснованным, указывая в обоснование своих доводов на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и нарушение судом норм материального и процессуального права. В нарушение требований части 4 статьи 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд не дал должной правовой оценки представленным ответной стороной в дело актам осмотра квартиры ответчика от 13 и 23 декабря 2019 г., техническому заключению проектной документации перепланировки квартиры по адресу: <адрес>, составленной ООО «Проект реставрация», первичным документам по проведению строительно-монтажных работ в иные даты, нежели произошло происшествие. В день происшествия строительная бригада в квартире ответчика занималась обшивкой потолков. Судом не учтено, что полная перепланировка производилась и в иных квартирах, расположенных как над, так и под квартирой истца. Судом нарушены правила привлечения процессуальных соучастников по делу, в результате чего ФИО3 необоснованно привлечен к участию в деле в качестве соистца. Судом не дано должной правовой оценки факту привлечения ответчика к административной ответственности и своевременному обращению за легитимацией незаконной перепланировки на предмет наличия причинной связи с последствиями происшествия. Ставя под сомнение заключения двух проведенных по делу судебных строительно-технических экспертиз, апеллятор указывает на то, что разрушающий метод экспертом не применялся, несмотря на то, что эксперты пришили к предположительным выводам о возникновении дефектов в квартире истца в результате штробления дверной коробки в квартире ответчика, при этом не учтено, что дверь в квартире ответчика установлена спустя полгода после происшествия. Выводы эксперта не содержат каких-либо научных методик, не указывают на конкретный период либо дату происшествия, содержат противоречия в части указания площади повреждений стены в квартире истца. К проведению повторной строительно-технической экспертизы привлечен эксперт ФИО6, не состоящий в штате указанной организации, которому проведение экспертизы не поручалось, что, по мнению апеллятора, является основанием для назначения и проведения по делу повторной судебной строительно-технической экспертизы.

В отзыве (возражениях) на апелляционную жалобу истцы ФИО2 и ФИО3 просят оставить постановленное решение без изменения, полагая, что оно в полной мере соответствует требованиями материального и процессуального права.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО4 апелляционную жалобу поддержали по тем же доводам.

Истец ФИО2 и представитель истцов ФИО5 с доводами апелляционной жалобы не согласились, полагая, что законные основания для отмены постановленного решения отсутствуют.

Истец ФИО3, ответчик ФИО1 в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились без указания причин, извещены надлежащим образом.

Судебная коллегия на основании частей 3-4 статьи 167, части 1 статьи 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации полагает возможным рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие неявившихся участников процесса при состоявшейся явке.

В силу правовых позиций, изложенных в пункте 46 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 июня 2021 г. N 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции», в соответствии с частями 1, 2 статьи 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность судебного постановления суда первой инстанции только в обжалуемой части, исходя из доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно них.

Заслушав доводы представителя ответчика, возражения явившегося истца, представителя истцов, проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, оценив в совокупности имеющиеся в деле доказательства, проверив в соответствии со статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального законодательства в пределах доводов апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены постановленного решения в обжалуемой части.

Судебная коллегия считает, что при разрешении возникшего спора суд правильно определил обстоятельства, имеющие значение для дела, дал им надлежащую правовую оценку и постановил решение, основанное на верной оценке совокупности представленных по делу доказательств и требованиях норм материального права, регулирующего возникшие спорные правоотношения.

В соответствии со статьями 12, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии с положениями пункта 6 статьи 10 Жилищного кодекса Российской Федерации жилищные права и обязанности возникают вследствие действий (бездействия) участников жилищных отношений или наступления событий, с которыми федеральный закон или иной нормативный правовой акт связывает возникновение жилищных прав и обязанностей.

Как следует из положений пунктов 1, 2, 6 части 3 статьи 11 Жилищного кодекса Российской Федерации, защита жилищных прав осуществляется путем признания жилищного права, восстановления положения, существовавшего до нарушения жилищного права, и пресечения действий, нарушающих это право или создающих угрозу его нарушения, а также иными способами, предусмотренными настоящим Кодексом, другим федеральным законом.

В соответствии с частью 4 статьи 17 Жилищного кодекса Российской Федерации пользование жилым помещением осуществляется с учетом соблюдения прав и законных интересов, проживающих в этом жилом помещении граждан, соседей, требований пожарной безопасности, санитарно-гигиенических, экологических и иных требований законодательства, а также в соответствии с правилами пользования жилыми помещениями, утвержденными уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти.

Лицо, право которого нарушено, в соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации вправе требовать возмещения причиненных ему убытков. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно пункту 1 статьи 1064 того же кодекса вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статья 1064 ГК РФ). Таким образом, из смысла пункта 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что для возникновения права на возмещение убытков, вытекающих из деликтных отношений, истец обязан доказать факт причинения вреда конкретным лицом, размер убытков, а ответчик – отсутствие вины.

Способы возмещения вреда указаны в статье 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой, удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 288 Гражданского кодекса Российской Федерации, частей 3, 4 статьи 30 Жилищного кодекса Российской Федерации собственник осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему жилым помещением в соответствии с его назначением. Кроме того, собственник несет бремя содержания принадлежащего ему жилого помещения, т.е. обязанность собственника – содержать имущество в исправном, безопасном и пригодном для эксплуатации состоянии в соответствии с его назначением.

Статья 210 того же кодекса устанавливает, что собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

Аналогичные по своему содержанию положения содержатся и в части 4 статьи 30 Жилищного кодекса Российской Федерации, согласно которой собственник жилого помещения обязан поддерживать данное помещение в надлежащем состоянии, не допуская бесхозяйственного обращения с ним, соблюдать права и законные интересы соседей, правила пользования жилыми помещениями, а также правила содержания общего имущества собственников помещений в многоквартирном доме.

В соответствии с пунктами 6, 19 Правил пользования жилыми помещениями, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 21 января 2006 г. N 25, пользование жилым помещением осуществляется с учетом соблюдения прав и законных интересов, проживающих в жилом помещении граждан и соседей, требований пожарной безопасности, санитарно-гигиенических, экологических и иных требований законодательства, а также в соответствии с настоящими Правилами, в качестве пользователя жилым помещением собственник обязан: обеспечивать сохранность жилого помещения; поддерживать надлежащее состояние жилого помещения; нести расходы на содержание принадлежащего ему жилого помещения, а также участвовать в расходах на содержание общего имущества в многоквартирном доме соразмерно своей доле в праве общей собственности на имущество путем внесения платы за содержание и ремонт жилого помещения. Собственник несет иные обязанности, предусмотренные законодательством.

Судом установлено и из материалов дела следует, что квартира №, расположенная на 3 этаже многоквартирного жилого дома по адресу: <адрес>, с 8 августа 2014 г. принадлежит на праве общей долевой собственности (по 1/2 доле каждому) ФИО2 и ФИО3 (т. 1 л.д. 6-9).

Собственником квартиры № 23, расположенной на 4 этаже того же дома, с 21 марта 2018 г. является ответчик ФИО1 (т. 1 л.д. 10-13).

В декабре 2019 г. в квартире ответчика ФИО1 производилась строительно-монтажные работы, связанные с проведением перепланировки, не согласованной с органами местного самоуправления (т. 1 л.д. 37-39).

Согласно акту № от 13 декабря 2019 г., составленному по инициативе истцов членами правления ТСН «ТСЖ ГАУДИ» и собственниками квартир жилого дома по адресу: <адрес>, вследствие производимых ремонтных работ (штробления, дробления и частичного сноса стен вышерасположенной квартиры №) в квартире № многоквартирного жилого дома по адресу: <адрес>, выявлено отслоение и разрушение штукатурного слоя и декоративной штукатурки от несущей стены шириной 3 м и высотой 1,2 м, отслоение штукатурного слоя, удерживаемого обоями, на протяжении 5 м. (т. 1 л.д. 14).

16 января 2020 г. Государственной жилищной инспекцией по Рязанской области в ходе проведения внеплановой проверки при обследовании жилого помещения по адресу: <адрес> выявлено, что собственником квартиры ФИО1 без согласования с органами местного самоуправления выполнена перепланировка жилого помещения, а именно: демонтирована несущая межкомнатная перегородка между жилой комнатой и кухней; демонтирована несущая перегородка между двумя жилыми комнатами; выполнено устройство несущей перегородки между помещениями кухни и жилой комнаты; демонтированы подоконные части стены между помещениями балкона с кухней и балкона с жилой комнатой; в помещении санузла выгорожена часть помещения путем устройства несущих перегородок. ФИО1 выдано предписание об устранении выявленных нарушений, предложено согласовать самовольную перепланировку указанного жилого помещения с органами местного самоуправления либо привести жилое помещение в прежнее состояние (т. 1 л.д. 15).

Постановлением первого заместителя начальника Государственной жилищной инспекции Рязанской области ФИО7 от 24 января 2020 г. ФИО1 привлечена к административной ответственности по части 2 статьи 7.21 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях за самовольную перепланировку помещения в многоквартирном доме с назначением ей административного наказания в виде административного штрафа в размере 2 000 руб. (т. 1 л.д. 76).

Постановление вступило в законную силу и добровольно исполнено ответчиком.

Указанные обстоятельства сторонами на оспаривались и объективно подтверждаются представленными в дело сведениями из ЕГРН на жилые помещения, технической и проектной документацией на квартиру ответчика, актами осмотра поврежденной квартиры, материалами проверки Государственной жилищной инспекции Рязанской области, получившими надлежащую правовую оценку в суде первой инстанции по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Разрешая спор и удовлетворяя заявленные исковые требования в части возмещения материального ущерба, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 15, 209, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 25, 30 Жилищного кодекса Российской Федерации, ссылаясь в обоснование своих выводов на заключение повторной судебной строительно-технической экспертизы ООО «Компания «Оценка и экспертиза» № от 9 декабря 2021 г., признал установленным, что именно на ответчика ФИО1, являющуюся собственником квартиры № многоквартирного жилого дома по адресу: <адрес>, ненадлежащим образом исполнившую обязанности по содержанию своего имущества в надлежащем состоянии и по пользованию им без нарушений прав и законных интересов других лиц при проведении строительно-монтажных работ по перепланировке своего жилого помещения, должна быть возложена деликтная ответственность за причиненный истцам Правильным Е.А и Д.В. имущественный ущерб.

С выводами суда в части удовлетворения заявленного иска судебная коллегия соглашается.

В соответствии с частью 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Как разъяснено в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Из системного толкования указанных норм закона и акта их разъяснения в их взаимной совокупности следует, что деликтное обязательство – есть обязательство вследствие причинения вреда, являющееся мерой гражданско-правовой ответственности, которая применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступлением вреда, а также вину причинителя вреда. При недоказанности хотя бы одного из названных признаков деликта основания для возложения юридической ответственности на причинителя вреда отсутствуют.

При этом по смыслу данных норм закона в их системном толковании с положениями статей 12, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации по делам, возникающим из деликтных правоотношений, бремя доказывания наличия причинно-следственной связи между неправомерными действиями (бездействием) ответчика и наступившими последствиями возлагается на истца. Бремя же доказывания отсутствия вины в совершенном деликте материальным законом возложено на ответчика.

В судах обеих инстанций истцовой стороной представлялись доказательства наличия причинно-следственной связи между проводимыми ответчиком работами по перепланировке принадлежащего ей на праве собственности жилого помещения и наступившими последствиями в виде повреждений штукатурки и декоративной отделки стен жилого помещения истцов.

Признав допустимым и достоверным доказательством по делу заключение повторной судебной строительно-технической экспертизы № от 9 декабря 2021 г., проведенной экспертами ООО «Компания «Оценка и экспертиза» ФИО8 и ФИО11, суд первой инстанции счел возможным согласиться с ним, в связи с чем данное заключение положено в основу постановленного решения.

В связи с несогласием с процессуальной оценкой данного доказательства, судебной коллегией в порядке статьи 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в целях установления фактов наличия (отсутствия) дефектов в квартире №, сопредельной с квартирой № по <адрес>, причин их образования, причинной связи их появления с фактом проведения строительно-монтажных работ ответчиком в выше расположенной квартире № того же дома, признавшей в указанной части доводы подателя жалобы заслуживающими внимание, удовлетворено ходатайство ответной стороны о назначении и проведении по делу повторной судебной строительно-технической экспертизы.

Согласно заключению повторной судебной строительно-технической экспертизы ООО «Арта» № от 19 июня 2023 г. проведенным исследованием установлено наличие отслоения и разрушения штукатурного слоя, а также иные дефекты в виде трещин на межквартирной стене квартир № и № жилого дома по адресу: <адрес>. По характеру: трещины силовые, т.е. возникающие в результате действия нагрузки. По месторасположению: 1) горизонтальная трещина от правого угла (угол сопряжения со стеной с дверным проемом), проходящая в верхней части стены на высоте от 4 до 35 см от уровня натяжного потолка. В центральной части трещина прогрессирует до разрушения штукатурного слоя; 2) вертикальная трещина, начинающаяся от окончания горизонтальной трещины (высота от потолка 12 см) по направлению вниз, длиной 1,7 м. По конфигурации: 1) горизонтальная трещина – криволинейная с продольным вектором развития, 2) вертикальная трещина – прямолинейная. По площади: ориентировочная площадь повреждений составляет 4 м.

Стена, на которой истцом заявлен дефект, не является монолитной несущей стеной. Жилой дом по адресу: <адрес> имеет каркасную конструктивную систему, то есть вообще не имеет несущих стен (кроме лестнично-лифтового ядра). Исходя из этого, ответчиком не мог быть учинен проход в несущей стене. Указанная стена опирается на монолитную железобетонную плиту, расположена между монолитными железобетонными колоннами, верхняя часть стены упирается в монолитную железобетонную плиту. Как следует из документа «Акт осмотра технического состояния помещения, <адрес>», составленного ООО «Проектреставрация» 10 января 2020 г.: проведены работы по демонтажу ненесущих перегородок из кирпича. Таким образом, становится очевидным, что ответчиком производились работы по сносу ненесущих стен. Демонтажные работы подразумевают под собой использование специализированного строительного оборудования – ручного или электроинструментов.

Выявленные дефекты в квартире № по адресу: <адрес> возникли не позднее 13 декабря 2019 г. Последовательность возникновения дефектов в квартире № по адресу: <адрес> установить не представляется возможным. В результате неустановленных причин (падение крупных элементов конструкции стен при демонтаже, складирование материала и т.п.) произошёл прогиб плиты перекрытия, которая передала нагрузку на ненесущую межквартирную стену квартир №№, 19 по адресу: <адрес>. При проведении натурного исследования 24 апреля 2023 г. с 18:00 по 18:30 по адресу местонахождения объекта экспертизы: <адрес> применением разрушающего метода было установлено, что межквартирная стена квартир № и № по адресу: <адрес> имеет жесткое примыкание к плите перекрытия без наличия зазора, компенсирующего прогиб плиты и предотвращающего передачу нагрузки на ненесущую стену. Ненесущая стена не способна воспринимать нагрузки и передавать их (кроме собственного веса), как несущие конструкции, соответственно произошедшая кратковременная нагрузка привела к разрушению штукатурного слоя межквартирной стены квартир №№, № по адресу: <адрес> из-за отсутствия зазора между стеной и плитой перекрытия, предусмотренного положением СП 20.13330.2016. «Нагрузки и воздействия. Актуализированная редакция СНиП 2.01.07-85*», Приложение Д «Прогибы и перемещения», Д.1 «Определение прогибов и перемещений», Д. 1.6: «Прогиб элементов покрытий и перекрытий, ограниченный исходя из конструктивных требований, не должен превышать расстояния (зазора) между нижней поверхностью этих элементов и верхом перегородок, витражей, оконных и дверных коробок и других конструктивных элементов, расположенных под несущими элементами».

Стоимость восстановительного ремонта в <адрес> по адресу: <адрес> составляет 330 399,89 руб. (т. 4 л.д. 194-234).

Будучи опрошенным в судебном заседании эксперт ФИО12 подтвердил свое заключение, указывая на то, что развитие трещин – дефектов декоративной отделки в квартире истца № по адресу: <адрес> было обусловлено временной нагрузкой (складирование строительных материалов, демонтажные работы и пр.) в результате производимых в квартире ответчика строительно-монтажных работ, что привело к прогибу плиты перекрытия, не имеющей необходимого зазора с межквартирными стенами, и, как следствие, деформации слоя штукатурки и декоративной отделки в квартире истца. Об этом свидетельствует и то, что данные трещины носили силовой, а не осадочный характер. Иные причины подобного рода исключены экспертом, поскольку сведения о проведении строительных работ в других жилых помещениях в материалы дела не представлены.

Указанная экспертиза проведена в соответствии с требованиями Федерального закона от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» на основании определения суда о поручении проведения судебной экспертизы экспертам данной организации в соответствии с профилем деятельности. Надлежащее обоснование своих выводов экспертом в исследовательской части заключения, как того требуют положения статьи 25 указанного Закона, приведено.

Оснований для сомнений в выводах эксперта ООО «Арта» ФИО12 в указанной части, имеющего высшее профильное образование, соответствующую квалификацию судебного эксперта, необходимые сертификаты и свидетельства, длительный стаж экспертной деятельности (более 13 лет), у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Судебная коллегия приходит к выводу о том, что представленное заключение в полном объеме отвечает требованиям статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку содержит подробное описание произведенных исследований, сделанные в их результате выводы и научно обоснованные ответы на поставленные вопросы, в обоснование сделанных выводов эксперт приводит соответствующие данные осмотра жилых помещений сторон, указывает на применение методов исследований, основывается на исходных объективных данных, проектной документации перепланировки жилого помещения ответчика. Эксперт предупрежден об уголовной ответственности, предусмотренной статьей 307 Уголовного кодекса Российской Федерации. Достоверных, объективных доказательств, опровергающих выводы вышеназванного экспертного заключения, сторонами в процессе разрешения спора представлено не было.

По существу аналогичные выводы содержались и в заключении проведенной судом первой инстанции судебной строительно-технической экспертизы ООО «Эксперт-Строй» № от 2 ноября 2020 г., ошибочно признанной судом первой инстанции недопустимым доказательством по делу.

Не соглашаясь с отрицательной судебной оценкой данного экспертного заключения в части определения причин выявленных повреждений внутренней отделки квартиры истцов, воспроизведённой судом первой инстанции в обжалуемом решении, судебная коллегия полагает, что надлежащее обоснование критической оценки данного доказательства и необходимости назначения и проведения по делу повторной судебной строительно-технической экспертизы, как того требуют положения статей 87, части 4 статьи 198, статьи 225 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судом первой инстанции не приведено.

Ссылка же суда первой инстанции на отсутствие в представленном заключении указания на свидетельства о поверке измерительных инструментов, используемых экспертом ФИО13, таких как: цифровая фотокамера, металлическая рулетка, геодезическая рулетка, лазерный дальномер, набор визуально-измерительного контроля, а также отсутствие в заключении исследования качества и стоимости материалов при расчете стоимости восстановительного ремонта, в большей степени касались недостатков экспертного заключения в части определения размера причиненного материального ущерба и не являлись основанием ставить под сомнение выводы того же эксперта в части определения причин образования исследованных повреждений, которые в целом созвучны с выводами экспертного заключения ООО «Арта», полученного судом апелляционной инстанции.

Между тем, данные ошибочные выводы суда, допущенные при процессуальной оценке экспертного заключения судебной строительно-технической экспертизы ООО «Эксперт-Строй» № от 2 ноября 2020 г. в исследуемой части, по существу не повлекли за собой незаконность постановленного решения, поскольку в ходе ревизии постановленного решения в рамках апелляционного контроля состав деликта в действиях ответчика подтвержден, помимо письменных доказательств, и заключением повторной судебной строительно-технической экспертизы ООО «Арта» № от 19 июня 2023 г.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2003 г. N 23 «О судебном решении», судам следует иметь в виду, что заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (статья 67, часть 3 статьи 86 ГПК РФ). Оценка судом заключения должна быть полно отражена в решении. При этом суду следует указывать, на чем основаны выводы эксперта, приняты ли им во внимание все материалы, представленные на экспертизу, и сделан ли им соответствующий анализ.

Судебная коллегия отмечает, что данные выводы экспертных заключений, собранных судами первой и апелляционной инстанций находятся в логической и фактической связи с первичным актом № от 13 декабря 2019 г., а также объяснениями сторон (их представителей), изложенными в судебном заседании.

Озвученные в суде апелляционной инстанции доводы представителя ответчика ФИО4 об отсутствии вины ФИО1 в причинении ущерба истцам П-ным ввиду отсутствия необходимого зазора между стеной и плитой перекрытия и деформации плиты перекрытия не могут повлечь за собой отмену правильного по существу решения.

В суде апелляционной инстанции эксперт ФИО12 подтвердил, что конкретная величина такого технологического зазора не была определена им экспертным путем, поскольку является переменной, устанавливается расчетным путем и зависит от ряда факторов, включая величину нагрузки на перекрытия из вышерасположенной квартиры, которую в данном случае экспертным путем установить невозможно.

Между тем, судебная коллегия, оценивая данные показания эксперта в совокупности с его же выводами, изложенными в заключении повторной судебной строительно-технической экспертизы ООО «Арта» № от 19 июня 2023 г., а также иными обстоятельствами дела, учитывает, что до декабря 2019 г., то есть при статической нагрузке (давлении) стен перекрытия на межквартирные стены нижерасположенных квартир каких-либо повреждений как в квартире истца, так и квартире иных жильцов зафиксировано не было; как пояснил эксперт, появление трещин обусловлено временной излишней силовой нагрузкой вследствие проведения строительных работ; факт проведения таких работ в квартире ответчика до даты происшествия сторонами по делу не оспаривался; факт проведения строительно-монтажных работ в указанные дату и время в иных квартирах экспертом исключен.

При этом в суде апелляционной инстанции ответчик ФИО2 поясняла, что на протяжении недели до происшествия она постоянно находилась дома на больничном с ребенком, слышала сильные звуки штробления, сверления, разборки стен, падения строительных материалов, после чего 19 декабря 2019 г. и появились обозначенные выше повреждения. В квартиру для осмотра работник ответчика истца не пустил, убедиться в безопасности проводимых работ истцам не позволили.

Согласуются данные объяснения и совокупность иных собранных по делу доказательств (актами осмотра квартир, материалами о привлечении ответчика к административной ответственности, экспертными заключениями и пр.), а поэтому принимаются судебной коллегией на веру.

Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу, что первопричиной состоявшегося деликта, находящейся в правовой связи с наступившим последствиями в виде повреждений в квартире истца, явились именно действия ответчика, организовавшего проведение в своем жилом помещении строительно-монтажных работ по его перепланировке и переустройству с привлечением бригады рабочих, допустивших приложение излишней силовой нагрузки (падение крупных элементов конструкции стен при демонтаже, складирование материала и т.п.), приведшей к прогибу плиты перекрытия, передавшей в свою очередь деформационную нагрузку на ненесущую межквартирную стену квартир №№, № по адресу: <адрес>.

В данном случае ответственность за возмещение ущерба собственнику жилого помещения в многоквартирном доме не может быть поставлена в зависимость от наличия (отсутствия) возможных недостатков многоквартирного жилого дома, поскольку в силу обозначенных выше взаимосвязанных положений статей 15, 209, 210, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 17, 30 Жилищного кодекса Российской Федерации ответчик как собственник квартиры должен был обеспечить контроль за безопасным проведением строительных работа в принадлежащем ему жилом помещении, чего сделано не было.

В судах обеих инстанции ответной стороне неоднократно предлагалось представить суду доказательства, опровергающие искомые факты (иных причин причинения вреда истцу). Таких доказательств судам обеих инстанции ответной стороной в порядке статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации представлено не было.

Поскольку по смыслу положений статей 12, 56, 156 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации активная роль суда в формировании доказательственной базы исключается, поскольку это является прерогативой сторон, в процессе судебного разбирательства ответчик занял пассивную позицию, связанную с предоставлением суду необходимых средств доказывания, хотя такая обязанность на него возлагалась судом, районный суд обоснованно удовлетворил заявленный иск по изложенным выше основаниям, с чем судебная коллегия соглашается.

Коль скоро судом первой инстанции с ответчика ФИО1 в пользу истцов ФИО15 взыскана сумма причиненного ущерба в размере 175 789 руб. 82 коп., что не превышает размера материального ущерба, установленного заключением повторной судебной строительно-технической экспертизы ООО «Арта» № от 19 июня 2023 г, проведенной в суде апелляционной инстанции (330 399,89 руб.), судебная коллегия полагает, что исходя из общеправовых принципов рассмотрения иска в пределах заявленных требований и недопустимости изменения размера исковых требований в суде апелляционной инстанции (ч. 3 ст. 196, ч. 6 ст. 327 ГПК РФ, пункт 38 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 июня 2021 г. N 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции»), судебная коллегия полагает возможным согласиться с выводами районного суда в части определения размера взысканного в пользу потерпевшего материального ущерба.

Озвученное в суде апелляционной инстанции представителем истцов ФИО5 заявление об увеличении размера исковых требований отклонено, поскольку данная позиция вступает в противоречие с обозначенными выше норами процессуального права и актом их разъяснения.

Утверждения апеллятора о согласовании проведенной в установленном законом порядке перепланировки жилого помещения по адресу: <адрес> со ссылкой на акт администрации г. Рязани № от 28 февраля 2020 г., техническое заключение ООО «Проектреставрация» № от 10 января 2023 г. о соответствии произведенной силами ответчика перепланировки и переустройства принадлежащего ей жилого помещения по адресу: <адрес> требованиям действующего законодательства, отсутствия фактов нарушения угрозы жизни здоровью и граждан, соблюдения характеристик надежности и безопасности жилого помещения не имеют правового значения для данного дела и при установленных по делу обстоятельствах не исключают возможность причинения ущерба собственникам нижерасположенной квартиры непосредственно в процессе выполнения обозначенных видов работ (т. 1 л.д. 37, 83-106).

По этим же причинам подлежат отклонению аргументы подателя жалобы о проведении в исследуемый период работ по перепланировке и в иных квартирах, расположенных как над, так и под квартирой истца, поскольку допустимые и достоверные доказательства существования обозначенного выше юридически значимого факта и его влияния на негативный результат в виде повреждения отделки в квартире истца в материалы дела не представлены.

Что же касается ссылки апеллятора на игнорирование судом первой инстанции факта привлечения ФИО1 к административной ответственности по части 2 статьи 7.21 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, то согласится с ним нельзя, поскольку данное обстоятельство отражено в описательной части обжалуемого решения, более того, по мнению судебной коллегии, не опровергает, а, напротив, подтверждает версию истцовой стороны о проведении ответчиком в своем жилом помещении в исследуемый период строительно-монтажных работ по его перепланировке, повлекших, в свою очередь, повреждение штукатурки и декоративной отделки в квартире истца.

Аргументы автора апелляционной жалобы относительно нарушения судом правил оценки письменных доказательств по делу – акта № 1 осмотра квартиры от 13 декабря 2019 г., акта № 2 осмотра квартиры от 23 декабря 2019 г., согласно которым комиссия в составе председателя ТСЖ «Гауди» ФИО9, главного мастера бригады рабочих ФИО10, собственника квартиры № ФИО14 зафиксировала отсутствие фактов следов залития стяжки квартиры, целостности несущих стен, проведения бригадой рабочих подшивки гипсокартона к потолку в день происшествия, то они законность постановленного решения не опровергают (т. 1 л.д. 38-39).

Приходя к указанному выводу, судебная коллегия исходит из того, что данные акты составлены в отсутствие собственников квартиры № жилого дома по адресу: <адрес>, – ФИО15, информация, содержащаяся в них, зафиксирована со слов самого ответчика ФИО1, является производной от ее позиции, непосредственными очевидцами проведения строительно-монтажных работ, приведших к обрушению штукатурки и отделки квартиры истцов, члены комиссии не являлись, при этом акт № 2 вообще не содержит какой-либо доказательственной информации применительно к предмету заявленного спора, в связи с чем ссылка апеллятора на данные доказательства подлежит отклонению.

Равным образом не принимается во внимание и ссылка автора жалобы на договор купли-продажи двери № от 19 мая 2020 г. с приложениями и акт приемки-передачи работ по установке дверного блока от 17 июля 2020 г., поскольку более позднее приобретение дверного блока и его монтаж не исключает факта проведения бригадой строителей в квартире ответчика подготовительных строительно-монтажных работ до 13 декабря 2019 г., то есть при обстоятельствах, заявленных истцом (т. 1 л.д. 121-125).

Судебная коллегия отмечает, что признание судом имеющихся в деле доказательств достаточными для рассмотрения заявленного спора по существу не противоречит положениям части 3 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в силу которой только суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Указанные положения направлены на реализацию принципов самостоятельности и независимости суда (ст. ст. 8, 12 ГПК РФ) и осуществление его дискреционных полномочий.

Выводы суда об оценке доказательств изложены в решении суда. Оснований для иной оценки доказательств по доводам апелляционной жалобы судебная коллегия не усматривает.

Проверяя доводы апеллятора о нарушении судом норм процессуального права, выразившихся в незаконном привлечении к участию в деле в качестве соистца ФИО3, то судебная коллегия полагает, что само по себе данное обстоятельство не является основанием для отмены постановленного решения.

На основании части 1 статьи 38 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации сторонами в гражданском судопроизводстве являются истец и ответчик.

Иск может быть предъявлен в суд совместно несколькими истцами или к нескольким ответчикам (процессуальное соучастие). Процессуальное соучастие допускается, если: 1) предметом спора являются общие права или обязанности нескольких истцов или ответчиков; 2) права и обязанности нескольких истцов или ответчиков имеют одно основание; 3) предметом спора являются однородные права и обязанности (ч. 1 ст. 40 ГПК РФ).

В силу пункта 4 части 1 статьи 150 того же кодекса при подготовке дела к судебному разбирательству судья разрешает вопрос о вступлении в дело соистцов, соответчиков и третьих лиц без самостоятельных требований относительно предмета спора, а также разрешает вопросы о замене ненадлежащего ответчика, соединении и разъединении исковых требований.

Согласно разъяснениям пункта 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 июня 2008 г. N 11 «О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству» в силу подпункта 4 части 1 статьи 150 того же кодекса при подготовке дела к судебному разбирательству» разрешение при подготовке дела к судебному разбирательству вопроса о вступлении в дело соистцов, соответчиков и третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора (пункт 4 части 1 статьи 150 ГПК РФ), необходимо для правильного определения состава лиц, участвующих в деле. Невыполнение этой задачи в стадии подготовки может привести к принятию незаконного решения, поскольку разрешение вопроса о правах и обязанностях лиц, не привлеченных к участию в деле, является существенным нарушением норм процессуального права, влекущим безусловную отмену решения суда в апелляционном и кассационном порядке (часть 1 статьи 330, пункт 4 части 2 статьи 364 ГПК РФ). Следует иметь в виду, что в случае предъявления иска не всеми лицами, которым принадлежит оспариваемое право, судья не вправе привлечь таких лиц к участию в деле в качестве соистцов без их согласия, поскольку в соответствии с принципом диспозитивности лицо, которому принадлежит право требования, распоряжается своими правами по своему усмотрению. Судья должен известить таких лиц об имеющемся в суде деле.

Из материалов дела следует, что в судебном заседании 19 марта 2020 г. от представителя истца ФИО2 – ФИО5 поступило заявление о вступлении в деле в качестве соистца ФИО3 ввиду того, что последний является участником общей долевой собственности на квартиру по адресу: <адрес> (т. 1 л.д. 33, 40-41).

Протокольным определением суда от той же даты указанное заявление приобщено к материалам дела.

В последующем в судебном заседании от 18 июня 2020 г. исковые требования уточнены истцами, в качестве соистцов указаны ФИО15, протокольным определением уточненное исковое заявление принято к производству суда и в последующем рассмотрено с учетом требований, заявленных обоими истцами (т. 1 л.д. 126-133, 136-139).

Таким образом, вопреки заведомо ошибочной позиции апеллятора, обозначенные действия суда требованиями процессуального законодательства не противоречили, а, напротив, были направлены на создание надлежащих условий для объективного рассмотрения спора с учетом интересов всех заинтересованных лиц в рамках состоявшихся между сторонами деликтных правоотношений.

Доводы апелляционной жалобы об обратном подлежат отклонению.

Судебные расходы правильно распределены судом исходя из требований положений статей 88, 94, 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Обоснованность выводов районного суда в указанной части сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывает.

Таким образом, разрешая заявленные истцами требования, суд правильно определил обстоятельства, имеющие юридическое значение для рассмотрения дела, дал надлежащую правовую оценку собранным и исследованным в судебном заседании доказательствам в их совокупности и постановил решение, отвечающее нормам материального права при соблюдении требований гражданского процессуального законодательства. Решение суда является законным, обоснованным, мотивированным и не подлежит отмене по доводам апелляционной жалобы.

В целом доводы апелляционной жалобы не свидетельствуют о наличии правовых оснований к отмене вынесенного судом решения, поскольку по существу сводятся к выражению несогласия с произведенной судом оценкой обстоятельств дела, не содержат фактов, которые не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции.

Нарушений норм материального и/или процессуального права при рассмотрении дела судом не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Старожиловского районного суда Рязанской области от 9 февраля 2022 г. оставить без изменения, а апелляционную жалобу ответчика ФИО1 – без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 14 июля 2023 г.

Председательствующий:

Судьи: