Решение по делу № 2А-3777/2022 от 21.11.2022 - о признании незаконными действий (бездействия), связанных с нарушением условий содержания лишенных свободы лиц, присуждении компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении.

Дело № 2а-3777/2022

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Ухтинский городской суд Республики Коми

в составе председательствующего судьи Логинова С.С.,

при секретаре Филипповой Н.М.,

с участием представителя административных ответчиков и заинтересованного лица – ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Ухте

21 ноября 2022 года административное дело № 2а-3777/2022 по административному исковому заявлению ФИО2 к федеральному казенному учреждению Исправительная колония № 24 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Республике Коми, Федеральной службе исполнения наказаний о признании незаконными действий (бездействия), связанных с нарушением условий содержания лишенных свободы лиц, присуждении компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении,

установил:

ФИО2 обратился в суд с административным иском к федеральному казенному учреждению Исправительная колония № 24 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Республике Коми (далее по тексту ФКУ ИК-24) о признании незаконными действия (бездействия), выразившиеся в нарушение условий содержания, взыскании компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении в размере .... руб. В обоснование требований указав, что в период с <...> г. по <...> г. отбывал наказание в ФКУ ИК-24, где условия его содержания не соответствовали установленным законом требованиям, а именно: отсутствовало горячее водоснабжение, имеется нарушение норм жилой площади, отсутствовала приточно-вытяжная вентиляция с механическим побуждением, нехватка сантехнического оборудования, наличие грибка и плесени в помещении, камера ШИЗО не была оснащена изолированной кабинкой с унитазом, не соответствие столов и лавок для сиденья нормативным требованиям, отсутствие вешалок и полок для хранения вещей, отсутствовали комната для воспитательной и психологической разгрузки, бытовая комната и т.д.

Определениями суда от <...> г. и <...> г. к участию в деле в качестве административного соответчика привлечена Федеральная служба исполнения наказаний (далее по тексту - ФСИН России), в качестве заинтересованного лица Управление Федеральной службы исполнения наказаний по Республике Коми (далее по тексту – УФСИН по РК).

Административный истец ФИО2 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, в направленном заявлении просил рассмотреть дело в его отсутствие.

Представитель административных ответчиков ФКУ ИК-24, ФСИН России и заинтересованного лица УФСИН по РК – ФИО1 в судебном заседании требования не признала по доводам письменного отзыва.

Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно положениям ст. 17 и ст. 21 Конституции РФ признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией РФ. Достоинство личности охраняется государством. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

Частью 3 ст. 55 Конституции РФ определено, что права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Такие ограничения, могут быть связаны, в частности, с применением в качестве меры государственного принуждения к лицам, совершившим преступления и осужденным за это по приговору суда, уголовного наказания в виде лишения свободы, особенность которого состоит в том, что при его исполнении на осужденного осуществляется специфическое воздействие, выражающееся в лишении или ограничении его прав и свобод и возложении на него определенных обязанностей.

В силу ч. 2 ст. 10 УИК РФ, при исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации.

В силу ст. 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 04.11.1950 (ратифицированной Россией в соответствии с федеральным законом от 30.03.1998 № 54-ФЗ), никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

Из пункта 15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10.10.2003 № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров РФ» следует, что в практике применения Конвенции о защите прав человека и основных свобод Европейским Судом по правам человека к «бесчеловечному обращению» относятся случаи, когда такое обращение, как правило, носит преднамеренный характер, имеет место на протяжении нескольких часов или когда в результате такого обращения человеку были причинены реальный физический вред либо глубокие физические или психические страдания. Унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности.

При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания.

В соответствии с положениями ст. 12.1 УИК РФ, лицо, осужденное к лишению свободы и отбывающее наказание в исправительном учреждении, в случае нарушения условий его содержания в исправительном учреждении, предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации, имеет право обратиться в суд в порядке, установленном КАС РФ, с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение (ч. 1).

Компенсация за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении присуждается исходя из требований заявителя с учетом фактических обстоятельств допущенных нарушений, их продолжительности и последствий и не зависит от наличия либо отсутствия вины органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих (ч. 2).

Присуждение компенсации за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении не препятствует возмещению вреда в соответствии со ст. 1069 и ст. 1070 Гражданского кодекса РФ. Присуждение компенсации за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении лишает заинтересованное лицо права на компенсацию морального вреда за нарушение условий содержания в исправительном учреждении (ч. 3).

Из указанной нормы следует, что денежная компенсация, взыскиваемая в порядке КАС РФ в случае нарушений условий содержания осужденного в исправительном учреждении, является своего рода, компенсацией за понесенные нравственные и физические страдания, так как в случае удовлетворения требований о взыскании указанной компенсации, в последующем осужденный теряет право на обращение в суд с требованием о взыскании компенсации морального вреда. Из указанных положений так же следует, что нарушением условий содержания в исправительном учреждении осужденному причиняются нравственные и/или физические страдания.

Соответственно юридически значимым и подлежащим доказыванию обстоятельством по делу о такой компенсации является факт причинения осужденному физических и нравственных страданий.

Механизм содержания под стражей или отбывания наказания урегулирован законодательно, реализуется на основании нормативно-правовых актов и соответствующих актов Министерства юстиции Российской Федерации, которыми регламентированы условия содержания, права и обязанности лиц, содержащихся под стражей или отбывающих наказание, и лиц, ответственных за их содержание.

С учетом изложенного и в силу общего признания допустимости государственного ограничения прав и свобод человека и гражданина при реализации в отношении него принудительных мероприятий по его исправлению и защите от него общества в силу совершения им общественно опасных деяний, содержание на законных основаниях лица под стражей или отбывание им наказания в местах, соответствующих установленным государством нормативам, заведомо не может причинить физические и нравственные страдания, поскольку такие нормативы создавались именно с целью не только содержания в местах лишения свободы или под стражей, но и обеспечить при этом ограничение прав лиц, оказавшихся в них вследствие реализации механизма государственного принуждения, при соблюдении установленного законом объема предоставления ограниченных прав.

В соответствии с положениями ст. 227.1 КАС РФ, лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении (ч. 1).

Требование о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении рассматривается судом одновременно с требованием об оспаривании решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих по правилам, установленным настоящей главой, с учетом особенностей, предусмотренных настоящей статьей (ч. 3).

При рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с ч. 1 ст. 227.1 КАС РФ, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия (ч. 5).

В соответствии с ч. 1 ст. 218, ч. 2 ст. 227 КАС РФ необходимым условием для удовлетворения административного иска, рассматриваемого в порядке главы 22 КАС РФ, является наличие совокупности обстоятельств, свидетельствующих о несоответствии оспариваемых решения, действий (бездействия) административного ответчика требованиям действующего законодательства и нарушении прав административного истца. При этом на административного истца процессуальным законом возложена обязанность доказать обстоятельства, свидетельствующие о нарушении его прав, а также соблюдении срока обращения в суд за защитой нарушенного права. Административный ответчик обязан доказать, что принятое им решение, действия (бездействие) соответствуют закону (ч. 9 и ч. 11 ст. 226, ст. 62 КАС РФ).

Из материалов административного дела следует, что административный истец ФИО2 с <...> г. по <...> г. отбывал уголовное наказание в ФКУ ИК-24.

Как следует из пояснений административного истца и представленной административным ответчиком справки, ФИО2 за весь период нахождения в исправительном учреждении содержался в следующих помещениях: с <...> г. по <...> г. в карантинном отделении (КО) – камера № 8, с <...> г. по <...> г. в секции № 12 отряда № 3 (прежнее наименование отряд № 2). Кроме того в период отбывания наказания ФИО2 неоднократно водворялся в ШИЗО за нарушение установленного порядка отбывания наказания: <...> г. – 5 суток, <...> г. – 10 суток, <...> г. – 15 суток.

Административным истцом сделано утверждение о недостаточности жилой площади, приходящейся на 1 осужденного в камере КО, отряде № 3.

В силу ч. 1 ст. 99 УИК РФ норма жилой площади в расчете на одного осужденного к лишению свободы в исправительных колониях не может быть менее двух квадратных метров, в тюрьмах - двух с половиной квадратных метров, в колониях, предназначенных для отбывания наказания осужденными женщинами, - трех квадратных метров, в воспитательных колониях - трех с половиной квадратных метров, в лечебных исправительных учреждениях - трех квадратных метров, в лечебно-профилактических учреждениях уголовно-исполнительной системы - пяти квадратных метров.

Согласно представленным административным ответчиком технических паспортов и копии отчетов о наполняемости спальных помещений, в исправительном учреждении функционируют две камеры карантинного отделения. Также имеются дополнительные камеры, заменяющие камеры карантинного отделения.

Площадь одиночной камеры № 8, где содержался административный истец составляет 5,6 кв.м, что соответствует требованиям ч. 1 ст. 99 УИК РФ.

Площадь секции № 12 отряда № 3 имеет площадь 30,6 кв.м. Из пояснений административного истца и отчетов о наполняемости спальных помещений следует, что в период нахождения его в данной секции отряда с ним проживало от 08 до 15 человек, что в расчете на одного осужденного составляло не менее 2 кв.м. При этом вопреки доводам административного истца сведений о том, что количество осужденных в спорный период его пребывания в секции № 12 отряде № 3 превышало установленные нормы, материалы дела не содержат. По данному факту актов прокурорского реагирования принято не было, сам административный истец к администрации учреждения с жалобами не обращался.

Таким образом, при отсутствии сведений о внесении представлений специализированной прокуратурой в адрес учреждения по вопросу несоответствия нормы жилой площади в камере № 8 карантинного отделения, секции № 12 отряда № 3 в спорные периоды, при наличии справочной информации от представителя исправительного учреждения о площадях помещений и количестве осужденных суд приходит к выводу, что норма жилой площади соответствовала нормам действующего законодательства. Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Рассматривая требования в части отсутствия принудительной вентиляции в камере № 8 КО, секции № 12 отряда № 3, в камерах ШИЗО, суд исходит из следующего.

Приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства РФ от 20.10.2017 № 1454/пр утвержден Свод правил «Исправительные учреждения и центры уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования» (далее – Свод правил).

Пунктом 19.3.6 Свода правил установлено, что во всех спальных комнатах и спальных помещениях, одноместных помещениях безопасного места, камерах, палатах зданий медицинского назначения следует предусматривать: приточную вентиляцию с механическим или естественным побуждением, при этом естественный приток воздуха обеспечивается через регулируемые оконные створки, фрамуги, форточки, клапаны или другие устройства, в том числе автономные стеновые воздушные клапаны с регулируемым открыванием; вытяжную вентиляцию с механическим или естественным побуждением.

Естественная вентиляция жилых помещений должна осуществляться путем проветривания камеры через окна, что соответствует положениям пункта 4.7 СанПиН 2.1.2.2645-10 «Санитарно-эпидемиологические требования к условиям проживания в жилых зданиях и помещениях», которым закреплено положение о естественной вентиляции жилых помещений путем притока воздуха через форточки, фрамуги, либо через специальные отверстия в оконных створках и вентиляционные каналы.

Материалы дела не содержат данных о том, что корпуса колонии по проекту предполагали вентиляцию с механическим побуждением (искусственная), и она не была построена либо пришла в негодность.

Согласно сведениям, представленным административным ответчиком, вентиляция в карантинном отделении, помещениях отрядов, камер ШИЗО естественная. Воздухообмен в указанных помещениях осуществляется посредством форточек, оборудованных в оконных проемах и вентиляционных каналов над дверью или дверные проемы, что не противоречит действующим нормативным правилам. Наличие механизма открытия окна в камере ШИЗО, также подтверждается фотоматериалами, представленными административным ответчиком.

Форточки открываются свободно, доступ к свежему воздуху имеется, о чем неоднократно было отражено в актах проверок МСЧ-11 ФСИН России, в том числе от <...> г., <...> г.. Доказательств обратному, суду не представлено.

По мнению суда, отсутствие принудительной вентиляции при наличии естественной вентиляции само по себе не может свидетельствовать о нарушении прав административного истца, поскольку доказательств ненадлежащего микроклимата в помещении либо ненадлежащей работы естественной вентиляции в материалах дела не имеется.

Наличие металлических решеток с внешней стороны окна помещений, которые не преграждают доступ к окнам со стороны спальных помещений, их открыванию, установка металлических дверей организованы в соответствии с требованиями безопасности, контроля и надзора на режимном объекте, при этом административный истец не лишен был возможности свободного выхода из жилой секции, посещать другие помещения отряда, локальный участок.

По вопросу недостаточности сантехнического оборудования в отряде № 3 следует отметить, что в соответствии с таблицей 14.2 Свода правил «Исправительные учреждения и центры уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования» уборная в мужских исправительных учреждениях должна быть оборудована одним унитазом и одним писсуаром, а также одним умывальником на 15 осужденных.

Как следует из представленных административным истцом документов и фотоматериалов, отряд № 3 оборудован двумя санитарными узлами, в каждом из которых установлено по 4 чаши «генуя» (всего 8 чаш «генуя»), унитаз, 11 раковин, 2 ванны для помывки ног. Вся сантехника находится в технически исправном состоянии. Места для приватности ограждены перегородками

В период нахождения административного истца в отряде № 3 Ухтинской прокуратурой по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях начальнику ФКУ ИК-8 УФСИН России по Республике Коми в <...> г. внесено представление об устранении нарушений уголовно-исполнительного законодательства Российской Федерации.

В представлении указано, что на момент проверки при численности осужденных отряда № 3 – 168 человек в уборной имеется только 1 унитаз, 1 писсуар и 8 чаш «генуя».

Таким образом, суд признает, что со стороны ФКУ ИК-24 допущены нарушения в части обеспечения осужденных достаточным количеством сантехнического оборудования в отряде № 3, поскольку при среднесписочном размещении в отряде осужденных в количестве 168 человек 8 чаш «генуя», 1 унитаза и 1 писсуара не достаточно, должно быть не менее 11 унитазов и 11 писсуаров.

Между тем, учитывая приведенное количество санитарного оборудования и количества осужденных, суд полагает, что отклонения от требований п. 14.3 Свода правил не могут быть признаны существенными и не могут свидетельствовать о содержании ФИО2 в жестоких и бесчеловечных условиях, поскольку его право на отправление естественной нужды не нарушалось, а потому оснований для присуждения компенсации в этой части не имеется.

В соответствии с приложением А Свода правил в камерах ШИЗО, одиночных камерах, камерах ШИЗО следует предусматривать изолированную кабину с унитазом.

Из пояснений стороны административного ответчика, письменного отзыва следует, что в каждой камере штрафного изолятора имеется санузел, оборудованный чашей «генуя» и умывальной раковиной из нержавеющей стали с подводом воды через однобарашковый кран с отводом воды через гофрированный сифон и далее в систему отвода воды. Санузел отгорожен от основной площади камеры перегородкой. Вышеизложенное, также подтверждается справками, фотографиями, иными сведениями и материалами.

Таким образом, довод административного истца о том, что камера ШИЗО не оснащена изолированной кабинкой с унитазом не нашло своего подтверждения. Само по себе оборудование санитарных узлов чашами «генуя» не свидетельствует о нарушении прав осужденного, а также о наличии неудобств при её использовании, равно как и размещение в одном помещении умывальника, что в целом не позволяет возложить обязанность компенсировать административному истцу испытываемый дискомфорт. Санитарный узел в камере изолирован от основного помещения камеры, имеется дверь, в данном случае нормы приватности соблюдены.

Административный истец ссылается на то обстоятельство, что камерах ШИЗО столы и лавки для сиденья не соответствуют нормам.

По смыслу ч. 3 ст. 99 УИК РФ минимальные нормы материально-бытового обеспечения осужденных устанавливаются Правительством Российской Федерации.

В соответствии с Приказом ФСИН России от 27.07.2006 № 512 «Об утверждении номенклатуры, норм обеспечения и сроков эксплуатации мебели, инвентаря, оборудования и предметов хозяйственного обихода (имущества) для учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, и следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы в помещении камерного типа обеспечивается наличие, в том числе откидной металлической кровати, стола для приема пищи, скамейки по длине стола.

Гл. 4 п. 32 пп. 10 приказа Минюста РФ от 04.09.2006 № 279 «Об утверждении наставления по оборудованию инженерно-техническими средствами охраны и надзора объектов уголовно-исполнительной системы» предусматривает, что в ПКТ и ШИЗО/ЕПКТ, одиночные камеры в исправительных колониях особого режима оборудуются откидными койками, закрываемыми в дневное время на замок, тумбами или скамейками для сидения (по числу содержащихся лиц) и столом, наглухо прикрепленными к полу.

В силу пп. 12.3 приказа Минюста РФ от 27.07.2017 № 407 «Об утверждении Каталога «Специальные (режимные) изделия для оборудования следственных изоляторов, тюрем, исправительных и специализированных учреждений ФСИН России» (далее – Каталог), койка откидная КОД-2 устанавливается в ИУ и СУ в помещениях камерного типа. Подп. 12.4 Каталога не предусматривает оборудование полотна койки КОД-2 столиком или табуретом.

Койка КОД-1 состоит из верхней и нижней койки. Запирание каждой из этих коек в поднятом (вертикальном) положении и отпирание для откидывания их в горизонтальное положение осуществляется с помощью механизмов запора, которые монтируются в стену и управляются со стороны коридора. Расстояние между верхней и нижней койками 760 мм. Полотна верхней и нижней коек имеют каркасы из стального уголка сечением 45х45х4 мм. с решетчатым заполнением из стальных плос сечением 50х4 мм. Габаринтые размеры полотен 700х1900 мм.

П. 13.1 каталога предусмотрено, что камеры ПКТ также оборудуются столом камерным СТ-1 скамьей камерной СК-1, которые крепятся к полу, табуретом камерным ТБ-3 и тумбочкой прикроватной.

Как следует из п. 14.4.8 СП 308.1325800.2017 и приложения А к нему, в камерах ШИЗО следует предусматривать, в том числе: откидные (одноярусные или двухъярусные) металлические койки, закрывающиеся на замок или фиксирующиеся в закрытом положении устройством, расположенным со стороны коридора; раковину (умывальник); изолированную кабину с унитазом. Наличие вешалок и полок в камере не предусмотрено.

Согласно приказу ФСИН России от 27.07.2006 № 512 «Об утверждении номенклатуры, норм обеспечения и сроков эксплуатации мебели, инвентаря, оборудования и предметов хозяйственного обихода (имущества) для учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, и следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы» камеры штрафного (дисциплинарного) изолятора, помещений камерного типа, следственного изолятора и тюрьмы оборудуются санитарным узлом (унитаз, отделенный от остального помещения экраном высотой 1 м, и умывальник), окно - форточкой.

Суд учитывает, что по обращениям осужденных прокурором неоднократно проводились проверки соблюдения законодательства в ФКУ ИК-24, по выявленным нарушениям закона внесены соответствующие представления в адрес начальника ФКУ ИК-24.

В представлении прокурора на имя начальника ИК-24 от <...> г. отражено, что оборудование камер ШИЗО ФКУ ИК-24 не соответствует требованиям приказа Минюста РФ от 27.07.2017 № 407.

Тем самым, доводы административного истца о ненадлежащем оборудовании камер ШИЗО нашли свое подтверждение.

Вместе с тем, сами по себе эти обстоятельства о нарушении права административного истца не свидетельствуют, поскольку из представленной в материалы дела справки по вопросу коммунально-бытового обеспечения камер ШИЗО следует, что камеры ШИЗО оборудованы в соответствии с приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 27.07.2006 № 512 «Об утверждении номенклатуры норм обеспечения и сроков эксплуатации мебели, инвентаря, оборудования и предметов хозяйственного обихода (имущества) для учреждений, исполняющих уголовное наказание в виде лишения свободы, и следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы» следующими предметами мебели: откидная металлическая кровать с деревянным покрытием, табуретом для сидения (по количеству осужденных), стол для приема пищи (один на двух осужденных).

Таким образом, администрацией учреждения созданы условия для приема пищи и сна осужденному, содержащемуся в одиночной камере блока ШИЗО.

Отсутствие необходимого количества розеток, нехватка столов, табуретов также не свидетельствует о ненадлежащих условиях содержания ФИО2, за что предусмотрена денежная компенсация.

Кроме того, по информации представленной административным ответчиком помещения отрядов оборудованы в соответствии с Приказом ФСИН России от 27.07.2006 № 512 «Об утверждении номенклатуры, норм обеспечения и сроков эксплуатации мебели, инвентаря, оборудования и предметов хозяйственного обихода (имущества) для учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, и следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы». Нарушений в указанной части надзорными органами в спорный период не выявлялись.

Наличие вешалок и полок в камерах блока ШИЗО не Сводом правил не предусмотрено.

Доводы ФИО2 о том, что имеются нарушения санитарно-эпидемиологического состояния отрядов, в ходе рассмотрения дела также не подтвердились.

Согласно представленным административным ответчиком справкам, санитарное оборудование отряда удовлетворительное. Ежегодно проводятся плановые косметические и текущие ремонты. На территории ФКУ ИК-24 все канализационные люки находятся в закрытом виде.

Температурный режим в учреждении, в том числе в отрядах, поддерживается в соответствии с Постановлением Главного государственного санитарного врача РФ от 27.12.2010 № 175 «Об утверждении СанПин 2.1.2801-10 «Санитарно-эпидемиологические требования к условиям проживания в жилых зданиях и помещениях». Согласно данных правил, оптимальной температурой в жилом помещении является температура 20-22 ?С, допустимой - 18-24 ?C. Как следует из представленного журнала учета температурного режима в отряде строго режима условий отбывания наказаний, температура воздуха в отрядах, камерах ШИЗО, ОК, карантинном отделении поддерживается круглый год не менее 18 ?С.

Наличие плесени и грибка, гнилых полов в секции № 12 отряда № 3 в спорный период также не было зафиксировано, как в представлениях специализированного прокурора, так и в актах проверок филиала ЦГСЭК ФКУЗ МСЧ-11 за периоды с .... по .... годы.

То обстоятельство, что в ходе прокурорской проверки в <...> г. было установлено в отряде № 3 протекание крыши, наличие подтеков, отслоение штукатурки не свидетельствует о содержании ФИО2 в жестоких и бесчеловечных условиях, поскольку указанные нарушения носили кратковременный, непродолжительный характер. Так из материалов дела следует, что в .... году произведен капитальный ремонт крыши, произведен косметический ремонт отряда.

Нахождение административного истца в отряде в период проведения ремонта кровли в .... году, не может свидетельствовать о том, что он подвергался из-за этого опасности, поскольку доказательств того, что указанные работы проводились с нарушением строительных норм суду не представлено. Нарушений в данной части надзорными органами не выявлялись. Сведений о том, что при ремонте кровли, была вероятная возможность обрушения стен, материалы дела также не содержат. Фактов причинения административному истцу ФИО2 ущерба либо увечий в результате ремонтных работ в ходе рассмотрения дела не установлено.

Довод об отсутствии в отряде в спорный период времени гардеробной, бытовой комнаты, комнаты воспитательной работы и групповой психологической работы с осужденными, комнаты для просмотра телевизора нашел частичное подтверждение.

Так согласно, представленной справке начальника отряда ОВРсО, в отряде № 3 имеется комната воспитательной работы (является комнатой отдыха), в которой предусмотрен просмотр телепередач. Также имеется комната приема пищи, в которой находятся стеллажи для хранения продуктов около 40 штук, а также имеется кладовая (комната быта, гардеробная).

Однако, суд полагает, что само по себе отсутствие лишь некоторых помещений в общежитиях отрядов не может повлечь за собой вывод о том, что данное обстоятельство повлекло за собой умаление нематериальных благ истца.

Сведений о том, что отсутствие помещений, каким-либо образом повлияло на нарушение прав административного истца, материалы дела не содержат и административным истцом в обоснование этого не приведено, в связи с чем оснований для взыскания компенсации по данному основанию не имеется.

Вопреки доводам административного истца все спальные секции отряда 3 оборудованы автоматической пожарной сигнализацией. Сведений о том, что имело место быть, замыкание электропроводки материалы дела не содержат, надзорными органами данное нарушение не выявлялось.

Административный истец ссылается на то, что холодная вода из центральных систем водоснабжения в отряде являлась не надлежащего качества.

Как следует из материалов дела, поставку холодного водоснабжения в соответствии с заключаемыми государственными контрактами в исправительное учреждение осуществляет МУП «Ухтаводоканал» МОГО «Ухта».

Согласно материалам административного дела ФКУ ИК-24 ежегодно заключает государственные контракты по обеспечению холодным водоснабжением и водоотведением с МУП «Ухтаводоканал», по которым поставщик обязан не допускать ухудшения качества питьевой воды ниже показателей, установленных законодательством РФ в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия пользователей.

Из представленных ФКУ ИК-24 сведений следует, что питьевая вода в помещениях исправительного учреждения ежеквартально проходит исследование бактериологической лаборатории ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России и производственный контроль в МУП «Ухтаводоканал».

В актах проверок МСЧ-11 ФСИН от <...> г. и <...> г. указано, что по результатам лабораторных исследований проб питьевой воды, отобранных из скважины № 2 на соответствие требованиям СанПиН 2.1.3684-21 «Санитарно-эпидемиологические требования к содержанию территорий городских и сельских поселений, к водным объектам, питьевой воде и питьевому водоснабжению, атмосферному воздуху, почвам, жилым помещениям, эксплуатации производственных, общественных помещений, организации и проведению санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий» установлено, что качество воды не соответствует установленным требованиям санитарного законодательства по санитарно-химическим показателям, а именно: общее железо (0,75; 0,85 мг/дм3 – норма 0,3 мг/дм3); бор (0,86; 1,02 мг/дм3 - норма 0,5 мг/дм3); кальций (72; 62 мг/дм3 - норма-отсутствие); магний (81,46; 38,02 мг/дм3 – норма отсутствие).

Между тем, установленные в актах проверок несоответствия качества воды по санитарно-химическим показателям, не свидетельствует о нарушении прав и законных интересов осужденного ФИО2 в той мере, которая позволяет взыскать в его пользу компенсацию за ненадлежащие условия содержания, поскольку незначительные отклонения показаний нарушений качества воды постоянно исправляются.

В свою очередь в столовой исправительной колонии имеется система для очистки воды. Согласно представленным результатам микробиологического анализа за период с .... по .... годы, вода в водопроводе в столовой (пищеблоке) соответствовала требованиям СанПиН 2.1.4.1074-01.

В компенсационном порядке осужденным, содержавшимся в отрядах, предоставляется возможность получения в столовой учреждения по их обращениям питьевой воды, которая заливается в баки для питьевой воды, в этой связи отсутствует необходимость употребления воды из центральных систем водоснабжения. Фактов не предоставления питьевой воды не установлено, в материалы дела доказательств обратного не представлено,

Доказательств того, что у ФИО2 вследствие приема воды из центральных систем водоснабжения появились какие либо заболевания, материалы дела не содержат.

Кроме того, как следует из материалов дела, лицом, ответственным за обеспечение ФКУ ИК-24 холодной водой надлежащего качества является МУП «Ухтаводоканал».

По делу сторонами не оспаривается отсутствие горячего водоснабжения в помещениях исправительного учреждения.

Из положений пунктов 19.2.1 и 19.2.5 Свода правил «Исправительные учреждения и центры уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования», утвержденных приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации от 20.10.2017 № 1454/пр, следует, что здания исправительных учреждений должны быть оборудованы, в том числе горячим водоснабжением; подводку горячей воды следует предусматривать к санитарным приборам, требующим обеспечения горячей водой (умывальникам, раковинам, мойкам (ваннам), душевым сеткам и т.п.).

Пункт 8.1.1 СанПиН 2.1.2.2645-10 «Санитарно-эпидемиологические требования к условиям проживания в жилых зданиях и помещениях. Санитарно-эпидемиологические правила и нормативы», утвержденных постановлением Главного государственного врача РФ от 10.06.2010 № 64, предусматривает в жилых зданиях хозяйственно-питьевое и горячее водоснабжение.

Требования о подводке горячей воды к умывальникам и душевым установкам во всех зданиях были предусмотрены также Инструкцией по проектированию исправительных и специализированных учреждений уголовно-исполнительной системы Минюста РФ, утвержденной Приказом Минюста РФ от 02.06.2003 № 130-ДСП, которая впоследствии была признана утратившей силу приказом Минюста России от 22.10.2018 № 217-дсп. Согласно п. 1.1 данной Инструкции ее положения должны были соблюдаться при разработке проектов на строительство, реконструкцию, расширение и техническое перевооружение зданий, помещений и сооружений исправительных и специализированных учреждений уголовно-исполнительной системы, за исключением тюрем.

Обеспечение горячим водоснабжением являлось и является обязательным.

Иное применение закона ставит в неравное положение осужденных, отбывающих наказание в исправительных учреждениях, построенных до принятия Свода правил, по сравнению с теми, кто отбывает наказание в исправительных учреждениях, введенных в эксплуатацию после 2003 года.

Вступившим в законную силу решением Ухтинского городского суда Республики Коми по делу № .... от <...> г. на ФКУ ИК-24 УФСИН России по Республике Коми с учетом апелляционного определения Верховного Суда Республики Коми от <...> г. возложена обязанность обеспечить горячим водоснабжением помещения всех общежитий для проживания осужденных, карантинов, ПКТ ОСУОН, всех камер ШИЗО, ОК исправительного учреждения, где установлены санитарные приборы (умывальники, раковины, мойки, ванны, душевые, сетки) горячим водоснабжением. Определением суда от <...> г. на исполнение решения суда предоставлена отсрочка до <...> г..

Решение суда в части обеспечения отряда № 3 горячим водоснабжением исполнено в <...> г..

Доказательств того, что подводку горячей воды невозможно было осуществить до <...> г. по обстоятельствам, не зависящим от исправительной колонии, не представлено.

Таким образом, довод административного истца о нарушении его прав со ссылкой на отсутствие горячего водоснабжения в период его нахождения в исправительном учреждении с <...> г. по <...> г. нашел свое подтверждение.

В то же время суд принимает во внимание обстоятельства, соразмерно восполняющие допущенное нарушение и улучшающие положение лишенных свобод лиц.

Как следует из пояснений административного ответчика ФКУ ИК-24, отсутствие горячего водоснабжения компенсируется наличием горячего водоснабжения в банно-прачечном комплексе учреждения, и помывкой осужденных в БПК учреждения 2 раза в неделю. Ограничения по помывке в бане отсутствуют, доказательств обратного административным истцом не представлено.

Между тем, не смотря на принимаемые со стороны исправительного учреждения компенсационные меры по отношению к лицам, отбывающим наказание, доводы административного истца о ненадлежащих условиях содержания в исправительном учреждении, подтвердились в части отсутствия горячего водоснабжения в санитарных узлах.

Подобные нарушения являются отклонением от действующих санитарных норм и материально-бытовых правил. Данные нарушения подлежат денежной компенсации, поскольку права административного истца были ограничены в большей степени, чем предусмотрено действующим законодательством.

Разрешая вопрос о размере компенсации, суд в соответствии с положениями ст. 227.1 КАС РФ, разъяснениями, изложенными в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018г. № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», принимает во внимание объем и характер причиненных административному истцу страданий, длительность периода, в течение которого в отношении административного истца допускались нарушения, требования разумности и справедливости.

Учитывая период содержания ФИО2 в ФКУ ИК-24 в ненадлежащих условиях с <...> г. по <...> г., т.е. 12 лет 9 месяцев, характер нарушений, обстоятельства, при которых они допущены, их последствия для административного истца, который претерпевал неудобства, данные о личности административного истца. Судом также принимается во внимание и то обстоятельство, что обращение в суд административного истца последовало спустя 12 лет, что не свидетельствует о том, что административному истцу были причинены нравственные страдания в достаточной степени, что позволило бы делать вывод в ряде случаев о достижении минимального уровня суровости. Следовательно, вышеперечисленные в административном иске условия содержания не достигли той степени «суровости» и не причиняли административному истцу таких нравственных страданий, которые позволили бы вести речь о взыскании компенсации в полном объеме.

В этой связи, с учетом требований разумности и справедливости, суд считает необходимым взыскать в пользу ФИО2 денежную компенсацию за ненадлежащие условия содержания в размере .... руб.

Требования о взыскании денежной компенсации за ненадлежащие условия содержания в соответствии с п. 3 ст. 158 Бюджетного кодекса РФ подлежат удовлетворению за счет казны Российской Федерации, от имени которой выступает главный распорядитель по ведомственной принадлежности – Федеральная служба исполнения наказаний России.

По правилам ч. 7 ст. 227.1 КАС РФ решение суда в части удовлетворения требования о присуждении компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении подлежит немедленному исполнению в порядке, установленном бюджетным законодательством Российской Федерации.

Административным истцом при подаче административного иска уплачена госпошлина в размере .... руб., которую по правилам ч. 1 ст. 111 КАС РФ, необходимо взыскать с административного ответчика.

Руководствуясь ст. ст. 175, 177, 227, 227.1 КАС РФ, суд

решил:

Административное исковое заявление ФИО2 удовлетворить частично.

Признать незаконными действия (бездействие) федерального казенного учреждения Исправительная колония № 24 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Республике Коми, выразившиеся в ненадлежащих условиях содержания ФИО2.

Взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО2 денежную компенсацию за нарушение условий содержания в исправительном учреждении в размере .... рублей, расходы по уплате государственной пошлины в размере .... рублей, всего .... рублей.

В удовлетворении остальной части административных исковых требований ФИО2 к федеральному казенному учреждению Исправительная колония № 24 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Республике Коми, Федеральной службе исполнения наказаний отказать.

Решение в части взыскания денежной компенсации подлежит немедленному исполнению.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Коми через Ухтинский городской суд Республики Коми в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Решение в окончательной форме составлено 05.12.2022.

Судья С.С. Логинов

УИД: 11RS0005-01-2022-005551-74