УИД77RS0005-02-2021-011349-73
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
25 октября 2022 года адрес
Головинский районный суд адрес
в составе председательствующего судьи Александровой М.В.,
при ведении протокола и протоколирования с использованием средств аудио- и видеозаписи помощником судьи фио,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-548/2022 по иску ФИО1, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетних фио, фио, фио к ФИО2, ФИО3, ФИО4 о признании договора купли-продажи доли квартиры, брачного договора недействительными, применении последствий недействительности сделки,
УСТАНОВИЛ:
Истец ФИО1, действующая в своих интересах и в интересах несовершеннолетних фио, фио, фио обратилась в суд с иском и уточнив исковые требования просит признать брачный договор между ФИО4 и ФИО2 от 19.07.2020 недействительным; признать договор купли-продажи доли квартиры от 12.06.2020 между ответчиками ФИО3 и ФИО4 недействительным; применить последствия недействительности сделок к брачному договору между ФИО4 и ФИО2 от 19.07.2020, предусмотренные статьей 167 ГК РФ, то есть обязать стороны возвратить все полученное по сделке; к договору купли-продажи доли квартиры от 12.06.2020 между ответчиками ФИО3 и ФИО4 применить аналогию закона, а именно признать фио покупателем по данному договору; обязать Государственную службу регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним по адрес внести соответствующие изменения в регистрационные записи по указанным договорам купли-продажи доли квартиры от 12.06.2020 и брачному договору от 19.07.2020. Исковые требования мотивированы тем, что 12.06.2020 между ответчиками ФИО3 (продавец), и ФИО4 (покупатель), заключен договор купли-продажи ½ доли квартиры, расположенной по адресу: адрес. 19.07.2020 между ответчиками ФИО4 и ее супругом, ФИО2, был заключен брачный договор о передаче приобретенной месяцем ранее ½ доли квартиры в собственность ФИО2 Данные сделки не соответствуют требованиям закона, основам правопорядка и нравственности по следующим основаниям. Указанная квартира состоит из трех комнат (две из которых смежные), имеет общую площадь 55,2 кв.м., жилую площадь - 47,8 кв.м. В квартире на тот момент были зарегистрированы: истец, ФИО1, и ее несовершеннолетние дети - фио (паспортные данные), фио (паспортные данные) и фио (паспортные данные). Проданная доля принадлежала ФИО3, на праве собственности на основании свидетельства о праве наследства по завещанию от 13.08.2018 по реестру за №77/839-н/77- 2018-3-665. Другим собственником был и остается несовершеннолетний фио, паспортные данные. Он является собственником ½ доли указанной квартиры на основании договора дарения от 05.11.2014. Указанный договор купли-продажи доли квартиры подлежит отмене по основаниям несоответствия требованиям закона, нормам морали и нравственности. В декабре 2019г. между истцом, ФИО1 и ответчиком ФИО3 была достигнута устная договоренность о порядке пользования указанной квартирой. Согласно этой договоренности, ФИО1 совместно со своими несовершеннолетними детьми, пользуются двумя смежными комнатами, а за найм третьей (изолированной) комнаты уплачивает ФИО3 ежемесячный платеж в размере сумма прописью. Кроме того, согласно этой договоренности была перераспределена оплата коммунальных услуг в соответствии с установленным порядком пользования. В ходе переговоров о порядке пользования долевой собственностью ФИО3 не высказывала своего намерения продать принадлежащую ей долю квартиры. Обязанность продавца, ФИО3, по извещению другого участника долевой собственности, несовершеннолетнего фио, исполнена ненадлежащим образом. Как следует из документов, представленных на государственную регистрацию обжалуемого договора и перехода прав собственности по нему, 09.01.2020 было составлено нотариальное заявление с уведомлением о намерении продать ФИО3 принадлежащую ей долю в квартире по цене сумма. 10.01.2020 данное заявление было направлено по адресу регистрации другого собственника, несовершеннолетнего фио 23.01.2020. Заявление вернулось в нотариальную контору по причине истечения срока хранения. В период времени, когда соответствующее заявление было отправлено в адрес другого участника долевой собственности и хранилось в почтовом отделении, истец, ФИО1, вместе с детьми, фио, фио и несовершеннолетним собственником ½ доли квартиры, фио, уже долгое время проживали в частном доме в адрес в адрес. Дети в это время ходили в школу, расположенную недалеко от места их фактического проживания. ФИО3 об этих обстоятельствах была осведомлена, поскольку ФИО1 предупреждала ее об этом при перераспределении оплаты коммунальных услуг в соответствии с установленным порядком пользования, а также в регулярных телефонных разговорах по поводу оплаты найма комнаты. О своем предстоящем намерении продать принадлежащую ей долю ФИО3 злонамеренно умалчивала. Вопроса о необходимости получения согласия органов опеки и попечительства на отказ несовершеннолетнего собственника от преимущественного права покупки в телефонных разговорах ФИО3 также не ставила. Кроме того, по возвращении по адресу регистрации, ФИО1, кроме квитанций за коммунальные услуги, не обнаружила в почтовом ящике ни одного почтового уведомления о заказных письмах в ее адрес либо в адрес несовершеннолетнего фио Что также вызывает подозрения в отношении ФИО3 в ее желании сокрыть информацию о намерении продать долю квартиры, ведь в указанный период времени пользоваться почтовым ящиком могла только ФИО3 и могла соответствующие уведомления изъять. На протяжении всего этого времени ФИО1 и ФИО3 регулярно созванивались по поводу оплаты коммунальных услуг и перечисления платы за найм комнаты. Однако в данных разговорах ФИО3 ни разу не упомянула о планируемой ею продаже доли квартиры. Лишь за несколько дней до заключения обжалуемого договора, 01.06.2020, в состоявшемся телефонном разговоре между ФИО3 упомянула о своем намерении продать долю квартиры, назвав выкупную цену в сумма прописью. На это предложение ФИО1 ответила согласием, попросив разумного срока для рассрочки уплаты. Однако, вопреки достигнутым 01.06.2020 устным договоренностям, ФИО3, не отослала повторного уведомления о намерении продать долю, а заключила обжалуемый договор с ФИО4 О заключенном договоре ФИО1 стало известно лишь 19.06.2020 при передаче ключей между фиоА и ФИО4, проходившим в присутствии ФИО1 в указанной квартире. Таким образом, весь процесс заключения договора держался от ФИО1 в тайне, и был открыт лишь после государственной регистрации обжалуемого договора. После передачи ключей, спустя месяц, между фио M.E., и ФИО2 был заключен брачный договор от 19.07.2020, единственным предметом которого являлась передача прав собственности на ½ доли указанной квартиры. Согласие (либо несогласие, которое может быть обжаловано в судебном порядке) органа опеки и попечительства на отказ малолетнего участника долевой собственности от преимущественного права покупки является юридически значимым обстоятельством при совершении сделки купли-продажи доли жилого помещения другими участниками совместной собственности. Как следует из ответа отдела ОСЗН по адрес от 04.02.2021 №410-04 сведениями об уведомлении о предстоящей продаже отца несовершеннолетнего фио ОСЗН адрес не располагает. То есть, ФИО3 не предприняла достаточных мер для уведомления о предстоящей продаже доли обоих родителей несовершеннолетнего собственника. Таким образом, обжалуемый договор купли-продажи ½ доли квартиры, расположенной по адресу: адрес, не соответствует нормам закона или иных правовых актов. Данная сделка совершена с целью заведомо противной основам правопорядка и нравственности. Признание договора купли продажи от 12.06.2020 недействительным влечет недействительность и брачного договора от 19.07.2020.
В судебном заседании фио в лице законного представителя ФИО1, действующей также в своих интересах и в интересах несовершеннолетних фио, фио, её представитель по доверенности фио, представляющий также интересы третьего лица фио по доверенности исковые требования поддержали в полном объеме по доводам искового заявления с учетом уточнений. фио представлен отзыв на исковое заявление, в котором он указывал, что он, являясь отцом несовершеннолетних детей, выражает согласие с обстоятельствами и основаниями искового заявления. После достижения согласия о порядке пользования квартирой, в период с 2018 года по конец лета 2020 года они вместе с ФИО1, и их общими детьми, фио, фио и несовершеннолетним собственником ½ доли квартиры, фио, проживали в частном доме в адрес, принадлежащего в то время на праве собственности истцу, ФИО1 Дети в это время ходили в школу, расположенную недалеко от места их фактического проживания. Московской квартирой по адресу адрес, ни ФИО3 и никто из них не пользовался, поскольку она по взаимному согласию собственников сдавалась в найм. В сентябре 2018 года ФИО3 предлагала им купить ее долю квартиры за сумма прописью, но цена (с учетом того, что предлагалось фактически купить одну семиметровую комнату) была явно завышена, и они отказались. Продать долю квартиры за указанную сумму ФИО3 так и не удалось. И она начала предлагать им продать квартиру целиком, а деньги поделить. Видимо, из-за их несогласия с такой сделкой, ФИО3 и решила продать свою долю посторонним лицам, и заключила оспариваемый договор купли-продажи доли квартиры от 12.06.2020 с фио Таким образом, ФИО3 была прекрасно осведомлена о их проживании в другом месте. Однако при подготовке к заключению договора купли-продажи доли квартиры от 12.06.2020 с ФИО4 намеренно выслала уведомление о предстоящей продаже своей доли по другому адресу. В процессе регулярных телефонных разговоров с его гражданской супругой, ФИО1 ФИО3 не упоминала о необходимости получить уведомление о продаже и дать ответ на него. Кроме телефонных разговоров, были и личные встречи ФИО1 и ФИО3 для решения некоторых вопросов бытового характера. При этих встречах вопрос о необходимости получить уведомление ФИО3 также не поднимался. Лишь один раз в телефонном разговоре ФИО3 обмолвилась о своем намерении продать принадлежащую ей долю за сумма прописью, на что ФИО1 выразила свою готовность приобрести долю квартиры в рассрочку. Однако от дальнейшего ведения переговоров по этому поводу ФИО3 отказалась. ФИО3 также сознательно умалчивала о необходимости явиться в орган опеки и попечительства для правильного оформления сделки и ее последующей регистрации. В связи с тем, что у ФИО3 была реальная возможность предупредить о необходимости согласования всех нюансов предстоящей сделки, но она сознательно избегала такого согласования, считает, что ФИО3 действовала недобросовестно, что привело к нарушению жилищных и имущественных прав несовершеннолетнего фио 19.06.2020 на территории указанной квартиры состоялась передача ключей от ФИО3 фио Созвонившись по телефону, фио пригласила на эту встречу и ФИО1, которую поставили перед фактом, что собственник ½ доли сменился.
Ответчик ФИО3 в судебное заседание явилась, исковые требования не признала согласно доводам письменных возражений, приобщенных к материалам дела, указывая, что добросовестно и полностью в соответствии с законом выполнила обязанности по уведомлению другого долевого собственника о намерении продать свою долю, предусмотренные ст. 250 ГК РФ, а риск последствий неполучения юридически значимых сообщений полностью лежит на законном представителе фио ФИО1 не обеспечившей получение корреспонденции по адресу регистрации. Также она 08.06.2020 направила заявление о намерении продать ½ долю квартиры в Отдел СЗН адрес УСЗН адрес. 26.06.2020 Отдел СЗН адрес УСЗН адрес года направил ответ. ФИО3 и ранее выражала желание продать принадлежащую ей долю квартиры. 10.09.2018 ФИО3 было сделано заявление о намерении продать ½ долю квартиры, находящейся по адресу: адрес, и направлено нотариусом в адрес фио в лице его законного представителя ФИО1 23.10.2018 нотариус адрес фио выдала свидетельство о направлении заявления и (или) документов. Из указанного свидетельства следует, что заявление возвращено в нотариальную контору за истечением срока хранения. Полагает, что настоящий иск подан истцом исключительно с намерением причинить вред ответчикам. Истец не имеет ни желания, ни возможности приобрести ½ долю квартиры. Свою платежеспособность истец не доказал. Просила применить последствия пропуска срока исковой давности и в иске отказать.
Ответчик ФИО2, представитель ответчиков ФИО4 и ФИО2 по доверенностям фио в судебном заседании против иска возражали по доводам письменных возражений и дополнений к ним, приобщенных к материалам дела, указывая, что ФИО3 надлежащим образом уведомила несовершеннолетнего собственника о продаже ½ доли квартиры, по известному ей адресу регистрации одного из законных представителей несовершеннолетнего, о чем в материалах дела имеется нотариальное заявление с уведомлением о намерениях продать указанную квартиру. Иных особых условий об уведомлении собственника при продаже квартиры закон не содержит. Доводы стороны о не уведомлении второго представителя несовершеннолетней несостоятельны. ФИО3 не известно о наличии отца ребенка, его реквизитов. Законные представители несовершеннолетнего обязаны совершать сделки по отчуждению его имущества только с предварительного разрешения органа опеки и попечительства. ФИО3 не является родителем фио При совершении ФИО3 сделки купли-продажи права несовершеннолетнего ничем не нарушаются, она продавала свою ½ долю в праве собственности. В иске не указано, в чем состоит нарушение прав истца. Заявили о пропуске истцом исковой давности по оспариванию сделки.
Представитель ОСЗН адрес УСЗН адрес – уполномоченного органа в сфере опеки, попечительства и патронажа в судебное заседание не явился, о слушании дела извещен.
Третье лицо нотариус адрес фио о слушании дела извещена, в судебное заседание не явилась, просила рассмотреть дело в отсутствие, представив письменные пояснения по делу, из которых следует, что 09 января 2020 г. к ней обратилась гр.ФИО3 с просьбой передать гр.ФИО5 в лице его законного представителя (матери) - ФИО1 заявление с предложением преимущественного права покупки 1/2 доли квартиры, находящейся по адресу: адрес, за сумма. 09 января 2020 г. ею вышеуказанное заявление было направлено по почте гр.ФИО5 по адресу: адрес. 13 февраля 2020 г. направленное ею заявление гр.ФИО3 вернулось в нотариальную контору по адресу: адрес связи с истечением срока хранения. 23 марта 2020 г. фио, врио нотариуса адрес фио выдано гр.ФИО3 свидетельство о направлении заявления. 12 июня 2020 г. фио, врио нотариуса адрес фио был удостоверен договор купли продажи 1/2 доли квартиры находящейся по адресу: адрес, принадлежащей ФИО3 Обязанность своевременно получать почтовую корреспонденцию, в данном случае доставляемую по адресу регистрации гражданина, как и обязанность организовать порядок получения почтовой документации, является исключительно обязанностью гражданина. Соответственно, действуя разумно и добросовестно, гр.ФИО1 (законный представитель несовершеннолетнего гр.ФИО5) должна была обеспечить надлежащее получение направляемой ему(ей) корреспонденции по месту его(ее) регистрации, следовательно, именно на ней лежал риск возникновения неблагоприятных последствий в результате неполучения входящей почты.
Представитель третьего лица Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Москве о слушании дела извещен, в судебное заседание не явился.
Суд, выслушав стороны, проверив материалы дела, считает исковые требования подлежащими отклонению, по следующим основаниям.
В соответствии со ст. 35 Конституции Российской Федерации каждый вправе иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами. Никто не может быть лишен своего имущества иначе как по решению суда.
В соответствии со ст. 2 ГК РФ граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.
В силу п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.
Согласно ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.
В соответствии со ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации, собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.
Согласно ст. 244 ГК РФ, имущество, находящееся в собственности двух или нескольких лиц, принадлежит им на праве общей собственности.
Имущество может находиться в общей собственности с определением доли каждого из собственников в праве собственности (долевая собственность) или без определения таких долей (совместная собственность).
Общая собственность на имущество является долевой, за исключением случаев, когда законом предусмотрено образование совместной собственности на это имущество.
Общая собственность возникает при поступлении в собственность двух или нескольких лиц имущества, которое не может быть разделено без изменения его назначения (неделимые вещи) либо не подлежит разделу в силу закона.
Общая собственность на делимое имущество возникает в случаях, предусмотренных законом или договором.
По соглашению участников совместной собственности, а при недостижении согласия по решению суда на общее имущество может быть установлена долевая собственность этих лиц.
В соответствии со ст. 246 ГК РФ, распоряжение имуществом, находящимся в долевой собственности, осуществляется по соглашению всех ее участников.
Участник долевой собственности вправе по своему усмотрению продать, подарить, завещать, отдать в залог свою долю либо распорядиться ею иным образом с соблюдением при ее возмездном отчуждении правил, предусмотренных статьей 250 настоящего Кодекса.
В силу ст. 250 ГК РФ, при продаже доли в праве общей собственности постороннему лицу остальные участники долевой собственности имеют преимущественное право покупки продаваемой доли по цене, за которую она продается, и на прочих равных условиях, кроме случая продажи с публичных торгов, а также случаев продажи доли в праве общей собственности на земельный участок собственником части расположенного на таком земельном участке здания или сооружения либо собственником помещения в указанных здании или сооружении.
Публичные торги для продажи доли в праве общей собственности при отсутствии согласия на это всех участников долевой собственности могут проводиться в случаях, предусмотренных частью второй статьи 255 настоящего Кодекса, и в иных случаях, предусмотренных законом.
Продавец доли обязан известить в письменной форме остальных участников долевой собственности о намерении продать свою долю постороннему лицу с указанием цены и других условий, на которых продает ее.
Если остальные участники долевой собственности не приобретут продаваемую долю в праве собственности на недвижимое имущество в течение месяца, а в праве собственности на движимое имущество в течение десяти дней со дня извещения, продавец вправе продать свою долю любому лицу. В случае, если все остальные участники долевой собственности в письменной форме откажутся от реализации преимущественного права покупки продаваемой доли, такая доля может быть продана постороннему лицу ранее указанных сроков.
Особенности извещения участников долевой собственности о намерении продавца доли в праве общей собственности продать свою долю постороннему лицу могут быть установлены федеральным законом.
При продаже доли с нарушением преимущественного права покупки любой другой участник долевой собственности имеет право в течение трех месяцев требовать в судебном порядке перевода на него прав и обязанностей покупателя.
Уступка преимущественного права покупки доли не допускается.
Правила настоящей статьи применяются также при отчуждении доли по договору мены.
В соответствии со ст.235 ГК РФ право собственности прекращается при отчуждении собственником своего имущества другим лицам, отказе собственника от права собственности, гибели или уничтожении имущества и утрате права собственности на имущество в иных случаях, предусмотренных законом.
В силу ст.288 ГК РФ собственник жилого помещения осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением в соответствии с его назначением и пределами его использования, которые установлены Жилищным кодексом РФ.
Согласно ч. 1 ст. 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.
В силу ст. 169 ГК РФ, сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна и влечет последствия, установленные статьей 167 настоящего Кодекса. В случаях, предусмотренных законом, суд может взыскать в доход Российской Федерации все полученное по такой сделке сторонами, действовавшими умышленно, или применить иные последствия, установленные законом.
В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.
Судом установлено, в жилом помещении, расположенном по адресу: адрес, зарегистрированы по месту жительства ФИО1 с 27.11.2014, фио, паспортные данные с 27.11.2014, фио, паспортные данные с 27.11.2013, фио, паспортные данные с 27.11.2014, ФИО2 с 19.01.2021, по месту пребывания фио с 30.06.2020 по 26.06.2025. Соответствующая квартира состоит из трех комнат, имеет общую площадь 55,2 кв.м., жилую площадь – 36,10 кв. адрес находится в собственности фио, которому принадлежит ½ доля в праве собственности на квартиру, и в собственности ФИО2, которому принадлежит ½ доля в праве собственности на квартиру.
Основанием возникновения права собственности фио на долю в праве на жилое помещение является договор дарения от 05 ноября 2014 г., заключенный с фио Согласно указанному договору право собственности на ½ долю на жилое помещение принадлежало фио на основании договора купли-продажи от 04 июня 2014 г.
Основанием возникновения права собственности ФИО2 на долю в праве на жилое помещение является брачный договор от 19 июля 2020 г., заключенный с ФИО4, право собственности которой на данную долю в праве на жилое помещение возникло в результате заключения договора купли-продажи доли квартиры от 12 июня 2020 г. с ФИО3 В соответствии с указанным договором, ½ доля квартиры принадлежит ФИО3 на основании свидетельства о праве на наследство по завещанию, выданному фио нотариусом адрес 13 августа 2018 г.
Данные обстоятельства подтверждаются также решением Головинского районного суда адрес от 22.12.2020, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 12 мая 2021 г., которым постановлено: «Исковые требования удовлетворить частично. Вселить ФИО2 в жилое помещение, расположенное по адресу: адрес. Обязать ФИО1 не чинить ФИО2 препятствий в пользовании жилым помещением, расположенным по адресу: адрес, предоставить ключи от входной двери в указанную квартиру. В удовлетворении остальной части иска отказать».
09 января 2020 г. ФИО3 через нотариуса адрес фио в адрес несовершеннолетнего фио в лице его законного представителя (матери) - ФИО1 было направлено заявление ФИО3 с предложением преимущественного права покупки 1/2 доли квартиры, находящейся по адресу: адрес, за сумма. 13 февраля 2020 г. направленное нотариусом заявление вернулось в нотариальную контору в связи с истечением срока хранения и 23 марта 2020 г. фио, врио нотариуса адрес фио выдано гр.ФИО3 свидетельство о направлении заявления.
В обоснование заявленных требований сторона истца ссылался на то обстоятельство, что оспариваемая сделка, а именно договор купли-продажи ½ доли квартиры от 12.06.2020 между ответчиками ФИО3 (продавец), и ФИО4 (покупатель), была совершена в нарушение требований ст. 250 Гражданского кодекса РФ, в частности, обязанность продавца, ФИО3, по извещению другого участника долевой собственности, несовершеннолетнего фио, исполнена ненадлежащим образом.
Оценивая доказательства в их совокупности, проверив соблюдение положений, предусмотренных ст. 250 ГК РФ, доводы стороны истца, которые суд признает несостоятельными, поскольку они опровергаются материалами дела, суд приходит к выводу, что фио в лице его законного представителя (матери) - ФИО1 был в установленном законом порядке уведомлен сособственником спорного жилого помещения ФИО3 о предстоящей сделке купли-продажи через нотариуса адрес фио, истцу было предложено в соответствии со ст. 250 Гражданского кодекса РФ купить принадлежащую ФИО3 на праве собственности 1/2 долю квартиры, находящейся по адресу: адрес, за сумма, и не позднее 30 дней со дня вручения заявления сообщить о своем желании или отказе приобрести указанную долю.
Согласно материалам дела 09 января 2020 г. вышеуказанное заявление было направлено нотариусом по почте фио по адресу: адрес. 13 февраля 2020 г. направленное ею заявление гр.ФИО3 вернулось в нотариальную контору по адресу: адрес связи с истечением срока хранения. 23 марта 2020 г. фио, врио нотариуса адрес фио выдано гр.ФИО3 свидетельство о направлении заявления.
В материалы дела ответчиком ФИО3 представлена аудиозапись телефонного разговора с ФИО1 на тему предложения по покупке доли квартиры, в ходе прослушивания которой в судебном заседании 06.09.2022, участвовавшие ФИО3 и ФИО1 подтвердили наличие своих голосов и содержание их диалогов.
У суда не имеется оснований не доверять представленным доказательствам, поскольку они последовательны, непротиворечивые и согласуются между собой, ввиду чего суд их находит достоверными и объективными, и поскольку они по существу ничем не опровергнуты, суд считает возможным положить их в основу решения.
При изложенных обстоятельствах суд отклоняет доводы стороны истца о том, что требования ст. 250 ГК РФ при оформлении договора купли-продажи доли квартиры не были соблюдены, в материалы дела не представлено доказательств, что ФИО1 как законный представитель несовершеннолетнего собственника выразила намерение воспользоваться преимущественным правом покупки, направив об этом ФИО3 документальное подтверждение.
Ссылку стороны истца на то, что в ходе телефонного разговора на предложение ФИО3 продать долю квартиры ФИО1 ответила согласием, попросив разумного срока для рассрочки уплаты, суд не принимает, как подтверждение истца своего намерения купить долю квартиры, поскольку предложение о рассрочки платежа не может быть расценено как согласие на сделку при отсутствии согласия другой стороны, а такого согласия по порядку оплаты со стороны ФИО3 выражено не было. Кроме того, никакого письменного предложения по сделке, по порядку оплаты с указанием периодов оплаты и сумм, со стороны истца ответчику направлено не было. Доказательств обратного, суду не представлено.
Ссылка стороны истца на то, что ФИО3, не отослала повторного уведомления о намерении продать долю, а заключила обжалуемый договор с ФИО4, отклоняется судом как не основанная на нормах закона, поскольку закон не предусматривает повторного направления извещения о намерении продать свою долю.
Доводы стороны истца о том, что в период времени, когда соответствующее заявление было отправлено в адрес другого участника долевой собственности и хранилось в почтовом отделении, истец, ФИО1, вместе с детьми, фио, фио и несовершеннолетним собственником ½ доли квартиры, фио, уже долгое время проживали в частном доме в адрес в адрес, и ФИО3 об этих обстоятельствах была осведомлена, отклоняются судом как несостоятельные, поскольку никаких доказательств об уведомлении ФИО3 о точном месте нахождения второго собственника и его законного представителя, в материалы дела не представлено.
Ссылка стороны истца на необходимость получения согласия органов опеки и попечительства на отказ несовершеннолетнего собственника от преимущественного права покупки, несостоятельна, поскольку в данном случае ФИО3 распорядилась своим имуществом, принадлежащей ей долей в праве собственности, а не имуществом, принадлежащим несовершеннолетнему фио, в связи с чем согласие органа опеки и попечительства на совершение данной сделки не требовалось и положения п. 4 ст. 292 ГК РФ к спорным правоотношениям применению не подлежат.
Рассматривая заявление ответчиков о применении срока исковой давности, суд приходит к следующему.
Истец в обоснование своих исковых требований ссылается как на положения ст. 168 ГК РФ, указывая, что ФИО3 не предприняла достаточных мер для уведомления о предстоящей продаже доли обоих родителей несовершеннолетнего собственника, поэтому обжалуемый договор купли-продажи ½ доли квартиры, расположенной по адресу: адрес, не соответствует нормам закона или иных правовых актов, так и на положения ст. 169 ГК РФ, указывая, что данная сделка совершена с целью заведомо противной основам правопорядка и нравственности.
Согласно ст. 181 ГК РФ, срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год.
При требованиях о признании договора купли-продажи доли квартиры недействительным, по заявленному основанию (ст. 169 ГК РФ) указанный договор является ничтожной сделкой, срок исковой давности по заявленному истцом требованию составляет три года.
При этом суд обращает внимание, что заявляя требования по данному основанию, истец не приводит никаких доводов, свидетельствующих о наличии оснований для признания оспариваемого договора купли-продажи доли квартиры недействительной сделкой, совершенной с целью, противной основам правопорядка и нравственности. Все доводы истца сводятся к нарушению ответчиком ФИО3 требований ст. 250 ГК РФ. При этом, сам факт продажи ФИО3, принадлежащей ей доли квартиры, не может быть расценен судом как злоупотребление правом.
Таким образом, суд приходит к выводу, что требования по основанию ст. 169 ГК РФ, направлены на искусственное увеличение срока исковой давности.
Приведенные в иске основания для признания сделки недействительной охватываются положениями ч. 1 ст. 168 ГК РФ об оспоримых сделках; срок давности для предъявления исковых требований о признании оспоримой сделки недействительной составляет в соответствии с ч. 2 ст. 181 ГК РФ 1 год.
Как следует из искового заявления, о заключенном договоре ФИО1 стало известно 19.06.2020, тогда как иск направлен в суд 02.08.2021 согласно почтового уведомления, то есть с нарушением установленного срока исковой давности.
Таким образом, суд приходит к выводу, что истцом пропущен срок исковой давности, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.
Поскольку суд пришел к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований о признании договора купли-продажи доли квартиры от 12.06.2020 между ответчиками ФИО3 и ФИО4 недействительным, то оснований для признания брачного договора между ФИО4 и ФИО2 от 19.07.2020 на тех же основаниях недействительным, также не имеется.
Таким образом, исковые требования как заявленные безосновательно подлежат отклонению в полном объеме.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
В удовлетворении исковых требований ФИО1, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетних фио, фио, фио к ФИО2, ФИО3, ФИО4 о признании договора купли-продажи доли квартиры, брачного договора недействительными, применении последствий недействительности сделки – отказать.
Решение может быть обжаловано в Московский городской суд через канцелярию по гражданским делам Головинского районного суда адрес в течении одного месяца с даты составления решения суда в окончательной форме.
Судья
Мотивированное решение изготовлено 01 ноября 2022 года