Дело № 2-2923/2022

56RS0042-01-2022-004660-49

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Оренбург 19 октября 2022 года

Центральный районный суд г. Оренбурга в составе

председательствующего судьи Ю.В. Дмитриевой,

при секретаре М.В. Андреевой,

с участием представителя истца ФИО1,,

представителя ответчика адвоката Харламова Д.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ГБУЗ «Оренбургский клинический перинатальный центр» к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного работником, в порядке регресса,

УСТАНОВИЛ:

ГБУЗ «Оренбургский клинический перинатальный центр» обратился с вышеуказанным иском в суд к ФИО2, указав, что ответчик работает в ГБУЗ «Оренбургский клинический перинатальный центр» в должности врача акушера- гинеколога, что подтверждается приказом о приеме на работу №-Л от ДД.ММ.ГГГГ (выписка), трудовым договором № от ДД.ММ.ГГГГ, личной карточной сотрудника (унифицированная форма №т-2). ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 осуществлял свою трудовую деятельность в родовом отделении ГБУЗ «ОКПЦ». В этот период времени у пациентки Т.Ю. началась родовая деятельность, роды принимал врач ФИО2, родилась девочка. ДД.ММ.ГГГГ состояние ребенка ухудшилось, и он умер. По результатам патологоанатомического исследования был установлен диагноз: крупная подкапсульная гематома правой доли печени, разорванная. Непосредственная причина смерти- геморрагический шок. В дальнейшем Т.Ю. обратилась в Ленинский районный суд г.Оренбурга с исковым заявлением к ГБУЗ «Оренбургский клинический перинатальный центр» о взыскании морального вреда в размере 1 500 000 рублей в связи с ненадлежащим оказанием медицинских услуг. Судом при рассмотрении дела № установлено, что Т.Ю. полагая, что смерть ребенка наступила в результате действий (бездействия) сотрудников ГБУЗ «ОКПЦ» обратилась в Следственный комитет РФ по Оренбургской области по факту гибели своего ребенка. Постановлением следователя по особо важным делам следственного отдела по Южном округу следственного управления следственного комитета РФ по Оренбургской области от ДД.ММ.ГГГГ в отношении врача ГБУЗ «ОКПЦ» ФИО2 возбуждено уголовное дело по факту смерти неврожденного ребенка Т.Ю. по признакам преступления предусмотренного ч.2 ст.109 УК РФ (причинение смерти по неосторожности).

Постановлением следователя по особо важным делам первого отдела по расследованию особо важных дел (преступления против личности и общественной безопасности) следственного управления Следственного комитета РФ по Оренбургской области ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело по факту оказания медицинской помощи Т.Ю. и уголовное преследование в отношении ФИО2 по признакам преступлений, предусмотренных ч.1 ст.109, ч.2 ст.118 УК РФ, прекращено в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

Решением Ленинского районного суда г.Оренбурга от ДД.ММ.ГГГГ по делу № исковые требования были удовлетворены частично. Взыскано с ГБУЗ «Оренбургский клинический перинатальный центр» в пользу Т.Ю. в счет компенсации морального вреда вследствие ненадлежащего оказания медицинской помощи взыскана денежная сумма в размере 350 000 рублей. Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Оренбургского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу № решение суда оставлено без изменения. ДД.ММ.ГГГГ ГБУЗ «Оренбургский клинический перинатальный центр» в полном объеме перечислил Т.Ю. присужденную денежную сумму в размере 350 000 рублей. Правовым основанием для вынесения решения суда первой инстанции и определения суда апелляционной инстанции о компенсации морального вреда явились, в частности, ст.ст.1064,1068 ГК РФ. Так, п.1 ст.1064 ГК РФ устанавливает, что вред, причинённый личности либо имуществу гражданина подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред п.1 ст.1068 ГК РФ предусматривает, что юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых обязанностей. Таким образом, ГБУЗ «Оренбургский клинический перинатальный центр» является лицом (работодателем), возместившим вред, причинённый другим лицом (работником)- врачом акушером- гинекологом ФИО2 Согласно справке № от ДД.ММ.ГГГГ и справкам о доходах и суммах налога физического лица по форме 2-НДФЛ средний месячный заработок ФИО2 составляет 78 353,66 рублей.

Просит взыскать с ФИО2 в пользу ГБУЗ «Оренбургский клинический перинатальный центр» в счет возмещения ущерба, причиненного работодателю, денежную сумму в пределах среднего заработка 78 353,66 рублей, в также расходы по оплате государственной пошлины в размере 2 551 рублей.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьего лица на стороне ответчика, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ГБУЗ «Городская больница» г.Кувандыка, в которой работает ответчик ФИО2 по внешнему совместительству.

Представитель истца ФИО1,, действующий на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, в судебном заседании исковые требования поддержал по основаниям, изложенным в иске, настаивал на удовлетворении. Указал, что срок давности с момента погашения задолженности истцом не пропущен, право на возмещение в порядке регресса возникло у работодателя ДД.ММ.ГГГГ, когда была перечислена денежная сумма на основании решения суда ФИО3 привлечения ФИО2 к материальной ответственности в порядке регресса явилось вступившее в законную силу решение суда от ДД.ММ.ГГГГ, процедура привлечения работника к материальной ответственности соблюдена.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился, о дне, месте и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом, обратился с заявлением с просьбой рассмотреть дело в свое отсутствие. Ранее принимал личное участие при рассмотрении дела, возражал против удовлетворения заявленных требований, считает, что срок для обращения с указанными исковыми требованиями о взыскании ущерба пропущен, также работодателем нарушена процедура привлечения его как работника к материальной ответственности работника.

Представитель ответчика адвокат Харламов Д.М., действующий на основании ордера от ДД.ММ.ГГГГ, в судебном заседании возражал против удовлетворения заявленных требований, поддержал ранее выраженную позицию ответчика, а также указал, что вина ФИО2 при оказании медицинской помощи пациентке Т.Ю. не установлена, что подтверждается судебно-медицинскими экспертзами, проводимыми как в рамках расследования уголовного дела, так и при рассмотрении гражданского дела Ленинским районным судом г. Оренбурга. Правовых оснований для привлечения ФИО2 к материальной ответственности в порядке регресса не имеется.

Представитель третьего лица на стороне ответчика ГБУЗ «Городская больница» г.Кувандыка в судебное заседание не явился, о дне, месте и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом, представил документы, из которых следует, что ДД.ММ.ГГГГ между ГБУЗ «Городская больница» г.Кувандыка- работодателем и ФИО2- работником заключен трудовой договор №, согласно которому работник принят на работу с ДД.ММ.ГГГГ на должность врача акушера гинеколога на 1 ставку, работа по договору является для работника по внешнему совместительству, договор бессрочный. На момент рассмотрения дела судом названный трудовой договор является действующим.

Суд, выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, приходит к следующему:

В соответствии со ст. 12 Гражданского кодекса РФ защита гражданских прав осуществляется, в том числе, путем возмещения убытков.

Согласно статье 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (пункт 1). Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2).

Пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Согласно пункту 1 статьи 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, возместившее вред, причиненный другим лицом (работником при исполнении им служебных, должностных или иных трудовых обязанностей, лицом, управляющим транспортным средством, и т.п.), имеет право обратного требования (регресса) к этому лицу в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом.

Нормы, регламентирующие материальную ответственность сторон трудового договора, содержатся в разделе XI Трудового кодекса Российской Федерации (статьи 232 - 250).

Общие положения о материальной ответственности сторон трудового договора, определяющие обязанности сторон трудового договора по возмещению причиненного ущерба и условия наступления материальной ответственности, установлены в главе 37 Трудового кодекса Российской Федерации.

Частью 1 статьи 232 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что сторона трудового договора (работодатель или работник), причинившая ущерб другой стороне, возмещает этот ущерб в соответствии с настоящим кодексом и иными федеральными законами.

Главой 39 Трудового кодекса Российской Федерации "Материальная ответственность работника" урегулированы отношения, связанные с возложением на работника, причинившего работодателю имущественный ущерб, материальной ответственности, в том числе установлены пределы такой ответственности.

В силу части 1 статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат.

Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам (часть 2 статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 241 Трудового кодекса Российской Федерации за причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено данным кодексом или иными федеральными законами.

Полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере (часть 1 статьи 242 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 2 статьи 242 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных этим кодексом или иными федеральными законами.

Так, пунктом 2 части 1 статьи 243 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника в случае недостачи ценностей, вверенных ему на основании специального письменного договора или полученных им по разовому документу.

Частью 1 статьи 244 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности (пункт 2 части первой статьи 243 Трудового кодекса Российской Федерации), то есть о возмещении работодателю причиненного ущерба в полном размере за недостачу вверенного работникам имущества, могут заключаться с работниками, достигшими возраста восемнадцати лет и непосредственно обслуживающими или использующими денежные, товарные ценности или иное имущество.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 г. N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю" следует, что к обстоятельствам, имеющим значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.

В пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 г. N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю" разъяснено, что при рассмотрении дела о возмещении причиненного работодателю прямого действительного ущерба в полном размере работодатель обязан представить доказательства, свидетельствующие о том, что в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации либо иными федеральными законами работник может быть привлечен к ответственности в полном размере причиненного ущерба.

В пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 г. N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю" даны разъяснения, согласно которым при определении суммы, подлежащей взысканию, судам следует учитывать, что в силу статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан возместить лишь прямой действительный ущерб, причиненный работодателю, под которым понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе находящегося у работодателя имущества третьих лиц, если он несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение или восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам. Под ущербом, причиненным работником третьим лицам, следует понимать все суммы, которые выплачены работодателем третьим лицам в счет возмещения ущерба. При этом необходимо иметь в виду, что работник может нести ответственность лишь в пределах этих сумм и при условии наличия причинно-следственной связи между виновными действиями (бездействием) работника и причинением ущерба третьим лицам.

Таким образом, из положений статей 241, 242, 243, 244 Трудового кодекса Российской Федерации и разъяснений, содержащихся в пунктах 4 и 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 г. N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю", следует, что основным видом материальной ответственности работника за ущерб, причиненный работодателю, является ограниченная материальная ответственность. Правило об ограниченной материальной ответственности работника в пределах его среднего месячного заработка применяется во всех случаях, кроме тех, в отношении которых Трудовым кодексом Российской Федерации или иным Федеральным законом прямо установлена более высокая материальная ответственность работника, в частности полная материальная ответственность, основания для такой ответственности должен доказать работодатель при рассмотрении дела о возмещении причиненного работодателю прямого действительного ущерба в полном объеме.

Согласно статье 250 Трудового кодекса Российской Федерации орган по рассмотрению трудовых споров может с учетом степени и формы вины, материального положения работника и других обстоятельств снизить размер ущерба, подлежащий взысканию с работника. Снижение размера ущерба, подлежащего взысканию с работника, не производится, если ущерб причинен преступлением, совершенным в корыстных целях.

Как разъяснено в пункте 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 г. N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю", если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что работник обязан возместить причиненный ущерб, суд в соответствии с частью первой статьи 250 Трудового кодекса Российской Федерации может с учетом степени и формы вины, материального положения работника, а также других конкретных обстоятельств снизить размер сумм, подлежащих взысканию, но не вправе полностью освободить работника от такой обязанности. При этом следует иметь в виду, что в соответствии с частью 2 статьи 250 Трудового кодекса Российской Федерации снижение размера ущерба, подлежащего взысканию с работника, не может быть произведено, если ущерб причинен преступлением, совершенным в корыстных целях. Снижение размера ущерба допустимо в случаях как полной, так и ограниченной материальной ответственности. Оценивая материальное положение работника, следует принимать во внимание его имущественное положение (размер заработка, иных основных и дополнительных доходов), его семейное положение (количество членов семьи, наличие иждивенцев, удержания по исполнительным документам) и т.п.

Согласно выписке из приказа № от ДД.ММ.ГГГГ «О приеме работников на работу» установлено, что ФИО2 принят на работу в ГБУЗ «ОКПЦ» в отделение акушерское патологии беременности на должность врача-акушера-гинеколога с ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ между ГБУЗ «ОКПЦ»- работодателем и ФИО2- работником заключен трудовой договор №, на основании которого работник принимается на должность на должность врача-акушера-гинеколога с ДД.ММ.ГГГГ, работа является для работника основной, договор заключен на неопределенный срок.

В указанной должности по основному месту работу ФИО2 работает по настоящее время.

Согласно ч.2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

Решением Ленинского районного суда г. Оренбурга от ДД.ММ.ГГГГ исковые требования Т.Ю. к ГБУЗ «Оренбургский клинический перинатальный центр» о компенсации морального вреда удовлетворены частично. С ГБУЗ «Оренбургский клинический перинатальный центр» в пользу Т.Ю. взыскана денежная компенсация морального вреда в размере 350 000 рублей.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Оренбургского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ указанное решение суда от ДД.ММ.ГГГГ оставлено без изменения.

В силу требований ч.2 ст. 61 ГПК РФ указанные выше судебные акты имеют для суда преюдициальное значение при разрешении настоящего спора, возникшего между сторонами.

Судебными актами установлено, что ДД.ММ.ГГГГ Т.Ю., будучи беременной, по направлению женской консультации ГАУЗ «ГКБ № 6» г. Оренбурга обратилась в ГБУЗ «Оренбургский клинический перинатальный центр». Была осмотрена в приёмном покое и направлена в палату для ожидания родов. ДД.ММ.ГГГГ начались схватки, роды были тяжелые, врач, принимавший роды, был ФИО2, начал давить на живот, родилась девочка. По результатам родов Т.Ю. был поставлен диагноз: <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ состояние новорожденной резко ухудшилось, ребенок был переведен в реанимационное отделение, в 22:30 часов того же дня ребенок умер в реанимационном отделении ГБУЗ «Оренбургский клинический перинатальный центр».

По факту смерти новорожденного Т.Ю. ДД.ММ.ГГГГ было возбуждено уголовное дело.

ДД.ММ.ГГГГ постановлением следователя по особо важным делам первого отдела по расследованию особо важных дел (о преступлениях против личности и общественной безопасности) следственного управления Следственного комитета РФ по Оренбургской области уголовное дело по факту оказания медицинской помощи Т.Ю. и уголовное преследование в отношении ФИО2 по признакам преступлений, предусмотренных ч.2 ст.109, ч.2 ст.118 УК РФ прекращено в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

Разрешая спор, суд, сославшись на выводы проведенных в рамках уголовного дела трех судебно- медицинских экспертиз, пришел к выводу о доказанности вины ГБУЗ «Оренбургский клинический перинатальный центр» в некачественном оказании Т.Ю. медицинской помощи при родовспоможении. Данное обстоятельство явилось основанием для вынесения решения о компенсации морального вреда в пользу Т.Ю. в размере 350 000 рублей.

Указанными судебными актами установлен ряд недостатков медицинской помощи со стороны ГБУЗ «Оренбургский клинический перинатальный центр», хоть и не находящихся в прямой причинно-следственной связи с наступившей смертью ребенка Т.Ю., но допущенных медицинским персоналом медицинского учреждения, в частности, ФИО2

Рассматривая ходатайство ответчика о пропуске срока исковой давности, суд исходит из следующего.

В соответствии с п.4 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель имеет право обратиться в суд по спорам о возмещении работником ущерба, причиненного работодателю, в течение одного года со дня обнаружения причиненного ущерба.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению решения судом об отказе в иске (п. 2 ст. 199 ГК РФ).

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" при подготовке дела к судебному разбирательству необходимо иметь в виду, что в соответствии с частью 6 статьи 152 ГПК РФ возражение ответчика относительно пропуска истцом без уважительных причин срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора может быть рассмотрено судьей в предварительном судебном заседании. Признав причины пропуска срока уважительными, судья вправе восстановить этот срок (часть третья статьи 390 и часть третья статьи 392 ТК РФ). Установив, что срок обращения в суд пропущен без уважительных причин, судья принимает решение об отказе в иске именно по этому основанию без исследования иных фактических обстоятельств по делу (абзац второй части 6 статьи 152 ГПК РФ).

Если же ответчиком сделано заявление о пропуске истцом срока обращения в суд (части первая и вторая статьи 392 ТК РФ) или срока на обжалование решения комиссии по трудовым спорам (часть вторая статьи 390 ТК РФ) после назначения дела к судебному разбирательству (статья 153 ГПК РФ), оно рассматривается судом в ходе судебного разбирательства.

В качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).

В абзаце третьем пункта 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 г. N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю" разъяснено, что работодатель вправе предъявить иск к работнику о взыскании сумм, выплаченных в счет возмещения ущерба третьим лицам, в течение одного года с момента выплаты работодателем данных сумм.

Из приведенных положений части 3 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что срок на обращение в суд работодателя за разрешением спора о возмещении работником ущерба, причиненного работодателю, составляет один год. Начало течения этого срока начинается с момента, когда работодателем осуществлены выплаты третьим лицам сумм в счет возмещения причиненного работником ущерба.

Исходя из положений ст. 392 ТК РФ, ГБУЗ «Оренбургский клинический перинатальный центр» стало известно о причиненном ущербе вследствие недостатков оказанной медицинской помощи пациентке Т.Ю. с момента вступления в законную силу решения Ленинского районного суда г. Оренбурга от ДД.ММ.ГГГГ, а именно ДД.ММ.ГГГГ- день вынесения апелляционного определения судебной коллегией по гражданским делам Оренбургского областного суда.

С настоящим иском истец обратился в суд ДД.ММ.ГГГГ через приемную суда, ДД.ММ.ГГГГ иск был принят к производству суда.

Моментом фактического исполнения решения суда от ДД.ММ.ГГГГ и перечисления денежных средств Т.Ю. является ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается платежным поручением № от ДД.ММ.ГГГГ.

С учетом изложенной правовой позиции иск предъявлен в течение годичного срока исковой давности на обращение в суд.

Вместе с тем, при обращении в суд с иском ФИО2 истцом не соблюдена процедура привлечения ответчика как работника к материальной ответственности в пределах среднего заработка.

Согласно правовой позиции, изложенной в Обзоре практики рассмотрения судами дел о материальной ответственности работника, утв. Президиумом Верховного Суда РФ 05.12.2018, на основании части первой статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов.

Согласно части второй статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения составляется соответствующий акт.

Работник и (или) его представитель имеют право знакомиться со всеми материалами проверки и обжаловать их в порядке, установленном кодексом (часть третья статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации).

Таким образом, необходимыми условиями для наступления материальной ответственности работника за причиненный работодателю ущерб являются: наличие прямого действительного ущерба у работодателя, противоправность поведения (действий или бездействия) работника, причинная связь между действиями или бездействием работника и причиненным работодателю ущербом, вина работника в причинении ущерба.

При этом бремя доказывания наличия совокупности указанных обстоятельств законом возложено на работодателя, который до принятия решения о возмещении ущерба конкретным работником обязан провести проверку с обязательным истребованием от работника письменного объяснения для установления размера причиненного ущерба, причин его возникновения и вины работника в причинении ущерба.

Обращаясь в суд с настоящим иском, ГБУЗ «Оренбургский клинический перинатальный центр» в качестве обоснования заявленных требований о возмещении с ФИО2 ущерба в порядке регресса указывает на наличие решения суда от ДД.ММ.ГГГГ, вступившего в законную силу ДД.ММ.ГГГГ, где ФИО2 являлся третьим лицом.

Однако, от ФИО2 объяснения по факту причиненного работодателю ущерба не истребовалось, проверка по оценке его действий не проводилась. Данные обстоятельства являются нарушением процедуры привлечения ФИО2 к материальной ответственности, в связи с чем правовых оснований для удовлетворения заявленных истцом требований не имеется.

Доводы представителя истца о том, что проведение проверки и истребование объяснения в данном случае является необязательным, поскольку данные обстоятельства установлены судом при разрешении гражданского дела, основаны на неправильном толковании норм материального права, произвольной трактовке действующего законодательства.

Принимая во внимание изложенное, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований истца в полном объеме.

Производные требования от основного о возмещении судебных расходов также подлежат оставлению без удовлетворения с учетом положений ст. 98 ГПК РФ.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ГБУЗ «Оренбургский клинический перинатальный центр» к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного работником, в порядке регресса отказать.

Решение может быть обжаловано в Оренбургский областной суд через Центральный районный суд г. Оренбурга в течение одного месяца со дня принятия его в окончательной форме.

Судья Ю.В. Дмитриева

Решение в окончательной форме принято 26 октября 2022 года.