Решение по делу № 2-3361/2023 от 15.12.2023 - о взыскании компенсации морального вреда.

Дело № 2-3361/2023

УИД 35RS0010-01-2023-002096-84

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Вологда 15 декабря 2023 года

Вологодский городской суд Вологодской области в составе:

судьи Качалова Н.В.,

с участием помощника прокурора г. Вологды Дементьева И.А.,

при секретаре Бобошиной Е.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО12 к бюджетному учреждению здравоохранения Вологодской области «Вологодская городская больница №2», бюджетному учреждению здравоохранения Вологодской области «Вологодская городская поликлиника №1», Департаменту здравоохранения Вологодской области, бюджетному учреждению здравоохранения Вологодской области «Вологодская городская больница №1», бюджетному учреждению здравоохранения Вологодской области «Вологодская станция скорой медицинской помощи» имени Н.Л. Турупанова» о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО12 обратилась в суд с вышеуказанным исковым заявлением, в обосновании исковых требований указав, что 18.12.2019 ее отец ФИО1 в связи с ухудшением состояния здоровья обратился на прием в БУЗ ВО «Вологодская городская поликлиника № 1», где ему было проведено ЭКГ исследование и проведен осмотр врачом терапевтом ФИО3, по результатам которого был установлен диагноз <данные изъяты>, после чего бригадой скорой медицинской помощи направлен для госпитализации в БУЗ ВО «Вологодская городская больница № 2». В период нахождения в приемном отделении БУЗ ВО «Вологодская городская больница № 2» ФИО1 было выполнено ультразвуковое исследование артерий вен левой нижней конечности, согласно которому установлен диагноз «<данные изъяты>». Иной медицинской помощи, в том числе консультации сосудистого хирурга ФИО1, оказано не было, госпитализация по направлению врача ФИО3 не осуществлена. В вечернее время дома состояние ФИО1 ухудшилось, в связи с чем была вызвана бригада скорой медицинской помощи БУЗ ВО «Вологодская станция скорой медицинской помощи» имени Н.Л. Турупанова», которая в свою очередь, не оказав должным образом медицинскую помощь, вызвала реанимационную бригаду. После проведения реанимационных мероприятий ФИО1 в бессознательном состоянии был доставлен в БУЗ ВО «Вологодская городская больница №1», где 19.12.2019 скончался.

По данному факту следственным отделом по г.Вологде СУ СК России по Вологодской области проводилась проверка, по результатам которой в действиях медицинских работников выявлены нарушения в организации и оказании медицинской помощи ФИО1

Истец, ссылалась на допущение некачественного оказания медицинской помощи, дефектов при оказании лечения ФИО1, выразившихся ненадлежащем и не своевременном оказании медицинской помощи, в результате которых произошла смерть ФИО1, просит суд взыскать с БУЗ ВО «Вологодская городская больница №2», БУЗ ВО «Вологодская городская поликлиника №1» с каждого из ответчиков в свою пользу материальный ущерб на сумму 33 388,50 рублей, компенсацию морального вреда в размере 3 000 000 рублей.

При подготовке дела к судебному разбирательству определением судьи от 03.03.2023 АО «Страховая компания «СОГАЗ-Мед» привлечено к участию в дело в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора.

Определением суда от 18.04.2023, занесенным в протокол судебного заседания, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные исковые требования, привлечен врач ФИО8, фельдшер ФИО7, врач ФИО6, фельдшер ФИО5, врач ФИО10

Определением суда от 23.03.2023, занесенным в протокол судебного заседания, БУЗ ВО «Вологодская городская больница №1», БУЗ ВО «Вологодская станция скорой медицинской помощи» имени Н.Л. Турупанова привлечены к участию в дело в качестве соответчиков, врач БУЗ ВО «Вологодская городская поликлиника №1» ФИО3, ФИО4, ФИО2 привлечены к участию в дело в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора.

В судебном заседании истец ФИО12, ее представитель, действующий на основании доверенности, ФИО13, участвующие в судебном заседании путем видеоконференц-связи, исковые требования поддержали, с доводами экспертов по судебно-медицинской экспертизе в целом поддержали. Указали, что претензий к БУЗ ВО «Вологодская городская больница №1» не предъявляют.

В судебном заседании представители ответчика БУЗ ВО «Вологодская городская больница № 2», действующие на основании доверенности ФИО14, ФИО15 с исковыми требованиями не согласились, указали на отсутствие причинно-следственной связи между действиями врачей и наступлением смерти пациента.

Представитель ответчика БУЗ ВО «Вологодская городская больница №1», действующая по доверенности, ФИО16, представитель ответчика БУЗ ВО «Вологодская городская поликлиника №1», действующая по доверенности, ФИО17 с исковыми требованиями не согласились, просили отказать в их удовлетворении.

Представитель ответчика Департамента здравоохранения Вологодской области, ФИО18 ранее в судебном заседании поддерживала доводы изложенные в возражениях. С иском не согласилась. Указала, что Департамент не является надлежащим ответчиком по делу.

Представитель ответчика БУЗ ВО «Вологодская станция скорой медицинской помощи» имени Н.Л. Турупанова», действующая по доверенности, ФИО19, ФИО20 исковые требования не признали, просили отказать, пояснив суду что бригада скорой помощи выполнила все необходимые и возможные манипуляции пациенту.

Третье лицо ФИО5 исковые требования не поддержала, суду пояснила, что работает в должности фельдшера и состояние пациента изначально уже было тяжелое, что ими были предприняты все меры чтоб нормализовать состояние пациента.

В судебное заседание представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ОА «Страховая компания «Согаз-Мед» не явился, о времени, дне и месте проведения судебного заседания извещен надлежащим образом, представлено ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие представителя.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО8, ФИО7, ФИО6, ФИО10, ФИО4, ФИО3 не явились, о времени, дне и месте проведения судебного заседания извещены надлежащим образом.

Суд, заслушав явившихся в судебное заседание лиц, заключение помощника прокурора г. Вологды Дементьева И.А., свидетеля ФИО11, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21 ноября 2011 г № 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации".

К числу наиболее значимых человеческих ценностей относится жизнь и здоровье, а их защита должна быть приоритетной (статья 3 Всеобщей декларации прав человека и статья 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах). Право на охрану здоровья гарантируется и обеспечивается оказанием доступной и качественной медицинской помощи (статья 18 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Согласно пункту 3 части 1 статьи 29 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" организация охраны здоровья осуществляется путем организации оказания первой помощи, всех видов медицинской помощи, в том числе гражданам, страдающим социально значимыми заболеваниями, заболеваниями, представляющими опасность для окружающих, редкими (орфанными) заболеваниями.

Согласно статье 32 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", устанавливающей классификацию медицинской помощи по видам, условиям и форме оказания такой помощи, к видам медицинской помощи относятся: первичная медико-санитарная помощь; специализированная, в том числе высокотехнологичная, медицинская помощь; скорая, в том числе скорая специализированная, медицинская помощь; паллиативная медицинская помощь.

В соответствии с частью 8 статьи 35 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" выездными экстренными консультативными бригадами скорой медицинской помощи оказывается медицинская помощь (за исключением высокотехнологичной медицинской помощи), в том числе по вызову медицинской организации, в штате которой не состоят медицинские работники выездной экстренной консультативной бригады скорой медицинской помощи, в случае невозможности оказания в указанной медицинской организации необходимой медицинской помощи.

В соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 37 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями.

Из положений пункта 21 статьи 2 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" следует, что качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Согласно статье 98 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

Материалами дела установлено, что истец ФИО12 является дочерью ФИО1, умершего ДД.ММ.ГГГГ.

В связи с ухудшением состояния здоровья 18.12.2019 ФИО1 обратился на прием в БУЗ ВО «Вологодскую городскую поликлинику № 1», где ему было проведено электрокардиографическое исследование и осуществлен осмотр врачом терапевтом, по результатам осмотра был установлен диагноз <данные изъяты>, после чего бригадой скорой медицинской помощи он был направлен для госпитализации в БУЗ ВО «Вологодская городская больница № 2» с целью постановки диагноза, <данные изъяты>.

В период нахождения в стационаре БУЗ ВО «Вологодская городская больница № 2» ему было выполнено ультразвуковое исследование артерий и вен левой нижней конечности (УЗИ), согласно которому был установлен следующий диагноз: <данные изъяты>. Иной медицинской помощи в период нахождения ФИО1 в стационаре БУЗ ВО «Вологодская городская больница № 2» ему оказано не было, госпитализация, с целью которой он был направлен в БУЗ ВО «Вологодская городская больница № 2» не проведена. Осмотра сосудистым хирургом пациенту не было проведено. Данные факты также подтверждаются показаниями свидетеля ФИО11, допрошенной в судебном заседании и предупрежденной об уголовной ответственности.

Ссылка ответчика на то, что ФИО1 самостоятельно, не дождавшись осмотра врача, покинул приемное отделение, судом не принимается, поскольку материалами дела, а также показаниями свидетеля данный факт опровергнут. Кроме того, судом отмечается то, что талон обратной связи в БУЗ ВО «Вологодская городская больница № 2» не заполнен. В журнале отказа в госпитализации, имеется запись, согласно которой у ФИО1 отсутствуют показания для госпитализации. Запись выполнена в 13 часов 45 мину, учитывая то, что пациент прибыл в стационар БУЗ ВО «Вологодская городская больница № 2» в 10 часов 19 минут, следует вывод, что пациент, находясь длительное время в стационаре не был осмотрен врачом.

Согласно карте вызова скорой медицинской помощи № БУЗ «Вологодская станция медицинской помощи», 18.12.2019 в 19 часов 22 минуты был осуществлен вызов бригады по месту жительства ФИО1 БУЗ ВО «Вологодская станция скорой медицинской помощи». Повод к вызову: 05Б задыхается (бронхит, пневмония). По приезду бригады ФИО1 была организована подача кислорода, оказана помощь в виде внутривенных инъекций, а также лекарственных препаратов в виде таблеток для приема внутрь. В результате ухудшения состояния пациента, последний передан специализированной бригаде интенсивной терапии (БИТ) № 12 в 20 часов 20 минут.

Из карты вызова скорой медицинской помощи № 182 БУЗ ВО «Вологодская станция скорой медицинской помощи» усматривается, что состояние пациента прогрессивно ухудшалось, в связи с чем были проведены медицинские манипуляции, в том числе, сердечно-легочная реанимация. В 20 часов 35 минут произошла остановка дыхания и затем кровообращения, в 20 часов 55 минут было восстановлено кровообращение, продолжены медицинские манипуляции. Состояние пациента ухудшалось. Далее, пациент доставлен в БУЗ ВО «Вологодская городская больница № 1» в реанимацию в 21 час 25 минут дежурному реаниматологу. При первичном осмотре пациента определен план лечения: лечение в ОАР № 2, кардиотропная терапия, О2-терапия.

При осмотре дежурным реаниматологом палаты ИТИР диагностировано крайне тяжелое состояние. При перекладывании на кровать произошла остановка сердечной деятельности. Незамедлительно начаты реанимационные мероприятия. Сердечная деятельность восстановлена в 21 час 37 минут.

ДД.ММ.ГГГГ в 04 часа 30 минут ФИО1 скончался.

Согласно посмертному эпикризу ФИО1 диагноз заключительный клинический: а<данные изъяты>.

Согласно заключению БУЗ ВО «Вологодская городская больница № 1» по разбору летального исхода от 15.01.2020 клинический диагноз: <данные изъяты>.

Постановлением следователя ОВД следственного отдела по г. Вологде следственного управления Следственного комитета РФ от 18.01.2019 возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 Уголовного кодекса Российской Федерации по факту причинения по неосторожности смерти ФИО1 вследствие ненадлежащего исполнения своих обязанностей медицинскими работниками БУЗ ВО «Вологодская городская больница № 2».

Постановлением заместителя руководителя следователя отдела по г. Вологде следственного управления Следственного комитета РФ от 29.07.2020 уголовное дело прекращено.

Для разрешения установления нарушений (дефектов) оказания медицинской помощи, медицинской помощи, причинения вреда здоровью ФИО1, наличие связи между выявленными дефектами и причинением вреда определением суда от 09.06.2023 назначена судебно-медицинская экспертиза, проведение которой поручено экспертам Санкт-Петербургского государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Бюро судебно-медицинской экспертизы».

В соответствии с заключением экспертов № от 18.09.2023, выполненным экспертам Санкт-Петербургского государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Бюро судебно-медицинской экспертизы» ФИО1 18.12.2019 в 21 час 25 минут был доставлен бригадой скорой медицинской помощи в БУЗ ВО «Вологодская городская больница № 1», смерть наступила ДД.ММ.ГГГГ в 04 часа 30 минут. Причиной смерти пациента ФИО1 стал <данные изъяты>.

Из заключения экспертной комиссии следует, что при первичном осмотре пациента ФИО1 врачом-терапевтом поликлиники при приеме его медицинской эвакуации фельдшерской бригадой скорой медицинской помощи в стационар БУЗ ВО «Вологодская городская больница № 2», оказании медицинской помощи в приемном отделении БУЗ ВО «Вологодская городская больница № 2», осмотре пациента на дому фельдшером поликлиники ФИО1 18.12.2019 года медицинскими работниками, не был установлен основной жизнеугрожающий диагноз – <данные изъяты>, который в итоге привел к летальному исходу ФИО1, нетипичное клиническое течение. Учитывая отсутствие у пациента ФИО1 типичных для <данные изъяты>. Единственным поводом для того, чтобы установить (заподозрить) настоящий диагноз являлась зарегистрированная на электрокардиограмме остро возникшая блокада <данные изъяты>. Диагноз <данные изъяты> у ФИО1 и предположен медицинским персоналом выездных бригад скорой медицинской помощи начиная с 19:28 часов 18.12.2019, с момента диагностики у ФИО1 клиники осложнений <данные изъяты>. В последующем диагноз <данные изъяты> как один из возможных, имел место на этапе стационарного лечения ФИО1 в БУЗ ВО «Вологодская больница №1».

Экспертной комиссией принимается во внимание тот факт, что основной диагноз <данные изъяты> пациенту ФИО4 не был установлен своевременно, следует считать, что медицинская помощь пациенту ФИО1, была оказана не в полном объеме, пациент не был своевременно госпитализирован в профильный стационар для оказания специализированной медицинской помощи. Таким образом, учитывая, что изначально врачом-терапевтом поликлиники диагноз <данные изъяты> у ФИО1 не был заподозрен, пациент бригадой скорой медицинской помощи был доставлен в стационар БУЗ ВО «Вологодская городская больница № 2», который не специализируется на лечении острого коронарного синдрома с иной патологией. Наличие у пациента ФИО1 сахарного диабета 2 типа с явлениями ангиопатии и полинейропатии вероятно и обусловили нетипичную (безболевую) форму течения острого <данные изъяты>. Наличие <данные изъяты>. Ишемическая болезнь сердца во многих случаях протекает бессимптомно.

Экспертная комиссия не пришла к бесспорному выводу о том, что при своевременном оказании медицинской помощи для ФИО1 был прогнозируем только благоприятный исход, учитывая обширность фоновой патологии.

Из недостатков, допущенных при обращении ФИО1 в БУЗ ВО «Вологодская городская поликлиника № 1», утром 18.12.2019 был установлен диагностический и следующий за ним организационно-тактический дефект оказания медицинской помощи - <данные изъяты> требовалось немедленное выяснение причины возникновения этой аритмии и госпитализация в стационар, где имелись специалисты компетентные в решении подобных состояний (многопрофильный). Диагноз был выставлен «<данные изъяты>», который не был подтвержден объективными данными при осмотре в поликлинике (не описан локальный статус), следовательно, направление ФИО1 в БУЗ ВО «Вологодская городская больница № 2», который является стационаром хирургического профиля, а не в многопрофильную больницу было организационно-тактическим дефектом.

В период нахождения ФИО1 в БУЗ ВО «Вологодская городская больница № 2» 18.12.2019 (в течение 3-х часов 26 минут) были допущены следующие дефекты медицинской помощи:

- организационно-тактический (в приёмном покое пациент не был осмотрен врачом);

- диагностический (пациенту не был установлен диагноз);

- лечебный (пациенту не было назначено лечение, в том числе симптоматическое, не даны рекомендации);

- организационно-тактический (пациенту было отказано в госпитализации, в связи с отсутствием показаний без осмотра врачом);

Проведение УЗИ сосудов нижних конечностей по направлению медицинской сестры приёмного покоя являлось только одним из частных методов исследования, которое не смогло установить причину ухудшения самочувствия и состояния больного.

Далее, судебной экспертизой установлено, что при оказании скорой медицинской помощи 18.12.2019 ФИО1 требовалась постоянная подача кислорода. По данным карт вызова № и № пациент получал кислород сначала в ингаляции, а затем при искусственной вентиляции лёгких.

Кроме того, экспертами сделан вывод о том, что при иной тактике ведения пациента исключена возможность спасения жизни ФИО1 ввиду тяжести основного заболевания и неблагоприятного коморбидного фона пациента, наличие сахарного диабета.

Ключевым недостатком оказания медицинской помощи явилось отсутствие своевременной постановки диагноза – <данные изъяты> у ФИО1 терапевтом амбулаторного звена.

Прямой причинно-следственной связи между выявленными нарушениями и наступившими последствиями в виде смерти ФИО1 не имеется.

Дефекты оказания медицинской помощи, допущенные при обращении ФИО1 в БУЗ ВО «Вологодская городская поликлиника № 1» и нахождении в БУЗ ВО «Вологодская городская больница № 2», не позволили распознать основное заболевание (<данные изъяты>) на стадии до возникновения смертельных осложнений (кардиогенного шока).

Вышеизложенное дает основания судить, о том, что допущенные в БУЗ ВО «Вологодская городская поликлиника № 1» и в БУЗ ВО «Вологодская городская больница № 2», дефекты оказания медицинской помощи ФИО1 уменьшили его шансы на благоприятный исход заболевания (но не явились причиной), и поэтому между дефектами и неблагоприятным исходом (в том числе наступлением смерти) усматривается причинно-следственная связь косвенного характера.

Согласно статье 67 Гражданского процессуального кодекса РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Экспертное заключение является важным видом доказательств по делу, поскольку оно отличается использованием специальных познаний и научными методами исследования. Экспертные заключения оцениваются судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами.

У суда отсутствуют основания не доверять указанному заключению экспертов, кроме того, суд учитывает, что экспертное заключение выполнено в специализированном экспертном учреждении экспертами, имеющими высокую квалификацию и стаж работы по своим специальностям.

Кроме того, эксперты были предупреждены об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ, о чем свидетельствуют их подписи в заключении.

На основании изложенного суд считает правомерным положить в основу решения экспертное заключение № от 18.09.2023, выполненным экспертами Санкт-Петербургского государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Бюро судебно-медицинской экспертизы».

При этом, суд полагает, что установленные по делу обстоятельства свидетельствуют о наличии дефектов при оказании медицинской помощи БУЗ ВО «Вологодская городская больница № 2» и БУЗ ВО «Вологодская городская поликлиника № 1», а также оказании медицинской помощи не в полном объеме.

Пояснения представителей ответчиков в целом не опровергают выводы, изложенные в экспертном заключении.

Кроме того, суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований ФИО12 к БУЗ ВО «Вологодская станция скорой медицинской помощи» им. Н.Л. Турупанова».

Согласно экспертного заключения № от 18.09.2023, выполненным экспертами Санкт-Петербургского государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Бюро судебно-медицинской экспертизы» действия фельдшерской общепрофильной бригады скорой медицинской помощи, доставившей ФИО1 в приемное отделение стационара БУЗ ВО «Вологодская городская больница № 2» соответствовали положениям Порядкам оказания скорой, в том числе скорой специализированной, медицинской помощи и назначению врача терапевта. При оказании медицинской помощи пациенту ФИО1 начиная с 19:28 18.12.2019 до момента его госпитализации в БУЗ ВО «Вологодская городская больница № 1» (бригадами скорой медицинской помощи выполнены все необходимые лечебно-диагностические меропрития в рамках стандарта скорой медицинской помощи при <данные изъяты>, соблюдены клинические рекомендации оказания скорой медицинской помощи при остром коронарном синдроме с подьемом <данные изъяты>, при острой сердечной недостаточности, при кардиогенном шоке, при внезапной сердечной смерти. После проведения манипуляций пациент ФИО1 должен был быть доставлен в стационар, имеющий возможности проведения коронарной ангиографии, для решения вопроса о возможности реваскуляризации миокарда инвазивным способом, что было сделано бригадой скорой помощи, пациент был доставлен в БУЗ ВО «Вологодская городская больница № 1».

В силу статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Исходя из разъяснений, изложенных в пункте 1, пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда » Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Исходя из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. В статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплены общие правила по компенсации морального вреда без указания случаев, когда допускается такая компенсация. Поскольку возможность денежной компенсации морального вреда обусловлена посягательством на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, само по себе отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда.

Из позиции истца следует, что требования о компенсации морального вреда были заявлены истцом, в том числе в связи с тем, что в связи с трагическим случаем, произошедшим с отцом ФИО1 были причинены нравственные и физические страдания, выразившиеся в утрате близкого человека.

Смерть отца для истца является необратимым обстоятельством, нарушающим ее психическое благополучие, а также неимущественное право на родственные и семейные связи, и, безусловно, является тяжелейшим событием в жизни истца, неоспоримо причинившим нравственные страдания, и должно рассматриваться в качестве переживания, влекущего состояние стресса и эмоционального расстройства. Факт причинения истцу морального вреда не вызывает сомнений, является очевидным и установлению подлежит лишь размер его компенсации.

При этом, истец проживает за пределами Вологодской области. Соответственно, ее переживания, связанные с тем, что отцу длительное время, не смотря на его плохое самочувствие, не могли оказать надлежащим образом медицинскую помощь (истица общалась по телефону с отцом их родственницей ФИО11, которая сопровождала ФИО1 и находилась вместе с ним в рассматриваемый период) были более глубокими, сопровождались чувством беспомощности, невозможности оказать помощь близкому человеку, неспособностью как-то повлиять на ситуацию, облегчить страдания отца.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу истца, суд учитывает фактические обстоятельства дела, характер отношений между истцом ФИО12 и ФИО1 при его жизни (семейные отношения), степень вины БУЗ ВО «Вологодская городская поликлиника № 1» и БУЗ ВО «Вологодская городская больница № 2», то обстоятельство, что несмотря на острое течение болезни, осознание вероятности спасения жизни отца при оказании медицинской помощи надлежащего качества, безусловно причинило истцу нравственные страдания, выводы экспертизы, которая установила, что медицинская помощь ФИО1 была оказана не в полном объеме и ненадлежащего качества, но не установила прямой причинно-следственной связи между недостатками медицинской помощи и смертью ФИО1

Также судом учтено, что изначально, в БУЗ ВО «Вологодская городская поликлиника №1» не был установлен верный диагноз, соответственно, направление для госпитализации было выдано в непрофильное медицинское учреждение, что значительно отсрочило время установления правильного диагноза и начала проведения лечебных мероприятий.

Особо суд считает возможным отменить, что в БУЗ «Вологодская городская больница №2», ФИО1 вообще не было оказано никакой медицинской помощи, он даже не был осмотрен специалистом. И это не смотря на то, что ФИО1 был достаточно преклонного возраста, имел хронические заболевания, был доставлен для срочной госпитализации, при этом более 3-х часов просидел в медицинском учреждении без осмотра специалиста, без постановки диагноза, при отказе от стационарного лечения не получив никаких рекомендаций.

При этом, согласно показаний ФИО9, которые она давала в рамках проверки следователю по ОВД следственного отдела пог.Вологда СУ СК РФ по Вологодской области, она, находясь в рассматриваемый период на дежурстве, направила санитарку в ординаторскую, чтобы пригласить к пациенту врача; со слов санитарки оба врача находились в ординаторской, на предъявленное направление о госпитализации – не отреагировали.

БУЗ ВО «Вологодская городская больница №2» имеет в штате значительное количество специалистов по разным направлениям медицинской деятельности, однако никем из них, в т.ч. дежурным врачом, иным специалистом (в случае занятости дежурного врача, сосудистого хирурга) пациент осмотрен не был.

Действительно, указанное бездействие не повлекло смерти пациента, однако, усугубило страдания самого пациента, который безусловно испытывал болевые ощущения ввиду ухудшающегося состояния здоровья, не получил надлежащего лечения, переживал по поводу того, что ему не оказывается медицинская помощь, просидел, а затем, пролежал на кушетке в приемном покое больницы, который покинул самостоятельно с помощью родственницы.

Истец, как выше уже указывалось, являлась дочерью умершего, т.е. его ближайшим близким человеком, соответственно указанным бездействием был также причинен ей моральный вред, в т.ч. выразившийся в сильнейших переживаниях, опасениях за жизнь и здоровье отца.

При этом, достаточных данных, свидетельствующих о том, что сотрудниками БУЗ ВО «Вологодская станция скорой медицинской помощи им. Турупанова» были совершены какие-либо неправомерные действия (бездействие), допущены дефекты оказания медицинской помощи не предьявлено. При этом судом оценены все доказательства по делу в их совокупности, включая в т.ч. показания истца, свидетеля ФИО11, медицинские документы, заключение судебной экспертизы, которое принято судом.

Оснований для удовлетворения истца к данному учреждению суд не усматроивает.

Согласно п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101) Гражданского кодекса Российской Федерации и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (часть 2 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что суду следует также учитывать что в случаях, если действия (бездействие), направленные против имущественных прав гражданина, одновременно нарушают его личные неимущественные права или посягают на принадлежащие ему нематериальные блага, причиняя этим гражданину физические или нравственные страдания, компенсация морального вреда взыскивается на общих основаниях.

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред, степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда, а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда, последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни. (пункта 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

В связи с установленными и перечисленными выше обстоятельствами, нарушениями, допущенными специалистами БУЗ ВО «Вологодская городская больница № 2», БУЗ ВО «Вологодская городская поликлиника № 1», суд полагает подлежащим удовлетворению требование о возмещении компенсации морального вреда.

В данном случае юридическое значение может иметь и косвенная (опосредованная) причинная связь, если дефекты (недостатки) оказания медицинским персоналом лечебного учреждения медицинской помощи пациенту могли способствовать ухудшению состояния здоровья и ограничить его право на получение своевременного и отвечающего установленным стандартам лечения. При этом ухудшение состояния здоровья человека вследствие ненадлежащего (несвоевременного) оказания медицинской помощи, в том числе по причине указанных в экспертизе дефектов ее оказания причинило вред как самому пациенту, так и его близким, потерявшим родного человека, что является достаточным основанием для компенсации такого вреда.

Оценив и исследовав конкретные обстоятельства дела, характер и степень нравственных и физических страданий, продолжительное нахождение истца в домашних условиях без обращения за медицинской помощью, степень разумности и справедливости, суд определяет денежную компенсацию причиненного морального вреда с БУЗ ВО «Вологодская городская поликлиника № 1» в размере 300 000 рублей, с БУЗ ВО «Вологодская городская больница № 2» в размере 500 000 рублей.

Также истцом заявлены требования о взыскании денежных средств, связанных с несением расходов на ритуальные услуги (погребение) ФИО1

Согласно статье 1094 Гражданского кодекса Российской Федерации лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы.

В данном случае, согласно заключению судебной медицинской экспертизы, допущенные дефекты не явились причиной смерти ФИО1, поскольку давность <данные изъяты> составила более суток на момент смерти, а также имеющиеся сопутствующие заболевания, осложнившие диагностику.

Согласно ст. 123.22 ч. 5 Гражданского кодекса Российской Федерации, бюджетное учреждение отвечает по своим обязательствам всем находящимся у него на праве оперативного управления имуществом, в том числе приобретенным за счет доходов, полученных от приносящей доход деятельности, за исключением особо ценного движимого имущества, закрепленного за бюджетным учреждением собственником этого имущества или приобретенного бюджетным учреждением за счет средств, выделенных собственником его имущества, а также недвижимого имущества независимо от того, по каким основаниям оно поступило в оперативное управление бюджетного учреждения и за счет каких средств оно приобретено.

По обязательствам бюджетного учреждения, связанным с причинением вреда гражданам, при недостаточности имущества учреждения, на которое в соответствии с абзацем первым настоящего пункта может быть обращено взыскание, субсидиарную ответственность несет собственник имущества бюджетного учреждения.

В рассматриваемом случае, учитывая размер взысканной суммы, суд приходит к выводу о том, что имеются основания для возложения субсидиарной ответственности на Департамент здравоохранения Вологодской области.

С учетом положений статей 88, 103 ГПК РФ, 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации взысканию с БУЗ ВО «Вологодская городская поликлиника № 1», с БУЗ ВО «Вологодская городская больница № 2» в доход бюджета муниципального образования «Городской округ город Вологда» подлежит государственная пошлина в размере по 150 рублей с каждого ответчика.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд,

решил:

взыскать с БУЗ ВО «Вологодская городская поликлиника № 1» (ИНН <***>) в пользу ФИО12 (паспорт <данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере 300 000 рублей.

Взыскать с БУЗ ВО «Вологодская городская больница № 2» (ИНН <***>) в пользу ФИО12 (паспорт <данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей.

В остальном в удовлетворении требований – отказать.

Взыскать с БУЗ ВО «Вологодская городская поликлиника № 1» (ИНН <***>) в доход бюджета городского округа «Город Вологда» государственную пошлину в размере 150 рублей.

Взыскать с БУЗ ВО «Вологодская городская больница № 2» (ИНН <***>) в доход бюджета городского округа «Город Вологда» государственную пошлину в размере 150 рублей.

При недостаточности находящихся в распоряжении БУЗ ВО «Вологодская городская поликлиника №1» и БУЗ ВО «Вологодская городская больница №2» денежных средств субсидиарную ответственность по данному обязательству возложить на Департамент здравоохранения Вологодской области.

Решение может быть обжаловано в Вологодский областной суд через Вологодский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья Н.В. Качалова

Мотивированное решение изготовлено 25.12.2023