Апелляционное определение по делу № 33-4309/2023 от 13.07.2023

УИД 29RS0023-01-2022-005806-39

Судья: Остапчук Д.С.

стр. 204 г, г/п 3000 руб.

Докладчик: Бланару Е.М.

№ 33-4309/2023

13 июля 2023 г.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Архангельского областного суда в составе: председательствующего Хмара Е.И.,

судей Бланару Е.М. и Сафонова Р.С.,

с участием прокурора Лепиной А.С.,

при секретаре судебного заседания Гачаевой А.Ю.

рассмотрела в открытом судебном заседании в городе Архангельске гражданское дело по апелляционным жалобам ФИО1, федерального государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Центральная медико-санитарная часть № 58 Федерального медико-биологического агентства», апелляционному представлению Архангельского прокурора по надзору за исполнением законов на особо режимных объектах на решение Северодвинского городского суда Архангельской области от 14 февраля 2023 г. (дело № 2-418/2023) по иску ФИО1 к федеральному государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Центральная медико-санитарная часть № 58 Федерального медико-биологического агентства», Федеральному медико-биологическому агентству о взыскании компенсации морального вреда.

Заслушав доклад судьи Бланару Е.М., судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась с иском к Федеральному государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Центральная медико-санитарная часть № 58 Федерального медико-биологического агентства» (далее – ФГБУЗ «ЦМСЧ № 58 ФМБА России»), Федеральному медико-биологическому агентству (далее – ФМБА России) о взыскании компенсации морального вреда.

В обоснование требований указала, что является дочерью ФИО16, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. 27 февраля 2019 г. ФИО16 обратился за медицинской помощью в ФГБУЗ «ЦМСЧ № 58 ФМБА России», где ему не было оказано надлежащее лечение, ДД.ММ.ГГГГ ФИО16 скончался у себя дома. Факт неоказания надлежащей медицинской помощи ее отцу подтверждается заключением АО «СОГАЗ-Мед». С учетом изложенного, просила взыскать в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 5 000 000 руб. (т.1, л.д. 4-8).

Представитель истца ФИО2, участвовавший в судебном заседании суда первой инстанции с использованием системы видеоконференции, настаивал на удовлетворении исковых требований в полном объеме.

В судебном заседании суда первой инстанции представитель ответчика ФГБУЗ «ЦМСЧ № 58 ФМБА России» ФИО3 возражала против удовлетворения исковых требований, ранее представила суду письменные возражения на иск (т.1, л.д. 186-194).

Дело рассмотрено судом первой инстанции в отсутствие истца, представителя ответчика ФМБА России, представителей третьих лиц АО «СОГАЗ-Мед», ТФОМС АО, извещенных о времени и месте судебного заседания надлежащим образом.

Решением Северодвинского городского суда Архангельской области от 14 февраля 2023 г. исковые требования ФИО1 к ФГБУЗ «ЦМСЧ № 58 ФМБА России», ФМБА России о взыскании компенсации морального вреда удовлетворены. С ФГБУЗ «ЦМСЧ № 58 ФМБА России» в пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда в размере 10 000 рублей, а также с ФГБУЗ «ЦМСЧ № 58 ФМБА России» в бюджет муниципального образования «Северодвинск» взыскана государственная пошлина в размере 300 рублей. При недостаточности имущества ФГБУЗ «ЦМСЧ № 58 ФМБА России», на которое может быть обращено взыскание, субсидиарная ответственность по обязательствам, возникшим из решения суда по настоящему делу, возложена на ФМБА России за счет средств, предусмотренных в федеральном бюджете на его содержание.

С указанным решением не согласились истец, ответчик ФГБУЗ «ЦМСЧ № 58 ФМБА России» и Архангельский прокурор по надзору за исполнением законов на особо режимных объектах.

В поданной апелляционной жалобе представитель истца ФИО4 просит решение суда отменить, принять по делу новое решение об удовлетворении исковых требований в полном объеме.

В обоснование доводов апелляционной жалобы указывает, что сумма компенсации морального вреда не соответствует обстоятельствам дела и степени нравственных страданий истца. Полагает, что существенные дефекты в оказании медицинской помощи в учреждении отцу истца привели к ее моральным страданиям, поскольку сама ситуация, при которой грубейшие нарушения со стороны медицинской организации привели к потере возможности ФИО16 передвигаться и колоссальным болям от закрытого перелома, вызывала тревогу и опасение за жизнь своего отца у истца. Отмечает, что с момента выписки и до смерти своего отца она ежедневно наблюдала за страданиями своего близкого человека, была вынуждена ухаживать за ним даже в силу своего преклонного возраста. Обращает внимание, что истец всеми силами пыталась сгладить страдания своего отца от невыносимой боли, осуществлять уход за неходячим отцом, который давался ей тяжело, поскольку перед выпиской отца она получила перелом ноги и сама могла передвигаться с трудом. При оценке степени причиненного морального вреда истцу признает общеизвестным и не нуждающимся в доказывании то обстоятельство, что духовная, психологическая и эмоциональная связь между родителями и детьми является фундаментальной, определяющей во многом состоянием здоровья как родителя, так и ребенка. По его мнению, при определении размера компенсации морального вреда следует учесть возраст истца, а также тот факт, что нравственные и физические страдания имели место на момент выписки отца из медицинского учреждения, так и впоследствии в ходе лечения и реабилитации, которые носили длительный характер.

В поданной апелляционной жалобе представитель ответчика ФГБУЗ «ЦМСЧ № 58 ФМБА России» ФИО3 просит решение суда отменить в части взыскания с учреждения компенсации морального вреда, принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

В обоснование доводов апелляционной жалобы указывает, что допущенные судом нарушения закона свидетельствуют о формальном подходе суда к рассмотрению настоящего дела, что привело к нарушению задач и смысла гражданского судопроизводства. По ее мнению, вывод суда о том, что выявленные дефекты оказания медицинской помощи способствовали ухудшению состояния здоровья отца истца, противоречит заключению повторной экспертизы качества медицинской помощи №, а также представленным ответчиком доказательствам, в частности, протоколу врачебной комиссии от 2 декабря 2022 г. Ссылается на то, что в материалы дела ответчиком представлены возражения на исковое заявление, а также доказательства отсутствия вины учреждения. Вместе с тем, в нарушение требований ст. 198 ГПК РФ судом не указаны мотивы, по которым были отвергнуты представленные ответчиком доказательства, отклонены приведенные в обоснование возражений доводы.

В поданной апелляционном представлении Архангельский прокурор по надзору за исполнением законов на особо режимных объектах ФИО5 просит решение суда отменить, принять по делу новое решение.

В обоснование доводов апелляционного представления указывает, что законодателем предусмотрена возможность привлечения к субсидиарной ответственности собственника имущества бюджетного учреждения, по обязательствам, связанным с причинением вреда гражданам. Из устава ФГБУЗ «ЦМСЧ № 58 ФМБА России» следует, что учредителем и собственником имущества учреждения является Российская Федерация, функции и полномочия учредителя в отношении учреждения осуществляется ФМБА России. Вместе с тем, ФМБА России и Федеральное агентство по управлению государственным имуществом (Росимущество) осуществляют в порядке и пределах, определенных федеральными законами, актами Президента Российской Федерации и Правительства Российской Федерации, полномочия собственника от имени Российской Федерации в отношении федерального имущества, находящегося в оперативном управлении учреждения. Учитывая, что полномочия собственника имущества ФГБУЗ «ЦМСЧ № 58 ФМБА России» осуществляют ФМБА России и Федеральное агентство по управлению государственным имуществом (Росимущество), то, по его мнению, применительно к положениям п. 5 ст. 123.22 ГК РФ при недостаточности имущества у учреждения за вред, причиненный истцу, в субсидиарном порядке ответственность возлагается на ФМБА России и Федеральное агентство по управлению государственным имуществом (Росимущество). Между тем, судом к участию в деле Федеральное агентство по управлению государственным имуществом (Росимущество) не привлекалось, что является существенным нарушением норм процессуального права, влекущим отмену решения суда, требующим перехода судом апелляционной инстанции к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных гл. 39 ГПК РФ, с привлечением его к участию в деле.

В возражениях на апелляционную жалобу представитель ответчика ФМБА России просит решение суда первой инстанции оставить без изменения, считая его законным и обоснованным, апелляционную жалобу и апелляционное представление – без удовлетворения.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции истец, представители ответчиков и третьих лиц, надлежащим образом в установленном гражданском процессуальном порядке извещенные о времени и месте его проведения, не явились, о причинах своей неявки суду не сообщили, судебное извещение, направленное по указанному истцом адресу места жительства, возвращено за истечением срока хранения, представитель третьего лица ТФОМС АО ходатайствовал о рассмотрении дела без своего участия. Ходатайство представителя истца об участии в судебном заседании посредством использования системы видеоконференц-связи через суды города Краснодара: Прикубанский районный суд, Октябрьский районный суд, Советский районный суд, Первомайский районный суд, Краснодарский краевой суд, поступившее непосредственно перед судебным заседанием апелляционной инстанции, при заблаговременном извещении стороны истца о времени и месте судебного заседания, с учетом отсутствия технической возможности ее организации, в соответствии со ст. 155.1 ГПК РФ оставлено судебной коллегией без удовлетворения.

При таких обстоятельствах в соответствии с ч.ч. 3,4 ст. 167, ч. 1 ст. 327 ГПК РФ, учитывая, что применительно к ч. 2 ст. 117 ГПК РФ, абз. 2 п. 1 ст. 165.1 ГК РФ, с учетом положений ч. 4 ст. 1 ГПК РФ, отказ в получении почтовой корреспонденции по указанному истцом адресу места жительства, о чем свидетельствует ее возврат по истечении срока хранения, следует считать надлежащим извещением о слушании дела, судебная коллегия посчитала возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле.

Изучив материалы дела, заслушав участвующего в деле прокурора, поддержавшего доводы апелляционного представления по изложенным основаниям, считающего решение суда подлежащим отмене по доводам апелляционного представления, обсудив доводы апелляционных жалоб и апелляционного представления, представленных возражений, проверив законность и обоснованность решения суда в их пределах, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 и ч. 2 ст. 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, представлении и возражениях относительно них. В случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части.

В соответствии со ст. 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (ч. 1 ст. 17 Конституции Российской Федерации).

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (ч. 1 ст. 41 Конституции Российской Федерации).

Таким образом, здоровье как неотъемлемое и неотчуждаемое благо, принадлежащее человеку от рождения и охраняемое государством, Конституция Российской Федерации относит к числу конституционно значимых ценностей, гарантируя каждому право на охрану здоровья, медицинскую и социальную помощь.

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее – Федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан»).

Согласно п. 1 ст. 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан» здоровье – это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан – система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (п. 2 ст. 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан»).

В силу ст. 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан» к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь – это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг (п. 3 ст. 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан»).

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (ч.ч. 1, 2 ст. 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан»).

В п. 21 ст. 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан» определено, что качество медицинской помощи – это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (ч. 1 ст. 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан»).

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно ч. 2 ст. 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с ч. 2 ст. 76 настоящего Федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (ч.ч. 2 и 3 ст. 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан»).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Пунктом 1 ст. 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (п. 1 ст. 151 ГК РФ).

В п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь и др.).

В п. 14 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации разъяснено, что моральный вред может заключаться, в частности, в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.

Из норм Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положений ст.ст. 150, 151 ГК РФ, разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу.

В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (ст.ст. 1064 - 1101 ГК РФ) и ст. 151 ГК РФ.

Согласно п.п. 1, 2 ст. 1064 ГК РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Согласно п. 2 ст. 151 ГК РФ при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Пункт 2 ст. 1101 ГК РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (абз. 3 и 4 п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина»).

Судом установлено и следует из материалов дела, что истец является дочерью ФИО16, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (л.д. 33-34 том 1), при этом, как следует из объяснений представителя истца и материалов дела, истец совместно со своим отцом не проживала (л.д. 131 том 1).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО16 умер (л.д. 12 том 1).

Как следует из решения суда, экспертным заключением АО «СК «СОГАЗ-Мед» от 28 марта 2022 г. в отношении оказанной медицинской помощи ФИО16 в ФГБУЗ «ЦМСЧ № 58 ФМБА России» за период с 27 февраля 2019 г. по 13 марта 2019 г., заключением № повторной экспертизы качества медицинской помощи, оказанной ФИО16 в ФГБУЗ «ЦМСЧ № 58 ФМБА России», составленным ТФОМС АО 14 октября 2022 г., за период нахождения ФИО16 на лечении в ФГБУЗ «ЦМСЧ № 58 ФМБА России» с 27 февраля 2019 г. по 13 марта 2019 г., заключением № повторной экспертизы качества медицинской помощи, оказанной ФИО16 в ФГБУЗ «ЦМСЧ № 58 ФМБА России» за период с 1 марта 2019 г. по 31 марта 2019 г., составленному ТФОМС АО 14 октября 2022 г., установлены недостатки качества оказанных ФГБУЗ «ЦМСЧ № 58 ФМБА России» ФИО16 медицинских услуг.

Разрешая спор, оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности применительно к ст. 67 ГПК РФ, суд первой инстанции, установив, что ответчиком не были приняты при оказании медицинской помощи ФИО16 все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, организация обследования и лечебного процесса не в полной мере соответствовала установленным порядкам и стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), выявленные дефекты оказания медицинской помощи повлияли на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, способствовали ухудшению состояния здоровья отца истца, однако не повлекли неблагоприятный исход в виде смерти ФИО16, что, в свою очередь, является достаточным основанием для взыскания компенсации морального вреда в пользу истца.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ФГБУЗ «ЦМСЧ № 58 ФМБА России», суд первой инстанции учел установленные по делу обстоятельства, возраст ФИО16, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, раздельное проживание истца с ФИО16, приняв во внимание отсутствие факта причинно-следственной связи между ненадлежащим оказанием медицинских услуг и смертью ФИО16, и посчитал целесообразным взыскать с ответчика ФГБУЗ «ЦМСЧ № ФМБА России» в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей.

Судебная коллегия соглашается с выводом суда о наличии правовых оснований для взыскания денежной компенсации морального вреда, вместе с тем, находит заслуживающими внимания доводы истца о необоснованном значительном снижении размера компенсации морального вреда, без учета объема и характера выявленных дефектов и нарушений со стороны ответчика при оказании медицинской помощи отцу истца, а также требований разумности и справедливости.

Согласно п.п. 25 – 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из ст.ст. 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.

Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении (п. 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

В п. 48 вышеуказанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 разъяснено, что медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (ст. 19 и ч.ч. 2, 3 ст. 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации»).

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

Применительно к спорным отношениям в соответствии с действующим правовым регулированием на медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда истцу в связи со смертью ее близкого родственника, медицинская помощь которому была оказана ненадлежащим образом.

Согласно заключению акта № судебно-медицинского исследования трупа от ДД.ММ.ГГГГ, смерть ФИО16 наступила в результате заболевания – <данные изъяты>. При этом обнаружено, в том числе, следующее телесное повреждение: <данные изъяты>, морфологические признаки которого свидетельствуют о его образовании от воздействия твердого тупого предмета, вероятно при падении на твердую ровную неограниченную поверхность и соударении с ней областью большого вертела правой бедренной кости, предположительно в срок от 2-х недель до 1-го месяца до наступления смерти. Данное повреждение не имеет причинно-следственной связи с наступлением смерти и в соответствии с п. 7.1 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных приказом Минздравсоцразвития РФ от 24 апреля 2008 г. №194н, расценивается как вред здоровью средней тяжести.

По данным персонифицированного учета сведений о медицинской помощи, предоставленным ТФОМС АО, ФИО16, в период с 27 февраля 2019 г. по 4 апреля 2019 г. ФГБУЗ «ЦМСЧ № 58 ФМБА России» были предоставлены медицинские услуги по обязательному медицинскому страхованию 27 февраля 2019 г., 15 марта 2019 г., 20 марта 2019 г., 29 марта 2019 г., 4 апреля 2019 г. в амбулаторных условиях, в период с 27 февраля 2019 г. по 13 марта 2019 г. – в условиях стационара.

Как следует из материалов дела, АО «СК «СОГАЗ-Мед» были проведены следующие экспертизы качества медицинской помощи, оказанной ФИО16 в ФГБУЗ «ЦМСЧ № 58 ФМБА России», по результатам которых составлены нижеперечисленные заключения:

1. заключения ЭКМП №, № от 28 марта 2022 г. по периоду оказания медицинской помощи с 27 февраля 2019 г. по 13 марта 2019 г., согласно которым выявлены нарушения с установлением кода дефектов 3.11, 3.1.1, 3.2.2 (л.д. 7, 9 том 2):

- невыполнение, несвоевременное выполнение или ненадлежащее выполнение необходимых пациенту диагностических и (или) лечебных мероприятий, приведшее к ухудшению состояния здоровья застрахованного лица, либо создавшее риск прогрессирования имеющегося заболевания, либо создавшее риск возникновения нового заболевания <данные изъяты>);

- отсутствие в медицинской документации результатов обследований, осмотров, консультаций специалистов, дневниковых записей, позволяющих оценить динамику состояния здоровья застрахованного лица, объем, характер, условия предоставления медицинской помощи и провести оценку качества оказанной медицинской помощи (<данные изъяты>);

- установление неверного диагноза, связанное с невыполнение несвоевременным или ненадлежащим выполнением необходимых пациенту диагностических и (или) лечебных мероприятий, оперативных вмешательств в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, на основании клинических рекомендаций и с учетом стандартов медицинской помощи, том числе по результатам проведенного диспансерного наблюдения учетом рекомендаций по применению методов профилактики, диагностики лечения и реабилитации, данных медицинскими работниками национальных медицинских центров в ходе консультаций/консилиумов с применением телемедицинских технологий, не повлиявшее на состояние здоровья застрахованного лица;

2. заключения ЭКМП №, № от 6 апреля 2022 г. по оказанию медицинской помощи 29 марта 2019 г., согласно которым выявлены нарушения с установлением кода дефекта 3.2.1 (л.д. 10, 11 том 2):

- невыполнение, несвоевременное выполнение или ненадлежащее выполнение необходимых пациенту диагностических и (или) лечебных мероприятий, не приведшее к ухудшению состояния застрахованного лица (отсутствует назначение медикаментозной терапии и местного лечения);

3. заключения ЭКМП №, № от 11 апреля 2022 г. по оказанию медицинской помощи 15 марта 2019 г., согласно которым замечания не выявлены, коды дефектов не установлены (л.д.12, 14 том 2).

Заключением № повторной экспертизы качества медицинской помощи, оказанной ФИО16 в ФГБУЗ «ЦМСЧ № 58 ФМБА России» за период нахождения на стационарном лечении с 27 февраля 2019 г. по 13 марта 2019 г., составленным ТФОМС АО 14 октября 2022 г., выявлены следующие недостатки качества оказанных медицинских услуг: <данные изъяты>.

Выявленные нарушения соответствуют кодам нарушений, установленных приказом ФФОМС от 28 февраля 2019 г. № 36 «Об утверждении Порядка организации и проведения контроля объемов, сроков, качества и условий предоставления медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию», 3.2.2. (невыполнение, несвоевременное или ненадлежащее выполнение необходимых пациенту диагностических и (или) лечебных мероприятий, оперативных вмешательств в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, на основе клинических рекомендаций и с учетом стандартов медицинской помощи, в том числе по результатам проведенного диспансерного наблюдения, рекомендаций по применению методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации, данных медицинскими работниками национальных медицинских исследовательских центров в ходе консультаций/консилиумов с применением телемедицинских технологий, приведшее к ухудшению состояния здоровья застрахованного лица, либо создавшее риск прогрессирования имеющегося заболевания, либо создавшее риск возникновения нового заболевания (за исключением случаев отказа застрахованного лица от медицинского вмешательства, в установленных законодательством Российской Федерации случаях) и 3.11 (отсутствие в медицинской документации результатов обследований, осмотров, консультаций специалистов, дневниковых записей, позволяющих оценить динамику состояния здоровья застрахованного лица, объем, характер, условия предоставления медицинской помощи и провести оценку качества оказанной медицинской помощи) (л.д. 43 том 2).

Заключением № повторной экспертизы качества медицинской помощи, оказанной ФИО16 в ФГБУЗ «ЦМСЧ № 58 ФМБА России» за период с 1 марта 2019 г. по 31 марта 2019 г., составленному ТФОМС АО 14 октября 2022 г., установлены следующие недостатки качества оказанных ФГБУЗ «ЦМСЧ № 58 ФМБА России» ФИО16 медицинских услуг: не выполнен осмотр <данные изъяты>. Не сформирован план обследования и план лечения с указанием периодичности контрольных осмотров. Выявленные нарушения соответствуют коду 3.2.1 (невыполнение, несвоевременное или ненадлежащее выполнение необходимых пациенту диагностических и (или) лечебных мероприятий, оперативных вмешательств в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, на основе клинических рекомендаций и с учетом стандартов медицинской помощи, в том числе по результатам проведенного диспансерного наблюдения, рекомендаций по применению методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации, данных медицинскими работниками национальных медицинских исследовательских центров в ходе консультаций/консилиумов с применением телемедицинских технологий, не повлиявшее на состояние здоровья застрахованного лица) (л.д. 45 том 2).

Указанными заключениями по результатам повторной экспертизы качества медицинской помощи ТФОМС АО коды дефектов оказания медицинской помощи не изменены, выявленные страховой организацией нарушения признаны установленными обоснованно, заключения страховой организации оставлены без изменений.

По результатам выявленных нарушений медицинской организации уменьшены суммы оплаты медицинских услуг и начислены штрафы.

При этом, вопреки доводам апелляционной жалобы ответчика, ФГБУЗ «ЦМСЧ № 58 ФМБА России» в силу требований ст. 56 ГПК РФ не представлено доказательств, подтверждающих отсутствие его вины в установленных дефектах оказания медицинской помощи ФИО16, а также отсутствия риска прогрессирования имеющегося заболевания, либо риска возникновения нового заболевания у пациента, вследствие несвоевременной диагностики и неосуществленного лечения при недиагностировании имеющегося <данные изъяты>, что соотносится с заключением акта № судебно-медицинского исследования трупа от ДД.ММ.ГГГГ

Судебная коллегия полагает, что при определении размера денежной компенсации морального вреда суд также не в полной мере учел фактические обстоятельства дела.

Как следует из искового заявления и доводов апелляционной жалобы истца, с момента выписки и до смерти своего отца, который не мог передвигаться самостоятельно, она ежедневно наблюдала за страданиями своего близкого человека, была вынуждена ухаживать за ним даже в силу своего преклонного возраста, пытаясь сгладить страдания отца от невыносимой боли, вследствие дефектов оказания медицинской помощи ФГБУЗ «ЦМСЧ № 58 ФМБА России».

При таком положении, с учетом указанных фактических обстоятельств дела, приведенных дефектов оказания медицинской помощи, допущенных ФГБУЗ «ЦМСЧ № 58 ФМБА России», которым не были приняты при оказании медицинской помощи ФИО16 все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, организация обследования и лечебного процесса не в полной мере соответствовала установленным порядкам и стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), что повлияло на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, способствовало ухудшению состояния здоровья отца истца, создало риск прогрессирования имеющегося заболевания, вместе с тем, не находится в причинно-следственной связи со смертью ФИО16, а также принимая во внимание возраст ФИО16, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, отсутствие факта совместного проживания истца с ФИО16, вместе с тем, наблюдавшей за страданиями своего близкого человека, была вынуждена ухаживать за ним даже в силу своего преклонного возраста, пытаясь сгладить страдания отца, с учетом степени и характера нравственных и физических страданий истца, длительности их претерпевания, степени вины учреждения, требований разумности и справедливости, судебная коллегия полагает необходимым увеличить размер подлежащей взысканию с ФГБУЗ «ЦМСЧ № 58 ФМБА России» в пользу истца компенсации морального вреда до 100 000 рублей.

В такой связи решение суда первой инстанции подлежит изменению в части определенного размера компенсации морального вреда.

При таких обстоятельствах, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы ФГБУЗ «ЦМСЧ № 58 ФМБА России» и отказа в удовлетворении требований истца о компенсации морального вреда по вышеизложенным мотивам судебная коллегия не усматривает.

Федеральный закон от 12 января 1996 г. № 7-ФЗ «О некоммерческих организациях» регламентирует особенности правового статуса бюджетного учреждения, имеющего специальную правоспособность, обладающего имущественными правами для решения задач, которые ставит перед ним учредитель – публичный собственник, участвует в гражданском обороте в очерченных законом границах и сообразно целям своей деятельности, выступая в гражданских правоотношениях от своего имени и неся, по общему правилу, самостоятельную имущественную ответственность по своим обязательствам.

В абз. 1 п. 5 ст. 123.22 ГК РФ предусмотрено, что бюджетное учреждение отвечает по своим обязательствам всем находящимся у него на праве оперативного управления имуществом, в том числе приобретенным за счет доходов, полученных от приносящей доход деятельности, за исключением особо ценного движимого имущества, закрепленного за бюджетным учреждением собственником этого имущества или приобретенного бюджетным учреждением за счет средств, выделенных собственником его имущества, а также недвижимого имущества независимо от того, по каким основаниям оно поступило в оперативное управление бюджетного учреждения и за счет каких средств оно приобретено.

По обязательствам бюджетного учреждения, связанным с причинением вреда гражданам, при недостаточности имущества учреждения, на которое в соответствии с абзацем первым данного пункта может быть обращено взыскание, субсидиарную ответственность несет собственник имущества бюджетного учреждения (абз. 2 п. 5 ст. 123.22 ГК РФ).

Таким образом, законодателем предусмотрена возможность привлечения к субсидиарной ответственности собственника имущества бюджетного учреждения, по обязательствам, связанным с причинением вреда гражданам.

Согласно правовой позиции, изложенной в п. 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая субсидиарный характер ответственности собственников имущества унитарных предприятий и учреждений (когда такая ответственность предусмотрена законом), судам следует привлекать таких собственников к участию в деле в качестве соответчиков в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 40 ГПК РФ.

При этом необходимо учитывать, что в соответствии с подп. 3 ч. 3 ст. 158, ч. 4 ст. 242.2 Бюджетного кодекса Российской Федерации и разъяснениями, данными в п. 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 мая 2019 г. № 13 «О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации, связанных с исполнением судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетной системы Российской Федерации», к участию в деле необходимо привлекать также главного распорядителя бюджетных средств по ведомственной принадлежности.

Из устава ФГБУЗ «ЦМСЧ № 58 ФМБА России» следует, что учредителем и собственником имущества учреждения является Российская Федерация. Функции и полномочия учредителя в отношении учреждения осуществляется ФМБА России. ФМБА России и Федеральное агентство по управлению государственным имуществом (Росимущество) осуществляют в порядке и пределах, определенных федеральными законами, актами Президента Российской Федерации и Правительства Российской Федерации, полномочия собственника от имени Российской Федерации в отношении федерального имущества, находящегося в оперативном управлении учреждения (п. 1.2).

Учреждение в соответствии с бюджетным законодательством является получателем бюджетных средств и распорядителем бюджетных средств на период до принятия решения о предоставлении учреждению субсидии, с течение которого ФМБА России в отношении учреждения является главным распорядителем бюджетных средств, который распределяет лимиты бюджетных обязательств. ФМБА России субсидирует деятельность учреждения на основе государственного задания после принятия решения о предоставлении учреждению субсидии (п. 1.7).

Согласно п. 4 Положения «О Федеральном медико-биологическом агентстве», утвержденном постановлением Правительства Российской Федерации от 11 апреля 2005 г. № 206, ФМБА России осуществляет свою деятельность непосредственно или через свои территориальные органы, а также через подведомственные организации во взаимодействии с другими федеральными органами исполнительной власти, органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, общественными объединениями и иными организациями.

В соответствии с указанным Положением ФМБА России осуществляет функции главного распорядителя и получателя средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание агентства и реализацию возложенных на агентство функций (п. 5.22); осуществляет функции и полномочия учредителя подведомственных агентству организаций (п. 5.8); осуществляет в порядке и пределах, определенных федеральными законами, актами Президента Российской Федерации и Правительства Российской Федерации, полномочия собственника в отношении федерального имущества, необходимого для обеспечения исполнения функций федеральных органов государственной власти в установленной пунктом 1 настоящего Положения сфере деятельности, в том числе имущества, переданного федеральным государственным унитарным предприятиям, федеральным государственным учреждениям и казенным предприятиям, подведомственным агентству (п. 5.9).

Таким образом, учитывая, что именно ФМБА России является главным распорядителем бюджетных средств в отношении учреждения, в рассматриваемом споре именно ФМБА России отвечает соответственно от имени Российской Федерации по денежным обязательствам подведомственных ему получателей бюджетных средств.

При таком положении, вопреки доводам апелляционного представления прокурора, надлежащими ответчиками по данному делу являются ФГБУЗ «ЦМСЧ № 58 ФМБА России» и Российская Федерации в лице уполномоченного органа – ФМБА России.

Доводы апелляционного представления о не привлечении судом первой инстанции к участию в деле Федерального агентства по управлению государственным имуществом (Росимущества) в качестве соответчика и возложения на него субсидиарной ответственности по обязательствам бюджетного учреждения, отклоняются судебной коллегией как необоснованные, поскольку в соответствии с приведенными выше положениями Росимущество не осуществляет финансирование деятельности бюджетного учреждения, в связи с чем не может являться надлежащим ответчиком по делу.

В силу ч. 1 ст. 103 ГПК РФ, пп. 1 и пп. 3 п. 1 ст. 333.19 НК РФ с ответчика ФГБУЗ «ЦМСЧ № 58 ФМБА России» в бюджет муниципального образования «Северодвинск» подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 рублей.

Руководствуясь ст. ст. 328-330 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Северодвинского городского суда Архангельской области от 14 февраля 2023 г. изменить, принять по делу новое решение, которым исковые требования ФИО1 к федеральному государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Центральная медико-санитарная часть № 58 Федерального медико-биологического агентства», Федеральному медико-биологическому агентству о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить.

Взыскать с федерального государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Центральная медико-санитарная часть № 58 Федерального медико-биологического агентства» (ОГРН №), а при недостаточности имущества у учреждения – в порядке субсидиарной ответственности с Федерального медико-биологического агентства (ОГРН №) в пользу ФИО1 (паспорт № №) компенсацию морального вреда в размере 100 000 (Сто тысяч) рублей.

Взыскать с Федерального государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Центральная медико-санитарная часть № 58 Федерального медико-биологического агентства» (ОГРН №) в бюджет муниципального образования «Северодвинск» государственную пошлину в размере 300 (Триста) рублей.

Председательствующий

Е.И. Хмара

Судьи

Е.М. Бланару

Р.С. Сафонов