38RS0035-01-2022-006360-38

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

13 марта 2023 года г. Иркутск

Октябрьский районный суд г. Иркутска в составе:

председательствующего судьи О.В. Варгас,

при секретаре Д.Э. Дулмажаповой,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № по исковому заявлению ФИО2 к ООО «ЭОС», Банк ВТБ (ПАО) о признании договор недействительным, взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

в обоснование иска указано, что 21.02.2022 ООО «ЭОС» обратился к мировому судье судебного участка № 118 Октябрьского района г. Иркутска с иском о взыскании с ФИО2 задолженности по кредитному договору № за период с 11.03.2018 до 21.06.2019 в размере 353 815, 87 руб., из которого следует, что 24.07.2013 между ОАО «Банк Москвы» и ФИО2 заключен в офертно-акцептной форме кредитный договор №, в соответствии с которым, банк предоставил заемщику кредит в сумме 225 000 руб. сроком на 84 месяца. ОАО «Банк Москвы» присоединился к банку ПАО «ВТБ». 21.06.2019 между ПАО «ВТБ» и ООО «ЭОС» был заключен договор об уступке прав требования №, согласно которому право требования задолженности по кредитному договору уступлено ООО «ЭОС» в размере 353 815 руб. 87 коп.

Истец указывает, что банку с 2013 года было известно о ненадлежащем исполнении должником кредитного договора, однако без уважительных причин не обращался с заявлением о защите нарушенных прав, в связи с чем, к указанным правоотношениям необходимо применять общий срок исковой давности.

Кроме того, истец не согласен с заключенным договором цессии №, состоявшимся между ПАО «ВТБ» и ООО «ЭОС», поскольку данный договор является недействительным по следующим основаниям: уступка совершена вопреки запрету, установленному договором с должником (п. 4 ст. 388 ГК РФ); цедент и цессионарий нарушили условия, на которых должник дал необходимое согласие на совершение уступки (п. 1 ст. 173.1. ГК РФ, п. 56 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25); уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника, совершена без согласия должника (п. 2 ст. 388, ст. 168, п. 1 ст. 173.1 ГК РФ). Признание в этих случаях договора недействительным возможно, когда цессионарий знал (должен был знать) о перечисленных обстоятельствах (п. 4 ст. 388, п. 173.1. ГК РФ).

В результате заключения неправомерного договора, без согласия должника, истец ссылается на нарушении прав потребителя и просит взыскать компенсацию морального вреда.

На основании изложенного, истец просит суд признать договор об уступке прав (требований) № между Банк ВТБ (ПАО) и ООО «ЭОС» от 21.06.2019 в части уступки прав требования по кредитному договору №, заключенному между ОАО «Банк Москвы» и ФИО2 недействительным; взыскать с Банк ВТБ (ПАО) в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда 500 000 руб.; госпошлину в бюджет города Иркутска в размере 6 738 руб.

В судебном заседании истец ФИО2 исковые требования поддержал, просил их удовлетворить в полном объеме.

Представитель ответчика Банк ВТБ (ПАО) в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, ранее направлены возражения на исковое заявления, в которых ответчик просил отказать в удовлетворении исковых требований, поскольку правовыми основаниями для передачи права кредитору по кредитному договора являлось соответствующие согласие должника, выраженное им в письменном виде в анкете-заявления на получение потребительского кредита, где на странице 5 анкеты дано соответствующее согласие, имеется подпись истца.

Представитель ответчика ООО «ЭОС» в судебное заседания не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, причины неявки суду не известны.

Суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие представителей ответчиков в порядке ст. 167 ГПК РФ.

Выслушав истца, исследовав материалы дела, материалы гражданского дела №, представленные доказательства, оценив их в совокупности и каждое в отдельности, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 30 ФЗ от 02.12.1990 N 395-1 "О банках и банковской деятельности" отношения между кредитными организациями и их клиентами осуществляются на основании договоров.

Согласно ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422).

В соответствии с п. 1 ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

В соответствии с п. 2 ст. 432, п. 3 ст. 438 ГК РФ договор заключается посредством направления оферты (предложения заключить договор) одной из сторон и ее акцепта (принятия предложения) другой стороной. Совершение лицом, получившим оферту, в срок, установленный для ее акцепта, действий по выполнению указанных в ней условий договора (отгрузка товаров, предоставление услуг, выполнение работ, уплата соответствующей суммы и т.п.) считается акцептом, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или не указано в оферте.

Договор признается заключенным в момент получения лицом, направившим оферту, ее акцепта (п. 1 ст. 433 ГК РФ).

В соответствии с п.п. 1, 2 ст. 434 ГК РФ договор может быть заключен в любой форме, предусмотренной для совершения сделок, если законом для договоров данного вида не установлена определенная форма. Если стороны договорились заключить договор в определенной форме, он считается заключенным после придания ему условленной формы.

Договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа, подписанного сторонами, а также путем обмена письмами, телеграммами, телексами, телефаксами и иными документами, в том числе электронными документами, передаваемыми по каналам связи, позволяющими достоверно установить, что документ исходит от стороны по договору.

Письменная форма договора считается соблюденной, если письменное предложение заключить договор принято в порядке, предусмотренном п. 3 ст. 438, п. 3 ст. 434 настоящего Кодекса.

На основании ст. 819 ГК РФ по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее.

Статьей 820 ГК РФ предусмотрена обязательная письменная форма заключения кредитного договора. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность кредитного договора. Такой договор считается ничтожным.

В соответствии со статьей 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона. Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

Статьей 384 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права.

Исходя из пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, ничтожной является сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Принцип состязательности, являясь одним из основных принципов гражданского судопроизводства, предполагает, в частности, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Именно это правило распределения бремени доказывания закреплено в части 1 ст. 56 ГПК РФ.

Судом установлено, что 24.07.2013 между ОАО «Банк Москвы» и ФИО2 заключен кредитный договор №, по условиям которого банк предоставил заемщику кредит на сумму 225 000 руб. на срок 84 мес.

10.05.2016 АО АКБ Банк Москвы был реорганизован и присоединен к ПАО Банк ВТБ, к которому перешли права кредитора, в том числе по кредитному договору от 24.07.2013.

21.06.2019 права кредитора переданы ООО «ЭОС» на основании договора уступки прав №.

21.06.2019 между Банк ВТБ (ПАО) и ООО «ЭОС» заключен договор уступки, согласно которому право требования задолженности по кредитному договору было уступлено ООО «ЭОС» в размере 353 815,87 руб.

Согласно п. 51 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» разрешая дела по спорам об уступке требований, вытекающих из кредитных договоров с потребителями (физическими лицами), суд должен иметь в виду, что Законом о защите прав потребителей не предусмотрено право банка, иной кредитной организации передавать право требования по кредитному договору с потребителем (физическим лицом) лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности, если иное не установлено законом или договором, содержащим данное условие, которое было согласовано сторонами при его заключении.

Согласно анкете-заявлению № от Дата, ФИО2 дал свое согласие для осуществления обслуживания кредита и сбора задолженности, уступки, передачи в залог любым третьим лицам или обременения иным образом полностью или частично права требования по договорам, заключенным с ОАО «Банк Москвы»; как ОАО «Банк Москвы» так и любым третьим лицам, которые в результате обработки персональных данных, уступки, передачи в залог или обременения иным образом полностью или частично прав требования по договорам получили персональные данные, право требования по договорам, а также агентам, уполномоченным третьим лицами ОАО «Банк Москвы» и указанных третьих лиц.

Таким образом, при подписании Индивидуальных условий договора потребительского кредита ответчик подтвердил, что банк вправе полностью или частично уступить права кредитора по кредитному договору третьим лицам. Также должник выразил согласие на обработку персональных данных как самим кредитором, так и третьими лицами, кому перешло право требования задолженности.

При этом вышеуказанные согласия заемщиком не отзывались.

Требования истца основаны на том, что договор уступки права требования между Банк ВТБ (ПАО) и ООО «ЭОС» № является недействительным, поскольку заемщик не давал своего согласия на передачу прав не субъекту банковской деятельности, кроме того, банк нарушил требования законодательства в части обязанности гарантии банковской тайны.

Принимая во внимание вышеприведенные нормы закона, проанализировав фактические обстоятельства дела, приняв во внимание содержание заявления-анкеты, которая свидетельствует об осведомленности истца о передаче прав требования по кредитному договору, обработке персональных данных, а также учитывая отсутствия отзыва указанных согласий, доводы истца не находят своего подтверждения.

Приведенные в исковом заявлении доводы не свидетельствуют о недействительности договора уступки прав требований, поскольку подписав заявление-анкету, истец тем самым сам дал ответчику согласие на передачу прав требования по кредитному договору третьим лицам и на обработку ими персональных данных должника.

В связи с изложенным, оснований для признания договора цессии недействительными не имеется.

Также не имеется и оснований для применения к заявленным требованиям срока исковой давности, о чем заявлено ответчиком.

При этом, требования ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда, не подлежат удовлетворению, поскольку нарушения права и охраняемые законом интересов истца со стороны Банк ВТБ (ПАО) судом не установлено.

Также в силу ст. 98 ГПК РФ не имеется и оснований для взыскания с ответчика расходов по оплате госпошлины.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО2 к ООО «ЭОС» и Банк ВТБ (ПАО) о признании договора уступки прав требований №, заключенного между Банк ВТБ (ПАО) и ООО «ЭОС» от 21.06.2019 в части уступки прав требований по кредитному договору № недействительным, взыскании компенсации с Банк ВТБ (ПАО) морального вреда в размере 500 000 руб., расходов по оплате госпошлины в размере 6 738 руб. – оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Иркутский областной суд через Октябрьский районный суд г. Иркутска в течение месяца со дня составления мотивированного текста решения, который лица участвующие в деле и их представители могут получить 20.03.2023.

Судья О.В. Варгас