Апелляционное определение по делу № 2-18/2023 от 25.07.2023.

Судья – Рожкова И.П.

Дело № 33-7535/2023

УИД 59RS0004-01-2022-001900-83

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Пермь 25.07.2023

Судебная коллегия по гражданским делам Пермского краевого суда в составе председательствующего Ворониной Е.И.,

судей Крюгер М.В., Лапухиной Е.А.,

при ведении протокола помощником судьи Косогоровой К.Б.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-18/2023 по иску ФИО1, ФИО2 к государственному бюджетному учреждению здравоохранения Пермского края «№1» о взыскании компенсации морального вред,

по апелляционной жалобе ФИО1, ФИО2 на решение Ленинского районного суда г.Перми от 27.03.2023.

Заслушав доклад судьи Крюгер М.В., пояснения истца ФИО1, ее представителя ФИО3, настаивавших на доводах жалобы, представителей ответчика Лих О.А., ФИО4, представителя третьего лица ФИО5 – ФИО6, возражавших относительно доводов жалобы, изучив материалы дела, судебная коллегия,

установила:

ФИО1 и ФИО2 обратились в суд с иском к ГБУЗ Пермского края «№1» о взыскании компенсации морального вреда по 3000000 руб. каждому.

В обоснование требований указано, что 20.05.2017 в 17-40 час. ФИО1 была направлена из женской консультации на консультацию в КДО ПКПЦ с диагнозом: ***. После заполнения медицинской документации направлена в дородовое отделение. 01.06.2017 в 7-00 часов переведена в родильное отделение, где ей произведено вскрытие плодного пузыря и начата медикаментозная стимуляция родовой деятельности. Проводилось КТГ с целью контроля физиологического состояния плода. Предполагалось родоразрешение через естественные родовые пути. Далее дежурным врачом персоналом (врачом и акушеркой) истцу предложено самостоятельно сходить в туалет и переодеться, заставили сидеть в теплой воде в биде, а сами ушли, после чего она почувствовала, что ребенок перестал шевелиться, вышла в коридор и начала искать медперсонал. После осмотра было диагностировано *** в результате чего нарушилось кровоснабжение плода. ФИО1 в экстренном порядке перевели в операционную, где была выполнена операция кесарева сечения и извлечен мальчик (А.) в крайне тяжелом состоянии. Ребенок не дышал, матери ребенка не показали, начаты реанимационные мероприятия: ребенок родился по шкале Апгар 1 балл с диагнозом ***. Ребенок был переведен на искусственную вентиляцию легких с помощью аппарата ИВЛ, начато соответствующее лечение. В дальнейшем состояние здоровья ребенка, несмотря на проводимое интенсивное лечение, не улучшалось, а прогрессивно ухудшалось, ребенок не мог видеть, слышать, его кормили через гастростому. В январе 2018 года сын переведен в отделение реанимации интенсивной терапии краевой детской клинической больницы, затем - в ГБУЗ ПК «№2». Решением Пермского краевого суда в пользу законного представителя ФИО1, действующей в интересах несовершеннолетнего А., дата года рождения, с ГБУЗ ПК «№1» взыскана компенсация морального вреда в размере 700000 руб. за допущенные сотрудниками ответчика дефектов медицинской помощи, которые находились в прямой причинно-следственной связи с неблагоприятным исходом, а именно: развитие гипоксического поражения головного мозга у ребенка тяжелой степени и развития в дальнейшем необратимых изменений. Истцы не могли помочь своему ребенку, 4 года были вынуждены смотреть на его страдания. 21.11.2021 в ГБУЗ ПК «№2» А. в возрасте 4 года 4 месяца умер. Из протокола вскрытия следует, что он умер от ***. Размер компенсации морального вреда истцы оценили в размере по 3000000 руб. каждому, поскольку в результате ненадлежащего оказания медицинской помощи в Пермском краевом перинатальном центре А. причинен тяжкий вред здоровью, который привел к смерти.

Решением Ленинского районного суда г.Перми от 29.03.2023 в удовлетворении требований отказано.

На указанное решение истцами подана апелляционная жалоба, в которой, ссылаясь на незаконность и необоснованность решения суда, просят его отменить, требования удовлетворить. В жалобе указывают, что выводы экспертов противоречат решению Ленинского районного суда г.Перми от 23.08.2019, имеющему в силу ст.61 ГПК РФ преюдициальное значение, которым установлены дефекты медицинской помощи при родоразрешении ФИО1, повлекшие тяжкий вред здоровью А., в связи с чем истцами было заявлено ходатайство о допросе экспертов, однако суд необоснованно в его удовлетворении отказал, а также не оценил заключение консилиума специалистов из гражданского дела за 2019 год. Также указано, что судом первой инстанции при подаче истцами уточненного иска в нарушение ст.136 ГПК РФ не было предоставлено времени на устранение недостатков и решение вынесено с учетом первоначального искового заявления.

В возражениях на доводы жалобы ответчик, прокуратура Ленинского района г.Перми просят решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Истец ФИО2, третьи лица в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом, ходатайств об отложении дела не подавали. Информация о рассмотрении дела заблаговременно размещена на официальном сайте Пермского краевого суда.

На основании ч. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело при данной явке.

В соответствии со ст. 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления. В случае если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части.

В соответствии с постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2003 № 23 «О судебном решении» решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению.

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 ГПК РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

В соответствии со статьей 330 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Таких нарушений при рассмотрении настоящего дела судом первой инстанции допущено не было.

Согласно ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), одним из способов защиты гражданских прав является взыскание компенсации морального вреда.

Согласно ст. 1064 ГК РФ вред, причинённый личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объёме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинён не по его вине.

В силу ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Базовым нормативно-правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее также - Федеральный закон № 323-ФЗ).

В ст. 4 Федерального закона № 323-ФЗ закреплены такие основные принципы охраны здоровья граждан, как соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (п.п. 1, 2, 5 - 7 ст. 4 названного закона).

Медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (п.п. 3, 9 ст. 2 Федерального закона № 323-ФЗ).

В п. 21 ст. 2 Федерального закона № 323-ФЗ определено, что качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

В соответствии с ч. 3 ст. 98 Федерального закона № 323-ФЗ вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

Пунктом 1 ст. 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (ст.ст. 1064 - 1101 ГК РФ) и ст. 151 ГК РФ.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 ГК РФ).

При этом Верховный Суд Российской Федерации в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» указал, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

В п. 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» даны разъяснения о том, что по общему правилу, установленному ст. 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная ст. 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (абз. 3 и 4 п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина»).

По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. При этом законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Как установлено судом и следует из материалов дела, решением Ленинского районного суда г.Перми от 23.08.2022, оставленным без изменения апелляционным определением Пермского краевого суда от 15.06.2020, с ГБУЗ ПК «№1» в пользу законного представителя ФИО1, действующей в интересах несовершеннолетнего А., дата года рождения, взыскана компенсация морального вреда в размере 700000 руб. (том 1 л.д.27-32).

Судебными постановлениями установлено, что ФИО1 в 11-51 час. дата в ГБУЗ ПК «***» родила ребенка мужского пола; материалами дела подтверждено наличие вины ответчика в связи с оказанием некачественной медицинской помощи при родоразрешении ФИО1 и причинной связи допущенных дефектов с причинением вреда здоровью новорожденному, в связи с чем на ответчика возложена обязанность по компенсации несовершеннолетнему А. в лице законного представителя ФИО1 морального вреда, причиненного в результате оказания некачественной медицинской помощи.

Также из материалов дела следует, что А., дата года рождения умер 21.11.2021 (том 1 л.д.22).

Обращаясь с требованиями о компенсации морального вреда истцы, ссылаясь на установленные выше обстоятельства указали, что в результате ненадлежащего оказания медицинской помощи при родоразрешении ФИО1 в Пермском краевом перинатальном центре А. был причинен тяжкий вред здоровью, который привел к его смерти.

С целью разрешения вопроса о наличии либо отсутствии причинной связи между действиями медицинских работников ответчика в период родоразрешения ФИО1 и смертью ребенка по настоящему гражданскому делу определением суда от 14.06.2022 назначена судебно-медицинская экспертиза, производство которой по ходатайству истцов поручено экспертам ООО «Экспресс Эксперт», на разрешение экспертов поставлены следующие вопросы: 1. Какова причина смерти А., наступившая 21.11.2021? 2. Имеется ли причинно-следственная связь (прямая, непрямая) между смертью А. и ненадлежащим оказанием медицинской помощи при родоразрешении ФИО1?

Согласно заключению эксперта ** от 07.11.2022 (том 1 л.д. 136 - том 2 л.д. 107), по первому вопросу получен следующий ответ: причиной смерти А., наступившей 21.11.2021 явилась ***

По второму вопросу получен следующий ответ: нет, не имеется, так как причиной смерти является ***. Данный патологический процесс был осложнен внутригоспитальной инфекцией, которая привела к развитию пневмоний и тяжелому состоянию со стороны центральной нервной системы.

Разрешая заявленные требования и отказывая в удовлетворении иска, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 151, 1064, 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», разъяснениями постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», оценив в совокупности представленные доказательства, в том числе заключение комиссии экспертов ** от 07.11.2022 с точки зрения его относимости, допустимости, достаточности и достоверности, приняв его в качестве доказательства при разрешении исковых требований, исходил из того, что поскольку наличие причинно-следственной связи между наступлением смерти А. и действиями (бездействием) ответчика при оказании медицинской помощи ФИО1 не установлено, основания для наступления гражданско-правовой ответственности в соответствии со ст.1064 ГК РФ и, соответственно, взыскания с ГБУЗ ПК «№1» компенсации морального вреда, причиненного истцам, в связи со смертью их сына А., отсутствуют.

Судебная коллегия полагает, что выводы суда первой инстанции по существу спора являются верными, соответствующими совокупности собранных по делу доказательств, основанными на правильном применении норм материального закона, доводами апелляционной жалобы не опровергнуты.

В рамках настоящего дела была назначена и проведена судебно-медицинская экспертиза по факту смерти А., по результатам проведения которой составлено экспертное заключение лицами, имеющими необходимую квалификацию, обладающими специальными познаниями в области медицины, имеющими большой стаж работы в своей области, оснований сомневаться в их компетентности у судебной коллегии не имеется, иное стороной истца не представлено. Все эксперты перед проведением экспертизы предупреждены об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ, о чем ими проставлены подписи в экспертном заключении. Выводы экспертов сделаны при непосредственном изучении материалов гражданского дела, медицинской документации, должным образом мотивированы, являются последовательными и логичными, иными доказательствами по делу они с достоверностью не опровергнуты.

Доводы апеллянтов о том, что выводы экспертов противоречат решению Ленинского районного суда г.Перми от 23.08.2019, установившего дефекты медицинской помощи при родоразрешении ФИО1, повлекшие тяжкий вред здоровью А., которое в силу ст.61 ГПК РФ имеет преюдициальное значение для разрешение заявленного спора являются ошибочными, поскольку требования о компенсации морального вреда истцы заявляли по иным основаниям и связывали их с потерей сына по вине ответчика. То обстоятельство, что действиями ответчика был причинен тяжкий вред здоровью А., не является основанием для взыскания компенсации морального вреда, в связи со смертью ребенка.

Также в силу вышеизложенного признаются необоснованными ссылки в апелляционной жалобе на отсутствие оценки заключения консилиума специалистов из гражданского дела за 2019 год и не удовлетворение судом первой инстанции ходатайства о допросе экспертов, поскольку из оспариваемого судебного акта следует, что, в соответствии со статьями 12, 56, 57, 59 и 67 ГПК РФ, суд правильно установил обстоятельства, имеющие значение для дела, всесторонне, полно и объективно исследовал представленные по делу доказательства, дал им надлежащую правовую оценку с точки зрения относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности и достаточности доказательств в их совокупности, отразив результаты их оценки в обжалуемом судебном акте.

Доводы апеллянтов о том, что судом первой инстанции в день рассмотрения спора по существу при подаче истцами уточненного иска в нарушение ст.136 ГПК РФ не было предоставлено времени на устранение недостатков и решение вынесено с учетом первоначального искового заявления, не влекут отмену оспариваемого решения суда, поскольку не нарушают прав истцов, которые требования о компенсации морального вреда связывали с потерей ребенка по вине ответчика и с целью разрешения вопроса о наличии либо отсутствии причинной связи между действиями медицинских работников ответчика в период родоразрешения ФИО1 и смертью ребенка назначалась судебно-медицинская экспертиза, после получения выводов которой истцами было принято решение об изменении основания заявленных требований.

К тому же, как было установлено в суде апелляционной инстанции данные исковые требования о компенсации морального вреда, в связи с причинением тяжкого вреда здоровью ребенку в настоящее время находятся на разрешении в Ленинском районному суде г.Перми.

Проанализировав имеющиеся в материалах дела доказательства, учитывая, в том числе заключение судебно-медицинской экспертизы судебная коллегия отмечает, что выводы суда первой инстанции об отсутствии оснований для удовлетворения требований истцов являются верными и обоснованными, поскольку между действиями (бездействием) ответчика и наступлением смерти А. отсутствует какая-либо причинно-следственная связь. Таким образом, нравственные переживания истцов в связи с утратой сына, так как смерть близкого человека сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников, не обусловлены действиями или бездействием ответчика, поскольку в рамках рассмотрения данного гражданского дела, в том числе экспертным путем, установлено, что ответчик не является в данной части причинителем морального вреда истцам.

Проверив дело с учетом требований ст. 327.1 ГПК РФ, судебная коллегия считает, что судом все юридические значимые обстоятельства по делу определены верно, доводы участников процесса судом проверены с достаточной полнотой, выводы суда, изложенные в решении, соответствуют собранным по делу доказательствам, соответствуют нормам материального права, регулирующим спорные правоотношения, и решение судом по делу вынесено правильное, законное и обоснованное.

Доводов, опровергающих решение суда и нуждающихся в дополнительной проверке, апелляционная жалоба не содержит.

По существу доводы жалобы сводятся к переоценке представленных доказательств и иному толкованию законодательства, аналогичны обстоятельствам, на которые ссылался автор жалобы в суде первой инстанции, они были предметом обсуждения суда первой инстанции и им дана правильная правовая оценка на основании исследования в судебном заседании всех представленных доказательств в их совокупности в соответствии со ст. 67 ГПК РФ. Оснований к переоценке указанных доказательств судебная коллегия не находит.

В связи с изложенным, судебная коллегия признает решение суда по настоящему делу законным и обоснованным, принятым с учетом фактических обстоятельств, материалов дела и действующего законодательства, в связи с чем, полагает, что апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит, учитывая, что изложенные в ней доводы не влияют на законность и обоснованность правильного по существу решения суда первой инстанции.

Руководствуясь ст. ст.199, 328 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Ленинского районного суда г.Перми от 27.03.2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1, ФИО2 - без удовлетворения.

Председательствующий: подпись

Судьи: подпись

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 01.08.2023.