УИД 16RS0018-01-2024-001976-26
Дело № 2-167/2025
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
24 апреля 2025 года город Лаишево
Лаишевский районный суд Республики Татарстан в составе:
Председательствующего судьи Мансурова А.А.
при секретаре судебного заседания Шаметкиной А.В.,
с участием истца ФИО1, ее представителей ФИО2, ФИО3,
рассмотрев в открытом судебном заседании в зале суда гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО4 о признании недействительным договора дарения жилого дома и земельного участка,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО4 о признании недействительной сделки по договору дарения. В обоснование искового заявления автор указал, что истцу на праве собственности принадлежали земельный участок с кадастровым номером № и жилой дом с кадастровым номером №, расположенные по адресу: <адрес>. Истец на протяжении <данные изъяты> страдает заболеванием сосудов головного мозга. В июле ДД.ММ.ГГГГ года истец обнаружила среди своих документов договор дарения на имя ответчика вышеуказанного имущества. В ДД.ММ.ГГГГ года ответчик попросила истца в дар 3 сотки земли якобы для постройки мусульманской школы. ДД.ММ.ГГГГ заключен оспариваемый договор дарения, при подписании которого истец, якобы, полагала, что дарит ответчику 3 сотки земли, при этом, на самом деле, подарила вышеуказанные объекты недвижимости. При подписании договора истец был введен в заблуждение, не понимала значение своих действий, в связи с чем договор является недействительным.
В судебном заседании истец ФИО1, ее представителей ФИО2, ФИО3 не оспаривая факт поездки в Многофункциональный центр и подписания оспариваемого договора полагали, что истец ФИО1 путем обмана была введена в заблуждение в части предмета договора. Также полагали, что в связи имеющимися заболеваниями, а также в связи с пожилым возрастом истец не понимал значение своих действий, в связи с чем полагали необходимым удовлетворить требования искового заявления.
Ответчик ФИО4, ее представитель в судебное заседание не явились, извещены. Ранее в судебном заседании представитель ответчика полагал необходимым отказать в удовлетворении требований искового заявления.
Представители третьих лиц Управления Филиал ППК "Роскадастр" по <адрес>, Управление Росреестра по <адрес> в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащем образом, о причинах неявки не сообщили.
Руководствуясь ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся в судебное заседание лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте судебного заседания надлежащим образом.
Выслушав стороны, исследовав материалы дела, приходит к следующему.
Согласно части 1 статьи 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.
В соответствии с частью 2 статьи 218 Гражданского Кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.
Согласно части 1 статьи 572 Гражданского Кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу, либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.
Согласно пунктам 1 и 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.
Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.
При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.
Как следует из статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.
Согласно пунктам 1-5 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.
При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если:
1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.;
2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные;
3) сторона заблуждается в отношении природы сделки;
4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой;
5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.
Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной.
Сделка не может быть признана недействительной по основаниям, предусмотренным настоящей статьей, если другая сторона выразит согласие на сохранение силы сделки на тех условиях, из представления о которых исходила сторона, действовавшая под влиянием заблуждения. В таком случае суд, отказывая в признании сделки недействительной, указывает в своем решении эти условия сделки.
Суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон.
В соответствии с пунктами 1-3 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка, совершенная под влиянием насилия или угрозы, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.
Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.
Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.
Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.
Сделка на крайне невыгодных условиях, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.
Согласно пунктам 1, 2 статьи 578 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что даритель вправе отменить дарение, если одаряемый совершил покушение на его жизнь, жизнь кого-либо из членов его семьи или близких родственников либо умышленно причинил дарителю телесные повреждения.
В случае умышленного лишения жизни дарителя одаряемым право требовать в суде отмены дарения принадлежит наследникам дарителя.
Даритель вправе потребовать в судебном порядке отмены дарения, если обращение одаряемого с подаренной вещью, представляющей для дарителя большую неимущественную ценность, создает угрозу ее безвозвратной утраты.
Из материалов дела следует и судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ФИО5 заключен договор дарения земельного участка и дома, в соответствии с которым истец безвозмездно подарил в собственность ответчику земельный участок с кадастровым номером № и жилой дом с кадастровым номером №, расположенные по адресу: <адрес>.
В ходе рассмотрения настоящего дела, представителем истца заявлено ходатайство о назначении судебной экспертизы.
Определением Лаишевского районного суда Республики Татарстан от ДД.ММ.ГГГГ производство по делу приостановлено в связи с назначением судом экспертизы, производство которой поручено экспертам ГАУЗ «РКПБ им.акад.ФИО6 МЗ РТ».
Согласно заключению судебно-психиатрических экспертов от ДД.ММ.ГГГГ № в период заключения договора дарения земельного участка и жилого дома между нею и ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ у ФИО1 признаков какого-либо психического расстройства не обнаруживалось. По своему психическому состоянию ФИО1 в момент составления договора дарения ДД.ММ.ГГГГ, могла понимать значение своих действий и руководить ими. ФИО1 с учетом ее индивидуально-психологических особенностей могла понимать характер и значение совершаемых ею действий и руководить ими.
В соответствии с частью 3 статьи 86 ГПК РФ заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 данного кодекса. Доказательственное значение экспертного заключения зависит от его истинности, внутренней непротиворечивости, точности и достоверности всех действий, оценок и выводов эксперта в ходе и по результатам процесса экспертного исследования.
В соответствии с правовой позицией, содержащейся в пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ отДД.ММ.ГГГГ № «О судебном решении», заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (статья 67, часть 3 статьи 86 ГПК РФ). Оценка судом заключения должна быть полно отражена в решении. При этом суду следует указывать, на чем основаны выводы эксперта, приняты ли им во внимание все материалы, представленные на экспертизу, и сделан ли им соответствующий анализ.
В силу части 1 статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.
В статье 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации законодатель закрепляет дискреционное полномочие суда по оценке доказательств, необходимое для эффективного осуществления правосудия.
Согласно приведенной норме суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств; никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы; суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.
Таким образом, прерогатива оценки доказательств, представленных участниками гражданского процесса, принадлежит суду.
По смыслу приведенных правовых норм заключение судебной экспертизы наряду с другими доказательствами оценивается судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами.
Суд оценивает экспертное заключение с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу.
Указанное заключение в полном объеме отвечает требованиям статьи 86 Гражданского процессуального кодекса РФ, поскольку содержит подробное описание произведенных исследований, сделанные в результате их выводы и научно обоснованные ответы на поставленные вопросы, указано на применение методов исследований, основывается на исходных объективных данных; в заключении указаны данные о квалификации эксперта, его образовании, стаже работы.
Сомнений в правильности или обоснованности заключения, наличия противоречий, не имеется. Доказательств неверного заключения суду не предоставлено.
Проанализировав содержание заключения эксперта заключению судебно-психиатрических экспертов от ДД.ММ.ГГГГ № ГАУЗ «РКПБ им.акад.ФИО6 МЗ РТ», суд приходит к убеждению о том, что данная экспертиза может быть признана допустимым доказательством по делу.
Довод истца и ее представителей о том, что в связи имеющимися заболеваниями, а также в связи с пожилым возрастом истец не понимал значение своих действий, полностью опровергает проведенная по делу судебная экспертиза, в связи с чем данный довод отклоняется судом.
Довод истца и его представителей о том, что в момент подписания спорного договора ФИО1 находилась под влиянием обмана, какими-либо объективными доказательствами не подтверждены, в связи с чем суд относится к ним критически как способ защиты по гражданскому делу.
Условия договора дарения являлись ясными и понятными, предполагали безвозмездное отчуждение объектов недвижимости в собственность ответчика.
Истец является совершеннолетним, дееспособным гражданином, понимал правовую природу сделки дарения, и как собственник имущества был вправе не заключать спорный договор дарения, либо отказаться от его подписания, однако этого не сделал.
Напротив, истец имел намерение совершить сделку дарения собственного жилого дома и земельного участка, в связи с чем собственноручно подписал договор дарения и иные документы, необходимые для регистрации перехода права собственности на спорное имущество к ответчику, что не оспаривалось в судебном заседании. При этом доказательств, подтверждающих совершение оспариваемого договора дарения под влиянием существенного заблуждения, истцом суду не представлено.
Таким образом, ФИО1 имея в собственности вышеуказанное имущество, воспользовавшись своими правами, предусмотренными ст.ст. 209, 218 ГК РФ, выразила свое волеизъявление по дарению вышеуказанного недвижимого имущества, которое принял ответчик в дар.
Спорный договор дарения прошел государственную регистрацию в установленном законом порядке.
Доводы истца о том, что указанный договор заключен под влиянием заблуждения относительно природы сделки, так как истец иного жилья не имеет ответчик может пытаться оставить ФИО1 без жилья, не является основанием для признания сделки недействительной, поскольку собственник вправе распоряжаться своим имуществом по своему усмотрению.
Собственник жилого помещения вправе предоставить во владение и (или) в пользование принадлежащее ему на праве собственности жилое помещение гражданину на основании договора найма, договора безвозмездного пользования или на ином законном основании, а также юридическому лицу на основании договора аренды или на ином законном основании с учетом требований, установленных гражданским законодательством, настоящим кодексом (ч. 2 ст. 30 ЖК РФ).
В силу положений ст. 131, 223, 574 ГК РФ и ч. 1 ст. 2 ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» государственная регистрация является единственным доказательством существования зарегистрированного права, в связи с чем, государственная регистрация права собственности за ответчиком в полном объеме подтверждает намерение и желание ФИО1 создать соответствующие данной сделке правовые последствия, то есть передать право собственности на недвижимое имущество одаряемому путем дарения, и что в результате сделки наступили правовые последствия соответствующие данной сделки и закону.
При таких обстоятельствах суд считает, что в ходе судебного разбирательства не нашло своего подтверждения заблуждение ФИО1 относительно оспариваемой сделки или совершение в отношении нее обмана, доказательств о том, что указанный договор заключен под влиянием заблуждения, в соответствии со ст. 56 ГПК РФ, истцом суду не представлено, правовые последствия совершенной сделки в полной мере соответствуют волеизъявлению сторон при ее совершении.
Руководствуясь ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд
РЕШИЛ:
Отказать в удовлетворении требования искового заявления ФИО1 к ФИО4 о признании недействительным договора дарения жилого дома и земельного участка.
На решение может быть подана апелляционная жалоба в Верховный Суд Республики Татарстан через Лаишевский районный суд Республики Татарстан в течение одного месяца со дня составления мотивированного решения.
Судья А.А.М.
Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ и направлено сторонам.