судья ФИО34. дело 22-1876

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Махачкала 27 сентября 2023 года

Верховный Суд Республики Дагестан в составе:

Председательствующего ФИО14

при секретаре судебного заседания ФИО8,

с участием прокурора ФИО9, осужденного ФИО1, его защитника – адвоката ФИО16, потерпевшей Потерпевший №1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу адвоката ФИО16 на приговор Каспийского городского суда РД от 6 июля 2023 г. в отношении ФИО1.

Заслушав доклад судьи ФИО14, выслушав выступления осужденного его защитника и потерпевшей, просивших по доводам апелляционной жалобы отменить приговор и вынести оправдательный приговор, мнение прокурора, полагавшего необходимым приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения, Верховный Суд РД

УСТАНОВИЛ:

Приговором Каспийского городского суда РД от 6 июля 2023 г. ФИО1, <дата> года рождения, уроженец <адрес> РД, не судимый, осужден по ч. 2 ст. 159 УК РФ к наказанию в виде штрафа в размере 20 000 рублей в доход государства.

На основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ ФИО3 А.Г. освобожден от наказания в связи с истечением срока давности уголовного преследования.

На указанный приговор адвокатом ФИО16 подана апелляционная жалоба, в которой указывается на несогласие с приговором суда считая его незаконным и необоснованным. В обосновании указывает, что органами предварительного следствия ФИО1 предъявлено обвинение в том, что он в 2016 году в летний период более точна дата и время следствием не установлено на территории <адрес>, путем обмана завладел золотыми изделиями стоимостью 90 350 рублей. При вынесении приговора суд выступил в роли органа уголовного преследования и признал ФИО1 в совершении продолжаемого преступления, тогда как ФИО1 не было предъявлено обвинение в совершении продолжаемого преступления.

Ссылается на то, что из содержания самого обвинения, отраженного как в обвинительном заключении, так и из описательно мотивировочной части приговора следует, что между обвиняемым ФИО1 и потерпевшей Потерпевший №1 имеются чисто гражданско-правовые отношения, основанные на устном договоре купли-продажи золотых изделий в рассрочку. В приговоре суд не конкретизировал в чем заключался обман в момент завладения золотыми изделиями.

Считает, что доказательства о том, что ФИО3 А.Г сознательно ввел Потерпевший №1 в заблуждение и сообщил ей заведомо ложные сведения с целью завладения золотыми изделиями в деле не имеются и судом не исследованы. Показания Потерпевший №1 о том, что через три года ФИО3 А.Г обманул ее не могут быть положены в основу приговора, поскольку при мошенничестве обман предшествует завладению чужим имуществом., то есть умысел на завладение чужим имуществом возникает до завладения им. Показания других свидетелей производны от показаний Потерпевший №1 и какие-либо данные о том, что ФИО3 А.Г. сознательно сообщил Потерпевший №1 заведомо ложные сведения о предмете преступного посягательства и о других обстоятельствах происшедшего в показаниях этих свидетелей, не имеются.

Обращает внимание на то, что из материалов уголовного дела следует, что ФИО3 А.Г еще в 2016 году расплатился с Потерпевший №1 за полученные от нее золотые изделия, о чем свидетельствует имеющаяся в материалах уголовного дела расписка выполненная собственноручно Потерпевший №1 о том, что она в 2016 году получила от ФИО1 денежные средства за золотые изделия. Из заключения специалиста от 30 января 2023 года следует, что расписка выполнена вероятно в 2016 году. Суд необоснованно отклонил данное заключение специалиста, тогда как содержание расписки примерно совпадает с содержанием заявления о преступлении, что подтверждает выполнение расписки в 2016 году.

Полагает, что судом неправильно дана оценка показаниям Потерпевший №1 о том, что она расписку написала в 2016 году и ФИО3 А.Г. ей нечего не должен, поскольку он расплатился за золотые изделия. При этом, через некоторое время, Потерпевший №1 дает показания в суде, что она расписку написала в 2022 году, пожалев ФИО1 Судом во внимание не принято, что последующие показания Потерпевший №1 даны под давлением следователя ФИО10, который привез Потерпевший №1 на повторный допрос. Допрошен был в тот же день и сам следователь ФИО10 При этом, имеющиеся в показаниях противоречия судом не устранены. Судом дана односторонняя оценка показаниям свидетелей защиты и свидетелей обвинение, поскольку судом отвергнуты как недостоверные показания свидетелей ФИО11 и ФИО12 ссылаясь на то, что они находятся в дружеских отношениях с подсудимым ФИО1, а при этом, судом без критической оценки положены в основу приговора показания Свидетель №1, которая находится в неприязненных отношениях с ФИО1 по поводу судебного спора о принадлежности магазина на Манаском перекрестке, и показания Свидетель №2, которая находится в коммерческой (служебной) зависимости от Свидетель №1

Считает, что довод суда о том, что ФИО1 в первоначальных показаниях утверждал, что ювелирные изделия от Потерпевший №1 не получал незаконно положен в основу приговора, поскольку первоначальные показания ФИО1 в судебном заседании не исследовались.

С учетом приведенных доводов автор жалобы просит отменить приговор суда и вынести в отношении ФИО1 оправдательный приговор.

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель ФИО22 просит приговор суда оставить без изменения, а апелляционную жалобу без удовлетворения, считая его законным и обоснованным, а назначенное наказание справедливым и соответствующим содеянному.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы, изложенные в апелляционной жалобе и в возражениях, выслушав выступления участников судебного разбирательства, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Вопреки доводам стороны защиты, вывод суда о виновности ФИО1 в совершении преступления, за которое он осужден, соответствует фактическим обстоятельствам дела, установленным судом первой инстанции, и подтверждается совокупностью всесторонне и полно исследованных в судебном заседании доказательств, которые подробно и правильно приведены в приговоре и получили надлежащую оценку.

Так, суд обоснованно положил в основу обвинительного приговора следующие доказательства:

- показания потерпевшей Потерпевший №1 об обстоятельствах знакомства в 2016 году в магазине у ее знакомой Свидетель №1 с ФИО23, передачей последнему золотого ажурного фабричного мужского браслета 583 пробы, весом 40 грамм, стоимостью 60 000 рублей и золотой женской цепочки «Пружинка», производства 583 пробы весом 50 грамм, стоимостью 50000 рублей, за которые ФИО3 А.Г. не расплатился;

- показания свидетелей Свидетель №1 и Свидетель №2, которые присутствовали при передаче Потерпевший №1 указанных выше золотых изделий, и каждая из которых подтвердила, что ФИО3 А.Г. не расплатился за золотые изделия переданные ему Потерпевший №1;

- показания Свидетель №5, об обстоятельствах продажи Потерпевший №1 золотых изделий, которые Потерпевший №1 в последующем передала ФИО1, за которые последний денежные средства Потерпевший №1 не передавал;

- показания свидетелей Свидетель №7, ФИО13, Свидетель №9, которые также сообщили об известных им обстоятельствах передачи Потерпевший №1 золотых изделий ФИО1, который в за них не расплатился.

- а также иные исследованные письменные доказательства, содержание которых полно и подробно приведено в приговоре.

Суд обоснованно признал показания допрошенных в судебном заседании потерпевшей и свидетелей достоверными, и положил их в основу приговора, поскольку они последовательны, не содержат существенных противоречий, которые могли бы повлиять на выводы о виновности ФИО1 в совершении преступления, и согласуются с другими письменными доказательствами, исследованными в ходе судебного разбирательства.

При этом, данных об оговоре потерпевшей и свидетелями осужденного ФИО1 и их заинтересованности в результатах рассмотрения дела Верховный суд РД не усматривает.

Таким образом, вопреки доводам апелляционной жалобы, изложенные в приговоре выводы основаны только на исследованных в ходе судебного разбирательства доказательствах, которые судом первой инстанции проверены по правилам, установленным ст. 87 УПК РФ, оценены в предусмотренном ст. 88 УПК РФ порядке на предмет относимости, допустимости, достоверности и достаточности для принятия решения по делу.

Положенные в основу приговора доказательства получены с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства РФ, существенных противоречий между собой они не имеют, в полной мере подтверждают обстоятельства, подлежащие доказыванию по уголовному делу в соответствии со ст. 73 УПК РФ.

Произведенную судом первой инстанции оценку доказательств суд апелляционной инстанции признает правильной и не усматривает оснований для их иной оценки.

При этом, оценивая доводы апелляционной жалобы о том, что суд изменил предъявленное обвинение и выступил в роли органа уголовного преследования, суд апелляционной инстанции отмечает следующее.

На основании ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению. Суд не вправе выходить за пределы содержания обвинения, предъявленного органами уголовного преследования лицам, привлеченным к уголовной ответственности, не может сам формулировать обвинение. Суд вправе изменить обвинение лишь при условии, если действия подсудимого не содержат признаков более тяжкого преступления и существенно не отличаются по фактическим обстоятельствам от обвинения, по которому дело принято к производству суда, а изменение обвинения не ухудшает положения подсудимого и не нарушает его права на защиту.

ФИО3 А.Г. обвинялся в совершении мошенничества, то есть хищении чужого имущества путем обмана и злоупотребления доверием, совершенном с причинением значительного ущерба гражданину.

При формулировке преступного деяния, признанного судом доказанным, как совершенном с корыстной целью, противоправном безвозмездном изъятии чужого имущества и обращении его в свою пользу, путем сообщения заведомо ложных, не соответствующих действительности сведений, с причинением ущерба в значительном размере гражданину, в форме продолжаемого преступления, судом фактически исключен квалифицирующий признак «путем злоупотребления доверием». Изменения квалификации преступления на закон, предусматривающий более строгое наказание, либо увеличивающий фактический объем обвинения, в осуждение ФИО1 не включены. Изменения формулировки обвинения и осуждения, нарушающего право ФИО1 на защиту, не допущено, в связи с чем, доводы апелляционной жалобы в указанной части являются несостоятельными.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, суд мотивировал наличие квалифицирующего признака мошенничества «путем обмана», указав, что сообщив недостоверные сведения о законности своих действий и об имеющейся возможности оплатить стоимость ювелирных золотых изделий, заверяя потерпевшую, что после передачи ему ювелирных золотых изделий им будет проведена оплата общей стоимости указанного товара, ФИО3 А.Г. действуя умышленно и из корыстных побуждений убедил Потерпевший №1 о законности сообщаемых им сведений о якобы производстве им оплаты после передачи ему ювелирных золотых изделий в течение двух месяцев, тем самым введя её в заблуждение.

Суд критически отнесся к показаниям подсудимого об отсутствии в его действиях состава преступления, поскольку достоверно установлено, что ФИО3 А.Г. имея возможность рассчитаться с Потерпевший №1 за полученные им ранее от неё ювелирные золотые изделия, свои обязательства по оплате в обговоренные сроки общей стоимости украшений не выполнил. Показания ФИО1 о том, что он никаких ювелирных изделий от потерпевшей не получал, опровергаются показаниями потерпевшей и свидетелей, что подтверждают установленные судом обстоятельства о возникновении у ФИО1 умысла на хищение чужого имущества. С данными выводами соглашается и суд апелляционной инстанции.

Была проверена и мотивированно опровергнута судом первой инстанции версия стороны защиты о том, что ФИО3 А.Г. в 2016 году расплатился с потерпевшей за ювелирные изделия.

Проверяя доводы апелляционной жалобы в указанной части, соглашаясь с выводами суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции отмечает, что стороной защиты на стадии производства предварительного следствия и первоначальных этапах рассмотрения уголовного дела вышеуказанная расписка не представлялась и доводы о возвращении ФИО1 Потерпевший №1 денежных средств еще в 2016 году не выдвигались. Более того, из первоначальных показаний подсудимого ФИО1 следовало, что ювелирные изделия он от Потерпевший №1 вовсе не получал, а потому никакие денежные средства не должен.

При этом, суд обоснованно отверг и признал недостоверными показания свидетелей ФИО11 и ФИО12 о том, что ФИО3 А.Г. расплатился с Потерпевший №1 за ювелирные золотые изделия и последняя передала ФИО1 расписку, поскольку, указанные свидетели имеют дружеские отношения с подсудимым и их доводы расценены судом как стремление помочь ФИО1 избежать уголовной ответственности. Мотивированно дана критическая оценка и заключению специалиста относительно рукописных записей на расписке, представленной стороной защиты в подтверждение оплаты стоимости ювелирных изделий, поскольку из данного заключения не следовало однозначного вывода относительного периода времени его составления.

Непоследовательной является и позиция осужденного ФИО1, который на предварительном следствии отрицал факт получения ювелирных изделий, а в судебном заседании признал этот факт и сообщил, что расплатился за них еще в 2016 г.

Также доводы апелляционной жалобы, о том, что показания ФИО1 данные им в ходе предварительного следствия не были исследованы в судебном заседании, Верховный суд РД находит несостоятельными, поскольку согласно протоколу судебного заседания, государственный обвинитель в судебном заседании с разрешения председательствующего сослался на протокол допроса ФИО1 в качестве обвиняемого в части, где он отрицал факт приобретения ювелирных изделий у Потерпевший №1 ( т.3, л.д. 116-117).

Таким образом, доводы жалобы о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела опровергаются материалами дела, согласно которым эти обстоятельства не только установлены достаточно полно и проверены в судебном заседании, но и надлежаще оценены в приговоре.

Вместе с тем, Верховный Суд РД считает, что оценив собранные доказательства в их совокупности, суд неправильно квалифицировал действия ФИО1 по ч. 2 ст. 159 УК РФ как мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана, совершенное с причинением значительного ущерба гражданину, по следующим основаниям.

Так, из п. 31 разъяснений Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.11.2017 № 48 "О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате" Мошенничество, присвоение или растрата, совершенные с причинением значительного ущерба гражданину, могут быть квалифицированы как оконченные преступления по части 2 статьи 159, части 2 статьи 159.3, части 2 статьи 159.5, части 2 статьи 159.6 или части 2 статьи 160 УК РФ соответственно только в случае реального причинения значительного имущественного ущерба, который в соответствии с пунктом 2 примечаний к статье 158 УК РФ не может составлять менее пяти тысяч рублей.

При решении вопроса о наличии в действиях лица квалифицирующего признака причинения гражданину значительного ущерба судам наряду со стоимостью похищенного имущества надлежит учитывать имущественное положение потерпевшего, в частности наличие у него источника доходов, их размер и периодичность поступления, наличие у потерпевшего иждивенцев, совокупный доход членов семьи, с которыми он ведет совместное хозяйство. Мнение потерпевшего о значительности или незначительности ущерба, причиненного ему в результате преступления, должно оцениваться судом в совокупности с материалами дела, подтверждающими стоимость похищенного имущества и имущественное положение потерпевшего.

Однако, как следует из материалов уголовного дела суд первой инстанции не выполнил указанные требования закона, не выяснил в судебном заседании у потерпевшей вопрос значительности причиненного преступлением ущерба и в описательно-мотивировочной части приговора не привел обоснования наличия признака причинения значительного ущерба потерпевшей Потерпевший №1, тем самым необоснованно квалифицировал действия ФИО1 по ч.2 ст. 159 УК РФ.

Таким образом, является ли значительным для потерпевшей Потерпевший №1 ущерб, причиненный ей в результате мошенничества в размере 90 350 рублей, ни органом следствия, ни в судебном заседании не уточнено и не установлено.

Изложенное свидетельствует о неправильном применении судом первой инстанции уголовного закона, в связи с чем, суд апелляционной инстанции считает необходимым исключить из обвинения ФИО1 по факту мошенничества, хищения чужого имущества путем обмана, а именно денежных средств потерпевшей Потерпевший №1 в размере 90 350 рублей, квалифицирующий признак "с причинением значительного ущерба гражданину" и необходимости квалифицировать его действия по данному факту по ч. 1 ст. 159 УК РФ, как мошенничество, то есть хищение чужого имущества или приобретение права на чужое имущество путем обмана.

В этой связи, находя правильными выводы суда о возможности исправления ФИО1 путем назначения ему наказания в виде штрафа, Верховный Суд РД считает необходимым снизить назначенное ФИО1 наказание в виде штрафа, соглашаясь с выводами суда относительно освобождения от наказания в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

В остальном приговор суда подлежит оставлению без изменения, апелляционная жалоба защитника без удовлетворения.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, Верховный Суд РД

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Каспийского городского суда РД от 6 июля 2023 г. в отношении ФИО1, <дата> года рождения – изменить.

Переквалифицировать действия ФИО1 с ч. 2 ст. 159 УК РФ на ч. 1 ст. 159 УК РФ, по которой назначить ему наказание в виде штрафа в размере 10 000 рублей в доход государства.

В остальном приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Пятый кассационный суд общей юрисдикции в порядке сплошной кассации, предусмотренном статьями 401.7 и 401.8 УПК РФ, в течение 6 месяцев со дня его вынесения, через суд первой инстанции, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня вручения ему копии апелляционного постановления.

При этом осужденный и другие участники судебного разбирательства вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий