Решение по делу № 2-466/2024 от 07.04.2025 - о признании приказа об увольнении незаконным, об изменении даты увольнения, взыскании заработной платы, компенсации морального вреда.

УИД: 07RS0005-01-2024-000726-34

Дело № 2-9/2025 (№ 2-466/2024)

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

7 апреля 2025 года КБР, г. Майский

Майский районный суд КБР в составе председательствующего судьи Ашабокова Р.Х., с участием представителя истца ФИО1 по доверенности - ФИО2, представителя третьего лица ФИО3 – ФИО4, при секретаре Поповой Г.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Темп» в лице конкурсного управляющего ФИО5 о признании приказа об увольнении незаконным, об изменении даты увольнения, взыскании заработной платы, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с упомянутым выше исковым заявлением, в котором просил: признать приказ Общества с ограниченной ответственностью «Темп» (далее ООО «Темп», Общество) об увольнении ФИО1 незаконным; изменить дату его увольнения с ДД.ММ.ГГГГ на ДД.ММ.ГГГГ; взыскать с ООО «Темп» в пользу ФИО1 задолженность по заработной плате в размере 240 000 руб. за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; взыскать с ответчика в пользу истца сумму среднего заработка за время вынужденного прогула в размере 238 000 руб. за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, а также компенсацию морального вреда в размере 300000 руб.

В обоснование заявленных требований указано, что ДД.ММ.ГГГГ между ООО «Темп» и ФИО1 был заключен трудовой договор №-ТД по условиям которого, ФИО1 был принят на должность финансового аналитика с ДД.ММ.ГГГГ. По названному договору место работы определяется работником самостоятельно, а также установлен гибкий график при 10 часовой рабочей неделе, таким образом, ФИО1 был принят на удаленную работу. При этом, истцу предоставлялся лишь бланк трудового договора, который не был подписан ответчиком, между тем, сведения о работе внесены ответчиком в базу Фонда Пенсионного и Социального страхования России. Трудовой договор заключался на неопределенный срок.

В дальнейшем, ДД.ММ.ГГГГ истец был переведен на должность врио директора.

Как следует из условий трудового договора работнику установлена заработная плата в размере 40 000 руб. (0,25 от должностного оклада).

Истец надлежащим образом исполнял свои трудовые обязанности в течении всего периода работы, вместе с тем, при отсутствии со стороны ответчика каких –либо замечаний и взысканий, заработную плату ФИО1 с момента трудоустройства не получал.

Из портала «Госуслуги» истец узнал о том, что ДД.ММ.ГГГГ он уволен из ООО «Темп» и других ООО. Такое увольнение истец считает незаконным, так как оно произведено в отсутствие волеизъявления работника на расторжение трудового договора, каких-либо заявлений об увольнении по собственному желанию ФИО1 не писал, то есть он был уволен с формулировкой «по собственному желанию», при фактическом отсутствии такого заявления.

Указывается также, что трудовые отношения между истцом и ответчиком были прекращены вопреки воле истца с ДД.ММ.ГГГГ. Вместе с тем, с приказом об увольнении ФИО1 ознакомлен не был, расчет за отработанное время не произведен.

Ссылаясь на условия трудового договора, согласно которому истцу была установлена заработная плата в размере 40000 руб., а также с учетом общего шестимесячного срока работы в ООО «Темп», ФИО1 произведен собственный расчет задолженности по заработной плате, который составил 240000 руб. Кроме того, истцом представлен расчет суммы, подлежащего к взысканию заработка за время вынужденного прогула за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 238000 руб.

В поданном иске также содержится ходатайство о восстановлении срока для обращения за разрешением трудового спора, мотивированное тем, что как было известно ФИО1 руководитель ООО «Темп» ФИО3 уехал на лечение в наркологическую клинику, откуда сбежал в октябре 2023 года не закончив курс лечения. По возвращении ФИО3 стал обвинять ФИО1 в растрате денежных средств, угрожал расправой. По факту угроз истец обращался в полицию, однако каких-либо действий полицией предпринято не было.

Воспринимая всерьез угрозы ФИО3 истец был вынужден покинуть пределы КБР, в связи с чем полагает, что срок подачи искового заявления пропущен по уважительной причине.

По доводам, указанным в исковом заявлении ФИО1 также обращался с жалобами в прокуратуру г.Нальчика, в Государственную инспекцию труда в КБР.

В судебном заседании представитель истца ФИО2 поддержал исковые требования, просил их удовлетворить, указывая, что согласно материалов проверки, представленных из ОМВД России по Майскому району, имеющихся там показаний ФИО3, сведений из УФНС и пенсионного фонда факт трудоустройства истца установлен.

Представитель третьего лица ФИО3 – ФИО6 просил отказать в удовлетворении заявленных исковых требований.

Истец ФИО1 извещенный надлежащим образом о месте и времени судебного заседания в суд не явился, направив своего представителя.

Ответчик ООО «Темп» в лице конкурсного управляющего ФИО5, уведомленный о дне слушания дела надлежащим образом в судебное заседание не явился, каких – либо ходатайств, либо возражений на иск не представил.

Третье лицо ФИО3 будучи надлежащим образом извещенным о месте и времени судебного заседания в суд не явился, направил своего представителя.

Третье лицо – государственная инспекция труда КБРв судебное заседание своего представителя не направило, о времени и месте слушания дела извещено надлежащим образом. Представило заявление, в котором просило рассмотреть дело в их отсутствие, позицию по иску не выразило.

Прокурор Майского района КБР в судебное заседание не явился, о времени и месте слушания дела извещен своевременно надлежащим образом. Ходатайств об отложении дела не поступало, как и позиции по иску.

Суд, с учетом мнения представителя истца, представителя третьего лица, сроков рассмотрения гражданских дел данной категории, определил рассмотреть дело при состоявшейся явке.

Выслушав представителя истца, представителя третьего лица ФИО3 – ФИО4, исследовав представленные доказательства и материалы проверки по заявлению ФИО3, суд приходит к следующим выводам.

В ч. 1 ст. 392 ТК РФ предусмотрено, что работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

За разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении (ч. 2 ст. 392 ТК РФ).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 5 постановления Пленума N 2, а также в п. 22 Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам, связанным с заключением трудового договора, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27 апреля 2022 года, исходя из содержания абз.1 ч.6 ст. 152 ГПК РФ, а также ч.1 ст. 12 ГПК РФ, согласно которой правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, вопрос о пропуске истцом срока обращения в суд с иском о защите трудовых прав может разрешаться судом при условии, если об этом заявлено ответчиком.

Обращаясь с исковым заявлением, в котором также содержатся и требования о взыскании заработной платы, истец ходатайствовал о восстановлении срока обращения для разрешения трудового спора, ссылаясь на уважительность причин его пропуска.

По настоящему делу ответчик не заявлял о пропуске истцом срока для обращения в суд.

При таких обстоятельствах, а также с учетом приведенных выше законоположений, суд приходит к выводу, что упомянутый выше срок истцом не пропущен, следовательно, оснований для разрешения вопроса о восстановлении данного срока не имеется.

Согласно имеющейся в свободном доступе выписки из Единого государственного реестра юридических лиц в отношении ООО «Темп» открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим назначен ФИО5 (т.1, л.д. 94-118).

Таким образом, в настоящем случае конкурсный управляющий в силу закона осуществляет полномочия представителя (руководителя) организации ответчика – ООО «Темп».

В поданном иске указано, что между ФИО1 и Обществом 29 мая 2023 года был заключен трудовой договор № 4-ТД, по условиям которого истец был принят на должность финансового аналитика (т.1, л.д. 26-30).

Между тем, в пояснении к исковому заявлению, а также в судебном заседании представителем истца указано, что год заключения трудового договора и год начала работы указан ошибочно как «2024», что является опечаткой. Правильной датой заключения трудового договора является «29 мая 2023 года» а правильной датой начала работы в ООО «Темп» - «30 мая 2023 года» (т.1., л.д. 152).

В силу ч.1 ст. 15 ТК РФ трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

В соответствии с ч.1 ст. 16 ТК РФ трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с этим кодексом.

Как следует из ч.3 ст.16 ТК РФ трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Трудовой договор - это соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по определенной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующего у данного работодателя (ч.1 ст.56 ТК РФ).

Одним из обязательных условий трудового договора является условие оплаты труда, в том числе размер тарифной ставки или оклада (должностного оклада) работника, доплаты, надбавки и поощрительные выплаты (абз.5 ч.2 ст. 57 ТК РФ).

Согласно ч.1 ст.67 ТК РФ трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами.

В силу ч.2 ст.67 ТК РФ трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом.

Как следует из разъяснений, изложенных в п. 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2021 № 45 «О некоторых вопросах, возникающих при рассмотрении судами общей юрисдикции дел об административных правонарушениях, связанных с нарушением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права» доказательствами являются любые фактические данные, на основании которых устанавливается факт наличия между работником и работодателем трудовых отношений, а именно личного выполнения работником за плату трудовой функции, в том числе дистанционно, в интересах, под управлением и контролем работодателя, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела, включая постоянный характер сложившихся отношений. К таким доказательствам в частности, могут быть отнесены: показания лица, фактически допущенного к работе, и свидетелей, письменные доказательства (в частности, оформленный лицу, фактически допущенному к работе, пропуск на территорию работодателя; журнал регистрации прихода-ухода работников на работу; графики работы (сменности); журнал вводного инструктажа об ознакомлении работника с техникой безопасности; ведомости выдачи денежных средств; заполняемые или подписываемые лицом, фактически допущенным к работе, товарные накладные, счета-фактуры, путевые листы, заявки на перевозку груза, акты о выполненных работах; распоряжение (приказ) работодателя о списке сотрудников, выполняющих трудовую функцию дистанционно; переписка сторон, в том числе по электронной почте; электронные документы, систематический обмен которыми осуществляется между работником, работодателем, другими сотрудниками, в том числе при дистанционной работе посредством электронной почты, зарегистрированной на домене работодателя для работника, либо удаленного доступа к рабочему столу служебного компьютера, документы, подтверждающие обмен задачами и результатами их контроля в сервисных программах, используемых работодателем, отчеты в конце установленного рабочего дня и т.п.); вещественные доказательства (например, предоставленные при дистанционной работе работодателем работнику оборудование, программно-технические средства, средства защиты информации, которые находятся вне стационарного рабочего места, территории или объекта, прямо или косвенно находящихся под контролем работодателя), материалы фото- и киносъемки, звуко- и видеозаписи.

Под дистанционной работой понимается выполнение определенной трудовым договором трудовой функции вне места нахождения работодателя, его филиала, представительства, иного обособленного структурного подразделения (включая расположенные в другой местности), вне стационарного рабочего места, территории или объекта, прямо или косвенно находящихся под контролем работодателя, при условии использования для выполнения данной трудовой функции и для осуществления взаимодействия между работодателем и работником по вопросам, связанным с ее выполнением, информационно-телекоммуникационных сетей общего пользования, в том числе сети «Интернет» и сетей связи общего пользования (ч.1 ст. 312.1 ТК РФ).

В силу ч.9 ст.312.3 ТК РР порядок взаимодействия работодателя и работника, в том числе в связи с выполнением трудовой функции дистанционно, передачей результатов работы и отчетов о выполненной работе по запросам работодателя, устанавливается коллективным договором, локальным нормативным актом, принимаемым с учетом мнения выборного органа первичной профсоюзной организации, трудовым договором, дополнительным соглашением к трудовому договору.

Согласно приведенных выше нормативных положений трудового законодательства к характерным признакам трудового правоотношения относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда; возмездный характер трудового отношения (оплата производится за труд).

В соответствии с абз.5 ч.1 ст.21 ТК РФ работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, количеством и качеством выполненной работы.

Этому праву работника в силу абз.7 ч.2 ст. 22 ТК РФ корреспондирует обязанность работодателя выплачивать в полном размере причитающуюся работнику заработную плату в установленные законом или трудовым договором сроки и соблюдать трудовое законодательство, локальные нормативные акты, условия коллективного договора и трудового договора.

Согласно ч.1 ст. 135 ТК РФ заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

В силу ч.2 ст.135 ТК РФ системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

К поданному исковому заявлению приложен трудовой договор от 29 мая 2023 года № 4-ТД (с учетом пояснений), согласно которого истец был принят на работу в ООО «Темп» на должность финансового аналитика. Согласно условий данного договора работнику установлен гибкий график работы при 10-часовой рабочей неделе, ФИО1 был принят на удаленную работу, место работы определяется работником самостоятельно. Заработная плата работнику была установлена в размере 40 000 руб. (0,25 от должностного оклада).

Однако в нарушение требований закона трудовые отношения между истцом и ответчиком надлежащим образом не оформлены, имеющийся в материалах дела трудовой договор сторонами не подписан.

Как следует из представленных в материалы дела сведений о доходах физического лица, о выплатах, произведенных плательщиками страховых взносов в пользу физического лица в 2023 году за ФИО1 налоговым агентом – ООО «Темп» производились отчисления и уплачивались страховые взносы. Согласно приложенных к иску сведений о трудовой деятельности, предоставляемых из информационных ресурсов Фонда пенсионного и социального страхования РФ, а также аналогичных сведений, полученных по запросу суда, ФИО1 30 мая 2023 года был принят в ООО «Темп» на должность финансового аналитика, а в период с 10 августа 2023 года по 30 ноября 2023 года являлся врио директора ООО «Темп» (т.1, л.д. 15-19).

По сведениям УФНС России по КБР, полученным по запросу суда, (по форме 2-НДФЛ) ответчиком производились начисления ФИО1 в июне, июле, августе, сентябре, октябре, ноябре и декабре 2023 года по коду 2000, то есть «заработная плата» (т.2, л.д.182).

Согласно сведений о состоянии индивидуального лицевого счета застрахованного лица в системе обязательного пенсионного страхования в период с мая 2023 года по ноябрь 2023 года застрахованному лицу ФИО1 его работодателем - ООО «Темп» начислена заработная плата в общей сумме 99076,20 руб. (т.2, л.д. 139).

В поданном заявлении истцом указывалось, что доводы искового заявления может подтвердить бухгалтер ООО «Темп» ФИО7, а ее вызов будет осуществляться истцом отдельно в рамках производства по делу.

В адрес ФИО1 судом направлялся запрос о предоставлении документов, подтверждающих факт перевода истца на должность врио директора Общества, а также приказ об увольнении истца (т.2, л.д. 170).

В представленном на данный запрос пояснении к исковому заявлению истец указал, что не располагает документами, подтверждающими его перевод на должность врио директора ООО «Темп», равно как и иными доказательствами, за исключением ранее представленных в материалы дела, поскольку они находятся у ответчика (т.2, л.д.183).

В судебном заседании представитель истца просил рассмотреть дело по представленным доказательствам, так как каких – либо других доказательств у них нет. Что касается вызова и допроса свидетелей, то сторона истца ходатайств не инициировала, пояснив, что ФИО7 переехала, и они о вызове указанного свидетеля ходатайствовать не будут. Адрес свидетеля суду не представлен. Явка свидетеля обеспечена не была.

Судом предлагалось стороне истца представить доказательства, подтверждающие фактическое исполнение истцом трудовых обязанностей по поручению ООО «Темп» и в его интересах.

Между тем, в судебном заседании представитель истца ФИО1 – ФИО2 пояснил, что таковых доказательств у них не имеется, равно как и другого трудового договора, подписанного сторонами. Указал при этом, что с июня по сентябрь 2023 года ФИО1 находился в КБР, работая в ООО «Темп». О том, когда истец приступил к работе дистанционно ему неизвестно, весь документооборот, в том числе при осуществлении трудовой деятельности дистанционно, осуществлялся на бумажных носителях, которые находятся в рабочем кабинете ФИО3 и доступа к этому кабинету у них не имеется. Каким образом осуществлялась выдача заработной платы работникам ООО «Темп» ему также неизвестно, каких либо документов, касающихся порядка выплаты и получения заработной платы у его доверителя не имеется. Указал также, что в мае 2023 года ФИО1 не мог самостоятельно назначить себя на должность финансового аналитика, при том, что приказы о трудоустройстве, на которые ссылается Фонд пенсионного и социального страхования РФ, названым органом признаны правомерными.

Стороне ответчика направлялся запрос с просьбой представить в адрес суда: журнал регистрации прихода-ухода работников на работу; графики работы (сменности); журнал вводного инструктажа об ознакомлении работника с техникой безопасности; ведомости выдачи денежных средств; акты о выполненных работах; распоряжение (приказ) работодателя о списке сотрудников, выполняющих трудовую функцию дистанционно; документы, касающиеся трудовых отношений между ООО «Темп» и ФИО1 в период с 30 мая 2023 года по 30 ноября 2023 года; трудовой договор; приказ о приеме на работу; приказ об увольнении и иные документы в отношении ФИО1; документы, подтверждающие достигнутое соглашение между ФИО1 и ООО «Темп» о выполнении истцом работы в качестве финансового аналитика и врио директора ООО «Темп» за период с 30 мая 2023 года по 30 ноября 2023 года; информацию о том был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой функции работодателем или его уполномоченным лицом, осуществлял ли ФИО1 за период с 30 мая 2023 года по 30 ноября 2023 года работу в качестве финансового аналитика и врио директора ООО «Темп» в интересах, под контролем и управлением работодателя, выплачивалась ли ему заработная плата (т.2, л.д. 111-112).

На данный запрос от конкурсного управляющего ФИО5 получен ответ, из которого следует, что запрашиваемые судом документы у последнего отсутствуют в связи с тем, что они не передавались ему бывшим руководителем ФИО3 (т.2, л.д. 152).

Ввиду обращения ФИО1 с жалобой в прокуратуру КБР, Государственную инспекцию труда в КБР (далее ГИТ в КБР), по доводам, аналогичным доводам искового заявления (т.1, л.д.150), ГИТ в КБР направила в адрес врио директора ООО «Темп» ФИО3 запрос, в котором просила предоставить ряд документов, а именно: трудовой договор и дополнительные соглашения к нему; приказ о приеме на работу, приказ об увольнении (при наличии); расчетные листочки за период с мая 2023 года по настоящее время; документы по оплате труда (платежные поручения, реестры на зачисления заработной платы и др.) за период с мая 2023 года по настоящее время; табель учета рабочего времени за период с мая 2023 года по настоящее время; движение денежных средств по расчетному счету за период с мая 2023 года по настоящее время; книга учета движениями трудовых книжек (т.1, л.д. 146).

На указанный запрос от врио директора ООО «Темп» ФИО3 в адрес ГИТ в КБР поступил ответ согласно которого следует, что в период с 8 августа 2023 года по 10 августа 2024 года он фактически находился <данные изъяты>, в связи с чем обязанности директора ООО «Темп» не исполнял. Полномочиями Врио директора ООО «Сарский» на вышеуказанный период его отсутствия он никого не наделял. В упомянутый выше период ФИО3 доверенности не выдавал, каких-либо приказов не издавал, трудовых договоров не заключал, физически не мог осуществлять полномочия директора ООО «Темп». Указал также, что ФИО1 не состоял в штате ООО «Темп» в должности врио директора, такими полномочиями он незаконно сам себя наделил путем рейдерского захвата и хищения электронной подписи директора ООО «Темп», никто не поручал ФИО1 исполнять обязанности врио директора ООО «Темп». После освобождения из плена, ФИО3 стали известны обстоятельства незаконной деятельности ФИО1 связанные с хищением его личного имущества и имущества ООО «Сэйф», ООО «Темп», ООО «Сарский» и ООО «Строй», а также незаконного утверждения себя врио директора названных выше организаций, с последующим заключением трудовых договоров на себя же. В дальнейшем ФИО3 прекратил незаконную деятельность ФИО1 путем его увольнения с последующим обращением в полицию (т.1, л.д. 147).

По результатам проверки жалобы ФИО1 ГИТ в КБР в адрес истца направлен ответ, из которого следует, что согласно сведениям о трудовой деятельности, предоставляемых из информационных ресурсов фонда пенсионного и социального страхования ФИО1 был принят на должность Врио директора ООО «Темп» 10 августа 2023 года и уволен 30 ноября 2023 года по собственному желанию. Представленный истцом трудовой договор № 4-ТД от 29 мая 2023 года, согласно которого ФИО1 был принят на должность финансового аналитика ООО «Темп» сторонами не подписан, следовательно, юридической силы не имеет, при этом дополнительное соглашение о переводе на должность врио директора с 18 августа 2024 года не представлено. Контролируемое лицо - врио директора ООО «Темп» ФИО3 наличие трудовых отношений с ФИО1 отрицает, запрашиваемые документы не представлены в виду их отсутствия.

Кроме того, данным ответом ФИО1 рекомендовано разрешить возникшие разногласия путем обращения в органы по разрешению трудовых споров (КТС, суд), поскольку данный вопрос является индивидуальным трудовым спором, который не может быть разрешен ГИТ в КБР (т.1, л.д. 148-149).

Конкурсному управляющему, а также третьему лицу ФИО3 направлялся запрос с просьбой о предоставлении в адрес суда сведений о том, какие системы оплаты труда и премирования были установлены в ООО «Темп», имелась ли в штатном расписании ООО «Темп» должность финансового аналитика и какой размер заработной платы был по ней предусмотрен, а также документации, подтверждающей выдачу ФИО1 заработной платы за период с 30 мая 2023 года по 30 ноября 2023 года (т.2, л.д.171-172).

Между тем, ответы на указанные запросы судом получены не были.

В судебном заседании представитель ФИО3 – ФИО4 пояснил, что ему неизвестно с какого периода и в какой должности работал ФИО1 в ООО «Темп», а также выплачивалась ли ему заработная плата и в каком размере. При этом указал, что на должность врио директора Общества он не назначался. Каких-либо документов, касающихся обстоятельств трудоустройства истца не имеется. Пояснил также, что ФИО1 самостоятельно трудоустроил себя в ООО «Темп» для исчисления страхового стажа.

В материалах дела имеются, как представленные истцом, так и полученные по запросу суда, сведения о работе ФИО1 в ООО «Темп», внесенные в базу Фонда Пенсионного и Социального страхования России, а также справка о доходах и суммах налога физического лица ФИО1 из УФНС России по КБР, согласно которой общая сумма дохода истца в период его работы в ООО «Темп» за период с июня 2023 года по декабрь 2023 года составила 99076,20 руб.

Согласно ответа ПАО Сбербанк, полученного по запросу суда, клиент ООО «Темп» не найден в информационной банковской системе ПАО Сбербанк на расчетно-кассовом сопровождении.

Частью 1 ст. 129 ТК РФ установлено, что заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

Суд, оценив представленные истцом и полученные по запросам доказательства, в соответствии со ст. 67 ГПК РФ, а также с учетом положений ст. ст. 21 - 22, 56, 68, 84.1, 129, 135 ТК РФ приходит к выводу, что в ходе рассмотрения настоящего дела не получено достоверных доказательств, подтверждающих факт осуществления ФИО1 трудовой деятельности в ООО «Темп» в должности финансового аналитика и врио директора в период с 30 мая 2023 года по 30 ноября 2023 года. Предоставление же сведений о застрахованном лице, которые производились от имени работодателя - ООО «Темп», в Фонд пенсионного и социального страхования РФ, УФНС России по КБР, а также уплата страховых взносов за счет средств работодателя за застрахованное лицо, имели своей целью включение периода работы в страховой стаж.

Несмотря на наличие в материалах дела сведений о работе ФИО1 в ООО «Темп», внесенных в базу данных Фонда пенсионного и социального страхования РФ, трудовой договор, соответствующий требованиям главы 10 ТК РФ суду не представлен, равно как и приказы о приеме и увольнении истца.

В поданном иске ФИО1 указал, что по условиям договора место работы определяется работником самостоятельно и был установлен гибкий график при 10-часовой рабочей неделе, таким образом, истец был принят на удаленную работу.

Вместе с тем, истцом не представлено сведений, отражающих его трудовые обязанности, а также сведения об исполнении этих обязанностей по поручению и в интересах работодателя.

Согласно ч.1 ст.312.1 ТК РФ трудовым договором или дополнительным соглашением к трудовому договору может предусматриваться выполнение работником трудовой функции дистанционно на постоянной основе (в течение срока действия трудового договора) либо временно (непрерывно в течение определенного трудовым договором или дополнительным соглашением к трудовому договору срока, не превышающего шести месяцев, либо периодически при условии чередования периодов выполнения работником трудовой функции дистанционно и периодов выполнения им трудовой функции на стационарном рабочем месте).

Для целей настоящей главы под дистанционным работником понимается работник, заключивший трудовой договор или дополнительное соглашение к трудовому договору, указанные в части второй настоящей статьи, а также работник, выполняющий трудовую функцию дистанционно в соответствии с локальным нормативным актом, принятым работодателем в соответствии со ст. 312.9 настоящего Кодекса (далее также в настоящей главе - работник).

На дистанционных работников в период выполнения ими трудовой функции дистанционно распространяется действие трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права, с учетом особенностей, установленных настоящей главой.

Работодатель вправе принять решение о распространении на взаимодействие с дистанционными работниками правил осуществления электронного документооборота в соответствии с положениями ст.ст. 22.1 - 22.3 настоящего Кодекса.

В силу ст.312.3 ТК РФ при заключении в электронном виде трудовых договоров, дополнительных соглашений к трудовым договорам, договоров о материальной ответственности, ученических договоров на получение образования без отрыва или с отрывом от работы, а также при внесении изменений в эти договоры (дополнительные соглашения к трудовым договорам) и их расторжении путем обмена электронными документами используются усиленная квалифицированная электронная подпись работодателя и усиленная квалифицированная электронная подпись или усиленная неквалифицированная электронная подпись работника в соответствии с законодательством Российской Федерации об электронной подписи.

В иных случаях взаимодействие дистанционного работника и работодателя может осуществляться путем обмена электронными документами с использованием других видов электронной подписи или в иной форме, предусмотренной коллективным договором, локальным нормативным актом, принимаемым с учетом мнения выборного органа первичной профсоюзной организации, трудовым договором, дополнительным соглашением к трудовому договору и позволяющей обеспечить фиксацию факта получения работником и (или) работодателем документов в электронном виде.

При осуществлении взаимодействия дистанционного работника и работодателя путем обмена электронными документами каждая из осуществляющих взаимодействие сторон обязана направлять в форме электронного документа подтверждение получения электронного документа от другой стороны в срок, определенный коллективным договором, локальным нормативным актом, принимаемым с учетом мнения выборного органа первичной профсоюзной организации, трудовым договором, дополнительным соглашением к трудовому договору.

С непосредственно связанными с трудовой деятельностью дистанционного работника локальными нормативными актами, приказами (распоряжениями) работодателя, уведомлениями, требованиями и иными документами, в отношении которых трудовым законодательством Российской Федерации предусмотрено их оформление на бумажном носителе и (или) ознакомление с ними работника в письменной форме, в том числе под роспись, дистанционный работник должен быть ознакомлен в письменной форме, в том числе под роспись, либо путем обмена электронными документами между работодателем и дистанционным работником, либо в иной форме, предусмотренной коллективным договором, локальным нормативным актом, принятым с учетом мнения выборного органа первичной профсоюзной организации, трудовым договором, дополнительным соглашением к трудовому договору.

При подаче дистанционным работником заявления о выдаче заверенных надлежащим образом копий документов, связанных с работой (ст. 62 настоящего Кодекса), работодатель не позднее трех рабочих дней со дня подачи указанного заявления обязан направить дистанционному работнику эти копии на бумажном носителе (по почте заказным письмом с уведомлением) или в форме электронного документа, если это указано в заявлении работника (в порядке взаимодействия, предусмотренном частью девятой настоящей статьи).

Порядок взаимодействия работодателя и работника, в том числе в связи с выполнением трудовой функции дистанционно, передачей результатов работы и отчетов о выполненной работе по запросам работодателя, устанавливается коллективным договором, локальным нормативным актом, принимаемым с учетом мнения выборного органа первичной профсоюзной организации, трудовым договором, дополнительным соглашением к трудовому договору.

Согласно абз. 6 ст. 312.2 ТК РФ по соглашению сторон трудового договора о дистанционной работе сведения о дистанционной работе могут не вноситься в трудовую книжку дистанционного работника, а при заключении трудового договора впервые трудовая книжка дистанционному работнику может не оформляться. В этих случаях основным документом о трудовой деятельности и трудовом стаже дистанционного работника является экземпляр трудового договора о дистанционной работе, указанный в части второй настоящей статьи

Согласно норм действующего законодательства, суд должен не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (трудового договора, гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в ст. ст. 15 и 56 ТК РФ.

По настоящему делу суду необходимо установить было ли в действительности достигнуто соглашение между ФИО1 и ООО «Темп» о личном выполнении истцом работы в качестве финансового аналитика и врио директора Общества в период с 30 мая 2023 года по 30 ноября 2023 года, был ли осуществлен фактический допуск работника к выполнению трудовой функции работодателем или его уполномоченным лицом, подчинялся ли истец при выполнении работы с мая 2023 года правилам внутреннего трудового распорядка, установленным в ООО «Темп», осуществлял ли ФИО1 в оспариваемый период работу в качестве финансового аналитика и врио директора ООО «Темп» в интересах, под контролем и управлением работодателя, выплачивалась ли ему заработная плата.

В судебном заседании представитель истца указывал о том, что факт трудоустройства ФИО1 в ООО «Темп» доказан, в том числе и материалами проверки, согласно которым истец в той или иной степени вел трудовые отношения с ответчиком. Вместе с тем, суд полагает, что названные доводы являются юридически несостоятельными, так как исследованный в суде материал проверки по заявлению ФИО3 в отношении ФИО1 о совершении последним ряда преступлений, предусмотренных ст. ст. 158, 327, 159 УК РФ, не может являться доказательством трудоустройства ФИО1 в ООО «Темп» и, следовательно, не доказывает факт выполнения ФИО1 трудовых функций по поручению руководителя ООО «Темп» в интересах Общества.

На вопрос суда, почему датой увольнения истца в поданном иске ФИО1 просит указать 25 июля 2024 года, ФИО2 предположил, что это дата подачи искового заявления. Между тем, данный иск был подан в суд в электронном виде 17 августа 2024 года.

Упомянутый выше материал проверки состоит из противоречивых объяснений ряда лиц. Кроме того, какого-либо процессуального решения по данному материалу на день рассмотрения дела не принято.

Факт и обстоятельства трудоустройства истца у ответчика подлежали доказыванию стороной истца в ходе судебного разбирательства, путем допроса свидетелей, предоставления доказательств и т.д.

Между тем, в поданном иске ФИО1, а также его представитель в судебном заседании, не указывают в чем заключались трудовые обязанности истца. Не представлено сведений о том, что ФИО1 фактически был допущен к выполнению трудовых обязанностей работодателем, подчинялся ли он установленным в Обществе правилам внутреннего трудового распорядка, в том числе в период выполнения ФИО1 трудовой функции дистанционно.

Стороной истца суду не представлено доказательств подтверждающих выполнение ФИО1 должностных обязанностей (не указано на осуществление истцом дистанционной (удаленной) работы для ответчика со стационарного компьютера, с каких адресов и т.д.).

В материалах дела не имеется относимых и допустимых доказательств допуска истца к осуществлению трудовых обязанностей, при условии отсутствия каких-либо первичных документов, подтверждающих факт выполнения ФИО1 должностных обязанностей в должности финансового аналитика и врио директора ООО «Темп». Не представлены суду доказательства ознакомления истца с должностной инструкцией, иными локальными актами работодателя, равно как и второй экземпляр трудового договора, который, в силу норм действующего законодательства, выдается на руки при трудоустройстве работнику, с учетом пояснений ФИО1, что при оформлении истца на работу ему был предоставлен только бланк трудового договора, не подписанный стороной ответчика. Кроме того, в договоре, заключенном в 2023 году, указан 2024 год, что по всей видимости свидетельствует об изготовлении названного договора в 2024 году.

Оценивая пояснения врио директора ООО «Темп» ФИО3, представленные ГИТ в КБР, в ходе проверки по факту обращения ФИО1 суд критически относится к доводам ФИО1, изложенным в исковом заявлении и в жалобе, поданной в ГИТ в КБР и прокуратуру КБР, о не выплате заработной платы сотрудникам, наличии конфликтной ситуации на предприятии между руководителем и подчиненным, так как они являются противоречивыми и материалами дела не подтверждены.

Имеющиеся в материалах дела сведения о доходах физического лица, о выплатах произведенных плательщиками страховых взносов в пользу физического лица, которые были внесены в базу Фонда пенсионного и социального страхования РФ, не могут безусловно свидетельствовать о наличии между ФИО1 и ООО «Темп» трудовых отношений и не подтверждают того факта, что они были внесены ответчиком.

Оценивая заявленные истцом требованиям, суд исходит из того, что формальное соблюдение процедуры оформления трудовых отношений (внесение от имени ответчика сведений о ФИО1 как о работнике ООО «Темп» в пенсионный и налоговый органы) не является достаточным основанием для взыскания в пользу истца заработной платы, выплата которой производится за выполнение работником определенных трудовых обязанностей, при том, что в материалах дела не имеется относимых и допустимых доказательств допуска истца к исполнению трудовых обязанностей, доказательств выполнения ФИО1 должностных обязанностей финансового аналитика и врио директора Общества, судом не добыто. Представленные в дело доказательства не свидетельствуют о наличии между истцом и ответчиком трудовых отношений.

Кроме того, судом не установлены обстоятельства предоставления Обществом ФИО1, в период трудовых отношений, каких-либо гарантий и компенсаций, в том числе социального характера, как сотруднику ООО «Темп».

Не установлена при рассмотрении дела и экономическая, кадровая обоснованность принятия в спорный период в штат Общества финансового аналитика и врио директора. Между тем, даже формальное соблюдение процедуры оформления трудовых отношений (подача сведений в пенсионный и налоговый органы) не являются достаточным доказательством осуществления истцом трудовых обязанностей, без установления фактического его допуска к работе, осуществления трудовых обязанностей, за что предусмотрено начисление и выплата заработной платы.

При таких обстоятельствах, не установив обстоятельств личного выполнения истцом трудовых обязанностей по распоряжению, в интересах и под контролем работодателя, суд приходит к выводу о том, что правовые основания для: признания приказа ООО «Темп» об увольнении ФИО1 незаконным; изменения даты увольнения с 30 ноября 2023 года на 25 июля 2024 года; взыскания с ООО «Темп» в пользу ФИО1 задолженности по заработной плате в размере 240 000 руб. за период с 30 мая 2023 года по 30 ноября 2023 года; взыскания с ООО «Темп» в пользу ФИО1 суммы среднего заработка за время вынужденного прогула в размере 238 000 руб. за период с 30 ноября 2023 года по 25 июля 2024 года, отсутствуют.

При отсутствии факта нарушения трудовых прав истца, суд отказывает в удовлетворении его требований о взыскании компенсации морального вреда в размере 300000 руб.

При условии, что суд отказывает в удовлетворении исковых требований в полном объеме, оснований для проверки расчета истца относительно невыплаченных и полагающихся, по его мнению, денежных сумм не имеется, доводов в обоснование морального вреда, кроме как ссылок на нравственные страдания, не имеется.

В силу ст.393 ТК РФ истец по данному спору освобожден от уплаты госпошлины.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 167, 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

в удовлетворении исковых требования ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Темп» в лице конкурсного управляющего ФИО5 о признании приказа ООО «Темп» об увольнении незаконным; изменении даты увольнения ФИО1 из ООО «Темп» с ДД.ММ.ГГГГ на ДД.ММ.ГГГГ; взыскании с ООО «Темп» в пользу ФИО1 задолженности по заработной плате в размере 240 000 руб. за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; взыскании с ООО «Темп» в пользу ФИО1 суммы среднего заработка за время вынужденного прогула в размере 238 000 руб. за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; взыскании с ООО «Темп» в пользу ФИО1 компенсации морального вреда в размере 300 000 руб. отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный суд КБР через Майский районный суд КБР в течение месяца с момента изготовления в окончательной форме.

Решение в окончательной форме изготовлено 17 апреля 2025 года.

Председательствующий Р.Х. Ашабоков