№ 2-705(1)2022
64RS0028-01-2022-001532-81
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
18 августа 2022 г. г. Пугачев
Пугачевский районный суд Саратовской области в составе
председательствующего судьи Болишенковой Е.П.,
при секретаре Королевой Ю.Г.,
с участием истца ФИО1,
ее представителя ФИО2,
ответчика ФИО7,
представителя ответчика ФИО3,
третьего лица ФИО4,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО5, ФИО7, о применении последствий недействительности притворной сделки, переводе прав и обязанностей покупателя, прекращении права собственности,
установил:
ФИО1 обратилась с иском к ФИО5, ФИО7 о применении последствий недействительности притворной сделки, переводе прав и обязанностей покупателя, прекращении права собственности. В обоснование иска указала, что мать истца ФИО6 и ФИО5 являлись собственниками по ? доле у каждой в отношении жилого дома, расположенного по адресу: . После смерти матери истец вступила в права наследования и ДД.ММ.ГГГГ получив выписку из ЕГРН узнала, что произошло отчуждение ? доли ФИО5 ответчику ФИО7 По поручению истца ее сын ФИО4 через социальную сеть «Одноклассники» от родственника узнал место работы ФИО5 и о том, что она продала свою долю. Истец посетила ФИО5, которая сказала ей, что продала долю за 170000 руб., но оформили, как дарение у нотариуса. Позже через «Одноклассники» ФИО5 сообщила ФИО4 номер телефона ФИО7, где он указан, как «покупатель» и подтвердила, что продала долю 08.12.2021 за 170000 руб., оформили как дарение, из-за чего ФИО7 оплатил налог, и сделка со всеми сборами обошлась ему в 200000 руб. Позже в телефонных разговорах с ФИО4 ФИО5 и ФИО7 подтвердили факт купли-продажи. Таким образом договор дарения является притворной сделкой, фактически прикрывающей куплю-продажу доли в праве общей долевой собственности, что повлекло отчуждение доли с нарушением права истца на преимущественную покупку. Истец просила применить последствия недействительности к притворной сделке – договору дарения ? доли недвижимого имущества, расположенного по адресу: , заключенному между ФИО5 и ФИО7; перевести права и обязанности покупателя по указанному договору на ФИО1; взыскать с истца в пользу ФИО7 стоимость ? доли указанного дома в размере 200000 руб. путем списания данной суммы со счета Управления Судебного департамента в Саратовской области, которую она обязалась зачислить до 15.07.2022 в счет обеспечения иска; прекратить право собственности ФИО7 на ? долю вышеуказанного жилого дома.
В судебном заседании истец ФИО1 и ее представитель ФИО2 иск поддержали по вышеизложенным основаниям. Из их объяснений следует, что денежная сумма 200000 руб. на счет Управления Судебного департамента в Саратовской области истцом не внесена, но имеется в наличии на момент рассмотрения дела, просили взыскать данную сумму в пользу истца непосредственно с ФИО1
Ответчик ФИО5 о времени и месте судебного разбирательства извещена, в суд не явилась, направила для участия в деле своего представителя.
Представитель ответчика ФИО5 ФИО3 иск не признала. Из ее объяснений следует, что право на ? долю в отношении спорного дома ответчик получила в порядке наследования, наследство она не оформляла, дом был заброшен, в нем никто не жил, ответчику поступали жалобы от соседей на заросли травы, проникновения в дом, накопилась задолженность по налогам за дом, данная недвижимость была не нужна ФИО5 и тяготила ее. ФИО7 являлся давним другом отца ФИО5, много сделал для их семьи, и отец ФИО5 сказал ей подать ненужную долю ФИО7 ФИО5 согласилась, ФИО7 взял на себя все затраты на оформление документов и они оформили нотариальный договор дарения доли. Никаких денег за долю она от ФИО7 не получала, намерения продать долю не имела, на продажу ее не выставляла. Позже ФИО7 пояснил ей, что хочет купить вторую долю дома у ФИО1 за 170000 – 200000 руб., и та была не против, но посоветовавшись с сыном запросила большую сумму, ФИО7 преследовал цель купить долю за 170000 руб., хотел, чтобы ФИО1 не поднимала цену, и предложил ФИО5 сказать ФИО8, что как будто он купил ее долю за 170000 – 200000 руб., на что она согласилась и сказала сыну ФИО1, что продала долю за 170000 руб. Договор дарения оформлялся нотариально, ФИО5 поясняла нотариусу, что недвижимость ее тяготит, фактически ее доверительница является состоятельной женщиной, имеет постоянное место работы, ремонт своего дома сделала задолго до сделки. Считает, что переписка в социальной сети и телефонные переговоры не подтверждают притворность сделки, передачу денег на записи ФИО4 и ФИО7 вели переговоры о продаже доли ФИО1, голос ФИО5 на записи она подтвердить не может, в переписку можно дописать все, что угодно.
Ответчик ФИО7 иск не признал. Из его объяснений следует, что от своего давнего знакомого, с которым он раньше вместе работал, дружил и помогал ему, узнал, что у его дочери есть ? доля недвижимости, отец ФИО5 сказал ей отдать ФИО7 эту долю, и в декабре 2021 они оформили дарственную. Деньги за долю ФИО7 не платил, он только дал ФИО5 15000 руб. для оформления документов, уплаты налогов. ФИО5 потом пыталась вернуть ему эти деньги, но он их не взял. Еще до совершения дарения, а именно, в октябре 2021 года он встречался с ФИО1, сказал, что приобретает ? долю дома и предложил ей продать ему свою ? долю за 170000 руб., но ее сын сказал, что мало. ФИО7 подтвердил свое участие в телефонных разговорах с ФИО4, записи которых представлены суду, из его объяснений следует, что во время данных переговоров он говорил, что купил долю ФИО5 за 170000 руб., чтобы ФИО1 не завышала цену и назло ФИО4 Указал, что не согласен с использованием в качестве доказательств записей телефонных переговоров, так как сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия не допускаются и нарушают ст. 23, 24 Конституции Российской Федерации.
Третье лицо ФИО4 считал иск обоснованным. Подтвердил, что по поручению своей матери ФИО1 осуществил переписку в социальной сети «Одноклассники» и записанные им на видео телефонные разговоры по громкой связи с ФИО5, ФИО7, в которых ответчики подтвердили, что ФИО5 продала ФИО7 свою долю.
Представитель третьего лица администрации Пугачевского муниципального района Саратовской области о времени и месте судебного разбирательства извещен, в суд не явился.
В соответствии со ст. 167 ГПК РФ суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле.
Суд, выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, представителей, исследовав письменные доказательства, видео (аудио) записи телефонных переговоров, пришел к следующему.
В соответствии с п. 2 ст. 1 ГК РФ граждане и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе.
Согласно ст. 2 ГК РФ защита гражданских прав осуществляется путем признания права; восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения; признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки; самозащиты права; прекращения или изменения правоотношения; иными способами, предусмотренными законом.
В силу ч. 1 ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
На основании ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.
По правилам ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.
Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.
Часть 2 ст. 170 ГК РФ устанавливает, что притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.
Пунктом 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела части I первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).
Статья 431 ГК РФ определяет, что при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.
Из содержания приведенных выше норм следует, что притворная сделка фактически включает в себя две сделки: притворную сделку, совершаемую для вида (прикрывающая сделка) и сделку, в действительности совершаемую сторонами (прикрываемая сделка).
Поскольку притворная (прикрывающая) сделка совершается лишь для вида, одним из внешних показателей ее притворности служит несовершение сторонами тех действий, которые предусматриваются данной сделкой. Напротив, если стороны выполнили вытекающие из сделки права и обязанности, то такая сделка притворной не является. Таким образом, по основанию притворности недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки.
Учитывая изложенное, в предмет доказывания по делам о признании недействительными притворных сделок входит установление действительной воли сторон, направленной на достижение определенного правового результата, который они имели в виду при заключении договора.
В п. 1-3 ст. 250 ГК РФ указано, что при продаже доли в праве общей собственности постороннему лицу остальные участники долевой собственности имеют преимущественное право покупки продаваемой доли по цене, за которую она продается, и на прочих равных условиях, кроме случая продажи с публичных торгов, а также случаев продажи доли в праве общей собственности на земельный участок собственником части расположенного на таком земельном участке здания или сооружения либо собственником помещения в указанных здании или сооружении.
Продавец доли обязан известить в письменной форме остальных участников долевой собственности о намерении продать свою долю постороннему лицу с указанием цены и других условий, на которых продает ее.
Если остальные участники долевой собственности не приобретут продаваемую долю в праве собственности на недвижимое имущество в течение месяца, а в праве собственности на движимое имущество в течение десяти дней со дня извещения, продавец вправе продать свою долю любому лицу. В случае, если все остальные участники долевой собственности в письменной форме откажутся от реализации преимущественного права покупки продаваемой доли, такая доля может быть продана постороннему лицу ранее указанных сроков.
Особенности извещения участников долевой собственности о намерении продавца доли в праве общей собственности продать свою долю постороннему лицу могут быть установлены федеральным законом.
При продаже доли с нарушением преимущественного права покупки любой другой участник долевой собственности имеет право в течение трех месяцев требовать в судебном порядке перевода на него прав и обязанностей покупателя.
Из материалов наследственного дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 путем подачи заявления нотариусу приняла по всем основаниям оставшееся после умершей ДД.ММ.ГГГГ матери - ФИО6 - наследство, в том числе ? долю в праве общей долевой собственности на жилой дом, расположенный по адресу: , кадастровый и ? долю в правах и обязанностях по договору аренды земельного участка по указанному адресу, в отношении которых ей ДД.ММ.ГГГГ выданы свидетельства о праве на наследство по закону (л.д. 63, 69, 106, 105).
В силу п. 4 ст. 1152 ГК РФ принятое наследство признается принадлежащим наследнику со дня открытия наследства независимо от времени его фактического принятия, а также независимо от момента государственной регистрации права наследника на наследственное имущество, когда такое право подлежит государственной регистрации.
Таким образом вышеуказанная ? доля жилого дома принадлежит истцу ФИО1 со дня открытия наследства - с 18.09.2021.
Земельный участок под домом предоставлен органом местного самоуправления в аренду для индивидуального жилищного строительства распоряжением от ДД.ММ.ГГГГ -р.
Согласно имеющейся в материалах дела выписке из ЕГРН собственником другой ? доли на вышеуказанный жилой дом с 20.12.2021 является ФИО7
О применении последствий пропуска трехмесячного срока обращения с требованием о переводе прав и обязанностей покупателя в суде заявлено не было.
Из представленной копии на л.д. 43-44 следует, что 08.12.2021 ФИО5 (даритель) и ФИО7 (одаряемый) заключили договор дарения, по условиям которого даритель подарила одаряемому и передала ему в общую долевую собственность безвозмездно без всякой встречной передачи вещей или прав, либо встречных обязательств со стороны последнего, а одаряемый принял в дар 1/2 долю жилого дома и право аренды на земельный участок, находящиеся по адресу: . Указанная доля принадлежит дарителю на основании свидетельства о праве на наследство по завещанию, удостоверенного нотариусом 19.11.2021, о чем в ЕГРН 22.11.2021 сделана запись регистрации. Кадастровая стоимость 1/2 доли составляет 195034,94 руб. Текст договора прочитан, содержание понятно и соответствует волеизъявлению сторон. Участники сделки понимают разъяснения нотариуса о правовых последствиях совершаемой сделки. Условия сделки соответствуют их действительным намерениям.
Договор удостоверен 08.12.2021 ФИО9, нотариусом г. Пугачева и Пугачевского района Саратовской области. Нотариусом отмечено, что содержание договора соответствует волеизъявлению заявителей, договор подписан в присутствии нотариуса.
Доводы истца о притворности данного договора дарения не нашли своего подтверждения в судебном заседании.
Стороны по договору подтвердили факт заключения ими именно договора дарения доли, а наличие купли-продажи, факт передачи денег за долю - отрицали.
В судебном заседании установлено, что указанная недвижимость находилась в запущенном состоянии, ФИО5 не использовалась, тяготила ее и была подарена давнему другу отца ФИО5 ФИО7, который, напротив, имел интерес в приобретении не только доли ФИО5, но всего дома.
Так, из представленной суду фотографии видно, что вышеуказанный дом неухожен, находится в нежилом состоянии, частично отсутствуют стекла в окнах, придомовая территория заросла травой. Договором дарения подтверждается, что свидетельство о праве на наследство оформлено дарителем ФИО5 19.11.2021 непосредственно перед оспариваемой сделкой.
Согласно ст. 408 ГК РФ надлежащее исполнение прекращает обязательство. Кредитор, принимая исполнение, обязан по требованию должника выдать ему расписку в получении исполнения полностью или в соответствующей части. Если должник выдал кредитору в удостоверение обязательства долговой документ, то кредитор, принимая исполнение, должен вернуть этот документ, а при невозможности возвращения указать на это в выдаваемой им расписке. Расписка может быть заменена надписью на возвращаемом долговом документе. Нахождение долгового документа у должника удостоверяет, пока не доказано иное, прекращение обязательства.
Вышеизложенные положения ст. 408 ГК РФ устанавливают, что сделки, выражающиеся в предоставлении исполнения обязательства, заключаются в письменной форме – в виде расписок, письменных надписей на долговом документе.
Каких-либо письменных доказательств, достоверно подтверждающих факт передачи ФИО7 денежных средств ФИО5 за долю вышеуказанную долю, суду не представлено.
Представленные стороной истца скриншоты переписки в социальной сети «Одноклассники» не являются подтверждением доводов истца о фактическом заключении договора купли-продажи и передаче за долю ФИО7 ФИО5 денежных средств в размере 170000 руб., поскольку из указанной переписки следует, что первоначально 23 мая на прямой вопрос сына истца ФИО4 о том, правильно ли он понимает, что она свою долю продала и если это так, то ему необходимы контакты второго собственника и когда была продажа, ФИО5 ответила, что свою долю в декабре подарила ФИО7 и предоставила его телефон. И только спустя несколько дней на вопрос ФИО4, за сколько она продала долю, с пометкой ФИО4 «просто мы с ним ведем обсуждение, хотели бы ясность внести по организационным моментам», 3 июня ФИО5 ответила – 170000 руб., с налогами 200000 руб., что согласуется с объяснениями представителя ответчика ФИО5 ФИО3 и ответчика ФИО7 о том, что они (ФИО5 и ФИО7) договорились назвать такую сумму якобы продажной цены доли, для того, чтобы ФИО1 не завышала цену, поскольку данный ответ датируется ДД.ММ.ГГГГ, то есть после первого телефонного разговора ФИО4 с ФИО7 (28.05.2022), в ходе которого ФИО4 и ФИО7 вели переговоры о продаже доли ФИО1 и торги о ее цене. При таких обстоятельствах наименование в переписке ФИО7 «покупатель», а не «одаряемый», а также скриншот переписки с родственником сторон ФИО12, согласно которому он сообщил, что документы на долю были на Ольгу, и она свою долю продала, не могут достоверно свидетельствовать о фактическом статусе покупателя у ФИО7 и совершении между ответчиками договора купли-продажи.
Доводы ответчика ФИО7 о недопустимости использования в качестве доказательств записей телефонных разговоров, ввиду нарушения тайной личной жизни, являются необоснованными, поскольку запись телефонного разговора была произведена одним из лиц, участвовавших в этом разговоре - ФИО4 - по поручению своей матери - участника общей долевой собственности, и касалась вопросов общей долевой собственности. В связи с этим запрет на фиксацию такой информации на указанный случай не распространяется. Суду представлены исчерпывающие сведения о том, когда, кем и в каких условиях осуществлялись записи.
Из содержания указанных записей в совокупности следует, что ФИО7 и ФИО5 сообщали о совершении между ними купли-продажи спорной доли дома, из записей разговоров с ФИО7 следует, что доля куплена им за 170000 руб.
Вместе с тем, указанные записи телефонных переговоров ФИО4 не могут быть приняты судом в качестве бесспорных убедительных доказательств притворности договора дарения, поскольку в разговорах между ФИО7 и ФИО4 ведется речь о покупке доли, принадлежащей ФИО1, затронуты темы ее стоимости, между ФИО4 и ФИО7 ведутся торги о стоимости доли, и в судебном заседании заявлено о наличии между ответчиками договоренности сообщения ФИО8 вымышленных сведений о продаже доли за 170000 руб. с целью приобретения ФИО7 доли ФИО1 именно за такую сумму. Факт передачи денежных средств за долю в доме ФИО7 ФИО5, обстоятельства их передачи и размер суммы данные переговоры не подтверждают.
Кроме того представитель ФИО5 ФИО3 в судебном заседании не подтвердила, что на записи с ФИО4 записан разговор именно с ее доверительницей, что ставит под сомнение достоверность данного доказательства.
Фотографии с изображением ремонтных работ дома, предъявленные стороной истца в судебном заседании, доказательством притворности оспариваемого договора не являются, поскольку из них не следует, когда и где выполнены фотографии, кому принадлежит дом, и само по себе осуществление ремонта ФИО5 не свидетельствует о передаче ей ФИО7 оплаты за долю в доме.
Иных убедительных доказательств в подтверждение своих доводов сторона истца суду не представила.
Сведений о том, что ФИО5 осуществляла продажу доли дома через средства массовой информации, либо иными способами, нет. Данных о том, что ФИО5 имела какую-либо заинтересованность в продаже дома именно ФИО7, наличии намерения уклониться от продажи доли сособственнику ФИО1, наличии какой-либо финансовой либо иной выгоды от продажи доли дома ФИО7, по сравнению с имеющей преимущественное право покупки ФИО1, суду не представлено.
Оспариваемый договор дарения является нотариально удостоверенным, содержит отметку нотариуса о том, что содержание договора соответствует волеизъявлению заявителей.
При таких обстоятельствах правовые основания для вывода о притворности оспариваемого договора и применении к нему последствий недействительности, для перевода прав и обязанностей покупателя на ФИО1, для прекращения права собственности ФИО7 на долю, отсутствуют.
Кроме того наличие или отсутствие у участника долевой собственности денежных средств, достаточных для приобретения доли, имеет правовое значение при решении вопроса о переводе на него прав и обязанностей покупателя по договору купли-продажи в ходе рассмотрения по существу заявленного им иска. Именно на данной стадии процесса суд обязан проверить готовность участника долевой собственности купить долю по цене, предложенной продавцом.
В соответствии с абз. 5 п. 1.2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10.06.1980 N 4 "О некоторых вопросах практики рассмотрения судами споров, возникающих между участниками общей собственности на жилой дом", при разрешении споров, возникающих в связи с осуществлением участником долевой собственности преимущественного права покупки доли имущества при предъявлении такого иска истец обязан внести по аналогии с пунктом 1 статьи 96 ГПК РФ на банковский счет управления (отдела) Судебного департамента в соответствующем субъекте Российской Федерации уплаченную покупателем за долю квартиры сумму.
Истцом не представлено доказательств выполнения указанной обязанности, которую она, согласно тексту искового заявления обязалась исполнить в срок до 15.07.2022.
Доводы стороны истца о том, что соответствующая денежная сумма имеется у ФИО1 в наличии, судом не принимаются, поскольку установлен специальный вышеуказанный порядок подтверждения истцом своей платежеспособности, который истцу был известен, но не соблюден.
Данное обстоятельство является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении иска.
Руководствуясь ст.194-199 ГПК РФ, суд
решил:
в удовлетворении иска ФИО1 паспорт серия , к ФИО5, , ФИО7, о применении последствий недействительности притворной сделки, переводе прав и обязанностей покупателя, прекращении права собственности отказать.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Саратовский областной суд через Пугачевский районный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Решение в окончательной форме принято 25.08.2022.
Судья