Судья ЩетинкинаЕ.Ю. 24RS0035-01-2021-003952-30

Дело № 33-9172/2023

2.211

КРАСНОЯРСКИЙ КРАЕВОЙ СУД

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

02 августа 2023года г. Красноярск

Судебная коллегия по гражданским делам Красноярского краевого суда в составе

председательствующего ТуровойТ.В.,

судей АлександроваА.О., ГлебовойА.Н.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи МокинымВ.Е.

рассмотрела в открытом судебном заседании по докладу судьи ГлебовойА.Н.

гражданское дело по иску ФИО10 к ФИО11, ФИО12 о признании договора купли-продажи транспортного средства незаключенным, установлении факта владения транспортным средством на праве собственности, признании договора купли-продажи транспортного средства недействительным, встречному иску ФИО11 к ФИО10, ФИО13 о признании сделок недействительными, применении последствий недействительности сделок, аннулировании государственной регистрации, истребовании имущества из чужого незаконного владения,

по апелляционной жалобе С.Т.ИБ.

на решение Минусинского городского суда Красноярского края от 19 апреля 2023года, которым постановлено:

«Исковые требования ФИО10 к ФИО11, ФИО12 о признании недействительным договора купли-продажи транспортного средства, установления факта владения на праве собственности, признании недействительной сделки в виде договора купли-продажи удовлетворить в полном объёме.

Признать недействительным договор купли-продажи транспортного средства Mitsubishi L200, 2008 года выпуска, VIN №, государственный регистрационный знак № от 20.08.2018 заключенный между ФИО12 и ФИО11.

Признать за ФИО10 право собственности на транспортное средство Mitsubishi L200, с государственным регистрационным знаком № на основании договора купли-продажи заключенного между ФИО14 и ФИО10 в период с 19 августа 2018 года по 23.12.2020 (момент отчуждения спорного транспортного средства).

Признать недействительным договор купли-продажи транспортного средства Mitsubishi L200, VIN №, государственный регистрационный знак № от 22.07.2019, заключенной между ФИО10 и ФИО11.

Встречные исковые требования ФИО11 к ФИО10, ФИО13 о признании сделок недействительными, применении последствий недействительности сделок, и аннулировании записи государственной регистрации, об истребовании имущества из чужого незаконного владения, удовлетворить частично.

Признать недействительным договор купли-продажи транспортного средства Mitsubishi L200, VIN №, государственный регистрационный знак № от 03.08.2020, заключенный между ФИО11 и ФИО10.

В удовлетворении исковых требований ФИО11 к ФИО10, ФИО13 о признании недействительным договора купли-продажи транспортного средства Mitsubishi L200, VIN №, государственный регистрационный знак № от 25.02.2021, заключенного между ФИО10 и ФИО13, применении последствий недействительности сделки, аннулировании записи государственной регистрации на автомобиль Mitsubishi L200, VIN №, государственный регистрационный знак №, об истребовании имущества из чужого незаконного владения, отказать».

Заслушав докладчика, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Т.В.ВБ. обратился в суд с иском к С.Т.ИБ., У.В.ГБ. о признании договора купли-продажи транспортного средства незаключенным, установлении факта владения транспортным средством на праве собственности, признании договора купли-продажи транспортного средства недействительным.

Требования мотивированы тем, что Т.В.ВБ. является индивидуальным предпринимателем, оказывает услуги по аренде транспортных средств, для осуществления своей деятельности приобретает транспортные средства. Для работы в ООО «Иркутская нефтяная компания» летом 2018 года у истца появилась необходимость в приобретении транспортного средства. Транспортное средство – автомобиль Mitsubishi L200, государственный регистрационный знак №, Т.В.ВБ. приобрел в г.Черногорске у продавца У.В.ГВ. 20.08.2018, передав продавцу денежные средства за него. Приобретенное транспортное средство поставлено на регистрационный учёт на имя С.Т.ИБ., но при этом транспортное средство последней никогда не передавалось, она никогда им не управляла, расходы по его содержанию не несла, участие в приобретении не принимала. После приобретения автомобиля он был передан для работы в ООО «Иркутская нефтяная компания». Спорное транспортное средство в сентябре 2020 года продано М.Ю.СА., а в последующем М.Ю.СБ. реализовал его ООО «Медикс». Кроме того, 11.04.2019 Т.В.ВВ. на личные денежные средства приобретено транспортное средство – автомобиль Mitsubishi L200, VIN №, государственный регистрационный знак №, и поставлено на регистрационный учёт на имя своей дочери Ц.К.ВА. Транспортное средство приобреталось для развития бизнеса, увеличения дохода. Позже, между Т.В.ВВ. и Ц.К.ВА. был заключен договор купли-продажи спорного транспортного средства от 25.04.2019. Ответчик С.Т.ИВ. осуществляла свою трудовую деятельность у ИП Т.В.ВГ. в качестве главного бухгалтера. С целью сохранения вида уплаты налога (вмененного) и во избежание перехода на общий вид налогообложения при увеличении количества единиц техники 22.07.2019 между С.Т.ИБ. и Т.В.ВВ. заключен договор купли-продажи вышеуказанного транспортного средства. Данная сделка является мнимой, поскольку совершена с целью сохранения прежнего режима налогообложения. Поскольку С.Т.ИВ. фактически не приобретала у Т.В.ВГ. данный автомобиль, а он не передавал ей его во владение, пользование, распоряжение, денежные средства за автомобиль не передавались, соответственно право собственности у С.Т.ИБ. на автомобиль не возникло.

С учетом уточнения исковых требований Т.В.ВБ. просил признать незаключенным договор купли-продажи транспортного средства Mitsubishi L200, 2008 года выпуска, VIN №, государственный регистрационный знак №, между У.В.ГГ. и С.Т.ИБ. от 20.08.2018, установить факт владения Т.В.ВВ. на праве собственности транспортным средством Mitsubishi L200, 2008 года выпуска, VIN №, государственный регистрационный знак №, за период с 19.08.2018 по 23.12.2020, признать недействительным договор купли-продажи транспортного средства Mitsubishi L200, VIN №, государственный регистрационный знак №, заключенный между С.Т.ИБ. и Т.В.ВВ. 22.07.2019.

С.Т.ИВ. предъявила в суде встречный иск к Т.В.ВД., Т.Е.ВБ. о признании сделок недействительными, применении последствий недействительности сделок, аннулировании государственной регистрации, истребовании имущества из чужого незаконного владения. Просила признать недействительным договор купли-продажи транспортного средства Mitsubishi L200, VIN №, государственный регистрационный знак №, заключенный 03.08.2020 между С.Т.ИБ. и Т.В.ВВ., признать недействительным договор купли-продажи транспортного средства Mitsubishi L200, VIN №, государственный регистрационный знак №, заключенный 25.02.2021 между Т.В.ВВ. и Т.Е.ВБ., применить последствия недействительности указанных сделок с аннулированием регистрации автомобиля в ОГИБДД за Т.Е.ВБ., истребовать автомобиль у Т.Е.ВБ. в пользу С.Т.ИБ.

Требования мотивированы тем, что договор купли-продажи от 22.07.2019 года, по которому С.Т.ИВ. приобрела у Т.В.ВГ. автомобиль Mitsubishi L200, VIN №, государственный регистрационный знак №, соответствует требованиям действующего законодательства и полностью исполнен, в связи с чем признавать его недействительным оснований не имеется. В январе 2019 года Т.В.ВБ. предложил ей приобрести на вторичном рынке автомобиль марки Mitsubishi L200 и сдать его ему в аренду для работы в подрядной организации ООО «Иркутская нефтяная компания». В марте 2019 года Т.В.ВБ. нашёл подходящий автомобиль в г.Красноярске стоимостью 1750000 рублей. 10-11 апреля 2019 года С.Т.ИВ. передала Т.В.ВД. свои личные денежные средства для покупки спорного автомобиля. Расписка о передаче денежных средств не оформлялась. 12.04.2019 Т.В.ВБ. приобрел спорный автомобиль и пригнал его из г.Красноярска, при этом в договоре купли-продажи от 11.04.2019 собственником указана его дочь Ц.К.ВБ. Впоследствии, для оформления в ПАО «АТБ» кредитного договора на сумму 1750000 рублей, Т.В.ВБ. 25.04.2019 заключил со своей дочерью Ц.К.ВА. договор купли-продажи автомобиля Mitsubishi L200, VIN №, государственный регистрационный знак №, по которому он становится собственником вышеуказанного транспортного средства для подтверждения своей платежеспособности. На заемные денежные средства Т.В.ВБ. приобрел в лизинг ещё два автомобиля Mitsubishi L200, которые также зарегистрировал на себя и использовал в работе. По требованию С.Т.ИБ. о передаче принадлежащего ей автомобиля 22.07.2019 между ней и Т.В.ВВ. подписан договор купли-продажи спорного транспортного средства, по которому она поставила его на учёт в органах ОГИБДД на свое имя. В сентябре 2021 года С.Т.ИВ. узнала, что автомобиль Mitsubishi L200, государственный регистрационный знак №, ей более не принадлежит, поскольку выбыл из ее владения помимо ее воли в результате подделки подписи продавца С.Т.ИБ. в договоре купли продажи от 03.08.2020. Указанный договор явился для Т.В.ВГ. основанием для совершения последующей сделки купли-продажи данного автомобиля с покупателем Т.Е.ВБ. 25.02.2021. Поскольку на дату продажи автомобиля покупателю Т.Е.ВБ. продавец Т.В.ВБ. правами собственника не обладал, регистрация автомобиля на имя Т.Е.ВБ. в ОГИБДД является незаконной.

Судом первой инстанции постановлено приведенное выше решение.

В апелляционной жалобе С.Т.ИВ. просит решение отменить, в удовлетворении исковых требований Т.В.ВГ. к С.Т.ИБ. отказать, встречные исковые требования С.Т.ИБ. к Т.В.ВД. и Т.Е.ВБ. удовлетворить в полном объеме. Указывает, что суд не полностью исследовал материалы дела, дал неправильную оценку имеющимся в материалах дела доказательствам, в том числе свидетельским показаниям и письменным доказательствам, таким как договоры купли-продажи вышеуказанных автомобилей, из которых следует, что Т.В.ВБ. своей волей, в отсутствие согласия С.Т.ИБ. и от ее имени перепродавал принадлежащие ей автомобили третьим лицам с подделкой ее подписи. Указывает, что Т.В.ВБ. фактически оспаривает договор купли-продажи от 20.08.2018, стороной которого он не является. При этом, устанавливая факт владения Т.В.ВВ. спорным автомобилем, суд вышел за пределы уточненных требований в части периода владения. Также суд, по мнению заявителя, неправильно применил положения о сроке исковой давности, отказывая в заявлении С.Т.ИБ. о пропуске указанного срока по заявленным Т.В.ВВ. требованиям. Указывает, что вопреки выводам суда договор купли-продажи от 20.08.2018 не может быть признан мнимой сделкой и не является таковой с момента его совершения. Полагает, что материалы дела с достоверностью подтверждают ее правомочия собственника обоих указанных автомобилей.

В возражениях на апелляционную жалобу представитель Т.В.ВГ. – Ж.Е.ВА. просит решение оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании С.Т.ИВ. и ее представитель С.Н. на доводах апелляционной жалобы настаивали, просили ее удовлетворить.

Представители Т.В.ВГ.Ж.Е.ВА. и С.В.АА. в судебном заседании полагали решение суда законным и обоснованным, против удовлетворения апелляционной жалобы возражали.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились.

Разрешив вопрос о возможности рассмотрения дела в отсутствие лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте заседания суда апелляционной инстанции, не явившихся в судебное заседание, проверив материалы дела в соответствии с частью 1 статьи 327.1 ГПК РФ в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, выслушав объяснения С.Т.ИБ. и ее представителя С.Н., объяснения представителей Т.В.ВГ.Ж.Е.ВБ. и С.В.АБ. обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений, судебная коллегия не находит правовых оснований для отмены решения суда.

В соответствии с пунктом 2 статьи 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

По общему правилу, закрепленному в пункте 1 статьи 223 ГК РФ, право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором.

В случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом (пункт 2 статьи 223 ГК РФ).

Государственной регистрации в силу пункта 1 статьи 131 ГК РФ подлежат право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение.

Пунктом 2 статьи 130 ГК РФ установлено, что вещи, не относящиеся к недвижимости, включая деньги и ценные бумаги, признаются движимым имуществом. Регистрация прав на движимые вещи не требуется, кроме случаев, указанных в законе.

Согласно пункту 1 статьи 454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Транспортные средства не отнесены законом к объектам недвижимости, в связи с чем относятся к движимому имуществу.

Следовательно, при отчуждении транспортного средства действует общее правило относительно момента возникновения права собственности у приобретателя - момент передачи транспортного средства.

В соответствии со статьей 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Согласно статье 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Согласно пункту 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Исходя из смысла приведенной правовой нормы, мнимость сделки обусловлена тем, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Как следует из материалов дела и правильно установлено судом первой инстанции, на основании договора купли-продажи транспортного средства от 20.08.2018 У.В.ГД. продал, а С.Т.ИВ. приобрела транспортное средство – автомобиль MitsubishiL200, государственный регистрационный знак №, что следует из паспорта транспортного средства, в который внесена запись о постановке его на учёт на имя С.Т.ИБ. 21.08.2018.

С.Т.ИВ. в ходе рассмотрения дела поясняла, что автомобиль MitsubishiL200, государственный регистрационный знак №, она приобрела у У.В.ГВ. лично за наличные денежные средства в размере 900000 рублей, то есть без помощи третьих лиц. В судебных заседаниях ФИО11 поясняла, что спорное транспортное средство у У.В.ГВ. приобрёл от её имени и за её счёт, а также по её просьбе её зять ФИО1

Вместе с тем, согласно показаниям свидетеля ФИО2 весной 2018 года он лично приобрел транспортное средство MitsubishiL200, государственный регистрационный знак №, у У.В.ГВ., который на указанном автомобиле весной 2018 года приехал в г.Минусинск. Шаблон договора купли-продажи был заполнен ими в машине в двух экземплярах. Один экземпляр договора, а также подлинники СТС, ПТС, копию своего паспорта и ключи от автомобиля У.В.ГД. передал ФИО2, который передал У.В.ГБ. денежные средства в размере 500000 рублей. На регистрационный учёт на своё имя ФИО2 ставить автомобиль не стал, от имени У.В.ГВ. в начале лета 2018 года продал автомобиль знакомому ФИО3, при этом передал последнему также оригинал СТС, ПТС, копию паспорта У.В.ГВ. и комплект ключей. С.Т.ИГ. свидетель никогда не видел и никаких отношений с ней не имел, впервые увидел в помещении суда. Автомобиль он нашел по объявлению, созвонился с продавцом, выразил желание приобрести его.

Свидетель ФИО3 подтвердил показания ФИО2 в части приобретения им транспортного средства MitsubishiL200, государственный регистрационный знак №, у последнего, пояснил, что пользовался им и одновременно с этим продавал его, для чего опубликовал объявление. С Т.В.ВВ. ранее никогда знаком не был. После просмотра автомобиля Т.В.ВВ. стороны согласовали его стоимость, и ФИО3 передал Т.В.ВД. договор купли-продажи, в котором были указаны данные продавца У.В.ГВ. Также свидетель подтвердил, что ни С.Т.ИГ., ни ее зятя никогда не видел ранее, от её имени сделку с ними никто не заключал, денежные средства ни напрямую, ни через указанное третье лицо она ему не передавала. С.Т.ИГ. увидел впервые в здании суда.

Судом установлено, что С.Т.ИВ. состояла в трудовых отношениях с ИП Т.В.ВВ. в должности главного бухгалтера, что подтверждается приказами о приеме на работу от 02.01.2017, от 01.10.2019.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции С.Т.ИВ. пояснила, что в 2010 году она пришла работать к Т.В.ВД. бухгалтером. В 2018 году он предложил ей приобрести автомобиль и сдавать его ему в аренду для дополнительного дохода. Тогда она зарегистрировалась как индивидуальный предприниматель и стала приобретать автомобили на кредитные либо заемные средства. В 2018 году приобрела автомобиль Mitsubishi L200 с государственным регистрационным знаком №. В силу инвалидности сама она не могла приезжать смотреть автомобили, поэтому она поручила сделать это своему зятю. Он нашел автомобиль в Хакасии, она ему передала деньги, он съездил и пригнал автомобиль, привез договор купли-продажи, полностью подписанный продавцом, данные С.Т.ИБ. были вписаны, но ее подписи не было. Договор она подписала дома. На следующий день С.Т.ИВ. поставила автомобиль на учет в ГИБДД. Поскольку автомобиль требовался срочно, она сразу передала его по договору аренды и акту Т.В.ВД. для работы.

Из договора купли-продажи от 11.04.2019 следует, что Т.В.ВБ. купил, а ФИО4 продал за 1750000 рублей транспортное средство MitsubishiL200, VIN №.

Сторонами не оспаривалось, что сделка по приобретению транспортного средства MitsubishiL200, государственный регистрационный знак №, совершена Т.В.ВВ. 11.04.2019 с его собственником ФИО4, что подтверждается показаниями свидетелей ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8

В соответствии с договором купли-продажи транспортного средства – автомобиля MitsubishiL200, VIN №, государственный регистрационный знак №, от 22.07.2019 ИП Т.В.ВБ. продал, а С.Т.ИВ. купила указанный автомобиль стоимостью 1700000 рублей.

Порядок и сроки расчёта определены п. 2 договора, согласно которому денежная сумма в размере 1700000 рублей должна быть перечислена покупателем С.Т.ИБ. на расчетный счёт продавца Т.В.ВГ. в течение трех рабочих дней с момента заключения настоящего договора путём их перечисления на расчётный счет, указанный в договоре.

В ходе рассмотрения дела вышеуказанные обстоятельства, как и сами подписи в договоре, стороны не оспаривали. При этом Т.В.ВБ. указал на мнимость вышеуказанной сделки и отсутствие юридических последствий её совершения. С.Т.ИВ. в судебном заседании пояснила, что данная сделка является реальной, при этом не оспаривала, что транспортное средство с момента приобретения Т.В.ВВ. на имя Ц.К.ВА. в апреле 2019 года ей фактически не передавалось, как и не передавалось после совершения спорной сделки в виде договора купли-продажи от 22.07.2019, а всё время находилось у Т.В.ВГ. Также С.Т.ИВ. подтвердила, что ни в момент заключения оспариваемой сделки, ни после неё денежные средства в размере 1700000 рублей продавцу Т.В.ВД. она не передавала, поскольку передела ему их в апреле 2019 года, когда он поехал за его приобретением в г.Красноярск.

На основании договора-купли продажи от 03.08.2020 С.Т.ИВ. продала Т.В.ВД. транспортное средство MitsubishiL200, государственный регистрационный знак №, за 55000 рублей.

На основании договора-купли продажи от 25.02.2021 Т.В.ВБ. продал Т.Е.ВБ. транспортное средство MitsubishiL200, государственный регистрационный знак №, средство за 55000 рублей.

Согласно карточке учета транспортного средства 04.05.2019 Т.В.ВБ. на основании договора купли-продажи от 25.04.2019 поставил на учёт на своё имя транспортное средство MitsubishiL200, VIN №, государственный регистрационный знак №.

30.07.2019 указанное транспортное средство на основании договора купли-продажи от 22.07.2019 поставлено на регистрационный учёт на имя С.Т.ИБ.

Последняя регистрационная запись сделана 27.02.2021, в соответствии с которой собственником спорного транспортного средства стала Т.Е.ВБ. на основании договора купли-продажи от 25.02.2021.

С 25.02.2021 и по настоящее время собственником автомобиля MitsubishiL200, VIN №, государственный регистрационный знак №, является Т.Е.ВБ.

При рассмотрении дела судом установлено, что, несмотря на то, что все вышеуказанные сделки носили возмездный характер, фактически Ц.К.ВБ. по договору купли-продажи от 25.04.2019 денежные средства Т.В.ВД. не передавала, С.Т.ИВ. по договору купли-продажи от 22.07.2019 денежные средства Т.В.ВД. не передавала, Т.В.ВБ. по договору купли-продажи от 03.08.2020 денежные средства С.Т.ИБ. не передавал, Т.Е.ВБ. по договору купли-продажи от 25.02.2021 денежные средства Т.В.ВД. не передавала.

Фактически с апреля 2019 года автомобиль находится во владении Т.В.ВГ., который передал его для работы в ООО «Иркутская нефтяная компания».

Из представленных сведений федеральной информационной системы ГИБДД следует, что в 2019 году на имя С.Т.ИБ. на регистрационный учёт в органах ГИБДД было поставлено 11 единиц техники, в том числе 3 до приобретения спорного автомобиля, 1 единица в момент приобретения спорного автомобиля, и 7 единиц после.

Разрешая при таких обстоятельствах спор, суд первой инстанции, правильно применив нормы материального права, регулирующие спорное правоотношение, представленные доказательства, доводы и возражения сторон, пришел к выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения исковых требований Т.В.ВГ. в полном объеме, в связи с чем признал недействительным договор купли-продажи транспортного средства MitsubishiL200, государственный регистрационный знак №, от 20.08.2018, заключенный между У.В.ГГ. и С.Т.ИБ., признал за Т.В.ВВ. право собственности на этот автомобиль на основании договора купли-продажи, заключенного между ФИО3 и Т.В.ВВ., в период с 19.08.2018 по 23.12.2020, а также признал недействительным договор купли-продажи автомобиля MitsubishiL200, государственный регистрационный знак №, от 22.07.2019, заключенный между Т.В.ВВ. и С.Т.ИБ.

При этом суд обоснованно исходил из того, что договор купли-продажи от 20.08.2018 был совершен лишь для вида, без намерения создать соответствующие ему правовые последствия. Судом учтено, что С.Т.ИВ. с У.В.ГГ. указанный договор не заключала, транспортное средство ей фактически не передавалось и находилось в пользовании Т.В.ВГ., доказательств принятия автомобиля и уплаты за него денежных средств С.Т.ИБ. не представлено.

Разрешая требования Т.В.ВГ. в части признания недействительным договора купли-продажи от 22.07.2019, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что указанная сделка является мнимой, поскольку воля сторон не была направлена на заключение договора купли-продажи, а была связана с иными правоотношениями.

При этом суд исходил из того, что факт передачи С.Т.ИБ.Т.В.ВД. денежных средств на приобретение транспортного средства с государственным регистрационным знаком № не нашел своего подтверждения, доказательств своего участия в покупке транспортного средства и фактического владения им С.Т.ИБ. не представлено, собственником автомобиля ответчик себя не считала, мер к постановке его на регистрационный учёт на своё имя не принимала.

Удовлетворяя встречные требования С.Т.ИБ. в части признания недействительным договора купли-продажи транспортного средства MitsubishiL200, государственный регистрационный знак №, от 03.08.2020, заключенного между С.Т.ИБ. и Т.В.ВВ., суд первой инстанции исходил из недействительности договора купли-продажи от 22.07.2019, ввиду чего данный автомобиль на момент совершения сделки от 03.08.2020 фактически принадлежал Т.В.ВД.

Отказывая в удовлетворении встречных требований в части признания недействительным договора купли-продажи транспортного средства с регистрационным знаком №, от 25.02.2021, заключенного между Т.В.ВВ. и Т.Е.ВБ., применения последствий недействительности сделки, аннулирования записи государственной регистрации на данный автомобиль и истребования его из чужого незаконного владения, суд пришел к выводу о том, что Т.В.ВБ. являясь собственником автомобиля, распорядился им по оспариваемому договору по своему усмотрению.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, поскольку они мотивированы, соответствуют фактическим обстоятельствам и материалам дела, которым дана надлежащая оценка по правилам ст.67 ГПК РФ.

Доводы апелляционной жалобы об отсутствии у Т.В.ВГ. права оспаривать договор купли-продажи от 20.08.2018, поскольку он не является его стороной, не могут быть приняты во внимание.

В соответствии с абз. 2 п. 3 ст. 166 ГК РФ требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 84 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», согласно абз. 2 п. 3 ст. 166 ГК РФ допустимо предъявление исков о признании недействительной ничтожной сделки без заявления требования о применении последствий ее недействительности, если истец имеет законный интерес в признании такой сделки недействительной.

Таким образом, требование о признании ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено в том случае, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной, а предъявленный им иск выступает средством защиты нарушенного права и законных интересов такого лица.

Из системного толкования указанных положений следует, что для признания сделки ничтожной без применения последствий ее недействительности истец должен доказать наличие законного интереса.

Согласно п. 2.1 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 15.04.2008 №89-О-О установление того, какое лицо, заявляющее требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки, может признаваться заинтересованным по смыслу п. 2 ст. 166 ГК РФ, то есть субъектом, имеющим материально-правовой интерес в признании сделки ничтожной, в чью правовую сферу эта сделка вносит неопределенность и на чье правовое положение она может повлиять, как требующее исследования фактических обстоятельств конкретного дела, относится к компетенции суда, рассматривающего дело.

Под заинтересованным лицом следует понимать лицо, имеющее юридически значимый интерес в данном деле. Так, заинтересованным лицом может быть признан субъект, в отношении которого просматривается причинная связь между совершенной сделкой и возможной угрозой его законным интересам, когда его благо, прежде всего, имущественного характера, может пострадать или уже пострадало в результате совершения сделки. Условиями предоставления судебной защиты лицу, обратившемуся в суд с соответствующим требованием, являются установление наличия у истца принадлежащего ему субъективного материального права или охраняемого законом интереса, факта его нарушения и факта нарушения прав истца именно ответчиком. Сделка не может быть признана недействительной по иску лица, чьи имущественные права и интересы не затрагиваются данными нарушениями и не могут быть восстановлены при применении последствий недействительности заключенной сделки, поэтому лицо, обращающееся с требованием о признании сделки недействительной, должно доказать наличие защищаемого права или интереса.

Заявляя требования о признании недействительным договора купли-продажи автомобиля Mitsubishi L200 с регистрационным знаком №, заключенного между У.В.ГГ. и С.Т.ИБ. 20.08.2018, Т.В.ВБ. ссылался на то, что данный автомобиль он приобрел в целях осуществления предпринимательской деятельности у У.В.ГВ., передав продавцу личные денежные средства. После приобретения автомобиль был передан для работы в ООО «Иркутская нефтяная компания». При этом указанное транспортное средство хотя и было поставлено на регистрационный учёт на имя С.Т.ИБ., но при этом ей не передавалось, С.Т.ИВ. никогда им не пользовалась, расходы по его содержанию не несла, участие в приобретении не принимала.

При таких обстоятельствах судебная коллегия полагает, что требование о признании указанной сделки недействительной в силу ее мнимости заявлено Т.В.ВВ. правомерно, поскольку оспариваемым договором нарушается его законный интерес собственника данного автомобиля.

Доводы жалобы о том, что договор купли-продажи от 20.08.2018 мнимой сделкой не является, при рассмотрении дела своего подтверждения не нашли.

Судом установлено, что автомобиль MitsubishiL200 с регистрационным знаком № был изначально приобретен в 2018 году ФИО2 у У.В.ГВ., затем у ФИО2 - ФИО3, который впоследствии продал его Т.В.ВД. в г.Черногорске.

При этом свидетели ФИО2 и ФИО3 давали соответствующие показания о том, что С.Т.ИГ. или ее зятя они никогда не видели. При этом автомобиль на регистрационный учет на свое имя указанные лица не ставили.

Кроме того, из имеющихся в деле доказательств следует, что автомобиль во владение и пользование С.Т.ИБ. никогда не поступал, она не несла бремя по его содержанию и ремонту, не ставила на регистрационный учет на свое имя.

При таких обстоятельствах доводы С.Т.ИБ. о ее правомочиях собственника указанного автомобиля не могут быть приняты во внимание, поскольку опровергаются материалами дела.

Представленным сторонами доказательствам, в том числе показаниям свидетелей, судом была дана оценка в соответствии со ст. 67 ГПК РФ. Суд обоснованно признал показания свидетелей достоверными, поскольку они подтверждаются совокупностью иных доказательств по делу, и оснований сомневаться в их объективности не имелось.

Вопреки доводам апелляционной жалобы судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что срок исковой давности по заявленным требованиям Т.В.ВВ. не пропущен.

В соответствии с п. 1 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствии недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (п. 3 ст. 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося сторон

Согласно абз. 2 п. 101 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» течение срока исковой давности по названным требованиям, предъявленным лицом, не являющимся стороной сделки, начинается со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.

Из копий материалов гражданского дела по иску С.Т.ИБ. к ООО «Медикс», ФИО9 о признании недействительными договоров купли-продажи автомобиля Mitsubishi L200 с регистрационным знаком № от 23.12.2020, заключенного от имени С.Т.ИБ. с ФИО9 и от 23.12.2020, заключенного от имени ФИО9 с ООО «Медикс», находящегося в производстве Абаканского городского суда Республики Хакасия, следует, что определением от 20.07.2021 Т.В.ВБ. был привлечен к участию в деле в качестве третьего лица.

Таким образом, с указанной даты истец должен был узнать о начале исполнения оспариваемого договора.

С настоящим иском Т.В.ВБ. обратился в суд 17.01.2022.

Таким образом, срок исковой давности по заявленным требованиям истцом не пропущен, в том числе по требованию о признании недействительным договора купли-продажи от 22.07.2019, исполнение по которому началось не ранее 22.07.2019.

Доводы апелляционной жалобы ответчика о том, что Т.В.ВБ. своей волей, в отсутствие согласия С.Т.ИБ. и от ее имени перепродавал принадлежащие ей автомобили третьим лицам с подделкой ее подписи, не могут быть приняты во внимание, поскольку направлены на иную оценку доказательств по делу.

Отклоняя указанные доводы, судебная коллегия исходит из того, что обстоятельства дела свидетельствуют, что целью заключения сделки купли-продажи между Т.В.ВВ., как индивидуальным предпринимателем, и С.Т.ИБ. было не намерение передать право собственности на автомобиль С.Т.ИБ., а стремление исключить риск изменения режима налогообложения и увеличения связанных с этим расходов.

Ответчиком не опровергнуты факты того, что автомобиль в ее владение и пользование никогда не поступал, а она не несла бремя по его содержанию и ремонту, не ставила на регистрационный учет на свое имя.

Отклоняя доводы апелляционной жалобы о наличии оснований для удовлетворения встречного иска С.Т.ИБ., о неправильной оценке судом представленных доказательств, судебная коллегия отмечает, что в силу части 1 статьи 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

В соответствии с частью 1 статьи 196 ГПК РФ при принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению.

Таким образом, оценка доказательств и отражение ее результатов в судебном решении являются проявлением дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия, вытекающих из принципа самостоятельности судебной власти.

Несогласие стороны с приведенной судом оценкой не свидетельствует о нарушении или неправильном применении судом норм права.

Остальные доводы апелляционной жалобы, направленные на оспаривание судебного решения, судебная коллегия не может признать состоятельными, так как отсутствуют правовые основания для иной оценки обстоятельств настоящего спора. Приведенные выводы суда основаны на правильно примененных и истолкованных нормах материального закона, подлежащих применению к спорному правоотношению, не противоречат материалам дела и ответчиком не опровергнуты.

Таким образом, доводов, которые могли бы служить основанием для отмены или изменения решения суда, апелляционная жалоба не содержит.

При таких обстоятельствах принятое судом первой инстанции решение является законным и обоснованным, оснований для его отмены по доводам апелляционной жалобы не имеется.

Процессуальных нарушений, влекущих отмену решения суда, при рассмотрении дела судом первой инстанции не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 328, ст.329 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Минусинского городского суда Красноярского края от 19 апреля 2023года оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Председательствующий: Т.В.Турова

Судьи: А.О.Александров

ФИО15