Дело № 2а-4048/2022

11RS0005-01-2022-005903-85

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

г. Ухта Республики Коми

17 ноября 2022 года

Ухтинский городской суд Республики Коми в составе:

председательствующего судьи Хазиевой С.М.

при секретаре Рузиной Н.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному иску ФИО1 к Федеральному казённому учреждению «Исправительная колония №24» Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Республике Коми, Федеральной службе исполнения наказаний о взыскании компенсации в связи с ненадлежащими условиями содержания,

установил:

ФИО1 обратился в Ухтинский городской суд с административным иском к Федеральному казённому учреждению «Исправительная колония №24» Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Республике Коми (далее по тексту ФКУ ИК-24) о взыскании компенсации в связи с ненадлежащими условиями содержания в размере 120.000 руб. В иске указал, что отбывает наказание в ФКУ ИК-24. По прибытию в ИУ должен был содержаться в карантинном отделении, однако, на период содержания в карантине был помещен в одиночную камеру (далее также – ОК): в период с 14.11.2020 по 04.12.2020 в камеру №7, данный факт является нарушением, поскольку он должен был содержаться на общих условиях, а содержался в более строгих. Кроме того условия содержания в ОК не соответствовали установленным: в камерах отсутствовало горячее водоснабжение, водопроводная вода, подаваемая в камеры, была желтого цвета, имела неприятный запах, ее невозможно было пить; освещения в камере было недостаточно, в том числе из-за двухметрового забора, расположенного за окном; отсутствовала механическая вентиляция; санузел не изолирован, над ним расположена камера видеонаблюдения; розетки в камере отсутствовали; горячую воду сотрудники по просьбе не предоставляли; в камере недостаточно жилой площади, не мог свободно передвигаться по локальному участку.

Так же в период отбывания наказания истец неоднократно водворялся в ШИЗО, где условия содержания не соответствовали установленным: отсутствовало горячее водоснабжение, водопроводная вода, подаваемая в камеры, имела желтый цвет и неприятный запах, ее невозможно было пить; в камерах отсутствует механическая вентиляция; уборная не изолирована; из-за забора за окном в камеру не попадает дневной свет, искусственного освещения недостаточно; отсутствует вешалка, из-за чего вещи и предметы обихода приходилось складывать на пол; отсутствует механизм открывания/закрывания окна.

Определением суда от 26.10.2022 года к участию в деле в качестве административного соответчика привлечена Федеральная Служба исполнения наказаний (далее - ФСИН России).

В судебном заседании, проведенном с использованием системы видеоконференцсвязи административный истец на заявленных требованиях настаивал, доводы, изложенные в заявлении, поддержал.

Представитель административных ответчиков ФКУ ИК-24 УФСИН России по Республике Коми, ФСИН России по доверенности ФИО2 заявленные требования не признала.

Заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы данного дела, суд приходит к следующим выводам.

Согласно положениям статей 17 и 21 Конституции Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией РФ. Достоинство личности охраняется государством. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

Частью 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации определено, что права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Такие ограничения, могут быть связаны, в частности, с применением в качестве меры государственного принуждения к лицам, совершившим преступления и осужденным за это по приговору суда, уголовного наказания в виде лишения свободы, особенность которого состоит в том, что при его исполнении на осужденного осуществляется специфическое воздействие, выражающееся в лишении или ограничении его прав и свобод и возложении на него определенных обязанностей.

В силу части 2 статьи 10 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации (далее - УИК РФ), при исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации.

В силу ст. 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950г. (ратифицированной Россией в соответствии с федеральным законом от 30.03.1998г. № 54-ФЗ), никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

В соответствии с положениями ст. 12.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации (далее УИК РФ), лицо, осужденное к лишению свободы и отбывающее наказание в исправительном учреждении, в случае нарушения условий его содержания в исправительном учреждении, предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации, имеет право обратиться в суд в порядке, установленном Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации, с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение (ч.1).

Компенсация за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении присуждается исходя из требований заявителя с учетом фактических обстоятельств допущенных нарушений, их продолжительности и последствий и не зависит от наличия либо отсутствия вины органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих(ч.2).

Присуждение компенсации за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении не препятствует возмещению вреда в соответствии со статьями 1069 и 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации. Присуждение компенсации за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении лишает заинтересованное лицо права на компенсацию морального вреда за нарушение условий содержания в исправительном учреждении (ч.3).

Из указанной нормы следует, что денежная компенсация, взыскиваемая в порядке КАС РФ в случае нарушений условий содержания осужденного в исправительном учреждении, является своего рода, компенсацией за понесенные нравственные и физические страдания, так как в случае удовлетворения требований о взыскании указанной компенсации, в последующем осужденный теряет право на обращение в суд с требованием о взыскании компенсации морального вреда. Из указанных положений так же следует, что нарушением условий содержания в исправительном учреждении осужденному причиняются нравственные и/или физические страдания.

Соответственно юридически значимым и подлежащим доказыванию обстоятельством по делу о такой компенсации является факт причинения осужденному физических и нравственных страданий.

В силу статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Механизм содержания под стражей или отбывания наказания урегулирован законодательно, реализуется на основании нормативно-правовых актов и соответствующих актов Министерства юстиции Российской Федерации, которыми регламентированы условия содержания, права и обязанности лиц, содержащихся под стражей или отбывающих наказание, и лиц, ответственных за их содержание.

В соответствие с частью 3 статьи 101 УИК РФ администрация исправительных учреждений несет ответственность за выполнение установленных санитарно-гигиенических и противоэпидемических требований, обеспечивающих охрану здоровья осужденных.

Из материалов дела следует, что ФИО1 отбывает наказание в ФКУ ИК-24 УФСИН России по Республике Коми с 20.12.2011, содержится в строгих условиях отбывания наказания в отряде №1 СУОН. В период с 26.06.2020 по 14.11.2020 содержался в .....

Сторонами не оспаривается, что по прибытии 14.11.2020 в ФКУ ИК-24 административный истец до 04.12.2020 бы помещен в одиночную камеру.

В соответствии с положениями ст. 79 УИК РФ, прием осужденных к лишению свободы в исправительные учреждения осуществляется администрацией указанных учреждений в порядке, установленном Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений. Осужденные, прибывшие в исправительные учреждения, помещаются в карантинное отделение на срок до 15 суток. В период пребывания в карантинном отделение осужденные находятся в обычных условиях отбывания наказания.

Пунктом 8 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных приказом Минюста России от 16.12.2016 №295 (действовали до 16.07.2022) (далее – Правила) установлено, что при прибытии в ИУ осужденные проходят комплексную санитарную обработку в соответствии с требованиями Правил и размещаются в карантинном отделении, где в суточный срок проходят медицинское освидетельствование, и за ними устанавливается медицинское наблюдение продолжительностью до 15 суток.

В одиночную камеру осужденный может быть водворен в соответствии с положениями ст. 115 УИК РФ как применение меры взыскания за нарушение установленного порядка отбывания наказания.

Таким образом, по прибытии 14.11.2020 в ИУ истец должен был быть помещен в карантинное отделение, однако, был помещен в одиночную камеру.

По смыслу уголовно-исполнительного законодательства нахождение заключенных в карантинном отделении преследует цель предупреждения возможности переноса вирусных заболеваний в исправительное учреждение, изучения в этот период личных дел осужденных и принятия решения о направлении их в соответствующие колонии, тюрьмы, а внутри колонии - в отряд (бригаду) с тем, чтобы обеспечить соблюдение принципа дифференцированного исполнения наказания с учетом личности осужденного и совершенных им преступлений, а также размера назначенного срока лишения свободы.

Помещение осужденного, прибывшего в исправительное учреждение, в карантинное отделение является обязательным. В указанный период осужденные находятся в обычные условия отбывания наказания.

На основании постановления главного государственного санитарного врача ФСИН России от 07.04.2020 №98 «О введении дополнительных санитарно-противоэпидемических (профилактических) мер, направленных на недопущение возникновения и распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-19)» в период с 07.04.2020 содержание в карантинном отделении поступающих в учреждения УИС подозреваемых, обвиняемых, осужденных продлено до 20 дней.

Постановлением главного государственного санитарного врача ФСИН России от 15.04.2021 №248 ранее принятое постановление от 07.04.2020 №98 отменено, постановлено в период с 16.04.2021 до особого указания обеспечить содержание в карантинном отделении лиц, вновь поступающих в учреждения УИС, не менее 14 дней с момента прибытия.

Как указывает ответчик, истец был помещен в ОК ввиду отсутствия мест в карантинном отделении, однако, содержался в ОК на общих условиях, в связи с чем ему предоставлялось право просмотра телевизора и прогулки по расписанию карантинного отделения.

Поскольку учет лиц, находящихся в карантинном отделении не предусмотрен, проверить доводы истца, что на дату помещения его в одиночную камеру вместо карантинного отделения (14.11.2020) в карантинном отделении имелись места, не представляется возможным ввиду его длительного необращения за защитой своих прав (более 2 лет).

Истец по прибытии должен был быть изолирован от остального контингента на срок до 15 суток (в период с 07.04.2020 до 16.04.2021 – до 20 суток) для исключения риска распространения и заражения какими либо вирусными заболеваниями, что было достигнуто путем помещения истца в камеру ПКТ, где он содержался один. Также истец находился под медицинским наблюдением, как и осужденные, находящиеся в карантинном отделении.

Кроме того, как следует из отзыва административного ответчика, в указанный период административный истец содержался на условиях карантина и ему предоставлялся просмотр телевизора, прогулки и т.п. Доказательств, обратного суду не представлено.

Пребывание в карантинном отделении вызвано необходимостью установления медицинского наблюдения за вновь прибывшими осужденными из других учреждений для исключения распространения инфекционных заболеваний, поэтому цель подобной изоляции, даже в помещениях, предназначенных для строгих условий содержания, продолжительностью до 15 суток (в период с 07.04.2020 до 16.04.2021 – до 20 суток), не повлекло существенных отклонений от требований, установленных законом, которые могут рассматриваться в качестве нарушений условий содержания с учетом режима места принудительного содержания.

Приведенные административным истцом отклонения не свидетельствуют об унижении его достоинства и причинения такого расстройства и неудобства, степень которых превышала бы неизбежный уровень страдания, неотъемлемый от содержания в режимном объекте.

Что касается доводов истца о ненадлежащих условиях содержания в одиночной камере, суд приходит к следующему.

Осужденные обеспечиваются всем необходимым в соответствии с приказом ФСИН России от 27.07.2006 №512 «Об утверждении номенклатуры, норм обеспечения и сроков эксплуатации мебели, инвентаря, оборудования и предметов хозяйственного обихода (имущества) для учреждений, исполняющих наказание в виде лишения свободы, и следственных изоляторов Уголовно-исполнительной системы» (далее Приказ №512).

Приказом Минстроя России от 20.10.2017 № 1454/пр. утверждены и введены в действие «СП 308.1325800.2017.Свод правил. Исправительные учреждения и центры уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования (в двух частях)» (далее Свод правил).

В соответствии с ч. 1 ст. 99 УИК РФ, норма жилой площади в расчете на одного осужденного к лишению свободы в исправительных колониях не может быть менее двух квадратных метров. Исключений из норматива (не менее 2 кв.м. жилой площади на одного осужденного) мебели и иного инвентаря, санузла не предусмотрено.

Площадь камер ОК в соответствии с техническим паспортом составляет от 5,1 кв.м. до 5,6 кв.м., в связи с чем нарушений нормы ч. 1 ст. 99 УИК РФ, не установлено.

Довод административного истца, что из-за отсутствия ограждения санузла нарушалось его право на приватность отклоняется, поскольку в одиночной камере истец содержался один.

По вопросу осуществления круглосуточного видеонаблюдения, организованного в ФКУ ИК-24 УФСИН России по РК и направления видеокамеры на санитарный узел следует отметить, что в силу ст. 83 УИК РФ, администрация исправительных учреждений вправе использовать аудиовизуальные, электронные и иные технические средства надзора и контроля для предупреждения побегов и других преступлений, нарушений установленного порядка отбывания наказания и в целях получения необходимой информации о поведении осужденных.

Лицо, осуществляющее видеонаблюдение является должностным лицом, которое исполняет служебные обязанности согласно должностной инструкции. Указанное лицо предупреждается об ответственности в случае разглашения полученных сведений при осуществлении видеонаблюдения. Само по себе использование исправительными учреждениями технических средств контроля и надзора является частью механизма, обеспечивающего личную безопасность осужденных и персонала соответствующего учреждения, режима содержания осужденных, соблюдение их прав и исполнение ими своих обязанностей, в связи с чем, ведение видеонаблюдения не может расцениваться как действие, унижающее человеческое достоинство лиц, содержащихся под стражей, напротив, оно направлено на предотвращение возникновения либо своевременное выявление каких-либо ситуаций, составляющих угрозу, как для административного истца, так и иных лиц, недопущение нарушение прав сотрудниками учреждения.

Применение к лицу, совершившему преступление, наказания в виде лишения свободы предполагает изменение привычного уклада жизни осужденного, его отношений с окружающими и оказание на него определенного морально-психологического воздействия, чем затрагиваются его права и свободы, как гражданина, и изменяется его статус как личности.

Лицо, совершающее умышленное преступление, должно предполагать, что в результате подобных действий оно может быть лишено свободы и ограничено в правах и свободах, то есть такое лицо сознательно обрекает себя на ограничения, в том числе в правах на неприкосновенность частной жизни.

Таким образом, ограничение конституционных прав, в том числе на неприкосновенность частной жизни, является допустимым и оправданным в целях обеспечения личной безопасности осужденных, а также сотрудников учреждения.

Гарантируя каждому право на уважение его частной и семейной жизни, статья 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод вместе с тем допускает вмешательство со стороны публичных властей в осуществление его права в случаях, когда такое вмешательство предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности либо защиты прав и свобод других лиц.

Пунктом 19.3.6 Свода правил установлено, что во всех спальных комнатах и спальных помещениях, одноместных помещениях безопасного места, камерах, палатах зданий медицинского назначения следует предусматривать: приточную вентиляцию с механическим или естественным побуждением, при этом естественный приток воздуха обеспечивается через регулируемые оконные створки, фрамуги, форточки, клапаны или другие устройства, в том числе автономные стеновые воздушные клапаны с регулируемым открыванием; вытяжную вентиляцию с механическим или естественным побуждением.

Вентиляция в одиночных камерах естественная, однако, материалы дела и не содержат данных о том, что корпуса ИК по проекту предполагали вентиляцию с механическим побуждением (искусственная) и она не была построена либо пришла в негодность. Проветривание осуществляется через оконные проемы и вентиляционные каналы.

Качество воды центрального водоснабжения от администрации исправительного учреждения не зависит, поскольку центральное водоснабжение находится в ведении МУП «Ухтаводоканал» на основании государственных контрактов, в связи с чем несоответствие качества воды по санитарно-химическим показателям не свидетельствует о нарушении прав и законных интересов истца. Незначительные отклонения показаний нарушений качества воды постоянно исправляются, вреда осужденному не наносят, в компенсационном порядке у административного истца есть доступ к питьевой воде по его требованию.

Камеры карантинного отделения оборудованы баками для питьевой воды, кроме того, питьевая вода, в том числе кипяток, выдается осужденным в часы, отведенные для приема пищи, а также может быть выдана по отдельной просьбе осужденного. Доступ к употреблению питьевой воды не ограничен. Отсутствие розеток в одиночных камерах, установка которых нормативными документам не предусмотрена, в незначительный период времени – 20 дней, не является существенным нарушением прав истца.

Требования о подводке горячей воды к умывальникам и душевым установкам во всех зданиях были предусмотрены п.п. 19.2.1 и 19.2.5 Свода правил «Исправительные учреждения и центры уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования», утвержденных приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации от 20 октября 2017 года № 1454/пр, п. 8.1.1 СанПиН 2.1.2.2645-10 «Санитарно-эпидемиологические требования к условиям проживания в жилых зданиях и помещениях. Санитарно-эпидемиологические правила и нормативы», утвержденных постановлением Главного государственного врача РФ от 10 июня 2010 года № 64, Инструкцией по проектированию исправительных и специализированных учреждений уголовно-исполнительной системы Минюста РФ, утвержденной Приказом Минюста РФ от 02.06.2003 № 130-ДСП, которая впоследствии была признана утратившей силу приказом Минюста России от 22.10.2018 № 217-дсп.

Сторонами не оспаривается, что до 01.08.2022 (т.е. в спорный период) помещения ФКУ ИК-24 подводом горячего водоснабжения, оборудованы не были.

Судом установлено, что ФКУ ИК-24 не обеспечило административного истца горячим водоснабжением в период его содержания в одиночной камере - 20 дней.

Ввиду его длительного необращения за защитой своих прав (более 2 лет), проверить доводы о недостаточности освещения в одиночной камере в ноябре 2020 года не представляется возможным.

За время содержания в ФКУ ИК-24 УФСИН России по Республике Коми истец неоднократно выдворялся в ШИЗО: 21.07.2013 на 10 суток, 04.10.2016 на 5 суток, 21.08.2017 на 15 суток, 26.06.2018 на 15 суток, 17.07.2018 на 15 суток, 01.08.2018 на 15 суток, 15.07.2019 на 8 суток, 01.11.2019 на 10 суток, 02.04.2020 на 10 суток, 18.05.2020 на 11 суток, 11.06.2020 на 12 суток, 05.11.2020 на 4 суток, 04.12.2020 на 8 суток, 17.03.2021 на 3 суток, 05.07.2022 на 5 суток, 18.08.2022 на 10 суток, 02.11.2022 на 2 суток, где, как указывает истец, условия содержания не соответствовали установленным.

Из отзыва ответчика следует, что блок ШИЗО состоит из четырех камер площадью: камера №1 – 16,1 кв.м., камера №2 – 10,8 кв.м., камера №3 – 10,9 кв.м., камера №4 – 10,4 кв.м.; наполняемость камер – до 4-х осужденных. Камеры ШИЗО, в том числе, оборудованы санитарным узлом (антивандальным унитазом без сливного бачка, отделенный от остального помещения, обеспечивающий приватность). В столовой установлена система очистки воды, где осужденные могут обратиться к работнику кухни и набрать в бак питьевой воды. В помещениях ШИЗО имеется вентиляция с естественным побуждением, через форточки двух окон, установленных в секции и вентиляционные каналы над дверью. Естественное освещение в камерах ШИЗО поступает через окна размером 55х80 см, при этом на окнах установлены металлические решетки, что соответствует положениям подпункта 8 пункта 32 Наставления по оборудованию инженерно-техническими средствами охраны и надзора объектов уголовно-исполнительной системы, утвержденного приказом Минюста России №279 от 04.09.2006. окна оборудованы запорными устройствами, к которым у осужденных имеется доступ. Примерно в трех метрах от окон камер расположен забор жилой зоны, но естественного освещения достаточно, в ночное время работает дежурное освещение над входной дверью в камеру.

Таким образом, санитарный узел камер ШИЗО отделен от остального помещения, обеспечивая условия приватности.

В соответствии с ч. 2 ст. 64 Кодекса об административном судопроизводстве Российской Федерации (далее – КАС РФ) обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом по ранее рассмотренному гражданскому или административному делу не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении судом другого административного дела, в котором участвуют лица, в отношении которых установлены эти обстоятельства, или лица, относящиеся к категории лиц, в отношении которой установлены эти обстоятельства.

Решением Ухтинского городского суда от 03.02.2022 года по административному делу №2а-633/2022 с Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний России в пользу ФИО1 взыскана денежная компенсация за нарушение условий содержания в размере 10.000 рублей; в остальной части административных исковых требований ФИО1 к ФСИН России и ФКУ ИК-24 УФСИН России по Республики Коми, отказано.

Апелляционным определением Верховного суда Республики Коми от 23.05.2022 решение Ухтинского городского суда от 03.02.2022 изменено в части размера присужденной денежной компенсации - на сумму 50.000 руб., в остальной части решение оставлено без изменения.

Указанным решением установлено, что камеры блока ШИЗО оборудованы туалетом, отделенным от остального помещения экраном и отдельно стоящим умывальником, условия освещенности камер ФКУ ИК-24, в т.ч. камер штрафного изолятора, соответствуют нормам, что следует из протокола №23-о измерений условий освещения от 08.10.2021.

Таким образом, доводы истца о необеспечении приватности при использовании санитарного узла и недостаточности освещения камер блока ШИЗО не подтверждается. Так же отклоняется довод истца об отсутствии вешалки, поскольку указанного предмета мебели в камере ШИЗО колонии особого режима Приказом №512 не предусмотрено.

Как уже было отмечено выше, санитарными нормами обязательной приточно-вытяжной вентиляционной системы в камерах не предусмотрено. Вентиляция помещений осуществляется путем притока воздуха через форточки, фрамуги, либо через специальные отверстия в оконных створках.

Из акта проверки от 01.03.2018, от 25.07.2019 №95, от 28.11.2019 №163, от 11.09.2020, от 08.10.2021 №66 Филиала «ЦГСЭН ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России» следует, что санитарное состоянии камер удовлетворительное. Возможность проветривания камер имеется за счет форточек и вентиляционных отверстий (решеток), расположенных над входом в камеры. Форточки открываются свободно. Доступ к свежему воздуху имеется.

Так же выше было отмечено, что подача холодного водоснабжения и водоотведения осуществляется МУП «Ухтаводоканал» согласно государственным контрактам через присоединенную водопроводную сеть ФКУ ИК-24 УФСИН России по РК. При этом МУП «Ухтаводоканал» обязано осуществлять подачу воды установленного качества, не допускать ухудшения качества питьевой воды ниже показателей, установленных законодательством РФ в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения.

Питьевая вода администрацией исправительного учреждения доставляется в камеры для осужденных три раза в день, а в столовой исправительной колонии имеется система для очистки воды. Так же вода доставляется в камеры по просьбе, в связи с чем довод истца о недостаточном снабжении питьевой водой опровергается материалами дела.

Решением Ухтинского городского суда от 03.02.2022 года по административному делу №2а-633/2022 в пользу истца взыскана компенсация в том числе за отсутствие в блоке ШИЗО горячего водоснабжения за период с 2011 года по 03.02.2022 – дата принятия решения.

После 03.02.2022 истец водворялся в ШИЗО 4 раза: 17.03.2021 на 3 суток, 05.07.2022 на 5 суток, 18.08.2022 на 10 суток, 02.11.2022 на 2 суток. При этом с 01.08.2022 в ФКУ ИК-24 обеспечен подвод горячего водоснабжения, в связи с чем истец не был обеспечен горячим водоснабжением 8 суток (3 суток с 17.03.2022 и 5 суток с 05.07.2022).

Представленные в материалы административного дела доказательства и иные письменные документы, свидетельствуют о допущенных недостатках и нарушениях условий содержания в незначительный промежуток времени, когда истец содержался в ОК вместо карантинного отделения (20 суток), водворялся в камеры блока ШИЗО (на общий срок 8 суток), что не может быть принято судом в качестве существенного нарушения норм действующего законодательства, повлекшее нарушение прав и законных интересов административного истца, влекущее возможность взыскания в пользу административного истца денежной компенсации. В незначительный период режимных ограничений административному истцу была предоставлена возможность помывки, запретов в указанной части должностными лицами на административного истца не возлагалось. Материалы дела не содержат сведений о том, что административный истец в условиях короткого содержания в ОК и ШИЗО не мог удовлетворять свои потребности в гигиене. Поэтому, несмотря на допущенные нарушения, суд не усматривает оснований для взыскания денежной компенсации за нарушение условий содержания, поскольку факты бездействия администрации исправительного учреждения в указанный период носили краткосрочный характер, а отсутствие горячего водоснабжения в эти дни компенсировалось помывкой в бане и выдачей горячей воды по требованию.

Таким образом, учитывая, что существенных нарушений условий содержания административного истца в ФКУ ИК-24 УФСИН России по Республике Коми в заявленный период не нашли свое объективное подтверждение, либо они имеются, но не являются существенными отклонениями от таких требований, которые могли бы рассматриваться в качестве нарушений указанных условий, за которые может быть присуждена денежная компенсация, суд не находит оснований для удовлетворения заявленных требований.

Руководствуясь ст.ст.175-177, 227 КАС РФ, суд

решил:

В удовлетворении требований ФИО1 к Федеральному казённому учреждению «Исправительная колония №24» Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Республике Коми, Федеральной службе исполнения наказаний о взыскании компенсации в связи с ненадлежащими условиями содержания, отказать.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный суд Республики Коми через Ухтинский городской суд в течение месяца со дня составления мотивированного решения, с 02 декабря 2022 года.

Судья Ухтинского городского суда – Хазиева С.М.