Апелляционное определение по делу № 2-1382/2023 от 28.09.2023

САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

Рег. № 33-21565/202378RS0014-01-2022-008327-70

Судья: Виноградова О.Е.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Санкт-Петербург 28 сентября 2023 года

Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда в составе

председательствующего

Селезневой Е.Н.

судей с участием прокурорапри секретаре

ФИО1 ФИО2 ФИО3 А.А.ФИО4

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело №2-1382/2023 по апелляционным жалобам ФИО5, СПб ГБУЗ «Городская больница №26» на решение Московского районного суда Санкт-Петербурга от 20.02.2023 по иску ФИО5 к Санкт-Петербургскому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Городская больница № 26», Комитету имущественных отношений Санкт-Петербурга о взыскании компенсации морального вреда, причиненного смертью родственника, исковое заявление ФИО5 к ФИО6 о возмещении материального ущерба, взыскании компенсации морального вреда, причиненных преступлением.

Заслушав доклад судьи Селезневой Е.Н., объяснения истца ФИО5, представителя ответчика СПб ГБУЗ «Городская больница № 26» ФИО7, представителя ответчика ФИО6: ФИО8, представителя третьего лица СПАО «Ингосстрах»: ФИО9, заключение прокурора, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда

УСТАНОВИЛА:

19 апреля 2022 года истец обратилась в Московский районный суд Санкт-Петербурга с иском к ответчику ФИО6 в котором, уточнив заявленные исковые требования в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, просила взыскать с ФИО6 в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 3000000 рублей, возмещение материального вреда, причиненного преступлением в размере 1 102 283,80 рублей. Иск был принят к производству, гражданскому делу присвоен номер №2-2689/2023 (2-9900/2022).

13 июля 2022 года истец обратилась в Московский районный суд Санкт-Петербурга с иском к ответчику СПб ГБУЗ «Городская больница № 26» как к бывшему работодателю ФИО6 о возмещении вреда, причиненного преступлением, просила взыскать с данного ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 5 000 000 рублей. Иск принят к производству, гражданскому делу присвоен номер № 2-1382/2023 (2-8334/2022).

16 января 2023 года на основании определения суда гражданское дело № 2-2689/2023 (2-9900/2022) было объединено с гражданским делом № 2-1382/2023 (2-8334/2022), делу присвоен единый номер 2-1382/2023 (2-8334/2022).

<...>

Приговором Московского районного суда г. Санкт-Петербурга от 28 октября 2021 года по делу №1-272/2021 ФИО6 осуждена по ч.2 ст.109 УК РФ к наказанию в виде ограничения свободы сроком на 1 год с ограничениями бытового характера. Также с ФИО6 в пользу потерпевшей ФИО5 взыскана сумма причиненного преступлением материального ущерба в размере 1 032 127 рублей, а также моральный вред в сумме 3 000 000 рублей, а всего 4 032 127 рублей.

Апелляционным постановлением судебной коллегии по уголовным делам Санкт-Петербургского городского суда от 11 марта 2022 года по уголовному делу № 1-272/2021, приговор Московского районного суда Санкт-Петербурга от 28 октября 2021 года по уголовному делу № 1-272/2021 изменен: исключена часть ограничений в отношении осужденной ФИО6; ФИО6 освобождена от назначенного наказания согласно ст. 78 УК РФ, п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с истечением срока давности уголовного преследования. Приговор в части разрешения гражданского иска потерпевшей ФИО5 о взыскании с ФИО6 морального вреда в сумме 3 000 000 рублей и материального ущерба в сумме 1 032 127 рублей отменен. Дело в этой части передано на новое рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства.

Потерпевшей по указанному уголовному делу признана мать ФИО10 – ФИО5

Истец указывает, что данным преступлением ей причинены физические и нравственные страдания, вследствие смерти ее дочери ФИО10 по вине работника больницы – ФИО6

Решением Московского районного суда Санкт-Петербурга от 20 февраля 2023 года исковые требования ФИО5 удовлетворены частично: с Санкт-Петербургского государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Городская больница № 26» в пользу ФИО5 взыскана компенсация морального вреда, причиненного смертью родственника, в размере 1 200 000 рублей.

При недостаточности имущества Санкт-Петербургского государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Городская больница № 26», на которое может быть обращено взыскание, субсидиарная ответственность по обязательствам Санкт-Петербургского государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Городская больница № 26» перед ФИО5, возникшим на основании настоящего судебного акта, возложена на Санкт-Петербург в лице Комитета имущественных отношений Санкт-Петербурга. В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО5 отказано. Также с Санкт-Петербургского государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Городская больница № 26» в доход бюджета Санкт-Петербурга взыскана государственная пошлина в размере 300 рублей.

Не согласившись с указанным решением истец подала апелляционную жалобу, в которой полагает решение суда подлежащим отмене, указывая на неправомерность отказа в удовлетворении требований в отношении ФИО6, чрезмерно сниженный размер компенсации морального вреда.

В своей апелляционной жалобе ответчика СПб ГБУЗ «Городская больница №26» оспаривает постановленное решение суда в части определенного судом размера компенсации морального вреда.

В заседании суда апелляционной инстанции истец поддержала доводы своей апелляционной жалобы, возражала по доводам апелляционной жалобы СПб ГБУЗ «Городская больница №26».

Представители ответчика СПб ГБУЗ «Городская больница №26», третьего лица СПАО «Ингосстрах» поддержали апелляционную жалобу СПб ГБУЗ «Городская больница №26».

Представитель ответчика ФИО6 полагал решение суда законным и обоснованным.

Представитель ответчика Комитета имущественных отношений Санкт-Петербурга, третьи лица Комитет финансов Санкт-Петербурга, Комитет по здравоохранению Санкт-Петербурга в заседание судебной коллегии своих представителей не отправили, о времени и месте проведения судебного заседания извещены надлежащим образом по правилам ст. 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ходатайства об отложении слушания дела и документов, подтверждающих уважительность причин своей неявки не представили, в связи с чем, руководствуясь положениями ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия полагает возможным рассмотреть дело при имеющейся явке.

Прокурор в своем заключении полагала решение суда законным и обоснованным.

Изучив материалы дела, выслушав объяснения явившихся лиц, обсудив доводы апелляционных жалоб, проверив в порядке ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность решения суда в пределах доводов жалоб, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела и было установлено судом первой инстанции ФИО10, ДД.ММ.ГГГГ г.р. являлась дочерью истца.

<...>

Исследовав материалы дела, с учетом принципов разумности и справедливости, суд пришел к выводу о взыскании в рассматриваемом случае с ответчика СПб ГБУЗ «Городская больница № 26» в пользу истца денежной компенсации морального вреда, причиненного преступлением, в размере 1 200 000 рублей.

При этом судом указано, что при недостаточности имущества СПб ГБУЗ «Городская больница № 26», на которое может быть обращено взыскание, взыскание следует производить в порядке субсидиарной ответственности с Санкт-Петербурга в лице Комитета имущественных отношений Санкт-Петербурга.

В порядке ст. 103 ГПК РФ с СПб ГБУЗ «Городская больница № 26» взыскана государственная пошлина в доход бюджета Санкт-Петербурга в размере 300 рублей.

Проверяя законность постановленного решения с учетом доводов апелляционных жалоб, судебная коллегия приходит к следующему.

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее также - Федеральный закон "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В силу статьи 4 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" к основным принципам охраны здоровья граждан относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Согласно статье 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.

Семейная жизнь в понимании статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.

Из норм Конвенции о защите прав человека и основных свобод и их толкования в соответствующих решениях Европейского Суда по правам человека в их взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положениями статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относятся жизнь и здоровье, охрана которых гарантируется государством в том числе путем оказания медицинской помощи. В случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 "Обязательства вследствие причинения вреда" (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Как разъяснено в абзаце втором пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (абзац второй пункта 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда").

В пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина" даны разъяснения о том, что по общему правилу, установленному статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (абзацы третий и четвертый пункта 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина").

По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинная связь между наступившим вредом и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. Гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если не докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации. Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда влечет наступление негативных последствий в виде физических и нравственных страданий потерпевшего. При этом закон не содержит указания на характер причинной связи (прямая или косвенная (опосредованная) причинная связь) между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим моральным вредом и не предусматривает в качестве юридически значимой для возложения на причинителя вреда обязанности возместить моральный вред только прямую причинную связь.

Следовательно, для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага (в настоящем случае - право на родственные и семейные связи), при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В ходе рассмотрения настоящего дела было установлено и сторонами не оспаривалось, что смерть ФИО10, дочери истца, произошла вследствие ненадлежащего исполнения своих профессиональных обязанностей врача-анестезиолога-реаниматолога 1 отделения анестезиологии-реанимации СПб ГБУЗ «Городская больница № 26» ФИО6

Согласно абзацу первому пункта 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Применительно к правилам, предусмотренным главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ (абзац второй пункта 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как разъяснено в пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни, здоровью гражданина", ответственность юридического лица или гражданина, предусмотренная пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации, наступает за вред, причиненный его работником при исполнении им своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании заключенного трудового договора (служебного контракта).

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации), устранить эти страдания либо сгладить их остроту. Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении (пункты 27-30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

Как следует из материалов дела, в обоснование заявленной суммы компенсации морального вреда, истец указала, что погибшая ФИО10 являлась долгожданной дочерью, с которой они вместе проживали, вели совместное хозяйство, были близки.

При этом судебная коллегия отмечает, что жизнь и здоровье близкого человека бесценна и его потеря влечет тяжелый эмоциональный стресс, нарушает психическое состояние на всю оставшуюся жизнь, безвозвратно меняет привычный уклад жизни, заставляя приспосабливаться к новым условиям.

Кроме того, оценивая правильность определенного судом первой инстанции размера присужденной компенсации морального вреда, судебная коллегия принимает во внимание, что основанным видом деятельности ответчика является оказание медицинской помощи, что накладывает на него повышенные требования по подбору кадров в состав врачей. В настоящем случае, приговором Московского районного суда Санкт-Петербурга по делу №1-272/2021 установлено, что при оказании медицинской помощи ФИО10 были допущены дефекты диагностики и лечения.

<...>

- пред началом анестезии не установила назогастральный зонд с целью декомпрессии желудка;

-при проведении интубации трахеи после неудачной попытки не использовала «улучшенное положение Джексона (положение человека вдыхающего утренний воздух», положение на спине, голова приподнята) с целью более эффективной визуализации голосовой щели; не применила проводники (для прохода эндотрахеальной трубки) и стилеты;

- при проведении интурбации трахеи после неудачной попытки с целью обеспечения проходимости дыхательных путей не использовала надгортанный воздуховод и ларингеальную маску, что обязательно входит в протокол трудной интурбации;

- после неудачной интурбации трахеи не произвела попытку разбудить пациентку и интурбировать ее трахею в сознании;

- не произвела повторное введение миорелаксанта «Листенона», который является короткодействующим миорелаксантом, так как отсутствие миорелаксации при отсутствии сознания крайне негативно сказывается на эффективности искусственной вентиляции легких, податливости дыхательных путей и легочном обмене;

-не произвела 3 попытки интурбации трахеи до прихода врача-эндоскописта;

-не дала интерпретацию возможному генезу развившегося отека легких, в результате чего вышеуказанные действия и бездействие ФИО6 привели к смерти ФИО10 вследствие дыхательной недостаточности с развитием гипоксии, развившейся вследсвие недостаточного объема кислорода, поступающего в легкие в процессе введения в общую анестезию (недостаточная искусственная дыхательная поддержка), сопровождающуюся критически снижением сатурации кислородом крови при медикаментозном отключении сознания и самостоятельного дыхания, что привело к фибрилляции желудочков и остановке сердца, осложнившаяся отеком головного мозга, развившаяся на фоне интоксикационного синдрома вследствие острого флегмонозного аппендицита, ограниченного фиброзно-гнойного перитонита и оментита, множественной хронической соматической патологии и анатомических особенностей строения шеи.

<...>

При этом судебная коллегия отмечает, что судом первой инстанции не указано на конкретные обстоятельства, послужившие основанием для снижения присужденной компенсации морального вреда более чем в два раза, по сравнению с размером, определенным приговором Московского районного суда Санкт-Петербурга от 28 октября 2021 года по делу №1-272/2021.

Доводы апелляционной жалобы о том, что ответчик является бюджетной организацией, в связи с чем оспариваемое решение поставит его в трудное финансовое положение, не может быть принят во внимание, поскольку в рассматриваемом случае статус лечебного учреждения не подлежит учету и не может являться законным основанием для снижения взыскиваемой компенсации морального вреда. Гражданский кодекс Российской Федерации предусматривает возможность уменьшения размера возмещения вреда с учетом имущественного положения причинителя вреда лишь тогда, когда такой вред причинен гражданином (пункт 3 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации), а не юридическим лицом.

Доводы апелляционной жалобы истца о том, что надлежащим ответчиком по заявленным требованиям является ФИО6, судебной коллегией отклоняются, поскольку в материалах дела отсутствуют доказательства того, что смерть ФИО10 причинена не в результате осуществления ФИО6 трудовых обязанностей.

Вместе с тем, судебная коллегия полагает постановленное решение суда подлежащим отмене в части отказа в удовлетворении требований о взыскании расходов на погребение.

Статьей 1094 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы.

Судебная коллегия отмечает, что с учетом характера спорного правоотношения его рассмотрение требовало обязательного процессуального соучастия (статья 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации и часть 3 статьи 40 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) СПб ГБУЗ «Городская больница № 26», в связи с чем расходы на погребение подлежат взысканию с данного ответчика.

В соответствии со ст. 3 Федерального закона от 12.01.1996 № 8-ФЗ "О погребении и похоронном деле" погребение определяется как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям. Погребение может осуществляться путем предания тела (останков) умершего земле (захоронение в могилу, склеп), огню (кремация с последующим захоронением урны с прахом), воде (захоронение в воду в порядке, определенном нормативными правовыми актами Российской Федерации).

Общеизвестно, что при погребении тела человека, русскими обычаями предусмотрено его поминание, на месте захоронения согласно сложившимся традициям и обычаям предусмотрена установка памятника, оградки. Указанные обстоятельства, как общеизвестные, в силу ч. 1 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не нуждаются в доказывании.

С учетом изложенного, в состав расходов на достойные похороны (погребение) включаются как расходы по предоставлению гроба и других ритуальных предметов (в том числе, расходы по комплексу работ по восстановлению и сохранению внешнего вида умершего), перевозка тела умершего на кладбище, организация подготовки места захоронения, непосредственное погребение, организация поминального обеда в день захоронения, так и установка памятника, обустройство ограды, поскольку установка памятника на могиле умершего и благоустройство могилы общеприняты и соответствуют традициям населения России, являются одной из форм сохранения памяти об умершем.

Согласно материалам дела истцом понесены расходы на ритуальные услуги в размере 18 730 рублей, 20 940 рублей, 2 365 рублей, 9 100 рублей, 2 280 рублей, 24 500 рублей, 900 рублей (л.д. 74-79 том №2), а также 52 589 рублей (л.д. 91 том №2), что подтверждается представленными квитанциями, в связи с чем общая сумма в размере 131 404 рубля подлежит взысканию с СПб ГБУЗ «Городская больница № 26».

Требования в отношении расходов, понесенных иными лицами, истец не поддержала.

Также судебная коллегия отмечает, что расходы, понесенные потерпевшим в связи с его участием в ходе предварительного расследования и в суде, включая расходы на представителя, не относятся к предмету гражданского иска, а вопросы, связанные с их возмещением, разрешаются в соответствии с положениями статьи 131 УПК РФ о процессуальных издержках.

Статьей 1072 ГК РФ предусмотрено, что лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

В материалы дела представлен Договор (полис) страхования профессиональной ответственности медицинских работников и медицинских учреждении N 433-191-100725\19 от 22.01.2020 между СПб ГБУЗ «Городская больница №26» и СПАО "Ингосстрах" на период с 1 января 2020 года по 31 марта 2020, обе даты включительно (л.д. 119-121).

Договор заключен и действует в соответствии с Общими условиями по страхованию профессиональной ответственности от 06.05.2019 (л.д.122) и Дополнительными условиями страхования профессиональной ответственности врачей (л.д.129) прилагаемые к настоящему договору и являющимися его неотъемлемой частью (п. 3.1 Договора.).

Согласно позиции СПАО "Ингосстрах", изложенной как суду первой, так и суду апелляционной инстанций, со ссылкой на условия договора и Общие условия по страхованию профессиональной ответственности в силу п. 10.1. и п. 10.2 Договора страхования, моральный вред, размер которого установлен судом, подлежит выплате только на основании судебного решения, вступившего в законную силу, установившего обязанность страхователя возместить ущерб, причиненный выгодоприобретателям.

Таким образом, оснований для возложения обязанности по возмещению компенсации морального вреда на страховую компанию не имеется.

При этом судебная коллегия отмечает, что согласно пункту 1.2 Устава СПб ГБУЗ «Городская больница № 26» Комитет имущественных отношений Санкт-Петербурга (КИО СПб) является собственником имущества учреждения.

Абзац 2 пункта 1.6 Устава СПб ГБУЗ «Городская больница № 26» устанавливает, что по обязательствам учреждения, связанным с причинением вреда гражданам, при недостаточности имущества учреждения, на которое в соответствии с настоящим пунктом может быть обращено взыскание, субсидиарную ответственность несет собственник, то есть КИО СПб.

Функции и полномочия Комитета по здравоохранению Санкт-Петербурга, как исполнительного органа, в ведении которого находятся бюджетные учреждения – учредителя данных бюджетных учреждений, свидетельствуют о том, что Комитет по здравоохранению, как учредитель, не несет ответственности по обязательствам учреждения вследствие причинения вреда гражданам, при недостаточности имущества учреждения, на которое может быть обращено взыскание.

Кроме того, согласно абзацу 1 пункта 5 статьи 123.33 Гражданского кодекса Российской Федерации бюджетное учреждение отвечает по своим обязательствам всем находящимся у него на праве оперативной управления имуществом, в том числе приобретенным за счет доходов, полученных от приносящей доход деятельности, за исключением особо ценного движимого имущества, закрепленного за бюджетным учреждением собственником этого имущества или приобретенного бюджетным учреждением за счет средств, выделенных собственником его имущества, а также недвижимого имущества независимо от того, по каким основаниям оно поступило в оперативное управление бюджетного учреждения и за счет каких средств оно приобретено.

Абзац 2 пункта 5 статьи 123.33 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливает, что по обязательствам бюджетного учреждения, связанным с причинением вреда гражданам, при недостаточности имущества учреждения, на которое может быть обращено взыскание, субсидиарную ответственность несет собственник имущества бюджетного учреждения.

Комитет по здравоохранению является исполнительным органом государственной власти Санкт-Петербурга, полномочия которого определены в Положении о Комитете по здравоохранению, утвержденном постановлением правительства Санкт-Петербурга от 27.12.2013 №1070.

Согласно п.1.3 Положения Комитет по здравоохранению является органом, уполномоченным на осуществление функций и полномочий учредителя, находящихся в его ведении государственных бюджетных учреждений Санкт-Петербурга, созданных на базе имущества, находящегося в государственной собственности Санкт-Петербурга.

Пунктом 1.8 Положения установлено, что в ведении Комитета находятся государственные учреждения Санкт-Петербурга в соответствии с перечнем согласно приложения к Положению далее –Перечень).

Согласно Перечню Санкт-Петербургское государственное бюджетное учреждение здравоохранения «Городская больница №26» является учреждением, подведомственным Комитету по здравоохранению.

Согласно п.4.12 Положения Комитет осуществляет в установленном порядке функции государственного заказчика Санкт-Петербурга, главного распорядителя средств бюджета Санкт-Петербурга.

Согласно п.1.2 Устава Учреждения его учредителем является Санкт-Петербург в лице Комитета имущественных отношений Санкт-Петербурга и Комитет по здравоохранению.

Учреждение находится в ведении Комитета по здравоохранению, осуществляющего координацию деятельности Учреждения.

В соответствии с Положением об осуществлении от имени Санкт-Петербурга исполнительными органами государственной власти Санкт-Петербурга функций и полномочий учредителя государственных бюджетных учреждений Санкт-Петербурга, утвержденном постановлением Правительства Санкт-Петербурга от 28.04.2016 №306 Комитет по здравоохранению формирует и утверждает государственное задание на оказание государственных услуг, а также осуществляет финансовое обеспечение выполнения государственного задания в установленных Правительством Санкт-Петербурга порядке.

В соответствии с п.6 ст. 9.2 Федерального закона от 12.01.1996 №7-ФЗ «О некоммерческих организациях» финансовое обеспечение выполнения государственного (муниципального) задания бюджетным учреждением осуществляется в виде субсидий из соответствующего бюджета бюджетной системы Российской Федерации.

Постановлением Правительства Санкт-Петербурга от 29.12.2016 №1271 установлен Порядок предоставления субсидий из бюджета Санкт-Петербурга государственным и автономным учреждениям Санкт-Петербурга на финансовое обеспечение выполнения ими государственного задания на оказание государственных услуг (выполнение работ).

Согласно пунктам 1 и 2 Порядка предоставления субсидии предоставляются государственным бюджетным учреждениям:

-на финансовое обеспечение выполнения ими государственного задания на оказание государственных услуг;

Предоставление субсидий осуществляется в соответствии с соглашениями о предоставлении субсидий, заключенными между исполнительными органами государственной власти Санкт-Петербурга, осуществляющими функции и полномочия учредителей в отношении государственных учреждений.

Таким образом, Комитет по здравоохранению Санкт-Петербурга является распорядителем бюджетных средств в отношении Учреждения только в пределах осуществления финансового обеспечения выполнения Учреждением государственного задания, что не включает в себя возмещение расходов на компенсацию морального вреда.

Бюджетные учреждения не являются получателями бюджетных средств, потому что Комитет доводит до Учреждения объемы ассигнований путем подписания с ними Соглашений о предоставлении субсидий на выполнение государственного задания, что также подтверждается положениями статьи 6 Бюджетного кодекса Российской Федерации.

Таким образом, судом первой инстанции правомерно указано на то, что при недостаточности имущества Санкт-Петербургского государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Городская больница № 26», на которое может быть обращено взыскание, субсидиарная ответственность по обязательствам Санкт-Петербургского государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Городская больница № 26» перед ФИО5 должна быть возложена на Санкт-Петербург в лице Комитета имущественных отношений Санкт-Петербурга.

В связи с изменением размера подлежащих взысканию сумм, с СПб ГБУЗ «Городская больница № 26» с учетом положений статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации подлежит взысканию государственная пошлина в размере 4 128 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Московского районного суда Санкт-Петербурга от 20 февраля 2023 года изменить в части взыскания компенсации морального вреда и отменить в части отказа в удовлетворении требовании о взыскании расходов на погребение.

Взыскать с СПб ГБУЗ «Городская больница № 26» в пользу ФИО5 компенсацию морального вреда, причиненного смертью родственника, в размере 3 000 000 рублей, расходы на погребение в размере 131 404 рубля.

Взыскать с СПб ГБУЗ «Городская больница № 26» государственную пошлину в доход бюджета Санкт-Петербурга в размере 4 128 рублей.

В остальной части решение оставить без изменения, апелляционную жалобу ответчика - без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 23 октября 2023 года.