УИД 28RS0024-01-2023-000150-20
Дело № 2-134/2023
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
21 апреля 2023 года г. Шимановск
(решение в окончательной форме принято 28 апреля 2023 года)
Шимановский районный суд Амурской области в составе:
председательствующего судьи Скрастиной И.С.,
при секретаре Зайнетдиновой И.Г.,
с участием помощника прокурора Шимановского района Аксеновой Е.А., представителя истца ФИО1 - ФИО5, представителя ответчика частного учреждения здравоохранения «Поликлиника «РЖД-Медицина» города Шимановск» - ФИО6,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к частному учреждению здравоохранения «Поликлиника «РЖД-Медицина» города Шимановск», государственному автономному учреждению здравоохранения Амурской области «Амурская областная клиническая больница» о взыскании компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к ЧУЗ «Поликлиника «РЖД-Медицина» г. Шимановск», ГАУЗ АО «АОКБ» о взыскании компенсации морального вреда в размере 1 500 000 рублей с каждого из ответчиков, указав, что ДД.ММ.ГГГГ семья ФИО1 понесла невозвратимую горькую утрату – преждевременную смерть ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, которая приходилась истцу дочерью. ФИО4 работала в должности дежурной по станции ФИО7 Забайкальской железной дороги ОАО «РЖД», в связи с чем была прикреплена к медицинской организации - ЧУЗ «Поликлиника «РЖД-Медицина» города Шимановск». Будучи взрослой, ФИО4 какими-либо хроническими заболеваниями не страдала. В октябре 2019 года ФИО4 с сильным кашлем и повышенной температурой обратилась на прием в ЧУЗ «Поликлиника «РЖД-Медицина» г. Шимановск», после чего стала получать лечение (амбулаторное), ей был открыт больничный, который закрывался и открывался вновь, так как состояние здоровья ФИО4 со временем не улучшалось. В ноябре 2019 года лечащим врачом ЧУЗ «Поликлиника «РЖД-Медицина» г. Шимановск» ФИО4 была направлена на обследование в ГАУЗ АО «АОКБ», где ей по результатам стационарного лечения выставлен диагноз «Саркоидоз II, легочно-медиастенальная форма. ДН 0», назначено лечение с наблюдением в поликлинике по месту жительства. В период с декабря 2019 года по май 2020 года состояние здоровья ФИО4 ухудшалось, у нее значительно увеличились лимфоузлы в области шеи, постоянно держалась повышенная температура. ФИО4 неоднократно обращалась в ЧУЗ «Поликлиника «РЖД-Медицина» г. Шимановск», в том числе за направлением в ГАУЗ АО «АОКБ», в чем ей было отказано по причине введенных ограничений в связи с пандемией СОVID-19. Во второй половине мая 2020 года у ФИО4 появились боли в области ног и опухание ног, с жалобами на которые она снова обратилась в ЧУЗ «Поликлиника «РЖД-Медицина» г. Шимановск», где ей назначены обследования и анализы, затем прием в ЧУЗ «Поликлиника «РЖД-Медицина» г. Шимановск» прекратился по причине введенных ограничений в связи с пандемией СОVID-19. ДД.ММ.ГГГГ в МДЦ «Спектр» ООО «Амурский медхолдинг» (г. Благовещенск) в результате самообращения ФИО4 выставлен диагноз «Острый лимфаденит лица, головы и шеи на фоне приема Преднизолона», сопутствующий диагноз «Саркоидоз легких. Саркоидоз подчелюстных л/у?», с которым она в тот же день направлена в ГАУЗ Амурской области «Благовещенская городская клиническая больница», откуда перенаправлена в ГАУЗ АО «АОКБ». ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 умерла, причиной ее смерти стало онкологическое заболевание, не диагностированное врачами при жизни. ДД.ММ.ГГГГ СО СУ СК РФ по Амурской области возбуждено уголовное дело № по п. «в» ч. 2 ст. 238 УК РФ, в ходе которого проведена комиссионная судебно-медицинская экспертиза, указавшая, что причиной смерти ФИО4 явилась полиорганная недостаточность, развившаяся вследствие прогрессирования нелеченной лимфомы ФИО10 с развитием синдрома сдавления верхней полой вены опухолевыми массами, увеличенными лимфатическими узлами средостения. Указанное заболевание ФИО4 не было установлено и подтверждено прижизненно по вине медицинского персонала ГАУЗ АО «АОКБ» и ЧУЗ «Поликлиника «РЖД-Медицина» г. Шимановск». Комиссией экспертов установлены дефекты медицинской помощи, допущенные в условиях амбулаторного лечения в ЧУЗ «Поликлиника «РЖД-Медицина» г. Шимановск» и ГАУЗ АО «АОКБ». Смерть второго ребенка - ФИО4 стала для истца невосполнимой утратой и тяжелым ударом. На протяжении всей жизни ФИО4 семья ФИО1 постоянно поддерживали тесную семейную связь с ней, совместно решал возникающие у нее и членов ее семьи проблемы, оказывал ей помощь в заботе о детях, проводил много времени вместе с ней и ее семьей, в результате потери дочери истец лишена заботы, доброго и участливого отношения к себе со стороны ребенка, а также моральной поддержки ФИО4 в возникающих трудных жизненных ситуациях и в случае ее болезни. Просила суд взыскать в свою пользу с каждого из ответчиков компенсацию морального вреда в сумме 1 500 000 рублей.
От ответчика ЧУЗ «Поликлиника «РЖД-Медицина» <адрес>» поступили возражения на исковое заявление, из которых следует, что впервые с жалобами на увеличение подчелюстных лимфоузлов пациентка ФИО4 обратилась в поликлинику ДД.ММ.ГГГГ. Терапевтом назначено амбулаторное лечение и обследование, после которого пациентка с диагнозом: «Лимфоаденопатия неясной этиологии» ДД.ММ.ГГГГ направлена на консультацию к гематологу и пульмонологу ГБУЗ АО «АОКБ». Гематологом АОКБ ДД.ММ.ГГГГ вынесено заключение: «Лимфоаденопатия неуточненная медиастинальная, бронхопульмональная, подмышечная. Данных за лимфопролиферативное заболевание крови, прочие гемобластозы не выявлено. В настоящее время в лечении у гематолога не нуждается. Показано до обследование у торакохирурга и пульмонолога». Пульмонологом ГБУЗ АО «АОКБ» после проведенного обследования выставлен диагноз «Саркоидоз11, легочно-медиастинальная форма. ДН 0», назначено лечение, контроль спирографии, СКТ ОГК, осмотр пульмонолога через 1 месяц. В дальнейшем пациентка наблюдалась у терапевта поликлиники. На амбулаторных приемах состояние пациентки расценивалось как удовлетворительное, ухудшения не отмечалось. ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 вновь была осмотрена пульмонологом ГБУЗ АО «АОКБ», ранее установленный диагноз подтвержден, назначено лечение. ФИО4 постоянно находилась под наблюдением терапевта поликлиники. ДД.ММ.ГГГГ на амбулаторном приеме в поликлинике терапевтом рекомендованы пациентке консультации гематолога и пульмонолога, назначено обследование. Последний раз ФИО4 осмотрена терапевтом поликлиники ДД.ММ.ГГГГ, рекомендованы консультации пульмонолога и гематолога в ГБУЗ АО «АОКБ» после получения результатов КТ ОГК. Пациентка не направлялась к онкологу, так как первично диагноз «Лимфогранулематоз (Болезнь ФИО10)» устанавливает врач-гематолог, к которому и была направлена на консультацию ФИО4 За весь период наблюдения с октября 2019 года по ДД.ММ.ГГГГ состояние пациентки оставалось удовлетворительным, она самостоятельно посещала поликлинику и проходила все необходимые обследования. Кроме того, врач-оториноларинголог МДЦ «Спектр» ДД.ММ.ГГГГ также отмечает удовлетворительное состояние. В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ сведений об ухудшении состояния ФИО4 в поликлинику не поступало. Врачи ЧУЗ «РЖД-Медицина» г. Шимановск» действовали, исходя из диагноза, поставленного ГБУЗ АО «АОКБ», не доверять которому оснований не имелось. С учетом имеющегося диагноза ФИО4 был оказан необходимый объем медицинской помощи, даны квалифицированные рекомендации. Основное лечение и диагностику проводили специалисты именно ГБУЗ АО «АОКБ», что подтверждается помимо медицинских документов, также заключением эксперта ГБУЗ «Приморское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы». Так экспертом установлены следующие дефекты медицинской помощи со стороны ЧУЗ «РЖД-Медицина» г. Шимановск»: «ФИО4 при наличии затяжной лимфоаденопатии не направлена на консультацию к онкологу для исключения онкологического характера лимфаденопатии». В свою очередь, со стороны ГБУЗ АО «АОКБ» выявлены следующие дефекты: «не рекомендовано проведение эксцизионной первичной биопсии лимфоузлов врачом гематологом и дано ошибочное заключение об отсутствии лимфопролиферативного заболевания. При поступлении в торакальное хирургическое отделение выставлен диагноз «Лимфаденопатия средостения. Саркоидоз», не был взят для биопсии увеличенный до 2,5 см подчелюстной лимфатический узел, не рекомендована консультация врача онколога. Согласно выставленному диагнозу «Лимфоаденопатия средостения. Саркоидоз», во время проведения оперативного вмешательства «торакоскопия справа, биопсия легкого» не был взят на гистологическое исследование увеличенный лимфатический узел средостения. Гистологическое заключение биопсийного материала, полученного в ходе торакоскопии № от ДД.ММ.ГГГГ на основании которого установлен клинический диагноз «Саркоидоз легких II ст., легочно-медиастинальная форма», рассматривается как дефект диагностики, повлекший за собой в дальнейшем дефект лечения». Экспертом при этом подчеркнуто, что именно дефект диагностики со стороны ГБУЗ АО «АОКБ» в дальнейшем повлек за собой дефект лечения. При таких обстоятельствах, действия (бездействие) ЧУЗ «РЖД-Медицина» г. Шимановск» не повлекли за собой смерть пациента, следовательно, взыскание компенсации с поликлиники необоснованно. Материалами уголовного дела установлено отсутствие вины специалистов поликлиники. Требуемая истцом сумма компенсации морального вреда явно завышена и подлежит снижению. С учетом вышеизложенного просит суд в удовлетворении требований ФИО8 к ЧУЗ «РЖД-Медицина» г. Шимановск» о взыскании компенсации морального вреда отказать, в случае, если суд придет к выводу о взыскании компенсации с ЧУЗ «РЖД-Медицина» г. Шимановск», снизить ее размер до 100 000 рублей.
От ответчика ГАУЗ АО «АОКБ» поступил письменный отзыв на исковое заявление и дополнения к отзыву, согласно которым с заявленными требованиями истца ответчик не согласен по следующим основаниям. ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, находилась на лечении в хирургическом торакальном отделении ГАУЗ АО «АОКБ» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, поступила в плановом порядке в связи с рентгенологическими изменениями со стороны органов грудной клетки. Жалоб при поступлении не предъявляла. При первичном объективном осмотре врача торакального хирурга клинических данных, в том числе данных за генерализованную лимфоаденопатию выявлено не было. Онкоосморт при поступлении включает в себя пальпаторное обследование периферических лимфоузлов. В период нахождения ФИО4 на госпитализации в ГАУз АО «АОКБ» был выставлен диагноз основной Сарктоз II, легочно-медиастальная форма, ДН 0. Данный диагноз был выставлен на основании проведенных исследований.Биопсия лимфоузлов не проводилась в виду отсутствия явного «субстрата». При лабораторной диагностике сдвига лейкоцитарной формулы влево у пациентки ФИО4 не наблюдалось. Таким образом, в период госпитализации ФИО4 в ГАУЗ АО «АОКБ» в отделение торакальной хирургии ей был выставлен правильный диагноз. Истец в исковом заявлении полагает, что ответчиком не в полной мере были проведены все обследования пациента для установления диагноза и возможных последствий, повлекших неблагоприятный исход. Кроме того, истец в своем исковом заявлении ссылается на ответы полученные из Территориального органа Росздравнадзора по Амурской области, ТФОМС, Страховой компании СОГАЗ-Мед, однако, проведенные страховой компанией, ТФОМС и Росздравнадзор экспертные заключения являются медико-экономической экспертизой, а не экспертизой качества оказания медицинской помощи. В ответе от ДД.ММ.ГГГГ Территориальный орган Росздравнадзора по Амурской области указывает, что согласно заключению экспертов, у пациентки ФИО4 был морфологически верифицирован саркоидоз (по данным гистологического заключения). Клиническая картина, а также лучевые признаки (КТ, рентгенография органов грудной клетки) очень схожи при саркоидозе и лимфопролиферативных процессах, что способствовало созданию сложной клинико-диагностической ситуации, затрудняющей постановку диагноза лимфопролиферативного заболевания. Следовательно, абсолютно точно установить диагноз и как следствие назначить дополнительные исследования, лечащий врач не имел возможности, ввиду скрытого характера заболевания и его схожести с иными заболеваниями. Истец ссылается на заключение комиссионной судебно-медицинской экспертизы, проведенной в рамках уголовного дела следователем следственного комитета. В заключении № эксперты, в ответах на вопросы №№.1, 5.2 указывают в качестве дефекта качества оказания медицинской помощи не направления на консультацию к врачу-онкологу для исключения онкологического характера лимфаденопатии, однако, консультация носит рекомендательный характер. Истец в своем исковом заявлении и отзывах на пояснения медицинских учреждений относительно исковых требований, полагает, что консультация и осмотр онколога могли спасти жизнь пациентке, что указано экспертами только теоретически. Так как врач, к которому пациента дополнительно направляют на консультацию, собирает анамнез, проводит обследование и с учетом основного заболевания и сопутствующих факторов назначает лечение пациенту с минимальным риском травматизма органов и систем человека. В данном случае консультация и осмотр онколога не являлись панацеей полного излечения ФИО4, так как основное заболевание (которое носило скрытый и схожий с другими заболеваниями характер) и имевшихся осложнений, консультация врача-онколога носила рекомендательный характер и указанные в ответе на вопрос № рекомендации экспертов о возможном многоцикловом лечении химиотерапией и лучевой терапией могли не только не принести положительного результата, но и могли усугубить само течение заболевания, однако в настоящее время это достоверно установить не возможно. Поэтому выводы экспертов носят предположительный характер о возможности дополнительного использования того или иного метода диагностирования заболевания. Истец в своем исковом заявлении также ссылается на доводы экспертов о том, что пациентка находилась на лечении в ГАУЗ АО «АОКБ» в торакальном отделении не по профилю заболевания, однако лечащий врач назначает консультации и осмотры врачей иных отделений медицинского учреждения для более полного диагностирования заболевания и исключения возможных негативных последствий, пациентка была обследована и консультирована специалистами ГАУЗ АО «АОКБ». Истец в исковом заявлении полностью ссылается на выдержки из заключения комиссионной судебно-медицинской экспертизы, однако доводы экспертов носят сугубо субъективный характер и выражают свое личное мнение по предоставленным документам, излагают рекомендации, согласно которых возможно было скорректировать лечение, однако все это носит предположительный характер и ни экспертизой, ни иными исследованными документами (медицинской документацией, иными заключениями) в деле не установлено, имели бы эти рекомендации и корректировки в лечении положительный характер. Экспертами при проведении экспертизы ни в одном из пунктов заключения не указано, что лечебными мероприятиями медицинскими учреждениями пациентке был причинен вред здоровью, имело место недообследование, которое могло принести как положительный так и отрицательный результат и могло привести к негативным последствиям. Оказание медицинской помощи является специфическим видом деятельности, проведение медицинских мероприятий, даже при условии их точного соответствия установленным нормам и правилам, медицинским показаниям, не может гарантировать полного выздоровления или иного ожидаемого пациентом результата, поскольку действенность оказанной медицинской помощи зависит не только от выбранной тактики лечения и действий медицинского персонала, но и от индивидуальных особенностей организма, условий жизнедеятельности, и иных не поддающихся точному прогнозированию и учету обстоятельств. Сотрудниками ГАУЗ АО «АОКБ» были приняты все возможные меры для оказания медицинской помощи пациенту. Стандарты медицинской помощи - нормативно правовые акты медико-экономической направленности, которые содержат вариабельный перечень диагностических и лечебных назначений с усредненными показаниями их частоты предоставления и кратности применения по отношению к усредненной модели пациента, однако ГАУЗ АО «АОКБ» является государственным учреждением системы здравоохранения Российской Федерации и оказания медицинской помощи руководствуются приказами министерства здравоохранения Российской Федерации на основании которых разработаны стандарты и клинические рекомендации, и иные нормативно - правовыми документами в соответствии с законодательством РФ, поэтому выводы экспертов являются сугубо личным мнением и судом должны быть оценены критически, а не являться неопровержимым доказательством. Требования истца о взыскании с ГАУЗ АО «АОКБ» из-за дефектов в оказании медицинской помощи денежной компенсации морального вреда частично правомерны, однако заявленный истцом размер компенсации морального вреда в раземер 1 500 000 рублей является чрезвычайно завышенным, в то время как компенсация морального вреда не должна являться источником обогащения. На основании вышеизложенного, просит суд в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ГАУЗ АО «АОКБ» о взыскании компенсации морального вреда отказать в связи с необоснованностью заявленных требований. В случае частичного удовлетворения судом требований, снизить размер денежной компенсации морального вреда с учетом требований разумности и справедливости.
На данные отзыв от истца ФИО1 поступили письменные возражения, согласно которым она считает вышеуказанные возражения необоснованными. Для установления точного диагноза должна быть взята биопсия и гистология легких и лимфоузлов. В ГАУЗ АО «АОКБ» выполненная биопсия и гистология легких не только не установила точный диагноз, но и было дано ошибочное заключение с постановкой неверного диагноза больной. Не были проведены исследования, для подтверждения или опровержения диагноза врачей. О нарушении порядка обследования ФИО4 подробнейшим образом отражено в акте экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ. Согласно выводам С-М экспертизы, решений судебных заседаний по искам родных истца ФИО4 должна была быть направлена в онкологический диспансер (если бы были проведены все необходимые исследования и установлен правильный диагноз) в Амурский онкологический диспансер (АООД), а не в торакальное отделение ГАУЗ АО «АОКБ». Неявку через один месяц к пульмонологу в ГАУЗ АО «АОКБ» следует адресовать не к ее умершей дочери, а к врачам ЧУЗ «РЖД-Медицина», так как прием производится на основе электронной записи по направлениям. Такое направление было выдано терапевтом только ДД.ММ.ГГГГ с явкой к пульмонологу. В ходе судебных заседаний по ранее поданным искам ее родных было доказано, что объяснения ФИО6 об отказе ее дочери на повторный прием у врачей ГАУЗ АО «АОКБ» не подтверждено наличием соответствующих записей в медицинской карте больной, наличием направлений, письменных отказов ФИО4 от направлений или госпитализации. Дочь наоборот сама просила направить ее в областную больницу, однако получила ответ, что в период пандемии прием больных не производится, направлению подлежат только экстренно нуждающиеся больные. Отказ в приеме больных в ГАУЗ АО «АОКБ» опровергнут, в уголовном деле имеются соответствующие справки и объяснения. Несвоевременная медицинская помощь в период обострения болезни и ухудшения состояния дочери также отражена в актах экспертизы ТФОМС. У них в семье никто, начиная с ее супруга не курил, ее дочь тоже никогда не курила, даже мужа заставила бросить. О вредной привычке курения, каким-либо образом повлиявшим на исход болезни дочери, нет ни одного слова в актах экспертизы ТФОМС проведенным врачом экспертом, онкологом, д.м.н ФИО9. Дефекты оказания медицинской помощи дочери истца ФИО4 полностью отражены в заключении комиссионной судебно-медицинской экспертизы Приморского бюро № от ДД.ММ.ГГГГ. Дефекты оказания медицинской помощи ЧУЗ «РЖД-медицина» и ГАУЗ АО «АОКБ» кроме заключения судебно-медицинской экспертизы подтверждаются актами экспертизы качества медицинской помощи ТФОМС Амурской области, а также Шимановским районным судом от ДД.ММ.ГГГГ, Амурским областным судом апелляционным судом от ДД.ММ.ГГГГ и Девятым кассационным судом общей юрисдикции от ДД.ММ.ГГГГ. На основании вышеизложенного, просит суд отзыв с возражениями ГАУЗ АО «АОКБ» на исковое заявление считать необоснованным, исковые требования удовлетворить в полном объеме.
В судебное заседание истец ФИО1 не явилась, о дате и времени рассмотрения дела извещена надлежащим образом, обеспечила явку своего представителя.
В судебном заседании представитель истца ФИО8 настаивал на удовлетворении исковых требований ФИО1 по доводам, изложенным в исковом заявлении и письменных возражениях на отзыв ответчика ГАУЗ АО «АОКБ». Просил суд взыскать компенсацию морального вреда в размере 1 500 000 рублей в пользу ФИО1 с каждого из ответчиков.
Представитель ответчика ЧУЗ «Поликлиника «РЖД-Медицина» города Шимановск» - ФИО6 не согласилась с требованиями истца по доводам, изложенным в письменных возражениях. Просила суд отказать в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ЧУЗ «Поликлиника «РЖД-Медицина» города Шимановск» в полном объеме, в случае, если суд придет к выводу о взыскании компенсации с ЧУЗ «РЖД-Медицина» г. Шимановск», снизить ее размер до 100 000 рублей.
Представитель ответчика ГАУЗ Амурской области «Амурская областная клиническая больница» в судебное заседание не явился, о дате и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом, ходатайствовали о рассмотрении дела без участия представителя.
Руководствуясь статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), суд рассмотрел дело в отсутствие неявившихся лиц.
Заслушав участников процесса, заключение помощника прокурора, полагавшей иск подлежащим удовлетворению, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.
Истцом заявлено требование о взыскании компенсации морального вреда в размере 1 500 000 рублей с каждого из ответчиков.
Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).
В статье 4 Федерального закона от 21 ноября 2021 года №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее – Федеральный закон №323-ФЗ) закреплены такие основные принципы охраны здоровья граждан, как соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (пункты 1, 2, 5 - 7 статьи 4).
Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона №323-ФЗ).
В пункте 21 статьи 2 Федерального закона №323-ФЗ определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.
Критерии оценки качества медицинской помощи, согласно части 2 статьи 64 Федерального закона №323-ФЗ, формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.
Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона №323-ФЗ).
Из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, следует, что право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.
Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
В соответствии со статьей 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.
Согласно статье 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
В соответствии со статьей 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
К числу признаваемых в Российской Федерации и защищаемых Конституцией Российской Федерации прав и свобод относятся, прежде всего, право на жизнь (часть 1 статьи 20), как основа человеческого существования, источник всех других основных прав и свобод и высшая социальная ценность, и право на охрану здоровья (часть 1 статьи 41), которое также является высшим для человека благом, без которого могут утратить значение многие другие блага.
В силу указанных положений Конституции Российской Федерации на государство возложена обязанность уважения данных конституционных прав и их защиты законом (статья 18 Конституции Российской Федерации). В гражданском законодательстве жизнь и здоровье рассматриваются как неотчуждаемые и непередаваемые иным способом нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения (пункт 1 статьи 150 ГК РФ).
Согласно статье 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.
Семейная жизнь в понимании статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками.
Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации (далее - СК РФ) предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.
Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 СК РФ).
Из норм Конвенции о защите прав человека и основных свобод и их толкования в соответствующих решениях Европейского Суда по правам человека в их взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положениями статьей 150, 151 ГК РФ следует, что в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу.
В силу пункта 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», объектом неправомерных посягательств являются по общему правилу любые нематериальные блага (права на них) вне зависимости от того, поименованы ли они в законе и упоминается ли соответствующий способ их защиты.
Моральный вред может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и другим (пункт 2 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации).
Из нормативных положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод, толкования положений Конвенции в соответствующих решениях Европейского Суда по правам человека в их взаимодействии с нормами Конституции РФ, СК РФ, положений статей 150 и 151 ГК РФ, следует, что в случае причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками идругими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) в связи с причинением вреда здоровья их близкому родственнику, другому лицу, являющемуся членом семьи по иным основаниям (в частности опека, попечительство).
Согласно пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности.
При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.
Вместе с тем, при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.
При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.
На основании статьи 1068 ГК РФ юридическое лицо возмещает вред, причиненный его работниками при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
В соответствии со статьей 98 Федерального закона №323-ФЗ медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.
Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.
Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», по общему правилу, установленному п. п. 1 и 2 ст. 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины.
Как отмечал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 6 ноября 2014 года №27-П, когда речь идет о смерти человека, не ставится под сомнение реальность страданий членов его семьи. Это тем более существенно в ситуации, когда супруг или близкий родственник имеет подозрение, что к гибели его близкого человека привела несвоевременная или некачественно оказанная учреждением здравоохранения медицинская помощь.
Между тем, ответственность за вред (ущерб) наступает в случае лишь наличия причинно-следственной связи между деяниями (действием либо бездействием) работников учреждений здравоохранения, независимо от форм собственности, или частнопрактикующих врачей (специалистов, работников) и наступившими последствиями у пациента.
Исходя из буквального толкования вышеназванных норм, следует, что для наступления гражданско-правовой ответственности, в том числе в виде компенсации морального вреда, необходимо установить наличие таких условий как наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между двумя первыми элементами и вину причинителя вреда. Отсутствие хотя бы одного из вышеуказанных условий приводит к невозможности привлечения к гражданско-правовой ответственности. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи ненадлежащего качества, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, которые установлены гл. 59 ГК РФ, то есть лечебным учреждением, при наличии вины медицинского персонала в ненадлежащем качестве оказанных услуг.
В судебном заседании судом установлено, что ФИО1 является матерью ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, что подтверждается свидетельством о рождении серии I-ЖО №.
Согласно свидетельству о заключении брака серии I-ОТ № между ФИО3 и ФИО4 заключен брак, после заключения брака жене присвоена фамилия – ФИО3.
ФИО11 умерла ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, что подтверждается свидетельством о смерти серии I-ОТ №.
По факту смерти ФИО4 следственным отделом по Шимановскому району СУ СК России по Амурской области ДД.ММ.ГГГГ было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 238 УК РФ. Поводом для возбуждения данного уголовного дела явилось заявление ФИО8
В ходе предварительного следствия установлено, что ДД.ММ.ГГГГ в торакальном отделении ГАУЗ АО «АОКБ», вследствие оказания работниками ЧУЗ «РЖД-Медицина» и ГАУЗАО «Амурская областная клиническая больница» медицинских услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей, наступила смерть ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.
Постановлением от ДД.ММ.ГГГГ предварительное следствие по данному уголовному делу приостановлено на основании п. 1 ч. 1 ст. 208 УПК РФ.
Согласно сведениям из ЕГРЮЛ и Уставу ЧУЗ «Поликлиника «РЖД-Медицина» города Шимановск», основным видом деятельности ЧУЗ «Поликлиника «РЖД-Медицина» города Шимановск» является деятельность больничных организаций (код 86.10), имеет лицензии на осуществление медицинской деятельности.
Согласно сведениям из ЕГРЮЛ ГАУЗ АО «АОКБ», основным видом деятельности ГАУЗ АО «Амурская областная клиническая больница» является деятельность больничных организаций (код 86.10), имеет лицензии на осуществление медицинской деятельности.
Таким образом, ЧУЗ «Поликлиника «РЖД-Медицина» города Шимановск» и ГАУЗ АО «АОКБ» являются медицинскими организациями, в соответствии с пунктом 11 статьи 2 Федерального закона №323-ФЗ.
Из материалов дела и медицинских документов следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 обратились за медицинской помощью в ЧУЗ «Поликлиника «РЖД-Медицина» города Шимановск», где ей выставлены диагнозы: «острый трахеит», «острый трахеобронхит», «лимфаденит», «подчелюстной лимфаденит», «пневмония». После прохождения стационарного лечения в ГАУЗ АО «АОКБ» (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ) диагноз изменен на «ФИО14 Легочно-медиастииальная форма. ДН (дыхательная недостаточность) 0 ст.». С 2020 года ФИО4 осматривалась врачом пульмонологом (ДД.ММ.ГГГГ), выставлен диагноз: «Саркоидоз легких», проводилась КТ (компьютерная томография) органов грудной клетки (ДД.ММ.ГГГГ), дано заключение: «КТ-признаки саркоидоза легочно-медиастинальная форма. Подмышечная, подключичная лимфаденопатня слабо выраженная паратрахеальная, медиастинальная». Помимо вышеуказанного диагноза, также выставлялись диагнозы: «Подчелюстной лимфаденит», «ОРВИ (острая респираторно-вирусная инфекция) средней степени тяжести», «острый фаринготрахеит», «лимфаденит периферических лимфоузлов», «лимфаденит распространенный периферических узлов».
ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 госпитализирована в хирургическое торакальное отделение ГАУЗ АО «АОКБ». При госпитализации находилась в тяжелом состоянии. Была осмотрена дежурным врачом жалобы: на одышку, затруднение дыхания, лихорадка до 39С, озноб, увеличение объема шеи, чувство сдавления, одутловатость лица. ДД.ММ.ГГГГ выполнена биопсия лимфоузла шеи; цитология № от ДД.ММ.ГГГГ лимфогранулиматоз. Получала симптоматическое лечение, включая нарастающие дозы ГКС. При прогрессировании полиорганиой недостаточности ДД.ММ.ГГГГ произошла остановка сердца и дыхательной деятельности.
Согласно заключению заседания врачебной комиссии ЧУЗ «Поликлиника «РЖД-Медицина» города Шимановск» от ДД.ММ.ГГГГ, пациентка постоянно находилась под наблюдением терапевта поликлиники. При первичном обращении с жалобами обследована в поликлинических условиях и направлена на консультацию к специалистам Амурской областной клинической больницы. Диагноз: Саркоидоз II, легочно-медиастенальная форма выставлен при стационарном обследовании в отделении торакальной хирургии. Диагноз подтвержден цитологически и гистологически. Имеется заключение гематолога ГБУЗ АО «АОКБ» об отсутствии у пациентки на момент осмотра данных за лимфопролиферативное заболевание крови и прочие гемобластозы. В поликлинике по месту жительства провести дополнительные исследования с целью опровергнуть или подтвердить ранее выставленный диагноз не представлялось возможным. В период тяжелой эпидситуации по новой коронавирусной инфекции на повторное обследование пациентка не направлялась в связи с отсутствием записи на приём к пульмонологу и гематологу ГБУЗ АО «АОКБ». При ослаблении режима изоляции города Шимановск пациентка направлена в областную больницу. Ранее выставленный диагноз «Саркоидоз», подтвержденный патологически ввел в заблуждение врачей - специалистов ГБУЗ АО «АОКБ», и лечащего врача поликлиники, который проводил лечение согласно рекомендациям пульмонолога. Течение лимфогрануломатоза проходило под маской саркоидоза, что так же затруднило диагностику заболевания. У лечащих врачей были отобраны объяснения.
По заключению комиссии № от ДД.ММ.ГГГГ ГБУЗ АО «АОКБ», ФИО4 на этапе ГБУЗ АО «АОКБ» была оказана медицинская помощь в соответствии с порядками и стандартами оказания медицинской помощи. Дефектов не выявлено.
Из ответа Территориального органа Росздравнадзора по Амурской области от ДД.ММ.ГГГГ № следует, что территориальным органом Росздравнадзора по Амурской области в отношении ЧУЗ «Поликлиника «РЖД-Медицина» города Шимановск» проведена внеплановая документарная проверка по контролю качества и безопасности медицинской деятельности при оказании медицинской помощи ФИО4 В ходе проверки установлено, что медицинской организацией не соблюдён Порядок оказания медицинской помощи по профилю «онкология». Отсутствие онконастороженности при оказании медицинской помощи больной ФИО17 в ЧУЗ «Поликлиника «РЖД-Медицина» города Шимановск» привели к несвоевременному установлению наличия у неё лимфопролиферативного заболевания - лимфогранулематоз. При отсутствии клинического и параклинического улучшения у больной не была проведена диференциальная диагностика заболеваний (между саркоидозом и лимфопролиферативными заболеваниями), пациентка не была направлена на консультацию к онкологу в первичлый онкологический кабинет ГБУЗ АО «ФИО7 больница» либо в ГАУЗ АО «АООД»; не организовано проведение консилиума врачей медицинской организации (либо дистанционный консилиум врачей специализированных медицинских организаций) с целью установления клинического диагноза. Недооценка состояния больной ФИО4 в период её наблюдения (с октября 2019 года по июнь 2020 года) привели к несвоевременной диагностике онкологического заболевания. По результатам проверки руководителю ЧУЗ «Поликлиника «РЖД-Медицина» города Шимановск» выдано предписание.
Проведенными Амурским филиалом АО «Страховая компания «СОГАЗ-Мед» экспертизами качества медицинской помощи, оказываемой ФИО4 в ГАУЗ АО «АОКБ» (акт экспертизы качества медицинской помощи №№ от ДД.ММ.ГГГГ, №№ от ДД.ММ.ГГГГ, №№ от ДД.ММ.ГГГГ) дефектов при оказании медицинской помощи по профилю торакальная хирургия и гематология не выявлено. В ЧУЗ «РЖД-Медицина» г. Шимановск (акт экспертизы качества медицинской порти №№ от ДД.ММ.ГГГГ) установлено только отсутствие диспансерного наблюдения при наличии у пациентки заболеваний, при которых предусмотрено диспансерное наблюдение.
ТФОМС Амурской области организована и проведена реэкспертиза качества медициной помощи, а также целевая экспертиза качества медицинской помощи, в результате проведенной экспертизы выявлены нарушения, допущенные медицинскими организациями - отсутствие диагностики заболевания, поздняя госпитализация в стационар.
По факту смерти ФИО4 следственным отделом по Шимановскому району СУ СК России по Амурской области ДД.ММ.ГГГГ по заявлению ФИО8 возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного п. «в», ч. 2, ст. 238 УК РФ, в рамках которого проведена экспертиза.
Согласно заключению экспертной комиссии ГБУЗ «Приморское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы» № от ДД.ММ.ГГГГ, непосредственной причиной смерти ФИО4 явилась остановка сердца, развившаяся вследствие развития синдрома сдавления верхней полой вены (опухолевыми массами, увеличенными лимфатическими узлами средостения) на фоне полиорганной недостаточности, развившейся вследствие прогрессирования нелеченной лимфомы ФИО10 (онкологическое заболевание). Смерть больной ФИО4 наступила вследствие прогрессирования основного заболевания - «лимфомы ФИО10».
Согласно выводам проведенной экспертизы, у ФИО4 имелось заболевание - основное Лимфогранулематоз (лимфома ФИО10) с поражением лимфатических узлов: шеи, подмышечных, средостения, парааортальных прикорневых лимфатических узлов левого легкого, селезенки с обширными некрозами. Раковая интоксикация, выраженные токсико-дистрофические изменения внутренних органов. Синдром сдавления верхней полой вены. Отек легкого и головного мозга. Сопутствующая патология: Ожирение II степени. Миопия слабой степени обоих глаз. Гипертоническая болезнь 1 ст Аг 2 риск 2 ХСН 0. Жировая дистрофия печени. Лимфома ФИО10 с августа 2019 года. Ожирение II степени - время начала не отмечено в медицинской документации (протокол патологоанатомического вскрытия трупа больной ФИО4).
Диагностика и лечение ФИО4 не соответствовали существующим на то время (2019 год) клиническим рекомендациям диагностики и лечения лимфомы ФИО10.
Смерть больной ФИО4 находится в прямой причинно-следственной связи с процессом оказания ей медицинской помощи. Ошибочное заключение об отсутствии лимфопролиферативного заболевания дано в ГАУЗ АО «АОКБ» Амурская областная консультативная поликлиника врачом гематологом, ошибочная тактика была предпринята в торакальном хирургическом отделении ГАУЗ АО «АОКБ»: у больной не был взят для биопсии увеличенный до 2,5 см подчелюстной лимфатический узел (описанный в истории болезни). Больная ошибочно была направлена в торакальное хирургическое отделение ГАУЗ АО «АОКБ» с диагнозом «Лимфоаденопатия средостения» торакальным хирургом ГАУЗ АО «АОКБ». Отсутствуют консультации онколога. Имеется ошибочное гистологическое заключение биопсийного материала, полученного в ходе торакоскопш № от ДД.ММ.ГГГГ годжа, цитата - «картина гранулем саркоидного типа», на основании которого установлен клинический диагноз: Саркоидоз легких П ст., легочно-медиасинальная форма. В отношении диагностики лимфомы ФИО10: заключение об отсутствии лимфопропролиферативной патологии, выданное гематологом ГАУЗ АО «Амуркая областная клиническая больница» до проведения биопсии - лимфатического узла; проведение биопсии увеличенного подчелюстного лимфатического узла; отсутствие консультации онколога. Больная ФИО4 не нуждалась в оказании специализированной помощи в ЧУЗ «РЖД-Медицина г. Шимановск» и ГАУЗ. АО «АОКБ». Больная нуждалась в обследовании на базе ГБУЗ АО «АООД», куда должна была быть направлена участковым терапевтом в октябре 2019 года.
Экспертной комиссией установлены следующие дефекты оказания медицинской помощи во время наблюдения и лечения ФИО4 в ЧУЗ «РЖД-Медицина г. Шимановск»: организационно-тактические - ФИО4 при наличии затяжной лимфаденопатии не направлена на консультацию к онкологу для исключения онкологического характера лимфаденопатии; диагностические – не рекомендовано проведение эксцизионной первичной биопсии лимфоузла врачом гематологом консультативной поликлиники ГАУЗ АО «АОКБ» и дано ошибочное заключение об отсутствии лимфопролиферативного заболевания (запись консультации в истории болезни от ДД.ММ.ГГГГ) (в амбулаторной карте отсутствует запись о вышеуказанной консультации врача гематолога) (п. 5.1 выводов).
Экспертной комиссией установлены дефекты оказания медицинской помощи во время наблюдения и лечения ФИО12 в торакальном хирургическом отделении ГАУЗ АО «АОКБ»: ФИО4 была направлена в торакальное хирургическое отделение ГАУЗ АО «АОКБ» с диагнозом «Лимфаденопатия средостения» торакальным хирургом консультативной поликлиники ГАУЗ АО «АОКБ». При поступлении в торакальное хирургическое отделение выставлен диагноз: «Лимфоаденопатия средостения. Саркоидоз», не был взят для биопсии увеличенный до 2,5 см подчелюстной лимфатический узел (описанный в истории болезни), не рекомендована консультация врача онколога, что рассматривается как дефекты оказания медицинской помощи организационно-тактического характера. Кроме этого, согласно выставленному диагнозу «Лимфоаденопатия средостения Саркоидоз»), во время проведения оперативного вмешательства «торакоскопия справа биопсия легкого» не был взят на гистологическое исследование увеличенный лимфатический узел средостения (организационно-тактический дефект оказания медицинской помощи). Гистологическое заключение биопсийного материала, полученного в ходе торакоскопии № от ДД.ММ.ГГГГ картина гранулем саркоидного типа), на оснвании которого установлен клинический диагноз: «Саркоидоз легких II ст, легочно-медиастинальная форма», рассматривается как дефект диагностики, повлекший за собой в дальнейшем дефект лечения (п. 5.2 Выводов).
Вышеуказанные дефекты оказания медицинской помощи на этапе амбулаторного наблюдения и лечения ФИО4 в условиях ЧУЗ «РЖД-Медицина г. Шимановск» и стационарного лечения в ГАУ АО «АОКБ» (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ) способствовали прогрессированию имевшегося у ФИО4 заболевания и находятся в прямой причинно-следственной связи с процессом оказания ей медицинской помощи.
Заявляя требования о компенсации морального вреда, истец указала на то, что ответчиками медицинская помощь ФИО4 была оказана некачественно, что привело к ухудшению ее состояния здоровья и летальному исходу, что причинило матери больной нравственные страдания, выразившиеся в переживаниях по поводу утраты близкого человека.
Судом из имеющихся в материалах дела документов установлено, что смерть больной ФИО4 находится в прямой причинно-следственной связи с процессом оказания ей медицинской помощи. ФИО4 не нуждалась в оказании специализированной помощи в ЧУЗ «РЖД-Медицина г, Шимановск» и ГАУЗ АО «АОКБ», она нуждалась в обследовании на базе ГБУЗ АО «АООД», куда должна была быть направлена участковым терапевтом в октябре 2019 года. Дача ошибочного заключения врача гематолога ГАУЗ АО «АОКБ» Амурская областная консультативная поликлиника об отсутствии у ФИО13 лимфопролиферативного заболевания, принятие ошибочной тактики в торакальном хирургическом отделении ГАУЗ АО «АОКБ», выразившейся в невзятии у больной для биопсии увеличенного до 2,5 см подчелюстного лимфатического узла; ошибочное направление больной в торакальное хирургическое отделение ГАУЗ АО «АОКБ» с диагнозом «Лимфоаденопатия средостения» торакальным хирургом ГАУЗ АО «АОКБ»; отсутствие консультации онколога; ошибочное гистологическое заключение биоиснйного материала, полученного в ходе торакоскопии № от ДД.ММ.ГГГГ, цитата - «картина гранулем саркоидиого типа», на основании которого установлен клинический диагноз: Саркоидоз легких IIст., легочно-медиастинальная форма, непроведение дифференциальной диагностики опухолевого генеза лимфаденопатии, в соответствии с «Клиническими рекомендациями» РФ 2018-2020 гг. «Диагностика лимфаденопатии» со стороны ЧУЗ «РЖД-Медицина г. Шимановск» и ГАУЗ АО «АОКБ» (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ), а именно проведение инструментальных обследований УЗИ лимфоузлов, КТ, МРТ обследование органов грудной клетки, консультации специалистов (инфекционист, онколог, гематолог, отоларинголог), недооценка состояния ФИО4 в период её наблюдения (с октября 2019 года по июнь 2020 года) ЧУЗ «Поликлиника «РЖД-Медицина» г. Шимановск» и ГАУЗ АО «АОКБ» привели к неблагоприятным последствиям – смерти ФИО4
Суд полагает, что нравственные страдания, причиненные истцу, в судебном заседании нашли свои подтверждения. Мама ФИО4 – ФИО1 потеряла близкого ей человека - дочь, участвовавшую активно в ее жизни. Мать лишилась поддержки в старости, потеряв единственную дочь. Данный факт подтверждается доводами, изложенными в исковом заявлении, пояснениями представителя истца в судебном заседании. Смерть больной ФИО4 находится в прямой причинно-следственной связи с процессом оказания ей медицинской помощи ЧУЗ «Поликлиника «РЖД-Медицина» города Шимановск» и ГАУЗ АО «АОКБ». Смерть ФИО4 наступила вследствие допущения дефектов оказания медицинской помощи в условиях ЧУЗ «РЖД-Медицина г. Шимановск» и стационарного лечения в ГАУЗ АО «АОКБ», которые способствовали, прогрессированию имевшегося у ФИО4 заболевания и находятся в прямой причинно-следственной связи «с процессом оказания ей медицинской помощи», в связи с неверной постановкой диагноза, отсутствием онконастороженности и иными установленными грубыми нарушениями ответчиков в процессе оказания ей медицинской помощи.
При определении размера компенсации морального вреда суд счел требования истца о взыскании компенсации морального вреда в размере 1 500 000 рублей с каждого ответчика завышенной. Исходя из характера и степени нравственных страданий истца, вызванных оказанием некачественной медицинской помощи близкому, любимому человеку, осознания истцом того, что при недопущении ответчиком вышеуказанных дефектов, при ранней диагностике онкологического заболевания, смертельный исход мог быть маловероятен или можно было бы продлить жизнь ФИО4, суд с учетом положений статей 151, 1101 ГК РФ, оценки всех юридически значимых обстоятельств, поскольку степень допущения ошибок двумя ответчиками равнозначна, и моральный вред истцов, причиненный им ответчиками равнозначен между каждым из истцов, считает возможным определить компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей с каждого ответчика истцу, поскольку указанный размер в наибольшей степени отвечает принципам разумности и справедливости.
Довод ответчика ЧУЗ «Поликлиника «РЖД-Медицина» города Шимановск» о том, что истцом в нарушение статьи 56 ГПК РФ не доказано наличие прямой причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ЧУЗ «РЖД-Медицина» г. Шимановск» и наступившим неблагоприятным исходом (смертью пациента) несостоятелен, поскольку в судебном заседании установлено, что смерть больной ФИО4 находится в прямой причинно-следственной связи с процессом оказания ей медицинской помощи, вина ответчика в ненадлежайшем оказании медицинской помощи ФИО4 подтверждается в том числе заключению экспертной комиссии ГБУЗ «Приморское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы» № от ДД.ММ.ГГГГ.
У суда не имеется оснований не доверять данному экспертному заключению. Эксперты в соответствии со статьей 57 УПК РФ предупреждены об ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 УК РФ, о чем дали соответствующие подписки.
Согласно части 1 статьи 55 ГПК РФ, доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.
Данная судебная экспертиза произведена государственными судебными экспертами ГБУЗ «Приморское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы», обладающих специальными знаниями, что соответствует частью 2 статьи 195 УПК РФ. Поскольку данная экспертиза проводилась в рамках уголовного дела, экспертам были разъяснены их права, предусмотренные статьей 57 УПК РФ. Разъяснение прав и обязанностей экспертам, предусмотренных статьей 85 ГПК нецелесообразно, поскольку порядок уголовного судопроизводства на территории Российской Федерации устанавливается Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации (УПК РФ), основанным на Конституции Российской Федерации. Порядок уголовного судопроизводства, установленный настоящим Кодексом, является обязательным для судов, органов прокуратуры, органов предварительного следствия и органов дознания, а также иных участников уголовного судопроизводства (части 1, 2 статьи 1 УПК РФ).
Суд не усматривает каких-либо нарушений со стороны экспертов и находит заключение экспертов относимым и допустимым доказательством, выполненным с соблюдением требований закона, с применением нормативных, методических и справочных материалов, используемых при проведении экспертизы, содержат описание проведенных исследований, анализов, данных лицами, имеющим специальные познания.
Ответчиками, в порядке статьи 56 ГПК РФ, надлежащих доказательств опровергающих вышеизложенные выводы экспертов не представлено.
Иные доводы ответчиков опровергаются заключением эксперта и другими материалами дела.
Истцы по искам о возмещении имущественного и (или) морального вреда, причиненного преступлением, в соответствии с подпунктом 4 пункта 1 статьи 333.36 части второй Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ) освобождаются от уплаты государственной пошлины.
Государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается в соответствующий бюджет с ответчика, если он не освобожден от уплаты государственной пошлины, пропорционально удовлетворенной части исковых требований (часть 1 статьи 103 ГПК РФ, подпункт 8 пункта 1 статьи 333.20 части второй НК РФ).
В соответствии с абзацем 10 пункта 2 статьи 61.1 Бюджетного кодекса Российской Федерации налоговые доходы и сборы, в том числе налоги, предусмотренные специальными налоговыми режимами по делам, рассматриваемым судами общей юрисдикции, мировыми судьями (за исключением Верховного Суда Российской Федерации) подлежат зачислению в бюджеты муниципальных районов.
С учетом частичного удовлетворения требований, государственная пошлина составит 300 рублей, которая подлежит взысканию с каждого ответчика в доход муниципального образования г. Шимановск Амурской области.
На основании изложенного, и руководствуясь статьями 194-198 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
исковые требования ФИО1 к частному учреждению здравоохранения «Поликлиника «РЖД-Медицина» города Шимановск», государственному автономному учреждению здравоохранения Амурской области «Амурская областная клиническая больница» удовлетворить частично.
Взыскать с частного учреждения здравоохранения «Поликлиника «РЖД-Медицина» города Шимановск» (<данные изъяты>) в пользу ФИО1 (<данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей.
Взыскать с государственного автономного учреждения здравоохранения Амурской области «Амурская областная клиническая больница» (<данные изъяты>) в пользу ФИО1 (<данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей.
В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 к частному учреждению здравоохранения «Поликлиника «РЖД-Медицина» города Шимановск», государственному автономному учреждению здравоохранения Амурской области «Амурская областная клиническая больница» - отказать.
Взыскать с частного учреждения здравоохранения «Поликлиника «РЖД-Медицина» города Шимановск» (<данные изъяты>) государственную пошлину в доход бюджета города Шимановска в размере 300 рублей.
Взыскать с государственного автономного учреждения здравоохранения Амурской области «Амурская областная клиническая больница» (<данные изъяты>) государственную пошлину в доход бюджета города Шимановска в размере 300 рублей.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Амурский областной суд через Шимановский районный суд в течение месяца со дня принятия его в окончательной форме.
Председательствующий: