Решение по делу № 2А-183/2022 от 21.09.2022.

УИД – 11RS0017-01-2022-000363-64

Дело № 2а-183/2022

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Сысольский районный суд Республики Коми в составе:

председательствующего судьи Устюжаниновой Е.А.,

при помощнике ФИО1, с участием

административного истца ФИО2,

представителя административного ответчика МО МВД России «Сысольский» ФИО3, действующей на основании доверенности № 120 от 04.10.2021,

рассмотрев в открытом судебном заседании посредством видеоконференц-связи в с. Визинга Сысольского района Республики Коми 21 сентября 2022 года дело по административному иску ФИО2 к МВД Российской Федерации о взыскании компенсации за ненадлежащие условия перевозки (конвоирования),

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в суд с иском к МВД Российской Федерации с требованиями о взыскании компенсации за нарушение условий перевозки (конвоирования) на автозаках УАЗ, ГАЗ в размере 1000000 руб., в обоснование указав следующее. В период с 09.03.2021 по 11.09.2021 ФИО2 конвоировался на автозаках из ИВС МО МВД России «Сысольский» с. Визинга до железнодорожной станции г. Сыктывкара 8 раз и обратно 7 раз. В настоящий момент административному истцу стало известно из постановления ЕСПЧ от 09.04.2019 по делу «Томов и другие против Российской Федерации" и других жалоб, что условия, в которых перевозили ФИО2 из ИВС до станции г. Сыктывкара и обратно, нарушают условия международных стандартов при конвоировании автозаком, являются бесчеловечными, а именно: при условиях конвоирования не менее 2 часов, автомобиль УАЗ имеет лишь одиночные помещения площадью 0,25 кв.м. и высотой 1,3 м.; автомобиль ГАЗ имеет 3 одиночные камеры и 1 четырехместную, площадь на человека не превышает 0,25 кв.м. и высоту 1,6 м., при том, что площадь одиночного помещения должна превышать 0,6 кв.м., а в многоместном помещении на одного человека должно приходиться не менее 0,4 кв.м. при высоте помещений не менее 1,9 м., независимо от того, насколько короткой является поездка. В автозаках УАЗ, ГАЗ отопление и проветривание помещения осуществляется лишь при заведенном двигателе и при движении автомобиля, при том, что основную часть конвоирования занимает время ожидания (стоянка при загрузке и выгрузке заключенных). Отопление (обогреватель) расположен в общем коридоре и не проникает в камеры, представляющие собой цельнометаллические конструкции с металлическими дверями и проделанным в них глазком, равно как и поступление свежего воздуха, так как окно и люк расположены в общем коридоре, а приточно-вытяжная вентиляция отсутствует. Освещение в камерах тусклое, отверстие для проникновения дневного света отсутствует. Автозаки УАЗ, ГАЗ не отвечали мерам безопасности, отсутствовали поручни, ремни безопасности, аварийные люки. Отсутствовало багажное отделение, в связи с чем сумки с личными вещами размещались в общем коридоре таким образом, что приводило к порче лежащих в них личных вещей (ломалась пластиковая посуда, лопались бутылки с шампунем и все растекалось по вещам, продуктам и т.д.). «УАЗ-396221-41» оборудован 4 одиночными отсеками одинаковых размеров (ширина 60 см, глубина 49 см, высота 130 см). «ГАЗ-3302 А3» оборудован одним общим отсеком на 4 места и 3 одиночными отсеками аналогичной площади УАЗ и высотой 160 см. Указанные условия этапирования не соответствовали минимальным стандартам, указанным в постановлении ЕСПЧ от 09.04.2019, являются бесчеловечными, в связи с чем истец просит взыскать в его пользу компенсацию в размере 1000000 руб.

06.07.2022 ФИО2 увеличил требования. В их окончательной редакции указал, что нарушения со стороны ответчиков при его конвоировании (перевозке) выразились в следующем. Одиночные камеры в автомобилях не были оборудованы ремнями безопасности, аварийными люками, окнами, в автомобилях отсутствовало багажное отделение, в связи с чем административный истец перевозился в травмоопасных условиях, постоянно испытывал тревогу за жизнь и здоровье, а личные вещи подвергались порче. Перевозка являлась длительной, так как составляла 2 – 4 часа, во время перевозки истец был лишен доступа к питьевой воде и питанию. Во время следования не предоставлялась возможность справить естественные надобности. Размеры одиночных камер, размеры сидений в одиночных и общей камерах не соответствуют Стандартам (Правила стандартизации ПР 78.01.0024-2010, ПР 78.01.0024-2016), а именно, высота камеры должна быть от 1600 до 1700 мм, тогда как камера в автомобиле УАЗ имеет высоту 1300 мм. Размеры сиденья в одиночной камере должны быть не менее 420 мм, в автомобилях УАЗ и ГАЗ размеры сиденья составляли 360 х 360 мм. Автомобиль ГАЗ оборудован общей камерой на 4 посадочных места с размером сиденья 1770 х 430 мм, хотя согласно Стандарту 2010 сиденье на 4 посадочных места должно быть не менее 1800 мм. За указанный период административный истец перевозился 4 раза в общей камере и 10 раз в одиночных камерах, во всех случаях условия перевозки были ненадлежащими. Стандартом 2016 предусмотрено отопление как рабочего салона автомобиля, так и камер. Между тем в автомобилях ГАЗ, УАЗ отопительная система в камерах отсутствует. Стандартом 2016 (п. 5.9) предусмотрено, что вентиляция рабочего салона должна осуществляться через окно во входной двери, аварийно-вентиляционный люк в крыше помещения конвоя, вентиляционные лючки в камерах и системы принудительной приточно – вытяжной вентиляции. Автомобили УАЗ, ГАЗ системой принудительной приточно-вытяжной вентиляции не оборудованы. В общей камере должно устанавливаться два вентиляционных лючка, что отсутствует в общей камере автомобиля ГАЗ; во всех одиночных камерах лючки отсутствуют. В камерах система обогрева отсутствует. В дверях камер снизу имеются отверстия диаметром 3 см. в количестве 4-5 штук, не обеспечивающие проникновение тепла в камеру от обогревателя в центральном проходе автомобиля, а также проникновение свежего воздуха в камеру. В связи с этим зимой в камере холодно, а летом жарко, невыносимая духота. Поскольку сумки с личными вещами размещаются на полу в основном проходе, отверстия в двери перекрывались сумками полностью, что вообще не позволяло теплу и свежему воздуху проникать в камеры. В нарушение Приказа МВД России от 22.11.2005 № 950 «Об утверждении Правил ПВР ИВС» и Приказа Минюста России от 28.12.2017 № 285, ФИО2, являясь инвалидом 2 группы, не обеспечивался медицинским осмотром перед перевозкой, что подвергало угрозе его жизнь и здоровье. Автомобили УАЗ и ГАЗ, согласно Стандартам 2010 (п. 4.12.3) и 2016 (п. 4.13.3), предназначены для кратковременных перевозок спецконтингента из ИВС в суды и обратно. В случае более длительных перевозок должны эксплуатироваться автомобили, предусмотренные пунктами 4.5, 5.5.2 Стандарта 2010. В связи с этим условия перевозки (конвоирования) истца являлись ненадлежащими, что влекло стесненные условия из-за несоблюдения минимальных размеров камер и сиденья, отсутствие свежего воздуха, холод, духота, страх и тревога за жизнь и здоровье, порча личных вещей и продуктов. При назначении размера компенсации просил учесть число перевозок, длительность перевозки, в том числе, в условиях холода, духоты, отсутствие свежего воздуха, из-за чего у истца возникали головные боли, порчу вещей и продуктов, наличие инвалидности 2 группы и хронических заболеваний, бездействие сотрудников при неоднократных обращениях истца прекратить издевательства, а также размер компенсации, назначаемой Верховным судом Российской Федерации и Европейским Судом по аналогичным делам до 15.03.2022. Указал также, что с 01.04.2017 введен в действие в качестве национального стандарта ГОСТ 33546-2015 «Автомобильные транспортные средства оперативно-служебные для перевозки лиц, находящихся под стражей. Технические требования и методы испытания», с которым и должны сопоставляться фактические обстоятельства перевозок административного истца. Кроме того, просил обратить внимание на наличие аварийного люка в помещении конвоя, что, по мнению административного истца, свидетельствует о бесчеловечном и пренебрежительном отношении к нему. Дополнительно 08.09.2022 указал, что в автомобилях отсутствовала туалетная кабинка; «Наставление…» не является нормативно-правовым актом и не может регулировать условия и порядок конвоирования на автомобильном транспорте; автомобили являются 2017 и 2018 годов выпуска, и на них распространяется ГОСТ 33546-2015, а не Стандарты 2010, 2016. Считает, что ответчик пытается ввести суд в заблуждение, поскольку фото сиденья сделаны с ракурса, из которого размер сиденья кажется больше. Светильник в камере закрыт металлическим колпаком, что не позволяет освещению проникать в камеру.

Определениями Сысольского районного суда Республики Коми от 08.04.2022 и 16.05.2022 к участию в деле в качестве ответчиков привлечены МО МВД России «Сысольский», Министерство финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального Казначейства по Республике Коми, ОМВД России по Прилузскому району.

Определением Сысольского районного суда Республики Коми от 02.08.2022 к участию в деле в качестве заинтересованного лица привлечено ГБУЗ РК «Сысольская ЦРБ».

В судебном заседании административный истец ФИО2 на уточненных требованиях настаивал.

Представитель административного ответчика МВД России в судебное заседание не явился, надлежаще уведомлен. В представленном письменном отзыве с последующими дополнениями требования административного истца ФИО2 не признал по указанным в отзыве и дополнительных возражениях основаниям, полагая, что перемещение осужденных и лиц, содержащихся под стражей, в спецавтомобиле при соблюдении установленных правил, разработанных и утвержденных в установленном законом порядке, не может свидетельствовать о применении пыток, жестокого и унижающего достоинство обращения. Претерпевание лицом, заключенным под стражу, определенных нравственных или физических страданий, учитывая факт нахождения под стражей и наличие неизбежного элемента страдания и унижения, связанного с применением данной формы правомерного обращения, является неизбежным следствием исполнения уголовного наказания в виде лишения свободы и не может служить основанием применения положений ст. 227.1 КАС РФ, определяющей основания взыскания компенсации. Кроме того, административный ответчик считает, что истцом пропущен трехмесячный срок для обращения в суд, установленный ст. 219 КАС РФ, так как истец указывает, что перевозился в период с 09.03.2021 по 11.09.2021, нарушение не является длящимся, следовательно, срок для обращения в суд должен исчисляться с даты последнего выбытия из ИВС. Полагает, что постановление ЕСПЧ от 09.04.2019 по делу «Томов и другие против Российской Федерации» к рассматриваемому административному заявлению никакого отношения не имеет, поскольку в данном деле рассматривались другие заявленные требования, не относящиеся к требованиям административного истца.

Министерство финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Республике Коми в судебное заседание своего представителя не направило. В письменном отзыве полагало себя ненадлежащим ответчиком, указывало на пропуск административным истцом срока обращения в суд, установленного ч. 1 ст. 219 КАС РФ, просило отказать в удовлетворении требований ФИО2 и рассмотреть дело по существу в отсутствие своего представителя.

Представитель привлеченного судом к участию в деле в качестве соответчика МО МВД России «Сысольский» ФИО3, действующая на основании доверенности № 120 от 04.10.2021, иск не признала по основаниям, указанным в письменных возражениях. Полагала, что МО МВД России «Сысольский» является ненадлежащим ответчиком по делу, а доводы истца - несостоятельными. Пояснила, что доказательств незаконных действий (бездействия) должностных лиц МО МВД России «Сысольский» в отношении административного истца, его личных неимущественных либо нематериальных благ, наступления неблагоприятных последствий ФИО2 не представлено. Согласно записям в путевом журнале ООиКПиО ИВС МО МВД России «Сысольский» и путевом журнале ООиК ПиО ОМВД по Прилузскому району ФИО2 перевозился (конвоировался) совместным конвоем МО МВД России «Сысольский» и ОМВД России по Прилузскому району в заявленный в иске период с 09.03.2021 по 11.09.2021 15 раз. Согласно имеющимся данным, нормам вместимости, превышения численности спецконтингента не было. Специальные автомобили, на которых конвоировался ФИО2, имеют соответствующие лицензии и одобрения типа транспортного средства, соответствуют установленным в Российской Федерации требованиям к механическим транспортным средствам. Спецавтомобили ежегодно обследуются, о чем составляется акт, ежедневно проходят предрейсовый и технический осмотры. Оборудование спецавтомобилей поручнями, ремнями безопасности, подлокотниками и т.д., а также багажным отделением и окнами не предусмотрено, переоборудование спецтранспорта запрещено. Перемещение осужденных и лиц, содержащихся под стражей, в спецавтомобиле при соблюдении установленных правил, разработанных и утвержденных в установленном законом порядке, не может свидетельствовать о применении пыток, жестоко и унижающего достоинство обращения. Кроме того, представитель административного ответчика полагала, что административным истцом ФИО2 пропущен срок обращения с иском в суд, предусмотренный ст. 219 КАС РФ. В дополнительных возражениях указала, что перед выездом ответственным от руководящего состава МО МВД России «Сысольский» и ОМВД по Прилузскому району с сотрудниками конвоя, в том числе с водителем, проводится инструктаж, на котором обращается внимание на соблюдение требований Федерального закона № 103-ФЗ от 15.07.1995 «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», приказа МВД России от 07.03.2006 № 140дсп, соблюдение правил дорожного движения и мер личной безопасности, о чем имеются записи в путевых журналах и рапортах на выезд. Жалоб на испорченные вещи, отсутствие естественного света, вентиляции, а также получение каких-либо травм, не предоставление питьевой воды, неосуществление остановок для отправления естественных надобностей в период конвоирования от административного истца не поступало. Доводы истца о длительности конвоирования являются несостоятельными, так как расстояние от ИВС до обменного пункта г. Сыктывкар составляет около 90 км, согласно имеющимся рапортам на выезд, ориентировочное время нахождения в пути 1,5 часа. Согласно продовольственной тетради ИВС МО МВД России «Сысольский» № 2743 каждый раз перед отправкой ФИО2 получал сухой паек, о чем имеются записи и его подпись. При каждом конвоировании у сотрудников конвоя имеется горячая и холодная вода и в случае необходимости предоставляется конвоируемым лица по их требованию. Штатным расписание ИВС МО МВД России «Сысольский» предусмотрена должность фельдшера, однако в период конвоирования ФИО2 и по настоящее время она вакантна. ФИО2 в соответствии с установленными требованиями при каждом поступлении в ИВС осматривался дежурными ИВС и в связи с отсутствием жалоб и каких-либо признаков заболевания принимался и размещался в камеры. Сведений о невозможности содержания административного истца в ИВС, а также наличии показаний к непрерывному наблюдению и лечению в соответствующих лечебно-профилактических учреждениях в адрес административного ответчика из ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Республике Коми не поступало, каких-либо противопоказаний к конвоированию ФИО2 в заявленные периоды не имелось, при поступлении в ИВС и в период содержания в ИВС ФИО2 жалоб на состояние здоровья не высказывал. В указанные периоды ежедневно ИВС МО МВД России «Сысольский» проверялся прокурором Сысольского района Республики Коми на предмет соблюдения прав подозреваемых и обвиняемых. По результатам проверок жалоб и заявлений от ФИО2 по указанным в иске фактам не поступало.

Привлеченный судом к участию в деле в качестве соответчика ОМВД по Прилузскому району своего представителя в суд не направил, уведомлен надлежащим образом. В письменном отзыве требования административного истца также не признал. Указал, что специальный автомобиль ГАЗ 3302 АЗ, на котором перевозился (конвоировался) ФИО2, изготовлен на предприятии, имеющем соответствующие лицензии и одобрения типа ТС, выданные органом по сертификации продукции. В соответствии с полученными одобрениями транспортные средства соответствуют установленным в Российской Федерации требованиям к механическим транспортным средствам, в связи с этим, законность эксплуатации транспортного средства, на котором перевозился ФИО2, сомнений не вызывает. В соответствии с правилами по сертификации, помимо общих требований, предъявляемых к механическим транспортным средствам, к автомобилям, осуществляющим перевозку заключенных под стражу лиц, предъявляются специальные технические требования – Правила стандартизации ПР 78.01.0024-2010 «Автомобили оперативно-служебные для перевозки подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» (далее – Стандарт 2010) и Правила стандартизации ПР 78.01.0024-2016 «Автомобили оперативно-служебные для перевозки подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» (далее – Стандарт 2016). В период эксплуатации автомобилей изменений в конструкцию не производилось, автомобили находятся в технически исправном состоянии, что подтверждается ежедневными предрейсовыми осмотрами с отметкой в путевом листе, а также актами ежегодных комиссионных обследований спецавтомобилей.

Заинтересованное лицо ГБУЗ РК «Сысольская ЦРБ» в судебное заседание не явилось, надлежаще уведомлено.

На основании статьи 150 КАС РФ, суд счёл возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, явка которых не признана судом обязательной, заявленные доводы изложены в письменном виде.

Суд, заслушав административного истца и представителя административного ответчика МО МВД России «Сысольский», свидетелей, исследовав материалы дела, просмотрев видеозапись съемки автомобиля «ГАЗ-3302», обозрев материалы надзорного производства № 319ж-2020, приходит к следующему.

Согласно ст. 4 Федерального закона от 15.07.1995 N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений", содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей.

Согласно ч. 1 ст. 227.1 КАС РФ, лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

При рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с частью 1 статьи 227.1 КАС РФ, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия (ч. 5 ст. 227.1 КАС РФ).

Условием присуждения данной компенсации является нарушение прав и законных интересов лиц, содержащихся под стражей, неправомерными действиями (неправомерным бездействием) должностных лиц учреждений и органов, исполняющих уголовные наказания, обеспечивающих содержание под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений.

Пунктом 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 N 47 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания" разъяснено, что право на свободу и личную неприкосновенность является неотчуждаемым правом каждого человека, что предопределяет наличие конституционных гарантий охраны и защиты достоинства личности, запрета применения пыток, насилия, другого жестокого или унижающего человеческое достоинство обращения или наказания (статьи 17, 21 и 22 Конституции Российской Федерации).

Возможность ограничения указанного права допускается лишь в той мере, в какой оно преследует определенные Конституцией Российской Федерации цели, осуществляется в установленном законом порядке, с соблюдением общеправовых принципов и на основе критериев необходимости, разумности и соразмерности, с тем, чтобы не оказалось затронутым само существо данного права.

Меры принуждения, ограничивающие свободу и личную неприкосновенность, применяемые в связи с необходимостью изоляции лица от общества, пребывания в ограниченном пространстве, предусмотрены законодательством об административных правонарушениях, уголовным, уголовно-процессуальным, уголовно-исполнительным законодательством, иными федеральными законами и представляют собой, в том числе, доставление, привод, конвоирование, перевод (направление) осужденного в иное исправительное учреждение, другое перемещение, например, к местам проведения следственных действий или судебных заседаний либо в медицинские организации, задержание, заключение под стражу и содержание под стражей, арест, лишение свободы.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 3 указанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года N 47, принудительное содержание лишенных свободы лиц в предназначенных для этого местах, их перемещение в транспортных средствах должно осуществляться в соответствии с принципами законности, справедливости, равенства всех перед законом, гуманизма, защиты от дискриминации, личной безопасности, охраны здоровья граждан, что исключает пытки, другое жестокое или унижающее человеческое достоинство обращение и, соответственно, не допускает незаконное - как физическое, так и психическое - воздействие на человека; иное является нарушением условий содержания лишенных свободы лиц.

При оспаривании условий перевозки лишенных свободы лиц судам необходимо иметь в виду, что она всегда должна осуществляться гуманным и безопасным способом. В связи с этим при оценке того, являются ли условия перевозки надлежащими, необходимо учитывать в том числе соблюдение требований по обеспечению безопасности перевозок соответствующим видом транспорта, пассажировместимость транспортного средства, длительность срока нахождения указанных лиц в транспортном средстве, площадь, приходящуюся на одного человека, высоту транспортного средства, его достаточные освещенность и проветриваемость, температуру воздуха, обеспеченность питьевой водой и горячим питанием при длительных перевозках, предоставление возможности перевозить с собой документы, необходимые для реализации установленных законом процессуальных прав и обязанностей, наличие возможности обращения к сопровождающим лицам, соответствие условий перевозки состоянию здоровья транспортируемого лица (п. 18 Постановления Пленума ВС РФ от 25.12.2018 № 47).

Судом установлено, что приговором Сысольского районного суда Республики Коми от 05.05.2021 по уголовному делу № 1-42/2021 ФИО2 осужден по п. «а» ч. 2 ст. 158, ст. 70 УК РФ к лишению свободы на срок 8 месяцев с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

В ходе расследования и рассмотрения данного уголовного дела ФИО2 содержался под стражей с 09.12.2020.

Приговором Сысольского районного суда Республики Коми от 07.09.2021 по уголовному делу № 1-100/2022 ФИО2 осужден по п. «в» ч. 2 ст. 158, ч. 5 ст. 69 УК РФ к лишению свободы на срок 10 месяцев с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

В рамках расследования и рассмотрения уголовного дела № 1-100/2022 ФИО2 содержался под стражей с 04.09.2021.

Согласно представленным административным ответчиком МО МВД России «Сысольский» сведений, ФИО2 в период с 09.03.2021 по 11.09.2021 конвоировался (перевозился автомобильным транспортом) 15 раз:

- 09.03.2021 из ИВС с. Визинга на обменный пункт г. Сыктывкара а/м ГАЗ-3302, г.р.з. №, закрепленным за ОМВД по Прилузскому району;

- 13.03.2021 с обменного пункта г. Сыктывкара в ИВС с. Визинга а/м ГАЗ-3302, г.р.з. №, закрепленным за ОМВД по Прилузскому району;

- 21.03.2021 из ИВС с. Визинга на обменный пункт г. Сыктывкара а/м ГАЗ-3302, г.р.з. №, закрепленным за ОМВД по Прилузскому району;

- 06.04.2021 с обменного пункта г. Сыктывкара в ИВС с. Визинга а/м ГАЗ-3302, г.р.з. №, закрепленным за ОМВД по Прилузскому району;

- 08.04.2021 из ИВС с. Визинга на обменный пункт г. Сыктывкара а/м ГАЗ-3302, г.р.з. №, закрепленным за ОМВД по Прилузскому району;

- 30.04.2021 с обменного пункта г. Сыктывкара в ИВС с. Визинга а/м УАЗ-396221-41, №, закрепленным за МО МВД России «Сысольский»;

- 07.05.2021 из ИВС с. Визинга на обменный пункт г. Сыктывкара а/м УАЗ-396221-41, №, закрепленным за МО МВД России «Сысольский»;

- 05.06.2021 с обменного пункта г. Сыктывкара в ИВС с. Визинга а/м ГАЗ-3302, г.р.з. №, закрепленным за ОМВД по Прилузскому району;

- 13.06.2021 из ИВС с. Визинга на обменный пункт г. Сыктывкара а/м ГАЗ-3302, г.р.з. №, закрепленным за ОМВД по Прилузскому району;

- 03.08.2021 из СИЗО-1 г. Сыктывкара в ИВС с. Визинга а/м HYUNDAI ACCENT, г.р.з. №, закрепленным за МО МВД России «Сысольский»;

- 08.08.2021 из ИВС с. Визинга на обменный пункт г. Сыктывкара а/м УАЗ-396221-41, №, закрепленным за МО МВД России «Сысольский»;

- 18.08.2021 с обменного пункта г. Сыктывкара в ИВС с. Визинга а/м УАЗ-396221-41, №, закрепленным за МО МВД России «Сысольский»;

- 20.08.2021 из ИВС с. Визинга на обменный пункт г. Сыктывкара а/м УАЗ-396221-41, №, закрепленным за МО МВД России «Сысольский»;

- 04.09.2021 с обменного пункта г. Сыктывкара в ИВС с. Визинга а/м УАЗ-396221-41, №, закрепленным за МО МВД России «Сысольский»;

- 11.09.2021 из ИВС с. Визинга на обменный пункт г. Сыктывкара а/м ГАЗ-3302, г.р.з. №, закрепленным за ОМВД по Прилузскому району.

Административным истцом ФИО2 предъявляются требования по нарушению условий конвоирования в ходе перевозки специальными автомобилями УАЗ-396221-41 №, закрепленным за МО МВД России «Сысольский» и ГАЗ-3302, г.р.з. №, закрепленным за ОМВД по Прилузскому району. Требования по спецавтомобилю HYUNDAI ACCENT, г.р.з. №, истцом не предъявляются.

В своей деятельности по конвоированию лиц, заключенных под стражу (подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений), в специальных автомобилях административные ответчики МО МВД России «Сысольский» и ОМВД по Прилузскому району руководствуются Наставлением по служебной деятельности изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, подразделений охраны и конвоирования подозреваемых и обвиняемых, утвержденного приказом МВД России от 07.03.2006 № 140 дсп.

В соответствии с данным приказом, специальный автомобиль должен быть исправен, предназначен только для сидящих подозреваемых и обвиняемых. Запрещено использовать спецавтомобиль, если он не оборудован в соответствии с предъявляемыми требованиями.

Специальные автомобили для перевозки осужденных и лиц, содержащихся под стражей, относятся к транспортным средствам, которые используются учреждениями уголовно-исполнительной системы для перемещения осужденных и лиц, содержащихся под стражей, при конвоировании.

Планировка спецкузова с различными сочетаниями общих и одиночных камер и пассажировместимость определяются одобрением типа транспортного средства, выдаваемым органами по сертификации.

Согласно Правилам стандартизации ПР 78.01.0024-2016 «Автомобили оперативно-служебные для перевозки подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» (далее по тексту – Стандарт 2016), введенным в действие с 08.08.2016 взамен ПР 78.01.0024-2010, спецавтомобили изготавливаются на базе грузового автомобиля (шасси), автомобильных фургонов с закрытым цельнометаллическим кузовом, составляющим единую конструкцию с кабиной; автобусов. В случае изготовления спецавтомобиля на базе грузового автомобиля, на него устанавливается специальный кузов. В спецкузове оборудуются: помещение конвоя, общие и одиночные камеры для осужденных и лиц, содержащихся под стражей. Спецавтомобили предназначены для перевозки только сидящих людей (пункты 4.4. – 4.6 Стандарта 2016).

Конструкция спецавтомобиля должна обеспечивать полную изоляцию спецконтингента от посторонних граждан, находящихся снаружи спецавтомобиля. Конструктивные требования к спецавтомобилям на базе грузовых автомобилей (раздел 5.1 Стандарта 2016) предусматривают, что спецкузов должен быть цельнометаллическим, каркасным, с теплоизоляцией между наружной и внутренней обшивкой. Внутренняя высота спецкузова должна составлять от 1600 до 1700 мм. Высота свободного пространства рабочего салона по продольной оси спецавтомобиля должна быть не менее 1500 мм, при общей вместимости рабочего салона не более 7 человек – не менее 1300 мм. Высота свободного пространства над каждым сидячим местом должна быть не менее 900 мм, при общей вместимости рабочего салона не более 7 человек – не менее 850 мм (п. 5.2.5). Размеры камер для спецконтингента (разделы 5.4 – 6.1): одиночная камера 650-900 мм х 500-750 мм, общая камера с одним рядом сидений 650-900 мм, ширина из расчета 450-700 мм на одно посадочное место; максимальная высота камер не более 1700 мм. Сиденья спецконтингента должны быть стационарными, жесткой конструкции. Сиденья должны иметь следующие размеры: в общих камерах должны быть установлены многоместные сиденья (лавки) длиной из расчета от 450 до 700 мм на одно посадочное место; ширина сиденья в одиночной камере – не менее 420 мм, глубина сидений – не менее 350 мм. Минимальные нормы площади камер Стандартом 2016 не предусмотрены.

Согласно разделу 1 указанного Стандарта 2016, спецавтомобили, поставляемые в подразделения органов внутренних дел Российской Федерации, должны соответствовать требованиям настоящих правил стандартизации и Техническому регламенту Таможенного союза ТР ТС 018/2011.

Приказом МВД по Республике Коми № 9 от 04.05.2017 за ИВС ОМВД России по Прилузскому району закреплено ТС 326041 на шасси ГАЗ-3302, 2017 года выпуска, категории "оперативно – служебные» (т. 1, л.д. 73-74).

На автомобиль специальный (оперативно-служебный) ГАЗ 3302-А3 326041 выдано Одобрение типа транспортного средства серии RU № 0002821, согласно которому автомобили данного типа соответствуют требованиям технического регламента Таможенного союза «О безопасности колесных транспортных средств» (т. 1, л.д. 77).

Согласно Приложению № 1 к данному одобрению RU № 0002821, кузов данного автомобиля представляет собой кузов-фургон пассажирский, закрытого типа, цельнометаллический, каркасный, с помещением конвоя, тремя одиночными камерами и одной общей камерой, с аварийно – вентиляционным люком / одна одностворчатая боковая дверь (справа) с окном, оборудованным решеткой. Количество мест для сидения для спецконтингента предусмотрено в количестве 7: 4 (в общей камере) + 3 (в одиночных камерах) + 2 (в помещении конвоя) + 3 (в кабине).

Приказом МВД по Республике Коми № 15 а/х от 09.07.2018 за ИВС МО МВД России «Сысольский» закреплен автомобиль УАЗ-396221, 2018 года выпуска, категории «оперативно-служебные» (т. 1, л.д. 62-64).

На автомобиль УАЗ модификации 396221 выдано Одобрение типа транспортного средства серии RU № 0007166, согласно которому автомобили данного типа соответствуют требованиям технического регламента Таможенного союза «О безопасности колесных транспортных средств» (т. 1, л.д. 67).

Согласно Приложению № 1 к данному одобрению RU № 0007166, тип кузова данного автомобиля – закрытый, цельнометаллический / три боковые одностворчатые двери и одна двустворчатая дверь задка; оборудован аварийно-вентиляционным люком, в передней перегородке и боковой двери зарешеченное окно, в рабочем салоне размещены 4 одиночные камеры для заключенных и помещение конвоя; в каждой одиночной камере размещены: одиночное стационарное жесткое сиденье, плафон освещения, защищенный от умышленного повреждения, в помещении конвоя размещены, в том числе: электрический щиток с выключателями для раздельного включения: дополнительного отопителя, вентиляции, освещения по камерам. Количество мест для сидения – 7+1, пассажировместимость 7 человек.

Из сведений, представленных административным ответчиком МО МВД России «Сысольский» (т. 1, л.д. 56 – 57) следует, что превышения установленной численности спецконтингента при конвоировании ФИО2, не было.

Согласно представленным суду замерам спецавтомобиля УАЗ-396221, высота одиночной камеры составляет 1300 мм, размеры камеры 670 мм х 550 мм. Размер сиденья в одиночной камере 350 мм х 420 мм.

Из представленных суду замеров спецавтомобиля ГАЗ-3302 высота камер составляет 1600 мм, размеры одиночной камеры 650 мм х 550 мм. Глубина общей камеры 700 мм, ширина (определяется длиной скамьи) 1900 мм, то есть на одно посадочное место приходится 475 мм. Размер сиденья в одиночной камере 370 мм х 420 мм, глубина сиденья в общей камере 370 мм.

Таким образом, размеры камер и сидений спецавтомобилей УАЗ-396221 и ГАЗ-3302 соответствуют требованиям Стандарта 2016.

Межгосударственный стандарт ГОСТ 33546-2015 "Автомобильные транспортные средства оперативно-служебные для перевозки лиц, находящихся под стражей. Технические требования и методы испытаний", который введен в действие с 1 апреля 2017 г. для добровольного применения в Российской Федерации в качестве национального стандарта Российской Федерации Приказом Федерального агентства по техническому регулированию и метрологии от 7 июня 2016 г. N 539-ст, предусматривает (п. 5.4.4, 5.5), что минимальный размер одиночной камеры для спецконтингента составляет 500 мм х 650 мм, ширина общей камеры определяется длиной сидений (не менее 450 мм на одного человека), глубина общей камеры 650 мм, ширина сиденья в одиночной камере - не менее 420 мм, глубина сидений – не менее 350 мм.

Следовательно, вопреки доводам административного истца, представленные суду размеры спецавтомобилей ГАЗ и УАЗ соответствуют также требованиям Межгосударственного стандарта ГОСТ 33546-2015.

Кроме того, стандарт ГОСТ 33546-2015 также предусматривает иные положения, аналогичные требованиям Стандарта 2016, а именно: спецавтомобиль предназначен для перевозки только сидящих людей (п. 4.3); у спецавтомобилей на шасси грузовых автомобилей спецкузов должен быть цельнометаллическим, каркасным, внутренняя высота спецкузова должна составлять от 1600 до 1700 мм (пункты 5.1.1., 5.1.3).

Довод административного истца о ненадлежащем ракурсе, с которого сделаны фотографии сидений в камерах спецавтомобилей, суд находит необоснованным, так как доказательств, подтверждающих его, в материалах дела не имеется.

Согласно ответу МВД по Республике от 18.05.2022 на обращение административного истца, на спецавтомобилях, в основном используемых в настоящее время для перевозки осужденных и лиц, содержащихся под стражей, изготавливаемых на базе серийно выпускаемых транспортных средств типа КАМАЗ, ГАЗ, наличие ремней безопасности для пассажиров (спецконтингента) не предусмотрено в соответствии с одобрением типа.

Согласно подпункту 1.21.1. пункта 1.21. (Требования к транспортным средствам оперативно-служебным для перевозки лиц, находящихся под стражей) приложения N 6 к техническому регламенту Таможенного союза "О безопасности колесных транспортных средств" (ТР ТС 018/2011), требования Правил Европейской экономической комиссии Организации Объединенных Наций N 14 и 16 (в части оборудования ремнями безопасности) к рабочим салонам специальных автомобилей для перевозки осужденных и лиц, содержащихся под стражей, не применяются.

Таким образом, оборудование спецавтомобилей поручнями, ремнями безопасности, подлокотниками, подставками для ног, подушками безопасности, багажными отделениями какими-либо нормативными правовыми актами не предусмотрено, переоборудование спецтранспорта запрещено.

Изложенное выше подтвердил также допрошенный 02.08.2022 судом свидетель врио начальника ОГИБДД МО МВД России «Сысольский», капитан полиции М.С.В., который пояснил, что у автомобилей, перевозящих спецконтингент, ремни безопасности должны быть оборудованы в кабине транспортного средства. При перевозке спецконтингента ремней и мягких сидений не предусмотрено согласно Технического регламента Таможенного союза «О безопасности колесных транспортных средств» (т. 2, л.д. 192).

Согласно требованиям Стандарта 2016, дверь одиночной камеры должна быть оборудована вентиляционными отверстиями (верхними и нижними), диаметр (сторона) отверстий должна быть не более 40 мм, расстояние между кромками отверстий, выполненных в обшивке – не менее 10 мм (п. 5.6.2.4). Отопление рабочего салона должно осуществляться отопителем, работающим на принципе отбора тепла от жидкости системы охлаждения двигателя, и (или) автономным отопителем (несколькими отопителями). В спецавтомобилях на базе автофургонов и автобусов могут использоваться штатные отопители базового автомобиля (раздел 5.8). Вентиляция рабочего салона должна осуществляться через окно во входной двери, аварийно-вентиляционный люк в крыше помещения конвоя, вентиляционные лючки в камерах для спецконтингента и туалетной кабине и системой принудительной приточно-вытяжной вентиляции. Система вентиляции должна соответствовать требованиям Технического регламента Таможенного союза ТР ТС 018/2011. Вентиляционные лючки оборудуются при необходимости для обеспечения требований указанного Технического регламента в части, касающейся воздухообмена (в одиночных камерах – по одному, в общих камерах – по два лючка), вентиляционные лючки оборудуются в крыше кузова спецавтомобиля. При общей вместимости рабочего салона не более 7 человек в нем должен быть установлен минимум один вентилятор. При наличии общих камер для спецконтингента, в помещении конвоя должен быть установлен приточный вентилятор (может входить в состав кондиционера, при его наличии), в каждой общей камере – вытяжные вентиляторы (по одному в потолке каждой камеры) (раздел 5.9.). Рабочий салон должен иметь аварийные выходы через аварийно-вентиляционный люк в помещении конвоя и аварийные люки в общих камерах для спецконтингента вместимостью более 5 человек (по одному в каждой камере) (п. 6.1.1).

Пунктом 5.9.1 ГОСТ 33546 - 2015 установлено, что вентиляция рабочего салона спецавтомобиля должна осуществляться через окно во входной двери, аварийно-вентиляционный люк в крыше помещения конвоя, вентиляционные лючки в камерах для спецконтингента и туалетной кабине и/или системой принудительной приточно-вытяжной вентиляции. Применение принудительной приточно-вытяжной вентиляции с использованием электрических вентиляторов обязательно при общей вместимости рабочего салона более семи человек (П. 5.9.3).

Из представленных суду фотографий салонов спецавтомобилей установлено, что в камерах имеются лючки для вентиляции. Кроме того, для целей вентиляции также служат отверстия в дверях камеры.

Согласно п. 5.6.2.4 ГОСТ 33546-2015, требования к дверям одиночных камер предусматривают, что должна быть обеспечена невозможность просмотра пространства помещения конвоя изнутри камеры через вентиляционные отверстия.

Таким образом, утверждение административного истца о том, что в дверях отсутствуют отверстия для проникновения тепла и воздуха, так как они не просматриваются насквозь, не соответствует действительности.

.Как указал в судебном заседании свидетель П.С.Б., помощник начальника ОМВД России по Прилузскому району, в автомобиле ГАЗ 2017 года выпуска принудительная вентиляция имеется, связана со всеми камерами, щиток находится в конвойном помещении. В одиночных поворачиваются лепестки, можно в холодное время года перекрыть. Когда включается двигатель, начинается забор воздуха из камеры, через отверстия поступает свежий воздух, отверстия в дверях ничем не перекрыты.

Требований к оборудованию отоплением камер спецавтомобилей Стандартом 2016 не предусмотрено, из смысла п. 5.8.3 Стандарта 2016 следует, что оборудование камер для спецконтингента элементами системы отопления допускается при необходимости.

Как указано выше, согласно требованиям Стандарта 2016, наличие аварийно – вентиляционного люка в одиночных камерах не предусмотрено. Аналогичные требования установлены ГОСТ 33546-2015, согласно п. 5.15.1 которого рабочий салон должен иметь аварийные выходы через аварийно-вентиляционный люк в помещении конвоя и аварийные люки в общих камерах для спецконтингента вместимостью более пяти человек (по одному в каждой камере).

Суд не соглашается также с доводом административного истца о недостатке освещения в камере в связи с тем, что светильник закрыт металлическим колпаком, что не позволяет освещению проникать в камеру.

Стандартом 2016 (пункты 5.10.2) установлено, что освещение помещения конвоя, камер для спецконтингента и туалетной кабины должно обеспечиваться на все время пребывания спецконтингента в спецавтомобиле. Должна быть обеспечена возможность включения освещения при неработающем двигателе спецавтомобиля, при любом положении ключа зажигания и при вынутом ключе зажигания.

Наличие на плафонах, при помощи которых осуществляется освещение в камерах для спецконтингента, защитных колпаков, выполненных из стального листа толщиной не менее 1,5 мм, предусмотрено п. 5.10.3 Стандарта 2016.

Аналогичные положения предусмотрены 5.10.3 ГОСТ 33546-2015.

Таким образом, наличие защитных решеток на плафонах в камерах соответствует установленным требованиям и не может оцениваться как нарушение надлежащих условий конвоирования.

Сведений о поступлении от ФИО2 жалоб на недостаток освещения суду так же не представлено.

Специальные автомобили, на которых конвоировался ФИО2, УАЗ-396221-41 и ГАЗ-3302 имеют соответствующие лицензии и одобрения типа транспортного средства. В соответствии с полученными одобрениями транспортные средства соответствуют установленным в Российской Федерации требованиям к механическим транспортным средствам.

Приказом МВД России № 140дсп от 07.03.2006 установлены требования к техническому состоянию автомобилей, используемых для перевозки лиц, находящихся под стражей. В процессе эксплуатации осуществляется техническое комиссионное обследование спецавтомобилей, использование служебного спецавтомобиля для перевозки заключенных под стражу лиц с неисправными системами и агрегатами не допускается. Спецавтомобили ежегодно обследуются комиссионно, о чем составляется акт.

Суду представлены акты технического обследования спецавтомобилей УАЗ-396221 и ГАЗ-3302. Спецавтомобиль УАЗ-396221 был комиссионно обследован 29.10.2021 (т. 1, л.д. 65), спецавтомобиль ГАЗ-3302 комиссионно обследован 28.10.2021 (т. 1, л.д. 89 - 90), в раках которого, в том числе, проверялись техническое состояние автомобиля, освещение камер, отопление салона, вентиляция салона, наличие аварийного люка, система пожаротушения отсеков для задержанных, огнетушители, медицинские аптечки. По результатам обследования спецавтомобили были технически исправны, не признавались непригодными для перевозки заключенных под стражу лиц.

Сведений о том, что в спецавтомобили вносились конструктивные изменения, в материалах дела не имеется.

Кроме того, ежедневно перед выездом проводится предрейсовый контроль технического состояния транспортных средств, о чем суду представлены Журналы результатов предрейсового контроля технического состояния транспортных средств (т. 2, л.д. 128 – 147).

Перед каждым выездом с конвоем проводится инструктаж под роспись, обращается внимание на бдительное несение службы, соблюдение мер личной безопасности, дисциплины и законности, соблюдение транспортной дисциплины по Правилам дорожной безопасности РФ при движении, что подтверждается путевыми журналами МО МВД России «Сысольский» и ОМВД России по Прилузскому району (т. 2, л.д. 45 – 67).

Как установлено судом, с жалобами и претензиями на условия конвоирования к должностным лицам конвоя в указанный период ФИО2 не обращался, о порче личных вещей и продуктов при перевозке также не сообщал, равно как и не поступало жалоб на отсутствие естественного света, вентиляции, холод, духоту, на получение каких-либо травм в период перевозки. Данные обстоятельства подтверждаются Журналом для регистрации заявлений, жалоб, ходатайств МО МВД России «Сысольский» (т. 2, л.д. 88 – 127).

По сведениям, представленным суду, расстояние от ИВС с. Визинга до обменного пункта в г. Сыктывкаре составляет 90 км., время перевозки (конвоирования) занимает в среднем 1,5 часа, что подтверждается, в том числе, представленными суду рапортами на выезд на автомашине сопровождения (т. 2, л.д. 29 – 44). Согласно указанных рапортов, время с момента выезда из ИВС с. Визинга до убытия с обменного пункта г. Сыктывкар (обратно) составляет 2 часа.

Как пояснил суду свидетель Ш.А.А., ранее работавший начальником ИВС МО МВД России «Сысольский» (т. 2, л.д. 192), время в пути до обменного пункта г. Сыктывкар от ИВС составляет максимум 1,5 часа. По приезду происходит передача дел начальнику конвоя УФСИН в пределах 10 – 15 минут. После этого начинается погрузка. Спецконтингент находится в машине примерно 15-20 минут. Не помнит, чтобы при погрузке-выгрузке стояли по 3 часа. Время нахождения в спецавтомобиле 2-2,5 часа, не больше. Багажного отделения в автомобиле нет, вещи находились в проходе между камерами. Жалоб от ФИО2 не помнит.

Свидетель К.А.Н., начальник ИВС МО МВД России «Сысольский» подтвердил, что время в пути при конвоировании от ИВС с. Визинга до обменного пункта г. Сыктывкар составляет 1,5 часа, с учетом остановок, пробок. Время нахождения в машине зависит от количества контингента. Общее время не превышает от 2,5 до 3 часов. Специального места для перевозки вещей нет, они помещаются в свободную камеру или в коридоре. При отправке все вещи осматриваются, перевозятся в мягких или пластиковых упаковках, в стеклянных – нет. От ФИО2 жалоб не поступало.

Свидетель П.С.Б. в судебном заседании показал, что время в пути с обменного пункта составляет 1,5 часа, с досмотром - 2 часа максимум. Перед отправкой конвоируемых досматривают, они содержатся в 2 «стаканах» в здании ИВС, в следственном кабинете, отдельно. ФИО2 всегда обыскивали в последнюю очередь, когда выезжали из ИВС. Вещи спецконтингента размещались рядом с сотрудниками конвоя в коридоре, укладываются друг на друга, между камерами и сиденьями. Сумки ставят в присутствии спецконтингента, их не кидают, пакеты под сиденья. Железнова последнего заводили, при выходе сумку выдавали первому. Жалоб на что-либо при конвоировании от ФИО2 не поступало.

Таким образом, доводы административного истца о том, что ему приходится долго ожидать в машине, вещи при конвоировании повреждаются в связи с отсутствием багажного отделения, в судебном заседании подтверждения не нашли.

В соответствии со ст. 22 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», подозреваемые и обвиняемые обеспечиваются бесплатным питанием, достаточным для поддержания здоровья и сил по нормам, определяемым Правительством Российской Федерации.

Согласно п. 42 Правил внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утвержденных Приказом МВД России от 22.11.2005 № 950, подозреваемые и обвиняемые содержатся в общих или одиночных камерах изолятора временного содержания, обеспечиваются ежедневно бесплатным трехразовым горячим питанием по нормам, определяемым Правительством Российской Федерации.

Как указывает административный ответчик МО МВД России «Сысольский» (т. 2, с. 13), в целях организации и обеспечения питания для лиц, содержащихся в ИВС МО МВД России «Сысольский» ежегодно заключаются государственные контракты на обеспечение трехразовым питанием. В 2021 году государственный контракт заключался с ПО «Югор».

В соответствии с п. 152 указанных Правил внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, подозреваемые или обвиняемые перед отправкой для участия в следственных действиях за пределами ИВС или в судебных заседаниях должны получить горячее питание по установленным нормам. В случае невозможности обеспечения горячим питанием указанные лица обеспечиваются сухим пайком.

Суду представлена продовольственная тетрадь ИВС МО МВД России «Сысольский» № 2743, из которой следует, что при перевозке (конвоировании) ФИО2 обеспечивался сухим пайком, в получении которого он собственноручно расписывался (т. 2, л.д. 80 – 87).

Из пояснений административного ответчика МО МВД России «Сысольский», свидетелей, установлено, что при каждом конвоировании у сотрудников конвоя имеется холодная и горячая питьевая вода, которая в случае необходимости предоставляется конвоируемым лицам по их требованию. Сведений о том, что административный ответчик обращался с жалобами на непредоставление питьевой воды, суду не представлено.

Таким образом, доводы административного истца об отсутствии питьевой воды и питания суд отклоняет.

В соответствии с п. 246 приказа МВД России от 07.03.2006 № 140дсп «Об утверждении Наставления по служебной деятельности изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, подразделений охраны и конвоирования подозреваемых и обвиняемых» предусмотрено, что через каждые <данные изъяты> часа движения в зависимости от обстановки и категории конвоируемых, согласно задаче, поставленной на инструктаже, и решению начальника (старшего) конвоя могут делаться остановки <данные изъяты>.

Из пояснений административного истца МО МВД России «Сысольский», свидетелей, установлено, что перед выездом конвоируемым лицам предоставляется возможность посетить туалет. С учетом непродолжительности перевозки (1,5 часа) остановки в пути для отправления естественных надобностей не предусмотрены. В пути следования сотрудники конвоя, при поступлении просьб о необходимости отправления конвоируемыми лицами естественных надобностей, осуществляют остановки.

Жалоб от ФИО2 в период конвоирования на отказ в остановке для отправления естественных надобностей не поступало (журнал № 127 для регистрации заявлений, жалоб, ходатайств, т. 2, л.д. 88-127). Указанные обстоятельства нашли свое подтверждение также в показаниях свидетелей Ш.А.А. (т. 2, л.д. 193), К.А.Н. (т. 2, л.д. 194).

Стандартом 2016 предусмотрено, что туалетная кабина оборудуется при общей вместимости рабочего салона более 50 человек (п. 4.6); ГОСТ 33546-2015 устанавливает, что туалетная кабина предусмотрена в спецавтомобилях вместимостью более семи человек спецконтингента (п. 4.5).

Учитывая вышеизложенное, суд полагает, что требования к оборудованию спецавтомобилей туалетными кабинами административными ответчиками также не нарушены.

П. 9 «Инструкции о порядке медико-санитарного обеспечения лиц, содержащихся в изоляторах временного содержания органов внутренних дел", утвержденной Приказом МВД РФ N 1115, Минздрава РФ N 475 от 31.12.1999, предусмотрено, что в течение первых суток пребывания в ИВС проводится первичный медицинский осмотр всех вновь поступивших с целью выявления лиц с подозрением на инфекционные заболевания, представляющих опасность для окружающих, и больных, нуждающихся в скорой медицинской помощи. При этом обращается особое внимание на наличие проявлений кожных, венерических, психических заболеваний, пораженность педикулезом, чесоткой. Осмотр проводится медицинским работником в медицинском кабинете. Регистрация больных и лиц, предъявляющих жалобы на состояние здоровья, осуществляется в журнале медицинских осмотров лиц, содержащихся в ИВС.

В случае отсутствия медицинского работника в период поступления в ИВС вновь прибывших лиц, дежурный по ИВС, а при отсутствии штатного дежурного по ИВС - дежурный (помощник дежурного) по органу внутренних дел, опрашивает их о состоянии здоровья. При наличии жалоб от вновь поступивших лиц на плохое самочувствие или признаках заболевания (травмы) дежурный по ИВС (дежурный, помощник дежурного по органу внутренних дел) обязан немедленно вызвать медицинского работника ИВС либо бригаду скорой медицинской помощи. О результатах опроса подозреваемых и обвиняемых, заявленных при этом жалобах на состояние здоровья и оказанной нуждавшимся медицинской помощи производятся необходимые записи в журнале медицинских осмотров лиц, содержащихся в ИВС, который хранится в медицинской части ИВС, а в период отсутствия медицинского работника - у дежурного по ИВС (дежурного, помощника дежурного по органу внутренних дел) (п. 10 «Инструкции о порядке медико-санитарного обеспечения лиц, содержащихся в изоляторах временного содержания органов внутренних дел»).

Согласно п. 27 указанной Инструкции, всем убывающим из ИВС (в том числе и транзитным) медицинским работником ИВС проводится обязательный медицинский осмотр для определения годности к условиям этапирования. Результаты осмотра оформляются медицинской справкой о состоянии здоровья каждого убывающего, которая приобщается к его личному делу. Медицинская справка содержит также информацию о наличии заболеваний, результатах проведенного в период пребывания в ИВС медицинского обследования и оказанной медицинской помощи. Этапированию не подлежат заболевшие, нуждающиеся в скорой медицинской помощи.

По сведениям, представленным административным ответчиком МО МВД России «Сысольский» (т. 2, л.д. 15, 155), штатным расписанием МО МВД России «Сысольский» в Изоляторе временного содержания подозреваемых и обвиняемых предусмотрена должность – заведующий медицинской частью – фельдшер медицинской части ИВС, но на период конвоирования ФИО2 и по настоящее время она является вакантной.

Порядок организации оказания медицинской помощи лицам, заключенным под стражу или отбывающим наказание в виде лишения свободы, утвержден приказом Минюста России от 28.12.2017 № 285.

Согласно п. 38 названного Порядка, лица, заключенные под стражу, или осужденные, убывающие из СИЗО и учреждений УИС, в том числе следующие транзитом, осматриваются медицинским работником для определения возможности транспортировки. Результат осмотра с заключением о возможности транспортировки фиксируется в медицинской карте пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях, и справке, которая приобщается к личному делу. К транспортировке не допускаются лица в острой стадии заболевания, лица, страдающие заболеваниями, оказание которым необходимой медицинской помощи в период транспортировки невозможно, а также лица, перемещение которых невозможно по медицинским показаниям.

Пунктом 123 «Правил внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел», утвержденных Приказом МВД России от 22.11.2005 N 950, подозреваемые и обвиняемые могут обращаться за помощью к медицинскому работнику, дежурному и начальнику ИВС во время ежедневного обхода камер и опроса содержащихся лиц, а в случае ухудшения состояния здоровья - к любому сотруднику ИВС, который обязан об этом незамедлительно доложить дежурному либо начальнику ИВС. Результаты обхода и оказания медицинской помощи отражаются в журнале медицинских осмотров лиц, содержащихся в ИВС, и в журнале санитарного состояния ИВС.

Как показал свидетель К.А.Н. (т. 2, л.д. 154), если есть жалоба на состояние здоровья, приглашается медицинский работник, и он осматривает. В связи с тем, что должность медицинского работника вакантна, ежедневный обход камер осуществляет дежурный конвоя. Железнов просил регистрировать свои жалобы, и ему давали уведомления о том, что его жалоба или обращение зарегистрировано. Все, на что он жалуется по состоянию здоровья, дежурный регистрирует. В медицинском журнале есть запись, что жалоб не имеется.

Какие-либо доказательства того, что ФИО2 в период с 09.03.2021 по 11.09.2021 находился в острой стадии заболевания, в материалах дела отсутствуют. С жалобами на состояние здоровья ФИО2 не обращался, что зафиксировано в «Журнале медицинских осмотров лиц, содержащихся в ИВС МО МВД России «Сысольский» - этапный» № 2923 (т. 2, л.д. 68 – 78) и «Журнале медицинских осмотров лиц, содержащихся в ИВС МО МВД России «Сысольский» № 2735 (т. 2, л.д. 19 – 28).

Кроме того, вопреки утверждению административного истца (т. 2, л.д. 192), по сведениям, представленным ГБУЗ РК «Сысольская центральная районная больница», в период с 09.03.2021 по 11.09.2021 ФИО2 в ГБУЗ РК «Сысольская ЦРБ» не обращался, сведений об оказании медицинской помощи пациенту в данный период не имеется.

Как указано административным ответчиком, в данный период ИВС МО МВД России «Сысольский» ежедневно проверялся прокурором Сысольского района на предмет соблюдения прав подозреваемых и обвиняемых. Как следует из Журнала № 2906 предложений и замечаний проверяющих ИВС МО МВД России «Сысольский», который обозревался судом (л.д. 79), по результатам проверок жалоб и заявлений от ФИО2 в связи с обстоятельствами, на которые ссылается административный истец, не поступало.

Конституция Российской Федерации презюмирует добросовестное выполнение органами государственной власти возлагаемых на них Конституцией и федеральными законами обязанностей и прямо закрепляет их самостоятельность в осуществлении своих функций и полномочий (статья 10). Следовательно, на сотрудников МВД Российской Федерации, как государственных служащих, распространяются общие положения о презумпции добросовестности в деятельности государственных служащих, в связи с чем у суда не имеется оснований не доверять представленным административным ответчиком в соответствии с положениями статьи 62 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации доказательствам, в том числе указанным выше сведениям.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 N 47 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания", условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий. Так, судам необходимо учитывать, что о наличии нарушений условий содержания лишенных свободы лиц могут свидетельствовать, например, переполненность камер (помещений), невозможность свободного перемещения между предметами мебели, отсутствие индивидуального спального места, естественного освещения либо искусственного освещения, достаточного для чтения, отсутствие либо недостаточность вентиляции, отопления, отсутствие либо непредоставление возможности пребывания на открытом воздухе, затрудненный доступ к местам общего пользования, соответствующим режиму мест принудительного содержания, в том числе к санитарным помещениям, отсутствие достаточной приватности таких мест, не обусловленное целями безопасности, невозможность поддержания удовлетворительной степени личной гигиены, нарушение требований к микроклимату помещений, качеству воздуха, еды, питьевой воды, защиты лишенных свободы лиц от шума и вибрации (например, статья 7 Федерального закона от 26 апреля 2013 года N 67-ФЗ "О порядке отбывания административного ареста", статьи 16, 17, 19, 23 Федерального закона от 15 июля 1995 года N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений", статья 99 УИК РФ).

Как указано в п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10.10.2003 N 5 "О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации", к "бесчеловечному обращению" относятся случаи, когда такое обращение, как правило, носит преднамеренный характер, имеет место на протяжении нескольких часов или когда в результате такого обращения человеку были причинены реальный физический вред либо глубокие физические или психические страдания. Унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания. Оценка указанного уровня осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения. В некоторых случаях принимаются во внимание пол, возраст и состояние здоровья лица, которое подверглось бесчеловечному или унижающему достоинство обращению.

Обстоятельств, которые указывали бы на преднамеренный характер такого обращения с административным истцом, в результате которого ему были причинены реальный физический вред либо глубокие физические или психические страдания, либо лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а также что действия должностных лиц совершались с намерением вызвать у него чувства страха, тревоги и собственной неполноценности, а принимаемые в отношении его меры по обеспечению безопасности являлись чрезмерными, здоровье и благополучие лица не были гарантированы с учетом практических требований режима содержания при конвоировании его в указанный период, судом не установлено.

Перемещение осужденных и лиц, содержащихся под стражей, в спецавтомобиле, отвечающем установленным требованиям, само по себе не указывает на жестокое, унижающее человеческое достоинство обращение с такими лицами и обусловлено необходимостью исполнения избранной в отношении таких лиц, в том числе ФИО2, меры пресечения. Изложенные в иске обстоятельства не могут быть приравнены к нарушению основных прав и свобод человека и гражданина.

Довод административного истца о том, что «Наставление по служебной деятельности изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, подразделений охраны и конвоирования подозреваемых и обвиняемых», утвержденное Приказом МВД России от 07.03.2006 № 140 дсп, не является нормативным правовым актом и не может регулировать условия и порядок конвоирования на автомобильном транспорте, суд считает необоснованным ввиду следующего.

Вопросы, связанные с обеспечением участия подозреваемых и обвиняемых в следственных действиях и судебных заседаниях регламентированы статьей 28 Федерального закона от 15.07.1995 N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений". В частности, администрация мест содержания под стражей по указанию следователя, лица, производящего дознание, или суда (судьи) обеспечивает прием подозреваемых и обвиняемых в места содержания под стражей и передачу их конвою для отправки к месту назначения (абзацы первый и второй ст. 28 указанного Федерального закона).

Пункт 14 части 1 статьи 12 Федерального закона от 7 февраля 2011 г. N 3-ФЗ "О полиции" возлагает на полицию обязанность содержать, охранять, конвоировать задержанных и (или) заключенных под стражу лиц, находящихся в изоляторах временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, а также лиц, подвергнутых административному наказанию в виде административного ареста; конвоировать содержащихся в следственных изоляторах уголовно-исполнительной системы осужденных и заключенных под стражу лиц для участия в следственных действиях или судебном разбирательстве и охранять указанных лиц во время производства процессуальных действий.

Порядок и принципы организации охраны, конвоирования и содержания подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, основы управления подразделениями и нарядами, выполняющими указанные функции, особенности несения службы, обязанности и права нарядов, а также действия личного состава при чрезвычайных обстоятельствах определяются Наставлением по служебной деятельности изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, подразделений охраны и конвоирования подозреваемых и обвиняемых, утвержденным Приказом Министерства Внутренних дел Российской Федерации от 07 марта 2006 года N 140дсп.

Нормативные правовые акты федеральных органов исполнительной власти издаются на основе и во исполнение федеральных конституционных законов, федеральных законов, указов и распоряжений Президента Российской Федерации, постановлений и распоряжений Правительства Российской Федерации, а также по инициативе федеральных органов исполнительной власти в пределах их компетенции (абзац первый п. 1 Постановления Правительства РФ от 13.08.1997 N 1009 "Об утверждении Правил подготовки нормативных правовых актов федеральных органов исполнительной власти и их государственной регистрации").

В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. N 50 "О практике рассмотрения судами дел об оспаривании нормативных правовых актов и актов, содержащих разъяснения законодательства и обладающих нормативными свойствами" разъяснено, что признаками, характеризующими нормативный правовой акт, являются: издание его в установленном порядке управомоченным органом государственной власти, органом местного самоуправления, иным органом, уполномоченной организацией или должностным лицом, наличие в нем правовых норм (правил поведения), обязательных для неопределенного круга лиц, рассчитанных на неоднократное применение, направленных на урегулирование общественных отношений либо на изменение или прекращение существующих правоотношений. Вместе с тем признание того или иного акта нормативным правовым во всяком случае зависит от анализа его содержания, который осуществляется соответствующим судом.

Как указал Верховный Суд РФ в решении по делу от 20.08.2019 N АКПИ19-446, компетенция МВД России на принятие Наставления была проверена вступившим в законную силу решением Верховного Суда Российской Федерации от 7 декабря 2011 г. N ГКПИ11-1817, которым также был проверен и довод о том, что Наставление не опубликовано для всеобщего сведения. Этим решением установлено, что оспариваемый нормативный правовой акт имеет гриф "для служебного пользования", поскольку содержит служебную информацию ограниченного распространения, связанную со служебной деятельностью подразделений охраны и конвоирования (порядок, схемы, маршруты конвоирования), и в силу положений Указа Президента Российской Федерации от 23 мая 1996 г. N 763 "О порядке опубликования и вступления в силу актов Президента Российской Федерации, Правительства Российской Федерации и нормативных правовых актов федеральных органов исполнительной власти" и пункта 17 Правил подготовки нормативных правовых актов федеральных органов исполнительной власти и их государственной регистрации, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 13 августа 1997 г. N 1009, не подлежит опубликованию.

В приведенном выше решении Верховного Суда РФ по делу от 20.08.2019 N АКПИ19-446 указано также, что данный нормативный правовой акт согласован с Генеральной прокуратурой Российской Федерации, Министерством здравоохранения Российской Федерации, Судебным департаментом при Верховном Суде Российской Федерации, Министерством транспорта Российской Федерации, Федеральной службой исполнения наказаний и Федеральной службой судебных приставов и зарегистрирован в Министерстве юстиции Российской Федерации (далее - Минюст России) 23 марта 2006 г., N 7608.

Таким образом, из вышеприведенных нормативных положений и позиций Верховного Суда РФ следует, что Наставление является нормативным правовым актом, изданным компетентным органом государственной власти, соответствует действующему законодательству и не нарушает права лиц, содержащихся под стражей.

Административными ответчиками Министерством финансов Российской Федерации в лице УФК по Республике Коми, МВД России, МВД по Республике Коми, МО МВД России «Сысольский» заявлено о пропуске административным истцом ФИО2 срока обращения в суд.

Согласно ч. 1 ст. 219 КАС РФ, если настоящим Кодексом не установлены иные сроки обращения с административным исковым заявлением в суд, административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов.

Пропуск срока на обращение в суд без уважительной причины является самостоятельным и достаточным основанием для отказа в удовлетворении административного иска в силу ч. 8 ст. 219 КАС РФ.

В административном исковом заявлении, датированном 04.04.2022 (поступило в суд 06.04.2022), ФИО2 указал, что о бесчеловечности условий, в которых осуществлялась перевозка из ИВС до станции г. Сыктывкара и обратно, и о нарушении установленных при конвоировании автозаком международных стандартов, ему стало известно в настоящий момент из постановления ЕСПЧ от 09.04.2019 по делу «Томов и другие против РФ», жалоба № 18255/10. В обоснование довода о пропуске административным истцом срока обращения в суд, административными ответчиками указано, что основанием для обращения в суд явилось нарушение условий этапирования за период с 09.03.2021 по 11.09.2021, следовательно, на дату обращения с настоящим иском в суд – 04.04.2022, 3-месячный срок для обращения в суд истек, уважительных причин пропуска срока истцом не представлено, ходатайства о восстановлении срока административным истцом не заявлено.

Кроме того, административным ответчиком МО МВД России «Сысольский» указано, что согласно справке о результатах проверки в ОСК № от 26.07.2022 (т. 2, л.д. 154), выданной ИЦ МВД по Республике Коми, ФИО2 был освобожден из ФКУ СИЗО-2 г. Сосногорска УФСИН России по Республике Коми 07.10.2021 по отбытии срока наказания, и был вновь арестован 05.11.2021. Таким образом, ФИО2 имел возможность предъявить иск в период с 07.10.2021 по 05.11.2021, однако обратился в суд 04.04.2022, т.е. с пропуском срока, установленного ст. 219 КАС РФ. При этом, указанные им нарушения при перевозке (конвоировании) не являются длящимися.

Между тем, согласно материалам дела, ФИО2 в период с 11.10.2021 по 14.10.2021 находился в ГБУЗ РК «Республиканский госпиталь ветеранов войн и участников боевых действий» на стационарном лечении (т. 2, л.д. 214), а с 14.10.2021 переведен на стационарное лечение в ГУ РК «Клинический кардиологический диспансер», на лечении в котором находился по 27.10.2021 (т. 2, л.д. 216).

Учитывая данные обстоятельства, суд приходит к выводу, что доводы ответчиков о пропуске ФИО2 без уважительной причины процессуального срока, установленного ст. 219 КАС РФ для обращения с административным исковым заявлением в суд, подлежат отклонению.

Таким образом, суд приходит к выводу, что условия перевозки истца в специальных автомобилях соответствовали установленным для данных транспортных средств техническим характеристикам; доказательств, свидетельствующих о том, что условия перевозки (конвоирования) административного истца в указанный период являлись ненадлежащими, в материалах дела не имеется; нарушения прав и законных интересов ФИО2 неправомерными действиями (неправомерным бездействием) должностных лиц административных ответчиков не установлено, в связи с чем в присуждении компенсации следует отказать.

Руководствуясь статьями 175 – 180, 227.1 КАС РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении административного иска ФИО2, (дата) года рождения, ИНН №, к Министерству внутренних дел Российской Федерации, Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Республике Коми, МО МВД России "Сысольский", ОМВД России по Прилузскому району о взыскании компенсации за ненадлежащие условия перевозки (конвоирования) в размере 1000000 (один миллион) рублей отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме в Верховный Суд Республики Коми через Сысольский районный суд Республики Коми.

Судья Устюжанинова Е.А.

Решение в окончательной форме составлено 30 сентября 2022 года.